Человек без прошлого

Глава 10. Прочь из Дубовья

Первое утро свободы встретило Иссу зябкой прохладой. Эргон — то есть Ниов, как он просил его называть — уже умудрился разобраться в сушёных пучках и заварить травяной чай. Его аромат убаюкивал и клонил обратно в сон. Исса сделала над собой усилие и села на кровати. Неаккуратное движение рукой напомнило о вчерашнем.

— Ай!

Тут же подскочил Ниов и принялся с озабоченным видом осматривать запястье. Пожелав доброго утра, он снова заботливо нанес лавандовую мазь и забинтовал руку. Только вставая с постели Исса увидела, что поверх одеяла она была укрыта ещё и шерстяным плащом Ниова. Забота этого странного человека, исполосованного шрамами, совсем не вязалась с тем, что рассказывал о брате Ранаяр. При воспоминании о своем рубиновом возлюбленном сердце Иссы сжалось в комок. Но она собрала всю волю, чтобы выкинуть эти мысли до поры до времени на задворки сознания.

Можно сказать, что они почти не позавтракали. Исса собрала вещи и оделась в более подходящую для путешествия одежду. Заготовили запас воды в дорогу. Была еще одна проблема: лошадей было всего две.

Ниов порывался было вернуться к Аварту и потребовать у него ещё одну лошадь, как он выразился, в компенсацию за пленение. Но Авит и Исса в один голос запротестовали. Поэтому лошадь Авита нагрузили скромным грузом. Женщину Ниов посадил перед собой. Исса хотела сесть к Авиту — всё-таки он легче. Но Ниов категорично приказал ей ехать с ним. В глубине души она возмутилась, но из чувства благодарности решила покориться.

Ехать было неудобно ни ей, ни, как она полагала, лошади. Седло впивалось в бок. Ей то и дело приходилось с усилием удерживаться на спине животного. Если бы не Ниов, который одной рукой придерживал поводья, а другой — её, она бы уже давно упала. Постепенно монотонная дорога убаюкала её, и она начала проваливаться в сон, положив голову на плечо Ниову. Её разбудил вопрос Авита:

— Позволь спросить, госпожа Исса. Почему ты спасла Ниова из Леды, а себя не смогла избавить от рабской цепи? Этот вопрос меня мучает со вчерашнего дня.

Она на секунду взглянула в лицо Ниова, которое было непривычно близко. Он молча улыбнулся ей. Исса вздохнула и ответила:

— Я ничего не могла поделать с цепью, потому что она — рукотворная. Я не люблю магию и толком не умею ею пользоваться. Чтобы вытащить Ниова из Леды, я говорила со стихией. Но вода смерти истощила мои силы. Меня вместе с Ниовом привезли в обитель, я едва могла говорить. Все, на что меня хватило — это при удобном случае сунуть брошь Ранаяра ему в карман. Я хотела хоть как-то передать ему, что Ранаяр ждет и зовет его. Но всё это было зря, — женщина с грустью опустила голову.

— Зачем Аварт заковал тебя? — спросил Ниов.

— Он ненавидит магию. Ненавидит моего дядю. Он боится, что если север узнает о драконах, о магии, о том, с кем на самом деле воюют Пылевые Волки, все это принесёт вред его науке. Он думает, что может защитить свои владения от внешнего мира. А я бы молчать не стала. Я должна была ехать в столицу после вашего с Ранаяром отбытия на юг.

— Как долго ты была на цепи?

— Я едва была в сознании после реки. В обители меня лечили, чем-то опоили. Потом я очнулась дома, уже в цепях.

Исса почувствовала, как пальцы Ниова стиснули ее плечо. Он надолго замолчал. Затем, когда Авит ушёл вперед и не мог их слышать, он сбивчиво и смущаясь спросил:

— И как Аварт к тебе относился?

— Он присылал еду, а лекари из Обители кололи дрова и иногда помогали по хозяйству.

— И ты ни разу не пыталась бежать?

— Я должна была себе руку отрезать? — обиженно спросила Исса. Ниов шумно выдохнул и тихо спросил:

— Они тебя… не обижали?

Исса понимала, что он имел в виду. Она усмехнулась:

— Нет. А ты спрашиваешь у меня об этом на правах кого? Моего мужа?

Ниов тихо и угрюмо ответил:

— А если и так.

