Вор с двумя именами

Глава 25 И поэтому все так… Произошло. Часть 1

Дождь всё ещё лил. Холодный, противный, он затекал за воротник камзола, смешивался с кровью на моих костяшках, с потом на лице.

— Если совсем вкратце — то всё из-за той клятой арканитовой пыли. Той самой, которую ты спёр из казарм по наводке сестёр Арикель. Ту, которую я якобы так отчаянно искал для своего плана.

В недалёком прошлом — 15 дней до бала.

… Расчёт оказался верен: окно в сортир на втором этаже было приоткрыто для проветривания. Оттуда тянуло щёлоком и сыростью. Я быстро оказался внутри, и выглянул в коридор. Выложенный грубым камнем, он вёл вглубь здания. Я двигался, как тень, прислушиваясь к ритму людей — тяжёлые шаги пары стражников внизу, мерное тиканье каких-то часов. Карта помещений, добытая когда-то за немалые деньги, отпечаталась в памяти отлично — и я знал, куда нужно идти.

Особенно учитывая, что я был тут всего несколько дней назад, хе-хе!

Склад конфиската находился на цокольном уровне. Спуститься туда по «чёрной» лестнице было делом нескольких минут — и вот весь шум остался наверху, а запах влаги сменился на запах пыли, старого дерева и слабого, но узнаваемого металлического духа магии — смесь озона и меди.

У тяжёлой железной двери, разумеется, дежурил стражник. Молодой парень, скучающий, переминающийся с ноги на ногу.

Сонное зелье?

Да куда там! Ему просто заплатили нужные люди, чтобы он в это время вышел подышать в противоположный выход, и не возвращался пять минут.

Дверь открылась отмычками с лёгким щелчком.

Внутри склада царил полумрак, слабо рассеиваемый магическими светильниками, вмурованными в потолок. Стеллажи, забитые ящиками, сундуками, странными приборами под холщовыми чехлами, уходили в темноту.

В дальнем углу — там хранились изъятые «неклассифицированные артефакты средней опасности», располагался стальной сейф, вмурованный в каменную стену…

Матовый, холодный на ощупь, с массивным замком сложной работы. Вокруг царила гробовая тишина, нарушаемая лишь моим собственным дыханием.

Камень Тверди под ключицей отозвался лёгкой, знакомой вибрацией, ощущая структуру металла. Это заняло несколько напряжённых минут — щелчки, скрежет, тихий шипение отключаемых мной предохранительных чар.

Наконец, раздался глухой, удовлетворяющий чк-к-к.

Я потянул массивную ручку. Дверца сейфа открылась беззвучно, на хорошо смазанных петлях.

Ну и конечно же — сейф был пуст.

Хотя нет, не совсем. На средней полке, там, где по всем данным должен был лежать аккуратный футляр с арканитовой пылью, лежал один-единственный лист дорогого пергамента.

Я взял его. Бумага была плотной, с лёгкой шероховатостью. На ней, выведенным изящным, почти каллиграфическим почерком, красовалась пара фраз:

«Опоздал, Краб. Прими мои соболезнования. До скорого, надеюсь. Р.»

Я тихо рассмеялся и аккуратно убрал лист во внутренний карман куртки.

Ты даже не представляешь, насколько ошибаешься, приятель…

Рив замер. Я видел, как в его глазах, мутных от боли, медленно проступает понимание.

— Хочешь сказать, это была ловушка?

— Скорее, приглашение, — усмехнулся я, присаживаясь на корточки перед ним. Расстояние было безопасным — даже если попытается ударить здоровой рукой, я успею среагировать, — Каюсь, самое слабое место моего плана… Ведь ты мог не настолько хотеть щёлкнуть меня по носу, и использовать арканитовую пыль, добытую где-то ещё… Но нет, ты сделал всё, как надо. Я лишь чуть… Подтолкнул тебя.

— Да ну?

— Ладно, не так уж и «чуть». Знаешь, вообще-то я потратил почти пару лет, чтобы всё сложилось именно так.

— Серьёзно?

— О, да! — рассмеялся я, и впрямь чувствуя небывалую лёгкость, — Ты себе не представляешь, сколько раз я прокручивал этот наш с тобой разговор! Пара лет, кучу денег — ты, наверное, и не представляешь, НАСКОЛЬКО большие эти кучи, приятель! Тысячи переживаний, опять же, но… Знаешь, оно того определённо стоило! Ух!

Я встал, отошёл на пару шагов и сделал небольшой круг по крыше.

