Человек без прошлого

Глава 14. Лесные разбойники

Следующие два дня Ниов относительно свободно передвигался по жилищу «лесовиков», как они себя называли. Огромный лабиринт нор оказался не слишком-то и густо населён: в банде было всего чуть больше дюжины человек, и Ресса дорожила каждым воином. По крайней мере, насколько мог оценить Ниов. Авита и Клова отселили в другое подземелье, чтобы люди Церитха не расправились с ними опять. Это осложняло дело, задуманное Ниовом.

С Рессой он вёл себя смирно и вежливо. Больше не заикался о судьбе Авита, даже сделал вид, будто ему безразлично, станет тот рабом или нет. При каждой встрече женщина давала понять, что интерес её к прежнему Эргону не угас. И тут же подчёркивала уродство Ниова. В общем, попросту издевалась.

Лечить «лесовики» умели в основном раны, а не болезни. Они ориентировались в лесных растениях, но не были искусны в зельях. Один из соратников атаманши даже сварил Ниову болеутоляющий отвар, но от него было не особо много толку. И хотя Ресса вернула Ниову его мазь, нога пульсировала от боли почти не прекращая — видимо, дело доделала ещё и сырость подземелий. Даже самые сухие и опрятные помещения были очень влажными и даже заплесневелыми по углам. Ниов мечтал уже завалиться на больничную койку лазарета в столице.

А ещё он мечтал дожить до завтрашнего дня. И спокойно уйти от «лесовиков». С Авитом. Ниов придумал глуповатый и авантюрный план. Времени было немного, поэтому хорошо, что вообще был хотя бы какой-нибудь план. Пользуясь своей относительной свободой, он выгадывал минуты, когда за ним не смотрел безалаберный страж Ириг. Он стащил из комнатки, что служила сокровищницей Рессы, свою рубиновую брошь. Свидетельство о свободе Иссы её воинственная сестра отдала Ниову сама — сработали доводы о её безопасности. Но брошь была ценным трофеем для Рессы. Ничего страшного, Ниов шустро вернул себе её.

Отрепетировав на броши, он взялся за более серьёзную кражу. Тут он не сомневался — Ресса лихо снесёт ему голову, если поймает. И никакие ностальгические чувства у неё на пути не встанут.

Теперь надо было выкрасть ключ от двух темниц. Страж у Ниова был туповатый — наверное, его на серьёзные дела не брали. Ириг зевал, отворачивался и как только мог, демонстрировал, что ему досталось самое скучное задание — таскаться по норе за то ли пленным, а то ли свободным Ниовом.

Ключи были у Рессы и у её ближайшего соратника с таким же безобразным лицом, как и у Ниова. За оставшееся время никак не удалось выгадать минуту и выкрасть их так, чтобы никто не заметил. Ниов чертыхался про себя. На сердце то и дело накатывала волна паники — успеть бы!

Ресса рассчитала время, когда королевский экипаж должен был проехать неподалёку. Ниов в последний миг упёрся и не согласился помочь атаковать кронградцев. До этого времени Ниов вел себя смирно и даже любезно. Это сработало: она не заперла его на время своей вылазки, а когда он заупрямился, ей уже некогда было возиться с темницами. Только оставила Ирига сновать за ним тенью. В «норе» остались ещё двое стражников — по одному на каждую тюремную камеру. Если Ниов не ошибся, больше никого не было — все отправились за своей лесной атаманшей.

Не теряя времени, Ниов с безразличным видом начал обход. Ириг таскался за ним. Ниов тоскливо покосился на конвоира и похромал на кухню. Тот вяло решил было усадить Ниова, чтоб не сновал где ни попадя в отсутствие хозяйки. Но в качестве оправдания Ниов угрюмо буркнул:

— Я голодный.

Ириг не мог понять, в каком статусе Ниов здесь находился. Поэтому возражать не стал, а молча кивнул и пошёл следом. Ниов взял ломоть хлеба и стал жевать, уставившись на Ирига. На самом деле он оглядывал и оценивал его. За поясом — кинжал с коротким лезвием. Интересно, хорошо ли верзила владел им. Ириг не сводил глаз с жующего Ниова. Еще секунда понадобилась Ниову, чтобы переступить с больной ноги на здоровую, бросить взгляд вокруг, кинуть на стол недожёванный ломоть и выхватить тяжеленную чугунную сковороду. Удар!

