Путь одиночки. Книга 9

Глава 17

Появление новой силы кардинально изменило ход событий. Группа боевиков на мелочи не разменивалась. Несколько энергетических вспышек мгновенно испепелили недобитых разумных. Похоже, боевики поняли суть ритуала и отрезали божку последние источники питания.

Ощутив на себе чужое внимание, я вжался в Братца, который сейчас представлял из себя кучу переломанных костей. На фоне возрождающегося божества в центре зала нас не признали серьёзной угрозой.

Полыхающий холодным светом конструкт накрыл нас стягивающей сетью. Явно созданная против нежити, она жёстко заблокировала любые движения, а холодный свет энергии еще и неприятно жёг.

Пришлось подавить рефлекс высвободить Пожирание, чтоб развеять чужой конструкт, и терпеть ожоги. Сейчас лучшим вариантом было прикинуться ветошью.

Ментальный план содрогнулся. Не сразу до меня дошло, что это хохот, который из-за силы бога не уступал в силе полноценной атаке.

«СЛИШКОМ ПОЗДНО, ГЛУПЦЫ, — его речь источала злую радость и превосходство. — Я УЖЕ ВЗЯЛ ВСЁ, ЧТО МНЕ НУЖНО».

Тело, что стало вместилищем для злобного сознания, воспарило в центр комнаты. К этому моменту алая энергия, что клубилась вокруг него, полностью изменила его вид. Плоть раздулась и наросла, образовав двухметровую тушу без кожи. От человека его отличали неестественно длинные руки, гипертрофированная мускулатура и два отростка на спине. Последние продолжали формироваться, кажется, превращаясь в крылья.

Фигура, казалось, излучала тьму. От его присутствия словно пространство загустело. Это было некое ощущение, в корне отличавшее его от других мощных существ, что я встречал. Была ли это та самая божественность?

Боевиков мира ядра это, кажется, ни капли не впечатлило. Первый из них швырнул в божка артефакт. Я лишь успел заметить, что это кристалл, налитый каким-то необычным, призрачным свечением.

Кристалл, не долетая до божка, разлетелся на сотни мельчайших осколков. Тут же высвобожденная энергия заключила его в прозрачную сферу. Всё, что попало в поле её действия, застыло.

Время для божка словно остановилось. Попав под некий контролирующий артефакт, он застыл без движения. Не двигались даже потоки алой энергии, окутывавшей его тело. В энергетическом фоне сфера ощущалась как чёрная дыра, не излучающая ничего. В ментальном фоне присутствие божка так же исчезло.

«Какой мощный артефакт, — подумал я. — Если я попаду в область его действия, не думаю, что смогу высвободиться».

Столь мощный контроль не мог длиться долго, но боевикам мира ядра много времени и не требовалось. Они взялись за дело так резво, будто имели дело с такими «гостями» каждый день и не по разу. Из семёрки трое вышли вперёд, явно готовые схватиться со страшным врагом в лобовой схватке. Оставшаяся четвёрка разошлась по краям зала, беря божка в кольцо.

Двое из них встали спиной ко мне совсем недалеко. Я ощущал их расфокусированное внимание. Благо сейчас им было не до нас. По сравнению с «королём вечеринки» мы совсем не ощущались угрозой.

Пользуясь возможностью, я сам изучил воителей из миря ядра. Их уровень развития экранировала зеленоватая броня, похожая на нечто среднее между доспехом и костюмом аквалангиста. Такой я точно не видел, а значит, это был не Сцентик и не те парни, от которых пришлось избавляться на ресурсной миссии Пути.

Тем временем близилась развязка противостояния. Первыми начали четверо тыловиков. Эти выбросили вперед каждый по артефакту размером с хорошую танковую мину так, чтобы божок оказался в центре периметра.

В это время тройка ближнего боя высвободила силу. И вновь я увидел, как стихийная энергия не просто окутала их, но напитала их тела, наделив новыми способностями. Стоящий впереди ксенос озарился всполохами огня. Воздух вокруг него поплыл от высокой температуры. Второй был молниевого типа, а третий озарился молочно-белым свечением.

«Ощущаются серьезно, — подумал я. — Неужели справятся?»

Сфера стазиса держалась две с половиной секунды, прежде чем начала сжиматься. Обеспеченного ею времени с лихвой хватило, чтоб боевики окружили божка и приготовились к атаке. Видимо, бить сквозь стазис смысла не было, поэтому они ждали полного рассеивания.

