Десять тысяч стилей. Книга девятая

Глава 20. Бродяга Клинка

Ливий собирался пересечь республику Сардони за день и добраться до района Войн. Но по дороге ему повстречался один человек.

Мужчина шел навстречу. Его пыльный потертый плащ видывал лучшие годы, а широкая черная лента, обвязанная вокруг волос, говорила о том, что путник привык к дальней дороге. За спиной болтался рюкзак – мужчина явно путешествовал пешком. И путешествовал долго.

Он был идущим. Когда между путником и Ливием оставалось метров пятьдесят, мужчина остановился и сказал:

– Давай сразимся.

Его черные пронзительные глаза смотрели Ливию в лицо. Волк удивился. Не самому вызову, а тому, что вызов бросил Столп.

«Он серьезно?», – подумал Ливий. Вряд ли путник скрывал свою настоящую силу. Очевидно, уровень Ливия он отлично видел. Бросать вызов Мастеру, да еще и не самому слабому – затея, конечно, не из лучших.

– Ну давай, – пожал плечами Ливий.

Путник сбросил рюкзак на землю и снял со спины прямую глефу.

«Интересное оружие», – подумал Волк.

Глефа – оружие распространенное и среди солдат, и среди идущих. А вот увидеть прямую глефу порой сложно. Обычно такое оружие делают с изгибом, но у противника были свои мысли на этот счет.

Лезвие глефы находилось в ножнах. Сняв их, путник кивнул и посмотрел на Ливия.

«Давно я не дрался мечами», – подумал он.

Оставив рюкзак у обочины, Ливий достал клинки из кости ошэтэга. Они не были прямыми – легкий изгиб приближал клинки к саблям. Взяв оружие в руки, Ливий несколько раз взмахнул мечами и кивнул путнику.

Противник спокойным шагом двинулся навстречу Волка. Сначала Ливий просто ждал, но спустя несколько шагов заподозрил неладное и наполнил свои глаза золотом.

Взор Дракона тут же показал Волку, что противник не просто идет, а собирает ярь в ногах. И Ливий это понял в тот самый момент, когда Столп решил атаковать.

Рывок получился быстрым. Настолько, что Ливию пришлось сходу использовать Волю Тела для того, чтобы уклониться.

Противник тоже применил Волю Тела. И не только ее – Воля Копья делала атаки еще быстрее и смертоноснее.

«Чуть не ранил меня», – подумал Ливий. Воля Копья могла разрезать щеку, но ярь защитила.

Три последующих укола были быстрыми. Ливий наполнил клинки ярью и ударил в ответ.

«Я просто отразил атаки. С Волей Тела!», – поразился Волк.

Какой-то Столп, пусть и с двумя Волями, вполне себе на равных дрался с ним, развитым Мастером. И бой только начался.

Противник поднял глефу над головой и обрушил ее вниз, плашмя, будто атакуя веслом. Атака была неожиданной, и Ливий хотел отразить ее двумя клинками, но предчувствие подсказало ему отступить.

Волк отпрыгнул, а в том месте, где он стоял, земля взорвалась от ужасающей силы удара.

«Две Воли, такие скорость и сила. Да кто он такой?», – подумал Ливий, запуская два Сизых Касания в сторону врага. От удара поднялась пыль, поэтому путника не было видно, но Волк отлично понимал, где тот стоит.

Противник уклонился от одной атаки, а вторую пронзил Волей Копья. Сразу после Столп вновь поднял глефу и прокрутил ей по часовой стрелке. Глефа будто стала стрелкой невидимого циферблата – Ливий никогда не видел такой прием прежде.

«И что это такое?», - подумал он.

Сразу после оборота Столп взял глефу в руки и прокрутил ее.

«Ого!», – удивился Ливий.

Давление яри было сильным. Настолько, что деревья в окрестностях начали дрожать. Враг собирался применить что-то невероятно мощное, способное справится даже с Мастером. Поэтому Ливий принял вызов со всей серьезностью.

