Ведьмина Сила

ЭПИЛОГ 2. БОНУСНЫЙ

Из портала мы вышли на одной из старинных улиц городка, где мне никогда не доводилось бывать прежде. Я удивленно огляделась, заметив мощеную булыжниками мостовую, реку, несущую свои воды под арочным изгибом моста, деревья, высаженные вдоль дороги и освещенные огнями фонарей.

— Где мы? — спросила у Демитра удивленно.

— Я же обещал ужин и выбрал для нас самое романтичное место на земле, — ответил он, удивляя меня такими словами.

Северский и романтика? Вот уж никогда не поверю! Нет ничего более несовместимого, чем главный куратор и это чуждое, как мне казалось, ему чувство.

— И все же… — сделала попытку, но он взял меня за руку и потянул за собой.

Время здесь было то же самое, что и в моем родном городе. Только закат уже успел перетечь в серые сумерки и небо становилось все темнее. Зато здесь было теплее, хотя в воздухе ощущалась влажность. Возможно, всему виной река, протекавшая рядом.

Мы несколько минут шли по дороге. Навстречу попадались жители города. На вид самые обыкновенные люди. И я все еще не могла понять, куда мы попали, пока не увидела одну из вывесок на окне магазина.

Нет, этот язык я не знала, но прекрасно поняла, где оказалась, потому что тех моих скудных знаний, почерпанных из телевизора, хватило, чтобы понять истину.

— Пришли, — Демитр остановился рядом с красивым рестораном, располагавшемся в старинном здании из грубого камня. Я разглядела вывеску и улыбнулась.

— Многие девушки были бы рады оказаться здесь, — шепнула Диме.

— А ты?

— Я тоже девушка, — ответила, но не стала уточнять, что предпочла бы самому дорогому ресторану уютную кухню в его доме, где мы впервые осознали свои чувства. Впрочем, почему бы не воспользоваться шансом и не побывать в другой стране?

Демитр увлек меня за собой, а когда мы подошли к стеклянным двустворчатым дверям, рядом с которыми стоял привратник, Дима пропустил меня вперед, пока мужчина в ливрее распахивал перед нами дверь, улыбаясь широко и дружелюбно.

Стоило войти внутрь, как к нам тут же выскочил высокий моложавый мужчина с лихо закрученными усами, напомнивший мне великого книжного сыщика из романов Агаты Кристи. И пока они с Северским общались, обсуждая что-то мне непонятное, я смотрела по сторонам на оформление дорогого фойе с зеркалами и деревянными панелями.

— Лада, пойдем. Наш столик уже готов, — вернул меня в реальность куратор, после чего, взяв за руку, повел за собой.

Мы вошли в дорогой зал. Старинные люстры, живая музыка, танцевальная площадка и столики, за которыми сидели наряженные люди, вызвали во мне волну смущения.

Я опустила взгляд на свою одежду, но Демитр только рукой махнул, и я успокоилась еще и потому, что никто на нас не смотрел и не показывал пальцем, словно обвиняя в отсутствии вкуса и такта. Более того, сделав несколько шагов следом за проворным метрдотелем, я увидела одна странную парочку. На девушке были надеты рваные джинсы, на волосах малиновое безобразие, а в ноздре кольцо.

— Не смотри. Вкус испортишь, — улыбнулся Северский.

Я хмыкнула.

— Тогда зачем привел меня сюда? — спросила весело.

— Здесь самый лучший ресторан и самый лучший повар, — пояснил мужчина. — Кроме того, разве женщины не мечтают побывать в Париже?

Я ответила на его вопрос с улыбкой и промолчала.

Для нас приготовили отдельный столик в отдельной комнате, прилегавшей к основному залу. Здесь был крепкий стол и диван с множеством подушек. На столе уже стояли бокалы и тарелки. Судя по всему, все было заказано заранее, в чем я ничуть не удивилась. Узнаю Демитра.

Мы сели за стол. Северский перебросился парой фраз с метрдотелем, после чего тот с поклоном вышел, оставив нас вдвоем.

— Что он сказал? — уточнила я с интересом.

