Время других. Перезагрузка

Глава 9 Горничные, яхты и джентльмены удачи

Новое утро встретило меня всё той же роскошной кроватью кинг-сайз, которая, судя по всему, стала моим персональным философским камнем, преобразующим горизонтальное положение тела в вертикальное движение мысли. Или наоборот — вертикальное в горизонтальное, в зависимости от того, с какой стороны посмотреть на проблему лени, инстинктов Пожирателя Плоти и естественного человеческого желания ничего не делать, когда можно полежать.

В комнате занимались уборкой номера всё те же три горничные, которых я уже начинал воспринимать как часть интерьера, неотъемлемую и столь же бездушную, как шкаф, стол или тумбочка. Они напоминали машины, запрограммированные роботы, выполняющие свои функции с механическим постоянством: одна мыла пол — на этот раз работы у неё было действительно много, учитывая количество крови, пролитой сегодня ночью, — вторая меняла постельное бельё, третья протирала мебель.

Я лежал, наблюдая за ними сквозь полузакрытые веки, и размышлял о том, что же такое человек в конечном итоге: сумма его поступков, набор инстинктов, программа поведения, заложенная обществом и культурой, или всё-таки нечто большее, та самая искра божья, о которой так любят разглагольствовать всякие философы и теологи, хотя ни те, ни другие до сих пор не смогли внятно объяснить, что это, собственно, такое и где её искать.

И тут одна из горничных, помоложе — лет двадцати, худенькая, с тёмными волосами, собранными в хвост, — увидела кровь на полу. Большое тёмное пятно, которое её коллега пыталась оттереть тряпкой, явно без особого успеха.

Девушка замерла. На её лице промелькнуло что-то. Не совсем эмоция — скорее намёк на эмоцию, слабый отголосок того, что когда-то, до Вторжения, называлось испугом, удивлением, беспокойством.

Она открыла рот. Закрыла. Посмотрела на меня. Потом снова на кровь.

— Это… — начала она, но голос прервался.

Я присмотрелся к ней внимательнее. Активировал Интерфейс. Проверил параметры.

Имя: Тина

Уровень нейросети: 0 (78/100)

Класс: Отсутствует

Подкласс: Нет

Основные параметры:

Сила:⅖

Ловкость:⅗

Жизнь: 5/10

Энергия: 6/10

Интеллект: 6/10

Семьдесят восемь из ста. Почти на пороге первого уровня.

Я для сравнения глянул на других горничных. У одной прогресс составлял двенадцать единиц, у второй — семнадцать.

А у Тины — семьдесят восемь.

И прямо на моих глазах цифра изменилась. Семьдесят девять.

Она получила очко прогресса. Просто так. От того, что испугалась крови? Или от того, что задала вопрос? Проявила хоть какую-то инициативу?

Интересно.

Возможно, решил я, отталкиваясь от этого наблюдения, моё раннее предположение, что Пустышки никогда не получат Класс либо на это уйдут чуть ли не годы, было преждевременным. Условием ускоренного роста является попадание в нетривиальные ситуации. Ситуации, выходящие за рамки привычной программы поведения. Когда человек вынужден думать, принимать решения, реагировать на неожиданное.

Кровь на полу — это неожиданность. Нарушение рутины. И Тина отреагировала. Пусть слабо, пусть едва заметно, но отреагировала. И получила награду в виде очка прогресса.

А что если…

Эксперимент. Чистой воды научный подход. Проверка гипотезы.

— Ты, — я указал на горничную с двенадцатью единицами прогресса, — попрыгай на одной ноге.

Она застыла. Посмотрела на меня. Лицо пустое. Глаза невидящие.

Пауза затянулась секунд на десять.

Потом она медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление, подняла одну ногу и начала прыгать. Неуклюже. Механически. Раз. Два. Три.

Я проверил Интерфейс.

Прогресс: 13/100.

Получила очко.

Команда, выходящая за рамки стандартной программы уборки номера, заставила её мозг включиться. Обработать нетипичный запрос. Принять решение — пусть и навязанное извне, но всё равно решение.

И нейросеть зафиксировала это как прогресс.

Система действительно поощряет выход за рамки. Нестандартное поведение. Адаптацию.

Я собирался продолжить эксперимент, но внезапно меня накрыла волна раздражения. Зачем я вообще этим занимаюсь? Какое мне дело до горничных? До их прогресса? До того, получат они классы или нет?

Психанул.

— Убирайтесь отсюда, — велел я. — Все. Немедленно.

