Ведьмина Сила

Глава 11.

— Так, Ладка, падай рядом с нами! — Дана приветственно улыбнулась и отодвинула для меня стул, едва я подошла к длинному столику, за которым уже сидели несколько студентов.

Покосилась на ребят, заметив, что все они смотрят на меня с интересом. И лица знакомые. Будто я уже их видела, пусть и мельком.

Не сразу поняла, что это ребята с лекций, все мои однокурсники.

— Привет! — проговорила, вскинув приветственно руку.

— Привет, новенькая, — сказала одна из девчонок, симпатичная девушка с двумя веселыми хвостиками.

— А я как раз хотела тебя со всеми нормально познакомить, — сказала Дана, когда я села рядом с ней. — Итак, — она сделала широкий жест рукой. — Начинаем знакомство против часовой, — девушка лукаво улыбнулась и началось. Я сидела и знай себе кивала, запоминая имена ребят и надеясь, что смогу подружиться, если не со всеми, то хотя бы с частью тех, кто сейчас находился за этим столом.

Ребята, вроде были нормальные. По крайней мере, на первый взгляд.

— Это Михаил, а это Лера, — называла имена Дана. — Дальше сидят Светлана и Женя — они парочка, — добавив это, зеленоволосая хихикнула. — А вот там Иван!

Иван, коренастый парнишка с невероятно густыми волосами, кивнул мне с видимым дружелюбием.

— А это Инга и Ритка. Кстати, — Дана повернулась ко мне, — по поводу лекций и прочего можешь обращаться к любому из нас. Дадим конспекты, советы и прочее.

— Не стесняйся, — поддакнула Дане сероглазая Лера.

— Вообще, ребят, первый курс — самый важный курс в жизни студента, — важно изрек Евгений. — Он определяет то отношение преподавателей к нам, которое складывается, как первое мнение. Мне советовали выложиться на первом курсе, дальше будет легче.

— Ага, легче, — толкнула его в бок подруга Света. — Там практика, как говорят, зверская начнется. Чем же легче?

— Ну, поглядим, — не стал спорить с девушкой молодой колдун.

— Все. Давайте есть, — подхватил Иван и остальные дружно закивали, принявшись за еду.

Я притянула ближе поднос. Сегодня нас кормили куриными отбивными и котлетами на выбор. Были и первые блюда, но я не захотела, взяв к отбивной гарнир из риса с овощами и стакан чая с парой сладких оладий, политых медом. К слову, мед пах так, словно я лежала на пасеке, а вокруг цвели цветы и жужжали пчелы. То есть, все очень натуральное. У нас в городе, конечно же, можно найти мед, но не такого качества.

Вот бы маме принести попробовать?

Итак, закончив обед, мы всей дружной толпой отправились в общагу. Дана оказалась очень общительной. Она шла, окруженная ребятами, но успевала уделить внимание и мне.

— Хочет стать старостой, — шепнул мне неожиданно подошедший Иван. Он пошел рядом со мной, глядя в спину зеленоволосой ведьмы.

— А что, вы еще не выбрали старосту курса? — удивилась я.

— Конечно, — кивнул парень. — По правилам академии выбирать можно только осознанно, уже познакомившись со всеми студентами курса. То есть, мы должны знать, на кого возлагаем свои надежды, — пошутил он. — Вот она и старается.

— А я бы не хотела брать на себя ответственность, — сказала уверенно. — Мне надо учиться, догонять все то, что уже изучили вы. К тому же, думаю ты знаешь и это не тайна, я прежде была человеком и о вашем мире ничего не знаю.

— Наслышан, — сказал Иван и почти сразу же предложил, — так давай я тебе дам сегодня конспекты по тем предметам, которых не будет завтра. Ты перепишешь, что сможешь. Ну или на мобильник сфоткаешь.

— А это мысль! — оживилась я и с благодарностью посмотрела на колдуна.

— Скажи, в какой комнате ты живешь и я попозже занесу тетради, — предложил Ваня.

Я и сказала.

— Ну как прошло знакомство? — Федя спрыгнул с кровати, подошел ближе, глядя на меня чуть прищуренным взглядом.

Я даже удивилась.

— А как ты узнал? — спросила у домового.

— Ну это несложно, — он протопал к столу, поглядел, как я сажусь за учебники.

