Ведьмина Сила

Глава 22.

Звонок застал Веронику в ванной, когда она, нежась в ароматной пене и в лепестках свежих роз, пила из бокала шампанское, глядя, как по его дну стучаться тающие кубики льда.

Варвара вошла без стука, удивив хозяйку. Но стоило Земской услышать перелив телефона и увидеть мобильник в руке домовихи, как она отставила бокал и, протянув руку, выхватила телефон, тотчас сняв трубку.

Ника знала, что только на один звонок она должна отвечать без промедлений.

И знала, что Варвара могла потревожить ее лишь по этой причине.

— Алло, — выровняв голос, произнесла молодая женщина.

— Когда уже будет результат? Долго еще ждать? — услышала она в ответ.

— Это не в моей власти, — стараясь не подавать виду, что боится, сказала ведьма. — Ключ еще не готов и…

— А девчонка? — прозвучало резкое. — Да, Ника. Не удивляйся. Я уже знаю, где искать ту, которая владеет твоим наследством.

— Я скоро верну дар, — быстро произнесла женщина.

— Скоро? Пока ты только кормишь меня невыполненными обещаниями. Время не ждет. Я требую результат, иначе пеняй на себя. Мое доброе к тебе отношение не безгранично, Земская!

Вероника сглотнула, ощутив холод по всему телу, и это при том, что она лежала в довольно горячей воде. Но холодом в данном случае был страх.

— Не жди, пока приготовят ключ. Достань и убей девчонку, поняла? — голос был ледяной и Ника зачем-то кивнула.

— Да. Все будет сделано.

— Если не ты, то я найду того, кто выполнит для меня эту работу. Чисто. Быстро. И, что главное, качественное. Даю тебе срок до конца недели, поняла?

— Да…. — начала было Земская, но разговор оборвался и в трубке поселилась тишина, столь зловещая и пугающая, что по спине женщины пробежали мурашки.

Отбросив телефон на груду сброшенной одежды, Ника встала во весь рост.

— Варя, халат! — велела она.

Домовиха тут же оказалась рядом. Подала хозяйке белый халат, который Ника взмахом руки подняла на уровень своего тела.

Надев его, ведьма выбралась из ванны и поспешила в спальню.

Времени слишком мало, чтобы и дальше транжирить его, понимала Земская.

Ей срочно нужно вызвать демона.

Ей срочно нужна Лада Кузьмина, или, точнее ее сила…и ее смерть. Ведь только так Ника может вернуть свое.

И больше ждать нельзя.

Демон появился в том же заброшенном доме, где Земская вызывала его в прошлый раз.

Злые глаза, полыхающие пламенем, уставились на ведьму, когда она, положив руки на бока, произнесла:

— Нашел?

Существо опустило взгляд вниз, туда, где защитный круг образовывали четкие рисунки и свечи, удерживавшие его внутри.

Ни одной лазейки, чтобы вырваться, не было.

Ника усмехнулась.

— Ты не выйдешь, даже не надейся, — сказала она. — Но я жду. Ты нашел?

— Да. У меня есть на примете тот, кто покидает академию и с кем можно договориться.

— Я не собираюсь ни с кем договариваться. Я буду действовать иначе, чтобы наверняка, — ответила Вероника лениво, хотя в душе возликовала после слов демона.

Вот и все. Это последняя неделя жизни для девчонки. Скоро она вернет силу, а Лада Кузьмина пропадет.

Конечно, ее начнут искать, но когда она, Ника, откроет последний замок, кураторам и колдунам этого мира будет не до судьбы какой-то там недоведьмы.

— Покажи мне этого несчастного и научи, как найти, — велела женщина.

— Ты хочешь пробраться в академию, ведьма? — спросил демон.

— У меня есть кое-что, что поможет мне сделать это, — кивнула Ника. — Но нужна подходящая оболочка. Слабый разум, обиженный и ослабленный неверием в себя самого.

— Я нашел его, но требую плату.

