По эту сторону. Дом с секретом и дверь в мечту. Часть вторая

Глава 53. Полёты наяву

Соколовский с программистом довольно долго обсуждали детали, графическую часть, поведение героев. Филипп Иванович даже изобразил кое-каких персонажей на бумаге.

– А вы хорошо рисуете! – удивился Иван.

– Это так… баловство, – лениво улыбнулся Соколовский, – Когда-то было много свободного времени, вот и тренировался. Да, так вот, эта птица из очень-очень старой сказки. Выглядела она необычно…

– У нас и такие были? – удивлялся Иван, – Это… это же грифон!

– Нет, грифоны – это западная зверушка, у нас появлялась редко, разве что ураганом заносило, а это – птица-ногай!

– Ногай… в смысле, ног у неё четыре?

– Если упрощённо, то да. А потом, есть и ещё отличия от грифонов – лапы. У грифонов чаще всего передние лапы в виде птичьих, а задние – львиные. А у птицы-ногай все четыре ноги одинаковые. И в размерах есть отличие. Наша птичка покрупнее будет, что уж там…

Примечание автора: Это действительно так – птица-ногай, которая встречается в русских сказках, очень похожа на грифона, но лапы у неё одинаковые.

– Вот это да… – Иван начал понимать, что с такими сведениями от игры будет сложно оторваться!

– У вас прямо глаза загорелись, – рассмеялся Соколовский.

– Если честно, не терпится начать.

– Вот и замечательно. Удачной вам работы! – Филипп видел, что этот чудак даже пальцами по краю стола перебирает, словно по клавиатуре, вот как невтерпёж человеку!

Иван поблагодарил за пожелание, алчно сгрёб все рисунки и схемы, что и где должно быть, выполненные Соколовским, листы с собственными записями и торопливо ушёл.

Через десять минут он уже выдал Врану новое задание, а сам по уши нырнул в увлекательнейший мир любимой работы.

Через какое-то время к нему в комнату постучалась давешняя горничная, прикатила столик с перекусом, что-то спросила, но Иван даже не очень понял, что именно – весь был в работе. Так, чего-то пробурчал, машинально нащупывая бутерброд и откусывая от него половину.

– Странный такой! – рассказывала Карина, вернувшись к Тане. – Я его спросила, есть ли у него еда… а он сказал, что-то вроде «статистика готова, приходите завтра». Я ничего не поняла, но переспрашивать не решилась…

– Если приходите завтра, то, наверное, у него что-то есть… холодильник-то в кухоньке работает. Видимо, привёз с собой, – рассудила Таня. – Ну мы его угостили, да и ладно. Может, теперь полетаешь?

– Да… – уныло согласилась Карина, – Надо бы…

У неё нипочём не получалось приземление, вот она и расстраивалась.

– Слушай, а хочешь мы с тобой в терем пойдём? – предложила Таня, которая заранее согласовала этот вопрос с Соколовским и получила его одобрение.

Она ещё несколько дней назад пришла к начальству и спросила, а можно ли?

– Отличная идея! – прищурился Филипп, явно что-то прикидывая, – Я сам туда собираюсь, так что и Карине проход открою, и филинов тамошних предупрежу. Да и вообще, это очень полезно, что она там полетает – рядом озеро, в него впадает множество ручьёв, часть из них родниковые… мало ли, вдруг там что-то интересное из воды ей попадётся!

– Ой, не знаю, когда она сможет так далеко летать… – озаботилась Таня, – Нам Шушана открывала коридоры, Карина в них, конечно, летает, но с трудом…

– Ещё бы! В помещении летать всегда труднее – так-то надо ветер поймать, он и поднимет, и удержит, а без него, конечно, она сразу устаёт! – Соколовский говорил так уверенно, что Таня сразу поняла – это он рассказывает из собственного опыта. – Короче, я приеду и провожу вас.

И вот сегодня Соколовский сказал, что готов провести Карину, чтобы её пропускала встенная дверь и не нападали филины.

Карина сначала удивилась, потом по привычке испугалась – неизвестное же страшно, а потом, вдохновлённая Таней, решилась.

– А кроме нас там кто будет? – уточнила она.

– Соколовский нас проводит, но не думаю, что у него будет возможность долго там оставаться, он сказал, что сегодня очень занят. Вран за компьютером завис, Крамеш – в полёте, Кирин – традиционно на крыше, причём в людском виде – с отцом беседует, чтобы тот воочию видел, что сын выполняет его поручение.

– Хитрый он, – рассмеялась Карина, у которой тут же повысилось настроение – если что, её конфуза никто не увидит. – То есть будем только мы?

– Да.

– Ой, как хорошо! – вороничка приникла к Тане, словно птенец, которому очень нужно, чтобы его пригрели, укрыли крылом.

Таня всё это прекрасно понимала, так что обняла эту чудачку – что поделать, если Карине за её предыдущую жизнь этого так явно недодали!

Через несколько минут Карина изумлённо заглядывала в распахнутую перед ней дверь, за которой был совсем другой дом.

