Мёртвые души 3. Лик Первородного

Глава 24

Сфера растворилась в моих руках. Пламя света пробежалось по пальцам, вдоль позвоночника, по груди. И затем, как вспышка мысли — перед глазами проявились строки:

«Поглощено ядро пятой ступени.»

«Запущено слияние средоточий и формирование внутреннего ядра.»

«До завершения процесса формирования ядра: 7 дней.»

Я выдохнул и хмыкнул, почувствовав, как по телу прокатилось мощное внутреннее напряжение, а затем — тишина и порядок. Глубокий, ровный, почти благоговейный процесс начал свою работу внутри меня.

— Отлично... — прошептал я. — До Храма Обмана мне чуть меньше недели. Успею.

Я собрал вещи. Бросил последний взгляд на стены города.

А потом шагнул в дорогу.

Нарр’Каэль всё ещё молчал. Он не знал. И не узнает — пока не станет слишком поздно.

Шестой день пути. Тишина.

Я шёл один. И не из гордости — просто рядом не должно было быть никого. Никого, кто мешал бы. Никого, кто мог бы пострадать.

Каждый шаг отдавался в теле лёгкой пульсацией — формирование ядра продолжалось. Энергия внутри будто расплавленный металл: ещё не застывшая, но уже способная обжечь изнутри, если не следить за ритмом дыхания и пульса.

На тропе попадались монстры. Кто-то выглядел как гибрид волка и металлического цветка — с лепестками-когтями и пульсирующим светом под рёбрами. Кто-то был безликим, будто тень, вырванная из снов. Они несли опасность… но не для меня.

Я бил точно. Чисто. Без азарта, без желания. Просто потому, что оставлять их — значило дать шанс, что они дойдут до людей.

Это уже не была охота. Это была... уборка.

Некогда я бы выискивал их ради силы. Ради ядер. Сейчас же ни одно из существ, даже самое мощное, не оставило в теле ничего ценного — только пустую оболочку. Возможно, они ощущали, что я стал другим. Или просто боялись. Лишь самые отчаянные атаковали.

Я не остановился ни перед одним из них. И не ускорился. Внутри было ровное, глубокое ощущение необходимости. Как будто я сам стал частью часового механизма, в котором у каждого действия — своё время.

На шестом привале, ближе к закату, я взобрался на обломанную скалу и впервые увидел его.

Храм.

Он возвышался на границе между лесом и плато, будто росток проклятия, вырвавшийся из чрева земли. Тёмные шпили, изогнутые колонны, здания, что будто строились без логики — как будто само пространство изгибалось при его создании. Линии не подчинялись архитектуре, углы казались фальшивыми. Даже тень от храма ложилась против света.

Ветер, дувший с вершины, нёс странный запах. Не гниль, не дым — ложь. Я ощущал его кожей, языком, лёгкими.

И где-то там, внутри, была последняя часть маски.

Я сел на камень. Протянул руку к груди. Почувствовал, как татуировка медальона-доспеха слегка нагрелась. Сфера внутри уже почти слилась со средоточиями. Формирование ядра шло уверенно, как будто всё тело знало, что делает. Осталось два дня. Всего два.

И Нарр’Каэль до сих пор молчал.

— Подозрительно тихо, — пробормотал я. — Либо он боится. Либо ждёт.

Я знал: когда ступлю внутрь храма — он заговорит. Возможно, попытается вырваться. Возможно, попытается договориться. Или напасть.

Я тоже ждал.

Глаза снова поднялись к силуэту храма. С каждым порывом ветра казалось, что здание меняется — как будто моргнул, и купол исчез, а потом снова вернулся. Или лестница вела не туда, куда вела минуту назад. Это было место, где обман стал плотью.

Я поднялся.

— Ладно. Идём заканчивать. Остался только один шаг.

И шагнул вперёд.

Когда я пересёк порог Храма Обмана, ничего не произошло.

Никаких ловушек. Никаких монстров. Ни рычания, ни вспышек, ни проклятий.

Только тишина. Тишина и... пустота.

Коридоры были тёмными, но не угрожающими. Ощущение лжи висело в воздухе, как лёгкий дым. Но никто не атаковал. Никто не пытался остановить меня. Храм будто ждал.

Я шёл вперёд — шаг за шагом. Пыльный мрамор под ногами. Зал с колоннами, стены которого изгибались при взгляде под разным углом. Всё подчинялось странной логике искажённого восприятия.