Ниову повезло: реакция у него оказалась лучше, чем у Ирига. Конвоир повалился, цепляясь за стол руками. Жалко парня — левая часть головы исказилась и стала покрываться кровью. Он застонал. Ещё пару мгновений Ниов разглядывал Ирига. Он больше не способен был ни поднять шум, ни пошевелиться. И вряд ли вообще выживет. И да — кинжал ему больше не нужен. Вот и вооружимся!

Сердце колотилось, но разум Ниова чётко рисовал план. Он выскочил из комнаты и пошёл туда, где обитала Ресса. Самое страшное сейчас было — заблудиться. Ниов вышиб дверь в комнату Рессы. Для этого пришлось опереться на больную ногу — она тут же отозвалась острым ощущением. Ниов поморщился и отмахнулся — сейчас не до здоровья. Ключи. Где же они? Ниов нашел целых четыре связки. Схватил их все и сунул в карман. Потом заметил на полке шкатулку. Ниов не вор, но за сопровождение обоза он-то денег не получил. Трёх золотых цепочек хватит. Теперь — за Авитом.

Снова лабиринты «норы». Темницы можно было бы найти даже в кромешной темноте — по запаху. В нос бросилась особо крепкая сырость и затхлость. Ниов приготовил кинжал. Дурацкая нога! Было больно одновременно опираться на хромую ногу и красться без единого звука.

Вначале он нашёл камеру, где ещё пару дней назад сидел сам. Хоть бы не поднять шум! Страж беспечно кемарил рядом. Но когда Ниов приблизился, он встрепенулся. Не успев встать и вооружиться, он проворно хватанул Ниова как раз за больную ногу и попытался повалить. Боль прошлась по нему всему, как удар молнии. Но он умудрился сгруппироваться так, чтобы рухнуть на «лесовика» всем своим весом. Это сработало — страж не ожидал, что хромой калека с ним сдюжит. Пришлось стукнуть его ещё пару раз, прежде чем он отключился. Ниов безразлично глянул на узников и приложил палец к губам, чтобы они не шумели. Теперь надо найти Авита.

Он завернул в следующий коридор. Здесь сильнее пахло сыростью, а прямо из стен торчали корни. Ниов шёл на тусклый мерцающий свет факела в конце подземелья. Было тихо. Он ещё не отдышался после схватки, и воздух шумно ходил по его лёгким. Стражник — молодой, ловкий — сразу вооружился и принял стойку. Авит и Клов вскочили на ноги, но из-за решётки сделать ничего не могли. Ниов едва заметно им кивнул и не сбавляя шага пошёл на охранника.

Тот шагнул на него и ударил первым. Ниов успел подставить под удар руку. Кинжал стража полоснул по предплечью. На заношенном рукаве выступило красное пятно. Другой рукой Ниов занес кинжал. Он не ударил. Страж вдруг сам стал корчиться и дико орать. Он словно тлел на глазах. Секунда — и на грязном полу вместо человека лежала горсть светло-бежевого пепла.

Авит и Клов вскрикнули от удивления. Ниов и сам был заворожен такой странной победой. Авит приблизился к решетке, взялся за прутья и полушёпотом задумчиво процитировал строку из предания:

— «И оставят от врага только пыль…»

Ниов заставил себя выйти из своего минутного оцепенения. Он оторвал кусок штанины и замотал рану. Потом принялся подбирать нужный ключ к решетке. Пальцы дрожали от испуга, усталости и волнения. Но сделано только полдела.

Наконец замок визгливо лязгнул. Его спутники выскочили и не говоря ни слова поспешили за ним. Проходя мимо первой темницы, Ниов задержался. Тамошний страж ещё лежал на полу, не прийдя в сознание. Ниов глянул в глаза Церитху и остальным заключённым. В тусклом свете факела на их лицах плясали землистые пятна. Они смотрели на троицу освободившихся наёмников со слабой надеждой. Жалкие и загнанные, как брошенные щенки. Ну, что с ними делать? Ниов чертыхнулся, сплюнул и всё-таки швырнул им в камеру ключи — пускай сами подбирают нужный. Посмотрел на Клова, ища одобрения. Тот кивнул и отрывисто спросил:

— Куда теперь?

— На кухню, — на ходу говорил Ниов.

