Ведьмина Сила

Глава 7.

Мы вышли прямо перед зданием общежития. Было раннее утро, но во дворе уже толпились местные студенты. Кто-то бегал по дорожке, кто-то спешил по тропинке к главному корпусу, а какая-то женщина вытряхивала на углу здания маленький коврик, при этом ругаясь и сетуя на фей. Коврик так и норовил вырваться из ее рук и взлететь в небо, чем меня, признаюсь, удивил.

— Идемте, Лада, — прозвучал в спину голос куратора. Я оглянулась. Демитр вышел из пространства с моей сумкой в руке и, не глядя по сторонам, направился прямо к входной двери, у которой уже стоял Федя.

— Вы будете делить комнату с одной из студенток академии, тоже первокурсницей, — сообщил мне мужчина и вежливо распахнув предо мной дверь, подождал, когда войду внутрь.

— Эй! Эй! — раздалось, прежде чем дверь отрезала нас от посторонних звуков.

Мы даже успели подойти к пустующему столику администратора, когда дверь хлопнула и нас догнала та самая женщина, которая вытряхивала ковер. Сейчас последний торчал у нее подмышкой, свернутый и вычищенный, но не оставлявший попытки вырваться.

— О, куратор Северский! — тут же выдохнула женщина и словно извиняясь, добавила: — Вы уж простите, не признала.

Она перевела взгляд на меня, затем приметила и Федора.

— Вот, значит, наша обещанная новенькая темная? — уточнила женщина.

— Лада, познакомьтесь, это смотритель общежития, точнее, одна из смотрителей, Купава Желановна, — представил меня куратор.

— Очень приятно, — я зачем-то протянула руку, — Лада.

Женщина, скорее всего, машинально взяла ее пожать и тут же вычищенный коврик вышмыгнул у не из-под мышки и воспарил к потолку.

— Ой, — проговорила я.

— Твою ж налево, — очень демократично высказалась Купава.

А имя-то какое странное. И еще, я заметила, у нее волосы отливают зеленью. И сама она круглая, как румяный пирог, хотя уже и не молодая.

Смотрительница неловко подпрыгнула, еще более неловко взмахнула руками, тщетно пытаясь поймать беглеца, затем было махнула рукой и объяснила, обращаясь к Северскому:

— Ребятки озорничают, поганцы! Вот, зачаровали мой коврик, ну я его под ноги кладу, чтобы не мерзли. А эти поганцы его знай себе пыльцой фей посыпали. Он возьми и взлети, да прямо у меня из-под ног! Уж я его выбивала, выбивала, а толку! Жди теперь, когда налетается и сам упадет, — она вздохнула.

— Это не проблема, — усмехнулся Северский.

Не знаю, что он там сделал, никакой магии я не увидела. Ни тебе вспышек, ни молний, ни файерболов. Мужчина просто поднял руку и поманил кружащий под потолком коврик пальцем, как манят провинившегося щенка, напрудившего в углу.

Коврик застыл на месте, а затем плавно опустился на пол под восторженный возглас Купавы.

— Ну, паразит, больше у меня не убежишь! — пригрозила женщина, скручивая ковер. — Благодарствую, господин куратор, — добавила она, обращаясь уже непосредственно к Диме. — А девочку вашу я сейчас провожу. Выдам ей белье и прочее. Не волнуйтесь!

Демитр перевел на меня взгляд и, пока смотрительница общежития перевязывала коврик невесть откуда взявшейся бечевкой, произнес:

— Удачного первого дня, студентка Кузьмина. Ничего не бойтесь.

— Ага, — кивнула, а сама вдруг вспомнила дерзкого хулигана по фамилии Гроза.

Кажется, просто мне здесь не будет. Я, конечно, в неприятности лезть не буду. Но вдруг они меня сами найдут? С моим везением бывает и так.

— Если что, Лада, обращайтесь, — завершил свою короткую речь куратор и был таков.

Я проследила, как мужчина выходит в дверь. Затем, не удержавшись, ринулась к окну, вовремя, чтобы увидеть, как куратор открывает портал и исчезает, словно его и не было.

— Ну, идем, что ли? — позвала Купава.

— Идемте, — развернувшись к ней, увидела, что смотрительница подхватила мою тяжеленную сумку, кивком указывая на лестницу.

— Какой номер комнаты? — спокойно спросил Федя.

— Семнадцать, — ответила домовому Купава и Федор взял и…исчез.

Вот так просто. И порталов ему оказалось не надо открывать. Был домовой, и исчез. Я бы глаза протерла, если бы не помнила, где именно нахожусь. Как минимум в гостях у сказки. Как максимум в Тридевятом царстве-государстве.