Сизое Касание. Простая и эффективная техника Сизого Камня подходила лучшего всего, ведь Ливий не был мечником. Ему просто требовалась атака, в которую можно вложить целое море яри и подкрепить все это подавляющей силой.

Два Сизых Касания столкнулись с пронзанием глефы. От столкновения ударные волны ушли в стороны, ломая лес.

«Почти рук не чувствую», – подумал Ливий, ощущая, как онемели его ладони.

Атаки оказались равны. Столп тоже не пострадал и сейчас стоял на месте и смотрел на Ливия.

– Кто ты такой? – спросил Волк.

– Бродяга Клинка.

Ответ стал для Ливия полной неожиданностью. Он знал про трех Бродяг Клинка – народных героев и мастеров без школ и кланов. Но Столп перед ним был кем-то другим.

– Ты не Лимихт, Аморэй или Фендор. И где твой клинок?

– Чем не клинок? – спросил Столп, постукивая пальцем по лезвию глефы. – Да, ты прав. Я – новый Бродяга Клинка. Моим учителем был Лимихт, и мне приходилось встречаться и с Аморэем, и с Фендором.

– Вот оно что, – кивнул Ливий.

– Можешь считать это своей победой, у меня почти не осталось яри, – сказал путник.

На этом бой мог закончиться. Но Ливий, вспомнив о том, как расшифровывал стили Бродяг Клинков в книге, решил повторить приемы Фендора. Этот Бродяга Клинка был известен за искусное владение двумя саблями, и Волк как раз стоял с двумя изогнутыми клинками в руках.

– Я передумал, – сказал Столп, видя движения Ливия. – Ты слышал о стиле Фендора и даже немного владеешь им. Но ты не мечник. И даже не пытаешься им стать. Не стоит этого делать.

– Да? Почему?

– Неуважение, – сказал Столп. – Я покажу тебе, что значит быть Бродягой Клинка. Если ты хочешь увидеть это, продолжай драться своими мечами.

«Возможно, это правда выглядело неуважительно», – подумал Ливий. Но ему хотелось увидеть, на что способен Столп перед ним. Путник сам сказал, что у него почти не осталось яри. Что тогда он мог показать?

Столп направил в сторону Ливия глефу. И лезвие оружия становилось опаснее с каждым мгновением. Это была Воля Меча.

«Он – Бродяга Клинка. Значит, в первую очередь – мечник. Опасно», – подумал Ливий. Но не стал переходить на рукопашный бой.

Кость ошэтэга – очень прочная. Поэтому Ливий мог влить в клинок много яри, не боясь, что оружие не выдержит. Так Волк и сделал. Его клинки переполнились энергией, которую Ливий сконцентрировал на лезвии.

Бродяга Клинка атаковал.

Два Сизых Касания наложились друг на друга, образуя крест. Столп будто просочился сквозь атаку и ударил глефой по диагонали, сверху вниз.

Удар Ливий встретил одним клинком, вторым применяя Шеуру – простой колющий удар Сизого Камня.

Лезвие глефы рассекло лезвия меча.

«Чего?!», – удивился Ливий. Может, у врага и была Воля Меча, но Волк влил в лезвие много яри, да еще и сконцентрировал ее на клинке. А прочность кости ошэтэга превосходила многие металлы.

Пришлось уйти Шагом Предков, не доведя атаку до конца. Удар глефой мог ранить Ливия, и Ливию этого очень не хотелось.

Противник не отставал. Перехватив меч двумя руками, Ливий нанес встречный удар – и остался еще без одного клинка.

В этот момент лезвие глефы Бродяги Клинка треснуло и сломалось. Оба противника застыли друг перед другом, оставшись без оружия.

– Можно считать ничьей? – улыбнулся Ливий.

– Пожалуй, – кивнул Бродяга Клинка. И вздохнул, посмотрев на свое оружие.