В самом центре, на возвышении из чёрного обсидиана, стоял алтарь. На нём лежал седьмой осколок маски. Последний.

Я подошёл. Протянул руку. Коснулся.

Маска, уже ставшая частью моего лица, зазвенела. Осколок будто узнал меня и сам встал на своё место.

В ту же секунду он вернулся.

— Молодец, смертный, — голос Нарр’Каэля вновь раздался в голове. — Ты выполнил задачу. Собрал всё. Вернул мне... меня.

Я замер. Не ответил.

— И я буду помнить это. Навечно. Потому что ты оказался полезнее, чем ожидалось. Но теперь — тебе пора.

Боль пронзила голову. Острая, как копьё, вонзившееся между глаз. Я упал на колени, схватился за виски. Всё дрожало. Пространство закручивалось спиралью.

— Не сопротивляйся, — прошипел бог. — Ты в моей обители. Здесь я — закон. Я — истина. Я — всё.

Но именно в этот момент внутри вспыхнул жар.

<Завершено формирование ядра.>

Внутреннее пространство разорвалось светом. Моё тело будто загорелось изнутри, но не от боли — от силы. Маска на лице треснула, но не рассыпалась. Она зазвенела. В ней что-то ломалось.

— Что ты сделал?! — взревел Нарр’Каэль. — Ты... Ты запустил ядро?! Как?!

Я поднялся. Схватился за голову, но выпрямился.

— Никак, — прохрипел я. — Просто... не рассказал тебе.

— Останови это! Немедленно! — голос уже сорвался на крик.

— Знаешь что? — я усмехнулся сквозь боль. — Пошёл ты, бог обмана.

Пламя внутри вспыхнуло с новой силой. Мир задрожал. Маска начала трескаться, а дух Нарр’Каэля заорал так, будто его вырывали из живого тела.

— Нет! НЕТ! ТЫ МОЙ НОСИТЕЛЬ!

Его тень вырвалась из меня и на мгновение повисла в воздухе. Искривлённая, изломанная фигура — искажённый силуэт бога, заключённого в крохотной маске. Он попытался дотянуться до меня... но не смог. Свет от ядра вытолкнул его.

Он взревел — и исчез. Растворился в клубах черноты, словно никогда не существовал.

Я остался один. Дыхание сбивалось. Тело дрожало.

А потом началось настоящее.

Жар. Волна за волной. Энергия ядра вырывалась наружу, пытаясь влиться в каждую клетку. Я закричал, но звука не услышал. Мозг будто кипел, разум дрожал на грани. Всё внутри горело. Я пытался совладать, но силы ускользали.

Я сделал шаг — и упал на колени. Второй — и мир исчез.

Перед глазами заплясали белые вспышки. Разум сорвался в пустоту.

Я потерял сознание.

Я очнулся на холодном полу. Камень под щекой. Влажность. Тишина.

Первое, что увидел — пульсирующие строки перед глазами:

<Формирование ядра успешно завершено>

<Оковы разума разрушены>

<Победа над тенью падшего бога зарегистрирована>

<Активирован предмет: "Лик Первородного">

<Наполнение ядра: 7%>

Я медленно сел. В ладонях лежала маска. Та самая. Только теперь она выглядела иначе: гладкая, с бледным блеском, не из металла и не из кости — нечто промежуточное. Она больше не излучала враждебности. Наоборот — покой. Ложный или настоящий — я пока не знал.

Но я знал другое: эта маска и была моей целью. Скрыть силу. Укрыть себя от глаз тех, кто смотрит с вершин мира, от тех, кто решает, кого стереть, а кого возвысить.

От Абсолюта.

Я больше не хотел быть пешкой в чужой игре.

Нарр’Каэль хотел использовать моё тело, но, по иронии, именно он подвёл меня к этой точке. Маска теперь была моим инструментом, а не его проклятием.

Я вздохнул. Медленно, глубоко. Мысли приходили одна за другой.

Земля.

Где-то там, за тысячами миров, была планета, с которой всё началось. Я родился там. У меня были родственники. Пусть я с ними и не близко общался, но они существовали. Люди, с которыми меня что-то связывало. И теперь я вспомнил: там шёл апокалипсис. Системы, порталы, смерть и разрушение.

Надо было проверить, как они там. Выжили ли? Сражаются ли? Или остались только руины?