Дальше ехали молча. Сделав до ночи пару остановок, заночевали последний раз под сенью Дубовья. Исса давно не путешествовала. Её вымотала дорога. Она достала из сумы плащ и постелила его на траву. Укрылась дорожной накидкой, но этого было мало — весенние ночи были еще зябкими. Рядом расположились Авит и Ниов. Усталость победила холод — Исса уснула. Уже сквозь сон она чувствовала, как Ниов кутает её в свой шерстяной плащ и подвигается ближе, чтобы было теплее. «Если бы это был Ранаяр!», успела подумать Исса, прежде чем окунуться в бездну сна.

Дорога до тракта без запасов еды была настоящим мучением. В лесном пруду Авит словил четыре тощих рыбёшки, которые стали едой на весь новый день. Исса приготовила их кое-как на костре. Пока все трое ели, она хвалила Авита за добычу. Внутри Ниова бушевала гроза, он пытался привлечь внимание Иссы разговорами, но на едва сытый желудок диалог явно не клеился.

Настоящие испытания их ждали на пустошах. От Дубовья до тракта пришлось плестись пешком — выносливость лошадей давала слабину. Поэтому верхом ехала одна Исса. Три заката застали их в полупустынной каменистой местности. Ниов с Авитом отметили, что ночи были уже не такими ледяными, как на их пути в Дубовье. Ветра стали чуть теплее. Но с наступлением сумерек резко холодало. Выбирали для ночёвок места, где валуны и кусты заслоняли от ветров.

Нога Ниова была словно в капкане. Остатки мази были с собой. Но когда они останавливались на очередной привал, у Ниова хватало сил только на то, чтобы сделать глоток воды и повалиться на землю. У него мелькала мысль, что когда-нибудь он будет вспоминать и удивляться, сколько испытаний на свете его не убили. Если и правда всё же не убьют.

Еды с собой уже не было, воды на троих едва хватало. Пару раз Исса падала без сознания, вконец уставшая от дороги. Ниов и Авит успевали ее подхватывать. Когда она то ли задремала, то ли провалилась в забытье верхом на лошади, Авит тихо сказал Ниову:

— Жалко её. Только из цепей — и опять ее мучает дорога.

— Жалко, — ответил Ниов. Он хотел было завести с другом разговор, который бы прояснил его отношение к Иссе. Но нашел в себе силы только пересохшими губами ободрить, — Скоро тракт.

Дальше шли молча, смотрели под ноги.

Первый хутор тракта был для них словно спасительный островок в океане. Исса уже не могла ни идти, ни даже ехать на лошади. Когда первый домик был в поле зрения, женщина снова соскользнула с лошади прямо Ниову в руки. Он с нечеловеческими усилиями понес её. Нога взорвалась болью.

Хутор уходил чуть в сторону от дороги. Прямо у тракта был постоялый двор. Хозяин гостинки не стал долго разбираться и приютил путников. Ниов подумал, как же хорошо, когда добрые люди попадаются вовремя. Все их деньги были — три медяка у Авита. Но хозяин, видя состояние гостей, накормил их и предоставил место для всех троих.

Поев бульона, Исса ожила и даже улыбалась. Ей досталась отдельная комната — хозяин, к счастью, не стал вникать в отношения гостей и поселил её одну. Ниов зашёл к ней перед сном. Женщина уже умылась и переоделась. Ниов не нашёл ничего умнее, как спросить:

— Как твоя рука?

— Спасибо, всё хорошо.

— Дай я обработаю ссадины.

— Я уже сама все сделала.

— Тогда… Доброй ночи.

Она смущенно улыбнулась, но ответить не успела. Ниов опустил глаза и стремительно вышел из комнаты. Завтра. Всё завтра. Вот и хозяин на вопрос Авита и Ниова сказал — всё завтра. Сегодня наконец-то спать в настоящих удобных постелях.

Когда Авит проснулся, его хромой и безобразный друг еще спал. Он оделся и спустился за стол. Из кухни коварно пробирались запахи горячей еды. Авит не стал звать хозяина — нечем было заплатить даже за вчерашнее гостеприимство.

Послышался шорох в подсобке, и из нее показалась… Исса! Она смущенно улыбнулась и подсела к Авиту.

— Добрый день, Авит! Почему не позвал?

— Привет. Три монеты в кармане, чего хозяина дергать зазря? Исса, что ты делаешь?

— Я нанялась к Ореву на работу. Ему нужна помощь по хозяйству, а нам нужны деньги, чтобы расплатиться за еду и ночлег.

— Ниов будет в ярости, — хитро прищурился и улыбнулся Авит.

