Алхимики

Глава 20

Лис усмехнулся, наблюдая, как идущий по улице Керн пытается сохранять гордую позу и надменное выражение на лице. Этому несколько мешала солома, застрявшая в волосах и налипшая на некогда дорогую одежду, и без того давно выглядящую не слишком презентабельно. Немудрено, после плена, работы в шахте и беготни по лесам. Очевидно, вся наличность магистра Академии осталась в зачарованном сундуке, а при себе не было ни медяка. Чем занимался почти сутки навязанный им спутник, Рейнард не знал и не слишком интересовался. Но то, что спал он на сеновале, не оставляло сомнений.

— Эй! — окликнул Лис. Магистр никак не среагировал, даже головы не повернул. — Керн!

На своё имя волшебник откликнулся. Не заметить машущего рукой Рейнарда мог только слепой. А слабости зрения, при всех его прочих недостатков, за магистром магии замечено не было. В общем-то, последнее касалось не только Керна, но и любого достаточно обученного мага. Уж если не способен подправить собственное здоровье, то титула магистра точно не заслуживаешь.

— Ну, чего тебе? — недовольно пробурчал Керн, приблизившись.

— С утра поедем дальше, надо всё подготовить, — спокойно отозвался Рейнард. — В том числе не забыть прихватить нашего дорогого и уважаемого надсмотрщика. Это я про тебя.

— Понял, не тупой, — огрызнулся тот.

Лис вздохнул. Похоже, вынужденный товарищ по путешествию слишком уж в дурном расположении духа, даже на подколки неправильно реагирует. Разумеется, правильной реакцией была бы именно та, которую в данный момент хотел видеть Рейнард. А прямо сейчас тупое огрызание казалось ему недостаточно весёлым.

— Надо нанять телегу, — сообщил он. — И переодеть тебя. А то всех сфинксов на пути распугаешь.

— Денег нет, — буркнул Керн.

— У меня есть, — заверил Лис.

И на сей раз получил желаемую реакцию. Керн вытаращил глаза, раскрыл рот, собираясь что-то сказать, но только зашлёпал губами, как вытащенная на берег рыба.

— Не стоит благодарностей, — отмахнулся Рейнард, не сомневаясь, впрочем, что «спасибо» — это последнее, что он мог услышать от сына ректора.

— С чего такая доброта? — наконец обрёл голос магистр.

— Должен будешь, вернёшь с процентами. Тройную сумму, — подумав, поставил условие Рейнард.

На этот раз он получил только скупой согласный кивок. Такой подход был Керну вполне понятен, и магистр не имел ничего против. Лис только незаметно усмехнулся. На самом деле, он был готов купить Керну новую одежду просто так. Всё равно деньгами на дорогу спонсировал ректор, а по возвращении ожидалась куда более крупная награда. Да и вообще скаредничать собиратель редких алхимических ингредиентов не привык. Если от спутника за милю разит свинарником, то любая хищная тварь запросто учует и потом сожрёт всю группу.

Керн помалкивал, Рейнард тоже не спешил заводить непринуждённую беседу. Только тихонько насвистывал под нос, безбожно при этом фальшивя. Он прекрасно знал, как это всех раздражает. В лавке портного Лис просто бросил на прилавок несколько монет и вышел. Если Керн и здесь начнёт вести себя, как обычно, а в итоге вместо новой одежды получит ножницами чуть пониже спины, то сам виноват. В няньки высокородному магистру Лис уж точно не нанимался. Каждый путешественник должен научиться понимать, когда стоит демонстрировать апломб, а когда лучше вести себя с простолюдинами на равных. Или вовсе помалкивать. И понять должен сам, на горьком опыте, иначе урок не пойдёт впрок. Вряд ли Керну для понимания хватит одного вышвыривания из трактира. Во всяком случае, ненадолго.

Но как минимум на сутки урок запомнился. Поскольку из лавки Керн вышел в новом камзоле, не таком расшитом и разукрашенном, как ему привычно, но вполне добротном и даже подогнанном по фигуре. Следов воткнувшихся иголок и булавок на нём тоже не было. Значит, сумел договориться с портным по-человечески. Лис кивнул сам себе, мысленно ставя плюсик в колонку заслуг Керна. Впрочем, вторая колонка, с минусами, получалась куда длиннее и, воплощённая в реальности, заполнила бы минимум полтора пергаментных свитка, каковыми уже лет триста почти перестали пользоваться.

