Фаберже-3. Враг на пороге

Глава 24

Я схватил телефон и открыл приложение геолокации. Обнорский дал мне доступ на случай экстренной ситуации.

Перстень на руке продолжал гореть — жёг кожу, пульсировал красным светом сквозь нефрит.

Приложение грузилось мучительно долго. Пять секунд превратились в вечность. Белый экран. Крутящийся индикатор.

Загружайся уже, чёрт тебя возьми!

Наконец, появилась карта. Красная точка мигала в северо-восточной части города.

Координаты: 59,9247° N, 30,4856° E. Ржевка-Пороховые, небольшой вытянутый островок возле Охтинской плотины.

Я быстро изучил карту. Старые постройки, промзона, никаких жилых домов. Расстояние от центра — около пятнадцати километров. Обычно ехать минут тридцать-сорок.

Слишком долго. Нужно быстрее.

Штиль уже стоял в дверях гостиной и говорил по телефону:

— Координаты! Ржевка-Пороховые! — диктовал цифры. — Экстренная ситуация! Код красный! Да, объект Альфа-два.

Пауза. Слушал ответ.

— Пятнадцать минут? Хорошо! — бросил трубку, посмотрел на меня. — Александр Васильевич! Выезжают.

— И мы едем, — кивнул я и схватил пальто с вешалки.

Но отец преградил путь и схватил меня за плечо.

— Саша! Это опасно! Ты же не боевой маг!

— Я должен, — сказал я жёстко. — Обнорский рискует жизнью ради нас.

— Саша… — голос матери дрожал. Она стояла у дивана, прижав руку ко рту. На её глазах проступили слёзы. — Будь осторожен. Вернись.

Лена молча подошла, обняла крепко. Я почувствовал, как она дрожит.

— Вернусь, — сказал я. — Обещаю.

Я вырвался из объятий сестры и выбежал из дома следом за Штилем.

Машина стояла у подъезда — мощный внедорожник, чёрный, с тонированными стёклами. Я прыгнул на переднее сиденье, Штиль сел за руль.

Двигатель взревел. Машина сорвалась с места с визгом шин.

Штиль вёл на пределе. Скорость 120, 130, 140 километров в час по городским улицам. Мы проскакивали на красный — дорога относительно свободна вечером, лавировали между редкими машинами.

Я смотрел на карту в телефоне.

Ржевка-Пороховые. Старый промышленный район на окраине. Название от императорского порохового завода, который закрыли ещё в прошлом веке. Испытательный полигон рядом тоже был заброшен. Пустующие здания, никакой инфраструктуры. Плохая транспортная доступность, поэтому там почти никто не жил.

— Пороховые… — пробормотал Штиль напряжённо. — Знаю это место.

— Откуда?

— Служил там на срочке, — ответил он, не отрывая взгляд от дороги. — Охраняли остатки былой роскоши. Старый завод ведь всё ещё стоит, хотя оборудование вывезли. И если там остались запасы пороха… Могут быть проблемы.

Машина повернула на скорости, меня бросило к двери.

— Хорошее место, чтобы спрятаться, — добавил Штиль. — И для засады тоже.

Перстень на пальце всё ещё горел, но уже терпимо. Значит, Обнорский был ещё жив.

Мы вылетели на Охтинское шоссе. Штиль выжал газ до упора. Спидометр показал 160.

Часы на приборной панели показывали 20:18. Пятнадцать минут, как мы выехали. И с такой скоростью ещё пять-семь минут до места.

У Штиля заворчала рация, и я узнал голос координатора «Астрея»:

— Штиль, группа «Эпсилон» на месте!

— Обстановка?

— Обнаружили постройку на острове! Слышны выстрелы! Работают маги, явно боевики.

Значит, охрана Обнорского ещё сопротивлялась. Хорошо.

— Найдите гражданских! — приказал я. — Группа журналистов! Нужно их вытащить!

— Мы знаем, кто объект Альфа-два, — донеслось из динамика рации. — Действуем.

Связь оборвалась.