Уже когда сфера почти исчезла, те четыре артефакта, словно лягушки, подпрыгнули вверх. Все они начали излучать энергию, создавая некий конструкт вокруг врага. Огненный воитель в это время подошел ближе. Пламя вокруг него заплясало, нагнетая мощь.

Следующие события произошли одновременно. Сфера стазиса окончательно развеялась. Не успела высвобожденная сила божка вновь окутать пространство, как вокруг него образовался сферический щит. Его создали и поддерживали четыре подготовленных артефакта, зависшие по краям. И наконец огневик, что готовился к удару, высвободил свою силу.

Воитель подошел вплотную к образовавшемуся щиту и приложил к нему руки. Божок не успел дёрнуться, как всё пространство его тюрьмы заполнило огнем. Зал залило слепящим светом. Пламя какой-то ужасающей мощи объяло пространство, огороженное артефактным щитом.

Лучи маленького солнца неизбежно сожгли бы все вокруг, но артефакты дополнили свойства щита чем-то похожим на светофильтр. Сфера потемнела, пропуская лишь неяркие оранжевые всполохи.

Я думал, что атака завершена, но это было только начало. Плотность энергии ещё больше скакнула. Это длилось лишь пару секунд, но я мог поклясться, что мощь вспышки внутри не уступала планетарным потокам энергии, которые я видел в осколках.

«У него нет шансов, — подумал я. — Там внутри и металл испарится мгновенно».

В это время моя некротизация была уже завершена. Так как сила бога основывалась на энергии жизни, это было лучшее, что я мог противопоставить. Но неужели я допустил такой промах и переоценил его? Пока что все походило на такую развязку.

Огневик полностью прекратил подачу энергии. Артефакты продолжали поддерживать щит, чтоб остатки прогорающей энергии и температура мгновенно не выжгли здание. Однако боевики, казалось, были уверены в победе.

— Фух, я уж думал, что будут проблемы, — сказал один из тех, что стояли ближе ко мне. — Кажется, всё нормально.

— Командир сегодня в ударе, — отозвался второй. — Сейчас зачистим объект, и награда обеспечена.

Ко мне пришло понимание, что вместо схватки с божком меня ждёт совсем иное испытание — и кажется, не менее опасное. Сейчас мне предстояло как-то объясниться, кто я такой, чтоб меня не испепелили здесь же, вслед за божком.

Я как раз ощутил на себе чужое внимание. Сейчас, когда главная опасность была устранена, настал наш черёд.

Обстановка была такой, что ударить могли без предупреждения. Это заставило меня первого обратиться к ментальной силе и применить навык тотального присутствия. Насыщенный ментальной энергией мозг тут же стал излучать её вовне, таким образом обозначая моё присутствие как разумного существа. Теперь пришло время заговорить.

«Спокойно! — я обратился через ментальную связь. — Я не угроза безопасности!»

Чужое внимание стало более интенсивным. Теперь за мной наблюдал весь отряд боевиков.

Тотальное присутствие позволяло ощущать и эмоции, направленные на меня. Все явно были насторожены, но победа над серьёзным врагом настроила всех на позитивный лад.

— Я командир особого отряда портальной охраны, офицер Видар, — произнёс командир. — Кто ты такой, почему от тебя несёт нежитью и как причастен к произошедшему? Отвечай немедленно!

По крайней мере, они не напали мгновенно. Сейчас мне нужно было быть очень аккуратным в том, что я говорю.

— Я представитель от Консорциума, — начал я. — Прибыл по особому приглашению Ордена.

Упоминание одной из самых уважаемых организаций среди миров ядра принесло свою пользу. Едва ли нашелся бы самоубийца, чтоб лгать о таком. Настороженность боевиков чуть снизилась. Вместо этого возникла другая проблема.

— Предупреждаю, что ведётся запись происходящего, — тут же добавил офицер. — Все твои поступки и слова будут рассмотрены уполномоченными лицами мира Аракс.

Фраза, кажется, не сулила мне ничего хорошего, но именно она дала небольшую подсказку о дальнейших действиях.

— Я так же по праву веду запись, — произнёс я. — При необходимости она будет передана должностным лицам как Консорциума, так и Ордена.

И я не лгал. Более того, краем сознания я быстрее открыл Коммуникативный сектор и написал Ширану. Хоть я и предпочитал решать свои проблемы самостоятельно, но сейчас мне нужно было подтянуть любые средства.

