Человек без прошлого

Глава 16. Об особенностях кронградской юриспруденции

Гулко хлопнули ставни окна, и в комнату ворвалась утренняя прохлада. Исса даже не открыла глаз. Она недовольно поморщилась, а потом спряталась с головой под одеялом. Но поспать была не судьба. Кто-то грузный с грацией дряхлого шерстолапа ввалился в окно. Исса перепуганно вскрикнула и села на кровати.

— Да не ори ты! Перебудишь тут всех.

Исса выдохнула. Отряхиваясь и ругаясь, с пола поднимался Ниов — кто же ещё это мог быть? Исса повалилась на кровать и снова натянула на себя одеяло, недовольно буркнув:

— Доброе утро.

— Вставай.

Ниов теребил её за плечо через одеяло. Девушка тут же села и отпрянула от своего хромого друга.

— Да не бойся ты. Вставай давай.

— Зачем меня будишь в такую рань?

— Затем, что за фиктивный брак с рабыней я могу оказаться на дне Астроны. А ты — снова на цепочке у Аварта. Хочешь? — с ядом в голосе спросил Ниов.

— В Белой Долине же рабства нет.

— Ха. От чего же, спрашивается, я тебя спасал тогда? Рабства вроде как нет. Зато закон ещё есть. Так что собирайся давай. Идём вносить эту бумажку в архив.

Ниов рылся в чистой одежде. Хозяйка приготовила Рестамову одежду на смену. Она была чуть великовата. Он без стеснения стащил с себя рубашку. Исса забилась в угол кровати и отвернулась, чтобы не смотреть на его исполосованное шрамами тело. В её памяти всплыл вид окровавленного Эргона, безвольной тряпкой болтавшегося в течении Леды. Она закрыла глаза, и снова перед ней стояли те картины. Там, где через кровь проглядывала кожа, она приобрела зеленоватый оттенок. По траве раскинулись мокрые пряди волос, заострённые, как иголки дикобраза. Когда Исса потратила кучу сил, чтобы заставить стихию выплеснуть его, он оказался на берегу. Он едва слышно стонал и в бреду хватал за руки Иссу. А она не знала, чем помочь. Только продолжала говорила со стихиями, особенно с воздухом, чтобы хоть они немного забрали его боль.

Вот что осталось от ран — чудовищные шрамы. Кожа вокруг них отдавала зеленцой. А это значило, что яд продолжал убивать Ниова. Исса украдкой разглядывала спину и руки мужчины. Когда-то он был великим воином. Теперь его мускулы играют под болезненными ранами, от которых не излечиться. Левое предплечье Ниова было забинтовано.

— Как твоя рука?

— Спасибо. Чорнар сказал — ерунда, заживет.

Ниов повернулся к Иссе. На груди были такие же зеленоватые отметины. Исса вдруг мысленно примерила на себя эту шкуру: каждый шрам отдавал болью не только в тело, но и в душу. Она содрогнулась от жалости к несчастному воину. Видимо, Ниов понял это содрогание по-своему. Он ступил к Иссе, которая всё ещё сидела, забившись в дальний угол кровати.

— Я страшный? Боишься меня?

— Нет. Пытаюсь представить твою боль, — просто и честно ответила Исса. Она протянула руку к его торсу, но Ниов остановился и увернулся, не дав дотронуться до ран.

— Мне уже не больно. Я привык.

— Так не больно или привык?

Ниов не ответил.

Чорнар мастерски поколдовал над Ниовом — теперь он хоть и хромал, но уже не переваливался с ноги на ногу, как селезень. Боль отступила. Ниов даже получал удовольствие от прогулки в центр Кронграда, где был расположен архив. Исса держала его под руку, то и дело служа опорой для своего хромого попутчика. По пути он не замолкал:

— Сейчас нам надо к писарю. Он сделает глиняные таблички.

— Зачем глиняные?

— На случай пожара. Все документы о браках, рождениях, смертях делаются дважды из глины. А нам выдадут бумажный документ. Одна табличка хранится у писаря в архиве, другая — в тайном подземном архиве Кронграда.

— Какой же он тайный, если ты о нем знаешь? — с насмешкой спросила девушка.

— Все о нем знают. Но никто не знает, где именно он находится, и как туда попасть.

Исса кивнула и не ответила. Ниов хотел говорить с ней, но кажется, ей уже надоел его назойливый треск. Ему было неудобно за вчерашнее. Хотя Исса вроде бы не обиделась.

Только Ниов открыл рот, чтобы снова заболтать её, как за поворотом показалась река.

— Это Астрона? — с восторгом воскликнула Исса. Не дожидаясь ответа, она вырвалась от Ниова и вбежала на мост. Перегнулась через перила и поглядела в воду, мутную от городской пыли. Ниов похромал за ней.

