Время других. Перезагрузка

Глава 23 Взгляд Бездны

Тишина, воцарившаяся над палубой «Принцессы Мармариса», была физически ощутимой. Она не имела ничего общего с безмолвием штиля; это была тишина вакуума, возникшего перед мощнейшим взрывом. Огромная туша Левиафана, возвышающаяся над водой, казалась монолитом из живого обсидиана. Каждая чешуйка размером с добрый поднос слабо вибрировала, и этот ультразвук отдавался в моих зубах нестерпимым зудом.

Тед замер у штурвала, вцепившись в него так, что костяшки пальцев побелели. Его «Морское дело» третьего уровня, которое еще утром казалось нам верхом крутизны, сейчас превратилось в проклятие. Он слишком хорошо чувствовал воду. Он понимал, что под килем нет пустоты — там находится продолжение этого кошмара, тело, уходящее вглубь на сотню метров, способное перекусить нашу яхту, как сухую щепку, просто в процессе зевка.

— Андрей… — едва слышно выдохнул Тед. — Он… он не просто большой. Он давит. Я не могу… даже на газ нажать… руки не слушаются.

Я понимал, о чем он. Мое «Сопротивление ментальному подавлению», подкачанное до двадцати двух единиц, сейчас работало на пределе возможностей. Перед глазами то и дело вспыхивали красные предупреждения интерфейса:

«Внимание! Обнаружен источник внешнего ментального давления запредельного уровня. Статус: Легендарный страж. Вероятность подавления воли: 98%. Рекомендуется немедленный разрыв зрительного контакта».

Разрыв контакта? Легко сказать. Желтый глаз Змея, величиной с иллюминатор, смотрел прямо на меня. В нем не было ярости хищника, которую я видел у Козлорога. Там было нечто иное — холодное, бездонное любопытство исследователя, рассматривающего под микроскопом занятную инфузорию, которая внезапно начала дергаться не по протоколу.

Мамушка предупреждал: не геройствуй. «Чужой» в моей голове, обычно такой словоохотливый и едкий, сейчас забился в самый дальний угол моего сознания и помалкивал, словно надеялся, что Левиафан его не заметит.

И тут я понял. Если мы будем просто стоять и ждать, он либо сожрет нас от скуки, либо раздавит волной, когда решит погрузиться. Нужно было что-то менять в правилах этой игры.

«Умник», — напомнил я себе. Мой класс — это не про то, как быстро считать или красиво говорить. Это про поиск связей там, где другие видят хаос. У меня есть «Телепатия». У меня есть «Координатор стаи». И у меня есть «Чувство времени», которое сейчас подсказывало, что каждая секунда нашего оцепенения приближает нас к финалу.

Я сделал глубокий вдох, стараясь унять дрожь в коленях.

— Тед, не двигайся, — бросил я через плечо, хотя тот и так напоминал соляной столп. — Я попробую с ним поговорить.

— Ты рехнулся… — прошептал напарник. — Это же… это же бог морской…

Я проигнорировал его слова. Закрыв глаза, я сосредоточился на внутреннем ощущении своей нейросети. Второй уровень. Класс «Умник». Подкласс «Менталист» (пока еще нулевой, но база-то есть!).

Я активировал «Телепатию». Обычно этот навык требовал четкой цели, но здесь цель была повсюду. Море, воздух, сама яхта — всё казалось пропитанным волей этого существа. Вместо того чтобы пытаться «пробить» защиту монстра или внушить ему какую-то мысль (что было бы равносильно попытке сдвинуть гору зубочисткой), я поступил иначе.

Я использовал принципы «Координатора стаи», но в обратном порядке. Я не пытался стать лидером. Я попытался стать… частью его информационного поля. Я просто «открыл шлюзы» своего разума, убирая внутренние барьеры, и транслировал вовне одну-единственную концепцию: «Я — наблюдатель. Я — разумный. Я — не еда».

Удар был такой силы, что я рухнул на колени, едва успев ухватиться за леера.

В мой мозг хлынул поток. Это не были слова или картинки. Это был гул тектонических плит, холод глубоководных желобов, тишина веков и бесконечное, тягучее чувство Одиночества. Левиафан не просто жил в море — он был этим морем. Его сознание было настолько масштабным, что мой интеллект в двадцать семь единиц начал плавиться, как восковая свеча в доменной печи.