— Что дальше? — всё ещё не слишком дружелюбно, но уже без озлобленности поинтересовался Керн.

— Наймём телегу…

— Более глобально дальше, — перебил магистр. — Едем куда?

— К сфинксу. Разгадывать загадки и задавать вопросы. Если повезёт — ещё получать на них ответы.

— А если не повезёт?

Лис сделал вид, что призадумался.

— Ну, в случае, если не повезёт, мы минимум на трое суток обеспечим питанием представителя редкого разумного вида из рода природных химер. Класс… Не помню какой.

Керн притворился, будто не заметил многозначительный взгляд собеседника, очень явно спрашивающий: «А ты не помнишь, к какому классу относятся сфинксы?» Рейнард снова усмехнулся. Видимо, магистр тоже уже забыл курс химерологии. Или прогуливал, как сам Лис.

— То есть, ты просто собираешься спросить у пожирающей людей твари, где найти Магистериум Ребис? — уточнил Керн.

— Скорее как его создать, — поправил Рейнард. — Тут нужно немного подумать, какой именно вопрос задать. Найти было бы попроще. Но если его не существует, то…

— Спрашивай про создание, — решил Керн. — Если что, отец пошлёт людей, которые зададут вопрос о местонахождении.

Лис пожал плечами и не стал раскрывать собеседнику глаза. Для того, чтобы получить у сфинкса ответ, требовалось сперва разгадать его загадки. А поскольку эти существа ещё более высокомерны и обидчивы, чем магистр Академии, состоящий в ближайшем родстве с ректором, то, проиграв интеллектуальное состязание со смертным, никогда не остаются на том же месте. В общем, искать этого сфинкса, чтобы задать следующий вопрос, придётся где-то в другой стране, куда слухи о том, что какой-то человек отгадал его загадки, не дойдут как минимум при жизни текущего поколения. Причём тех его представителей, что ещё не отпустили материнской юбки. Впрочем, это в любом случае не более полувека.

Ещё несколько монет перекочевали из кармана Рейнарда в руку Керна.

— Найми телегу, — распорядился Лис. — Ну и новые башмаки прикупи. На ночлег тоже должно хватить. Торгуйся, но сильно не жадничай. Справишься?

— Я… Да… Ты… — Керн задохнулся от возмущения. Но несколько глубоких вдохов и выдохов, как учили на уроках медитации ещё на первом курсе, позволили ему всё же заговорить нормально. — Вполне. На рассвете буду у трактира. С телегой.

Рейнард кивнул и немедленно ускользнул, оставив спутника одного. Пусть учится общению с простолюдинами дальше. В конце концов, даже назначенный надсмотрщик должен приносить пользу. Иначе проще его действительно сфинксу скормить, а потом оправдаться перед ректором. Бездельников на своей шее Лис был готов терпеть ещё меньше, чем заносчивых дураков рядом.

Добытчику алхимических редкостей не раз доводилось путешествовать вместе с теми, кто ему категорически не нравился. И эти чувства зачастую бывали взаимны. Но если это не мешает делу, то можно смириться. В конце концов, с этими людьми, включая Керна, ему детей не растить. И даже не обучать студентов магическим премудростям, хотя ещё вопрос, что является более сложным и трудоёмким. Ведь дети растут в любом случае, а вот знания в головы бездельников просто с течением лет не вобьются. Зато необходимость выживать и достичь в жизни хоть какого-то благополучия заставляет не только за пару месяцев выучить весь годовой курс по единственному украденному учебнику, но и вспомнить даже те сведения, которые слышал в полудрёме на лекции, мучаясь головной болью после попойки с Лофтом.

— Жить захочешь — ещё не так раскорячишься, — пробормотал себе под нос Рейнард немудрёную истину, как-то слышанную от девицы из дома терпимости.

Хотя она-то вкладывала в эти слова самый что ни на есть буквальный смысл, продемонстрировав перед тем чудеса гибкости без применения даже капли магии. Но в целом, образно, они вполне подходили ко всей жизни вообще.