– Смелее! – подбодрил её Филип, и она послушно шагнула на светлые половицы терема.

Соколовский, и правда, вызвал филина, который прибыл очень быстро – ещё бы, громкость свиста была такая, что аж снег с ближайших веток упал.

– Так, вот эту вороницу не обижать, защищать и всячески помогать! Cвоих позови и им это передай! Понял?

– Уугуу! – согласно заявил филин – кто он такой, чтобы c хозяином здешним спорить?

Соколовский кивнул Татьяне и Карине, да поспешил назад – дел действительно было много.

Взлетать на воздухе, да ещё не в городе или в посёлке, а во дворе терема, вокруг которого никого нет, оказалось гораздо легче и несоизмеримо интереснее!

Карина сама не поняла, как поймала ветер, как сумела подняться повыше, облететь круг, а потом, не успев испугаться, что сейчас не сможет опуститься, приземлилась прямо в руки Тане, отчего они обе уселись в гостеприимный сугроб.

– Ты видела, видела? Как я летала! – пищала восторженная вороничка, – Я ветер поймала, и это гораздо легче, чем самой летать! И он сам меня выше поднял! Крааа, как мне понравилось!

Карина налетавшись до какого-то счастливого изнеможения, нипочём не соглашаясь возвращаться.

Тане она напомнила девчушку, которая наконец-то дорвалась до ледяной горки и не может оторваться от этого восторга и радости. Да она и не собиралась её отрывать – пусть устанет, ничего страшного, зато запомнит этот восторг, надышится воздухом, получит свой кусочек полётного счастья!

– Фууух… как я улеталась! – раскрасневшаяся Карина, приняв людской вид, упала на диван в кухне терема. – А чем это так вкусно пахнет? Ой, ты и приготовить что-то успела! А чего мне не сказала, я бы помогла.

– Отдыхай уже! – рассмеялась Таня, – Вон как утомилась – на несколько дней норму выполнила и перевыполнила.

– Ой, а можно мне завтра сюда прийти?

– Завтра вряд ли… ты и крыло не поднимешь – мышцы болеть будут.

Они ели и пили чай, за окнами сгущались сумерки, в печке потрескивали дрова, и, в конце концов, Карина ожидаемо задремала.

Проснулась от того, что Таня потихоньку собирала посуду.

– И опять ты меня не позвала помочь! Я же должна что-то делать! – запереживала Карина, впрочем, ощущая себя удивительно счастливой.

Вернулись домой уже вечером, и это тоже было совершенно замечательно – открыли дверь и уже дома! Ну, ладно, ладно, пусть не дома, а в гостинице, но тут идти-то всего ничего – вышел из комнаты, где находится встенная дверь, повернул направо, прошёл до конца гостиничного коридора и уже точно-преточно ДОМА!

Татьяна отправила Карину в кухню, попросив поставить чайник и включить газ под картошкой, а сама хотела заглянуть к Соколовскому. Идти через внутреннюю дверь она сочла некорректным, лучше уж как положено, из гостиничного коридора.

Впрочем, в этот раз так просто сделать два шага до кабинета начальства не удалось – со стороны лестницы с первого этажа послышался топот, какое-то низкое завывание, а потом в коридор вывалилась, иначе не скажешь, компания из двух абсолютно незнакомых Тане молодых черноволосых людей, одетых в одинаковые чёрные спортивные костюмы.

Люди явно стремились убежать от чего-то жуткого, что настигало их по лестнице, поэтому так торопились, что запутались в конечностях друг друга.

– Сстоять, я ссказал! – послышался низкий, шипящий голос, и над воющими типами воздвигся Сшайр.

Таня только и успела рот открыть, чтобы уточнить, что тут происходит, но Сшайр её опередил:

– Добрый вечер! – почтительно поздоровался он, а потом кивнул на типов: – Извините за шум, ссейчасс я их уберу!

Он абсолютно непринуждённо прихватил обоих типов за шиворот, изобразил что-то вроде любезного поклона в сторону Татьяны, развернулся и поволок черноволосых вниз, нимало не тревожась о том, как именно и чем конкретно типы соприкасаются с мраморными ступенями.

– Ээээ… – только и смогла сказать Таня.

– Не волнуйтесь! – дверь в кабинет Соколовского открылась беззвучно, и Таня отпрянула в сторону. – Это вы просто не в курсе – у нас тут кадровые перемещения произошли!

– Дааа? – выдохнула Татьяна.

– Ой, да не волнуйтесь вы так! – рассмеялся Соколовский, оценив её изумление. – Вон то, что сейчас уволок Сшайр – это те самые братцы-кролики, то есть вороны, которые пытались напасть на гостиницу и увезти Карину.

– Они братья? – уточнила Таня.

– Да, родные. Я всё про них выяснил – они действительно родственники Карининой матери, для самой Карины они четвероюродные братья, но сама она их никогда не видела, хотя в гости они прилетали.

– Видимо, тогда они просто не интересовались «позором семьи»? – мрачно предположила Таня.