Ливий тоже остался без двух прекрасных клинков. Но он получил их почти случайно, одолев ошэтэга. Да и не был Ливий мечником.

А вот Бродяга Клинка своей глефой дорожил. И остался без нее, сразившись не пойми с кем.

– Дай сюда, – сказал Ливий, протягивая руку. Бродяга Клинка удивился, но все же дал в руки своего недавнего противника древко. Все равно оружие сломалось.

Собрав осколки металла, Ливий уселся на свой рюкзак и положил части оружия себя на колени. Волк был кузнецом. Поэтому мог чинить оружие даже без инструментов и горна – одной лишь силой Меркурия.

Не прошло и двух минут, как Ливий починил глефу.

– Держи, – сказал Волк, протягивая оружие Бродяге Клинка.

– Большое спасибо, – сказал Столп и низко поклонился. – А свои клинки можешь?

– С костью все куда сложнее, – ответил Ливий. – Могу срастить, но они уже не будут такими, как прежде. Раз ушло, значит, пусть так и будет. Сделаю себе пару неплохих кинжалов. Лучше скажи, почему ты Столп? Слишком силен для такого уровня.

Столп с тремя видами Воли, потрясающими силой и скоростью и невероятной техничностью. Неожиданный путник перевернул всю картину мира, которая выстраивалась в голове Ливия десятилетиями. Столп может убить Мастера. Но быть наравне с Мастером, да еще и не самым слабым – такому удивился бы любой.

– Силен? Ты не мечник, а дрался мечами. Копейщик? – спросил Бродяга Клинка, кивнув на копье, прикрепленное к рюкзаку.

– Рукопашник, – мотнул головой Ливий. – И ты действительно силен. Просто и я не самый типичный Мастер. У тебя три Воли, верно? Воля Тела, Воля Копья и Воля Меча. Идущий с тремя видами Воли, который не достиг уровня Мастера? Рассказал бы – не поверил бы никто.

Так оно и было. У многих Мастеров не было Воли. Заполучить ее – пожалуй, главная мечта для сильного идущего. А уж о том, чтобы получить сразу три вида Воли, многие не могли и мечтать.

– У меня редкая болезнь. Нарушение циркуляции яри. Поэтому мне тяжелее накапливать и использовать внутреннюю энергию.

Ливий слышал об этой болезни. Если бы у ученика крупной школы обнаружили нарушение циркуляции яри, ему бы посоветовали уйти из мира боевых искусств.

«Я ни разу не слышал об идущем с нарушением циркуляции яри, который добрался даже до Столпа», – удивленно подумал Ливий и спросил:

– Сколько же тебе лет?

– Пятьдесят семь.

Перед Ливием сидел настоящий гений. Если бы не болезнь, Бродяга Клинка перед ним давно бы достиг не то, что уровня Мастера, а уровня Великого Мастера. А может, даже стал бы Просветленным.

Чтобы достичь уровня Столпа с нарушением циркуляции яри, нужно иметь много упорства. Но одного его недостаточно.

– Как тебя зовут-то?

– Шодэс. А тебя?

– К сожалению, не могу сказать. Расскажешь еще немного о себе?

– Было бы что рассказывать. С моей болезнью меня не брали в ученики ни в одной школе. И тогда я случайно попался на глаза Лимихту. Я обучался у него двадцать лет. Потом ушел – и стал искать способы стать сильнее. Бросал вызовы идущим, медитировал, искал забытые методы. Набивался в ученики другим людям, которые порой могли дать мне пару хороших уроков.

– Вот оно что, – кивнул Ливий.

Человек перед ним был самим воплощением упорства. Ливию порой приходилось проходить через многие проблемы, но Шодэс перещеголял его. Будто злой рок преследовал не Ливия, последнего охиронца, а этого никому не известного Бродягу Клинка.

– Почему тогда не меч, как у Лимихта?

– Свой путь, – пожал плечами Шодэс.