Кончики пальцев покалывало — не от магии, а от ощущения победы, от ощущения, что всё сработало именно так, как я рассчитывал!

От осознания того, что мой долгий, сложный план — сработал!

Рив молчал.

— Один из твоих заказов, там, в Верониуме, — произнёс я, разглядывая залитый дождём Артанум, — Сейфы торговой гильдии… «Северный свет», кажется? Кто, ты думал, навёл на них заказчика? Кто подсказал, кого можно нанять на это дело?

Рив дёрнулся.

— Думаешь я поверю, что это был ты⁈ Узнать такое несложно!

— Верно. Только мне класть на то, веришь ты или нет. Я сам это дело заказал, и большую часть навара, которую ты тогда добыл, получил тоже я. Двадцать три сейфа, ни одной ошибки, охрана даже не поняла, что их обвели вокруг пальца. Гильдия до сих пор ищет концы. Ты резко стал знаменитым, Рив. Такой, маленькой местной легендой, у которой откуда-то появилась репутация, деньги, связи… Но в какой-то момент до тебя долетел один очень настойчивый слух, верно?

Рив снова дёрнулся, отодвинулся от меня.

— … о том, что какой-то мелкий воришка с севера, которого ты когда-то бросил подыхать, теперь ходит по Артануму и распускает о тебе всякие неприятные слухи. И можешь поверить, так оно и было! И денег за это я тоже отвалил немало… Особенно за то, чтобы эти слухи регулярно долетали до тебя. Ну а дальше всё просто — заказ на серьёзное дело, ты конечно отказываешься, бла-бла-бла, но тебе предлагают такие деньги, что и моя голова теперь кажется приятным дополнением, верно? Феррак, да тебе ведь вообще неоткуда было понять, что тобой играют! Даже если бы ты стал всё проверять, верно? Ну как ты мог подумать, что я могу прокрутить такое, верно? Ты не стал копать глубоко, Рив, и очень зря! Посмотри, к чему тебя привела твоя привычка не доводить дело до конца!

— Ты… — Рив попытался подняться, но сломанная нога не позволила, и он облокотился о борт крыши, — Хочешь сказать, что это ты нанял меня? Через подставных лиц? Ты… ты заплатил мне, чтобы я украл то, что ты сам хотел украсть⁈

— Знаю, звучит безумно. Но не настолько, сколько ты попросил за это дело, — покачал я головой, — У меня аж зубы свело, когда я сумму услышал! Но что поделать — лучший вор Земного Круга не может работать за гроши, верно?

Рив скрежетнул зубами. Я видел, как ходят желваки на его скулах, как вздувается жила на шее.

— Это безумие, — прохрипел он, — Ты… ты рисковал всем! А если бы я не взял заказ⁈ Если бы не смог проникнуть в сокровищницу⁈ Если бы стража меня взяла? Если бы…

— Если бы, если бы, — перебил я его я, — На этот случай весь мой план, который ты с такой старательностью разнюхивал, сработал бы как надо. Уж поверь, усилий пришлось приложить массу!

— Что, дождался бы балла и сам бы…

— И сам бы, да. Потому что знаю, что могу. Потому что у меня есть возможности, о которых ты и не подозреваешь, Рив.

Интерлюдия 1. Пыль

Полтора года назад

— Ты хоть понимаешь, сколько мы за это отдали? Сколько я отдал⁈

Голос звучал сипло даже для меня самого. Я стоял посреди нашего подвала, освещённого десятком магических светильников, и смотрел на пять деревянных ящиков, каждый размером с мою голову, аккуратно составленных у стены.

Пять.

— Пятнадцать тысяч золотых, — продолжил я, не дожидаясь ответа белгарда, — Пятнадцать, Лаверий! За пыль! За какую-то грёбаную пыль!

Лаверий сидел на своём обычном месте — за заваленным схемами и чертежами столом, и лениво грыз орехи. Его пушистый хвост покачивался из стороны в сторону.

— Двенадцать, — поправил он меня, щёлкнув скорлупой в сторону мусорной кучи.

— Я считаю с учётом доставки. И с учётом тех, кто делал вид, что ничего не видел. И с учётом того, что теперь у меня не осталось денег даже на новые сапоги!

Белгард фыркнул и спрыгнул со стула, подошёл к одному из ящиков, провёл когтем по крышке, с наслаждением принюхался к щелям.

— Арканитовая пыль, Краб. Ты хоть понимаешь, что это такое?

— Я понимаю, что это пыль. Которая стоит как драгоценные камни.

