Алхимики

Глава 21

Рейнард ещё раз оглядел рассевшееся на дороге существо. Тело льва — как и положено сфинксу. Крылья орла — тоже полное соответствие. Но вот голова… На лекциях в Академии рассказывали о сфинксах, даже гравюры демонстрировали. У них всегда были человеческие лица. А у этого — орлиный клюв. И вся голова птичья, торчащая прямиком из львиной гривы.

— Меня терзают смутные сомненья… — протянул Лис.

— Это грифон, — отрезала Даниэлла. — Можешь перестать сомневаться.

Рейнард изобразил облегчённый вздох и картинно утёр со лба отсутствующий пот.

— Слава императору, да живёт он вечно! — патетично воскликнул Лис. — А я уж думал…

— Не ври, — перебила Даниэлла. — Не думал ты. Совсем.

Девушка определённо была не в духе, потому Лис не стал спорить, а только развёл руками.

— И что будем делать? — подал голос Керн.

Рейнард придирчиво оглядел мага, будто прикидывая, как бы половчее скормить его рассевшемуся посреди дороги хищнику. Так, чтобы разом избавиться при этом от обоих.

— О, смертные путники, — совершенно по-птичьи прокаркал грифон. — Дальше дороги нет, здесь завершится ваш путь.

— Оно разговаривает! — восхитился Лис.

— И, кажется, угрожает, — мрачно буркнула Даниэлла.

— Не пытайтесь бежать, — предупредил грифон, поднимаясь на лапы и расправляя крылья. — Вам, двуногим, не тягаться со мной в скорости.

— А в уме потягаться? Загадки загадывать будешь? — поинтересовался Рейнард. — Но ты же не сфинкс.

— Да что ж вы все заладили, — проворчал грифон. — Не сфинкс, не положено… Могу молча сожрать.

Все трое дружно замотали головами, отказываясь от предложенной альтернативы.

— Значит, так. Три загадки…

— Каждому? — перебил Лис.

Этот вопрос заставил грифона призадуматься. При этом он по-кошачьи принялся машинально чесаться задней лапой.

— На всех, — наконец, решил он. — Каждому по одной.

— Нет, так не годится! — запротестовал Лис. — Или уж три на всех, или каждому по три. А по одной это совершенно не по правилам. А если бы нас четверо было?

— Но вас же трое, — справедливо указал грифон.

— Я же говорю: «если», — не отступил Рейнард. — Это сослагательное наклонение, предполагает рассмотрение вероятной ситуации, не случившейся в действительности.

Лис ухмыльнулся, наблюдая, как грифон снова впал в задумчивость. Всё же занятия риторикой в Академии оказались не напрасны. Хотя в то время он считал их пустой тратой времени, благо язык и без того был неплохо подвешен. Но как выяснилось, бесполезных знаний всё-таки не бывает. Рейнард уже не раз убеждался в этом за время своих странствий, а теперь получил очередное подтверждение.

Оставалось только сожалеть, что и химерологию, и криптозоологию Лис категорически прогуливал, столковавшись с преподавателями о зачёте заранее. Вдруг там мелькала какая-то информация о том, с чего вдруг грифон мог вообразить себя сфинксом и начать загадывать загадки? Да и вообще о разумных и говорящих грифонах. Прежде Рейнарду доводилось сталкиваться только с неразумными хищными тварями. Потому существо, сидящее сейчас на дороге, вполне могло оказаться искусственно созданной химерой. Вот только созданной кем и для чего? Самым вероятным казался вариант — чтобы никого не пропускать по пути в Гибернию.

— Ладно, три вопроса всем, — сдался грифон. — Отвечать может кто угодно.

— Каждый по разу, — продолжил торговаться Лис. — Раз вопрос всем, то и отвечать должны все.

На сей раз грифон вздохнул совершенно по-человечески, мотнул орлиной башкой и пробормотал:

— Надо было вас сразу молча сожрать.

— Ты и бедную птичку уже успел достать! — накинулась на спутника Даниэлла.

— А чего птичку, а не киску? — не растерялся Лис. — Всё же от льва в нём больше частей.

— А потому что голова важнее!

— Пожалейте мою голову, вы двое, — простонал Керн. — Хватит переругиваться. Будто десять лет женаты, право слово. Сейчас есть дела поважнее.

Он указал на грифона. Но тот никуда не торопился, сидел себе и пытался вылизываться. Хотя из-за клюва это получалось плохо, но существо не оставляло попыток.

— Хорошо, — Лис кивнул, шагнул вперёд и в предвкушении потёр руки. — Давай свою загадку.

