Наследие Пламенных

Глава 32. Летописи Пламенных

Несмотря на все усилия Райги, новый прием у неё совсем не получался. Вся неделя прошла в попытках разорваться между уроками, тренировками и изучением добытых летописей. И в субботу, после завтрака, магистр Лин снова привел её в ту же горную долину и оставил там с напутствием:

— Когда что-нибудь получится — позовёшь.

В её раскрытую ладонь снова упала брошь-кольцо, а наставник исчез в клубах синего дыма. Райга вдохнула, прикрепила амулет на воротник и приступила к тренировкам. Через пару часов она взмокла, но с мертвой точки так и не сдвинулась. Для разнообразия она вспомнила свое заклинание для хаиё и погоняла вместо них туда-сюда крупные камни. Но это не было похоже на то, чего хотел магистр. Аналогия с сушкой волос и одежды тоже не помогала — тогда пламя возникало вокруг ее тела, а наставник создавал пламенный кокон на расстоянии от себя. Райга бросила подогревающее заклинание на землю, уселась в центр круга и задумалась.

Именно в этом положении её и застал магистр Чеку, который внезапно вышел из-за скалы.

Райга поспешно встала, чтобы поприветствовать своего учителя по нежитеведению. Тот, казалось, был очень удивлен.

— Что ты здесь делаешь? — озадаченно спросил он.

— Тренируюсь, — вздохнула девушка.

Его лицо вытянулось.

— Одна что ли? Где Линдереллио?

— Магистр Лин сказал позвать его, когда у меня что-нибудь получится.

С этими словами она указала на брошь на воротнике.

— Ясно, — на этот раз вздохнул уже магистр Чеку. После этого он коснулся пальцем алого камня на своем преподавательском браслете и поднес его к губам. — Линдереллио, я уже на поляне.

После этого учитель опустился на землю и сказал:

— Твой наставник скоро придет. Подожду его здесь, с тобой, если ты не против.

— Не против. Но мои тренировки со стороны, наверное, выглядят странно.

— А что ты пытаешься сделать?

Райга вкратце объяснила, что от нее хочет наставник.

— И в чем загвоздка? — спросил магистр Чеку.

— Не знаю, — с досадой ответила Райга. — У меня не получается воспользоваться своей магией без росчерков. И ни мое заклинание для хаиё, ни тот способ, которым я сушу волосы и одежду, не похожи на это. По крайней мере, для меня не похожи.

Магистр оглядел ее и спросил:

— А тот способ, которым ты греешь сама себя? На дворе декабрь, ты сидишь в одной рубашке и не мерзнешь. А мы не в Равии и не в Маделии.

Девушка возразила:

— Вот именно, себя. Это другое.

— Но ты точно также можешь греть и одежду. Почему ты не можешь греть воздух вокруг?

— Греть воздух — это не то же самое, что мне показывал магистр Лин. Мне нужна линия…

— Но разве форму не определяет концентрация чистой силы? Ты можешь управлять концентрацией своей магии?

Она задумалась и вспомнила, что в то время, когда наставник злится, раскаляется воздух в комнате. Правда, здесь линия получалась на расстоянии, но если попытаться сконцентрировать силу…

Магистр Лин появился на поляне ещё через полчаса. Когда эльф шагнул из портала, на расстоянии шага от ученицы он увидел узкую полосу талого снега.

— Ну хоть что-то, — холодно сказал наставник. — Пламя, Райга. Тебе нужно больше силы.

Девушка вытерла рукавом пот со лба и спросила:

— Где её взять? Даже на это я потратила огромное количество магии.

— Лучше контролируй расход силы. У тебя треть пламени улетает впустую.

Магистр Чеку многозначительно прокашлялся, лукаво улыбнулся и спросил:

— А тебе не кажется, что леди пора отправиться на обед, а нам с тобой выжечь еще одно гнездо хейда-лиэ?

Эльф смерил свою ученицу пристальным взглядом и царственно кивнул. Затем он открыл портал и вытолкнул туда Райгу со словами:

— После обеда продолжишь.

Она огляделась и обнаружила, что стоит на опушке леса, а впереди виднеются ворота замка. То, что дело хотя бы сдвинулось с мертвой точки, воодушевило девушку и она бодро зашагала в сторону замка.

