Тайна блаженной Катрин (СИ)

4

— Катрин, будьте за моей спиной, — произнёс лекарь, — если кто-то появится, опустите голову и молчите, я всё улажу сам. — Мужчина выглянул в коридор. — Тихо, пошли, — скомандовал он и шагнул за порог теперь уже моей бывшей спальни.

Я последний раз посмотрела на заплаканную нянюшку, ободряюще ей улыбнулась и, послав прощальный воздушный поцелуй, поспешила за лекарем.

Ночь уже давно вступила в свои права, мы беспрепятственно миновали все коридоры и оказались в просторной кухне замка. В помещении царил мягкий свет, а в воздухе витал восхитительный аромат ванили и корицы. У большого дубового стола спиной к нам стояла полноватая женщина, занимаясь приготовлением теста.

Лекарь, приложив палец к губам и заговорчески мне подмигнув, тихонько подошёл к поварихе и шустро схватил женщину за весьма объёмную талию.

«Ах ты ж, чертяга заморская, напугал!» — весело воскликнула повариха, заразительно захохотав и смачно поцеловала мужчину в губы.

От столь неожиданной сцены я смутилась и опустила глаза.

— Госпожа баронесса, если бы я не знала, что это вы, то никогда бы не догадалась, — произнесла розовощёкая женщина, с довольным видом оглядывая меня со всех сторон.

Неожиданно раздался громкий мужской храп и невнятное бормотание в конце кухни за цветной занавеской. Я непроизвольно вздрогнула.

— Не пугайтесь, госпожа, это кучер графский, вусмерть пьяный, спит.

-Как вы и просили, месье лекарь, напоила и спать уложила, две бутыли вина вылакал, зараза, теперь до утра дрыхнуть будет.

— Мадмуазель Жанет, благодарю! — лекарь многозначительно подвигал бровями.

Повариха, ещё более разрумянившись, расплылась в улыбке, выражающей полное удовлетворение.

— Мой брат уже ожидает вас, и вот, — она протянула лекарю корзину, наполненную снедью, укрытой белоснежной салфеткой.

— Мадмуазель Жанет, вы так внимательны и заботливы, — произнёс мужчина, нежно прикасаясь губами к полной руке поварихи, испачканной мукой. — Вы не забудете мою просьбу? — спросил он, не прекращая своих нежных поцелуев.

— Не извольте беспокоиться, месье, скажу, что видела девицу, выходящую из кухни на хозяйственный двор, а кто она такая — мне неведомо.

— С меня презент, дорогая, — он схватил её и, притянув к себе, с придыханием в голосе и обожанием во взгляде прошептал: «Восхитительная».

Мы наконец покинули кухню после продолжительного и страстного поцелуя влюблённой парочки.

Я с наслаждением вдохнула ночной воздух, наполненный ароматом сена и цветущих растений. Огляделась.

— Катрин, идёмте, нам надо спешить, — сказал лекарь и направился к карете, которая стояла возле каменных построек, напоминающих конюшни.

— Ну кто бы говорил, — хмыкнула я, вспомнив страстные сцены на кухне, и последовала, улыбаясь, вслед за ним.

-Сейчас доедем до реки и разложим ваши вещи на берегу. Потом свернём на тракт и к вечеру следующего дня будем уже в Париже, — сказал Арджун, подавая мне руку и помогая устроиться на мягких сидениях кареты, постучал в стену, послышался свист хлыста, и наше транспортное средство, покачнувшись, тронулось в путь.

В экипаже царили полумрак и безмолвие, лишь лёгкий скрип колёс нарушал эту тишину.

— Арджун, вы индус? — спросила я, чтобы нарушить неловкое молчание.

Лекарь молча сидел напротив, скрестив руки на груди и пристально глядел на меня. «Зачем вы спрашиваете, баронесса? Вы и так знаете ответ. А вот кто вы сами, сударыня?» — спросил он, слегка наклонившись ко мне.

Я нервно сжала руками юбку. Вот я идиотка, понятно же, что он далеко не дурак. За его непосредственной весёлостью скрывался острый ум. Я сама дала ему пищу для размышлений, и теперь любое придуманное мной объяснение будет выглядеть дешёвым фарсом.

-Катрин, в тех местах, где я вырос, происходили удивительные вещи. Я многое видел, и этому нет объяснений. Но то, что они действительно были, это факт. Так кто же вы?

-То, что я вам говорила, правда, но... Я замолчала, пытаясь собраться с мыслями. Сейчас мои слова определят мою дальнейшую судьбу. Все будет зависеть от этого человека и его реакции.