— Мы же ещё не договорились… — начал было грифон, но поглядев на собеседника, только махнул передней лапой. — Ой, да отгадывайте, как хотите, всё равно ошибётесь.

— Самый умный, да? — изобразил возмущение Лис. — Да я столько загадок знаю! Могу сам тебе загадать, и ни за что не ответишь.

В птичьих глазах моментально разгорелся азарт.

— Отлично. Давай так. Если вы отгадаете мои загадки, я позволю вам пройти. А если я не отгадаю ваши, то отвечу на один вопрос.

— Ну, тогда отгадывай, — объявил Рейнард. — Потому что нам вообще-то в Гибернию не надо. Можешь не пропускать.

Грифон раззявил клюв и так и застыл, ошарашенный подобным заявлением. Страж дороги никак не мог понять, зачем люди пришли, если им не нужно идти дальше.

— Тогда я вас съем! — опомнился он. — Если не отгадаете.

При этом грифон так хищно облизнулся, что сразу стало понятно — дальше спорить бесполезно. Но Лис не желал терять инициативы, потому объявил:

— Раз всё решили, то загадывай.

Грифон снова запнулся. Обычно путники не спорили и не пытались диктовать условия. Чаще тряслись от страха и молили о пощаде. А эти напирают и сами торопят.

— Слушайте первую загадку! — пророкотал грифон. — Для начала простая. Не лошадь, а по дороге едет.

Рейнард задумался, от усердия даже почесал в затылке. За свою жизнь он видел немало странных существ, включая причудливых химер. И многих из них использовали как ездовых животных. Слишком много вариантов, нельзя же перебрать все. Вот их вообще привезли сюда в телеге, запряжённой волом…

Осенённый догадкой, он постарался не выдать озарения, продолжая изображать глубокие раздумья. Демонстративно огляделся по сторонам, задержавшись на том направлении, откуда они прибыли. Да уж, грифон не стал долго думать и загадал то, что только что видел.

— Кто-то хочет попробовать ответить первым? — обратился он к спутникам.

— Это же ты у нас мастер по загадкам, так что давай, прояви талант, — фыркнула Даниэлла.

Рейнард не заставил себя упрашивать.

— Телега это.

Грифон смерил его немигающим взглядом, который Лис успешно выдержал, и неохотно кивнул.

— Это было слишком просто, — проворчал он. — Теперь будет посложнее.

— Э, нет, моя очередь, — возразил Рейнард. — Но я тоже для начала загадаю что-то простое.

Очередной неохотный кивок орлиной головы обозначил согласие. Выдержав короткую паузу, Рейнард загадал только что на ходу придуманную загадку:

— Почему грифоны едят людей?

— Ты с ума сошёл? — зашипела на него Даниэлла. — Хотя чего я спрашиваю. Но зачем ему напоминать об этом?

Лис проигнорировал её возмущение, разглядывая задумавшегося стража дороги. Видимо, тоже перебирает множество вариантов. На самом-то деле, люди вовсе не являются основным рационом грифонов. Потому что не так уж много дураков, которые попрутся туда, где обитают крылатые хищники. А те, кто идёт к логовам тварей не по глупости, а, к примеру, за скорлупой их яиц, нужной в качестве алхимического ингредиента, стараются не попасть на обед.

— Потому что животные не выбегают на дорогу, — объявил грифон.

Этим ответом он окончательно убедил Лиса, что поставлен сюда кем-то намеренно. И наверняка не является обычным грифоном, который по непонятной причине обрёл разум. Он именно страж дороги и больше нигде не бывал.

— Неправильно, — покачал головой Рейнард. — Потому что грифоны летают быстрее, чем люди бегают.

Орлиная голова раздражённо зашипела. Его обида была вполне понятна, сам ведь на это намекал, когда угрожал. А теперь так опростоволосился.

— Хорошо, теперь я загадаю вторую, посложнее, — пригрозил он. — Слушайте. Кого крестьянин видит каждый день, аристократ время от времени, а Император никогда?

— Ты снова знаешь ответ, о великий мастер загадок? — поинтересовалась Даниэлла. — Или…

— Или, — перебил Рейнард. — Давайте посоветуемся.

— Кого может каждый день видеть крестьянин? — начала размышлять вслух Даниэлла. — Других крестьян? Коров? Свиней?

— А Император, да живёт и икает он вечно, никогда свиньи не видел, по-твоему? — фыркнул Лис. — Уж как минимум жареную, на блюде. Да и крестьян с прошениями принимает иногда. Раз в год, но всё же…

— Может, кого-то из родственников? — выдвинул предположение Керн. — У Императора, да живёт он вечно, есть только матушка, да живёт она вечно.