Моей соседки в комнате не оказалось. Федя объяснил, что Сима ушла. Куда, он понятия не имел, да и не особо хотел знать.

— Кормят-то как? — с беспокойством уточнил Федор.

— Очень хорошо. Просто как в ресторане, — похвалила местных поваров и уже уселась на стул, решив приступить к чтению учебника, когда в дверь постучали. Домовой тотчас побежал проверять, кто пришел.

— Вот, тетради, которые я тебе обещал, — Ваня замер на пороге. В его руках оказалась увесистая стопка толстых конспектов. Я даже удивилась.

— Это что, ты за два месяца настрочил? — спросила, подойдя ближе.

— Я очень тщательно конспектирую за профессорами. Они дают многое из того, чего нет в учебниках, — ответил парень.

— Ага. Тогда спасибо вдвойне, — я приняла тетради и отнесла, положив на стол. — Зайдешь? — скорее из вежливости спросила у Вани, успев про себя подумать, что если он примет приглашение, о чем мы будем говорить? Пока, вроде как, не очень знакомы и мало общих тем. Но Иван, словно почувствовав мое замешательство, отрицательно покачал головой.

— Нет, — ответил он. — Мне пора. Хочу позаниматься сегодня. А ты учись. Догоняй нас, — он улыбнулся и ушел, прикрыв за собой дверь.

— Хороший парень, — проговорила я. — Такой любезный.

Федя моих восторгов не разделил.

— Ты это, — осторожно сказал он, — поосторожнее с излишней доверчивостью. Темные они отличаются от светлых. А этот парень очень темный, поверь.

— Да? — произнесла, но как-то совсем не верилось в подобное. Иван менее всего походил на злого колдуна из сказки. Мне показалось, он сама любезность и дружелюбие. Но, несмотря на собственное мнение, я решила прислушаться к словам домового. Все же, он лучше знает этот мир. А мне его еще предстоит узнать и понять, кто есть кто.

В это утро над городом висели тучи и моросил неприятный дождь. Шагая по асфальтированной дорожке мимо каменных плит и плачущих ангелов, Северский думал о том, почему в такие дни чаще всего стоит подобная погода. То ли природа плачет за ушедшими, то ли простое совпадение. Хотя в последнее верилось плохо.

Куратор поднял выше воротник короткого черного пальто, которое надел с утра, и посмотрел на людей в черном, стоявших у места погребения. Подходить он не стал, тактично ожидая в стороне, но успел разглядеть, что среди тех, кто пришел попрощаться со старой ведьмой, нужного ему человека, ну или не совсем человека, нет.

Вероятнее всего, внучка не удосужилась проводить свою бабушку в последний путь. Впрочем, что с нее взять. Темная ведьма.

Северский знал, что Вероника Земская оплатила услуги ритуального бюро и очень надеялся застать ее здесь, но не судьба.

И все же мужчина не спешил уходить. А когда церемония прощания закончилась и три старушки в черном с волосами, повязанными платками, поспешили выйти на дорожку, куратор дождался, чтобы они поравнялись с ним и пошел рядом.

— Доброе утро, милые дамы, — произнес он вежливо, когда одна из старушек, переглянувшись с другой, как-то недобро и подозрительно уставилась на красивого незнакомца, шедшего рядом.

— Ну, не такое оно и доброе, — проговорила третья, слеповато щуря глаза.

«Ведьма», — почувствовал Демитр. Вот она-то ему и нужна.

— Я соболезную вашей утрате, — вежливо сказал Северский.

Ведьма вскинула на него взгляд, сразу сообразив, кто стоит перед ней, и произнесла, обращаясь уже к своим подругам.

— Вы ступайте. Я догоню.

Бабушки-одуванчики переглянулись, вопросительно воззрились на подругу, словно опасаясь оставлять ее с совершенно незнакомым человеком. Но ведьма небрежно улыбнулась.

— Идите, говорю. Это Глафиркин родич по какой-то там дальней ветви. Я сразу и не признала. Поговорить нам надо, да?

— Да, — кивнул Демитр.

— Родич? — не выдержала одна из подружек и посмотрела на куратора уже с обвинением во взоре. — Ишь, нарисовался. И внучка туда же. Как помирала наша Глаша, так никого рядом не было. Как за продуктами сходить, да прибраться в ее квартире, так тоже никого. А как померла, так сразу наследнички нарисовались. И этот туда же!