— Она делает возможным невозможное, — перебил меня хвостатый. Его изумрудные глаза полыхнули светом, который появлялся только когда он говорил о своих механизмах, — Компас, которым нас побросало по городу, основан на принципах связи этих пылинок между собой, сечёшь, олифантус? С помощью этой пыли я состряпаю такие штуки, после которых порталы ваших «чешуйчатых» с Анимой десятого уровня станут просто игрушкой.

Он открыл ящик.

Внутри, в аккуратных кожаных мешочках, пересыпанная для сохранности сушёной лавандой, лежала арканитовая пыль. Я видел её раньше — мелкими партиями, на чёрном рынке, в лавках алхимиков. Но чтобы столько сразу…

Она мерцала. Даже в тусклом свете подвала частицы переливались тусклым, внутренним огнём, будто в каждом мешочке была спрессована кусочек ночного неба.

— Пятнадцать тысяч, пушистый, — повторил я уже тише.

— Окупится, — Лаверий взял один мешочек, подкинул на ладони, и его морда расплылась в улыбке, — Это же ключ от любого замка в Артануме.

Он полез в карман своего засаленного жилета и вытащил оттуда смятый лист бумаги, весь испещрённый чертежами и формулами.

— А теперь давай работать. Мне нужно, чтобы ты понял, как мы будем активировать плетение. Порталы — штука капризная, Краб. Если неправильно рассчитать вектор…

— Я умру?

— Хуже. Застрянешь в стене.

Я взял у него чертёж, стараясь не думать о пятнадцати тысячах золотых.

— Ладно. Но если я окажусь в стене, клянусь, я найду способ оттуда выбраться и открутить тебе хвост!

Интерлюдия 2. Первый прыжок

Ветер на крыше был таким сильным, что, казалось, вот-вот сбросит меня вниз.

Я стоял на краю, вцепившись в надетый на руку портальный браслет. Металл был холодным, почти ледяным — и казался живым под пальцами.

— Ты уверен⁈ — крикнул я в темноту.

— ДА! — донеслось с противоположной крыши.

Голос Лаверия звучал неестественно тонко на таком расстоянии. Между нами было не меньше пятнадцати метров — пропасть, которую невозможно перепрыгнуть обычному человеку. Внизу, на десяток метров ниже, темнела мостовая, утыканная острыми углами причальных тумб.

Я посмотрел вниз.

— ТРИ! — донеслось с той стороны, — ДВА!

— Да ты издеваешься…

— ОДИН!

Я вздохнул, отошёл назад…

Бежать по скользкой черепице было страшно. Я чувствовал, как подошвы теряют сцепление с ней, как ветер бьёт в грудь, будто пытаясь остановить меня. Краем глаза я видел мелькающие огни порта внизу, слышал крики пьяных матросов где-то далеко-далеко.

Ох, лишь бы всё получилось, как на земле…

Пальцы сжали браслет.

Я даже не успел испугаться. В голове, в тот самый момент, когда каменная мостовая начала стремительно приближаться, вспыхнула только одна мысль, которую белгард вдалбливал в меня неделями.

Порыв. Желание. Вектор.

Я представил крышу напротив. Каждую черепицу, каждую трещину, каждый гвоздь, которым Лаверий закрепил свой маяк.

Браслет дёрнулся — и мир сложился пополам.

Интерлюдия 3. Сейф начальника порта

Год назад

Сейф щёлкнул в последний раз.

Я замер, прислушиваясь. В доме было тихо — хозяева спали на втором этаже, охрана, которую мы подпоили через подставного поставщика вина, давно отключилась в караулке. Только старые часы в холле мерно отсчитывали секунды.

Я потянул ручку.

Дверца открылась беззвучно, на смазанных петлях — мелочь, за которую я отвалил полсотни золотых человеку, обслуживающему замки в этом районе. Но сейчас я был благодарен ему даже больше, чем Лаверию.

Внутри, на бархатных подушках, лежали три камня.

Первый — кроваво-красный рубин размером с кулак младенца. Второй — сапфир, в глубине которого, казалось, плескалось море. Третий — изумруд, зелёный, как листва в самый разгар лета.

Каждый из них тянул тысяч на пять золотых. Каждый был чьей-то жизнью, чьей-то смертью, чьей-то мечтой.

И конечно же, мне было на это плевать.

Я аккуратно переложил камни в кожаный мешок, затянул горловину.

В комнате за стеной кто-то кашлянул.

Сердце заколотилось где-то в горле. В голове пронеслась карта поместья, все пути отхода, все запасные выходы, все окна, куда можно было бы выпрыгнуть, если…

Кашель повторился, а затем стих, сменившись ровным дыханием спящего человека.

