Ведьмина Сила

Глава 17.

Маргарита Феофановна Холодная, или просто королева Марго, как ее за глаза называли подданные, этим вечером была не в духе. Впрочем, не в духе она бывала часто, но сегодняшний день оказался особенным. С ней так часто случалось после общения с бывшим мужем, Георгом. Как всегда, они не смогли договориться и как всегда поругались. Причина для ссоры оставалась неизменной вот уже на протяжении пяти долгих лет, которые супруги были в разводе.

Единственный сын, Владислав, которого мать-вампир и ее состоятельный бывший никак не могли поделить.

Сидя за столом черного дерева, Марго вертела в длинных пальцах ручку с золотым пером — подарок одного из ухажеров, а также партнера по бизнесу.

Ручка отчего-то ее начала раздражать и вампирша, наигравшись с подарком, отшвырнула его в стену, а затем, развернувшись в кресле, обвела взглядом дорогой кабинет.

Она всегда любила окружать себя красивыми и дорогими вещами. Наверное, именно деньги и соблазнили когда-то Маргариту выйти замуж за состоятельного человека. Да, именно человека, потому что это лишь в сказках вампиры все до одного баснословно богаты и спят в золотых гробах. До замужества у самой Марго мало чего было за душой. А она всегда хотела быть кем-то, а не прятаться в темноте, подобно своим собратьям.

Окинув кабинет взглядом, женщина откатилась на кресле назад и, положив ногу на ногу, нажала на кнопку селектора, вызывая секретаря.

— Ирэна, зайдите, — велела она.

— Да, госпожа Холодная, — прозвучал в ответ голос, искаженный связью. Затем что-то щелкнуло и несколько секунд спустя в кабинет вошла высокая и очень худая женщина с белокурыми волосами, затянутыми в тугой пучок на затылке, одетая строго в белоснежную блузу и юбку-карандаше, подчеркивающую длинные ноги вампирши. Она была бледна и лишь темные глаза сверкали мрачно, когда секретарь смотрела на свою начальницу.

— Ирэна, вызовите ко мне Базиля, — распорядилась Марго. — Пусть немедленно явится сюда.

— Да, госпожа, — поклонилась вампирша и ушла.

Марго села прямо и включила свой ноутбук. Но не успела женщина открыть нужный файл, когда в дверь постучали.

— Войдите, — произнесла вампирша, уже чувствуя, кто стоит за дверью. Быстро же он явился. Не иначе, где-то рядом дневал, пока закат не пришел. Ведь, в отличии от Марго, Базиль с солнцем дружбу не водил. Как и для всех вампиров, оно было для него опасно.

— К вам Базиль, госпожа, — вошедшая Ирэна представила вампира.

— Пусть проходит. А вы можете быть свободны, — отмахнулась от секретаря Марго.

С поклоном Ирэна вышла, а Базиль, одетый в неизменную кожаную куртку и темные очки, тенью скользнул за порог и встал напротив своей госпожи, ожидая ее слов.

— Приветствую, прекрасная Маргарита, — сказал он, вызвав улыбку на губах Холодной.

— Не надо меня очаровывать, это бесполезно, и ты знаешь, — сказала женщина.

— Привычка, — развел руками вампир.

— Садись. Есть разговор, — велела Марго и Базиль послушно занял стул напротив своей хозяйки.

— Слушаю и повинуюсь, — проговорил он с улыбкой.

— У меня вопрос, — сухо прервала подопечного Холодная. — У тебя есть знакомые в академии? — спросила она, положив руки на стол.

Базиль перестал улыбаться.

— Есть, госпожа, но…

— Да сними ты очки, раздражает. Не люблю разговаривать с подчиненными, когда не вижу их глаза, — снова перебила вампира женщина.

Он изменился в лице. Быстро снял очки и сложив их, спрятал в карман на груди.

— Мне нужен верный вампир, чтобы приглядеть за моим сыном, — быстро сказала Марго. — Академия слишком защищена и воздействовать на нее извне не в моей власти. Поэтому и нужен кто-то, кто находится там, внутри. Лучше студент. Неприметный, ответственный. Я ясно выразилась?

— Но зачем вам следить за собственным сыном? — спросил вампир.

— А это не твоего ума дело. Твоя работа выполнить то, что велят. А поэтому давай, руки в ноги и чтобы к завтрашнему вечеру у меня уже был свой осведомитель, — приказала вампирша.

Базиль резко поднялся. Шутить настроение у него пропало окончательно, стоило увидеть выражение красивого лица хозяйки. Мужчина поклонился и попятился к выходу.

— Будет исполнено, — проговорил он спокойно.

— Иди. И я жду результат, — напомнила Холодная.

Базиль поклонился еще раз, открыл дверь и был таков.

