Человек без прошлого

Глава 13. Женщина из прошлого

В голове Ниова всего на секунду пронеслась надежда, что теперь ему были положены более приличные условия, чем тюремные. Как бы не так! Женщина вначале долго стояла, нахмурив лоб, словно то ли вспоминала о чём-то, то ли просто размышляла. А потом резко развернулась и ушла, по пути перекинувшись парой слов со своими людьми. В результате всего этого уже спустя несколько минут после разоблачения Ниов вместе с остальными сидел на сыром полу и догрызал ошмётки с обеденного стола лесных господ.

Авит придвинулся к нему вплотную и тихо, так, чтоб никто не слышал, сказал:

— Не говори, что ты ничего не помнишь. Не говори про Леду.

Ниов поднял на него глаза. Рот был набит едой, и он ничего не ответил. И так ведь было ясно, что лишнего лучше не болтать.

Наружная решетчатая дверь скрипуче всхлипнула, и в полумраке показались трое. Ниов оглянулся и узнал в одном из пришедших женский силуэт. Он отшвырнул остатки убогой еды и встал, стараясь придать своей позе решительность, а лицу — надменность. Гордая осанка не особо удалась: нога разве что не орала от боли.

— Эргон! Так зачем ты назвался чужим именем?

Ниов молча смотрел в глаза лесной атаманше, а сам думал: «На! Смотри на меня и на то, что от меня осталось!» Ему нечего было ответить. В конце концов, он её даже не помнил. Но он был убеждён, что если уж он когда-то и был вместе с этой женщиной и делил с ней постель и жизнь, то жизнь эта была очень неспокойной и полной бурных омутов. Про себя он горько усменулся, когда ему пришло в голову, что, может, и не всё там приятно было бы вспоминать, в той его прошлой жизни.

Молчание затянулось, и стало таким плотным и вязким, словно растеклось по воздуху. Тогда вмешался Авит. Он подошел к ней вплотную, насколько это позволяла разделяющая их решётка, и гневно воскликнул:

— Знала бы твоя сестра, что ты промышляешь работорговлей!

— А откуда ты знаешь мою сестру, мальчишка?

Ниов вмешался, чтобы Авит вдруг не наболтал лишнего.

— Ты обещала меня выпустить. Так давай, освобождай.

Она запрокинула голову и бесстыже засмеялась.

— Выпустить? Ничего такого я не обещала. Я сказала, что тебя я хочу оставить себе. Будешь моим рабом.

Авит плюнул и ругнулся. Ресса и вовсе завелась:

— Какого черта ты только попёрся через наш лес, Эргон! Ненавижу.

— Да что я тебе сделал?

— Ты меня бросил, чтобы выслужиться перед своим корольком. Ты меня бросил, чтобы ходить и без толку облизываться вокруг этой дурной принцесски! Ты хотел славы и военной карьеры. Ну, как, получил? Что с тобой сделала твоя служба? Что с тобой сделала твоя Нилия?! Ты больной и никому не нужный урод!

Слова женщины хлестали наотмашь, а ему даже не было обидно. Ниов обернулся на своего друга. А ведь Авит тоже ехал в Кронград за славой защитника Белой Долины. И вот теперь оба горячих патриота — в лесном подземелье. Неожиданно Церитх распустил перья и закудахтал:

— Моя лесная госпожа, я тебе предлагаю услугу. Не совсем услугу — сделку. Да, да, сделку! Я знаю, где вы можете поживиться в скором времени. А вы отпустите меня за это, госпожа.

Вот пакостник, ладно уж за контрактников, а ведь даже за односельчан не торгуется, подумал Ниов. Ресса медленно повернула к нему голову, хищно улыбнулась и переспросила своим кошачьим тоном:

— Сделку? Я смахиваю на тех, с кем заключают сделки?

— Да, да, сделку! Через три дня из Зимбрега будет ехать король с дочерью. Всякие там платья, золото, камни. У них ведь много. Экипаж будет направляться в Кронград. Я точно знаю, мы же торгуем с северянами. Отпустите меня, я же вам ценную штуку сказал. Я даже помогу вам поживиться у них. Там будет принцесса…

— Нилия? — зарычал Ниов и, не дожидаясь ответа, с размаху вмазал кулаком в челюсть Церитху. Тот оказался крепким мужиком. Вместо того, чтобы отключиться, он стал метелить Ниова в ответ. Четверо земляков заступились за предателя. Авит и, к удивлению Ниова, Клов начали махать кулаками, пытаясь справиться с пятёркой попутчиков. Ниов почувствовал, как охрана бесцеремонно растащила стороны потасовки. Ниова выволокли из-за решётки и кинули на пол. Он больно ударился, в сто пятьдесять какой-то там раз зашибив и без того больную ногу.