Горничные замерли. Потом синхронно направились к двери. Тина последней выходила, обернулась, посмотрела на меня. В глазах мелькнуло что-то вроде вопроса. Но она ничего не сказала. Вышла. Дверь закрылась.

Тишина.

Я остался один.

В одиночестве, лежа на кровати — да-да, снова на кровати, кажется, это моё любимое место для размышлений, что, признаться, слегка беспокоит, потому что намекает либо на философскую глубину натуры, либо на банальную лень, и я, если честно, склоняюсь ко второму варианту — я принялся анализировать предыдущий день и ночь.

Такое местоположение либо помогало думать, либо свидетельствовало о лени. Третьего не дано. Хотя, если подумать, возможно, это навязано инстинктами Пожирателя Плоти, всё существование которого сводится к двум простым желаниям: жрать и ничего не делать. Ну, может, ещё жрать. И опять ничего не делать. Замкнутый круг из обжорства и летаргии.

Кадавры, полностью трансформировавшиеся Пожиратели, утратившие разум, по идее, должны быть гиперактивными. Постоянно охотиться, убивать, пожирать. Но я подозреваю, что между приступами охоты они валяются где-нибудь в укромном месте и переваривают добычу. Как питоны. Сожрал антилопу — отдыхай неделю.

У меня пока разум на месте, но инстинкты давят. Хочется лежать. Хочется жрать. Хочется не думать.

Но я заставляю себя думать.

Анализ вчерашних событий.

Гибель Повелителя. Обретение Лейлой нового подкласса Повелительница ночи. Заключение пакта о нейтралитете. Переход на второй уровень нейросети.

В целом, неплохо. Я выжил. Стал сильнее. Избежал конфликта с потенциально опасным противником.

Но остаётся сожаление.

Я не воспользовался телом Повелителя. Не получил его способности. Укус вампира, контроль через кровь, подчинение стаи — всё это могло быть моим. Но я отдал труп Лейле. По доброте душевной. Или по трусости. Не знаю.

Рационально это можно объяснить: риск конфликта был слишком высок, фактор неожиданности утерян, у Лейлы четверо Силовиков. Но иррационально… Мне просто не захотелось жрать вампира. Брезгливость? Усталость? Остатки человечности?

Хрен его знает.

Второй момент, который вызвал диссонанс: поведение Законника, продавца оружия.

Карабин Сайга-МК должен был стоить гораздо больше, чем три тысячи лир. Это элитное оружие. Редкое. Особенно в условиях, когда огнестрельное оружие большей частью не работает. А у него работает.

Цена должна была быть в сто раз выше. Минимум триста тысяч. Или вообще бесценной.

И Законник, следуя своей логике, должен был либо отдать мне карабин бесплатно — на основании необходимости вооружения горожан перед лицом вторжения врага, как я ему и впарил, — либо взять честную, рыночную цену.

Но он взял символические три тысячи. Не бесплатно. Но и не по-настоящему.

Почему?

Ответ очевиден: ментальное подавление Системы Земля Четыре.

Уровень двенадцать. Оно оглупляет. Снижает способность к критическому мышлению. Даже у владельцев классов. Законник действовал по инерции, по привычке. Как до Вторжения. Товар — деньги. Не важно, какая реальная цена. Возможно три тысячи лир это та цена, по которой он совершил свою последнюю сделку перед Вторжением.Не важно, что мир изменился. Важно следовать правилам.

Я, благодаря Сопротивлению ментальному подавлению в двадцать два единицы, вижу это несоответствие. А он — нет.

Это открывает возможности.

Я могу при желании хорошенько поживиться в магазинах, пока те ещё работают. Набрать всего, что душе угодно. Практически бесплатно. Или за символические суммы.

Но тут же пришёл к выводу, что мне практически ничего не нужно.

Еда? В отеле кормят. Авокадо, между прочим, каждый день. До сих пор не понимаю откуда, но есть.

Одежда? У меня достаточно. Плюс в номере остались чемоданы с вещами, которые я привёз до Вторжения.

Электроника? Не работает. Телефон мёртв. Ноутбук бесполезен. Интернета практически нет.

Оружие? Есть карабин и семьдесят патронов. Хватит.

Разве что минимальный набор выживальщика пригодится, надумай я отправиться в странствия. Нож. Компас. Аптечка. Спички. Верёвка. Палатка. Спальник.

Хотя, надумай я двинуть в Европу с тем, чтобы морем попасть в тот же Крым с целью вернуться на родную землю — пусть в том же Крыму меня никто не ждёт, но это хоть что-то знакомое — яхта не помешала бы.