«Мелкий…» — это не было словом, скорее вибрацией в костях. — «Носитель… Носитель-с-искрой… Умник?»

Я чувствовал, как по лицу течет что-то теплое. Наверное, кровь из носа. Сопротивление ментальному подавлению работало рывками, пытаясь отсечь лишние массивы данных, чтобы мой мозг просто не вытек через уши.

— Да… — прохрипел я вслух, хотя общение шло на другом уровне. — Я… Андрей. Мы просто… идем мимо.

Глаз Змея моргнул. Веко, покрытое мелкими ракушками и наростами, медленно опустилось и поднялось. Давление на секунду ослабло, давая мне возможность вздохнуть.

«Мамушка…» — в ментальном поле монстра это имя прозвучало с отчетливым оттенком брезгливости. — «Его слуга… Но ты… пахнешь не только Станцией. В тебе есть… Гниль Пожирателя… и Свет Умника. Странный замес для этой фермы».

Левиафан медленно, очень медленно начал приближать свою морду к яхте. Теперь я видел каждую трещинку на его костяном гребне. От него пахло озоном, древней солью и чем-то, что невозможно описать словами — запахом самого Космоса.

— Мы ищем… силу, — мысленно передал я, стараясь удерживать сознание от распада. — Чтобы выжить. Чтобы не стать… просто материалом.

Змей замер в метре от борта. Яхта качнулась, и Тед вскрикнул, но тут же зажал себе рот рукой.

«Выживание…» — Левиафан словно пробовал это слово на вкус. — «Десять лет… Малый срок для Вечности. Но большой для личинки. Ты хочешь знать, куда ведет твой путь, Носитель?»

В этот момент я почувствовал, как «Чужой» в моей голове наконец-то подал голос. Но это был не совет. Это был чистый, первобытный визг ужаса. Нейросеть внутри меня забилась в конвульсиях, пытаясь заблокировать контакт. Она распознала в Левиафане то, что было для нее смертельно опасным — существо, стоящее вне алгоритмов Содружества.

Да, — ответил я, сжимая челюсти так, что хрустнули суставы. — Я хочу знать.

— Ты хочешь знать, — повторил я, чувствуя, как реальность вокруг начинает дрожать, словно плохо настроенная голограмма.

В этот момент яхта, которую Тед в порыве пьяного юмора окрестил «Принцессой Мармариса» сразу после того, как высадил Лейлу на берег (мол, раз «королева» нас покинула, пусть хоть корыто напоминает о былом величии), показалась мне до смешного крошечной. Название, выведенное свежей краской на борту, сейчас выглядело как издевка над здравым смыслом. Какая «Принцесса»? Какого «Мармариса»? Мы были песчинками в пасти мироздания.

Левиафан не шевелился, но я чувствовал, как сквозь меня проходят волны сканирующего излучения. Мой Интеллект 115 и навык «Ясный взор» (уровень 1, прогресс 17/100) внезапно выдали информацию, которая заставила остатки волос на затылке зашевелиться.

Это не был мутант.

В системе Содружества всё было логично: взял земную рыбу, вживил нейросеть, накачал энергией — получил монстра. Взял разумного обитателя планеты, вживил нейросеть и получил потенциального Гражданина Содружества. При условии, что этому разумному посчастливится развить свою нейросеть до десятого уровня. Козлорог был продуктом системы. Кракен был продуктом системы.Лейла, Тед и даже я, такой умный и красивый, были продуктами этой системы. Но существо перед нами стояло вне этих категорий. Оно не было «улучшенной версией» кого-то из земных обитателей.

«Объект: Не идентифицирован. Внимание! Системный сбой интерпретации. Статус: Вне протоколов Станции Земля-4», — мигала перед глазами надпись, которую «Чужой» отчаянно пытался скрыть, но мой интеллект пробивал эту цензуру.

Я понял: Левиафан — это не сбой эволюции. Это Резервный Механизм. Если Станции — это фермеры, следящие за урожаем, то это существо — аудитор, проснувшийся из-за того, что фермеры начали воровать зерно. Или Наблюдатель Предтеч, чей сон был прерван аномально высоким Интеллектом носителя на столь раннем этапе.

«Смотри, личинка…» — ментальный образ развернулся перед моим внутренним взором.