Мы выстроились перед преподавателем, приготовившись делать разминку. Сегодняшнее утро, впрочем, мало располагало к активности. За окном снова шумел дождь, было пасмурно и отчаянно хотелось спать. Утренний душ отчего-то не помог, и я была рада, когда Соловей, вместо того, чтобы начать упражнения, вдруг поднял вверх руки и миг спустя в его пальцах появился сияющий свиток. Правда, сиял он совсем недолго и через секунду стал самым простым листом бумаги, но смог отвлечь студентов от сонливости.

— Так, сейчас я зачитаю фамилии. Те, кого я назову, идут за мной, остальные начинают тренировку, — удивил всех разбойник.

Ребята переглянулись. А когда Соловей принялся читать, сразу все стало понятно. Ведь он называл фамилии только тех, кто записался для участия в соревнованиях. Закончив, преподаватель сказал:

— Все, фамилии кого я назвал, шаг вперед и двигаем за мной, — затем, когда мы сделали как было велено, добавил, обращаясь уже к оставшейся части студентов, — остальные проводят разминку под контролем Самсонова.

Самсонов, высокий крепкий первокурсник, выступил вперед, а мы стайкой поспешили за преподавателем из зала, удивленно переглядываясь и предвкушая какую-то новость. И частично оказались правы.

Соловей вывел нас через дверь, скрытую в стене, и мы оказались в небольшой комнате. Я огляделась и, признаться, удивилась, что в этом мире магии может находиться нечто подобное.

Комната представляла собой крошечный, аля-домашний, кинотеатр. Большой экран, кресла и ковер под ногами. Добавить ко всему прочему попкорна и колу, и все, настоящая красота!

— Занимайте места, — серьезно так заявил Соловей. — Всем должно хватит. Если не хватит, парни постоят, все равно это не займет много времени.

Мы расселись. Данка утянула меня на первый ряд, а я, присаживаясь, посмотрела в сторону с удивлением увидев, что Сима тоже оказалась в числе тех, кого выбрали для соревнований. Девушка присела с краю и с самым независимым видом уставилась на экран.

Мест не хватило, а потому пятеро парней остались стоять. Правда, один не выдержал, попросив:

— Соловей Одихмантьевич, может, колданете мне стул? Вы же можете.

Все обернулись на его слова, но препод только криво усмехнулся.

— Стой на своих двоих, Корягин. И запомни, что магию следует тратить только на действительно важные вещи. Потому что, когда она тебе понадобиться, ее может не хватить и тогда ты пожалеешь о том, что потратил силу на мелочи.

Паша что-то буркнул, но почти сразу притих, а Соловей произнес:

— Итак, господа студенты, внимание на экран. Видео будет коротким, но весомым. Я хочу, чтобы вы увидели, с кем вам придется соревноваться в этом учебном году. Вы должны понять, что соревнования не шутка и если среди вас еще есть те, кто таким способом желает просто уйти от экзаменов, то прошу подумать дважды.

Как-то мне его слова не понравились. Обнадеживало то, что Соловей лично сказал мне о том, что участвовать я буду только если захочу сама.

А я не хочу. Еще даже не видя то, что он желает нам показать, не хочу и все.

Тут комната погрузилась в мрак и экран ожил. Первыми пробежали цифры отсчитывая назад время, а затем появилось огромное темное здание, больше похожее на средневековый замок. Оно стояло на вершине огромной скалы. Внизу бушевало серое суровое море, по небу, затянутому низкими тучами, с воплями носились чайки.

Несколько секунд видео демонстрировало нам башни и острые флагштоки, опускалось к окнам, отчего появилось ощущение, что ты невольно подглядываешь за обитателями замка.

Там, за окнами, были аудитории, очень похожие на те, в которых занимались и мы. Но немного покружив, изображение поплыло вниз, прошло сквозь каменные стены, полетело над щербатой дорожкой и остановилось над вытоптанным полем, некогда поросшим травой.

У меня даже лицо вытянулось, когда увидела студентов чужой академии, занимавшихся на этом поле.

— Это что, киллеры? — пошутил кто-то неуместно.

Но да, у меня появилось точно такое ощущение, когда увидела крепких ребят, в большей своей части парней, всех высоких, как на подбор. Но дело было даже не в этом. Не в росте и не в мускулатуре. Я смотрела на то, как они занимаются и понимала, что ни за какие коврижки не буду участвовать в соревновании.

— Вот это скорость! — ахнула восхищенно Данка, когда ребята, выстроившись друг против друга, принялись пуляться магией.

Что там только не летело. И огненные шары, с пламенные стрелы, и ледяные кулаки, и град камней. Кто-то пустил даже волну, а кто-то швырнул выросшим из ничего деревом. Били воздухом, плотным до состояния толстенного стекла, швыряли роем пчел, бросали дротики, копья, которые просто появлялись в руках студентов. В общем, это было нечто.