— Хватит повторять про вечную жизнь, мы сейчас Императора через слово поминать будем, а у меня уже уши вянут, — всплеснул руками Рейнард.

— Ты сам начал, — указала Даниэлла. — Так, кого же Император никогда не мог видеть?..

— Крестьяне общаются с крестьянами, аристократы со слугами, ну и другими аристократами, — забормотал Лис. — А Император…

— Я знаю! — воскликнула девушка, отогнав мысль, которая уже вертелась у Рейна на языке. — Я отвечу!

Лис пожал плечами, Керн открыл рот, но не успел возразить. Даниэлла уже развернулась к грифону и сделала шаг вперёд.

— Себе подобных! — объявила она. — Равных по положению. Император никогда не видел другого Императора. Крестьяне видят других крестьян каждый день. А аристократы общаются друг с другом время от времени.

— Это правильный ответ, — с явным недовольством проклекотал грифон. — Теперь ты загадывай, девица.

Даниэлла ненадолго задумалась, а потом выдала загадку, которую слышала от Лиса:

— Две головы, две руки и шесть ног, а в ходьбе только четыре — что это?

Рейнард хмыкнул. Ведь сама Даниэлла так и не смогла отгадать. К счастью, грифон вряд ли станет спрашивать с неё правильный ответ, а если что, он вмешается и ответит сам.

— Элементарно, — по-кошачьи фыркнул грифон. — Это всадник верхом на лошади. Слишком просто. Вы считаете, что я глуп и не смогу отгадать загадку посложнее?

— Она просто других загадок не знает, — засмеялся Лис, стараясь разредить обстановку.

Ишь ты, гордая птица попалась. Может, всё же не искусственная химера? Просто детёныш сфинкса и грифона, унаследовавший внешность одного родителя, а характер другого? Могут ли разные химерические существа давать общее потомство, Рейнард тоже из курса занятий в Академии не запомнил.

— Ладно, — уже более спокойно заговорил страж дороги. — Тогда я тоже дам загадку попроще. Но не слишком. Слушайте. — Он выдержал паузу и заговорил: — Моя жизнь может быть измерена в часах. Я служу, когда уменьшаюсь. Когда я тонкая, я быстра. Когда я толстая, я медленна. Ветер мой враг. Кто я?

Путешественники снова собрались вместе для обсуждения.

— Кто-то, кто живёт часы, — пробормотал Керн. — Тут много вариантов. Некий химерический конструкт, гомункул, созданный недоучкой?

— Это загадка, а не вопрос на экзамене в Академии, — указал Рейнард. — И спрашивает не ректор или магистр. Сфинксу, то есть грифону, все студенческие эксперименты как-то не близки.

— А можно уточняющий вопрос задать? — обернулся к грифону Керн. Получив утвердительный кивок, продолжил: — Кто-то — это одушевлённое существо или просто для красного словца и речь идёт о предмете?

— Предмет, — кратко обронил грифон.

Лис удивлённо вскинул брови. Готовности давать подсказки от стража дороги он не ждал. Возможно, слишком лёгкая загадка Даниэллы сыграла роль.

— Уменьшается, когда служит, — снова забормотал Керн, продолжая размышлять уже над следующей части загадки. — Запас магической энергии уменьшается при использовании…

— Или кусок мыла, — указала Даниэлла, сморщив носик. — Впрочем, откуда вам знать, магистр. Кажется, вы давненько таким предметом не пользовались.

— А быстрой, когда тонкая, и медленной, когда толстая, может быть девка, — не остался в долгу Керн.

Хотя его укол цели не достиг. Алхимичка, даже утратив магические силы, фигуру не испортила. Ни под маскировкой, ни с ней.

— Мыло не боится ветра, — заметил Рейнард, уже догадавшийся, каков ответ. — В загадках частенько надо думать с конца. Как с Императором. Это свеча.

Последние слова он заявил в полный голос. Возможно, если бы Лис всю ночь не играл в карты при свете тех самых свечей, то сейчас не додумался до ответа так быстро.

— Верно, — почему-то почти квакнул грифон. — Вы разгадали все три мои загадки. А я не отгадал одну из двух ваших. Можем пропустить третью. Давайте сразу ваш вопрос.