Штиль свернул на грунтовую дорогу. Машина затряслась на ухабах. Впереди уже виднелся заснеженный остров — узкая полоска земли посреди реки. Всё заросло кустарниками и деревьями, территория казалась заброшенной.

Но сквозь ветки я разглядел вспышки.

Штиль вдавил педаль в пол, и машина взвыла, прыгая на кочках. Мы летели к острову.

Машина затормозила у узкого пешеходного моста, что вёл к острову.

Мы со Штилем выскочили из машины. Он открыл багажник, достал два автомата, сунул один мне. Я проверил магазин — полный. Штиль проверил артефакты.

— Готовы? — спросил он. — Напоминаю, это лишь для вашей самозащиты. Не лезьте в бой.

Я кивнул. До этого огнестрельным оружием мне приходилось пользоваться разве что на дуэли, и то в прошлой жизни. Но принцип работы я понимал, хотя всё равно предпочитал магию.

— После этого увольте меня к чёртовой матери за то, что вместо охраны вашей жизни сам притащил вас сюда, — добавил Штиль.

— Ага, разбежался.

Мы бегом перешли мост бегом. Старые доски угрожающе прогибались под ногами.

Остров встретил нас зарослями и темнотой. Густые деревья, кусты, жухлый бурьян и сугробы по пояс. В центре возвышалась постройка из красного кирпича, к которой вели цепочки следов.

Здание было походе на старый склад или цех. Окна выбиты, стены покрыты трещинами. Других зданий вокруг не было, только эта полуразвалина.

Из тёмных проёмов окон вырывались вспышки. Огонь — ярко-оранжевый. Ледяные осколки блестели в свете пламени.

Звуки боя доносились всё чётче. Автоматные очереди — длинные, короткие. Одиночные выстрелы. Крики, короткие приказы.

Из-за деревьев слева выбежали двое бойцов в спецэкипировке. Бронежилеты, шлемы, автоматы наперевес. На плечах я заметил шевроны «Астрея».

Один — высокий, широкоплечий, шрам через всю щёку — поднял руку:

— Стоп! Штиль, свои!

Мы остановились.

— Феникс, — представился он. — Группа'Эпсилон'.

— Фаберже, заказчик, — Штиль кивнул на меня. — Обстановка?

— Здание с гражданскими окружено. Восемь-десять нападающих. Маги второго-четвёртого ранга, артефакты, огнестрел. Внутри заблокированы гражданские и их охрана. Пытаемся прорваться, но огонь плотный.

— Сколько у нас?

— Шестеро бойцов, вы двое. Итого восемь.

Я быстро оценил ситуацию. План сложился за секунды.

— Разделяемся на две группы, — сказал Феникс. — Трое моих — фронтальная атака, отвлекающий манёвр. Остальные — обход с тыла, прорыв к зданию. Будем вытаскивать Альфу-два.

— На меня тоже рассчитывайте, — сказал я.

Штиль оглянулся на здание и покачал головой.

— На штурм я вас не возьму. Оставайтесь здесь.

— Нет, — отрезал я. — У меня шестой ранг магии и есть боевые навыки. Мешать точно не буду. Вытащим Обнорского — и потом высказывайте мне всё, что хотите. Но сейчас приоритет — спасение журналистов. Если они погибнут, моей семье тоже конец.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Наконец, Штиль тихо выругался.

— Держитесь за мной. И слушайте приказы. Никакой самодеятельности.

— Есть.

Группы разделились. Феникс увёл троих бойцов влево, в обход фасада здания. Мы со Штилем и тремя другими двинулись вправо.

Шли быстро, но ноги то и дело вязли в снегу. Деревья использовали как укрытие. Штиль впереди — сканировал местность. Я следом. Трое бойцов позади рассредоточились и двигались, словно тени.

Когда до постройки оставалось метров пятьдесят, группа Феникса начала атаку.

Автоматные очереди разорвали тишину. Огненные шары полетели в окна здания. За ними — ледяные копья, ветряные вихри вздымали снег. Каменные глыбы били в тёмные оконные глазницы. И всё это под свист пуль.