— Сейчас обратите внимание на одного студента, — голос Соловья заставил всех вздрогнуть. Думаю ребята, подобно мне самой, на время забыли о том, где находятся. Я даже выдохнула с облегчением, когда незримая камера выделила из толпы наших противников одного высокого парня. Кадр застыл, словно кто-то нажал паузу, и мы разглядели лепное холодное лицо с голубыми льдистыми глазами.

Он был высок и худ, но при этом крепок, как сосна. Острые скулы, темные густые брови и поджатые упрямо губы нарисовали в моем воображении целеустремленную личность.

— Данила Ветров, — произнес Одихмантьевич, — самый опасный первокурсник из академии Белой совы. Насколько я знаю, на него делают основную ставку. Но помимо Данилы, думаю, вы все смогли увидеть и оценить перспективы.

— Да уж, — произнес Ваня, сидевший за нами выше рядом.

— Ощущение, что нас будут убивать, — сказал кто-то из девчонок и тут экран погас, а мы все отчаянно заморгали, пока Соловей, обогнув ряды со стульями, вышел и встал так, чтобы все смогли его видеть.

— Нет, конечно же, — преподаватель улыбнулся. Но вышло нечто наподобие оскала, и я невольно сглотнула ком в горле. — Но противник силен. Поэтому я хотел, чтобы вы все увидели, против кого мы будем выступать. — Он положил руки на бедра и обвел всех взглядом. — Если будете заниматься должным образом, не отлынивать от занятий, то сможете их одолеть. Обещаю. Они ведь тоже первокурсники.

— Страшно подумать, какая там команда у пятого курса, — шепнула Данка и я кивнула, соглашаясь с подругой.

— Это то, что я хотел вам показать. А теперь поднимаемся и на разминку. И я очень надеюсь, что с сегодняшнего дня вы будете выкладываться изо всех сил, — произнес Соловей.

Мы дружно встали и вереницей потянулись прочь из зала. Я шла и думала только о том, как хорошо, что мне не придется во всем этом участвовать. Просто камень с души.

А остальным, ей-богу, не позавидуешь. Впрочем, как сказал Одихмантьевич, все вольны выбирать свою судьбу. Мне же главное, чтобы я ни в каких соревнованиях не участвовала. Не то, чтобы я сильно струсила, хотя присутствовал и данный факт, просто я реально смотрела на свои возможности.

Что толку обладать огромной силой, если не умеешь использовать ее по назначению. А значит место мне на скамейке запасных.

И слава богу.

Выходные, как на зло, выдались солнечными и теплыми. А потому, когда с утра пораньше, еще до завтрака, ко мне примчалась Дана и с порога пригласила провести весело время с ребятами, я было открыла рот, чтобы согласиться, как тут же память услужливо подсказала мне о том, что я обещала быть совсем в другом месте.

— Ну Лада, ну, — сказала Данка, покосившись недовольно на мою соседку, которая уже не спала. Лежа в кровати, Сима слушала что-то через наушники, демонстративно игнорируя зеленоволосую ведьму.

Я посмотрела на обеих и вдруг поняла, что толика правды в словах Серафимы определенно была. Потому что эти двое друг друга терпеть не могли. И эмоции были отчетливо заметны на лице Даны.

Впрочем, она быстро взяла себя в руки и склонившись ко мне, принялась теребить, разбудив своим голосом и дремавшего в шкафу Федора.

— Ну же, Лада, соглашайся! Будет весело, — пыталась уговорить меня девушка.

— Дайте поспать хоть в выходные, — пробурчал отчего-то недовольный домовой.

Мы с Даной переглянулись и она подмигнула с самым заговорщицким видом.

— Там будут Ваня и Макс, и Светка с Женей, — продолжила уговаривать подруга, но я лишь села поудобнее в постельке и отрицательно покачала головой.

— Хочу. Но не могу. Уже пообещала быть в другом месте.

— Это где это? — не поняла Дана. — Что, домой пойдешь?

— Нет. Не домой. Мне надо в библиотеке князю помочь с книгами. У нас уговор, — ответила я.

— Тю, — тут же расслабилась девушка. — Он же мертвый. Не станешь же ты, право слово, держать слово перед каким-то призраком? Ну сходишь потом, завтра, например, и поможешь. Все же, нельзя отрываться от коллектива, — со смехом сказала она.

Мне ее отношение к обещаниям как-то не понравилось.

— И что, что призрак? — я сдвинула брови, а подруга перестала улыбаться. — Я ему обещала. Он мне помог. А значит, я помогу ему. К тому же, не знаю, сколько там работы. Возможно, за субботу и не успею справиться. А тратить еще одну неделю выходных как-то не хочется, — объяснила Дане.

