Аксиома Эскобара: Дьявол имеет свой почерк

Глава 3

Тьма над Южной Атлантикой казалась абсолютной. На сотни и тысячи миль во все стороны царствовал океан. Именно в такие моменты майор Дэвид Торнтон, командир «Вулкана» XM607, чувствовал ничтожность человека перед мощью и масштабами родной планеты. Темнота, далекие звезды и тусклое мерцание приборной панели. И всё. Даже воды видно не было.

Остров Вознесения — их стартовая точка — остался далеко позади. Именно оттуда вылетели одиннадцать «Вулканов» Королевских ВВС. И заправщики. AvroVulcan — последнее свидетельство ушедшей в прошлое имперской мощи.

ВМБ на острове Вознесения. «Вулканы» и заправщики

Вообще, операция '«Black Buck» являлась беспрецедентной хотя бы с точки зрения протяженности бомбардировочного рейда. Абсолютный рекорд, с ударом на двенадцать тысяч километров. Двенадцать тысяч! В лучшем случае самолетам предстояло провести в воздухе шестнадцать часов. И ключом к этому безумию была изматывающая, смертельно опасная цепочка дозаправок. Каждое рандеву с «Викторами» — летающими танкерами — на высоте, где малейшая ошибка означала гибель, было испытанием нервов и мастерства.

Но теперь они были здесь, прийдя для того, чтобы разбомбить аэродром и радары в Порт-Стэнли: ударная группа несла на себе почти двести пятьдесят тысячефунтовых бомб.

— Ровно сто миль до точки сброса, сэр, — спокойно доложил штурман. — Высота пятьдесят пять тысяч футов.

— Все параметры в норме, — добавил борт-инженер.

Усталость копилась, а ведь они не прошли ещё и половины пути: впереди бомбёжка и потом обратно тащиться… Но они — элита военно-воздушных сил. В конце концов, их отцы летали в смертельно опасные рейды на Германию какие-то сорок лет назад. Летали на гораздо более слабых машинах против невероятно опасного ПВО. Так что и они своё задания выполнят, не посрамив чести предшественников. Тем более что само существование стратегической авиации в Королевских ВВС было, откровенно говоря, под вопросом: спасибо правительству лейбористов, порезавшим бюджеты. А тут — такой повод показать, чего они могут устроить врагу, и насколько важна «длинная рука»… Неудивительно, что применение «Вулканов» было согласовано министерством обороны почти мгновенно.

— Аргентинцы спят. Они не знают, что мы здесь. Не знают, — если в эту секунду кто-нибудь спросил бы майора, верил ли он в это в действительности или просто пытался убедить своим шепотом самого себя, ответить честно он бы попросту не смог.

— Группа, я Молот. Доложить, — эфир разрезал жесткий голос полковника Бишопа, командующего операцией.

— Молот, я Молот-семь, зеленый цвет, — коротко выдал в ответ Торнтон, дождавшись своей очереди. Все были готовы к одной из главных — если не самой главной — операций в своей жизни.

Майор бросил взгляд на экипаж. Лейтенант Эдвардс, отвечающий за РЭБ, смотрел на экраны системы предупреждения об облучении с совершенно спокойным видом. Если не присматриваться, конечно — так-то на виске выступила капля пота, намекающая, что нервы у мужчины всё-таки имеются.

Как выяснилось, нервничал он не зря.

Сигнал об облучении раздался в тишине кабины отвратительным высоким писком. Взгляд Торнтона рефлекторно метнулся к индикатору: в северо-западном секторе загорелся символ — яркий, пульсирующий треугольник.

— Сильный сигнал! — голос Эдвардса не дрожал, но напряжение можно было резать ножом. — Это захват, не поиск. РЛС сопровождения. Это ЗРК.

— Врубай «Креветки» на полную, — Торнтон сохранял спокойствие, одновременно перекладывая штурвал, бросая тяжелую машину вниз-вправо. — И «Пальму» с «Ныряльщиком».

Системы РЭБ на «Вулканах» имелись в приличных количествах: одних только «Красных креветок» было аж три штуки, и ещё два подавителя метрового диапазона «Голубой ныряльщик». Во Вьетнаме подобного вполне могло хватить, а здесь и сейчас противодействовать радару начало аж одиннадцать машин.

— Есть ещё один пеленг, — Эдвардс произнес это неожиданно высоким голосом. Торнтон увидел, что лейтенант практически обливается потом. — Похоже, там не одна батарея. О, Боже… ещё один…

Именно в этот момент предрассветную тьму разрезали яркие полосы множества стартующих ракет.

— Один, два… — по плотной группе «Вулканов» выпустили семнадцать ракет. Одна не сошла с направляющей из-за утечки топлива… более того, она взорвалась, уничтожив на месте как расчет, так и пусковую установку.