А ещё — Синдикат. Организация из мира пустынь. Те, кто знал, кто я. Те, с кем я делил бой и кровь. Им я тоже что-то должен. Возможно, они всё ещё ждут. Возможно, уже считают меня мёртвым. Возможно, злятся.

И Марина... Девушка с Земли. Не любовная история, не трагедия, не клятвы навеки. Просто та, кого я спасал. Несколько раз. И теперь... мне не всё равно.

Я сжал маску. Она приняла форму амулета в руке. Присоединилась к доспеху.

— Время идти дальше, — прошептал я.

Покой завершился. Наступал следующий этап.

Я активировал маску. Тонкий импульс прошёл по телу, и перед глазами возникло новое меню.

<Выберите отображаемый уровень силы:>

— <Формирование ядра (этап наполнения)> —

<Уровень развития средоточий (легендарный / божественный)>

— <Поддерживаемые маской иллюзии: Да>

Я выбрал: формирование ядра, наполненность 2 легендарных и 1 божественного средоточия.

Этого было достаточно. Достаточно, чтобы даже Абсолют или любой другой бог, следящий за структурами развития, счёл меня обычным сильным последователем. Не угрозой. Не изгоем. Просто ещё одним игроком на доске.

Я не стремился к яркому ходу. Я стремился к выживанию. К свободе.

Теперь — у меня был инструмент.

А дальше… я выясню, что происходит в этом мире и за его пределами. Потому что теперь у меня была маска. Было ядро.

И самое главное — была воля не стать чьей-то жертвой.

Я шёл в сторону пустоши, как будто вглубь собственной тени. Эти земли давно перестали пугать — скорее, вызывали тяжёлое, но спокойное чувство. Здесь всё было честнее. Монстры не притворялись, что они люди. Люди — что они боги. Просто смерть, пыль и правда.

На этот раз я искал не битву. Мне нужно было говорить.

Я не знал, как найти нужного стража — но и не пытался. Просто шёл. Он сам меня найдёт. Нашёл.

Появился беззвучно, как будто вытек из воздуха. Плащ, маска, голос, будто сквозь ржавую решётку: глухой, сухой, многослойный.

— Мы знали, что ты вернёшься.

— Не обязательно, — пожал я плечами. — Мог бы и не прийти. Но, видишь, пришёл.

Он молчал, просто ждал.

— У меня один вопрос. Вы, стражи, собираетесь и дальше жить в этом хлипком равновесии, притворяясь, что всё в порядке? Или хотите наконец открыть мир? Снять блокировку, что держит всех вас в клетке?

Его взгляд не изменился. Лицо было скрыто, но я чувствовал, как он меня изучает.

— Я не могу принять такое решение один, — произнёс он. — Даже если бы захотел. Мы знаем, что есть нечто, ограничивающее развитие. Мы чувствуем это. Но не знаем, где оно. Не знаем, как отключить. А если и отключим — это распахнёт двери. Не только для нас. Для них тоже. Для тех, кто сильнее, древнее, голоднее.

— Я понимаю, — кивнул я. — Но если мы всегда будем бояться того, что может случиться, мы так и останемся тут. Бесконечно. Гнить. Силу будут собирать другие. Решения будут принимать другие. А мы — пыль между колесами. У меня есть догадка, где может быть блокиратор. Но я не полезу туда, пока не получу ответа от вас.

Он молчал долго. Даже пустошь вокруг замерла.

— Мы созовём совет. Решение примем вместе. Не ты. Не я.

— Устраивает, — сказал я. — Если решите ничего не менять — я уйду. У меня есть куда. Есть мир, который ждёт.

Он кивнул.

— Тогда до встречи, чужак.

— Уже не совсем чужак, — усмехнулся я и развернулся.

Пустошь не шептала мне вслед. Но в спину словно дышало — что-то древнее, наблюдающее. Я знал, что скоро получу ответ. Вопрос был только в том, с чего начнётся следующая глава — с конца или с новой возможности.

Я вернулся в город ближе к вечеру. Солнце садилось, окрашивая крыши золотом, а воздух уже нёс в себе прохладу предстоящей ночи. Удивительно, как быстро можно привыкнуть к миру, даже если он всего лишь временный привал между двумя бурями.

Лавка Ларин всё ещё стояла. Почти восстановлена. Я заметил новые балки, свежие стекла, вывеску, вырезанную заново — похоже, она не теряла времени.

Она встретила меня на пороге, как в прошлый раз. Сначала молча. Просто смотрела. И я молчал. Потому что знал — любые слова сейчас будут вторичны.