— Что сейчас придет официант с нашим заказом, — ответил Дима и, откинувшись на спинку дивана, взглянул на меня. Я встретила его взгляд и вдруг поняла, что отчаянно краснею. Брови Северского приподнялись вверх, но прежде, чем он успел что-то сказать, я спросила:

— Что будет с Даной и с Захаром?

— Дану исключили из академии и лишили права пользоваться магией, — ответил куратор. — Увы, это не мое решение, я бы не стал с ней так церемониться.

— Лишили магии? — удивилась я.

— Да. Для этой цели на провинившегося колдуна или ведьму надевают специальные оковы, которые не позволяют колдовать, — пояснил мужчина. — А Носов остается учиться. Его невиновность доказана. На беднягу подействовали с помощью темного заклинания, подчинив своей воле.

— Вот как, — пробормотала, опуская глаза.

— Еще есть вопросы? — спросил он спустя минуту тишины.

— Да. Влад.

Услышав имя Грозы, Демитр нахмурился.

— Он сегодня сказал мне, что намерен покинуть академию. А ему нельзя этого делать. Он же не виноват в том, что творила его мать, — воскликнула я.

Северский посмотрел на меня пристально и задумался.

— Я попросила его остаться и не совершать ошибку, — добавила тихо. — Он талантливый студент.

— Тебе его жаль? — рука Демитра потянулась к моему лицу, осторожно коснулась подбородка, вынуждая меня поднять голову и взглянуть в глаза мужчине.

— Жаль.

— Только Владу решать свою судьбу, — осторожно произнес Демитр. — У него есть отец, кстати, влиятельный человек. Влад не пропадет.

— Знаю. Но… — закончить фразу не успела. В дверь постучали и мгновение спустя к нам вошел молодой и очень приятный молодой человек в форме официанта. Он затолкнул телегу с блюдами и поздоровавшись на чужом языке, принялся расставлять все на столе с неизменно вежливой улыбкой.

Когда официант налил нам вино и ушел, ответив на какой-то вопрос Димы, я снова посмотрела на куратора.

— Что? Есть еще вопросы? — весело удивился он и подал мне бокал, а затем взял в руку свой.

— У меня их очень много.

— И ты хочешь получить ответы на все прямо сейчас? — Демитр почти смеялся. Я, зараженная его смехом, ответила:

— Да.

— Нет, так не пойдет. Иначе весь романтический вечер пойдет насмарку, — он поднес бокал к моему. Звон стекла заставил меня улыбнуться.

— Ответь только на один. Всего один малюсенький вопросик! — попросила игриво.

— Хорошо. Но этот последний, — сурово ответил мужчина.

— Марго, — начала я, — когда Холодная меня убила…

Взгляд Северского потемнел.

— Моя сила не ушла к ней. Почему? Ведь ты говорил, что силу можно забрать, когда убьешь ведьму.

— Да. Говорил. Но Марго просто не могла ее забрать. Она ведь нежить. А получить силу мог только живой человек и только ведьма.

— Вот как, — поняла я. Выходит, вампирша блефовала? Как похоже на нее.

Я сделала глоток вина и покосилась на накрытый стол.

Блюда были незнакомые, но красиво оформлены и даже один вид этой красоты пробуждал голод.

Демитр принялся ухаживать за мной. Предлагал то одно, то другое блюдо. А я ела и неблагодарно думала о том, что моя мама готовит вкуснее. Нет, определенно в следующий раз мы будем ужинать дома у мамы. Хотя мне было любопытно попробовать омаров. А вот от жутких на вид улиток я отказалась, чем рассмешила Северского.

— Это вкусно, — шепнул он и снова налил нам вина.

— Вот и ешь сам, — ответила, пододвинув к нему блюдо.

Дима рассмеялся и на моих глазах слопал одну из улиток, запив ее вином.

— Брр, — шутливо сказала я.

— Не брр, а вкусно, — ответил он и мы рассмеялись. Одновременно.