Лечения для нарушения циркуляции яри не существовало. Любой другой на месте Шодэса давно бы сдался. Но четвертый Бродяга Клинка шаг за шагом шел по своему пути.

– Слушай, а ты, выходит, кузнец? – спросил Шодэс.

– Вроде того, хотя давно не ковал, – ответил Ливий, собирая обломки клинков в рюкзак. – А что?

– Скуешь мне оружие?

«Интересный вопрос», – подумал Ливий, глядя на Шодэса.

Волк был неплохим кузнецом, но все же и близко не уровня Германа. Глефа, которую починил Ливий, была неплохой. Сковать такую Волк смог бы, но если Шодэс хотел что-то новое, значит, ему требовалось оружие намного лучше, чем эта глефа. И тут Ливий ни в чем не был уверен.

– Не такой я хороший кузнец.

– Я – Бродяга Клинка. И я брожу уже много лет. Сейчас отлично вижу, что именно ты должен сковать мне оружие. Дело не в мастерстве, дело в связи между людьми. Иногда судьба сталкивает тебя с кем-то. Сегодня она столкнулся меня с тобой.

Несколько секунд Ливий смотрел на Бродягу Клинка, а потом все же кивнул:

– Ладно, допустим. Инструменты? Материалы? Кузня, в конце концов?

– Я бы не предложил сковать мне оружие просто так. Неподалеку есть одна кузня. Раз ты шел в ту сторону, то тебе будет по пути.

«Судьба, наверное?», – подумал Ливий и сказал:

– Пойдем.

О награде он даже не упоминал. Сейчас Ливий помогал Шодэсу не за деньги, а просто так. Но почему-то все равно был уверен, что с пустыми руками не уйдет.

Кузня действительно оказалась по дороге. Ливий с Шодэсом прошли мимо трех деревень, а когда уже почти дошли до границ республики Сардони, Бродяга Клинка свернул в лес.

«Ну что ж, пойдем», – подумал Ливий.

– Что это за кузня такая? – спросил он.

– Заброшенная, – ответил Шодэс. – Нашел ее много лет назад. Осталась с лучших времен республики Сардони. Вряд ли о ней еще кто-то помнит, кроме меня. Да и я нашел случайно.

– Звучит интригующе.

Шодэс привел Ливия в руины дома. Вокруг не было ничего, кроме груды камня и напрочь сгнивших балок. По всей видимости, дом когда-то был двухэтажным, и Шодэс пошел прямо туда.

– Дом?

– Не дом, – уточнил Шодэс. – Скорее предбанник. Вход завалило давным-давно, а я нашел проход.

Отодвинув обломок колонны, Шодэс продемонстрировал Ливию проход, ведущий куда-то под землю. Бродяга Клинка тут же нырнул туда. За ним, немного поколебавшись, последовал Ливий.

Шодэс не соврал. Проход действительно привел в кузню. Причем не просто кузню, а целый кузнечный комплекс. Сам проход вел в небольшой склад, но ворота в следующую комнату были открыты, и Ливий отлично видел и горн, и наковальню.

– Одна из Изначальных кузниц республики Сардони. Во многом на них и стояла мощь страны.

– Почему?

– Хорошее снаряжение – неплохая опора. И мастерам есть что предложить. И сами эти мастера сильнее. Я в кузнечном деле почти не разбираюсь, посмотришь?

– Гляну, – кивнул Ливий.

Кузня была хороша. Не хуже той, в которой ковал Герман. Горн работал на яри, инструменты были в порядке. Хоть прямо сейчас бери и куй.

– Что с материалами? – спросил Ливий.

– Вот.

Шодэс достал из рюкзака брусок металла и немного нерешительно протянул его Ливию.

«Чего это он?», – подумал Волк, принимая материал. И только приглядевшись, Ливий удивленно округлил глаза.

– Металл Драконьей крови? – почти шепотом спросил он.