Обед прошел на удивление тихо — компания Роддо, похоже, отправилась с наставником. Или выполняла какое-то самостоятельное задание. И отряду принца пришлось сидеть в одиночестве.

Райга обратила внимание, что Ллавен сегодня выглядит непривычно печальным и как будто больным. Она тут же вспомнила, что на утренней пробежке сегодня тот держался позади всех. А теперь эльф вяло ковырялся в тарелке и не смотрел по сторонам.

— Что-то случилось? — тихо спросила она у друга.

Тот поднял на неё глаза, молча попытался улыбнуться, но скривился, будто от боли. И снова уткнулся взглядом в тарелку.

— Не нужно обо мне беспокоиться, — пробормотал он. — Иногда такое бывает. С тех пор, как мне выжгли… Скоро все пройдет.

— Выжгли источник? — шёпотом спросил Миран.

— Не совсем, — покачал головой эльф. — Не только…

После этого Ллавен невольно коснулся пальцами точки между ключиц. И Райга отчего-то вспомнила, что его отец положил руку на то же место магистру Лину, когда разворачивал поток её источника.

Пока они шли на тренировочное поле после обеда, Райга продолжала украдкой наблюдать за эльфом. Тот нет-нет да и касался той же точки со странным выражением лица. Только когда они шагнули на поляну, она поняла, что ей это все напоминает. Ллавен как будто хотел зажать рукой рану. Но раны там не было.

«Не совсем… Не только…» — снова прозвучали у нее в голове слова Ллавена. Еще одна мысль вертелась на самой границе сознания, и она никак не могла ухватиться за нее. Эльфы. Как эта точка между ключиц связана с эльфами? Связана?

Она уже повернулась, чтобы задать вопрос, когда на поляну из портала шагнул магистр Лин. Адепты тут же построились. Райга продолжала искоса смотреть на Ллавена. Наставнику, казалось, хватило одного взгляда, чтобы понять, что с тем происходит. Он холодно бросил:

— Отправляйся к Махито. Чтобы до ночи я тебя не видел.

Ллавен развернулся и ушел, не поднимая головы.

— Что с ним? — спросил Миран у наставника, как только юный эльф скрылся за деревьями.

Магистр спрятал руки в рукава хьяллэ и равнодушно ответил:

— Не важно. Завтра он будет в норме. За работу.

Тренироваться без Ллавена было непривычно. Миран моментально размотал источник и отошел в сторону, чтобы в очередной раз наблюдать за поединком Райги и принца. В последние дни девушке стало казаться, что эльф натаскивает не только ее, но Райтона. Принц привык полагаться на комбинированную магию. Соединять свои стихии у него получалось также легко, как дышать. И только в поединках с Райгой, где ему нужно было использовать только водную магию, стало очевидно, что пользоваться стихиями по-отдельности юноша не приучен. Райтон, казалось, и сам это прекрасно понимал. Поэтому тренировки воспринимал с энтузиазмом.

С тренировки в этот день они разошлись совершенно довольные друг другом и с минимумом замечаний от наставника. Но стоило им вернуться в замок, как мысли евушки снова вернулись к эльфам и их секретам.

После тренировки Райгу клонило в сон. Но она стойко сидела в гостиной и ждала. Ллавен появился ближе к полуночи. Бросил на нее удивленный взгляд и сказал:

— Со мной уже все хорошо.

Выглядел он и правда лучше. Но Райгу терзало любопытство пополам с жалостью, поэтому она не удержалась и задала вопрос:

— То, что происходит с тобой сегодня, имеет отношения к той связи, что есть между эльфами рода и которой ты, как изгнанник, должен быть лишен?

Эльф поменялся в лице и во все глаза уставился на Райгу.

— Откуда ты знаешь про эйле?

— Эйле? — озадаченно переспросила девушка.

— Так называется нить, связывающая эльфийские источники.

— Магистр Лин как-то брал меня в свой источник, чтобы показать, — пожала плечами она. — Дело все-таки в этом?

Ллавен какое-то время молчал, а чувства на его лице сменяли друг друга. Затем он собрался с силами и тихо заговорил:

— Да. Это… это очень больно и… Даже когда все заживает, иногда напоминает о себе. У меня еще мало времени прошло, около полутора лет. Но не стоит беспокоится обо мне. Все изгнанники через это проходят. И… я давно смирился с тем, что произошло.