Яхта. С капитаном. Запасом топлива. Провизией.

Отплыть из Мармариса. Вдоль побережья Турции. Потом через Босфор в Чёрное море. И дальше на север.

Красивый план.

Вот только он полная чушь.

Во-первых, не факт, что тот же Крым, и тем более моя малая родина — небольшой городок в средней полосе России, — находятся в зоне Земля Четыре. Границы между зонами, контролируемыми разными Орбитальными Станциями, если верить Чужому, непреодолимы для обитателей Земли на текущем уровне развития нейросети.

Может, Крым в зоне Земля Пять. А средняя полоса вообще чёрт знает где.

Чужой, кстати, до сих пор не отвечает. Я пытался дозваться его сегодня утром. Мысленно кричал в пустоту сознания: «Эй, Чужой! Искусственный Интеллект! Подсистема Орбитальной Станции! Ты там вообще жив?»

Молчание.

Либо действительно занят устранением неполадок, либо решил, что я недостоин его внимания после получения второго уровня нейросети. Типа: «Вырос, теперь сам справляйся».

Но границы — не самое страшное в подобном путешествии.

Гораздо страшнее морские монстры.

Я помню, что читал в интернете, пока тот ещё работал. Сообщения о нападениях на корабли. Рыбацкие лодки, исчезающие без следа. Яхты, найденные дрейфующими пустыми, с разорванными бортами и следами огромных зубов.

Морские обитатели тоже подверглись трансформации. Рыбы. Дельфины. Акулы. Осьминоги. Киты. Морские змеи.

Всё, что весило больше сорока килограммов, получило нейросеть. И превратилось в монстров.

Дельфины размером с автобус, способные ударом хвоста потопить траулер. Акулы с зубами длиной в человеческую руку. Осьминоги, чьи щупальца обвивают корпус судна и тянут на дно. Стаи хищных рыб, пожирающих всё живое, как пираньи на стероидах.

А ещё, по слухам, появились новые виды. Морские змеи длиной в сотни метров. Кракены, вышедшие из мифов в реальность. Нечто, напоминающее гигантских кальмаров, но со способностью к биолюминесценции и ментальному воздействию.

Плавать по морю в таких условиях — самоубийство.

Даже на яхте. Даже с оружием.

Карабин против пятидесятиметровой морской змеи? Смешно.

Пришёл к выводу: мне это и нафиг не нужно.

Словами классического фольклорного персонажа, чьё имя я сейчас не вспомню, но который явно обладал здоровым цинизмом и пониманием жизни: «Нас и здесь неплохо кормят».

Мысль о еде возбудила в сознании инстинкты Пожирателя Плоти.

Захотелось кого-то сожрать.

Не просто поесть. Именно сожрать. Разорвать. Впиться зубами в тёплую плоть. Почувствовать вкус крови.

Я подавил это желание. Принудительно. Усилием воли. Активировал Интеллект на полную. Холодная логика против горячих инстинктов.

Не буду. Не стану. Не превращусь в Кадавра. Ещё рано.

Инстинкты отступили. Неохотно. Ворча. Но отступили.

Потом задумался: а что мне на самом деле нужно? Чего я хочу?

Философский вопрос. Вечный. Тот самый, который мучает человечество с момента, когда первый примат слез с дерева, встал на задние лапы и задумался: «А нахрена я, собственно, это сделал?»

Чего я хочу?

Выжить? Очевидно. Но это базовый уровень. Минимальная программа.

Стать сильнее? Да. Но зачем? Ради чего?

Вернуться домой? Уже разобрались — нереально.

Отомстить? Кому? Системе? Орбитальным Станциям? Инопланетянам, которых я даже не видел?

Месть — мотив слабый. Долгоиграющий. Но не насыщающий.

Так чего же?

И тут я понял.

Я хочу посмотреть мир. Новый мир. Вселенную.

Я хочу увидеть инопланетные цивилизации. Другие планеты. Другие расы. Технологии, о которых человечество даже не мечтало.

Я хочу разобраться, как работает этот новый порядок вещей. Узнать его законы. Понять логику Системы. Не для того, чтобы разрушить — хотя, если представится возможность, почему бы и нет, — а для того, чтобы знать.

Знание ради знания. Любопытство. Стремление к пониманию.

Возможно, это проявление моего класса Умник. Жажда информации. Анализ. Синтез.

А возможно, просто хочется приключений. Романтика. Эскапизм. Бегство от скучной реальности в захватывающую фантастику.

Хотя реальность сейчас сама по себе довольно фантастична.