– Именно. А вот сейчас, узнав, что их родственница, оказывается, носительница первого дара, они решили её выкрасть. Да, это нарушение вороньего закона, но они сочли, что победителей не судят. А если кто-то из них женится на Карине, да ещё птенцы пойдут, то, возможно, кто-то из выводка будет тоже с даром… Типа, пока суд да дело, пока её отыщут, она им и воду поразведает, и детей сделает! – Соколовский брезгливо поморщился.

– Гадость какая! – Таня вдруг ощутила горячее желание пойти и попинать тех двух типов. – Каруся сегодня такая счастливая была, такая радостная… а эти её уже ко всем нуждам приложили!

– Гадость, – согласился Сокол, – Я вам говорил, что воронов терпеть не могу?

– Говорили. И я, кажется, даже готова к вам присоединиться! Правда, только касательно тех двух! – рассерженная Таня была редким зрелищем.

– У вас будет много возможностей выразить им своё отношение! – внезапно рассмеялся Соколовский. – Я уточнил – их семья весьма небогата, платить за братьев им нечем, да и желания особого нет – вот если бы они Карину приволокли, это да… тогда бы были на вершине ветра, а так… попались, значит, сами виноваты.

– И как вы с ними поступите? – полюбопытствовала Таня.

– Да уже поступил… я их отдал под начало Сшайру. Он у нас нынче книгочей, вас зауважал, даже меня зауважал, особенно, когда выяснил, что я читал гораздо больше книг, чем он мог себе представить, короче, с ним теперь даже говорить можно – что-то да воспринимает.

– И вы ему дали подчинённых?

– Точно! Понимаете, Танечка, у меня под крылом постоянно образуются какие-то странные типы, и мне приходится голову ломать, к чему их приставить, а тут – такая удача! Сшайр – вообще-то воин, и если он будет вменяем и готов к нормальной работе, то его руками гусятник убирать несколько…

– Расточительно! – подсказала Таня.

– Точно! Это как Уртяна поставить на прополку свёклы. Можно, конечно, но крайне неразумно! Так что я решил посмотреть, как Сшайр справится с новой задачей – вот ему двое воронов, вот лопаты и инвентарь – руководи! Будет грязно, будешь чистить сам, а эти гаврики над тобой станут потешаться, – Соколовский прямо-таки наслаждался изяществом своего решения.

Таня, понимая это, от души похвалила руководство – реально же отлично получилось, правда, кое-что не давало ей покоя:

– Ой, что-то мне кажется, потешаться им ещё долго не придётся! – хмыкнула Таня. – А он их не заморочит для собственной выгоды?

– Нет, я запретил. Он просто не сможет. Вот приказывать им – да, пожалуйста, а заставить взглядом не выйдет. Пусть учится общаться иначе. Опять же… гусятник почище будет.

– А как вы их заставили принять людской вид? – поинтересовалась Таня.

– Я? Никак… Это Сшайр сказал, что эти птицы вполне-вполне съедобны, да и по размеру подходят – проглотить их можно в два счёта на двоих.

– Думаю, что они в людей оборачивались исключительно быстро! – хихикнула Таня.

– Мгновенно управились. Единственное, пришлось им одежду купить, но Вран сбегал и принёс. Правда, очень сердился, что эти, как он выразился, суслики с крыльями, отрывают его от компа. Так что вы не пугайтесь, если увидите пару новых уборщиков под руководством нового же управляющего чистящей службы – это у них воспитательный процесс такой. Сшайр специально двери им не запер, так они уже третий раз сбегают и возвращаются обратно с его помощью – он, по-моему, так развлекается. И гуси опять же… я и не знал, что они так веселиться умеют.

– Главное, чтобы эти весельчаки не смутили Кирина и руководителя Врана, – призадумалась Таня.

– Кирин в курсе! Рвался с ними самостоятельно разобраться, но, увидев результат, сказал, что так даже лучше – он бы такое не придумал. А Иван… да, по-моему, он ничего не заметит, даже если через братцев-воронов переступать будет. Фанатичный тип в хорошем смысле этого слова. Я как раз такого и искал! – Соколовский выглядел исключительно довольным своим решением, но… в данном случае был не совсем прав.

Иван всё-таки кое-что заметил… Вообще-то он и не отрывался бы от компа, благо безотрывно работать мог долго, но его желудок имел свои представления о пределах совести хозяина. И, когда все эти пределы были преодолены, намекнул о своём существовании.

Сначала робко и деликатно, а потом по нарастающей… Когда вместо экрана Ивану начали мерещиться роскошно сервированные ужины, а ещё обеды и завтраки, в которых лидировало видение котлет и пюре, он понял, что надо принимать меры.

– Да ёлки-палки, сейчас! – бормотал Иван на все намёки, пока, наконец-то, не осознал – организм не отстанет! – Да я сейчас возьму и поем! – решил он, ныряя в холодильник.

И тут только он вспомнил, что за продуктами-то не сходил! Да, собирался, но…

– Увлёкся работой, – констатировал Иван. – Ладно, я ж в центре, тут что-нибудь да найдётся. Схожу и куплю.

Именно это решение и стало причиной его новых и очень ярких впечатлений!