Мы поднялись по лестнице. По пути встретили несколько студентов, деловито спешащих в неизвестном для меня направлении. Все здоровались с Купавой. На меня бросали взгляды, но никто не поздоровался. Никто не спросил, кто такая и откуда взялась в академии, да еще и посреди первого семестра.

— Я тебе комнату на втором этаже нашла, — сообщила Купава.

— Давайте я сама сумку понесу, — предложила виновато. — Она тяжелая!

— Ха! — ответила странная женщина. — Ежели надо, я и тебя понесу. Так что топай, не переживай, — она оглянулась на меня, пригляделась и сдвинула брови, явно недоумевая.

— Странная ты. Вроде темная, чую, а на светлую похожа, — выдала смотрительница.

Говорила она забавно. Слово деревенская жительница и, в то же время, не совсем так.

— А почему я на светлую похожа? Вы видите магию? — спросила.

— Темные они вредные. Не потому, что хотят быть такими. Нет, это же в силушке заложено. А сила, она имеет свойство менять своего хозяина, — последовал ответ. — Вот темной ведьме и в голову бы не пришло предложить мне помощь. А ты как не от мира сего, девонька.

— Так я и не из этого мира. Все случайно получилось, — проговорила в спину женщине.

Мы оказались на лестничной площадке. Смотрительница сразу свернула налево и покачиваясь, словно гусыня, направилась по коридору. Я — за ней.

Комнаты имели номера. Так что нужную я могла бы, и сама отыскать без труда. Уже у двери с номером семнадцать, вдруг вспомнила, что мне не выдали обещанное белье. Хотела было напомнить, но тут Купава дверь открыла и вошла первой в просторную комнату, приглашая следовать за ней.

«Моя комната!» — мелькнула мысль, едва переступила порог.

Помещение было довольно скромным и разделено на две одинаковые части, объединенные лишь одним общим и довольно широким окном.

Здесь стояли две кровати, два стола, к которым, как приложение, шли стулья. Были полки для книг, по обе стороны от двери стояли вешалки. Один шкаф слева был явно занят, как и постель. Так что я сделала вывод, что моя половина — правая. И не ошиблась.

Федя уже хозяйничал. Перестилал невесть откуда взявшееся белье на кровати. На нас домовой обернулся и буркнул:

— Комнатушка-то скромная. И все они тут у вас такие? — Он явно не был доволен обстановкой. — И кухни нет. Где я готовить-то буду, а?

— У нас здесь хорошая столовая. Не ворчи, домовой, — Купава подошла к моей кровати и бухнула на пол сумку.

— Владей, девонька, — сообщила она мне. — Постельное выдала твоему домовому. Пусть хозяйничает. А ты того, обустраивайся и на лекции беги. Через полчаса уже начинаются занятия.

— Спасибо, — только и проговорила я, глядя, как смотрительница разворачивается к выходу, бегло оглядев помещение. — Ежели завтракать надумаешь, то у нас завтрак после первой пары лекций. А все потому, что у большинства студентов первыми парами идут физические науки, — она подмигнула мне и подняла вверх указательный палец. — Во как.

— Ага, — кивнула я.

— Ну, бывай. Ежели что надо будет, обращайся. Я заступила на недельную смену, — закончила Купава и ушла, прикрыв за собой дверь.

Я огляделась еще раз. Моей соседки в комнате не оказалось, но, может, оно и к лучшему. Еще успеем познакомиться. Хотелось надеяться, что девушка мне попадется адекватная. Все же, жить нам вместе долго.

Приблизившись к кровати, села, проверяя мягкость.

— Не хоромы, конечно, — посетовал домовой и принялся вынимать из сумки мои вещи.

— Ой! — ахнула я и бросилась вперед, успев вытащить пакет с нижним бельем и прочими девичьими нужностями, прежде чем до них добрались ручонки Феди. — Это личное! — заверила мужичка в ответ на его вопросительный взгляд.

Домовой все понял и лишь хмыкнул.

Я же положила пакет на одну из полок и, вернувшись к столику, водрузила на него рюкзак, принявшись извлекать на свет божий тетради, ручки и прочее, забытое мной еще на школьной скамье.

Оставив себе лишь ручку и пару тетрадей, решила, что компьютер — самую ценную мою собственность, возьму с собой. Оставлять ее в комнате, где нет даже замка, было как-то неуютно.

Федя, тем временем, уже разобрал мои немногочисленные пожитки и направился в дверь, прилегавшую к комнате.

— Тут ванная комната, — сообщил он мне после беглого осмотра. — Воды налито, тьма-тьмущая! Твоя соседка купаться-то любит, а убирать за собой нет, — буркнул он.

— Может, она торопилась? — предположила я, а сама покосилась на соседнюю кровать и столик, отметив, что на нем лежит стопка тетрадей и несколько книг, одна из которых была раскрыта на середине и заложена длинной переливающейся закладкой. Хотелось подойти и заглянуть, но не рискнула. Не в моих правилах совать свой нос куда не надо и особенно в чужие вещи.