— Маша, иди. Тут другое, я потом расскажу, — сказала подруге ведьма и Демитр ощутил ненавязчивое влияние, которое темная оказала на ворчливую старушку.

Подействовало. Дамы подхватили друг друга под руку и потопали медленно прочь, а ведьма повернулась к Северскому и вздохнула.

— С чем пожаловали, господин куратор?

Демитр кивнул на дорожку предложив:

— Пройдемся немного? Мне надо с вами поговорить.

Поразмыслив, старуха кивнула.

— Давайте, пройдемся. Я только не могу взять в толк, зачем вы здесь? Глафира ушла сама. Я проверяла. Ее жизненный путь просто завершился. Здесь нет никакого криминала и ничего такого, что могло бы заинтересовать старшего куратора.

— Меня не интересует причина ее смерти, — ответил Северский. Он шел рядом с ведьмой, заложив руки за спину. Окружающий печальный пейзаж не радовал глаз куратора, и он старался смотреть только перед собой, ощущая, помимо прочего, странное умиротворение, которое охватывало его в подобных местах.

— Тогда какая причина привела вас сюда в такой день? — спросила старушка.

— Я пришел поговорить с кем-то из знакомых покойной, предполагая, что именно здесь смогу встретить тех, кто был дружен с ней, — тактично ответил Демитр.

— Молодой человек, — улыбнулась ведьма, — поверьте моему опыту. Порой прощаться с усопшими приходят не только друзья. Враги тоже находят в этом своеобразное удовлетворение. А у темных, сами понимаете, всегда существуют недруги.

— Но вы-то были подругой Земской? — улыбнулся Северский. — Я редко ошибаюсь в людях.

— Я — да. Но вы хотели меня о чем-то спросить? И вряд ли это простой интерес к дружбе между темными ведьмами, — она отвела взгляд, устремив его вперед. Туда, где у небольшого склепа стояли двое людей в черном. Скорбящие, понял Демитр.

— Меня интересует наследница госпожи Глафиры. Я знаю, что у нее есть внучка. И предполагаю, что именно ей предназначалась сила усопшей.

Ведьма на миг застыла. Повернулась к куратору и приподняла вопросительно брови.

— То-то я погляжу, что Вероника не своя была, — сказала она. — Толком-то и похороны не организовала. Привезла денег и была такова. А вся такая нервная. Она, знаете ли, даже среди темных ведьм отличается прескверным характером. Зато я теперь поняла причину ее злости. Значит, Глаша кому-то другому отдала свой дар. Хм…

— Да.

— Даже спрашивать не стану, кто этот счастливчик. Все равно вы же не скажете, — глаза ведьмы хитро сверкнули. — Впрочем, все верно. Вероника та еще внучка. За Глафирой не смотрела. Хорошо, что Федя у нее ответственный был. Все делал для хозяйки, но я же знаю, что Глаша до последнего ждала внучку. Верила в нее. Она в последние месяцы совсем плоха была. Все мне жаловалась, что Ника не приезжает. А уж она ей звонила каждый день и знаете что?

— Что?

— Девчонка даже трубку не брала. Кормила изредка бабку обещаниями. Мол, приедет и прочее. А сама жила своей жизнью. На все ей наплевать, кроме себя самой. — Тут старушка вздохнула. — Современная молодежь совсем не щадит стариков.

Северский вздохнул. Кое-что ему удалось узнать. По крайней мере, он теперь в курсе, что наследница Земской не отказывалась от наследной магии. А судя по описанию девушки, с ней могут и, скорее всего, возникнут проблемы. Впрочем, на что он надеялся? И почему старуха отдала силу именно Ладе? Что повлияло на ее выбор? Ведь в тот день к метро спешила толпа людей. Час пик, когда все едут на работу.

Случайность, или нечто большее?

— Как мне найти госпожу Земскую? — спросил Северский.

— Не найдете. Эта вертихвостка уехала. А где она живет, я знать не знаю. Есть у рода Земских свой особняк, старинный, его еще родоначальник построил пару веков назад. Возможно, вы найдете Веронику там.