Уф! Пронесло!

Пальцы нащупали браслет на левой руке. Металл был тёплым — арканитовая пыль внутри реагировала на моё присутствие, на моё желание.

Я представил наш подвал, с вечно чадящими светильниками, с горой чертежей на столе, с ящиком орехов, который Лаверий никогда не закрывал.

Повернул застёжку.

Порыв. Желание. Вектор.

Мир дёрнулся, сжался в точку…

Лаверий поднял голову от чертежа.

— Ну?

Я развязал горловину и высыпал здоровенные драгоценности на стол. Они глухо стукнулись о дерево, переливаясь в тусклом свете…

Настоящее

— … Но ты так и так взял заказ, Рив. Не мог не взять. Слишком много денег, слишком жирный кусок. И слишком много… — я усмехнулся, — … желания доказать всем, что ты лучший. Заодно и мне отомстить, переиграть, может быть убить, не знаю — судя по тому, что ты сделал с бедолагой Кривоносом, я тебя слегка… Недооценил.

— Да ну?

— Не думал, что можно стать ещё настолько большей мразью.

— Давай давай, убеди меня, что тебе не срать на тех уродов из поместья!

— Может быть, не на всех, — я пожал плечами, — Есть там и приятные люди.

— Та Стальная сучка? О да, сладенькая…

Я снова рассмеялся.

— Надо же быть таким куском дерьма.

Он замолчал. А меня дождь хлестал меня по лицу — но я почти не чувствовал его.

Я буквально горел изнутри!

— Вернувшись в Артанум, ты конечно меня проверил. Лучше было бы подослать убийц, но решил поиграть — и следил за мной с момента, как я появился в Элионе под видом княжича Адара. Даже чуть раньше, на самом деле. Ты видел, как я вхожу в «Золотой Сад». Видел, как «держу контакт» с сёстрами Арикель. Слышал, как я встречаюсь с Баронессой и обсуждаю с ней порталы, происходящее с Баронами и прочее… Кстати, та тень за окном была заметна. Не знаю, как её пропустил здоровяк — наверное теряет хватку. А ты… Это был не ты, верно?

Вот теперь он поверил. Снова дёрнулся, и на этот раз в его глазах мелькнуло сазу много всего — и согласие, и бешенство, и унижение человека, который только что понял, что его великолепный план, его многомесячная игра, его триумфальное возвращение в Артанум — всё это было частью чужой игры.

И страх…

— Нанятый мной залётный…

— Я так и подумал. Ты бы сработал лучше. Впрочем, невольно ты и сам в эту грязь Баронов и Зубоскала погрузился, так что уж извиняй… Допрашивать тебя будут долго, потому что рассказать тебе есть что…

— Про тебя, так что продолжай болтать!

— О, как я говорил — время у меня ещё есть, — я оскалился, и подошёл на шаг, — Оставлять следы несложно, Рив, если делать это специально. Ты видел, как я продвигаюсь. Ты знал, что у меня есть план — более того, ты знал огромную его часть, моё почтение!

Рив молчал. Только смотрел на меня, и в его взгляде я видел всё — и бешенство, и унижение, и тупое, животное понимание того, что он проиграл.

И огромное желание потянуть время.

Это ничего, его у меня хватает.

— Ты, наверное, хочешь спросить про портал, — сказал я, глядя, как дождь смывает кровь с его лица, — Как я оказался здесь?

— Та пыль, которую я взял в казармах…

— Была моей, да, — кивнул я, — Вернее, моего механика. Видишь ли, он научился с ней работать так, как никому и не снилось! Неудивительно, конечно, но… Короче, мы с ним последний год, даже чуть больше, скупали арканитовую пыль везде, где могли. Через подставных лиц, через мёртвые души, через торговцев, которые не задают лишних вопросов. Потому её и не достать в пределах тысяч миль от Артанума, товар-то к тому же редкий!

— Но Баронесса…

— Когда я вошёл в её кабинет и попросил о помощи, у меня в подвале лежало столько этого добра, что хватило бы на полтысячи порталов, Рив!

— И ты пошёл к ней на поклон только чтобы я услышал⁈

— Что? Нет, конечно нет! Частично рассказать о происходящем тоже стоило, это входило в мой план. В общем, давай не будем отклоняться от темы, всё же я не всю ночь с тобой тут намерен торчать. Та пыль, которую ты спёр в казармах, раньше была портальным маяком, который мой механик наделил определёнными заклинаниями. И когда ты использовал её, чтобы открыть портал из сокровищницы Гаррана, то создал второй путь для меня — в то же место.