Та передернула плечиками и встала с моей кровати.

— Ладно. Как знаешь. Наше дело предложить… — протянула она и кивнув домовому, выбравшемуся из шкафа, вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Федя прошел к кровати, на ходу почесывая затылок. Затем зевнув, спохватился и прикрыл рукой рот.

— Доброе утро, — сказала, обращаясь к своему помощнику.

— Доброе, — буркнул он совсем не радостно. — Хотел сегодня поспать. И вот, не дали.

— А ты днем отдохни. Меня как раз не будет, — предложила маленькому мужчине. — В библиотеку иду.

— Да я уже понял, — он снова зевнул и согласно кивнул. — Ладно, попробую днем. Да только это не дело днем спать.

Я откинула одеяло и встала. Не хотелось остаться без завтрака, прежде чем отправлюсь в книжное подземелье к Никите. И да, конечно же, был соблазн погреться на солнышке вместе с сокурсниками. Но я удержалась. Правда, прежде чем отправиться в ванную комнату, подошла к окну и выглянула наружу, радуясь солнечному свету и уходящему теплому дню, возможно даже последнему в этой затянувшейся осени.

Но что поделаешь. Слово не воробей, решила я и отправилась приводить себя в порядок.

Когда вышла, Сима уже была на ногах. Более того, она успела застелить кровать и прошла мимо меня в ванную, перебросив через плечо полотенце.

Мою постельку уже прибрал Федя. Оставалось лишь одеться и спуститься к завтраку.

Я направилась в сторону шкафа, когда услышала непривычное:

— Пойдем вместе в столовку?

Надо же, Сима решила заговорить и более того, предложила мне куда-то пойти вместе?

Я даже развернулась, чувствуя, что челюсть плавно падает вниз.

— Что? — проговорила, не веря своим глазам и ушам. — Ты и со мной?

— Почему нет? — пожала плечами соседка. — Я не настаиваю. Понимаю, что твои друзья не одобрят, — как-то криво усмехнулась рыжая.

— Хорошо. Я тебя подожду и пойдем вместе, — сама не знаю, что меня потянуло согласиться, но увидев странный довольный блеск в глазах Симы, вдруг поняла, что поступила правильно. Причем, второй раз за сегодняшний день.

Стоило Симе скрыться за дверью, как Федя поднял на меня глаза. Домовой, как и я, был удивлен поведением рыжей.

— О, как, — сказал он. — Как бы теперь погода не испортилась, — пошутил маленький помощник.

— Сама в шоке, — шепнула в ответ, — но, если она делает первый шаг, я должна ее поддержать, — проговорила уверенно. — Ребята поймут.

Сима вышла спустя пять минут. Оделась она со скоростью новобранца в армии, затем взглянула на меня и дружелюбно отрапортовала:

— Я готова. Идем.

— Идем, — кивнула и первой вышла из комнаты, кивнув на прощание домовому.

Мы выдвинулись по коридору. На нас как-то сразу стали обращать внимание. Кажется, не только я одна была удивлена разительной переменой в Симе. Те, кто ее знал, даже оглядывались на нас. Я же шагала, гордо вздернув подбородок. В конце концов, что тут такого? Я живу с рыжей в одной комнате. И это нормально общаться со своей соседкой, тем более, что мы еще и учимся на одном курсе.

Отчего-то особенно сильно хотелось увидеть Дану. Но как на зло я не встретила ее ни в холле, ни в столовой.

— Не стремно тебе со мной? — уточнила Серафима, когда мы заняли один столик, водрузив на него подносы с едой.

— Нет, — сказала честно.

Девушка пристально посмотрела мне в глаза, благо сделать это ей было очень удобно, ведь мы села друг против друга. Затем, спустя миг, она улыбнулась, и эта улыбка изменила ее лицо, придав ему удивительного очарования.

«А она премиленькая, когда не корчит из себя обиженку на весь свет!» — подумала невольно.

Мы поели в молчании. Столовая шумела. Студенты живо обсуждали выходные. Кто-то уехал, кто-то только собирался это сделать, а были и те, кто намеревался остаться и провести весело время в стенах академии.

Но часть учащихся, таких, как я, будут грызть гранит науки…

…или помогать древнему призраку разбирать горы книг. Вряд ли их будет меньше, иначе Никита не попросил бы меня о таком одолжении.

Уже закончив с едой, покосилась на Симу.

— Ты щас куда? — спросила я, поднимаясь из-за стола.

— В комнату. Буду учить теорию. А ты?

— В библиотеку, — ответила со вздохом.

— Заниматься? — оживилась рыжая.

— Если бы, — я улыбнулась. — Буду местному библиотекарю помогать, — сказала, поставив на поднос грязную посуду.