— Адрес подскажете? — приподнял бровь куратор, взглянув в лицо ведьме.

— Я нет. Но есть тот, кто сможет вам помочь, — хитро улыбнулась она.

— Федор, — понял Демитр.

— Именно. Уж кто знает, где искать эту девчонку, так это домовой. Он все знал. И если не вам, то новой хозяйке должен рассказать. Дерзайте, молодой человек.

Демитр остановился. Ведьма встала рядом.

— Позвольте мне проводить вас к подругам? — предложил мужчина.

— Почему бы и нет? — отозвалась старушка и добавила с усмешкой: — Кто бы мог подумать, что я буду вот так спокойно прогуливаться по кладбищу с главным куратором города.

— Вы меня сразу узнали? — ответил усмешкой на усмешку Северский.

— Еще бы. Мы знаем своих кураторов в лицо. Ваше фото было, и не раз, в газетах. Вы не последний человек в академии, господин Северский.

На мгновение оба замолчали. Затем, улыбнувшись друг другу, куратор и ведьма двинулись назад.

Давненько я столько не читала. Наверное, даже успела пресытиться за те часы, которые провела за учебниками. Да еще и успела переписать часть конспектов сокурсника. Еще часть сфотографировала на телефон, чтобы вернуть тетради Ване уже этим утром.

Едва вышла из ванной комнаты, как увидела, что кровать уже застелена, рюкзак собран и Федя стоит, держа в руках мою куртку.

— Сегодня прохладно. Одевайся, — скомандовал он.

Я покосилась на опустевшую кровать соседки. Сима ушла, не удосужившись толком застелить постель. И в ванной после нее снова была налита вода. Немного, конечно, но все же!

Надо бы с ней поговорить еще раз.

— Федь, ты в ванной не убирай. Пусть тот, кто поразливал воду и убирает ее.

— Хорошо, — согласился домовой.

Я накинула куртку, выложила из рюкзака комп и направилась к выходу.

— А чем заниматься будешь? — спросила у Феди уже стоя в дверях.

— А тут приберусь и, наверное, наведаюсь к Марине Александровне, — улыбнулся мой помощник.

— О! — протянула я. — Передавай ей большой привет.

— Конечно, — ответил Федя и кивнул.

— А с компом ничего не случится? — вдруг вспомнила я.

— Нет, — тут же сказал домовой. — Никто не тронет. Зуб даю, — пошутил он и я ему поверила.

В коридоре стояло настоящее столпотворение. Влившись в поток студентов, я пыталась идти вместе со всеми и одновременно искала глазами своих сокурсников. А увидев Дану, вскинула руку, привлекая внимание зеленоволосой.

— Привет! — мы обменялись любезностями и пошли рядом. Вот за спиной осталось здание общаги. Я успела рассказать о соседке и получить слова сочувствия.

— Она какая-то недружелюбная, — сказала я Дане.

— Не удивительно. — Пожала в ответ плечами подруга. Но я не успела спросить ее, почему она высказалась именно так, потому что мы увидели Ваню, идущего немного впереди. Дана схватила меня за руку, и мы в мгновение ока догнали студента.

— Сегодня у нас первой парой физическая подготовка, — обрадовали меня Дана и Иван.

— Что? — удивилась и быстро достала свое расписание, которое я сфотографировала для удобства на телефон. Вот, право слово, что бы я без него делала? Все же в современных гаджетах есть и полезные свойства.

Взглянув в расписание, прочитала название первой пары.

— МФП, — произнесла вслух. — Что это за зверь такой? — уточнила, взглянув поочередно то на Ваню, то на Данку.

— Магическая физподготовка, — ответил парень.

— Ох, — вздохнула я. — А у меня же формы нет.

— У нас тоже нет. Все выдают на месте. Скоро сама увидишь, — улыбнулась Данка и, схватив меня под руку, почти поволокла за собой к главному корпусу.

Вместе с потоком студентов мы вошли в главный корпус и в холле, разделившись на курсы-течения, разошлись все по своим аудиториям. Я, признаться, удивилась, когда в обычной на первый взгляд аудитории, обнаружила не кафедру и скамейки-парты, а почти обычный спортивный зал, где было место «козлам», «матам» и прочим прелестям физической культуры.