— Я помню всё, что было до того, как я оказалась в теле Катрин. Я не из этого времени, Арджун. Я из будущего.

Я внимательно следила за реакцией лекаря. Его лицо застыло от удивления. Несколько мгновений он смотрел на меня, не моргая. Потом вдруг руками хлопнул себя по коленям и воскликнул:

— Я так и знал! Что-то тут не так! Как я сразу не догадался, вы — переселенка.

Теперь его лицо выражало восхищение и восторг.

— Кто я? — теперь настала моя очередь удивляться.

Карета резко остановилась. Мой вопрос повис в воздухе. В следующую секунду кто-то постучал в стекло двери. Мужской голос произнес: «Месье лекарь, река».

— Катрин, я всё обязательно вам расскажу, но и от вас, моя дорогая, я жду подробных рассказов. «А теперь нам надо осуществить задуманное», — и он протянул руку к узелку, лежащему на моих коленях.

Пока Арджун раскладывал мои вещи на берегу, я зачарованно смотрела на виднеющийся вдалеке замок, таинственно освещённый луной, который я так быстро покинула.

— Значит, я всё же попала внутрь, куда так сильно стремилась, — я с горечью усмехнулась и посмотрела на ночное небо, частично закрытое облаками. Мой взгляд выхватил какое-то несоответствие в ярком ночном светиле, но моя мысль, так и не успев сформироваться, была перебита голосом лекаря. «Ну вот и всё, моя дорогая, теперь назад дороги нет, только вперёд», — бодрым голосом сказал Арджун и подал мне руку.

Карета вновь тронулась.

— Баронесса, скажите, а прежде чем вы оказались здесь, были ли на вас какие-либо украшения с драгоценными камнями?

Я посмотрела на свой палец, на котором совсем недавно было бабушкино кольцо.

— Да, был перстень с красным камушком.

— Очень интересно, — лекарь подскочил со своего места и присел рядом со мной. — А какие-либо узоры были на нём?

— На камне была золотая паутинка, похожая на паука.

Арджун схватил своими дрожащими руками мои, его взгляд лихорадочно загорелся.

— Брахма! — воскликнул он и продолжил взволнованным голосом: — Катрин, такого совпадения просто не может быть. Боги послали вас сюда. Знаете, что обозначает паук на моей родине?

Я отрицательно покачала головой и в недоумении уставилась на него, ожидая продолжения.

Брахма — так называют паука в Индии. Брахма плетёт паутину всего сущего. Это некая завеса, скрывающая подлинную реальность. Надо было очень сильно чего-то желать, чтобы прорвать эту преграду, и у вас, моя дорогая, это получилось. Он окинул меня восторженным взглядом. — Вот таких, как вы, и называют переселенцами. А перстень — это проводник. Интересно, как он попал к вам?

- Мне подарила его бабушка перед своей кончиной. Этот перстень передавался из поколения в поколение по материнской линии. А как он попал в нашу семью, мне неведомо. Знаю лишь одно, что наш род до определённого времени носил фамилию де Сансе.

-Получается, что если я найду такой же камень, то смогу вернуться домой. Сквозь тяготившие меня вторые сутки чувства безнадежности и потери стала пробиваться слабенькая, но надежда.

- Теоретически это, конечно, возможно, но должны совпасть многие факторы. Я знаю только некоторые из них: это камень, место и время. К сожалению, баронесса, об остальных мне неизвестно.- Лекарь развёл руками и сокрушённо покачал головой.

Я огорчённо откинулась на спинку сиденья.

Арджун с жалостью посмотрел на меня. «Катрин, ну не всё так плохо, если посмотреть с другой стороны, вам дана новая жизнь в новом для вас мире, и если хорошо подумать, то ваше попадание сюда несёт некоторый смысл. Возможно, причина, по которой вы находитесь здесь, совсем неслучайна».

- И какая, например? - скептически спросила я.

- Например, что-то исправить, какую-то несправедливость или ошибку ваших предков, вариантов может быть много, - мужчина ободряюще пожал мою руку.

- Возможно, вы и правы, месье, возможно, и правы, - задумчиво ответила я ему, вспоминая недавний сон, и покосилась на рядом лежавшую скрипку.

Мы некоторое время ехали молча, каждый думал о своём.

— Катрин, заранее приношу свои извинения за своё любопытство, но вы не могли бы приоткрыть мне завесу будущего: из какого вы века и кем вы были там? — глаза лекаря загорелись жаждой знаний.