Отвлекающий манёвр работал — внимание нападающих переключилось на Феникса и его бойцов.

Мы добрались до тыла здания с чёрного хода. Металлическая дверь была приоткрыта, на земле я заметил свежие следы — вмятины от ботинок, пятна крови. Кто-то пытался прорваться. Или выбраться.

Штиль сделал шаг к двери, и в этот момент мир перед нами взорвался.

Уши заложило от грохота, а глаза ослепила вспышка. Здание содрогнулось. Из окон вырвались языки пламени — ярко-жёлтые, белые в центре. Волна жара и давления ударила в грудь.

Меня сбило с ног. Я успел выставить защитный барьер, но сам полетел назад и приложился спиной о дерево. Воздух на миг вышибло из лёгких, а в ушах зазвенели колокола. Сверху на меня посыпалась шапка снега.

— Цел? — надо мной склонился Штиль, его доносился словно сквозь вату.

— Ага, — кивнул я, тряхнул головой и поднялся на ноги.

Передняя стена здания частично обрушилась. Кирпичи валялись грудами. Огонь полыхал внутри — яркий, жадный. Густой дым валил столбом.

Я посмотрел на руку. Перстень всё ещё горел, пульсировал красным светом сквозь нефрит.

Жив! Обнорский жив! Но где он?

Из-за здания донеслись звуки возни и сдавленные женские всхлипывания. Затем — выстрелы короткими очередями. И крики.

Бой возобновился. Но уже с другой стороны.

— Туда! — бросил я. — Быстро!

Мы побежали, обегая дымящиеся руины, Штиль и бойцы обогнали меня, знаком велев держаться позади. Жар обжигал лицо, дым разъедал глаза.

Мы выскочили на открытую площадку за зданием, и я заметил знакомый силуэт. Обнорский!

Он стоял в сугробе, пытаясь прикрыть собой троих человек — женщину и двоих мужчин. Все были покрыты копотью, пылью, кровью. Женщина всхлипывала, прижимала руку к плечу — ранена.

Четверо охранников в тактической экипировке образовали полукруг вокруг гражданских, чтобы дать им отойти. Стреляли, использовали магию. Один создавал каменный вал, чтобы преградить нападавшим дорогу. Трое других вели огонь.

Но их всё равно окружали. Семь человек, вооружены, ещё и маги — я почувствовал фон их артефактов. И все вели огонь по группе Обнорского.

Охранники отстреливались. Магические щиты мерцали в воздухе. Но их теснили. Окружение сжималось.

Обнорский поднял голову и увидел меня. Глаза журналиста расширились.

— Фаберже! Здесь!

Я принял решение за секунду.

Магия земли пробудилась в груди — горячая, мощная, рвущаяся наружу. Земля под ногами содрогнулась, когда я вытянул руки вперёд.

Земля взорвалась. Каменные шипы выросли из почвы, заставляя снег проседать. Трещины побежали во все стороны.

Двоих нападающих сбило с ног. Один не успел отскочить — шип пронзил бедро насквозь. Он вскрикнул, упал, схватился за ногу. Кровь хлынула между пальцев.

Штиль оттолкнул меня за один из каменных наростов и сам, оказавшись в укрытии, вскинул автомат.

Трое бойцов «Астрея» выбежали из-за моей спины веером. Один метнул огненный шар в центр группы врагов. Взрыв — и пламя разлилось по земле. Враги разбегались в стороны, сбивали огонь с одежды.

Двое других бойцов открыли огонь на поражение. Автоматные очереди прижали врагов к земле.

Нападающие замешкались на несколько секунд, но почти сразу быстро перегруппировались. Опытные ребята, к сожалению для нас.

Маг воды среди них — третий ранг, судя по силе — вскинул руки и создал ледяную стену высотой в два метра и толщиной сантиметров тридцать. Защита от пуль.

Маг воздуха за его спиной послал на нас мощный порыв ветра. Одного бойца «Астрея» сбило с ног. Он полетел назад, ударился о дерево.

