Ресурс

Глава 16

Из зоны Верховцева мы сразу не уехали: собрали кристаллы из населённых пунктов и озёр. Потому что сам он точно этим не займется, а всяким ушлым артельщикам оставлять не хочу. Эти кристаллы я сразу разделил на двоих, радуясь, что пока не могу просматривать и не буду знать, что отдаю. Его часть я отложил в отдельный мешочек, отдам при следующей встрече. Дальше я решил въехать в зону и двигаться по ней под незаметностью, со Снегом и Вихрем, и отключить последние два навыка сразу, как пройдет снегопад. Убежища на карте у меня были размечены, но ранние — ещё того времени, когда зона была в прежних границах, так что на ночевку нужно было собираться задолго до наступления темноты, чтобы не оказаться у разрушенного убежища, останавливаться в котором надолго невозможно.

Еще я не учел, что сдвинувшаяся зона создала повышенную плотность тварей у границ — кому-то удалось удрать от разлагающей отродья зоны реликвии. Несмотря на незаметность, частенько приходилось слезать со снегохода и драться. Напарника не хватало, я даже пожалел о Верховцеве, хотя справлялся, иной раз даже не доводя до ударов топором. Скрываться было не от кого, и я использовал весь свой магический арсенал, стараясь отработать всё, что приходило в голову. Магии хватало, и между стычками она успевала восполниться.

Добравшись до первого же убежища за новой границей зоны, я убедился, что оно все еще функционирует, хотя давно не посещалось — похоже, артельщики сюда не доходили, до недавнего времени это была уже очень глубокая зона, куда заходить необходимости не было, если, конечно, не что-то особенное искать. А давление здесь чувствовалось куда сильнее, чем в тех местах, до которых я доходил раньше. Было ли дело в том, что зона здесь была изначально или причина в сдвиге — пойму, когда все устаканится.

Но все плетения в старом убежище работали, маны я добавил до предела, так что и тому, кто придет после меня, достанется рабочее помещение. Вообще, уничтожение убежищ, совершенное Резенским со своей бандой, тянуло на очень серьезный проступок. Если такое злодеяние подтверждалось, то преступнику грозила как минимум каторга, а как максимум — смертная казнь, потому что все артели, доходившие до этого места, обрекались на смерть. Теперь-то убежища на освобожденных от зоны территориях не нужны, расследовать никто не будет. Но если и расследовали бы, то всё — преступники наказали себя сами.

Палатка разместилась прекрасно, а внутри нее сразу стало тепло — не было необходимости постоянно подогревать воздух Жаром, как и подсвечивать Шаром Света. Это было несомненным плюсом: прокачивать еще эти навыки не было ни сил, ни желания.

Митю Валерон извлёк, железный паук сразу заинтересованно вылез наружу, оббежал убежище и вернулся в палатку.

— Ничего интересного, — резюмировал он. — Одни пустые стены.

— А ты думал, везде есть библиотека? — подколол его Валерон.

— Я читал в том доме о том, что в глубине зоны были форпосты для магов, с местом для сна, лабораториями и библиотеками, — ответил он.

— Это не форпост, это убежище. А про форпост я впервые слышу, — сказал я. — Валерон?

— Тоже первый раз слышу. Может, давно было? — удивленно тявкнул песик. — Ты где это прочитал?

— В толстой книге, — ответил Митя. — Обложка кожаная, листы толстые, текст от руки написан.

— От руки? — теперь уже удивился и я. — Где ты такую нашел?

— В библиотеке. Там была ещё одна дверь, даже без замка, за ней полка, на которой всего несколько книг стояло. Одна из них называлась «Тайные тропы зоны». Я в нее заглянул. Но тайн никаких не нашел.

— Как это не нашел? — возбудился Валерон. — Ты же попал в закрытую секцию. Раньше, поди, она запиралась на заклинания, но они за эти годы разрядились в ноль, вот тебя и не убило.

— А могло? — чуть помолчав, спросил Митя.