— И ты ее получишь, когда я получу свое, — пообещала Земская, но демон покачал головой зашипев.

— Ты слишком долго кормишь меня обещаниями. Я устал. Я хочу плату.

Ника поджала губы, затем кивнула.

— Хорошо. Сегодня. Здесь. — она отошла от демона, открывая портал. — Жди. Я скоро вернусь.

Демон кивнул и улегся на пылающую землю, прикрыв глаза, а Ника ступила в темноту портала, чтобы выйти на окраине города, там, где обитали самые отбросы общества.

Вероника уже не в первый раз бывала здесь. Ей приходилось прибегать к помощи темной стороны и она точно знала, что им надо.

Шагнув на пустынную улицу, женщина прошла вперед, глядя на единственный покосившийся фонарь, освещавший пустой дом с темными стенами. Когда-то давно здесь был пожар. Дом еще хранил память чужой боли, но в его темной глубине и сейчас жили обитатели.

Дом не восстановили. Он стоял на окраине, чернея обугленными стенами и пугая тех, кому не повезло проехать мимо. Рядом росло крепкое дерево, отчасти прикрывавшее убогость строения и Земская подошла к двери, коричневой, явно не принадлежавшей этому строению.

Открыв дверь, ведьма услышала слабый скрип. В нос ударили запахи нечистот, но она лишь поморщилась, прежде чем вошла во тьму.

Достав из кармана мобильный, Ника включила фонарик, зная, что не станет прибегать к магии. Еще не хватало, чтобы ее вычислили кураторы.

Одно дело — портал. Порталами пользуются все. Это разрешено, и никто не станет проверять, кто и куда перемещался.

Совсем другое дело несанкционированные заклинания. Едва она произнесет хоть слово без защиты, как сюда тотчас прибегут кураторы, а с ними Вероника дел иметь не хотела.

По крайней мере, не сейчас.

Женщина пошла вперед. Под ногами хрустело битое стекло и шуршал песок и мелкие камни. Чем дальше она углублялась в темноту, тем сильнее становилась вонь. А затем луч света открыл взору ведьмы двоих людей, спящих на полу.

Темные фигуры были закутаны в плащи и, казалось, крепко спали, но словно почувствовав присутствие ведьмы, проснулись.

Какой-то небритый нечесаный бездомный откинул плащ и уставился сонным взглядом на вошедшую. Моргнул, удивленно глядя на красивую блондинку, одетую в дорогую одежду. Затем толкнул в бок товарища и второй тоже сел, протирая глаза.

— Привет, ребята, — мягко сказала Ника.

— Ты кто такая, ляля? — прохрипел в ответ прокуренный голос. — Заблудилась, а?

— Че надо? — спросил второй мужичина, поднимаясь сперва на колени, а затем и на ноги.

Оба были в изрядном похмелье. И воняло от них так, что у Земской защипало в глазах. Она даже представить себе не могла, как демон будет жрать ЭТО. Но пока два бомжа лучшее, что Ника может ему предложить.

Зато, когда хозяин получит силу, она сможет кормить своих демонов мясом получше.

— Эй, ты, че приперлась сюда? — второй мужчина был настроен явно недружелюбно.

Ника осветила его фигуру, покосившись на мокрые штаны бездомного.

— Денег хотите подзаработать? — спросила она спокойно.

— Денег? — мужчины переглянулись.

— Да. У меня есть для вас работенка, — женщина запустила в карман руку и достала несколько смятых купюр. Бросила под ноги первому из бомжей и дождавшись, когда он поднимет деньги и проникнется суммой, добавила: — Дам еще столько же, если выполните то, что мне надо.

— А че тебе надо, ляля?

— Бабу одну пугнуть. Она за моим парнем увивается.

— А че, мы потом в ментовку попадем? — нахмурился первый мужчина. — Не-не, мы на такое не подписывались. Живем здесь себе тихо, мирно…

— Тогда деньги давай сюда, — холодно проговорила Вероника, но бомж проворно задвинул руку себе за спину, оскалив гнилые зубы в отвратительной усмешке.