— За мной, — властно сказала Ресса. Сделав пару шагов, обернулась, — И тех двоих давайте сюда. А то они там поубиваются.

Ниов невесело переглянулся с Авитом. Они побрели под конвоем. Шагах в двух волочился Клов и еще один конвоир.

Когда они снова оказались в зале, Ниов шумно вдохнул. Здесь было легче дышать. Затхлость и сырость не шли на пользу ни лёгким Ниова, ни больной ноге. Атаманша села на большое кресло в центре зала за столом. Пленников она не подпускала близко к себе — это было разумно. Им позволили сесть в отдалении. Рядом были вооружённые стражники.

— Рассказывай, — тоном, которому не очень хотелось возражать, приказала женщина.

Но Ниов решил, что ему особо нечего терять, а уничтожить его она не захочет хотя бы по одной простой причине: ей приятно было играть с ним и издеваться над ним. Она как кошка пускала коготки в полупридушенную мышь, но ей хотелось, чтоб эта мышь ещё трепыхалась и пыталась убежать. Ниов прямо-таки нутром чувствовал, с каким упоением она пускает когти в него. Поэтому он уставился в стол и заупрямился:

— Что тебе рассказывать?

— Где ты набрёл на мою младшую сестрёнку? Судя по документу, поженились вы недавно.

— Ага, — кивнул Ниов и снова умолк.

— Что, решил, что это остроумно — и с другой сестрой поразвлечься? И где ты её подобрал?

— В Дубовье, — спокойно отреагировал он.

— Какой леший её там задержал на столько лет?

Вот именно, что леший, подумал Ниов. Он не знал толком, что можно говорить Рессе, но она вызывала у него какое-то тёплое чувство. Это сложно назвать доверием, но подспудно казалось, что от неё не исходит безусловная ненависть к Ниову и особенно к сестре. По крайней мере, сестринские чувства у нее ещё были, Ниов в этом не сомневался.

— Исса строила какие-то планы с вашим дядюшкой.

— С дядей Каррамом? Я знаю новости. Он уже полгода как почил. И поговаривают, некий Сиадр его укокошил, — хитро сощурилась Ресса. Ниов смотрел ей в глаза и пытался разгадать, кто же прячется за этим кошачьим взглядом. Та продолжала, — Дядю мне не жалко. Он всегда был странный. Зря они затеяли эту возню с южными рабами. Я думала, Исса уже давно приручает драконов на юге.

Тон женщины был обыденным. Значит, драконы для неё — обычное дело?

— На юге есть драконы? — Ниов изо всех сил старался казаться безразличным.

— Если бы Пылевые Волки занимались не только тем, чем они занимаются, то возможно, на севере бы знали о драконах, — назидательным тоном отчитала его она. Ниов хотел было спросить про Пылевых Волков, но Авит быстро перехватил инициативу, повёл бровями и с напускным безразличием спросил:

— А что надо, чтобы приручать драконов?

Ресса хмыкнула.

— Драконий камень нужен, агат. Они хорошо его слушаются.

— Это как — слушаются?

— Они абсолютно дикие твари. Они ничего не соображают. А агат им… вроде как помогает настроиться на нужные вибрации мозга… И они слушают мысли того, кто управляет ими. И могут на них реагировать.

— А ты сама приручала драконов? — Авит стал атаковать женщину вопросами. И эти вопросы были очень умело построены, отметил Ниов.

— Я не самоубийца. Мне не слишком это надо было. Этого хотел дядя Каррам. Он, если честно, был абсолютно свихнувшимся старикашкой, — усмехнулась Ресса. — Этого хотела Исса. Она у нас тоже немного не в себе, — покрутила она пальцем у виска. — Всё ей высокие цели подавай, подвиги… Вначале она потащилась — а я за ней! — просто за компанию с дядей, который ей и пообещал все эти свершения. А потом она втемяшила себе в голову этого Ранаяра. Если б не эта кронградская идиотка, всё бы вышло очень даже неплохо: мы с тобой были вместе, а Ранаяр был бы вместе с Иссой… — она нахмурила лоб и отвернулась.

Горечь повисла между ними, въедаясь в глаза и выворачивая душу наизнанку. Сколько утраченного, сколько несбыточного осталось в прошлом! Может, река забвения — это спасение, которое пришло как раз когда сердце уже не знало, куда деться от нагромождения глупых поступков и пустых надежд?