— Вернулся, — тихо сказала она.

Я кивнул.

— Хотел бы сказать, что надолго… но сама знаешь.

Она не отвела взгляда.

— Я знала, что ты не останешься. С самого начала.

— Я и сам надеялся, что ошибусь, — усмехнулся я. — Но у меня остались незаконченные дела. Моя планета… Там всё сложнее, чем я помнил. И Синдикат ждёт. Да и контракты. Я должен разобраться. И только тогда смогу говорить о будущем.

Она опустила глаза. Помолчала.

— Я не могу уйти отсюда, — сказала она, наконец. — Это моя родина. Здесь всё, что у меня есть. Пока что — я не готова всё бросить. Даже ради тебя.

Я кивнул. Не обижался. Даже не разочаровался. Скорее наоборот — почувствовал уважение.

— Не прошу. И не тороплю. Просто… давай вернёмся к этому разговору позже. Когда я сделаю, что должен. И ты будешь готова сделать шаг навстречу.

Она улыбнулась — устало, но искренне. Подошла ближе и взяла меня за руку.

— Хорошо. Только не теряйся.

— Попробую, — выдохнул я.

Мы постояли так ещё немного. Потом я отпустил её ладонь.

— Я пока ещё останусь здесь. На какое-то время. Есть пару дел, которые стоит закончить в этом мире. Но потом… потом мне придётся уйти.

— Я буду ждать, — сказала она, глядя мне вслед.

Я шёл по улицам, где в окнах уже загорались огни. Этот мир казался тише других. Возможно — потому, что я стал другим. Или потому, что он действительно затаился, перед тем как снова разверзнуться штормом.

Но я знал — время покоя заканчивается.

Несколько дней я провёл в окрестностях города. Мирная жизнь — это хорошо, но тело требовало движения. Энергия ядра бурлила внутри, как вулкан под кожей. Я знал: если не дам ей выхода — она найдёт его сама, и тогда последствия будут куда менее контролируемыми.

Я ушёл в леса, холмы, на равнины — туда, где ещё прятались остатки монстров. Старые враги теперь казались слабыми. Те, кто когда-то заставлял сражаться на пределе, умирали от одного точного удара. Я больше не испытывал страха, только тихую сосредоточенность. Даже маска, скрывающая мою силу, не мешала чувствовать себя чем-то большим, чем просто человеком.

Я проверял свои возможности: скорость, сопротивление, плотность энергетических потоков. Управление давалось проще, чем ожидал. Как будто сила ждала, когда я, наконец, стану достоин.

В один из вечеров, когда я сидел у костра, появился страж пустоши. Всё тот же. Возник из тени деревьев — бесшумно, как всегда.

— Ты хорошо прячешься, — сказал он.

— Я и не прятался, — ответил я. — Просто не спешил возвращаться. Решение приняли?

Он кивнул.

— Совет собрался. Мы долго спорили. Но в итоге — решили: мир должен развиваться. Мы готовы отключить ограничение. Стагнация медленно убивает нас, а внешний враг придёт в любом случае. Лучше быть готовыми.

Я встал, стряхнув с плаща опавшие листья.

— Тогда вам нужна информация о том, где искать артефакт.

Он внимательно посмотрел на меня.

— У тебя есть догадка?

— Не просто догадка. Почти уверенность. Есть один город… там, где исчезала связь с высшими. Где даже твой бог не мог пробиться ко мне. Под этим городом, в его глубинных слоях, — именно там, я думаю, находится артефакт. Возможно, нечто древнее, что блокирует развитие. Что не позволяет никому прорваться выше.

Он задумался, потом медленно кивнул.

— Под этим городом действительно есть древние катакомбы. Мы их избегаем. Старые маги, когда-то жившие в этом мире, закрыли туда путь. Мы считали, что внутри — что-то, связанное с проклятием. Возможно… ты прав. Возможно, это и есть искомое.

— Я не буду спускаться туда один, — ответил я. — Вы решились — теперь действуем вместе. Мне хватило подземелий, где каждый шаг может оказаться последним.

— Мы соберём группу, — сказал он. — Те, кому можно доверять. Через два дня встретимся на входе в катакомбы. Будь готов. С этого момента — пути назад не будет.

— Путь назад я сжёг ещё в день, когда согласился вступить на тропу силы, — сказал я и потушил костёр.

Пламя погасло. В темноте осталась только решимость.