Дана повела меня в раздевалку. Женская находилась справа, мужская слева. У входа, перед дверью, стояли странного вида дамы, державшие в руках стандартные спортивные формы, на первый вид, очень тонюсенькие.

Каждая студентка, проходя мимо дамы, здоровалась и получала одежду. Один комплект в одни руки.

Я тоже получила свою форму. Уже внутри, в просторной комнате, где по углам стояли скамейки для удобства и была широкая дверь, судя по всему, ведущая в душевую, я развернула свою форму и покосилась вопросительно на Дану.

— Они что, все одного размера? — уточнила я. Затем понюхала вещи. Пахло свежестью и новизной, из чего был сделан вывод, что одежду до меня никто не носил. Это радовало.

— Ну да. Мы же разные. Но формы тянутся как безразмерки, — пояснила девушка. — Они обработаны магическим способом. Не рвутся, ну почти, не мнутся и подходят на любой размер и рост.

— Удобно, — кивнула я, а сама вытянула на руках тонкие штаны темно-синего цвета и прищурилась, не веря своим глазам. Впрочем, ладно, попробую надеть, а там уже буду делать вывод.

Устроившись на скамейке и сбросив рюкзак на пол, я принялась переодеваться. К моему удивлению, одежда пришлась точь-в-точь на меня, словно была сшита по заказу. При этом тонкая, но прочная ткань, отлично обтянула бедра и ноги. Я даже наклонилась пару раз и подпрыгнула, проверяя обновку.

— После занятий мы одежду сдаем, — пояснила Дана и кивнула на дверь. — Пора!

Едва она произнесла это слово, как прозвенел сигнал, означавший начало пары и все девушки курса поспешили покинуть раздевалку.

Я вышла вместе со всеми. Было любопытно, отличаются ли занятия физической культурой у магов от занятий в обычных ВУЗах. И вот он, мой шанс, все узнать воочию.

Мы вышли в центр зала. Парни встали в один ряд слева, студентки выстроились напротив. А мгновение спустя появился и наш педагог.

— Ох, — проговорила я невольно. Конечно, ведь господин профессор оказался не совсем человеком.

Я увидела невысокого человека с копной черных, цвета смоли, волос, заплетенных в несколько косичек перетянутых в один толстый хвост. У него было смуглое лицо и восточные черты. Сам крепкий, быстроглазый и опасный даже на вид. Но не человека в нем выдавали глаза. Черные, жуткие, без малейшего намека на белок. Ну словно перед нами был демон. Впрочем, скорее всего, так оно и было.

Спросить у Даны, кто стоит перед нами, времени не было. Потому как началась пара.

Преподаватель окинул нас быстрым взглядом, оскалился, да, да, именно оскалился, не улыбнулся, и сделал шаг перед, пройдясь мимо наших рядов. Оценил всех. Задержался рядом со мной, стоявшей в хвосте. Хмыкнул, позволив ближе разглядеть чернющие глазищи, и прошел назад.

— Студенты, — заговорил профессор, — сегодня у нас стандартный набор упражнений. Работаем всей группой не делясь по половому признаку, — сказал и ухмыльнулся. — Все следуем к матам. Сначала небольшая зарядка, затем отжимания у девушек и перекладина у юношей. Все понятно?

— Да! — последовал в ответ дружный хор, превративший студентов в этаких солдатиков на построении. Я даже сглотнула. Как-то меня настораживал этот демоняка, а когда мы потянулись строем к матам, не удержалась и спросила у Даны тихим шепотом, наклонившись к сокурснице:

— А это кто?

— А? — она оглянулась.

— Препод?

— Ну да.

— А, — девушка улыбнулась. — Соловей Одихмантьевич, — назвала она имя преподавателя.

— Соловей? — повторила и тут же в голове вспыхнула догадка. — Разбойник который?

— Ну да. Только ты его не вздумай так назвать. Сразу получишь дополнительные отжимания. Тут парни уже разок пошутили, потом неделю занимались так, что из аудитории выползали, — хихикнула Дана.

— А разве его этот, Муромец, или кто там, не убил? — спросила я еще тише.

— Ну да. А потом его оживили с помощью мертвой и живой воды, — ответила Дана и шикнула на меня. — Все. Не здесь. Захочешь, потом поговорим. А то услышит и будем колбаситься здесь до посинения.