Стрелки открыли автоматный огонь по нашим позициям.

Я нырнул за обломок валуна. Пули засвистели над головой. Осколки кирпичей полетели во все стороны. Один срикошетил от камня рядом с моим лицом.

Штиль перекатился ко мне и спиной прислонился к моей спине.

— Осталось шестеро! — крикнул он через грохот выстрелов. — Трое магов, трое стрелков! Профи! На всех артефакты.

Из-за спин врагов донеслись новые звуки боя. Три бойца из группы Феникса выбежали из-за руин горящего здания и открыли огонь с тыла.

Нападающие оказались между двумя нашими группами.

Охрана Обнорского воспрянула духом. Маг землисоздал ещё один каменный вал, чтобы защитить Обнорского и его людей. Журналист воспользовался моментом и отвёл своих людей ниже по склону, на берег.

Обе стороны залегли за укрытиями, обмениваясь свинцом и стихийными заклинаниями. Пули свистели туда-сюда. Магия летала — огненные шары, ледяные копья, каменные глыбы.

Я сидел за обломком стены, перезаряжал автомат. Штиль рядом менял магазин.

Обнорский подполз к нашей позиции и упал рядом со мной, тяжело дыша.

— Они вычислили убежище! — крикнул он через грохот выстрелов. — Напали прямо перед эфиром! Мы заперлись внутри, но они пробивались. Но нас встретили снаружи! Бросили гранату или бомбу… Хорошо, что вы подоспели.

Ледяное копьё пролетело в метре от его головы, и журналист инстинктивно пригнулся. Неплохая реакция для человека с предполагаемой контузией.

— Вам нужно уходить, — сказал я.

Штиль покосился на меня.

— Вам тоже, Александр Васильевич. Уведите гражданских вниз по берегу в сторону плотины. Сейчас здесь будет жарко.

Мы с телохранителем обменялись взглядами. Я понимал, к чему он вёл. Пока есть риск зацепить гражданских «Астрей» не сможет сражаться в полную силу.

Я схватил Обнорского за плечо:

— Уходим! Сейчас!

— Куда⁈ — он оглянулся на бой.

— Вниз! К берегу! — крикнул я. — Штиль! Прикрывай!

Штиль обернулся, кивнул. Рявкнул команду бойцам «Астрея»:

— Держим позицию! Фаберже выводит гражданских!

Феникс ответил автоматной очередью в сторону врагов.

Я толкнул Обнорского к склону. Двое мужчин-журналистов подхватили раненую женщину под руки и побежали следом за Обнорским. Я замыкал, оглядываясь через плечо.

За спиной разворачивался жесточайший бой.

Вспышки магии — огонь, лёд, молнии. Выстрелы и взрывы сливались в сплошной грохот.

Мы бежали по склону вниз. Земля осыпалась под ногами. Деревья, кусты, корни торчали из земли. Обнорский споткнулся, упал на колени, но быстро вскочил и побежал дальше.

Когда впереди показалась плотина, Обнорский упал на снег, тяжело дыша.

— Оторвались?

— Почти. — Я обернулся и посмотрел наверх. — Переводите дух, потом двигаемся дальше вдоль берега.

Обнорский кивнул, не в силах говорить. Я осмотрел узкий берег, и тут заметил движение справа.

Из зарослей ивняка вышли двое, явно не астреевцы. Женщина тоже заметила их и тихо вскрикнула. Они синхронно отреагировали. Один вскинул автомат, второй поднял руки, творя заклинание.

Но я среагировал быстрее.

Земля под ногами нападающих взорвалась, и из сугробов вырвались каменные шипы. Нападающие отпрыгнули в стороны, маг тут же снова поднял руки, и с его пальцев сорвался огненный шар.

— Прячьтесь! — рявкнул я и поднял каменную стену.

Шар ударил в неё и взорвался. Жар обжёг мне лицо. К счастью, Обнорский успел затащить раненую в укрытие.

Стрелок открыл огонь, пули застучали по камню, поливая нас крошкой.