— Я из двадцать первого века, — ответила я, наблюдая за реакцией Арджуна. Глаза его широко распахнулись, и в немом изумлении приоткрылся рот.

Решила сделать небольшую паузу, давая ему возможность переварить услышанное.

— Однако! — громко выдохнув, наконец сказал он.

— Меня зовут Екатерина Тихомирова. Я родилась в России и по профессии врач. — Увидев непонимание в глазах мужчины, я поправилась: — Лекарь. Правда, не знаю, пригодятся ли тут мои знания дерматолога и пластического хирурга. — Я усмехнулась. Арджун смотрел на меня, не отводя взгляда, по его выражению лица было понятно, что его мозг сейчас напряжённо работает в авральном режиме.

Он некоторое время бормотал себе под нос новые для него слова. - Вы учёная? - наконец спросил он.

- Ну, для этого времени скорее да, чем нет, - я утвердительно кивнула головой, улыбнувшись.

- Хирург — это кто?

- Это лекарь, проводящий операции, удаляет, зашивает и многое другое. Хотя у меня немного другая специфика, но сделать кесарево и удалить аппендицит я точно смогу. Правда, без антибиотика выживаемость таких пациентов будет весьма низкая.

- Этим у нас занимаются цирюльники. А что такое антибиотик?

Антибиотик — лекарство биологического происхождения, способное подавлять рост микробов или полностью их уничтожить.

Подумав, решила пояснить: «Микробы — это живые микроорганизмы, живущие везде, простым взглядом увидеть их невозможно. Есть микробы абсолютно безвредные для человека, а есть, например, такие, которые, попадая в открытую рану, вызывают её воспаление, загноение, и как итог — заражение крови, несущее с собой в последствие смерть пациента».

- А вы сможете такое лекарство воссоздать здесь? - Лекарь даже затрясся, насколько он был сейчас возбуждён от информации, полученной от меня.

- Смогу, если будут условия, для этого мне потребуется лаборатория и плесневелый хлеб, очистить готовое лекарство полностью от примесей нам навряд ли удастся, но всё же своё предназначение оно будет исполнять исправно.

Арджун опять схватил меня за руки. «У вас, Катрин, для этого всё будет, я вас как раз хотел пристроить у своего друга. Месье Марсель держит в Париже аптекарскую лавку и состоит в учёном совете при королевском дворце. У него недавно погибла в родах единственная дочь. Возможно, нам его удастся уговорить справить вам документы на её имя. Да-да, после того как он услышит от вас, что вы можете, он непременно согласится. Непременно согласится», — возбуждённо проговорил он и нервным движением руки взъерошил на голове свои волосы.

- Месье, по правде говоря, я бы совсем не хотела, чтобы кто-либо, кроме вас, знал мою историю о попадании сюда.

- Придумаем что-нибудь, не переживайте, а дальше сами решите, когда поближе с ним познакомитесь, раскрывать ему свою тайну или нет. Он вам непременно понравится, очень занимательная личность, поверьте мне.- Я согласно кивнула. И он, удовлетворённо улыбнувшись, дружески похлопал меня по руке.

Несмотря на высокую степень эмоционального напряжения и возбуждения, вызванного нашим разговором, физиологическое истощение постепенно брало верх не только меня, но и Арджуна.

Решив обоюдно оставить разговор до завтра, мы оба мгновенно уснули.

— Госпожа баронесса, пора вставать! Завтракать и отправляться в путь, — раздался знакомый голос. Я с трудом очнулась после сна, села и, моргая, осмотрелась. Всё тело ныло после ухабистой дороги. Потянувшись, я размяла затекшие мышцы.

— Катрин, как вы себя чувствуете? — спросил озабоченным голосом лекарь, стоявший возле двери экипажа.

— Сносно, месье, но от нурофенчика или на худой конец аспиринчика я бы сейчас не отказалась. У вас случайно не завалялось что-то подобное? — спросила я, улыбаясь, у растерявшегося лекаря и добавила.

— Хинин, господин лекарь, я имею в виду хинин, всё так болит, это просто ужас какой-то. — Я встала и, подав руку виновато улыбнувшемуся мне мужчине, вышла из кареты.

- К сожалению, баронесса, я ничего подобного с собой не брал, - извиняющимся голосом ответил он .

- Забудьте, - махнула я рукой, принюхиваясь.

Наступило утро. Первые лучи солнца едва-едва коснулись верхушек деревьев. Карета стояла в лесной чаще неподалёку от дороги. Кучер суетился у костра, от которого исходил восхитительный аромат свежесваренного кофе.