После этого он ушел.

Райга задумчиво смотрела ему вслед. Через несколько минут дверь открылась и в гостиную вошел магистр Лин.

— Вернулся этот недоэльф горемычный? — спросил он.

Девушка укоризненно посмотрела на наставника и сказала:

— Зачем вы с ним так? Вы же понимаете, что он потерял… Вернулся.

Наставник спрятал руки в рукава хьяллэ и холодно бросил:

— Он выбрал этот путь сам. Это мальчик отнюдь не та бедная овечка, которую он тут строит из себя. Впрочем, может быть, Ллавен и вправду поумнел после жизни среди людей и выжигания эйле.

— По-моему, вас он боится вполне искренне, — заметила Райга.

— Конечно. Ведь я убил бы его, если бы Хаэте мне не помешал. Так что пусть боится дальше и ведет себя соответственно. Меня это более чем устраивает.

— А что он такого натворил? — как можно более невинным тоном спросила Райга.

Но магистр Лин только одарил ее еще одним холодным взглядом и ушел. Девушка вздохнула и тоже отправилась спать. Очередная попытка выпытать у наставника, что же случилось с опальным эльфом, провалилась.

Утром следующего дня магистр Лин снова привел ее в горы, чтобы тренироваться. Райга сумела повторить свой результат, но дальше не продвинулась даже за целое утро тренировок.

— Что ж, — сказал эльф. — Будешь тренироваться, пока не получится. Тебе нужно научиться концентрировать пламя и вкладывать больше магии.

Она только молча кивнула, понимая, что все его советы никак не приближают ее результату. Нужно было что-то другое.

Вечером они собрались в гостиной и сели за домашнюю работу. Миран открыл тетрадь по истории и застонал:

— До экзаменов три недели. А я не в силах запомнить эти дурацкие даты. Особенно это нашествие степняков и тварей с юга. Как можно не запутаться во всем этом? А ведь Райс наверняка на экзамене попытается отыграться и будет меня валить..

— Я думаю, что магистр Лин предусмотрел такой расклад, — сказала Райга. — Да и до этого он не относился к тебе предвзято на уроках. Думаю, директор и наставник будут следить за этим.

— Все равно найдет, к чему придраться, — продолжал бурчать юноша.

— Прочти последнюю летопись Пламенных, — мрачно предложила она. — Там это описано очевидцами и очень красочно. Запомнишь точно на всю жизнь. Главное, чтобы кошмары не снились.

— Ты ж ее на себя взяла, — хлопнул глазами темный.

— Взяла. Но там все равно ни одной зацепки… Ни одного упоминания о стене или двери.

Ллавен вздохнул и сказал:

— И мы ничего не нашли в остальных.

— Скорее всего, разгадка там есть, — задумчиво произнес принц. — Просто мы пока не понимаем, что нужно искать. Если бы ты могла вспомнить колыбельную…

Райга пропела мелодию, которую она вспомнила, когда Хунта применил к ней свою ментальную магию.

— Были бы еще слова, — вздохнул Ллавен. — Возможно, Эрига что-то вспомнит, когда мы снова поедем в Но-Хин?

— Возможно, — вздохнула девушка. — Но это будет не скоро. Сначала нам нужно сдать экзамены. Затем — пройти двухнедельную магическую практику.

— А потом нас ждет дворец, — мечтательно сказал принц.

— И Фортео, — спустил его с небес на землю Миран. — Поединок, в котором Райге нужно хотя бы выжить.

Райтон помрачнел и кивнул. Ллавен ободряюще похлопал девушку по плечу и сказал:

— У тебя обязательно получится то, чему учит магистр Лин. Твои атаки становятся все лучше и лучше с каждым днем.

— Но я не умею вести множественный вектор, как высший маг, — скрипнула зубами Райга. — И, скорее всего, у меня не хватит сил, чтобы пробить его щиты. На моей стороне только то, что я могу использовать два заклинания разных стихий одновременно. И заемная сила, которая не даст ему выжечь мой источник.

Тягостные мысли о поединке отразились на ее лице. Разговаривать расхотелось. Еще час они сидели за домашним заданием, а затем Райга прихватила вверенную ей летопись и ушла.