— Ничего. Пора ему, наконец, обуздать свою ярость, — Исса встала и скрылась за шторкой, которая служила вместо двери в кухню.

Авит удивился, как резко её тон сделался властным, словно королевским. Вообще было любопытно наблюдать за парой его спутников. Исса то впадала в раболепную благодарность, то вела себя отстранённо. С Ниовом творилось то же самое — то он стелился травой у её ног, то молчал и суровел, как небо перед грозой. Что же за молнии искрили между ними! Ему хотелось привязать их верёвками потуже и оставить вдвоём где-нибудь в лесу. А потом, через недельку, забрать оттуда нормальных счастливых молодожёнов. Но сейчас это было бесполезно. Слишком много людей и событий было между Иссой и Ниовом: Ранаяр, Нилия, Ресса, прошлое Эргона, уродство Ниова, убийство Каррама, смерть дракона и сорванные планы в Дайберге.

Авит распахнул штору и вошел в кухню, оглядываясь по сторонам. Исса возилась с кастрюлями. Тут же откуда-то послышалось:

— Эй, эй, сударь мой, сюда чужим нельзя. В зал идите, в зал!

— Хозяин, доброго здравия! Тебя мне и надо.

Кругленький мужчина отер руки об полотенце и подошел к Авиту. Они вместе вышли в зал.

— Чего тебе, молодец, надобно? Вчера вы имели такой жалкий вид, что я вас накормил и приютил в долг. Уж не обидься, бесплатно тебя кормить — сплошное разорение. Так что дама ваша трудится теперь. Исправно работу делает, надо сказать.

— Спасибо тебе, добрый человек Орев. Я как раз узнать хочу, нет ли здесь в окрестностях работы и для меня?

— О, какие вы все шустрые. Есть, как же. Послезавтра обоз с нашим товаром в Зимбрег отбывает, охранники нужны в сопровождение. Наши-то мужики местные все при работе, не хотят родные места бросать. А ты всё равно путешествуешь. Дама твоя при мне пока побудет, а ты на север сгоняешь. Идёт?

Авит кивнул и сказал:

— Это не моя дама. Она жена моего друга.

— Того, что хромой и в шрамах весь? Ух, бедная женщина, вот не свезло же, — запричитал Орев. Авит рассердился.

— Хозяин, ты не разглагольствуй. Так что там с обозом? Когда идти?

— Завтра на хутор сходим. Люди нужны позарез. Хорошо, что ты подвернулся. Сегодня уж живи тут. Дама ваша сейчас с завтраком закончит и подаст на стол. Ну, иди пока, буди супруга её.

Орев, хмыкая и приговаривая, удалился в кухню. Авит пошел наверх. Исса уже вовсю отрабатывала за троих их вчерашний ужин. А они с Ниовом поедут в Зимбрег. В лучшем случае на месяц они оставят женщину одну на постоялом дворе у тракта. Авит примерно представлял, какую бурю сейчас поднимет Ниов по этому поводу. Он вздохнул и вошёл в комнату.

За два дня Исса успела оценить свою новую службу. Можно было считать, что ей повезло. За сносную оплату она даже не особо сильно уставала: посетителей здесь было немного. Её избавители на следующее утро уезжали — от этой мысли её сердце то и дело словно ошпаривало кипятком. Она делала всё рассеянно и постоянно отвлекалась. Орев даже прикрикнул на неё.

Ближе к закату явились Ниов и Авит. Сбивчиво стали делиться впечатлениями. Они познакомились с управляющим соседней деревеньки Задорожья, к которой формально относился хутор. Он подписал с ними контракт, и теперь они официально были наёмниками. Исса слушала вполуха, попутно заканчивая работу.

Исса разбирала постельное белье в подсобке. Орев показывал ей, где хранятся чистые простыни для постояльцев. Её друзья показались на пороге. Норов Ниова был разгорячён вином.

— Сударь мой Орев!

Ниов подошёл к хозяину, а Авит стал в проёме, загородив выход. Исса испугалась и сжалась в комок в углу.

— Чего вам, добрые люди? Вы уже веселые, я вижу.

— Добрый сударь мой Орев! Спасибо тебе за твое великодушие. Ты хороший человек.

Исса видела, как у хозяина брови от удивления взлетели вверх. Он затараторил:

— Ну, вот и славно, что я пригодился. Вы теперь все при работке, и мне подспорье имеется.