Ниов покосился на Авита — тот боялся нарушить это тонкое доверие, которое установила Ресса, пустившись в откровения. Тогда Ниов сам взял дело в руки.

— Так что там с драконами? Как вы их приручали? Как это было?

— Дядя хотел, чтобы мы приручали драконов здесь, на севере. Но… я не успела приручить ни одного.

Пленники удивленно переглянулись — эта властная атаманша потупила взгляд! Ниов был в растерянности. Она была в настроении пролить свет на прорехи его прошлого. И он не стал упускать эту возможность.

— Не успела? Как это? У тебя же был драконий браслет. Ты сама мне его подарила.

— Он мне больше был не нужен. Вот и подарила. Мы с тобой были вместе. Мы были близки.

— И что же? Причем тут драконы?

Ресса снова смущенно отверулась.

— Дикие драконы не терпят мужчин, неприрученные, поначалу они подпускают к себе только чистых девушек. Приручить дракона может девушка, не познавшая мужчину. Но обучиться приручать дракона — дело многих лет. Это особая профессия на юге. Это почётно. Девушки отрекаются от обычной жизни и служат своему навыку, пока их не сожрёт какой-нибудь свирепый не поддающийся дрессировке ящер.

Ниов закрыл безобразное лицо руками. Такая жизнь — хуже рабства. Ему хотелось спросить Рессу наедине, без присутствующих здесь мужчин. Но такой возможности не будет. Поэтому пришлось говорить при них:

— А Исса? Она приручала драконов?

— У нее был такой же браслет. Она была совсем юной, и ещё не обучилась. Но она с детства хотела стать укротительницей драконов. Маленькая дурочка! Каррам и от меня того же хотел.

— А сейчас? Мы с ней только формально в браке. Она и сейчас может приручать драконов?

Ресса уставилась на Ниова своми кошачьими глазами. Она прекрасно поняла, о чем спрашивал Ниов.

— Вот сам у неё и спросишь, муженёк. Вдруг она набрела на какого-нибудь симпатичного лекаря, пока торчала в своём Дубовье.

Ниов почувствовал камень внутри груди. Он никогда не думал о том, что у Иссы раньше могли быть мужчины. Сейчас эта мысль душила его. Он снова закрыл лицо ладонями и почувствовал, как разболелась голова. Ниов глянул на Авита. Тот сопереживающе и смущённо улыбнулся. А потом тихо сказал:

— Помоги своей сестре, Ресса. Она ждёт нас. Она ждет Ни… Эргона. Исса пропадёт без него.

Пока Авит говорил, Ниов шумно вдыхал воздух носом, сжав губы. Ему было до тошноты плохо. Ниов не понимал, то ли тревога за Иссу и волнение последних дней, то ли удары Церитха в голову стали тому причиной. В глазах начали расплываться лица, факелы, стены. Они распались на темнеющие танцующие пятна. Потом совсем уплыли. В глазах стало темно, а в голове мысли перемешались в неразличимый кисель. Ниов потерял сознание.

— Эй! Кончай хворать. Тут тебе не Дубовье, лечить некому.

Ниов с досадой узнал женский голос и вспомнил, где он. Он хрипло спросил:

— Где Авит?

— Да тут я, тут, — отозвался знакомый тон.

— Мне надо… к Чорнару, — прерывисто дыша, сказал Ниов.

— Это ещё что за шерстолапий сын?

— Лекарь в Кронграде.

— Ты вроде как мой пленник, забыл? — тон снова приобрел кошачьи издевательские нотки. Послышался голос Клова:

— Смотри, госпожа, он плох. Он и так весь изувечен. Пусти ты его, на что он тебе такой?

— Замолчи, волчонок!

Перед глазами у Ниова наконец-то вырисовались чёткие линии лиц. Он сел и понял, что его уложили на топчан и укрыли пледом. Вот тебе и плен!

— Ресса! Что ты будешь делать с Церитхом?

— Сказала же — продам всех на торгах в Зимбреге, — атаманша с довольным видом оглядела Авита и Клова, следя за реакцией. Взгляд Клова перепуганно заметался с Ниова на Рессу. Авит безразлично возился с Ниовом.

— А его сделка? — вмешался Авит.

Ресса звонко захохотала. Это был красноречивый ответ.

— Так ты что же, не станешь трогать колонну короля?

— Почему это?