Для достижения этой цели мне нужно развить нейросеть до уровня, позволяющего стать Гражданином.

Чужой намекал, что Пробудившийся — пятый уровень — это только начало. Дальше идут другие ступени. Раб. Слуга. Подданный. Гражданин.

Гражданин, насколько я понял, — это примерно десятый уровень нейросети. Может, чуть больше. Может, чуть меньше. Точных данных нет.

Но достигнув статуса Гражданина, я получу доступ к галактическому сообществу. Смогу путешествовать. Торговать. Учиться.

Не сомневаюсь, что существуют порталы, позволяющие перемещаться по Вселенной. Иначе весь смысл фермы по выращиванию нейросетей утрачивается. Их же надо продавать. Доставлять покупателям. А покупатели, очевидно, находятся на других планетах, в других звёздных системах.

Логично предположить наличие транспортной инфраструктуры. Порталы. Звездолёты. Гиперпространственные тоннели. Что-то в этом духе.

Для этого мне надо становиться сильнее. Развивать существующие навыки и приобретать новые.

А поскольку жрать обитателей отеля до получения навыка Симбиотический захват — а это пятый уровень подкласса Пожиратель Плоти, до которого мне ещё ой как далеко — единственный способ поглощения чужих навыков без убийства, мне не хотелось, да и вряд ли что-нибудь интересное смогу приобрести у постояльцев — разве что Лейлу сожру, но с ней у меня нейтралитет, а слово надо держать, — то отправиться бродить по миру имеет смысл.

С тем чтобы прокачаться в первую очередь на морских чудовищах.

Да-да, те самые морские монстры, которые только что представлялись мне смертельной опасностью, теперь выглядят как ресурс для прокачки.

Логика проста: они сильные, они опасные, следовательно, дают много опыта. Убью пару осьминогов размером с дом — получу кучу очков умения и прогресс нейросети. Сожру их — может, приобрету интересные способности. Регенерация, например. Или умение дышать под водой. Или токсичные чернила.

При таком раскладе поход по магазинам не избежать. Снаряжение. Провизия. Инструменты.

Да и яхта не помешает. Большая. Надёжная. С каютами, камбузом, навигационным оборудованием.

И капитан. Профессиональный яхтсмен. Потому что я в управлении судами понимаю примерно столько же, сколько свинья в апельсинах.

План созрел.

Осталось реализовать.

Но для начала — напоследок сходить в ресторан отеля. Поесть нормально. Авокадо, между прочим. И попрощаться с Лейлой.

Ресторан встретил меня привычной картиной. Постояльцы завтракали. Пустышки механически жевали. Обладатели классов сидели обособленно, не контактируя друг с другом.

Лейла сидела за столиком у окна. Одна. Передо ней чашка кофе и нетронутый круассан.

Она увидела меня. Кивнула. Я подошёл.

— Садись, — сказала она.

Я сел.

Мы помолчали. Смотрели друг на друга.

— Ты уходишь, — сказала она. Не вопрос. Утверждение.

— Откуда знаешь?

— Вижу. Чувствую. У тебя… — она замялась, подбирая слова, — аура изменилась. Ты уже не здесь. Мысленно ты уже в пути.

Умная девочка. Или это способности Нимфы. Чувствовать эмоции, намерения.

— Да, — признался я. — Ухожу. Точнее, уплываю. Буду охотиться на морских монстров. Качаться.

Лейла улыбнулась. Грустно.

— Я так и думала. Ты не из тех, кто сидит на месте. Тебе нужно движение. Цель. Вызов.

— А ты останешься?

— Да. Здесь моя стая. Силовики. Нюхачи. Ещё несколько обитателей отеля, которых я успела… обратить. Я теперь хозяйка. Мне нужно заботиться о своих.

Правильно. У каждого свой путь.

— Удачи тебе, — сказал я.

— И тебе, — ответила Лейла.

Она протянула руку. Коснулась моего лба. Закрыла глаза.

Я почувствовал тепло. Лёгкое покалывание. Энергия перетекла от неё ко мне.

Интерфей с отреагировал:

Получен бафф: Благословение Нимфы

Эффект: +2 к Обаянию, +5% к сопротивлению ментальному воздействию, длительность 7 дней

— Это… — начал я.

— Благословение, — объяснила Лейла. — Я научилась. Недавно. Одна из способностей Повелительницы ночи. Могу давать баффы союзникам. Временные. Но полезные.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Мы встали. Обнялись. Коротко. По-дружески.

— Береги себя, Андрей.

— И ты, Лейла.

Я вышел из ресторана и направился в город.