— Сань, а давай-ка мы эту лялю на наличие бабла прошарим, — оживился второй бездомный.

— Полицию вызову, — ответила Ника, уже понимая, что все идет так, как надо.

— Вызовешь, но сначала поделишься с нами тем, что у тебя в карманах, — сказал Саня.

— И телефончиком, и шмотками, — добавил его друг.

Второй мужчина поднялся на ноги. Оба двинулись на Нику. Она же вскинула руки и не думая бежать, а за миг до того, как бездомные коснулись ее, открыла портал и оба мужчины провалились в темноту.

Ника улыбнулась и шагнула следом.

Поздний вечер был промозглый и дождливый. Над городом сгустились тяжелые облака, то и дело поливавшие опустевшие улочки и дома дождем. За спальным районом кипела жизнь: носились авто, в кафе сидели посетители, прохожие, под зонтами, спешили домой после работы, завершали свой маршрут такси и автобусы.

Демитр стоял, подняв ворот своего плаща, и смотрел на здание, в котором жила Кузьмина-старшая. Он видел свет, горевший в окне на ее кухне, чувствовал присутствие Федора и кое-кого еще. Совсем близко, таившегося в темноте, скрывающегося от посторонних глаз.

— Василий, выходи, я тебя вижу, — проговорил Северский, сунув руки в карманы и шагнув вперед туда, где темнота казалась особенно мрачной.

— Господин куратор? — из тьмы выплыла фигура, обретая очертания мужчины, одетого в теплую куртку и плотные джинсы.

— Плохая маскировка, Василий, — произнес куратор и подождал, пока младший сотрудник подойдет ближе. — Где Глеб?

— Наверху. Охраняет квартиру, готовый в любой момент подать сигнал, если что-то пойдет не так, но… — Василий замялся.

Северский посмотрел на его широкое лицо с крупными чертами. На густые волосы, посеребренные каплями тумана.

— Что, но? — уточнил старший куратор.

— Мне кажется, мы только зря теряем время. За все эти дни, пока мы тут торчим день и ночь, изредка сменяя друг друга, ничего из ряда вон не произошло. Да тут вообще ничего не происходит. А мы нужны на работе. Кураторов и так не хватает. На улицах полно нечисти и…

— Василий, — прервал младшего куратора Северский, — когда я буду нуждаться в вашем мнении, я дам вам об этом знать. А пока выполняйте то, что вам поручено. Я ясно излагаю?

— Да, господин куратор, — младший помрачнел, но не посмел перечить.

— Жду завтра отчет, — распорядился Демитр и направился к дому, чтобы проверить остальных охранников Марины Александровны.

Он выставил своих людей сразу, как только понял, что Кузьмина в опасности. Первой мыслью была именно мысль о ее матери. Ведь именно Марина Александровна слабое место новоиспеченной ведьмы. А Северскому во что бы то ни стало надо было сохранить обеих. Он просто не мог позволить, чтобы с женщинами случилась беда. И не только потому, что ключ был угрозой всему миру. Демитр понимал, что взял на себя ответственность за Ладу. Он дорожил ею. Он переживал из-за нее.

Мужчина вошел в подъезд. Консьерж было встала, чтобы учинить куратору расспросы, но он лишь взмахнул рукой, и женщина осела в кресле, уснув на несколько секунд. Ровно настолько, чтобы ему хватило дойти до лифта и подняться наверх.

Уже внутри, в тесной коробке кабины, Северский задумчиво уставился в пространство, вспоминая сегодняшнюю тренировку. Ладу и Влада.

Дампир как-то по-особенному относился к девушке. Демитр почувствовал это сразу. Эмоции студента были слишком яркими, хотя вряд ли Гроза еще сам осознавал их.

Зато Северский все понял и ощутил некоторое беспокойство.