Я видел, как до него доходит. Как медленно, мучительно складываются кусочки в голове.

— Всё это время… — прошептал он, — сёстры Арикель, та пыль, моя слежка…

— Всё было подстроено, — подтвердил я, наконец, успокоившись. Пора было заканчивать, — Единственное, что мне было нужно от тебя — чтобы ты с нашей пылью проник в хранилище Гаррана. Чтобы ты сделал за меня всю грязную работу.

Я поднялся, поправил сумку и похлопал ладонью по плечу Рива. Он опять дёрнулся, словно его ударили.

— Ты был великолепен сегодня, Рив, — сказал я безо всякой издёвки, — Серьёзно! То, как ты прошёл защиту Гаррана, как обошёл магические ловушки, как вынес Слезу из-под носа у всей этой клики аристократов… Это было искусство, чистое искусство! Я бы не справился лучше. Рив, ты и правда лучший вор, которого я знаю. Замки, сигналки, магические контуры, сам вон в какой прекрасной форме…

Он молчал, и я видел, как эти слова раздирают его изнутри.

— Как ты узнал, что я собираюсь вынести «Слезу» сегодня? — выдохнул он.

— Те связи в Элионе с любителями опасных развлечений. Приглашения на бал, увы, они тебе не достали, а вот приглашения накануне — запросто.

— Это тоже… Был ты?.. — прохрипел Рив.

— Я.

— А дети Гаррана? Зачем они были нужны тебе?

— Они были частью плана изначально. Я ведь говорил, что если бы ты облажался — я бы сам забрал «Слезу». Брошь, — я коснулся пальцами воротника, туда, где у Лилиан была закреплена стальная лилия, — И кинжал, который мы передали Каэлену. Маленькие, незаметные артефакты, которые даже после проверок остались тайными. Мой механик вплёл в них портальные привязки на всякий случай — и сканирующие заклинания.

Я усмехнулся, вспоминая, сколько усилий мы потратили, чтобы эти вещи работали именно так, как нужно.

— Заклинания помогли мне изучить магическую систему безопасности дома Гаррана. Я знал, где стоят ловушки, где спрятаны сигналки, где магия слабее всего. Та моя прогулка во время сегодняшнего ужина… Не знаю, следил ли ты зап мной — но она была исключительно для тебя.

— Сволочь…

— А порталы Лилиан и Каэлена… Я использовал их как ложный след. Пока люди Гаррана будут допрашивать свидетелей, пока маги Совета будут проверять портальные всплески, пока Зубоскал и его подчинённые поймут, что из поместья Стального телепортировались в четырёх разных направлениях… Всё это долго, даже для сильных мира сего. И когда они доберутся сюда — я буду уже далеко.

Перевесив сумку поудобнее, я снова посмотрел на залитый доджём Артанум, увидел у Храма Единого бога несколько ярких вспышек, и вздохнул.

— Мне любопытно… Скажи, что случилось с парнями? Щелбан, Хрип, Тур? Они живы?

Рив смерил меня тяжёлым взглядом.

— Щелбан откинулся от лихорадки, когда мы плыли в Круг Земель. Хрип по прибытии достал бешеного чешуйчатого, и тот сжёг ему глаза. А Тур… После того дела он исчез, понятия не имею, куда. Не поплыл с нами.

Я кивнул.

— Ясно… Что ж, времени у нас остаётся всё меньше и меньше, так что… Позволь откланяться. Приятно было поболтать, Рив.

Я козырнул ему, подошёл к краю крыши, провожаемый ненавистным взглядом, а затем остановился. Обернувшись, вытащил из кармана коготь тайкана и продемонстрировал его Риву.

— Кстати, я вернул себе кое-что. Не обижайся, пришлось пошарить по твоим вещам в гостинице, но ничего другого я не взял. Хотя… Теперь тебе уже без разницы.

— Подожди! — Рив выкрикнул это мне в спину, — Погоди, Краб! Помоги мне! Забери с собой! Клянусь, я никогда… Клянусь, я буду…

Я рассмеялся, не дослушав его.

Нет, ну как же приятно было осознавать, что этот урод получил по заслугам!

— Ты сделал для меня всё, что мог, — вернул фразу, сказанную им же два года назад, когда я валялся в задымлённой лавке торговца, — Так что теперь можешь спокойно сдохнуть.

А затем я повернул ещё одну защёлку на браслете — и исчез во вспышке портала.