— Ну уж нет! — неожиданно запротестовал Лис. Он успел придумать отличную загадку. Даже если она уже не сыграет никакой роли, то упустить возможности её озвучить он не мог. С другим собеседником она потеряет большую часть смысла. — Загадываю. Летел по небу дракон, а на земле стоял рыцарь с баллистой. Рыцарь выстрелил, и дракон упал на него. Кто жив остался?

— Рыцари не состоят в обслуге баллист, — педантично указал грифон. — А баллисты не стреляют вертикально вверх. Это невозможная ситуация.

— Да неважно, — отмахнулся Лис. — Свечи не разговаривают и не могут спрашивать о том, чем являются. Что с того? Это же загадки. Условности.

Грифон смачно шмыгнул носом, заставив всех троих задуматься, как же ему это удалось при наличии только клюва.

— Хорошо… В живых осталась прекрасная дама, которую рыцарь хотел защитить от похищения драконом, — объявил он.

— Неплохой вариант, — вынужден был признать Рейнард. — Но нет. В живых остался сфинкс, потому что он в это время сидел на дороге в соседнюю страну и загадывал загадки.

Услышав грозный клёкот, Лис напрягся, готовясь бежать. И срочно придумывая, как спастись от крылатого создания, которое точно летает быстрее, чем он бегает. В голове крутился только вариант скормить твари Керна и надеяться, что подавится. Но грифон не торопился срываться с места и атаковать. Он смеялся.

— Человек, ты не только победил, но и повеселил меня, — объявил наконец грифон. — Я дам тебе тот ответ, который тебе нужен.

Рейнард покосился на спутников, всё ещё замерших в шоке, и не заставил себя медлить:

— Вопрос такой: как создать Магистериум Ребис, философский камень?

— Я обещал дать ответ, — проклекотал грифон. — Внемлите, люди. То, что вы ищете, родится из мужской доблести, смешанной с женской хитростью, политое потом и кровью, после томления в жаркой темноте. Озарённое искрой истинной магии, плоть от плоти земли, соль её. Третий не будет лишним, внезапный, но желанный. Лишь поняв себя, обретёте вы необходимое.

— Опять загадка⁈ — возмутилась Даниэлла. — Мы же закончили игру и выиграли! Ты обещал…

— Я обещал дать вам нужный ответ, — перебил её грифон, склонив голову набок и хищно косясь на девушку одним глазом. — Если вы не способны его понять, значит, не достойны обрести желаемое.

— Успокойся, это нормально, — махнул рукой Рейнард. — Сфинксы… или заменяющие их грифоны, — быстро поправился он, — никогда не отвечают прямо. Это ещё несложный вариант. Думаю, он перечислил алхимические ингредиенты. Осталось понять, какие именно. Символы. Мужская доблесть… хм… Рог единорога?

— Ни о чём кроме своего рога думать не можешь? — фыркнула девушка.

Грифон не стал слушать рождающуюся перепалку. Развернулся, вильнул львиным хвостом с кисточкой, взмахнул крыльями и взвился в небо, уносясь прочь. Трое оставшихся на дороге людей непроизвольно выдохнули с облегчением.

— Ну, томление в жаркой темноте — это точно про алхимическую реакцию, — вернулась к размышлениям Даниэлла.

Лис хмыкнул, но смолчал. В мыслях у него крутился иной вариант трактовки этих слов, но его Рейнард решил не озвучивать. При взгляде на спутницу ему очень живо представлялось, как именно можно смешать его мужскую доблесть с её женской хитростью в жаркой темноте. Пожалуй, даже обливаясь в процессе потом. Вот с кровью нестыковка, впрочем, раз в месяц у каждой женщины бывает. А вот наличие третьего, но не лишнего… Не то, чтобы Лис никогда так не пробовал, но Даниэлла точно не согласится, да и Керн определённо неугодный обоим третий. Впрочем, такой вариант трактовки он непременно озвучит, но попозже, когда девушка будет в более благодушном настроении. Надо только сперва продумать детали, подогнать сказанное грифоном к ситуации. Но это было бы слишком просто. И до сих пор от того, что мужчина и женщина попотели в темноте, даже если один или оба были магами и сыпали искрами направо и налево, ни одного философского камня не появилось.

— Что вздыхаешь? — оторвала его от размышлений Даниэлла. — Сообразил, о чём была речь? Ты же искатель алхимических редкостей, тебе должно быть виднее.

— Надо возчика на телеге догнать, пока не уехал, — не в тему ответил Лис. — Я ему велел в сторонке подождать, но долго он сидеть не станет. А пешком в деревню топать не хочется. В трактире под холодное пиво лучше думаться будет.

И, фальшиво насвистывая, он поспешил в том направлении, с которого они прибыли.