Казалось бы, какое ему дело до личной жизни Кузьминой, но нет. Внутри зрело что-то колючее, острое, каждый раз впивавшееся в сердце, когда он видел, как Влад касается Лады.

Интерес? Влюбленность?

Мужчина усмехнулся. Ему слишком много лет, чтобы обманывать себя и не понимать, что происходит. И если быть откровенным, ему стоило отступить, но его просто тянуло к Ладе. Да, он делал вид, что она ему безразлична как женщина. И он действительно хотел верить в это, но не верил.

Остановившийся лифт раскрыл свои двери, выпуская куратора на нужный этаж.

Почти сразу он почувствовал Глеба и Лаврентия. Кураторы прятались в темноте, скрывшись за невидимой стеной, незаметной для обычных людей и для темных, но не для Северского.

— Выходите, — велел он и воздух рядом с дверью в квартиру Кузьминых заколебался, выпуская двоих младших кураторов.

— Доложите обстановку, — проговорил Демитр, хотя уже и так знал ответ. Все тихо. Все в порядке.

— Вроде все нормально, господин куратор. У Кузьминой сейчас в гостях домовой. Пьют чай в кухне.

— Федор вас уловил? — уточнил Северский, чтобы проверить мастерство своих людей.

— Нет. Но я… Глеб шагнул вперед.

— По-моему это все пустое, — остановил было Глеба Лаврентий, но тот взглянул на Демитра и сказал:

— Несколько дней назад я точно ощутил колебания. Просто колебания.

— Почему не доложил? — спросил Северский хмурясь.

— Я, как старший, велел не отвлекать вас от дел подобными мелочами, — тут же сказал Лаврентий. — Перемещение Федора могли вызвать эти колебания. Они совпали с появлением домового к квартире. Всегда, когда он приходит, происходит нечто подобное. Уж кто, а вы это знаете.

Глеб сдвинул брови.

— Колебания были сильнее. Но да, Лаврентий прав. Я зафиксировал их вместе с появлением Федора. Но утверждаю, они были сильнее.

— Какие предположения? — изогнул бровь старший куратор.

— Полагаю, некто проник в квартиру одновременно с домовым, прикрываясь появлением Федора, — ответил быстро младший сотрудник.

— Доказательства? — довольно резко высказался Лаврентий.

— Я почувствовал… — ответил было Глеб, но тут же затих.

— Хорошо. Я буду иметь в виду, — стараясь не повышать тон, произнес Демитр. — Но если подобное повторится, сообщите мне.

— Да, господин куратор. А так, все тихо, — отрапортовал Глеб. — Отчет будет завтра на вашей почте.

Северский кивнул и подошел к двери. В какой-то момент его охватило желание поднять руку и позвонить. Затем зайти в квартиру, чтобы просто пообщаться с матерью Кузьминой. Возможно, расспросить ее о том, какой была Лада в детстве, что любит, чем увлекается.

Но почти сразу мужчина понял, насколько нелепо это желание.

Отступив назад, он кивнул на прощанье своим людям и еще до того, как они вернулись на свой пост, взмахом руки открыл портал и вошел в темноту, чтобы выйти уже в своем кабинете в академии.

Почти сразу на его телефон поступило сообщение.

Демитр достал мобильный, открыл почту и прочитал несколько строк.

Писала Ядвига. Она приглашала его к себе в кабинет.

«Надо поговорить! — написала яга. — Как только получите сообщение, жду вас у себя».

Недолго думая, Демитр снова открыл портал и переместился к деканату, где его уже ждали.

Из-под закрытой двери лился мягкий свет. Постучав, Северский вошел внутрь и увидел, что за столом сидят трое. Напротив Ядвиги устроились профессор Добрый и Соловей Одихмантьевич.

— А вот и наш куратор! — проговорила яга, поднимая взгляд на Диму. — Надеюсь, я вас не отвлекла от важной работы? — спросила она, жестом приглашая мужчину присоединиться к их скромной компании.

— Нет. Я совершенно свободен, — сказал Северский и подошел ближе.