— Хорошо. Поняла, — кивнула я, стараясь не обращать теперь слишком пристальное внимание на профессора.

Надо же, кто тут студентов учит, мелькнуло в голове. И кажется, это только начало. Вот только как не реагировать на подобные сюрпризы и как не удивляться тому, что вижу, ума не приложу.

— Итак, не стесняемся, строимся, — скомандовал Соловей. — В три шеренги становись!

Мы и встали. Я постаралась оказаться рядом с Даной. Все же, она могла мне хоть что-то подсказать и совет дать. А то все это как-то напряженненько.

Откуда-то из воздуха по щелчку пальцев не совсем живого препода, заиграла музыка. Словно кто-то усиленно бил по роялю и не совсем впопад. Господин Соловей встал так, чтобы мы его могли видеть. Ноги на ширине плеч, руки на талии, и начал упражнения, призывая нас следовать его примеру. В итоге разминка, как оказалось, ничем не отличалась от той, которую мы проводили в школе. Стандартный набор упражнений, призванный пробудить мышцы ото сна. И пробуждали мы их битые полчаса, после чего я поняла, как давно не занималась подобными вещами. Ручки-ножки начало тянуть, но так приятно, без неудобств.

— Все, девочки-мальчики, разогрелись? — спросил Соловей. — Теперь разделились. Парни подтягиваться, девушки — отжиматься.

— Отжиматься? — повторила я.

— Тридцать и пятьдесят, — велел преподаватель.

Оставалось надеяться, что нам, слабому полу, выпала первая цифра. Но тридцать раз отжаться, это оказалось просто нереально. Сделав бодрый первый десяток, на втором я уже шлепалась пузом, а на тридцатом у меня так задрожали руки, что я рухнула лицом в мат, понимая, что больше не в силах даже пошевелиться.

— Новенькая, чего с матом целуешься? — прозвучало насмешливое откуда-то сбоку.

Я сделала над собой усилие, перевернулась на спину и посмотрела на шутника. Один из сокурсников, вися на перекладине, пялился на меня с откровенным весельем в глазах. Так что, лежа вполне комфортно, благо матик был удобный, я фыркнула, отвечая на его плоский юморок.

— Так, Кузьмина? — заметив, что я отдыхаю, преподаватель подошел ко мне, присел на корточки и взглянул черными глазами, от взора которых по спине мурашки пробежали плотным табуном. — Отдыхаем? — уточнил преподаватель.

— Не могу больше отжаться ни разу, — призналась откровенно. — Ощущение, что попала как минимум в армию, а не на пару по физре.

Соловеюшка глазиком моргнул, и я медленно села.

— В армии сложнее, Кузьмина, поверьте. Но вы втянетесь. Всему свое время. Я вам сделаю поблажку, так как вы поступили позже остальных, но за месяц должны нагнать физическую подготовку. Понятно?

— Еще бы, — простонала я.

Смотреть в глаза преподу было неловко. Меня они просто пугали, как и вся его фигура. Зато было любопытно, так ли он круто свистит, как в сказках сказывается? Но, конечно же, спросить не рискнула. А то еще свистнет, и меня тут размажет ненароком по матику. Позорища не оберешься.

Проследив, как Соловей, вот отчество не выговорю, хоть язык сломай, ровной пружинистой походкой направляется к парням, выдохнула с облегчением и покосилась на Данку. Она подмигнула мне и произнесла:

— Втянешься. Я в первый раз еле пять раз отжалась, а потом рученьки подвели и тоже с матом целовалась.

— Только ты это, — произнесла девочка рядом со мной, уже выполнившая норматив, — если что, магией себе не помогай. Соловей Одихмантьевич поймает и будешь неделю полы в зале драить. Поймает второй раз, станешь драить раздевалку и душевую.

— А? — опешила я.

— Мила на своем опыте это проверила, — хихикнула Дана, а названная Милой протянула мне руку и представилась, — Людмила Фельд.

— Кузьмина Лада, — я пожала ее пальцы.

— Да я знаю уже. Мы же на одном курсе, — улыбнулась девчонка.

Она мне понравилась. Светлые волосы, голубые глаза и искорками веселья, таившегося в глубине. А затем взгляд вырвал девчонку в самом конце зала на последнем мате.