Вино придавало нам обоим какой-то легкости. Я смотрела на Диму и порой не могла поверить, что все беды закончились. Что больше нет никакой опасности. Что я теперь могу спокойно приходить домой и не волноваться, что с мамой произойдет что-то ужасное.

И что Дима рядом.

Сама не поняла, когда отставила вино и потянулась к губам мужчины. А он, словно только и ждал этого момента, тут же поставив бокал, обхватил мое лицо ладонями и ответил на поцелуй так жадно, так горячо, что телу сделалось безумно легко. Кровь забурлила, побежала по венам, пробуждая во мне что-то дикое, голодное.

От его губ было невозможно оторваться. Он целовал меня так жадно и так горячо, что тело пылало.

Мне хотелось большего. Я хотела его так, как никого и никогда.

— Дим, — прошептала в губы мужчине, когда смогла с трудом оторваться на миг, прервав наш поцелуй.

— Ммм? — спросил он. Голубые глаза стали почти черными. Сердце под моей ладонью билось так быстро, словно куратор не сидел рядом, а бежал и бежал долго, без остановок.

Я и сама дышала едва-едва.

— Дим, — повторила тихо. — Ну ее, эту Францию. Я хочу к тебе.

Он взглянул на меня с отчаянным голодом, словно не мог поверить в то, что услышал. Затем забрался рукой в карман и бросил на стол несколько бумажных купюр. Затем добавил еще и, встав на ноги, потянул меня за собой, одновременно открывая портал.

Я глупо улыбнулась, когда мужчина с легкостью подхватил меня на руки и вошел в клубящуюся тьму. Один шаг и вот мы выходим в его спальне. Я словно безумная начинаю снимать с него одежду, стоит Диме поставить меня на ноги. В его глазах безумствует желание, но все же он спрашивает, неотрывно глядя в мои глаза.

— Ты уверена?

— Как никогда, — ответила с улыбкой.

— Я ведь тебя теперь не отпущу, — шепчет он, пока я освобождаю его от верхней одежды.

— Это я не отпущу тебя, — шепчу в ответ. — Ты еще сам не знаешь, что пропал.

— Знаю, — он находит мои губы. Руки касаются спины, обжигая даже через ткань одежды. — Я понял этот в тот самый миг, когда впервые увидел тебя. Но знаешь, ни разу не пожалел об этом.

И мы снова целуемся. Как сумасшедшие. Безумно влюбленные. Два сердца бьющихся в унисон.

— И что, Грозу исключили? — Сима нервно оглядывает наших противников. Сегодня первый день соревнований и да, я тоже участвую. Что мне какие-то студенты, после вампиров и прочей нечести, с которой пришлось столкнуться? Нет, я не думаю что всесильна, просто перестала бояться, а честь академии — это важно. К тому же, соблазняет возможность закончить первый год обучения без экзаменов.

Дима стоит внизу. При взгляде на него мое сердце начинает учащенно биться.

Куратор один из судей и мне спокойнее, когда он рядом.

Словно чувствуя мой взгляд, Северский оглядывается и наши глаза встречаются. Внутри рождается что-то яркое, светлое. Я, наверняка, глупо улыбаюсь, а Сима толкает меня в бок и смеется.

— Влад сам ушел. Его никто не выгонял, — говорю я и тут к нам выходят студенты парни, те, кто отстаивает честь академии. Они выстраиваются напротив наших противников и я с замиранием сердца вижу среди них Влада.

— Что? — только и могу произнести.

Гроза тоже смотрит на меня, а затем неожиданно улыбается и я улыбаюсь в ответ, понимая, что он нашел в себе силы остаться.

Где-то на стадионе свистит Соловей. Свистит так, что закладывает уши. А затем выходит на середину стадиона и поднимая вверх руки, голосом, усиленным магией, произносит:

— Первый день соревнований начался! Участники, пожмите друг другу руки.

Я улыбаюсь, еще сама не знаю, чему. Но на сердце так легко как никогда.

Мы с Симой спускаемся вниз, и я вдруг понимаю, что теперь все будет хорошо. Для всех нас. И на сердце растекается покой и тепло.

Я дома. Я на своем месте. И моя новая жизнь только начинается.