— Осторожней. Мы уже почти пришли.

Исса наконец оторвалась от перил и пошла за Ниовом. Что хорошего она нашла в этой пыльной проточной лужице? Истрица куда чище и живописнее.

Наконец дошли до дворцовых ворот. Здесь их, как и договаривались, ждал Йорег. Исса учтиво улыбнулась и поздоровалась. Как и предыдущим вечером, она стеснительно прятала глаза. Это заставляло Ниова нервничать. Йорег уже был, наверное, пятым или десятым, к кому он ревновал свою ненастоящую супругу. Хотя она много раз давала понять, что вся эта ревность тщетна: в её голове плотно засел Ранаяр. Это не успокаивало, а только сильнее мучило Ниова. Он сердито поздоровался и засеменил за Йорегом. Исса взяла его под руку и шла рядом.

Несколько поворотов — и они вошли в мрачноватую хижину. Ниов и предположить не мог, что персона такой высокой должности служит в таком напрочь убитом домике. Но оглядевшись вокруг, он заметил, что в глубине домика была дверь, которая вела невесть куда. Изнутри он казался больше, чем снаружи. Ниов испытал что-то вроде благоговения к древней столице, где то и дело попадались такие городские загадки.

— Чего вам, милые люди?

Ниов обернулся на скрипучий голос — и тут же почувствовал, как рядом вздрогнула Исса: она всё ещё держала его под руку. Йорег глянул на них с улыбкой — он, похоже, уже был знаком с горбатым сморщенным старичком, так напугавшим их обоих. Он протянул крючковатую руку и сказал:

— Ну, что там у вас? Дом покупаете? Или детишек завели?

От растерянности Ниов забыл поздороваться и сипло выдал:

— Зарегистрировать брак.

— Ну, давай свою бумагу. Что тут у тебя?

Он разглядывал документ, вчитываясь в имена и хмыкая. Исса вцепилась в локоть Ниова мёртвой хваткой. Он попытался освободить руку и усадить Иссу на стул. Но девушка застыла, стискивая его ещё сильнее. Ниов глянул на Йорега. Тот ободряюще подмигнул:

— Я на улице побуду?

— Нет, подожди, — прошипел ему Ниов. Он почему-то боялся, что писарь мог придраться к рабству Иссы. И правильно, как оказалось, боялся.

Йорег недовольно скрестил руки на груди и остался стоять на пороге. Через несколько минут писарь проскрипел:

— Нокард? Ты Исса Нокард?

— Да, — кивнула Исса, так и не подняв глаз.

— Ты была в рабстве?

— Да, — снова кивнула она, глядя в пол.

— Да отцепись ты от супруга. И так уж твой, куда теперь денется. Садись, — в скрипучем голосе послышались насмешка и презрение. Исса отпустила руку Ниова, но не сделала ни шагу. Ниов подтолкнул её к стулу и усадил напротив писаря. А сам встал сзади и положил руку ей на плечо, чтобы ей не было боязно.

— Сударь мой, это моя жена Исса. Я Эргон Сиадр. Внеси в архив запись о нашем браке — и дело с концом.

— Ну и дела — племянница волхва, дочь дайбергского владыки — и Сиадр! Кто бы подумал, — старик вертел бумагу в своих пальцах-закорючках так и эдак. Это уже начало просто раздражать Ниова.

— Уважаемый, я люблю её. Она любит меня. Мы хотим семью. Какая разница, чья она там племянница!

Исса испуганно обернулась и посмотрела в глаза Ниова. Старик самодовольно продолжал:

— Хоть кто-то из рода Нокард получил по заслугам. Самые жестокие рабовладельцы на Большом Юге, а надо ж так, вот и их дочь в рабство угодила. Легко же ты выкрутилась, девчонка!

Исса закрыла лицо руками. Йорег настороженно наблюдал эту сцену с порога. Ниов был в бешенстве. Он навис над столом и рыкнул:

— Так ты поженишь нас или нет?

— Не поженить вас я не имею права. Печать Дубовья подлинная.

— Ну так пиши! Или чего там надо делать? Делай!

— Хоть ты, девица, и из рода Нокард, я тебя должен предупредить — ты знаешь, что эти узы неразрывны?

Не отнимая рук от лица, Исса закивала. Писарь вкрадчиво продолжил:

— Ты уже не сможешь требовать развода ни при каких обстоятельствах. Потому что ты — рабыня. Ты будешь терпеть всё, что с тобой сделает твой супруг. Ты никогда больше не будешь свободной. И Аварт тебе покажется милой нянечкой. И если твой муж тебя зашибёт ненароком, поделом будет всему племени Нокард.

Исса уже вовсю рыдала. Ниов взял старика за шиворот и приблизил к нему своё безобразное лицо.