После утреннего туалета я с комфортом расположилась на заранее подготовленном пледе и с удовольствием сделала глоток горячего напитка, который сразу же взбодрил меня. Настроение поднялось, и мир вокруг заиграл новыми яркими красками.

Через некоторое время лекарь отправил кучера немного отдохнуть, а мы с ним неспешно продолжили наслаждаться вкусной едой и вести неторопливую беседу.

— Арджун, здесь случайно разбойники не водятся? — спросила я, настороженно прислушиваясь. — Мне кажется, кто-то скачет.

— Мы едем по тракту Катрин, который ведёт в Париж, здесь довольно оживлённая дорога, — ответил мне лекарь, провожая взглядом промчавшегося всадника, который оставил после себя клубы поднявшейся пыли.

Я продолжала внимательно наблюдать за наездником, и не зря. Всадник неожиданно развернулся и направил коня в нашу сторону.

Мы, не сговариваясь, рефлекторно вскочили на ноги.

Лекарь, не теряя ни секунды, скомандовал: "Катрин, немедленно направляйтесь к карете", - одновременно выхватывая шпагу из ножен, закрепленных на перевязи.

Всадник натянул удила, и конь, встав на дыбы, остановился.

-Господин лекарь, приветствую вас, чуть мимо не проехал, хорошо, карета с графскими гербами, позвольте представиться, гонец его сиятельства, шевалье Лепаж, — прокричал мужчина, спрыгивая с возбуждённого животного. — У меня послание к вам от графа, господин граф велел вам передать, чтобы вы оставались в его парижском доме до его прибытия. Всадник перевёл на меня подозрительный взгляд и стал внимательно меня рассматривать.

— А что, собственно, случилось, позвольте у вас узнать, месье шевалье, — спросил напряжённым голосом Арджун.

— Случилось, баронесса покончила с собой. Его сиятельство отправил меня с донесением к королю, — так и не спуская с меня глаз, ответил он.

— Как это произошло? — воскликнул лекарь с неподдельным удивлением.

— Она утопилась. А это кто с вами, месье? — Мужчина, прищурившись, подошёл ко мне.

— Что вы так на меня смотрите, сударь? Своим поведением вы меня смущаете. На мне узоров нет и цветы не растут, — с вызовом сказала я и подбоченилась.

Гонец моментально расслабился и, подкрутив ус, окинул меня уже совсем другим, заинтересованным взглядом, спросив, обращаясь к Арджуну: «Где вы взяли столь прелестное создание, месье лекарь, что-то я таких красоток в замке не припомню».

— Позвольте представить вам, месье, дочь моего друга, мадам Гюлен. Я взял на себя обязанность сопроводить её в Париж и передать в целости и сохранности в руки её заботливого отца. В замке она не служит.

— Гюлен, Гюлен, это не тот ли Гюлен, что держит аптекарскую лавку в центре Парижа? — улыбаясь мне во все тридцать два зуба, спросил он у Арджуна.

— Так и есть, месье.

— Наслышан, мадам, что вы с некоторых пор вдова, примите мои искренние соболезнования в связи с потерей мужа и ребёнка. Но я весьма счастлив, что вы всё же оправились от тяжёлой болезни. Извольте испросить у вас дозволение нанести вам визит в доме вашего батюшки. — Он мне поклонился и, продолжая сиять своей белозубой улыбкой, уставился на меня, ожидая моего ответа.

Я растерянно перевела взгляд на лекаря, совершенно не зная, что ответить гонцу в данном случае.

— Не думаю, что это будет уместно, шевалье, ведь мадам всё ещё в трауре, — пришёл мне на выручку лекарь. Я поспешно отвернулась, стараясь скрыть облегчение, отразившееся на моём лице.

— Приношу свои глубочайшие извинения, сударыня, за свою легкомысленность. Однако я умоляю вас не лишать меня возможности снова увидеть вас.

Он протянул мне руку, я ответила ему тем же, и он, галантно поклонившись, приложился губами к моей ладони.

Быстро распрощавшись с лекарем, шевалье вскочил на коня и уже через мгновение исчез за поворотом дороги.

- Фу, - с облегчением выдохнула я, облокотившись на карету. - На мгновение я уже подумала, что всё, мы разоблачены.

- Вы вовремя ответили ему, Катрин. Это сняло все его сомнения. Все знают, что баронесса немая.

- Но как нам быть дальше? Ведь он знает месье Гюлена.