– Да, – кивнул Шодэс. – Вижу, ты сразу понял.

Ахритом Ливия сложно было удивить – посох ахритовый был, не так давно сто подков болтались в рюкзаке. Ледяной ахрит – материал, который гораздо тяжелее достать, но и тут Волк почти не удивился бы. Следом идет Эгейский электрум – еще более редкий материал. Из него делают магические инструменты, и стоит Эгейский электрум баснословных денег. Если бы Шодэс достал слиток Эгейского электрума, Ливий поразился бы до глубины души.

А дальше по редкости идет металл Драконьей крови.

Его Ливий никогда даже не видел. Из названия понятно, что этот металл связан с драконами. Так и есть. Драконья кровь – жидкость скорее гипотетическая, чем реальная, ведь внутри дракона есть только кости и концентрированная ярь. Но после смерти дракона ярь из его тела может изменить свое состояние, превратившись в жидкость и даже в камень.

Если эта жидкость попадет на металл, то он превратится в металл Драконьей крови. Редкость такого материала – просто феноменальная. Есть, конечно, способ, как сделать металл Драконьей крови с помощью виверн, но придется убить десятки этих созданий, чтобы достичь той же концентрации.

Поэтому даже в Централе металл Драконьей крови появляется редко. И то, что Шодэс дал Волку его, было, во-первых, впечатляюще само по себе, а во-вторых, Бродяга Клинка оказывал Ливию немыслимое доверие.

– Ты уверен, что это должен делать я? – нерешительно спросил Волк. – Я никогда не работал с металлом Драконьей крови. Тебе явно нужен кузнец получше.

– Я хочу, чтобы ты ковал его, – твердо ответил Шодэс. – Есть еще один склад – вон там. Можешь поискать другие материалы.

– Тебе глефа нужна, верно?

– Верно.

– Какие-то еще пожелания будут?

– Честно говоря, никаких. Главное, чтобы она была прямой.

– Тогда дай мне свою глефу.

Оружие Шодэса тоже нельзя было назвать простым. Изготовлено оно было из белого Готана, зато в основании лезвия кузнец установил занятный камень.

– Ярьевый сапфир же, верно?

– Верно, – кивнул Шодэс.

Ярьевые сапфиры – не такая большая редкость. Их ценность заключается в том, что они делают материал вокруг себя гораздо прочнее для давления яри. Ливий слышал о доспехах, инкрустированных ярьевыми сапфирами. Слышал он и об оружии с этими камнями, хотя видел такое впервые.

– Гляну, что на складе.

Ливий вошел туда и присвистнул. Не от какого-то обилия материалов – на самом деле, внутри было лишь немного ахрита, чуть больше Готана и немало Пепельного металла. Удивило Ливия другое.

– Ахритовый брак, – сказал он. – Много.

– А что это? – спросил из-за спины Шодэс.

– Знаешь, в чем проблема ахрита? Его сложно обрабатывать. Нужен умелый кузнец, который в ладах с Меркурием. И времени много надо. Есть один способ, как обойти такое ограничение. Но если ошибешься – металл испортится. Вот, смотри.

Ливий поднял бесформенный кусок металла с пола и протянул его Шодэсу.

– Что скажешь?

– Тяжелый.

– В этом и суть. Ахритовый брак тяжелее в несколько раз. И гораздо хуже по проводимости яри. Доспех такой никто носить не станет. С оружием – особенно крупным – попроще. Но выберут оружие из архитового брака только тогда, когда из нормального ахрита не будет. Да и готановое, думаю, обойдет брак. Сам понимаешь. Видимо, у республики не хватало хороших кузнецов. Выкручивались, как могли.

Шодэс кивнул. Возможно, весь этот брак появился уже в последние годы расцвета республики.

Вернувшись обратно к горну, Ливий начал наполнять его ярью. Металл Драконьей крови обладал одним неприятным свойством, из-за которого его сложно было обработать.