— А, — протянула девушка. — Никите Алексеевичу? — проговорила она с пониманием и тут же добавила, — Волконский хороший парень. Ну то есть, был когда-то. Но своеобразный. Зато, если найти к нему правильный подход, то он позволит тебе читать те книги, которые недоступны пока первокурсникам. А там, поверь, есть интересные вещи.

Она говорила это со знанием дела.

— Поняла, — сказала я. — Ну ладно, я пошла. Раньше встанешь, раньше сядешь, как говорится.

— До вечера, — кивнула рыжая и принялась за компот.

Высокая дверь, за которой скрывалась библиотека, поддалась с ужасающим скрипом. Открывая ее почему-то подумалось обо всем на свете, начиная с вурдалаков и вампиров, которых может скрывать полумрак, царивший в библиотеке. Но стоило войти, как я удивленно моргнула, заметив, что кто-то раскрыл шторы и теперь полки с книгами заливал дневной свет.

Нет, светло было не везде. Дальше, метров через пять, стеллажи утопали во мраке, но здесь, где находился стол библиотекаря, было довольно светло и совсем не страшно.

— Привет! — сказала я, ожидая, что Никита выпрыгнет из пустоты рявкнув свое «Бу!», но никто не спешил меня пугать.

Я почесала затылок, затем скинула с плеч рюкзак, нагло поставив его на стол Волконского, и прошла вперед, оглядываясь по сторонам.

— Алексеевич! — позвала снова. — Никита Алексеевич, светлый князь, я прибыла к месту возвращения долга, как мы и договаривались!

И снова тишина.

Я миновала ту часть библиотеки, где было светло, постояла на границе с темнотой, а затем решительно вошла в нее, продолжая звать библиотекаря по имени-отчеству.

— Ну вы где, монсеньер? — проорала почти невежливо.

Ну вот. Сам звал, просил помочь, и не явился.

Где он, интересно, пропадает? В подвале ловит крыс, или чем там занимаются благородные призраки его статуса.

— Бу! — раздалось из темноты так неожиданно, что я таки испугалась. И даже подпрыгнула, чем развеселила появившегося Волконского.

— Ну, елки, — вырвалось невольное.

— С палками, ага, — пошутил Никита и завис в воздухе важно скрестив на груди руки. — Явилась. Не ожидал.

— Как не ожидал? — возмутилась я. — И зачем пугаешь, а?

— А потому что это весело, — отозвался Волконский и заржал вполне себе живенько. — Ты шла такая самоуверенная, что я не удержался, — признался он.

— Ладно. Проехали, — ответила, но про себя решила, что если будет такая возможность, пугану этого пугальщика, да так, что еще раз помрет. Хотя, призраки вряд ли могут умереть повторно. Впрочем, это мелочи. Отомщу при случае и месть моя будет страшна. Вот только ему об этих моих планах пока знать не надо.

— Почему вы сказали, что не ожидали меня? — проявляя уважение к титулу прозрачного парня, спросила я. — Мы же договорились.

— Ну, не все такие честные, — ответил он.

— Да? — я изогнула брови. — Ну тогда ладно. И я пошла отсюда, — а сказав, проворно развернулась и даже успела демонстративно поднять правую ногу с твердым намерением покинуть библиотеку, но призрак оказался более прытким и облетев меня, завис, преграждая путь.

— Ну раз ты пришла… — произнес он.

Я ногу опустила.

— Знаете ли, товарищ князь, не в моих привычках нарушать обещание, если оно дано.

— Вот и отлично! Вот и здорово! — потер ладони Никита. — Айда за мной, — совсем не по-благородному сказал он. — Покажу фронт работ.

— Я хоть до завтра успею? — пошутила, направившись следом за призраком во тьму. Ну да, надеяться, что буду при свете дня работать, уже не стоило.

— Конечно. Там не так много надо сделать, — как-то подозрительно ответил Волконский. И оказалось, что я была права.

Мы миновали длинные ряды с книгами, топая в почти полной темноте. Меня вел призрак, едва светившийся и указывавший дорогу. Если бы не он, я бы тут заблудилась бы. Но Никитка сыграл роль своеобразного тусклого фонаря.

Вывел он меня к стене. На первый взгляд — тупик. Но когда я было спросила, что это за прикол, призрак вдруг сделался серьезным и подплыв к стене, поднял вверх обе руки. Затем что-то произнес и из его ладоней полилось странное зеленоватое сияние.

— Опа! У вас что, магия есть? — проговорила я, но Волконский словно меня не услышал. А еще миг спустя стена дрогнула. На пол посыпалось что-то мелкое, а затем часть тупика отъехала в сторону, открывая следующий зал, более светлый, чем тот, что остался за спиной.

Никитка тотчас залетел внутрь, а я вошла следом с некоторой опаской рассматривая древние стены, украшенные лепкой, и круглый куполообразный потолок, поддерживаемый колоннами.