Офицер подобрался. Несмотря на ситуацию, я не смог мысленно не посмеяться. Как забавно, что слова про «видеорегистрацию» заставляют напрягаться слуг закона в любых мирах.

— Прежде чем мы продолжим, я бы попросил проверить объект, — я показал на сферу щита. — Мы должны убедиться в безопасности.

— Мы достаточно компетентны, чтоб обойтись без ваших советов, — огрызнулся офицер. — Ваше дело сейчас отвечать на наши вопросы!

Через внутреннюю связь командир все же отдал приказ. Два его спутника подошли поближе к сфере щита. Это были те самые адепты, один из которых потрескивал молниями, а другой излучал мягкое сияние, словно паладин из игры.

Сфера всё ещё была затемнена светофильтрами, что защищали зал от светового поражения. Из-за этого и пылающего внутри энергетического фона понять, что там внутри, не получалось.

Накал переговоров утих. Я позволил себе внимательнее приглядеться к адептам. Энергии стихий пропитывали их тела, казалось, давая дополнительные свойства.

«Это аналог моей некротизации, — подумал я. — Только у них это, кажется, куда проще».

И в самом деле, адепты без труда как применяли объединение со стихией, так и прерывали его. Для меня же как обращение в некротическую ипостась, так и возвращение «к жизни» стало смертельным квестом. Почему так?

Вариантов ответа было много. Стихия смерти была явно непростой для объединения с живым существом. Так у меня еще и сама стадия не была завершена.

Даже первый взгляд на чужие энергетические формы принёс мне неожиданные открытия. Я бы с удовольствием понаблюдал больше, но ситуация не располагала.

Как раз в этот момент артефакты, видимо, управляемые кем-то из членов отряда, деактивировали щит. Чёрная сфера рассеялась. В воздух взвились остатки не прогоревшей энергии, а по залу разошлась волна жара.

Я уже и сам был уверен, что от божка ничего не осталось, именно поэтому не сразу понял…

— Стойте! — закричал я. — Он жив!

Надо отдать должное, молниевик мгновенно окутался всполохами разрядов, активировав какую-то разновидность активного щита. Танцующие молнии тут же ударили по тёмному силуэту, успевшему прорваться к нему. В их холодном свете я увидел нечто крылатое и тёмное.

Всполохи молний в крошку развалили пол, но божок этого, казалось, даже не заметил. Две здоровенные лапы схватили молниевика за плечи и голову. Раздался треск брони, сопровождаемый тошнотворным звуком разрываемой плоти.

На наших глазах адепта располовинили. Изорванное тело выпустило в воздух поток алой энергии, которая тут же была пожрана монстром.

Словно кандалы, его тут же сковал энергетический конструкт, применённый его напарником. Золотистая энергия, что охватила монстра, имела такую плотность, что развеять её было нелегко даже мне.

Я лишь заметил, что это был какой-то атрибут ограничивающего типа. Золотая энергия сковала божка и в то же время накрыла адепта золотым щитом. Но сегодня этого было слишком мало.

Перемещение монстра было подобно телепортации. Вот он отбрасывает изуродованное тело, а потом уже оказывается за спиной новой жертвы. Ни оковы, ни щиты — не помогло ничего.

Чёрные когтистые лапы легли на наплечники обманчиво медленно, даже заботливо. Вопреки их трепетной мягкости, воин задёргался, словно его кипятили прямо в доспехе. Возможно, так оно и было — из стыков побежала кровь, после чего шлем слетел. Во все стороны брызнула тёмная кровь.

А дальше начался кошмар. Энергия от двух убийств, казалось, значительно усилила божка. Сверкали атакующие конструкты, активировались артефакты, но все это оказалось бесполезным.

В свою очередь сам божок не применял никаких навыков или конструктов. Он просто был чудовищно силен и быстр. И этого хватало.

Я видел, как монстр методично одного за другим уничтожает бойцов группы портальной охраны. Нет, я не был поражён ни страхом, ни трепетом перед врагом. Я ощущал, что его внимание будто проходит сквозь меня, словно не замечая.

«И всё же не ошибся, — мелькнула мрачная мысль. — Только что дальше?»

Судя по тому, что тот втягивал жизнь из жертв, моё решение перейти в некротическую ипостась было единственно верным. И это был ключ к окончанию битвы.