Щелчок пальцев и рядом с ним появился стул.

— Присаживайтесь, — мило улыбнулась яга.

— В чем причина данного собрания? — уточнил Демитр, приветственно кивнув мужчинам.

— Вы мне нужны. Все трое, — ответила Ядвига. — Хочу сделать небольшую вылазку на территорию врага. Но мне понадобится защита и ваши силы, — она обвела взглядом собравшихся.

— Мои дамы, подчиненные из академии ягусь, — она усмехнулась, — отыскали вещь, прежде принадлежавшую последнему из темных кузнецов. А вы знаете, что все они связаны кровными узами. Значит, — веско заметила женщина, — мы сможем отыскать нового темного кузнеца, если таковой существует.

— Хотите рискнуть? — спросил Добрый.

— Да. Я готова. Я, как никто другой, верю в ключи и в то, что нам грозит опасность. Озеров глуп и слеп. Все, что его волнует, это отсутствие скандала вокруг академии в преддверии важных соревнований. Статус заведения и прочее.

— А особенно его волнует должность, которая ему явно не подходит, — хрипло рассмеялся Соловей-разбойник.

— Этот вопрос мы еще обсудим. Предлагаю сместить товарища директора с его должности, но потом, когда все будет улажено. Сейчас на это просто нет времени. Сами знаете, какая морока — возня с бумагами. Хотя… — она призадумалась. — У меня есть помощник и я велю ему заняться оформлением нужных документов.

— Менее всего меня волнует наш директор, — сказал Северский. — Его поставила сюда госпожа Холодная, поэтому сместить директора будет не так просто.

— Ах, да. Мать студента Грозы, — улыбнулась Ядвига. — Тогда да. Но не надо отчаиваться. Мы займемся этим вопросом, а сейчас, господа, скажите мне, готовы ли вы поддержать меня своей силой?

Демитр взглянул на ягу.

— Пойду я, — просто сказал он.

Ядвига рассмеялась.

— Вот только не надо изображать из себя джентльмена, господин куратор. Я все решила. Я все продумала. Ваша задача помочь мне и выдернуть из круга, если почувствуете опасность. Вы трое сможете сделать это лишь объединив усилия. И вы, Северский, не будем греха таить, самый сильный из нас. Если кто и сможет вытащить меня, так это вы. А если вы пойдете вместо меня, то нет гарантии, что мы трое сможем сделать это для вас, — она снова улыбнулась и поднялась из-за стола.

У нее было все готово. В соседнем помещении, где по обыкновению хранились документы и прочие важные атрибуты декана, комната была освобождена от всего лишнего. Голые стены, на полу ведьмовской круг с пентаграммой внутри. Черные свечи стояли вдоль линии, начерченной мелом. По углам звезды, красовавшейся в круге и перечеркнутой несколькими окружностями, изображавшими луну в разных ее фазах, были набросаны сухие цветы, запах которых, наряду с чадом от воска, наполнял комнату, щекоча ноздри.

Северский хмыкнул. Ему не нравились подобные ритуалы. Было в них нечто веявшее густой темнотой и опасностью. Чем-то древним, тянувшим свои корни из самого средневековья. Но Ядвига явно знала, что делает.

— Господа, встаньте каждый на свои места. Я отметила их для вас на полу. Северский — вы, пожалуйста, напротив меня, чтобы я могла вас видеть, а вы, если не дай бог что-то пойдет не так, смогли вытащить меня, — сказала яга.

Он хотел было снова предложить свою кандидатуру, но взвесив все за и нет, в итоге понял, что декан права. К тому же, яги более хитры, и не только потому что являются женщинами. У них это в крови. Она справится.

Мужчины встали на положенные места. Опустили руки и Ядвига, не мешкая ни секунды, вошла в круг.