Здесь тоже были стеллажи. Много. Все они поднимались от пола к потолку, но мое внимание привлекли не они, а груда коробок, стоявших на полу и занимавших почти все пространство от двери и до стен.

Челюсть плавно спикировала вниз. Я даже не успела ее придержать да так и осталась стоять пораженная наглостью Волконского.

Да тут книг-то огогошеньки! Если все эти коробочки полны под завязку, то я если и выйду из библиотеки, то только к концу учебного года.

— Ну-с, — произнес призрак, — глаза боятся, руки делают. Начнем-с.

— Да мы тут до скончания веков будем работать, — предположила осторожно.

Никита подплыл ко мне.

— Так вместе быстрее, — заявил призрак со знанием дела. — Ты главное, коробки открывай, а я уже буду расставлять книги по полкам. Только чур фолианты не открывать, нос в них не совать. Книги редкие, некоторые могут быть опасные, а некоторые этот самый нос и откусить смогут.

Я фыркнула.

— Там на одной из коробок нож для резки бумаги. Им можно легко разрезать скотч.

— Я в курсе, — ответила и прошла вперед. Склонилась над горкой коробок, пытаясь разглядеть этот самый ножик. Нашла не сразу. А как увидела, так и приступила к работе.

В первой же коробке меня ожидал сюрприз. Она оказалась тяжелой, но когда я ее открыла, из коробки повалил туман, да такой густой и отвратно пахнущий, что в носу защекотало. Чихнув, взмахнула руками, стараясь разогнать туман. Никита тут же подлетел и завис рядом, словно чего-то ожидая.

Туман рассеялся на удивление быстро. Я с интересом заглянула в коробку и хмыкнула: она оказалась пустой.

— Это еще что? — спросила у Волконского.

— Книга туманов, — просто ответил призрак, опустился ниже, почти коснувшись ногами пола, сунул руки в пустоту и вытащил….тоже пустоту, но с таким видом, словно там что-то было.

— И где книга? — спросила я.

— А ты что, ее не видишь? — он даже брови приподнял. — Ты же ведьма.

— Вижу только твои руки и все, — призналась честно.

— А ты постарайся, — предложил князь. — Ну, бровками пошевели, ручками подергай, ножкой дрыгни, или что ты там делаешь, когда магию призываешь?

Я потупилась.

— Я не умею ее призывать. У меня магия спонтанная. Сама по себе. Появляется лишь когда я чего-то очень сильно пугаюсь, или что-то угрожает моей жизни.

Никита удивился.

— Странно. А я чувствую большую силу в тебе, студентка Лада Кузьмина, — то ли пошутил, то ли серьезно произнес он.

— Да все чувствуют, вот только она меня не слушает. Сама по себе, — я развела руками и снова взялась за нож, чтобы открыть следующую коробку. Даже отклонилась в сторону, опасаясь, как бы из нее не повалило что-то похуже тумана.

— Думаю, дело не в магии, а в тебе самой, — Волконский поплыл куда-то к стеллажу. Устроил невидимую книгу на полке и вернулся. — Ты сама не веришь в себя. А магия субстанция с характером.

— Я без года неделя как маг, поверишь тут, — сказала и заглянула внутрь коробки. Там оказались самые простые книги. Ну по крайней мере, на первый взгляд.

Никитка книги достал и поплыл куда ему одному было нужно. Вернулся еще раз и очередная коробка была оставлена в сторону, а я открыла третью и завизжала от ужаса, подпрыгнув на месте, словно напуганный кот, к которому подкрались со спины.

Да и любая на моем месте, если не испугалась бы, то испытала чувство полного отвращения, потому что из коробки полезли тараканы. Да, да! Самые натуральные тараканы. Здоровые, с усищами и лапищами.

— Фу, — скривила губы.

Волконский бросился ко мне. Взмахнул руками и тараканов словно и не бывало.

— Ага, вот кто хулиганит, — выдал он и извлек из недр коробки самую простую на вид книжку, тонкую, с хлипким переплетом.

— Что за гадость? — изумилась я.

— Это книга отвратительных заклинаний. Редкая, кстати. Под издательством Петра Карельского, — князь посмотрел на меня, — был такой темный маг. Пакостить любил и данную книгу создал для детей. Кстати, в тринадцатом веке она пользовалась огромным спросом. Ее листья созданы из свиной кожи, а иллюстрации и текст написаны кровью.

— Свиной? — уточнила на всякий случай, но Волконский почему-то промолчал и я поняла — не свиной.

— А почему тараканы полезли? — спросила.

— Это книга хулиганит, — отозвался парень и взяв еще несколько книг, полетел ставить их на нужные полки.