Они вышли к жилым помещениям. Клов и Авит остановились и глубоко задышали — воздух здесь был чище и суше. Но Ниов торопил:

— Пошли, пошли!

Он провел их на кухню. Ириг так и лежал, не шевелясь и, возможно, уже не дыша. Авит уставился на него:

— Ниов, это ты его так?

— Да, — с тяжёлым сердцем пришлось согласиться ему. — Не сейчас. Значит, так. Тащите отсюда хлеб, сыр, воду — что найдёте. Сильно не нагружайтесь. Складывайте вот сюда, — он подошел к Иригу и бесцеремонно сдернул с него удобную походную котомку. Тело безвольно трепыхнулось от действий Ниова. Голова откинулась набок. Без сомнений, сегодня стало двумя или даже тремя «лесовиками» меньше. Ниов скривился и отвернулся от тела.

— А ты как? — спросил Авит.

— Вы тут всё собирайте. Во дворе есть лошади. Берёте двух и валите в Задорожье. Как можете, дорогу ищите. Я нагоню позже. Мне надо к Рессе.

— Самогубец, бежим с нами! — воскликнул Клов.

— Заткнись, — оборвал его Ниов и сам удивился собственной грубости, — Я к Рессе. Потом с вами в Задорожье. Давайте тут быстро.

Он на ходу откусил ломоть сыра и пошёл искать выход из норы.

Однообразие леса и отсутствие удобств заставили Нилию быстро соскучиться по северным хоромам её жениха. В карете с ней ехали три фрейлины. Хорошо, что отец, мать и пожилая скучная матрона не составили компанию в поездке — они ехали впереди в другой карете. Нилия устала от бесконечных указаний и наставлений. Вот почему ей хотелось замуж: казалось, что хотя бы став женой, она избавится от хвоста из приглядывающих за ней наставителей.

Гараим, его семья и свита северян ехали сзади. Нилии хотелось бы ехать с ним — надоели болтливые подружки. Говорить с Гараимом было почти невозможно — он едва знал десятка два фраз. Но удивительно быстро учился. При виде северного суженого Нилии поначалу было страшно. А сейчас девушка поймала себя на мысли, что она всё время пути только и думает, что о нём.

Впереди послышался шум. Крики, возня… Карета резко затормозила, накренилась и перевернулась. Нилия вскрикнула, а потом, пока карета падала, больно стукнулась головой, локтем, коленом. Девушки загомонили, пытаясь выбраться. Дверь кареты распахнулась снаружи, но никого не было видно. Путаясь в юбках и дорожной накидке, Нилия попыталась выбраться. Она не успела толком встать и оглядеться вокруг — кто-то грубо и крепко схватил её за запястье. Нилия обернулась и вскрикнула: перепачканное лицо было совсем близко. Не сразу принцесса поняла, что это была женщина. Она рванула черный браслет. Кожаный шнурок больно врезался в руку, а потом лопнул. Нилия вскрикнула и упала. Вокруг была неразбериха и потасовка. Принцессе было страшно. Она беспомощно пыталась выкарабкаться из кареты, но юбка зацепилась и мешала. В итоге она не могла уже ни залезть обратно, ни толком выбраться. Та женщина уже тянула руки к серебристым цепочкам и беломоритам на шее у принцессы.

Кто-то огромный откинул грязную женщину от Нилии. Она на секунду закрыла лицо руками, но потом глянула на своего спасителя. Это был Гараим. Но дикарка не сдавалась — в руке блеснул кинжал.

— Гараим, осторожно! — Нилия не успела и понять, как тревога за жениха обратилась в слова.

Тот обернулся к ней на мгновение. Улыбка и бесстрашная уверенность в себе словно сделали его великаном в глазах Нилии. Он заслонил собой маленькую принцессу и занёс мёч над напавшей женщиной. Рядом с ней уже было ещё одно перемазанное грязью лицо. Соратник дикарки попытался пырнуть кинжалом в Гараима, но тот резко опустил занесённый мёч. Рука с кинжалом полетела прочь, а из обрубка хлынула кровь. Нилия закричала от ужаса и закрыла лицо руками, только бы не видеть этот кошмар.

Но дикарка была решительна до безумия. Пока её друг неудачно атаковал северянина, она прыгнула на Гараима с кинжалом. Хотя Гараим увернулся и заслонился, плечо и ключица стали багровыми — эта лесная тварь задела жениха Нилии лезвием. Северянин снова откинул женщину.