Она выбрала самую последнюю часть — ту, где было описано бегство из Кеубирана. И пожалела об этом почти сразу. Читать воспоминания очевидцев о том, как ее предки покидали родной дом и жертвовали жизнями, чтобы защитить Королевство, оказалось неожиданно тяжело. После чтения ей часто снились мутные, тревожные сны. В них она шла по бесконечным коридорам и искала, искала… И даже не знала, что.

Но сегодня ей предстояло закончить чтение, и она предвкушала избавление от ежедневных мучений и кошмаров. После ванны она забралась с ногами в кресло, перебросила на грудь мокрые волосы и открыла книгу.

Последние страницы были посвящены жизни выживших Кеуби после создания Монолита. Райга перечитала все эти свидетельства много раз во всех хрониках. И чем больше она читала, тем сильнее хмурилась. Наконец, несмотря на то, что время было позднее, она решительно вышла из комнаты, дошла до библиотеки. Ее рука на мгновение замерла, а затем она отбросила сомнения и решительно постучала.

Магистр Лин открыл ей почти сразу. Как она и предполагала, эльф еще не собирался спать. Холодный взгляд наставника тут же выцепил в ее руках раскрытую книгу. Он вскинул бровь и спросил:

— Что-то нашла?

Райга уверенно кивнула и посмотрела на него снизу вверх. Магистр посторонился, пропуская ее внутрь. Девушка помедлила мгновение, но затем тряхнула головой и вошла. Воспоминания об этом месте у нее были не самые лучшие. Она осторожно опустилась в кресло и протянула книгу наставнику. А затем сказала:

— Все, что здесь написано, расходится с тем, что есть в официальных источниках.

— Расходится? — задумчиво переспросил ее эльф.

— Да. Смотрите сами. Официальные хроники утверждают, что Эйрисса и Райдан остались жить в роду Манкьери. Но вот здесь Эйрисса пишет о том, что Райдан фактически не жил в замке. Большую часть года он проводил при дворе, изредка навещая родственницу и ее дитя. Кроме того, есть интересные места, например, вот тут…

— … малышка родилась с глазами, цвета стали… — вслух прочел эльф. — Кровь Кеуби иссякла. Возможно, Райдан прав, и кто-то из ее детей унаследует золото нашего рода.

— Почему она здесь упоминает цвет глаз младенца? — заговорила Райга. — В семейных летописях? Разве она стала бы это записывать, если бы это не было важно?

— Да, — согласился наставник, — вероятнее всего, наши догадки верны. И «глаза цвета осени» — признак крови Кеуби.

Райга задумчиво накрутила на палец мокрую розовую прядь и спросила:

— А сохранились ли где-нибудь портреты Кеуби?

Эльф с сожалением покачал головой:

— Насколько я знаю, все это осталось за Монолитом и досталось дикарям и чудовищам… Можно, конечно, попытаться найти что-то в эльфийских летописях или во дворце. Но я бы не рассчитывал, что это будет легко. Да и зачем?

— Удостовериться, — серьезно ответила ему ученица. — А теперь смотрите сюда.

И она повернула книгу к эльфу и ткнула пальцем в последний абзац на странице.

«Манкьери очень добры ко мне, — писала Эйрисса Кеуби. — Луан изобразил на стене кусочек моего прекрасного прошлого. Теперь нарисованная частичка Кеубирана всегда со мной»

— На стене… — задумчиво протянул магистр. — Ну на это я бы не рассчитывал. Ты думаешь, что нужная нам стена — это та, на которой есть рисунок?

— Я прочла эту книгу от корки до корки, — серьезно ответила ему Райга. — Здесь и до этого были куски, написанне Эйриссой. И во всех случаях она придерживалась сухих фактов. К чему это перечисление незначительных вещей? Цвет глаз ее дочери. Рисунок на стене.

Наставник какое-то время смотрел на нее, а затем сказал:

— Или мы видим то, что хотим увидеть. Она прошла на сносях всю умирающую провинцию, видела, как гибнут ее родные и друзья. Ее муж остался на поле сражения за монолит. Она могла просто не выдержать, стать сентиментальной или просто сойти с ума.

Райга покачала головой:

— Наверное, этого нельзя исключать. Но я так не думаю. Я думаю, что ответ есть здесь, в этих книгах. И я его найду во что бы то ни стало.