— Так, — я посмотрела ему вслед. — Ты бы меня что ли предупредил на счет этих пакостей. Вдруг из коробок что-то похуже полезет? Крокодилы там всякие, змеи, или еще какая ерунда.

— Нет, если бы это было опасно, я бы тебя не позвал, — донеслось из темноты.

Отчего-то не особо вдохновившись ответом призрака, к следующей коробке подошла с опаской. Но к моей пущей радости, внутри оказались исключительно книги. Как и в следующей.

— Я слышал, ты в соревнованиях участвовать будешь? — вдруг спросил библиотекарь, пока я работала с длинной коробкой в мой рост размером.

— Откуда? — спросила, сдувая челку со лба.

— Студенты народ говорливый, а я умею спрашивать, — сказал Никита.

— Нет. Я просто участвую в подготовке. На сами соревнования и носа не покажу. Нам Соловей показал этих мастадонтов из другой академии, ну, противников наших, — вжик, и нож разрезал скотч. — Там не студенты, а какие-то маги убийцы просто. А мне жить хочется.

— Я понял, — кивнул парень. — Просто, если хочешь, и если надо, могу помочь с литературой. Конечно же, читать придется здесь. Так как книги исключительно для преподавательского состава.

Я открыла коробку, выдохнула с облегчением, когда на меня ничего не полезло из ее глубин, и повернула голову к парню.

— Ой, боюсь твоя помощь будет мне дорого стоить, — сказала улыбнувшись.

— Самую малость, — он тоже улыбнулся в ответ. — Тем более, что меня об этом попросил Северский.

— Дима? — удивилась я, но тут же поправила сама себя, — куратор Демитр?

— Он самый, — кивнул Никитка. — Мне это, конечно, показалось странным, но я не могу отказать куратору, сама понимаешь.

— И что, мне не надо будет ничего делать в благодарность? — подозрительно прищурив глаза уточнила я.

— Разве что саааамую малость, — повторился парень.

— Звучит как-то подозрительно, — хмыкнула я. — Но спасибо. Буду иметь ввиду.

Призрак кивнул и проговорил, указывая на гору коробок:

— Ну что, продолжим?

— Будто у меня есть выбор, — ответила с усмешкой.

Северский пришел, когда комната девочек пустовала. Он постучал в дверь и дождался, пока домовой откроет.

Федор вышел на порог сонный и явно недовольный тем, что его потревожили.

— Ходят тут всякие, спать не дают, — проговорил было маленький мужчина, но едва увидев Демитра, тут же удивленно приподнял брови.

— Я пришел поговорить, — сказал куратор. — Впустишь?

— Со мной? — поразился Федор. — Есть что-то, чего не должна знать моя хозяйка? — предположил он.

Кивнув, Демитр вошел. Федя закрыл за ним дверь, лениво махнув рукой, и последовав за гостем, пригласил его присесть на стул. Сам же взгромоздился на кровать Лады и посмотрел в ожидании на Северского.

— У меня есть просьба, — сказал куратор, затем с легкостью извлек из кармана тонкую цепочку и протянул ее Феде.

Домовой еще не прикоснувшись к украшению перевел вопросительный взгляд на мужчину.

— Что это? Цепочка просто фонит от магии, — сказал он.

— Когда Лада наденет ее на шею, или когда ты наденешь ей его, фонить перестанет. Более того, цепочка будет незаметна никому, — пояснил Демитр.

— Я не стану делать ничего такого, — буркнул недовольно домовой.

— Станешь, — коротко хмыкнул куратор. — Боюсь, это в интересах Лады.

— Так и отдайте его ей сами, зачем использовать меня? — удивился домовой.

— Я не хочу, чтобы она знала. Так будет лучше, — Демитр снова протянул цепочку и почти силой вложил ее в ладонь домового. — Ладе грозит опасность. Просто поверь мне. Я тот, кто беспокоится о твоей хозяйке и я тот, кто сможет ей помочь.

— Опасность? — удивился Федя опустив взгляд на почти невесомое украшение.

— Вероника Земская, знаешь такую? — с долей иронии спросил куратор.

— Шутить изволите? — сдвинул брови домовой.

— Нет. Я боюсь, что она замешана в очень темных делах. И да, помню, ты говорил, что Ника не из тех ведьм, кто отступится от своего. А она явно считает, что сила, которую получила Лада, принадлежит ей, Земской. Она постарается ее забрать.

— Но… — маленький мужчина даже руками развел, — здесь в академии Лада в безопасности, не так ли?

— Очень на это надеюсь и все же, я хочу, чтобы она была под моим контролем. Я должен знать, что с ней происходит, — Демитр вздохнул. — И ты знаешь, что я искренен и не желаю ей зла.

— Знаю, — кивнул Федор. — Вас, кураторов, заставляют дать клятву и прочее.