Наконец-то удалось оторвать зацепившийся подол юбки. Нилия выползла наружу, а её попутчицы всё ещё беспомощно трепыхались в карете. Нилия схватила подвернувшуюся ветку и выставила её перед собой, став рядом с Гараимом. Только теперь она обернулась вокруг и увидела других дикарей, напавших на кареты и обозы. Большинство из них лежало в крови. Северянин занёс меч, чтобы сразить женщину с выпачканным лицом. Но опускаясь, лезвие звякнуло о невесть откуда взявшийся кинжал.

Неизвестный с закутанным тряпьём лицом выскочил на лошади и успел отразить атаку Гараима, подставив свой клинок. Он нагнулся, схватил женщину и рванул её на себя. Та отчаянно отбивалась и рвалась в бой. Гараим продолжал атаковать непонятно откуда взявшегося всадника. Тот успешно отражал его удары, уворачиваясь от длинного лезвия меча. Но сам не нападал. Нилия удивилась его реакции, которая, казалось, могла быть только у её жениха. Разве что еще у Сиадра. Лешие бы его взяли.

Всадник всё пытался затащить дикарку на лошадь, но видимо, у него не хватало сил. Поэтому он соскочил с лошади и поднял глаза на меч Гараима, который ни на секунду не прекращал атаку. Нилия обратила внимание, как он коряво опирался на ногу. Очень знакомо.

— Гараим! Стой, Гараим.

Тот не откликнулся на призыв невесты, но замер в воинственной позе.

Хромой всадник посмотрел в глаза Нилии. Лица видно не было — на манер южных кочевников он закрыл его повязкой. Передышка и замешательство Гараима дали ему возможность оттащить дикарку в сторону. Он шёл, знакомо прихрамывая. Всадник закинул её на лошадь и обернулся. Глянул в глаза принцессе и, как показалось, кивнул ей. Потом сел верхом за дикаркой и скрылся в лесу вместе с ней.

Ниов на ходу содрал с лица душную повязку. Хоть бы Нилия не узнала его! Он отъехал подальше, на безопасное расстояние. Хорошо, что северяне не погнались за ним. Остановив лошадь, он стащил Рессу на землю и гневно спросил:

— Ну как, отгребли от северян?

Та, казалось, и не слышала его. Он какое-то время дал ей выговориться, выслушивая нескончаемый поток отборной брани:

— Ах ты, чёрт, демон, лафатум ты проклятый!

— Дура. Я тебя спас. Вы с сестрой как сговорились. Ну, ты и влипла, Ресса.

Женщина встала на ноги, отряхнулась и зло толкнула Ниова в грудь:

— Ненавижу тебя, Эргон! От тебя одни проблемы.

И тут её светло-карие глаза уставились на кровь на руке. Она замолчала. Ниов забрал свой кинжал — подарок короля. Потом выхватил из её рук порванный шнурок с драконьими камнями и сунул в карман.

— Это я заберу для Иссы. Прости. Если нужна будет помощь, ищи в столице меня или Авита.

Глаза Рессы удивленно округлились. Ниов вскочил на коня и показал куда-то направо, махнув рукой.

— Твоя нора там. Пешком дойдешь. Прости, — уже на ходу он крикнул, — Я не желал тебе зла!

В этот миг он себя ненавидел. Он представлял, как эта сильная, смелая, волевая женщина собирала убитых и раненых, как она хоронила дюжину своих соратников, как бродила по лесу в абсолютном одиночестве. Ниову было жалко её.

Но сейчас надо было думать об Иссе. Если хорошо постараться, верхом можно добраться до Задорожья за два-три дня. Ниов прислушивался к лесу, включив все ощущения ищейки, на которые только был способен Пылевой Волк — после происшествия в «норе» он себя им и ощущал в полной мере. Уже через четыре часа Клов с Авитом нашлись. Теперь надо было спешить — Церитх тоже, скорее всего, был на пути к родным местам. А с ним лучше было не пересекаться.

Не считая безалаберно забинтованной раны и уже привычной боли в ноге, путешествие было комфортным. Навыки Пылевого Волка подсказывали Ниову, что они опережали Церитха и его спутников на безопасное расстояние. Теперь главное было — придерживаться того же темпа и не оставаться надолго в Задорожье.