— Не знаю, но надо убрать этот непорядок, — заявил домовой.

— Давай вместе, — предложила я, но Федор отмахнулся.

— Некогда тебе убираться. Собирайся лучше. Скоро лекции, сама же слышала. А ты сюда не уборщицей пришла, а студенткой. — Он закатал рукава. — Одного только не пойму, где домовушка, которая должна при ведьме-соседке быть, или тебя, Лада, к кому другому поселили?

— К другому, это к кому? — удивилась я.

— Разберемся, — важно изрек мой домовой. — Собирай вещи то на занятия.

— В деканат пойду, — решила, удивленная, почему мне, действительно, не объяснили толком, куда идти в первый же день. Но ничего. Разберусь.

Метнувшись к столу, подхватила рюкзак и кивнув Феде вышла из комнаты, толком не зная, что делать и куда идти.

Но, как оказалось, переживала я зря. Уже в холле общежития, где с королевским видом за столом восседала уже знакомая мне Купава Желановна, меня поджидал Захар.

Студент стоял у дверей с важным видом заложив руки за спину. Завидев меня, парень вскинул руку, подзывая подойти.

— Здравствуй, Лада, — сказал он спокойно.

— Привет, Захар! — выпалила и огляделась.

Мимо нас проплыла стайка девчонок. Самых обыкновенных, если не брать во внимание цвет их волос. Он был от розового до зеленого. Правда, подобным уже мало кого удивить даже в нашем, немагическом мире.

— Меня прислали проводить тебя на занятия и передать расписание, — произнес парень.

— Ну и отлично! — радушно ответила на его слова. — А я уже было начала переживать, как и что искать.

Захар поднял руку и взглянул на часы.

— Пора. Идем, — сообщил он мне.

— Идем, — ответила, про себя подумав о том, что Носову не помешало бы быть немного проще и не строить из себя директора академии. Интересно, у него друзья есть, и если есть, то какие?

«Уж точно не такие, как тот Гроза!» — мелькнула мысль, но я оставила свое мнение при себе и поспешила за своим провожатым, влившись в поток студентов на улице.

На первый взгляд, ребята были как ребята. Встреть кого из них в городе, прошла бы мимо.

— Важно не опаздывать, — обернувшись, произнес Захар. — Не каждый профессор пустит тебя в аудиторию после звонка, понимаешь?

— Да, — ответила и хотела было задать сопутствующий вопрос, как в кармане моих джинсов требовательно запел телефон.

— Ой, прости, — сказала Носову, быстро достала мобильник и на ходу ответила на звонок. — Алло!

— Кузя, ну и что это за прикол? Почему ты уволилась? Почему не предупредила?

Я закатила глаза. Ну, конечно же, это Алла. Вышла в смену, а меня нет. Да, некрасиво как-то получилось. Надо было ее, конечно, предупредить.

«Зато ты теперь знаешь, что здесь точно работает мобильная связь! Уже плюс!» — мелькнуло в голове. Значит, можно вечером позвонить маме, рассказать, что да как.

— Ты это, не дури. Возвращайся. Я не знаю, чем тебя уже достал Веник, но у нас просто не хватает рук, — проговорила Алла на другом конце телефона.

— Я уже не вернусь. Я учиться буду, — ответила быстро. — В другом городе.

— Учиться? — повисла пауза.

— Да, — сказала я, глядя, что мы миновали озеро и уже подходим к главному учебному корпусу. — Я как раз спешу на лекцию. Ты извини, что я вот так ушла ни с кем не попрощавшись. Спонтанно все вышло. Сама не ожидала. Говорить уже не могу. Девчонкам привет от меня!

— Ну, ладно, — явно удивленная, ответила Алла. — До связи. Не пропадай там, ага?

— Конечно! — я попрощалась и вернула телефон на место.

— Ты его отключи. Нельзя пользоваться телефоном во время занятий, — буркнул Носов.

Послушно выполнив указание старшекурсника, невольно запрокинула голову, глядя на здание академии. Кажется, только сейчас я осознала, что буду учиться. И не где-то там, а в самой настоящей академии магии. Чем не сказка?

— Твое расписание, — Носов протянул мне свиток, извлеченный из кармана клетчатого пиджака. — Первой лекцией у тебя магическое право, затем история магии, и занятие по практике. Номера кабинетов и имена преподавателей стоят под названием предмета.

Свиток перекочевал в мою руку.

Мимо пробежал какой-то особенно торопливый студент. За ним еще один. И еще.

Кажется, нам с Захаром стоило поторопиться, если мы не хотим опоздать в мой первый учебный день. И Носов сам это понял, потому что ускорил шаг, а мгновение спустя мы влились в сплошной поток студентов, спешивших по своим аудиториям.