Стоило ей переступить линию, как свечи вспыхнули, взметнув пламя так высоко, что это казалось почти невозможным. Она извлекла из кармана какую-то кость. Небольшую, очень старую, и сжала в кулаке, после чего Ядвига встала в центре круга и сложила на груди руки, подобно статуе фараона, после чего закрыла глаза и принялась шептать какие-то слова. Это был мертвый язык. Профессора сразу узнали его. Мужчины стояли молча, глядя только на декана. Руки опущены вниз к точкам соприкосновения с полом и магией.

В какой-то миг все трое ощутили, как из них потянули силу. Одихмантьевич на это фыркнул, а Добрый лишь сжал кулаки.

Северский продолжал пристально смотреть на Ядвигу и первым заметил, как ее губы перестали шевелиться, а сама яга застыла, затихнув, но продолжая удерживать руки скрещенными на груди.

Куратор понял — ей удалось. Она ушла. И оставалось только дождаться, когда женщина вернется.

Открыв глаза декан темного факультета не сразу поняла, где находится. Это была темная комната, пахнувшая серой, или пещера? Конечно же, пещера!

Яга огляделась, но не сделала ни единого шага. Темнота вокруг была густой и плотной. Воздух горячим и сырым, из чего женщина сделала вывод, что не ошиблась в заклинании…

…и что, скорее всего, оно привело ее в кузню нового темного кузнеца. А значит он, действительно, существует.

«Плохо дело!» — подумала про себя Ядвига.

Когда ее глаза привыкли к темноте, она смогла различить едва заметное алое пятнышко света вдали. Такое ничтожно тусклое, что сперва декан даже решила, что ей померещилось. Но нет. Там вдали был свет и яга, приподнявшись в воздухе, чтобы не издавать шума, поплыла над влажным полом пещеры к свету, уже понимая, где именно оказалась.

Темнолесье. Конечно же! Ей стоило сразу догадаться, что новый кузнец будет прятаться именно здесь. Не в мире же среди людей ему делать это?

Темнолесье просто отличное место для тех, кто владеет магией и желает спрятаться.

«Главное, чтобы кузнец меня не почувствовал, — понимала женщина. — Это его пещера. Здесь он хозяин и бог. Ее сила на фоне его, ничто. Да и любой оказавшись здесь, не сможет соперничать с владыкой пещеры.

Внутри было жарко. По спине Ядвиги скользнула капля пота. За ней другая. Но она медленно летела, опасаясь даже колебаниями воздуха привлечь к себе внимание. Где-то вдали раздался гулкий удар, затем еще один и еще. Так бьют железом по железу.

Свет становился ярче и теперь уже был отчетливо различим, словно там, впереди, кто-то зажег яркий факел.

Она летела к нему, слушая гулкие удары, кажется, целую вечность, когда вдруг впереди что-то ярко вспыхнуло и яга едва успела отлететь к стене и прижаться к ней всем телом, при этом оставаясь с отличным обзором. Ядвига увидела, как открылся портал, и темнота выпустила из своих недр женщину. Яркая блондинка. Высокая, в длинном плаще и на высоких каблуках, ступила на влажный пол пещеры. Декан узнала незнакомку сразу, хотя с расстояния не могла толком разглядеть ее лица, но поняла, кто перед ней.

Вероника Земская.

«Проклятье, — подумала яга. — Значит, она там, где надо и все правда!».

Блондинка пошла на свет, громко цокая по камням каблуками. Она чертыхалась, изредка спотыкаясь, но явно чувствовала себя в безопасности. Шум, который производила молодая ведьма, позволил декану лететь за ней не опасаясь быть услышанной. Но, конечно же, когда они прилетели к входу в логово кузнеца, Ядвига осталась снаружи, жалея о том, что здесь всего лишь ее дух и что она ничего не может сделать этой Земской.

Зато она могла слышать.

Молот замолчал и в абсолютной тишине раздался голос. Женский, властный.

— Готов? Я глазам своим поверить не могу.

В груди у яги сжался страх.

— Я делаю все в срок, ведьма, — последовал низкий бас. — Тебе ключ — мне плата. Все, как договаривались.