Соседушка моя, любительница поплескаться и не убрать за собой. Вот была первая мысль.

Рыжая, несмотря на ее полноту, уже отжалась и теперь сидела, не глядя ни на кого в сторонке.

Странная она. Нелюдимая совсем.

Я бы и дальше подумала о соседке, но тут в зале прогремел голос Соловья, и мы резко встали.

— Встать и строиться, — сказал препод. — Это была только разминка, — предупредил он и я не удержала печального вздоха, мысленно представляя себе, как после адской пары, иначе и не назовешь, меня будут выносить из зала на руках.

Ника не стала ждать распоряжений. Она начала действовать сразу, как только вернулась в город через портал.

В ее огромных апартаментах был специальный уголок, отведенный для магии и колдовства. Причем, Вероника Земская даже не скрывала его.

Она не нарушала закон. Ведьма имеет право колдовать, варить зелья, если у нее есть патент. А патент у Ники был.

Даже друзья, те, кто не знал об обратной стороне ее жизни, тайной стороне, которая нравилась ведьме, приходили в ее квартиру и лишь усмехались, глядя на комнату, где хранились свечи, гадальные карты. Где на полках сушились цветы, а в банках лежали заспиртованные части мелких грызунов.

— У каждого есть свои увлечения. Я увлекаюсь магией, — важно говорила Ника в таких случаях своим друзьям.

— Ну и как, получается? — спрашивали у нее и тогда ведьма искренне смеялась и лишь руками разводила. А про себя думала о том, что всегда то, что на виду, не вызывает таких подозрений, как скрытое.

«Если хочешь что-то спрятать, положи это на самое видное место!» — учила внучку когда-то Глафира. И вот ее совет пригодился.

Сегодня Ника собиралась узнать, кому ее бабушка отдала свою силу.

Для этого ей придется прибегнуть к темному ритуалу. И в этом ей поможет Варвара. Было у домовихи особенное качество: ее магия, ненадолго, но могла скрыть волшбу Ники от всевидящего ока кураторов города, следивших за тем, чтобы темные не нарушали правила.

Но если очень быстро…

Если совсем чуть-чуть! Никто не заметит. Просто не успеют.

Ника вошла в комнату, где Варвара уже суетилась, подготовив все необходимое. Услышав шаги хозяйки, домовиха вскинула голову и, взглянув на Веронику, спросила:

— Уверена?

— Ты меня, главное, прикрой. Я все сделаю быстро. Мне крайне важно поскорее узнать, кто взял мое. Пока кузнец работает с ключом, я должна успеть вернуть себе силу.

— Должна ли? — спросила маленькая женщина и тяжело вздохнула.

— Не болтай. Твое дело помогать молча, — прикрикнула на помощницу ведьма и Варвара опустила глаза.

— Мне еще будет указывать какая-то домовушка, — довольно резко высказалась ведьма. — Кажется, я слишком распустила тебя.

Варвара поджала губы и подняла взгляд.

— Но хватит ненужной болтовни. Черти круг, — велела Ника и маленькая помощница ловко и даже несколько привычно, словно делала это не в первый раз, нарисовала на полу углем черный круг. Затем, присев на корточки, принялась выводить острые руны, работая быстро и споро.

Ника стояла над домовихой сложив на груди тонкие руки. Казалось, молодая ведьма следила за действиями своей помощницы, но мысли ее были совсем далеко. Вероника представляла себе, как кузнец отдает ей ключ. Целый, не оплавленный кусок металла, а самый настоящий ключ. Ведьма знала, что он откроет не только тот замок, для которого предназначен. Нет! Он откроет больше. Это ее путь возвыситься, стать сильнее. Занять надлежащее место в мире, где она станет кем-то больше, чем просто родовитой ведьмой.

И дар бабки. Ох, если она соединит силу Глафиры со своей! Подумать страшно и одновременно восхитительно!

— Готово, — Варвара поднялась на ноги. Щелчком пальцев избавилась от угля, который исчез, сверкнув алым всполохом.

— Отлично. Все, как в книге заклинаний, — произнесла Земская.