— А ну, хватит! Я люблю эту женщину и хочу её в жены. Хорош болтать. Давай, дело делай.

У Ниова застучало в висках. Звёздные покровители, не так, не так он хотел наконец ей когда-нибудь сказать это! Старик сощурился, злобно хмыкнул и отвернулся к полкам с письменными принадлежностями. Пока он выводил вензеля скрюченными пальцами, Ниов поднял со стула рыдающую Иссу и отвел её поближе к двери, где был свежий воздух. Йорег сочувственно погладил её по плечу, но она не реагировала. Тогда Ниов бросил от порога:

— Долго там ещё?

— Вот тебе твой бумажный экземпляр. Глиняные свидетельства будут готовы через два дня. Они сразу отправятся на свои места. Зайдёшь, проверишь, если хочешь, — Ниов подошел к старику забрать бумагу. Тот скрипуче хохотнул и протянул, косясь на выходящую из хижины Иссу, — Отомсти за себя и за всех наших этой южной девке. Пусть Нокард получат своё. Это ты здорово придумал — взять её в жены. Теперь у вас есть заложник.

Ниов схватил за грудки писаря. Хотелось врезать ему за Иссу, но с него разве что песок не сыпался. Ниову было его совсем не жалко, и всё-таки он не стал распускать кулаки на старика. Отпустил и молча пошел к выходу. Снаружи Исса уже вовсю рыдала на плече у Йорега. Ниов притянул её к себе.

— Идём домой.

В ответ послышалась новая порция всхлипов. Пока они шли, Ниов по-отечески баюкал её у себя на плече. Посмотрел на Йорега. Тот развёл руками.

Всю дорогу Исса не проронила ни слова.

Дома их уже ждали. Талем даже поменялся сменами специально для того, чтобы встретить Ниова и Иссу после визита к писарю. Когда на пороге появился Ниов, буквально волоча на себе плачущую девушку, брови Клова, Талема и Рестама взлетели вверх. Авит понимающе кивнул Ниову.

Хромая, он затащил Иссу в комнату и усадил на кровать. Сам встал на колени перед ней. Наконец, она успокоилась. Он взял её руки в свои. Стал гладить своими уродливыми исполосованными ладонями едва заметный шрам от цепи на её запястье.

— Исса!

Она безразлично посмотрела ему в глаза — совсем так же, как смотрела, когда они впервые разговаривали в хижине в Дубовье. И совсем так же, как тогда, Ниову было жаль эту маленькую хрупкую девушку.

— Исса, слышишь меня? Я не обижу тебя, Исса.

Она едва заметно улыбнулась и кивнула.

— Ты не рабыня. Ты не моя собственность. Ты свободна, — в ответ на его слова она тяжело вздохнула и посмотрела на дверь. Ниов тоже обернулся. В проеме стояли Авит и Йорег. За ними с обалдевшими лицами наблюдали эту сцену Клов, Рестам, Талем, Алестр и Ретиллия. Плевать. Всё равно они узнают, что брак ненастоящий. Придётся доверять. Ниов снова посмотрел в заплаканные глаза Иссы и продолжил, — Делай что хочешь. Иди куда хочешь. — Ниов шумно выдохнул и тяжело произнёс, — Люби кого хочешь.

Исса молча смотрела на Ниова. Уголки её губ слегка дернулись вверх. Девушка отвела глаза. Теперь все знали правду — она его не любила. И этот брак — просто возможность вызволить её из рабства, жест благодарности Ниова за спасение.

Неловкую паузу нарушила Ретиллия. Она растолкала мужчин и села рядом с Иссой на кровати. Обняла девушку за плечи и глянула на Ниова.

— Ну, иди давай, супруг. Идите все, там вам стол уж накрыт. А мы тут посидим с Иссой, посекретничаем. Давайте-ка отсюда! И дверь за собой плотно закройте.

Ниов встал и похромал к двери, потирая затёкшую коленку. Спасибо Ретиллии — он был уверен, мудрая хозяйка приведёт в чувство его Иссу. Ни на кого не смотря, он плюхнулся за стол. Даже есть не хотелось. Авит положил руку ему на плечо.

— Не дураки все, и так уж поняли. Ешь давай. Потом расскажешь.

Рассказ Иссы был недолгим, но полным горечи. Понятно было, что каждое слово давалось ей с болью. Она то и дело замолкала и плотно сжимала губы. Ни на кого не поднимала глаза — пространно смотрела куда-то поверх стола. Ниов сидел с ней рядом, но ощущал — мыслями она была на далеком юге. Хотелось обнять её, окружить севером, показать, каким красивым и домашним он может быть. Но зачем? На Большом Юге сейчас был не только весь её род, но и, возможно, Ранаяр. Не было смысла влюблять её в ненужный ей север.