Поднявшись на второй этаж, лавина ведьм и колдунов растеклась, делясь на потоки. Один хлынул в левый коридор, второй в правый, а еще один поток поспешил этажом выше. Мы же с Захаром двинулись налево.

Вот и аудитория. Я невольно запнулась у двери, когда мой спутник открыл ее и первым вошел в зал.

— Чего стоишь, дорогу дай, — толкнул меня кто-то в плечо.

Я сторониться не стала. Переступила порог и, сделав несколько шагов, запрокинула голову, глядя на высоченный свод идеальной круглой формы.

Сам класс был подобием амфитеатра. Ряды парт поднимались вверх, создавая своеобразную лестницу. В высокие окна стучался утренний свет, а на кафедре уже стоял преподаватель, важно раскладывавший какие-то бумаги на столе.

— Лада, иди за мной, — важно произнес старшекурсник и, пока аудитория наполнялась студентами, занимавшими свои места за партами, мы подошли к профессору.

На мужчине была надета темная мантия. Наверное, подобные носят современные судьи. Ну очень уж было похоже.

Сам профессор был довольно преклонного возраста. Высокий, седовласый, с крючковатым носом, делавшим его похожим на хищную птицу, и с таким же пристальным взором.

На нас обратили внимание. Мужчина поднял голову и распрямился.

— Доброе утро, профессор Добрый.

Я едва не фыркнула от смеха. Добрый! Ну и фамилия. Смешно. Зато у нее есть одно преимущество — ее сложно не запомнить.

— Добрый, — ответил мужчина, покосившись на меня. Кажется, от внимания профессора не укрылась моя реакция на его фамилию. Я поспешно поклонилась.

— Доброе утро, — проговорила и Добрый тут же сконцентрировал свое внимание на студенте Носовом.

— Это и есть наша новая студентка? — спросил он сдержанно.

— Да, профессор. Лада Кузьмина.

На меня снова обратили внимание.

— Ну что ж, Лада, я надеюсь, вы будете проявлять усердие и скоро догоните остальных ребят по материалу, который мы уже прошли. Первые две недели я сделаю для вас бонусными, — удивил меня профессор, — вы можете не волноваться по поводу семинаров, пока именно вас я трогать не стану, так как понимаю, насколько тяжело за две недели освоить материал, на который другие потратили два с лишним месяца. Но после, уж не обессудьте. Буду спрашивать наравне со всеми. Это понятно? — он прищурил серые глаза, кстати, очень пронзительные, стального оттенка.

В голове невольно промелькнуло осознание того, что фамилия не соответствует характеру этого человека. Он показался мне жестким, требовательным и, в то же время, справедливым.

— Да. Поняла. Спасибо! — ответила быстро.

— Тогда не будем терять время. Занимайте пустующее место в аудитории, — он выдержал паузу и в этот момент прозвенел звонок на лекцию.

Захар тут же оживился. Кивнул мне бросив:

— В расписании есть номер аудитории, где будет следующее занятие, — сообщил парень, — ну, или упади на хвост сокурсникам, — и, поклонившись почтительно Доброму, поспешил на выход. Я же поднялась выше и, отыскав с краю свободное место, села, водрузив на парту рюкзак. Только достать тетрадь не успела. Весь курс, как по волшебству, поднялся, приветствуя преподавателя. И я встала вместе со всеми.

— Доброе утро, господа студенты, — сказал Добрый и взмахом руки велел нам садиться.

— Прежде чем мы начнем нашу лекцию, я хочу представить вашему курсу нашего нового студента, — его взгляд обратился ко мне, уже зарывшейся почти с головой в рюкзак в поисках тетради и ручки. К слову, последняя упала куда-то на самое дно и отчаянно не хотела находиться.

— А? — только и произнесла я.

Сидевшая рядом девушка с зелеными волосами толкнула меня локтем шепнув:

— Вставай, давай.

Я поднялась и тут же ощутила на себе взгляды всех присутствовавших в аудитории.

— Лада Кузьмина, прошу любить и жаловать, — спокойно сказал Добрый.

— Привет! — я неловко подняла руку и помахала, чувствуя себя немного не в своей тарелке.

— Лада у нас пропустила два месяца в семестре, поэтому я прошу ее сокурсников снабдить девушку записями с лекций и помочь догнать наш материал, — добавил профессор. — А теперь, приступим к лекции, — сказал он и, обратившись уже непосредственно ко мне, сказал, — а вы, Кузьмина, садитесь. В ногах правды нет.

Плюхнувшись на скамью, огляделась. Но на меня никто не смотрел. И никто и не думал смеяться над шуткой Доброго.

Даже полегчало на душе.

— Итак, — профессор повернулся к курсу спиной и сделал пасс рукой, — открываем тетради и успеваем конспектировать, — сказал он, и тут началась магия.