- Не переживайте, дорогая, лекаря знают все, вся знать посещает его, когда возникает потребность в тайном лечении, - Арджун многозначительно поднял брови и усмехнулся.

- В тайном лечении?

- Срамные болезни, мадам. Поговаривают, что даже сам король к нему обращался, но я думаю, что это всего лишь сплетни.

А его дочь? Тоже все знают? Я в сомнении покачал головой.

- Месье Гюлен в Париже проживает только последние три года, он служил несколько лет в Индии, хорошо там подзаработал, вернувшись, купил аптекарскую лавку и патент. А Жанна, так звали его дочь, вышла замуж ещё до его отъезда в Индию, полтора месяца назад от лихорадки умерли её муж и сын. Гюлен просил меня её привезти, как только будет возможность попасть в Париж. И вот, — Арджун достал из кармана сюртука свёрнутый лист бумаги. — Читайте, мадам, два дня назад получил.

В послании говорилось, что у месье Гюлена произошла трагедия: его дочь умерла при родах, которые начались раньше срока. Ребёнок родился мёртвым.

— Ужас какой! И лекарь ничего ещё не знает?

— Нет, и, к сожалению, вестником её смерти буду я.

— А родственники что?

— Только по мужу, у мужа Жанны от первого брака остался сын, и, соответственно, всё имущество её мужа перейдёт ему. Так что, Катрин, вам не стоит беспокоиться. Жанну в Париже никто никогда не видел, а родственнички даже носа показывать не будут, они уже и так всё получили.

- Ну хорошо, а почему вы так уверены, что месье Гюлен согласится выдать меня за свою дочь?

Арджун загадочно улыбнулся и с довольным видом откусил пирожок с мясом. - Как только вы его увидите, дорогая, то сами поймёте.

- Заинтриговали, - ответила я, подойдя к импровизированному столу, взяла жареную тушку цыплёнка и оторвала от него крылышко. Присела на покрывало и, медленно пережёвывая восхитительное мясо, постаралась проанализировать произошедшее здесь.

Если лекарь говорит правду, то всё для меня очень даже удачно складывается. Мне везёт, что уж там, будем смотреть правде в глаза. А если я ещё и метрику получу на руки, то я буду совершенно свободна. Как только я немного освоюсь в этом мире и пойму, что к чему, можно будет рвануть в Прованс, в поместье, что указано в спрятанной грамоте, подальше от всех, кто знал эту бедняжку, чьё место теперь заняла я.

- Скажите, Арджун, а женщинам разрешено здесь лечить людей?

-Женщина-лекарь? Никогда даже не слышал о таком. Повитуха, да и то это если в сельской местности. Ну или кто не может оплатить лекаря, есть знахарки. Женщин никогда не допустят к учёбе и тем более к практике, дорогая, удел женщин-аристократок — радовать мужа своей красотой и рожать ему наследников.

- Но я теперь не буду аристократкой, так ведь?

- К сожалению, да.

-А вот я совершенно не испытываю никакого сожаления. Я же смогу, например, держать лавку или таверну, будучи простой горожанкой и не замужем?

- Всего лишь в одном случае, если вы вдова, дорогая.

- Отлично!

Лекарь непонимающе посмотрел на меня.

- Если всё получится, как вы говорите, Арджун, то я как раз и буду вдовой и смогу зарабатывать себе на жизнь самостоятельно. Осталось только придумать чем. - Я посмотрела на лекаря, который внимательно меня слушал. - Помнится, вы говорили, месье, что у господина Гюлена есть лаборатория?

- Есть, как не быть, он же аптекарь.

— Это очень хорошо, очень, — сказала я, задумавшись о зарождающейся идее в моей голове. Конечно, моё будущее, как говорится, ещё на воде вилами было писано, но я, привыкшая планировать и продумывать всё заранее, мечтательно улыбнулась.

Мы продолжали движение, почти не делая остановок, чтобы успеть добраться до города засветло. На протяжении всего пути лекарь расспрашивал меня о чудесах моего времени и, цокая языком от восхищения, что-то усердно записывал в свой блокнот в кожаном переплёте.

Когда же я пыталась узнать, кем он был в Индии и как оказался здесь, он сразу же переводил разговор на другую тему. Единственное, что мне удалось выяснить, — это то, что граф оказал ему большую помощь и привёз его с собой во Францию, поселив у себя в замке.

Перекусив в обед, не выходя из кареты, я, сытая и утомлённая разговорами, не заметила, как задремала.