Я увидел остров, к которому мы шли. Координаты, данные Мамушкой, были верными, но суть была иной. В истинном зрении остров крабов выглядел как огромный капкан. Я видел берег, усыпанный хитиновыми панцирями, но между ними двигались тени, не имеющие отношения к крабам. Люди в странной экипировке, пульсирующей фиолетовым светом.

«Браконьеры…» — догадался я. Те самые, о которых предупреждал «Чужой», но которых Мамушка представил как «удачную делянку для прокачки».

Змей показал мне нити. Мамушка вел нас туда не за опытом. Он вел нас как наживку, чтобы выманить этих «собирателей нейросетей» и использовать нас в своей подковерной борьбе Сингов.

«Станция 4 лжет тебе. Станция 4 кормит тебя иллюзиями даже в Реальности», — вибрация Змея стала почти сочувственной. — «Они хотят твой мозг, Умник. Но ты… ты можешь стать Песчинкой в их механизме. Той самой, которая способна остановить все».

Внезапно Левиафан качнулся, и огромная волна едва не захлестнула палубу. Его морда оказалась в сантиметрах от меня. Из пасти вырвалось облако светящегося пара.

«Прими печать. Она не от Станции. Она от Океана Вечности».

Острая вспышка боли пронзила грудь, прямо там, где билось сердце. Интерфейс сошел с ума. Строки характеристик начали прокручиваться с бешеной скоростью, заполняясь символами, которых я раньше не видел.

«Внимание! Получен уникальный статус: Тень Левиафана (временный). Эффект: Скрытность от сканеров Станций 1–5 уровней — +90%. Эффект: Лояльность морских существ (уровень нейросети до 3 включительно) — статус „Свой“. Внимание! Сопротивление ментальному подавлению принудительно повышено до 30 (временный бонус)».

Змей начал медленно погружаться. Огромная туша уходила в бездну, не оставляя после себя даже воронки, словно он растворялся в самой структуре воды.

— Андрей… ты жив? — голос Теда донесся как из-за стены.

Я стоял, тяжело дыша, и чувствовал, как внутри меня что-то изменилось. Мой Интеллект (115/170) вибрировал от полученной информации. Я больше не был просто «носителем». Я стал аномалией, которую Змей-Наблюдатель решил оставить в живых ради своего собственного, непонятного мне эксперимента.

— Жив, — выдохнул я, вытирая кровь с губ. — Но на остров крабов мы не идем.

— Что? Но Мамушка сказал…

— Мамушка — лжец, Тед. Мы для него — червяки на крючке. Поворачивай на северо-запад, на тридцать градусов правее того курса, что он дал.

— Но там же пусто! — Тед сверился с картой. — Глубоководный сектор, там нет островов!

Есть кое-что получше, — я посмотрел на свои руки, которые теперь слегка подсвечивались голубоватым сиянием «Тени Левиафана». — Там то, что Станции пытаются скрыть.

В тот момент, когда туша Левиафана окончательно исчез в свинцовой толще воды, мой мир взорвался.

Это не было физической болью — это было информационное цунами. Печать «Тени Левиафана» сработала как детонатор для накопленного опыта класса «Умник». Внутренние переборки моего сознания, удерживавшие Интеллект на отметке 115, просто рухнули.

«Внимание! Прямой резонанс с Кодом Предтеч. Лимиты носителя пересмотрены…»

«Внимание! Форсированная загрузка данных…»

«Интеллект: 120… 145… 160… 170/170!»

Я закричал, вцепившись в леера «Принцессы Мармариса». Мозг плавился, но нейросеть, подстегнутая энергией Наблюдателя, не сгорела. Она начала стремительную перестройку. Каскад уведомлений заполнил зрение, перекрывая реальность.

«Критическое накопление параметров! Условие прорыва выполнено!»

«Уровень нейросети повышен: 2 -> 3!»

«Все предельные значения характеристик и навыков увеличены!»

Внезапно наступила абсолютная, звенящая тишина. Хаос образов сложился в идеальную мозаику. Мой разум стал холодным, как межзвездный вакуум. Я больше не «думал» — я вычислял вероятности с быстротой квантового процессора. Теперь я видел мир не просто как набор объектов, а как переплетение векторов и скрытых смыслов.

На корме из воздуха соткался Мамушка. Но теперь он не выглядел вальяжным куратором. Его черный плащ казался выцветшим, а в глазах-щелках плескалась неприкрытая паника.