Я сжал в ладони рукоять изогнутого клинка. Мне нужен был только шанс нанести успешный удар. Возможность для этого предоставил лидер боевиков.

«Ты привёл его сюда! — раздался в голове его вопль. — Это ты виновен во всём!»

Я ощутил его ярость. Чем дальше шёл бой, тем больше соратников он терял. И ничего не мог сделать. Божок будто намеренно не трогал его, не считая опасным.

После того, как он пережил столь мощную огненную атаку, я и сам считал эта стихия неэффективна. И все же он мог стать союзником.

«Можешь задержать его? — вместо оправданий спросил я. — Всего один момент, и я сделаю то что должен!»

Особых надежд не было, но неожиданно командир ответил согласием. Его мысли излучали мрачную уверенность идущего на гибель.

«ПЛОТЬ РАБОВ ПУТИ ВСЕ ТАК ЖЕ СЛАДКА, КАК СОТНИ ЛЕТ НАЗАД, — в ментале раздался голос божка. — ТЫ СТАНЕШЬ МОИМ ДЕСЕРТОМ»

Обращался он к командиру отряда, оставшемуся единственным живым. Я ощутил его ярость и боль. Он был готов. Не медлил и божок. Его следующая атака должна была стать последней.

«Хищник, — обратился я. — Давай!»

Сконцентрировавшись на чуждой сущности в голове, я приложил все силы, чтоб избавиться от лича. Едва ли я смог бы это, но некротическая ипостась ослабила его влияние. Помог и Хищник.

Совместными усилиями мы избавились от чужака. Руку словно жгло холодом, а мой клинок охватило холодное свечение. Его наполнила сущность лича. Борьба с ним истощала мои силы, но сейчас требовалось удержать его давление лишь для одного удара, время которого приближалось.

Божок наконец напал на ксеноса. Вновь переместившись с какой-то невероятной скоростью, он оказался за спиной боевика.

Внезапно командир погибших боевиков смог удивить, кажется, всех. Он в ярости закричал и высвободил свою стихию. Его пламя приобрело цвет свежей крови. Когда оно ударило по божку, тот взвыл от боли.

Энергетическим зрением я ощутил, что спектр его энергии изменился. Он смог достать и причинить вред казалось бы неуязвимому врагу. От неожиданности тот отпрянул, но не смог уйти. Пламя оплело его, словно сеть.

— БЕЙ! — закричал ксенос.

В его голосе я ощутил боль и ненависть. Кажется, этот удар дорого ему дался. Тем важнее было использовать предоставленную возможность.

Пора. Я высвободил заготовленную силу и ушел в рывок. Какой бы силой ни обладал мой враг, у меня появилась возможность достать его.

Надо отдать должное — атака ксеноса смогла ослабить божка болью и парализовать его. Кровавое пламя развеяло тьму, скрывающую его силуэт.

Когда я оказался на расстоянии прямого удара, взгляду открылось тело, покрытое уродливыми символами, что извивались, словно змеи. В голове вновь проснулись шепотки.

Символы, что несли в себе силу, могли сбить с толку и отвести руку. Они могли свести с ума любого, но только не того, чью руку вела смерть.

Игнорируя чужую ментальную атаку, я произвёл единственный удар. Клинок послушно распорол псевдоплоть божка, что была слеплена из энергии.

Освобожденная сущность лича тут же перетекла по клинку и растворилась в ране. Эффект от этого шага пришел немедленно. Божок взвыл. Вскинув лапы, он схватился за голову и замотал ею. По его телу пошли тошнотворные деформации.

Одолеваемый чужой сущностью, враг потерял контроль над своей энергией. И это было идеальное время, чтобы отнять её. Кому это делать, как не существу, единственная цель существования которого сводится к бесконечному пожиранию жизни?

Отпустив клинок, я ударил рукой. Когтистые пальцы без труда разорвали чужую плоть. Тут же я ощутил ту знакомую эйфорию. Нежити было плевать кто враг, она была готова отнимать чужую жизнь.

Божок взвыл, когда понял, что теряет энергию. Но было уже поздно. Я разрывал плоть когтями и пожирал его жизнь.

Сегодня в мире ядра Аракс происходило что-то ненормальное. Уже сотни лет невзгоды обходили стороной его территорию. Инцидент в одном из портальных залов стал ледяным шоком для мира, привыкшего к безопасности.

К месту происшествия прибыли силы, способные стирать миры, но слишком поздно. Всё было закончено. И в то же время всё только начиналось.