— Спрашиваешь. Конечно, могло. Нет, сначала бы вылезло предупреждение, а поражающий удар получил бы ты потом. Эх, и почему ты раньше не сказал про эти книги? Мы бы их взяли в качестве оплаты с Верховцева.

— Не взяли бы, — возразил я.

— Копию сняли хотя бы, — умерил Валерон аппетиты. — Там же ценнейшая тайная информация была. Петь, ты куда смотрел? Мог бы поиск тайников прокачивать.

Я решил умолчать, что это сделал, потому что тогда Валерон от отчаяния принялся бы рвать на себе шерсть. Он, конечно, был не совсем материальным, но все равно жалко же бедную собачку.

— Это не тайник. Мне заклинание на него не указало бы потому что Митя его нашел запросто. И не просто нашел, а вошел и прочитал содержимое книги.

— Мало прочитал. Это же наверняка тайная княжеская информация, — возбуждённо тявкнул Валерон.

— Если бы была тайная княжеская, замыкалась бы на реликвию.

— Но информация там все равно была тайной, — вздохнул Валерон обиженно. — Да чего уж теперь. Не посмотрели и уже не посмотрим.

— Я помню карту, — сказал Митя. — Там не весь мир, а небольшой кусок, отходящий от этого княжества.

Валерон возбужденно подпрыгнул на месте, перед пауком сразу же появилась бумага и карандаши, и помощник скомандовал:

— Рисуй. А мы будем сравнивать с нашей картой.

Сравнивать оказалось особо нечего, потому что на нашей карте были ориентиры и убежища только вблизи границы и буквально пара штук подальше, причем жались эти штуки к границам соседних областей. А были ли убежища далеко от границ тех княжеств, что не захватывались зоной? Вопрос интересный, потому что карты продавались только по княжествам с разбитыми реликвиями. Я не мог исключить того, что по ним можно было составить максимально полные карты, поскольку не так давно люди там жили, а по остальным княжествам с выходом в зону такого не получилось бы. И того, что из-за нынешних напряжений на границах с зоной в таких княжествах из них в зону предпочитали не выходить, а значит, карты особой популярностью не пользовались.

Только сейчас я сообразил, что мои знания об убежищах закончатся на границе зоны Верховцевых, и по зоне Заварзиных придётся ехать на свой страх и риск. Ее вполне реально пересечь за день, а дальше начинается зона Вороновых, карта которой у меня тоже имелась. Главное рассчитать так, чтобы пересечь за день.

— Петь, я считаю, это знак, — неожиданно тявкнул Валерон, вырывая меня из размышлений.

— Какой знак?

— Что нужно съездить и глянуть. Хотя бы до обозначенного здесь убежища, которого нет на твоей карте.

Он ткнул лапой в Митин рисунок. Очень качественный, кстати, рисунок. От былой неуклюжести, когда Митя с трудом держал в манипуляторах метлу, уже ничего не осталось. Карта походила на напечатанную — аккуратная и точная.

— Я собирался за завтра пересечь зону Заварзиных. Если я куда-то буду заезжать, то придется откладывать на сутки. Опять же, глубже в зону придется заходить. Давление здесь нарастает быстрее, чем в захваченных княжествах.

— Заодно устойчивость к зоне прокачаешь, — безапелляционно тявкнул Валерон.

— А если у меня ее не хватит?

— Давай попробуем? Выдвинемся в ту сторону, если поймешь, что не тянешь — развернешься и приедешь сюда же. Потеряем только один день. Зато проведешь разведку.

Разведчик из меня был так себе, поскольку ряду тварей на мою незаметность уже здесь было наплевать. Либо они были слишком сильными, либо мой навык для них — слишком слабым.

— Сам не хочешь сгонять?

— Меня временами в глубине зоны из бесплотности вышибает, — неохотно признался Валерон. — Чем глубже, тем вероятней. И энергии тратится больше.

— Без страховки не хотелось бы лезть глубоко и мне.

— А я? А Митя?

— Боюсь, для Мити там противники окажутся слишком серьезными.

— Я хорошо уворачиваюсь, — возразил Митя. — Лазерный резак работает хорошо на всех. Не встречал такого материала, чтобы резак не взял.