Ниов отвел взгляд от воинственной женщины и хмуро уставился в пол. Помолчав, он попросил:

— Поговорим наедине?

Она хитро глянула и кивнула. Стража вывела Авита и Клова. Авит обернулся, и Ниову показалось, что он обижен. Остался один стражник у двери, который сердито уставился на больного пленника. Хотя Ниов сейчас был не в состоянии атаковать даже клопа на подушке.

— Зачем в Зимбреге рабы?

— Черти знают, куда они их девают. Они ведь полностью отрезаны от Юга владениями Летислава Кронос. А он у нас правильный, рабов не держит, — хмыкнула Ресса и перевела тему, — Как там моя сестричка?

— Она ждёт меня в Задорожье. Мы должны попасть в Кронград.

— Кому должны?

— Есть дело. Она хочет учиться приручать драконов, — пусть будет так, подумал Ниов, выбирая слова.

— Глупая дурочка. Зачем ты оставил её там?

— У нас не было денег, и я нанялся охранять обоз.

— Хороший же вышел охранничек! — издевательски заметила Ресса, тряхнув копной волос. Если их отмыть и расчесать, получились бы такие же тёмно-русые косы, как у Иссы. Ниов только теперь начал замечать сходство сестёр. Хотя характеров оно точно не касалось.

— Авит тоже со мной. Мы должны сопроводить Иссу в Кронград, — упрямо повторил Ниов.

— Авит отправится на север. Тебя я отпущу к Иссе. И учти: если ты будешь так же плохо охранять её, как обоз, я тебя найду. И все твои шрамы тебе покажутся царапинками.

Ниову стало обидно. Особенно он не хотел бросать Авита. От отчаяния он зачем-то решил атаковать.

— И ты будешь врать, что когда-то меня любила? Ха! Собственница. Мстительная собственница.

Она приблизила к нему лицо и прошипела:

— Эргон, я тебя ненавижу.

— Поэтому отпускаешь? — спросил Ниов раньше, чем подумал, что пора бы замолчать.

— Отпускаю, потому что Иссе нужно в Кронград. А я не знаю людей надежнее Сиадров.

— Так я свободен?

— Ты поможешь мне напасть на экипаж короля, а потом вали в Задорожье.

— Нет.

— Ты поможешь напасть на них, — твёрдо повторила Ресса, — и ты обязан остаться невредимым. Чтобы поехать в Кронград с Иссой.

— Дался тебе этот экипаж. Неизвестно ещё, правда ли то, что сказал Церитх.

— Если это неправда, я его продам такому хозяину, что он пожалеет о своём вранье.

Терять было нечего. Она все равно атакует их и обчистит.

— У меня просьба. Вернее, у Иссы. Ты не могла бы мне ещё раз подарить драконий браслет?

Ресса подняла брови. Выждав паузу, Ниов добавил:

— Надо только снять его с принцессы.

Раз уж она всё равно ограбит Нилию, пусть хоть послужит делу, которое начали Сиадры и Каррам. Кстати, о Карраме! В памяти Ниова всплыл тот четырёхугольный клочок стола, на котором не было пыли. Раз он тут, надо уточнить у Рессы.

— А ты часом не заглядывала в башню своего дядюшки?

— Делать мне больше нечего! Чего я забыла в волховьем логове?

Ниов всматривался в заостренные черты лица и пытался понять, врёт она или нет. Потом чтобы не нарваться на новые расспросы, быстро ответил:

— Ничего, просто. А Нилию ты тоже собираешься в плен брать?

— Я, по-твоему, похожа на дуру или фанатичку? Я лучше буду возить в Зимбрег работящих крестьян, а не вельможных неумех. И всё будет спокойно и надёжно. Зачем мне твоя Нилия? Из-за неё тут шум под каждым кустом поднимут. Я пока что не спешу на дно Астроны. Возьму ценности — и пускай валят.

Ресса разглядывала Ниова, и ему было неприятно под этими глазами. Словно железные латы водрузились на его плечи — и давят, давят. Но он решил выдержать личину пленника, поэтому продолжал молча пялиться на стенку напротив. Наконец женщина взяла его за руку и приблизила лицо.

— Я бы вспомнила с тобой былое, если б ты не был таким уродом.

Последнее слово она произнесла с упоением — хотела вонзить очередной гвоздь в сердце Ниова. Но ему было всё равно. Он равнодушно поднял на неё глаза. А Ресса злобно сощурилась, тряхнула охапкой прядей и скрылась за дверью. Лязга замка снаружи не последовало.