Ах, эта книга! Как бы Ника хотела заполучить ее себе. Но пока это было невозможно. Главное, что ведьма знала, где искать нужный ей фолиант. А уж когда у нее появятся силы, она отправится в Ложечки и возьмет книгу заклинаний. Вернет себе то, что всегда принадлежало ее роду, но пока хранилось у свежеиспеченной ведьмочки, да еще и светлой.

Все это временно. Проблемы Ника будет решать по мере их поступления. Главное, что у нее есть копии заклинаний. Давно получила от бабки, а Глафира, в свою очередь, переписала их из уже упомянутого фолианта.

— Тебе придется напоить центральный знак кровью. Только тогда он даст ответ, — вмешалась в размышления хозяйки домовиха.

— Это не проблема, — усмехнувшись, сказала Земская. — Закатай рукав до локтя, — велела она Варваре и тут же увидела, как домовиха ухмыльнулась в ответ.

— Не моей. Не чужой кровью. Своей, хозяйка, — с каким-то почти удовольствием, ответила ведьме ее маленькая помощница.

Фыркнув, молодая ведьма протянула требовательно руку в сторону Вари. Секунду спустя домовиха вложила в пальцы женщины тонкий нож с изящной рукоятью. Вещица была старинной и хранилась у Варвары с тех незапамятных времен, когда она еще не принадлежала Нике.

— Хорошо, — Вероника с недовольством вспомнила условия заклинания и поняла, что Варвара не врет. Хотя она и не смогла бы соврать. Домовихи этого делать не умеют. По крайней мере, не те, кто привязан к своим хозяевам особенным заклинанием подчинения.

Отринув лишние мысли и ругая себя за то, что голова занята не тем, чем надо и что действительно важно, Вероника Земская склонилась над рунами. Взглянула на черные рисунки и протянув руку над центральным изображением, раскрыла ладонь.

Острое лезвие скользнуло по коже и в первый миг ведьма даже не ощутила боли. Она сжала пальцы в кулак, глядя, как алые капли падают на руну, а затем скривилась и убрала руку, успев до того, как угольные линии вспыхнули пламенем.

— Получилось, — прошептала женщина.

— Темная магия любит кровь, — покачала головой Варвара, когда пламя, пылающее над пентаграммой, приняло облик огромной жуткой головы. У нее было плоское лицо, огромные глаза и нос с широкими ноздрями, через которые вырывался сизый дым. Возникшая из огня тварь завращала глазами, а когда увидела Варвару, прорычала:

— Чего тебе надо, темная?

— Приветствую тебя, огненный оракул! — поклонилась ведьма. — Прости, что потревожила твой покой.

Варвара отошла как можно дальше от творения своих рук. Жуткая морда вызывала у домовихи неосознанный страх.

— Чего тебе надо? — повторила голова.

— У меня есть вопросы, — быстро ответила Ника.

— Три, — поправила ее голова. — У тебя есть всего три попытки и три вопроса. Я дам ответ, но советую хорошенько подумать, прежде чем что-то спрашивать.

— Я уже подумала. Вопрос первый: у меня была бабка. Ведьма. Она умерла и отдала кому-то силу, предназначавшуюся мне. Я хочу знать, кто ее получил, чтобы вернуть то, что мое по праву!

— Хорошо. Гляди! — кивнула голова и пространство перед Никой пошло рябью, словно она заглянула на дно самого глубокого из колодцев. И увидела смутное отражение чужого лица. Только черты были размазаны, не разглядеть. Все, что смогла увидеть и понять Земская — это лишь то, что оракул показал ей молодую девушку. А значит, искать следует там, где Ника и предполагала.

В академии магии! Скорее всего, новоиспеченную ведьму отправили туда. Все же, она все поняла правильно.

Первый курс. Темное ведьмовство. Проблема почти решена!

— Я не разглядела лица! — возмутилась Вероника, когда на смену мутному отражению вернулась огненная сущность.

— Там защита. Мне ее не преодолеть, — ответила сущность. — Кто-то сильный охраняет твою цель. Но вижу по глазам: главное ты поняла.

— Да, — кивнула Земская рассеяно.

У нее еще оставалось два вопроса. Нет, она могла бы задать их больше, но увы. Своего рода лимит существовал даже у нечисти.

Вероника на миг поджала губы, прежде чем произнесла то, что хотела.

То, что тревожило ее покой и на что она непременно желала получить ответ.