— Что произошло⁈ — выкрикнул он, и я почувствовал, как от него исходит «Аура Куратора». Раньше она давила на меня, как бетонная плита. Сейчас, с Интеллектом 170 и третьим уровнем сети, я видел структуру этого воздействия. Это были примитивные нити энергетического кода. Я просто «сдвинул» вектор его атаки в сторону. Волна Мамушки прошла мимо, даже не всколыхнув моего сознания.

— Змей ушел, — произнес я. Голос звучал ровно, пугающе спокойно. — И он передал привет твоему Сингу. Похоже, вы с ним играете в разные игры.

Куратор попятился. Его лицо исказилось в гримасе неверия.

— Ты… третьего уровня⁈ Это невозможно! Ты должен был потратить месяцы на стабилизацию!

— Левиафан не подчиняется твоим правилам, Мамушка. Он — Наблюдатель. Резервный механизм. И он показал мне, куда ты нас вел. Остров крабов? Браконьеры? Ты хотел использовать нас как наживку.

В этот момент внутри меня проснулся «Чужой».

«Обнаружена критическая аномалия! Вредоносный код в лобных долях! Андрей, немедленно разреши очистку памяти! Это приказ Станции Земля-4!» — ИИ в моей голове буквально визжал, пытаясь запустить протокол лоботомии.

Раньше я бы испугался. Но не сейчас. Мой обновленный разум мгновенно нашел лазейку в программном коде симбионта. С Интеллектом 170 я был для «Чужого» не носителем, а администратором, который внезапно узнал пароль от корневого каталога.

«Заткнись», — мысленно приказал я. — «Перейти в режим пассивного анализа. Код доступа: Ноль-Один-Змей. Заблокировать передачу телеметрии на Станцию до особого распоряжения».

«Чужой» захлебнулся на полуслове. Я почувствовал, как ИИ сжался, уходя в глубокий офлайн, оставив мне доступ ко всем своим вычислительным мощностям.

Я повернулся к Теду. Тот смотрел на меня с нескрываемым ужасом. Для него я сейчас, должно быть, выглядел как иное существо — с ледяным взглядом и аурой, от которой вода вокруг яхты начала светиться голубым.

— Тед, забудь о том, что я тебе только что сказал. Мы все же идем к острову крабов. Место, рекомендованное Змеем мы посетим позже. Мне надоело быть игрушкой в чужих руках. Будь то Мамушка, Чужой или даже наш новый знакомый — Левиафан. Отныне правила здесь буду устанавливать я. И мы в ближайшее время поиграем в пиратов.

— Свистать всех наверх!!!

— Партнер, осторожно поинтересовался капитан. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? Похоже, встреча с морским чудовищем не прошла для тебя даром. И я вовсе не про нейросеть. На всякий случай хочу заметить, что весь наличный состав команды, включающий меня и тебя и так пребывает на верхней палубе.

— Ты заблуждаешься, Тэд. К нашей стае приписана еще одна неоднозначная особы. И сейчас самое время потребовать от нее возврат долга.

«Принцесса Мармариса» плавно развернулась, уходя в туман, который больше не мог скрыть от меня истинный путь.

Интерфейс Андрея

Параметр: значение/максимальное значение (текущий прогресс/предел уровня)

Имя: Андрей

Уровень нейросети: 3(1/500)

Класс: Умник 2 / 5 (84/100)

Подкласс: Пожиратель плоти 3 / 5 (17/100)

Подкласс: Менталист 0 / 10 (3/10)

Сила 14 /150

Ловкость 17 /150

Жизнь 57 /200

Энергия 35/ 300

Интеллект 170(MAX) /170

Выносливость 51/ 150

Очки умения 8

Сопр. мент. подавлению 30(22+8 бонус) Временный статус

Ментальное воздействие 15/ 100

Восприятие 2/ 100

Уникальные статусы и метки:

Тень Левиафана (Метка Предтеч): Скрытность от сканеров Станций (90%). Лояльность водных тварей (ур. до 3). Бонус +8 к Сопротивлению ментальному подавлению.

Навыки: (Фактическое значение/Максимально возможное значение):

Звериная ярость:⅕

Пожирание плоти: 2/7 (пассивное)

Адаптивная физиология:. ⅕

Координатор стаи:⅕ (12/100)

Телепатическая связь: 1/10 (21/100)

Ясный взор:⅕ (17/100)

Чувство времени:⅕ (5/100)