Впитав драконью кровь, металл получал дух дракона. Совсем немного, но и этого было достаточно, чтобы сломить волю кузнеца.

Пока давным-давно остывший горн медленно оживал, Ливий взял в руку ярьевый сапфир. Сам по себе камень был хорош, но Волк решил его немного улучшить.

Сначала он нарисовал двести символов прямо в воздухе. А потом уменьшил их и выгравировал прямо на камне. Теперь ярьевый сапфир мог увеличивать прочность еще больше.

– Горн разгорелся, – сказал Ливий. Все это время, чертя символы, он понемногу вливал ярь.

«Надеюсь, справлюсь».

Сложность была запредельной. Ливий взял щипцами металл Драконьей крови и положил его в горн.

Оставалось дождаться того момента, когда металл разогреется, а вместе с тем проснется и дух дракона.

Ливий не мог совершать ошибок. Открыв Меркурий, он следил за металлом. Пусть Ливий никогда не работал с металлом Драконьей крови, благодаря силе планеты он чувствовал, когда нагрев будет идеальным. И в самый последний момент Ливий достал посиневший металл из горна.

«Пора», – подумал Волк и, размахнувшись молотом, ударил по железу.

Ливию показалось, что он вернулся на Север. Туда, где на него с горы смотрел огромный дракон, подавляющий одним лишь своим взглядом. Ливий вновь испытывал это чувство. И не мог поднять молот, чтобы ударить им еще раз – дух дракона подавлял Волка.

– Выйди из кузни! – прокричал Ливий.

Шодэс тут же скрылся из вида. И тогда Ливий пробудил Волю, подкрепив ее силу Вестой.

Если что и могло сломить дух дракона, то только твой собственный дух. Ливий умел применять Волю Подавления сразу, одномоментно, обрушивая на врага всю силу. Мог Волк и сдерживать мощь Воли Подавления, расходуя ее по чуть-чуть.

Сейчас от Ливия требовалось давить сильно и долго. Можно было не справиться, но у Волка все равно не было выбора.

Воля Подавления заставила дух дракона отступить. Но бой еще не закончился. С новым ударом молота дух вновь атаковал – и вновь столкнулся с Волей Подавления. Каждую секунду шла ожесточенная битва, и Ливий, пусть и медленно, но побеждал.

Вся кузня напоминала водоворот. Ожесточенная Воля давила на дух дракона, Ливий стоял в центре, а вокруг него вращались целые реки яри. Если бы в кузню попал обычный человек, он сразу же умер бы – концентрация внутренней энергии была невероятной.

С двадцатым ударом молота дух дракона был повержен.

«А ведь это всего лишь остаточный дух. Небольшой кусочек, проникший в металл через кровь. Что за сильное существо», – подумал Ливий, продолжая стучать молотом.

Вскоре Волк потерял чувство времени. Все, что он делал – стучал молотом, продолжая вливать ярь в горн. Нельзя было расслабляться ни на секунду. Иногда крошечные остатки духа дракона пытались атаковать, и в то же мгновение Ливий применял Волю Подавления.

Меркурий вел его. Планета преобразований помогала контролировать весь процесс, и в какой-то момент бесконечная борьба окончилась.

– Почти все.

Лезвие глефы было готово. Длиной в шестьдесят сантиметров, обоюдоострое и прямое. Камень Ливий решил установить не в само лезвие, а в том месте, где древко соединяется с клинком. И древко Волк пока не сделал.

Ахрита из мастерской как раз хватало на древко. Ливий решил сделать всю глефу из металла. Почему бы нет? У идущего нет каких-то проблем с повышенным весом.

С ахритом Ливию уже приходилось работать, поэтому он хорошо справился. Когда древко было готово, Волк сковал его с лезвием глефы и поместил в место соединения ярьевый сапфир. Он не только увеличил прочность в месте сковки, но и укрепил лезвие.

– Шодэс, ты где? Принимай работу.