Как мне показалось, ему было любопытно увидеть зону своими глазами и не хотелось просидеть всё интересное в Валероне. Я его создавал как дополнительное оружие, но он оказался настолько домашним, что про это как-то забылось. Ну не вязалось у меня в голове то, что он любит читать сказки и при этом прекрасно дерется.

— Утром подумаем, — предложил я. — Если там будет что-то похожее на кракелацев, то мы просто не вывезем.

— Кракелац толпами не ходит, он одиночка, — возразил Валерон. — И вообще, ты с ним прекрасно находишь общий язык и без убийства.

— У меня, к сожалению, нынче нет ненужных трупов под рукой, чтобы подкормить бедную животинку.

— Это ты не продумал, — вздохнул Валерон. — И кровь для активации следующей реликвии придется где-то брать. Ты слишком расточителен.

— На следующую активацию наберём куриной.

— Она слабая. Видишь, даже человеческая не дала нужного эффекта, а если возьмешь куриную, рискуешь остаться в толпе монстров, потому что реликвия не активируется. Предлагаю труп следующего бандита сохранить для кракелаца.

— Сытость кракелаца меня беспокоит в последнюю очередь.

Я пил чай и размышлял. И о том, стоит ли проверить, что там на месте форпоста. И о том, будет ли это корректным — ведь место, по факту, принадлежит Верховцеву. Конечно, форпост давно забросили, а если его уже обнаружили артельщики, могли и растащить. Верховцев туда в ближайшее время не выберется, но если выберусь я и что-то найду, делиться с ним ничем не буду.

Утром Валерон с Митей меня уговорили, и я вместо того, чтобы двигаться к Вороновскому княжеству, полез вглубь зоны. Митя устроился на заднем сиденье снегохода, крепко ухватился манипуляторами, и мы рванули к первому убежищу, отмеченному на нарисованной пауком карте, чтобы хотя бы проверить, верна она или нет.

Убежище обнаружилось на своем месте в целости и сохранности, задерживаться мы не стали, поехали ко второму. По дороге нарвались на стаю механизмусов, от которых удалось удрать, поскольку двигались мы быстрее, а следы за собой я заметал. А вот от следующей стаи удрать не удалось, потому что они меня окружили.

Причем немаленького размера были, первоначально вообще показалось, что из снега вынырнули танки. Митя по сравнению с ними выглядел мухой. Одно хорошо: стая была небольшой, на семь очень крупных особей. А ещё против них прекрасно работали Птички, которых примерно в середине битвы стало не две, а три — уровень заклинания вырос.

Но повертеться, уворачиваясь от их манипуляторов, пришлось знатно. Митя действительно сильно помог, пройдясь резаком по гусеницам трех механизмусов и тем самым их обездвижив.

Плевки Валерона работали куда хуже, потому что помощник целился в корпус, пробить который насквозь не мог, а в жизненно важные детали не попадал. А плеваться он мог не слишком часто — плевки выросли в размерах и дальности, но не частоте.

Зато птички порезвились внутри корпусов знатно, лишая механизмусов сначала осмысленности движений, а затем самих движений. Происходило это куда медленнее, чем мне хотелось, и только постоянное маневрирование на снегоходе не позволило попасться под загребущие манипуляторы, часть которых после окончания боя остались валяться на снегу, отрубленные моим топориком. Обугленных отверстий после Искры тоже хватало. А вот Теневая стрела, напротив, давала аккуратные, почти ювелирные разрезы. Как оказалось, у меня выросла не только мощь заклинаний, но и увеличилась частота их использования. Так что, хотя в комбинезоне появилась щель для проветривания, победа осталась за мной: вскоре все механизмусы прекратили свою не-жизнь. Кое-кто еще подергивался, но это были именно судороги, прекратившиеся еще до того, как я подъехал с целью оборвать страдания.