Первый рассветный луч застал Лиса, прокрадывающимся по карнизу второго этажа трактира. Направлялся он прямиком к окну Даниэллы, распахнутому из-за жары. Впрочем, даже будь окно закрыто ставнями, такая преграда не остановила бы бывалого авантюриста.

Не обращая внимания на то, что хорошо заметен на фоне стены — кто же будет на рассвете пялиться на окна трактира? — Рейнард продолжил свой путь. Заглянув внутрь, он с минуту полюбовался Даниэллой, разметавшейся на постели, во сне сбросив с себя одеяло. Ночнушка промокла от пота и местами прилипла к телу, заставляя задерживать взгляд на изгибах женской фигуры. Даже с некоторым сожалением Лис всё же решил разбудить спящую.

— Подъём! — гаркнул он так, что девушка едва не подпрыгнула из лежачего положения.

Даниэлла соскочила с кровати, взгляд заметался по комнате в поисках то ли угрозы, то ли тяжёлого предмета, каковым можно отбиваться от нападающих. Заметив наконец Лиса в окне, девушка взвизгнула и схватила с кровати одеяло, мигом завернувшись в него.

— Ты что… как… какого?..

— Утро, ехать пора, — объявил Рейнард. — Сонливость же как рукой сняло, правда?

В ответ алхимичка разразилась тирадой в выражениях, не только употреблять, но и знать которые благородной леди не приличествовало. Лис с ухмылкой выслушал речь и сообщил:

— Телега будет ждать у крыльца ещё четверть часа. Потом придётся тебе догонять нас, быстро-быстро перебирая стройными ножками, кудряшка.

С этими словами он исчез из проёма окна, ухватился руками за карниз, повис и спрыгнул на землю. Можно было уйти тем же путём, каким пришёл, через крышу конюшни, но это вышло бы медленнее и не так зрелищно.

Запряжённая волом телега уже стояла у крыльца, в этом Лис убедился ещё до того, как полез на карниз. Сидящий на козлах сонный кучер игнорировал весь окружающий мир, пытаясь досмотреть прерванный десятый сон. А вот Керн метался рядом, не рискуя, впрочем, заходить в трактир. Судя по виду, толком поспать ему ночью не удалось. Возможно, на постой выданных денег уже не хватило, а снова заваливаться на сеновал магистр не пожелал.

Сам Рейнард тоже за ночь не сомкнул глаз, но исключительно по собственному желанию. Время он провёл довольно продуктивно, играя в карты и кости с местными. Как представителями правопорядка в лице командующего стражей вагра, так и тех, кто обретается по другую сторону закона. За исключением разве что брата Смерти, вновь встречаться с которым Лис слегка опасался, но одновременно желал о нём что-нибудь узнать. Увы, стоило заикнуться о необычном жителе деревни, как все азартные игроки смолкали и начинали сверлить взглядами карты или кости, едва не прожигая их насквозь. Так что Рейнард бросил попытки их задобрить своими проигрышами и в итоге покинул компанию, разбогатев на полтора золотых. Не такие уж большие деньги для торговца редкостями, но вот для селян совсем не гроши. А сами виноваты, нечего было молчать и дуть щёки, будто жаб проглотили.

Определять время по солнцу Лис умел не очень хорошо, уж точно не мог засечь ровно четверть часа. Но по его ощущениям, Даниэлла почти не опоздала. Сам он появился перед крыльцом только услышав её шаги через открытое окно первого этажа. Керн, в очередной раз развернувшись в своих метаниях туда-сюда и наткнувшись взглядом на фигуру, которой только что не было, едва не подпрыгнул. Но ничего сказать не успел.

— Миледи, карета подана, — объявил Рейнард, едва Даниэлла вышла на крыльцо.

— Совсем допился, карету от телеги не отличает, — пробурчала девушка, сонно моргая.

Если она и успела умыться, то это не слишком помогло. Рейнард и сам никогда не был любителем просыпаться с рассветом, потому в случаях, когда требовалось бодрствовать в такое время, предпочитал не ложиться вовсе. Ничего, в пути можно будет подремать, лёжа в телеге.