Я выглянул из-за стены и дал короткую очередь. Кажется, попал — стрелок вскрикнул и рухнул на колено.

Маг метнул второй огненный шар.

Я нырнул в сторону, шар пролетел мимо и расколол лёд над рекой. Пока маг творил новое заклинание, я собрал магию воздуха и обрушил на него мощный порыв. Отлично! Вихрь сбил его с ног и не дал закончить заклинание.

Стрелок продолжал стрелять, пытаясь меня достать. Я перекатился за валун и сотворил огненный шар. Максимум, что мог собрать за секунду. Главное — правильно метнуть его.

Прицелившись, я направил заклинание в стрелка и попал тому точно в грудь. Тот откинулся назад, перестал двигаться.

— Осторожно! — Крикнул Обнорский.

И вовремя. В паре сантиметров от моего лица пролетел острый камень.

Не теряя времени, я собрал магию земли и воздуха одновременно. Сложно, уже на пределе возможностей — запас магической силы у меня был не резиновый.

Каменный смерч обрушился на вражеского мага. Он отвлёкся, чтобы обновить защиту, но в этот момент я выскочил из укрытия и пустил очередь в мага.

Кажется, попал ему в плечо и живот. Маг упал навзничь в снег.

Оба нейтрализованы.

Я обернулся к Обнорскому:

— Целы?

— Да, — выдохнул он.

А в следующий миг за нашими спинами раздался оглушительный взрыв.

Ударная волна прокатилась по склону, деревья затряслись, журналисты рухнули в сугроб.

Я кое-как устоял и обернулся.

На вершине склона полыхал огненный столб. Над островом повисла мёртвая тишина. Секунды тянулись как часы.

И вдруг с холма раздался голос Штиля:

— Феникс! Доклад!

— Противник нейтрализован!

— Штиль, доклад!

— Двое ранены!

— Сектор чист! Угроз нет!

— Один ушёл! — сказал он. — Упустили.

Дым стелился по площадке. Огонь догорал в руинах здания. Вдали завывали сирены — полиция, скорая помощь.

Я сел на обломок кирпичной стены, тяжело дыша. Кровь продолжала кипеть от адреналина. Штиль опустился рядом и молча умыл лицо снегом.

— Теперь меня точно уволят, — усмехнулся он.

Я покосился на него.

— Пусть только попробуют.

Обнорский стоял, глядя на дымящиеся руины своего убежища.

Боец из группы «Астрея» бегал между ранеными и делал обезболивающие уколы. До приезда медиков все должны были протянуть.

Журналистку уложили на куртки, женщина тихо стонала. Двое её коллег сидели рядом. Один закурил трясущимися руками.

Я подошёл к Обнорскому.

Он сел на обломок кирпичной стены, вытирая кровь с лица рукавом. Руки тряслись, а лицо стало серым от копоти.

— Вы целы? — спросил я.

Обнорский поднял голову и медленно кивнул:

— Живой благодаря вам, уже во второй раз. Вы спасли нам жизнь, и я никогда не забуду этого.

— Полагаю, вы бы сделали то же самое, — ответил я просто.

Он усмехнулся.

— Попытался бы. Хотя вряд ли так эффектно.

Он вытащил телефон из кармана. По экрану пробежала паутина трещин, но устройство работало и отображало значки на экране.

— Опоздали с выкладкой видео на тридцать семь минут… — пробормотал он, но потом улыбнулся. — Хотя… Может, так даже лучше.

Журналист открыл приложение, зашёл как администратор в кабинет канала и показал мне экран.

«Часть 3. Финал. Хлебников и похищение экспонатов Бриллиантовой палаты»

Статус видео: Готово к публикации.

— Я записал всё заранее, — объяснил Обнорский. — На случай, если с эфиром что-то пойдёт не так. Мы как раз готовились выложить его на трансляции, когда на нас напали…

Его палец завис над кнопкой «ОПУБЛИКОВАТЬ».

Обнорский посмотрел на меня.

— Теперь уничтожим его.

Я кивнул.

— Самое время.

Он нажал на кнопку публикации.