— Так вот, насчет подспорья, — Ниов повел рукой в сторону Иссы и глянул на нее. — Эта женщина моя жена. У нас и документ имеется, — он потряс перед лицом Орева бумагой Аварта. — Завтра мне уезжать. Я оставляю её тут одну.

— Вот и прекрасненько. Она поработает. Ты поработаешь. Всем хорошо, — запричитал невысокий Орев, глядя на Ниова снизу вверх.

— Посмотри на меня внимательно! Видишь мое лицо? Я был в аду. Так вот. Если с Иссой что-нибудь случится, я ещё хоть сто раз восстану из ада.

Исса тихо наблюдала эту сцену из угла. Что он только нёс? Хоть бы Авит вмешался. Исса глянула на юношу. Тот смотрел на Орева непроницаемо. Казалось, он был полностью согласен с Ниовом. То ли они действительно оба захмелели, то ли и правда боялись за неё.

Глаза хозяина сделались круглыми, как две сливы. Он кивал и лепетал:

— Не переживай, друг мой. Всё хорошо будет. Присмотрю я за твоей Иссой.

— Береги её, друг мой Орев.

Ниов развернулся и вышел из полутемной подсобки. Орев повернулся к женщине:

— Ну, иди. Отработалась уже на сегодня.

— Доброй ночи, — уже на ходу сказала Исса, вылетая из подсобки. Хозяин, видимо, решил выпроводить её на сегодня от греха подальше. Ей было неудобно за Ниова. Зачем только он запугал её новоиспечённого начальника?

Исса поднялась к себе в комнату и села на кровать. Она прикрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь отогнать накопленную за день усталость. Вернулись переживания, вытеснив даже мысли о Ранаяре. Зимой она была в цепях и втайне ждала, что хоть кто-нибудь из Сиадров её спасет. А с завтрашнего дня начиналось новое ожидание. Чуть больше, чем за неделю она привыкла к обоим своим спутникам. Ей хотелось видеть их. Ниов явится к ней сам, она даже не сомневалась. Поэтому решила умыться и привести в порядок растрепанную темно-русую косу.

Когда Исса расчёсывала волосы, к ней в комнату ввалились оба приятеля. Авит выдал явно заготовленные любезности и слова прощания, затем поцеловал руку Иссе. Выходя из комнаты, он хитро подмигнул Ниову. Потом пожелал доброй ночи и скрылся.

Ниов молча ждал, пока за ним закроется дверь. Исса смотрела в сторону и ждала, пока он заговорит первым. Сиплый и тихий голос Ниова наконец разбил неловкую паузу:

— Хочу отдать это тебе, — на ладони Ниова лежала рубиновая брошь. — Он ведь был твоим… другом.

Исса провела пальцем по алым камням.

— Почему был? Он есть, он жив, — потом помолчав, добавила, — Оставь её себе. Отдашь брату, когда увидитесь.

— Откуда ты знаешь, что он жив?

— Я говорю с ветром. Всю зиму дули северные ветры, и я могла только надеяться. А сейчас я точно знаю.

— А ты будешь говорить с ветрами, когда уеду я?

Она надолго замолчала. Потом тяжело вздохнула и сказала:

— Мне не везёт с вами, Сиадры. Один на заре зимы улетает на юг. Другой с первым теплом мчит на север.

Ниов сел рядом с ней на кровать.

— Я пошлю тебе письмо сюда на всякий случай, когда приеду в Зимбрег.

Исса кивнула. Ей хотелось говорить с ним, но слова не шли в голову. Она боялась, что он сейчас наткнётся на её молчание и решит уйти. Но он заговорил снова:

— Почему ты не раскрыла конверт от Ранаяра?

— Потому что там страницы из книг, написанных на древнем диалекте Дайберга. Дядя должен был перевести мне его. Но ты его убил. Теперь надо в архивы Кронграда. Там есть словари и книги.

— Нескоро мы теперь попадём туда.

Иссе было тревожно.

— Но ты ведь вернешься за мной?

Он кивнул и приобнял её за плечи. Вялый разговор ни о чем заставлял ночные минуты бежать с огромной скоростью. Исса лежала, периодически прикрывая глаза в дремоте. Силуэт Ниова возвышался рядом. В последнюю ночь перед расставанием оказалось крайне важно обсудить, как приготовить кронградское яблочное вино восемью способами, чем отличаются четыре породы северных шерстолапов и какие лесные травы используются для приготовления бодрящего пряного чая. Исса уснула, держа Ниова за руку. Она до самого утра сжимала его пальцы, улыбаясь своим снам.