— Да, — кивнул Северский. — Поэтому прошу, приглядывай за Ладой и эту цепочку надень на ее шею. Но пока не говори ни слова. По поводу Ники она предупреждена и все же, считай, я перестраховался.

Федор опустил взгляд, посмотрел на украшение, подумал несколько секунд, затем сжал цепочку в кулак и произнес:

— Хорошо.

На губах Северского мелькнула улыбка.

— Спасибо. — Он шагнул к двери. — И не говори ей, что я приходил, — добавил куратор, уже покидая комнату.

Кивнув, домовой последовал за мужчиной и закрыл за ним дверь. Вернувшись, он забрался на кровать и лег, положив под голову ладонь. Во второй руке он крепко сжал цепочку.

Сон не шел. Мысли то и дело возвращали его к разговору.

Как бы ему хотелось, чтобы Ника успокоилась и оставила Ладу. Но Северский прав. Земская не из тех ведьм, кто отдаст то, что считает своим.

Но, возможно, здесь было замешано нечто более важное, чем просто право наследования.

Что, если все не так просто, как кажется на первый взгляд?

Федя резко сел. Открыв пространственный карман, он положил в него цепочку, решив, что придумает, как уговорить девушку надеть украшение на шею.

Куратору он доверял. Чувствовал, что мужчина хочет помочь Ладе. И все же это ощущение недосказанности волновало домового.

«Надо и мне приглядеть за хозяйкой!» — решил маленький мужчина и взмахом руки закрыл карман, после чего спрыгнул на пол, понимая, что сегодня уже не уснет.

Я не пошла на обед. Хотелось как можно скорее покончить с этими бесконечными коробками и книгами. Но к вечеру устала настолько, что уже не удивляли даже самые редкие из фолиантов. А ведь были и такие, которые слепили глаза ярким светом, стоило открыть коробку, или даже воняли, словно в коробке перевозили скунса. Были и те, кто неожиданно открывался и тогда со страниц книги вытягивалась рука, или вылетали светящиеся феи, которых Никита после загонял назад, ворча, как старый дед.

Но все же мы справились. Правда я после распростерлась прямо на полу, вытянув руки-ноги и закрыв глаза, ощущая себя так, словно не коробки открывала, а в поле пахала.

Призрак тоже показался мне уставшим. Но разве призраки устают?

И все же, он даже светился меньше прежнего.

— Ты чего это? — спросила, сев и глядя на зависшего в воздухе Волконского.

— Магии много потратил, — пояснил парень.

— А… — протянула со знанием дела, сообразив, что незаметно для себя стала тыкать благородному князю. Ой, непорядок. Надо исправиться.

— Я, наверное, пойду, — добавила и встала на ноги.

— Давай, Кузьмина. А я провожу до дверей, — ответил Никита и мы выдвинулись к выходу из хранилища. У самой двери я не выдержала и оглянулась. Бросила взгляд на все эти книги, а их здесь было ой как немало. Вот только что-то подсказывало мне, что такие фолианты редко читают и только по особенной надобности. Иначе их не прятали бы от всего света. Хотя, если такую вот пукающую книгу поставить в библиотеке, то ни один студент не сможет там долго находиться. Пукала она прилично. Да и книга с тараканами тоже мало приятного. А если из нее вместо насекомых крысы полезут, а потом все эти книги погрызут?

Впрочем, меня это мало касалось. Думаю, Никита знает свою работу.

Мы миновали тайную дверь, вернулись в темноту библиотеки и я снова пошла за светящимся призраком, пока не увидела вдалеке свет. Минута-другая и вот мы у выхода.

Никита обернулся, пропустил меня вперед, подождал, пока надену рюкзак и улыбнулся.

— Благодарю за проделанную работу, студентка Кузьмина. Признаюсь, не ожидал, что придешь. И не ожидал, что выдержишь.

— Ага, сама удивлена своей прытью, — пошутила я и добавила, — ну, бывайте, светлый князь. А я бегом в столовую. Есть так хочется, что живот к спине прилип.

Никита глаза округлил, затем потупил взгляд.

— Точно. Я забыл отпустить тебя на обед. Я-то не ем, вот и…

— Ладно, — я махнула рукой, поправила лямки на плечах и шагнула к двери. — Пока, — добавила радостно и переступила порог.

Радовалась я тому, что выполнила обещание и больше ничего не должна Волконскому.

Ну и еще радовало то, что завтра у меня законный выходной — воскресенье. А значит, до обеда точно буду спать, спать и еще раз спать. Ведь перед новой учебной неделей надо бы и отдохнуть. Не все же время грызть гранит науки и призракам помогать.

А потому, почти подпрыгивая на месте, крайне довольная собой, я поспешила по ступенькам наверх, мечтая только об одном — хорошенько подкрепиться перед сладким сном.