Лекарь для проклятого дракона

Глава 76

Ее глаза не просто блеснули — вспыхнули, как два маленьких солнца.

Воздух вокруг задрожал, будто от жара. По коже пробежали мурашки, а в голове зазвучал тот самый шёпот — мягкий, обволакивающий, проникающий в самую глубину сознания.

«Не бойся… Всё хорошо…»

— Нет! — вырвалось у меня. Я резко мотнула головой, пытаясь вытрясти этот голос из черепа. Но он уже не был «в голове». Он был во мне — как второе сердце, как чужая кровь, текущая по моим венам.

Шарлин стояла неподвижно, но уголки её губ дрогнули — не в улыбке, а в едва заметной гримасе торжества. Её пальцы, до этого безмятежно лежавшие на подоле платья, теперь слегка сжались, будто она держала невидимые нити, привязанные к моим суставам.

«Ты будешь делать то, что я скажу…»

Я сжала зубы так, что челюсти заныли. Пальцы впились в ладони, ногти впились в плоть — боль была единственным якорем, связывающим меня с реальностью.

Но тело… Тело уже не слушалось. Оно напряглось, как тетива, готовая выстрелить.

«Ты выйдешь на улицу… Если кто-то подойдёт — соври. Что-нибудь правдоподобное. И ни в коем случае — ни слова лишнего. Ты забудешь всё, что слышала в этой комнате. Если попытаются остановить — вырвись. Беги. В чём есть… К реке. Ты остановишься на мосту… И упадёшь. Сразу. Без колебаний…»

Мои ноги дёрнулись вперёд.

Я попыталась сопротивляться — мышцы икр дрожали от напряжения, колени сгибались, как будто я тащила на себе цепи.

Но магия была сильнее. Она не просто приказывала, ломала мою волю, навязывая мне свою.

— Какие же вы все наивные… — прошептала Шарлин, и в её голосе не было злобы. Только усталая уверенность победительницы.

Она даже не смотрела на меня. Она уже знала, что я повинуюсь.

Её глаза были полуприкрыты, будто она наслаждалась моментом, как кошка, играющая с мышью перед смертельным ударом.

— Прощай, Грейс, — донёсся её голос, когда я дёрнула ручку двери.

Я шла по коридору, пытаясь бороться за каждый шаг. Всё было в точности как тогда… Только на этот раз сильнее! Если тогда я могла бороться, то сейчас это почти не получалось! Голос внутри меня, словно мой. Но теперь я знала, что это не мой голос. Что этот голос принадлежит Шарлин.

Я вышла в холл, видя дворецкого.

Дворецкий заметил меня и нахмурился.

— А ты куда собралась? — спросил он, и в его голосе мелькнула тревога.

Я открыла рот — и почувствовала, как язык двигается сам, выстраивая фразы, которые я не хотела произносить.

— Я как раз искала вас, — выдавила я, и голос звучал спокойно, почти мило. — Не могли бы вы принести чай в комнату господина? Он скоро вернётся…

— Конечно, — кивнул он, уже поворачиваясь к кухне.

Холл опустел, а я пошла к двери.

Каждый шаг — как удар кнутом. Резким движением открыла дверь, а снежный ветер ударил мне в лицо.

Холодный воздух обжигал лицо, но тело не дрожало — оно было покорным сосудом, наполненным чужой волей.

С неимоверным усилием я обернулась на окна. Вдруг кто-то видит. Я попыталась закричать, но невидимая рука сдавила мне горло.

Все окна были плотно занавешены. Только одно было приоткрыто.

Шарлин стояла в тени шторы, одна рука лежала на подоконнике, другая — прижата к груди, будто она слушала, как бьётся моё сердце.

Её губы шевельнулись — беззвучно, но я прочитала по губам:

«Иди…»

Я вышла за пределы поместья.

Снег хрустел под ногами, как разбитое стекло. Я смотрела на лёд в надежде, что наступлю на него и упаду. Всё-таки с поломанной ногой я далеко не уползу! И есть шанс, что меня найдут.

Но мои ноги ловко обошли лёд, а я беззвучно закричала от досады.

Пальцы онемели. Ветер резал щёки, но слёзы не замерзали — они текли горячими, от ярости, а не страха.

— Борись! — шептала я сквозь стиснутые зубы. — Борись! Ты должна! Остановись! Чёрт возьми, остановись!

Ноги проваливались в сугробы, но всё равно несли меня вперёд. Правда, чуть помедленней. Это всё, что я пока могла. Немного замедлить ход.

Я чувствовала, как внутри что-то рвётся — не плоть, а душа, цепляющаяся за последнюю ниточку жизни.

Если я умру — Асманд никогда не узнает правду. Он будет думать, что я сбежала. Или покончила с собой от стыда. А Шарлин станет его женой… Нет. Нет!

Лёд хрустел под ногами, когда я шла по пустой дороге, где кареты уже накатали приличную колею. Холод заставил пальцы онеметь. Ледяной ветер пронизывал меня насквозь, а я боролась изо всех сил. Единственное, что я могла сделать, так это еще чуть-чуть замедлить шаг.

Мои ноги проваливались в сугробы, как я шла всё дальше и дальше, а у меня из глаз покатились слезы напряжения.

— Я не хочу умирать! — тряслась я, пытаясь остановить упрямые ноги. Как только я увидела мост, мне стало страшно.

Чёрный силуэт на фоне белого пейзажа. Под ним — лёд реки. Тонкий. Хрупкий. Как моя воля.

Я запаниковала. Тело хотело бежать — вперёд, к краю. Разум — кричать, цепляться и бороться до конца.

Но я знала. Никто не услышит. Никто не придёт. Никто не знает, где я.

Только она — в своём тёплом окне — будет смотреть, как я исчезаю в ледяной тьме, чтобы её секрет ушёл вместе со мной под воду.