— Тебе как раз металл нужен был, — радостно тявкнул Валерон, как будто он лично этих железных болванов ко мне приманивал. — Вот, можешь набрать. Может, и гусеницы одинаковые соберёшь. Вроде Митя не все порезал…

Целиком комплект я взял с одного — его я выбил полностью птичками, поэтому гусеницы у него сохранились. Потратил ещё с полчаса, чтобы набрать различных деталей, пока Митя деловито нарезал корпуса и складывал куски железа в контейнер. А еще он выковыривал кристаллы, которых в каждом механизмусе было по две-три штуки. И даже два больших нашлось. Отложил я их отдельно, чтобы проверить, насколько повлияет на содержимое то, что я их выбил сам.

Дальше мы двигались осторожно и, ни на кого больше не наткнувшись, доехали-таки к форпосту.

С первого взгляда стало понятно, что он давно заброшен. Даже входная дверь на довольно большом здании без окон была уже выбита и валялась частично в проходе, а частично на земле, хорошо присыпанная снегом. Толстенькая, между прочим, дверь, металлическая — я приподнял края, чтобы примерно взвесить.

— Забираем? — деловито спросил Валерон. — Она приметная, но мы ее можем куда-нибудь подальше поставить.

— Не забираем, — отрезал я. — Она нам не нужна, а у тебя будет перегрузка.

Внутрь мы зашли, но перед этим Валерон спрятал в себе снегоход, чтобы его не попортили за наше отсутствие, и презрительно загреб лапами дверь. Мол, не очень-то и хотелось такую ерунду забирать.

Снег оказался только в самом начале коридора и кое-где в помещениях. В тех, где окна были разбиты. Выяснилось, что окна в здании были только выходившие во двор-колодец, прикрытый сверху толстой металлической решеткой, способной задержать даже слона. На окнах тоже были решетки. Возможно, поэтому кое-где еще сохранились стекла.

Внутри тоже царил разгром. Там, куда добрались твари, не осталось ничего целого, а добрались они много куда: пол был щедро усеян щепками, оплавленным железом, битым стеклом, пеплом от сгоревшей бумаги и клочками одежды. Пятен крови нигде не виднелось, но скорее за давностью лет, а не потому, что здесь никого не сожрали — слишком характерные осколки костей попадались.

Чем здесь занимались, разобраться с ходу не представлялось возможным. Задерживаться же было большим риском, поэтому Валерон пронесся вихрем по помещениям, собирая уцелевшее оборудование, артефакты, а также книги и журналы с записями — это мы сможем просмотреть и позже.

Казалось бы, затратил он на это времени совсем чуть, поскольку целого внутри осталось мало, но снаружи нас уже ждала стая волчеков. Возможно, они зацепились за нас раньше, а сейчас всего лишь догнали. Выглядели они, пожалуй, покрупнее тех, что мне встречались раньше.

Позиция у меня была удобной — в дверном проеме, напасть сзади никто не мог. Магия полностью не восстановилась после битвы с механизмусами, но энергии пока хватало.

Птички были на таких противниках бесполезны, но Искра и Теневая стрела их прекрасно пробивали. Мне даже никого не пришлось рубить — не успели подойти на расстояние удара. Митя в этот раз в бой не лез, плевался раскаленным металлом из-за моей спины. Как мне показалось, не из страха, а потому что отрабатывал все свои возможности и не хотел мешать мне на ограниченной территории. Зато после окончания боя молнией метнулся и собрал кристаллы, отложив их к тем же с механизмусов.

На битву набежала мелочевка типа масковых снежных змей — с десяток я встретил топором, пока Митя ковырялся в волчеках. Кристаллы со змеек тоже отправились к Мите, после чего я наконец выехал обратно к тому же убежищу, в котором останавливался на ночь. Возвращался я немного по другой дороге, чтобы не столкнуться опять со стаей механизмусов, а от одиночных тварей удавалось уходить на скорости — мало кто был таким упорным, как волчеки, и преследовал добычу до самого конца добычи или своего.

Бои вымотали меня сильно, так что я был рад оказаться под защитой убежища. Удачный или нет получился подход, посмотрю, когда выберусь из зоны. Сейчас же сил хватило только на то, чтобы поесть и завалиться спать.