— Прадед, дед и отец — они действительно владеют самыми вышколенными рабами, — Исса набрала воздух, чтобы говорить дальше, но умолкла. Тогда со сталью в голосе встрял Талем:

— Я слышал про Нокард, девушка. Хотя никогда и не бывал на Большом Юге, даже на Ближнем Юге.

Его перебил Йорег:

— Но какое ты имеешь отношение к южанам? Твои русые волосы, и кожа — даже не такая смуглая, как у нашей принцессы… Хотя в их роду когда-то тоже были южане.

Йорег любовался ею. Можно даже сказать — пялился. Исса глянула ему в глаза. Ниов никак не мог усмирить своё ревнивое чудовище внутри. Он подвинулся ближе к жене и вызывающе глянул на Йорега. Тот отвел взгляд. Исса продолжила:

— Моя мать была северянкой родом отсюда — из Дубовья или Белой Долины, я толком не знаю. Она и её брат в юном возрасте стали рабами. Её спас мой отец, Цедрог Нокард, — произнося его имя, она гордо выпрямила спину и оглядела всех присутствующих.

— Спас? — переспросил Рестам.

Голос Иссы сделался тихим.

— Да. Как меня Ниов. Отец женился на маме. Дед был в ярости. Поначалу брак хотели объявить недействительным. Папа просто вызволял её из рабства, — Исса смущенно опустила голову и помолчав, продолжила еще тише. — А потом оказалось, что мама уже ждала моего старшего брата. Когда родился Перивс, дед успокоился и объявил его наследником рода.

Исса то и дело умолкала и задумчиво теребила выбившуюся из косы прядь. Клов слушал, разинув рот. Йорег продолжал пялиться на Иссу. А Авит то и дело ловил взгляд Ниова и ободряюще кивал едва заметным жестом. Ниов слушал свою жену и ещё не понимал, как реагировать на её рассказ. Он то и дело шумно втягивал воздух. Хотелось оказаться где-нибудь в лесу, подальше от города и его новостей. Только в одном не мог определиться Ниов: хотелось ли ему остаться где-нибудь в лесу наедине с Иссой или просто с самим собой. Он сипло спросил, ожидая новых подвохов:

— И где сейчас твои родители и брат?

— Папа и Перивс, наверное, дома, на Юге. Всё так же содержат рынок рабов и проводят самые крупные торги. А мамы у нас больше нет.

Девушка отвела взгляд. Ниов заметил, как в её глазах стали появляться слёзы. Ему очень не хотелось, чтобы они вырвались наружу. Не при всех.

В этот момент запричитала Ретиллия:

— Опять вы со своими разговорами пирог не доели! А ну-ка давайте, за дело. Я налью еще лимонада.

Но Иссу было уже не остановить. Она тихонько уткнулась в плечо Ниова. Тот обнял жену, чтобы спрятать её слёзы ото всех. Тут встрепенулся Йорег:

— Я и забыл! Владыка тебе передал приглашение на пир в честь дня рождения принцессы, — солдат виновато протянул небольшой свиток. Ниов вскрыл печать и прочитал. Потом хмыкнул.

— С женой? Когда это он успел узнать?

Йорег опустил глаза и улыбнулся — это и был ответ. Болтливый он, оказывается. А ещё элитные войска. Тут вдруг из его плеча вынырнула Исса и подняла на Ниова абсолютно сухие глаза. В них не было слёз — только гнев.

— К Нилии Кронос, что ли?

— К ней, — кивнули одновременно Талем и Йорег. Ниов не успел ответить, а девушка уже обиженно отвернулась от него и деловито отщипнула от своего кусочка пирога.

— Я не пойду.

— Ты моя жена. Ты не можешь не пойти.

Исса вскочила из-за стола. Не обращая ни на кого внимания, она прямо смотрела на Ниова. Ему казалось, южанка сейчас прожжёт в нем дырку.

— Ты сказал мне: «Иди куда хочешь». Так вот, я не хочу даже смотреть на эту девку, которая увела у меня моего Ранаяра.

Исса развернулась, тряхнув длинной косой. Она хлопнула дверью спальни, которая с сегодняшнего дня была предназначена ей одной. Не успели пожениться, а вот и первая семейная ссора. Ниов прикрыл лицо ладонью — шрамы взвыли с новой силой. После неуклюжей паузы друзья пытались ободрить Ниова. Судя по их сопереживанию, ни для кого из них уже не было секретом, как Ниов к ней относился. Ещё немного посидев, все стали расходиться. Последним ушёл Ниов. Он долго вслушивался в тишину за дверью спальни. Но тормошить девушку так и не стал — пусть отдыхает. И так сегодня натерпелась. Ниов уныло поковылял в казармы.