— Да, — сказала Земская.

Ядвига на миг застыла. Внутри словно что-то оборвалось. Ключ воссоздан. Это плохо. Нет, это чертовски плохо.

Она стиснула зубы, отчаянно жалея о том, что не может вмешаться, не может сделать ничего, когда кузнец вдруг пробасил:

— А кого ты привела с собой, ведьма? Кто стоит у порога моей кузни?

Яга попятилась назад.

— Я? Сбрендил? Я одна. Я…

Она не договорила. Умолкла на полуслове, и декан вдруг услышала, как раздался цокот ее каблуков. В пещере что-то громыхнуло и стены коридора, где пряталась яга, вдруг вспыхнули, озарившись огнем в длинных жилах, наполнивших жизнью и светом коридор.

Выругавшись, декан отлетела в сторону, успев до того, как горящая сеть упала прямиком на то место, где она только что находилась.

— Ты привела ко мне кого-то, — проревел кузнец.

Ядвига не стала слушать продолжение перепалки. Прижав руки к груди, она сосредоточилась, понимая, как сильно ей мешает страх, чтобы вернуться назад.

Она боялась не кузнеца и не ведьму.

Она боялась не вернуться и не рассказать остальным о том, что увидела.

Рядом снова громыхнуло. Пламя отделилось от стен, вытянувшись в подобие длинных изуродованных рук, потянулось к ней, окутывая в яркий кокон.

Яга закричала. Ей было жарко и больно. Невероятно, но женщине в какой-то миг показалось, что она горит заживо. Затем она увидела, как из кузни выскочили блондинка и огромный мужчина, загорелый до черноты. Он был ростом с великана. Злые глаза метали молнии. Взгляд безошибочно уставился на ягу. Он развел руки в стороны и хлопнул в ладони, да так, что горы задрожали, а пламя огненных жил взревело и вспыхнуло с новой силой.

Ядвиге показалось, что она очутилась в пекле ада. Женщина забормотала слова заклятья, которое должно было вернуть ее назад, но эти двое, блондинка и ее жуткий спутник, уже бежали к ней.

Земская что-то кричала, кузнец снова застыл и повторил хлопок, который должен был сотворить что-то жуткое, страшное. Яга не понимала, что именно, но ярко чувствовала это.

«Ну же, куратор!» — взмолилась она и неожиданно, в тот самый миг, когда пространство вокруг озарилось пламенем, женщина ощутила, как ее утягивает в пещеру. Не дух, тело.

Она отчаянно закричала. Кузнец оскалился. К его силе присоединилась сила темной ведьмы и декан темного факультета мысленно успела попрощаться с жизнью, когда поняла, что больше не ощущает огонь. Более того, она очнулась, стоя на коленях в центре пентаграммы, мокрая, словно вышла из душа. Волосы спадали по плечам, одежда дымилась, а кожу нещадно щипало. Но она была в академии. Цела и невредима. Напротив стоял Северский и его лицо было подобием каменной маски. Лоб влажный, глаза сверкают, словно мужчина обезумел. Пальцы рук сложены в колдовской знак и направлены прямо на нее.

— Демитр, все! Она здесь! — крикнул кто-то. По сиплому голосу яга узнала Соловья.

— Все кончено. Ты ее вытащил, — на плечо куратору опустилась рука Доброго и Северский, вздрогнув, уронил руки вдоль тела.

В тот же миг погасли свечи. Яга одним рывком выпрыгнула из пентаграммы и принялась стирать рисунок. Профессора принялись помогать ей избавиться от круга, когда свечи снова ярко вспыхнули, подчиняясь чужой воле, но Демитр снова собрал руки, создавая знак, и ударил что было силы в центр круга, уничтожая было вспыхнувшее пламя, поднявшееся от пола.

Все стихло.

Несколько секунд все четверо стояли, едва дыша и глядя друг на друга в молчании. Затем Ядвига выдохнула и произнесла:

— Кузнец создал ключ. И он у Земской.