Семнадцать ракет на одиннадцать целей… мало, очень мало. HQ-2 была так-то хорошим ЗРК, давая примерно шестидесятипроцентный шанс поражения цели в полигонных условиях. И двух ракет обычно хватало. Здесь, естественно, никаких двух ракет на самолет не имелось, да ещё и «Вулканы» давили радары диким напором специальных систем…

Так или иначе, успеха аргентинцы добились, причем довольно значительного: на глазах Торнтона одна из ракет достала «Молот-3», снеся ему взрывом правое крыло. Почти тут же случилось и попадание в «Молот-6» — этого Торнтон, правда, не видел, а лишь слышал мертвенно спокойный голос капитана Джексона, сообщающего, что экипаж покидает самолет. А пятью секундами позже в наушниках раздался панический вопль от «Молота-9»… Исчезнувший в мгновение прямого попадания в район бомблюка, приведшего к детонации боезапаса. Ненадолго в ночном небе над Западным островом Фолклендских островом взошло искусственное Солнце: детонация десятков тонн топлива и множества фугасных бомб создала гигантский огненный шар.

Простые аргентинские солдаты, напряженно наблюдавшие за происходящим, это зрелище приветствовали громкими воплями. Кто-то из рядовых даже выпустил очередь в воздух — правда, его немедленно одернул тут же присутствовавший сержант, сам, впрочем, ликующий от величественного зрелища.

«Вулкан» Торнтона здорово так тряхнуло взрывной волной, однако они были уже довольно далеко, так что майор управление самолетом не потерял.

— «Молот-7», «Молот-2», «Молот-5», это «Молот», — в наушниках прозвучал удивительно спокойный голос полковника Бишопа. — Атакуйте позиции ЗРК.

— «Молот-7» принял, — Торнтон продолжил доворачивать тяжелую машину. Откуда по ним палили в темноте было видно прекрасно, и как минимум одной батарее могло вполне себе поплохеть.

— Парни, у меня два двигателя горит, — капитан Хатчинсон, управлявший «Молотом-2», звучал обреченно. — Я ранен, а рули работают очень хреново… И утечка топлива. В общем, далеко мы не уйдем. Экипаж покидает самолёт… Я не уверен насчёт позиций ЗРК, что смогу довернуть птичку… попробую долбануть им прямо во взлетку.

— Удачи, капитан, — голос Бишопа не дрогнул. — «Молот-10», ЗРК твои.

В этот момент Торнтон довернул самолёт достаточно, чтобы увидеть как горящий «Вулкан» Хатчинсона далеко внизу-впереди пикирует в район взлетно-посадочной полосы аэропорта Порт-Стэнли.

Четыре сбитых стратегических бомбардировщика за один вылет, почти сорок процентов — и ничего ещё не закончилось. Потери уровня худших рейдов на Германию.

— Парни, — майор уже твердо встал на боевой курс. — Давайте врежем этим мудакам так, чтобы мало не показалось. Отомстим за ребят.

Почти сразу после этих слов где-то в стороне, внизу, вспухло огненное облако: Хатчинсон вогнал громадный самолет точно в центр ВПП. Гигантский взрыв точно выведет аэропорт из строя на какое-то время…

Воздух в Зале заседаний Комитета обороны был густым, спертым, пропитанным запахами дорогого табака и пота, и казался невероятно густым из-за нервного напряжения. Постоянно передвигаемые по толстому ковру старые тяжелые стулья добавляли ещё и пыли.

И это раздражало всё сильнее с каждой минутой.

Маргарет Тэтчер сидела во главе стола, держа спину идеально прямой и сцепив руки перед собой. Она была вне себя от ярости, однако никоим образом это не демонстрировала. «Каменное лицо железной леди», да.

Ни тени дрожи в голосе, ни морщинки на лбу. Только глаза: голубые, холодные, словно айсберги в Южной Атлантике — они, казалось, искрили, выдавая всё-таки бушующий внутри женщины вулкан. Четыре стратегических бомбардировщика. Потерянные летчики из элиты Королевских ВВС. И не только убитые, но и взятые в плен.

— Объясните мне, пожалуйста, — медленно произнесла премьер-министр. — Сэр Фигерс, почему же разведывательная служба Ее Величества оказалась совершенно не в курсе того, что Аргентина успешно приобрела у Китайской Народной Республики современные зенитно-ракетные комплексы? И не просто приобрела, а развернула?

Фигерс, опытный лис разведки, выглядел необычно стесненным. Он откашлялся, поправил галстук. Его взгляд скользнул по мировой политической карте, висевшей в углу.

— Госпожа премьер-министр, — начал глава МИ-6, стараясь сохранить деловой тон, хотя нет-нет, но в его голосе проскальзывала обреченность. — Наиболее вероятно, что соглашение заключили во время визита генерала Хорхе Виделы в Пекин в октябре восьмидесятого. Это был… довольно масштабный визит, с подписанием ряда экономических соглашений. ЗРК, очевидно, стали частью более широкого, тщательно скрываемого военного пакета. А что мы не в курсе… они это не так, чтобы афишировали, а Аргентина не то, чтобы была прямо-таки в фокусе наших интересов. Да и такого безумия никто не предполагал, госпожа премьер-министр…

— Это ваша работа, «такое предполагать», сэр, — Тэтчер выплевывала слова, словно стреляла из винтовки. — И вы её не выполнили. И провал разведки обернулся гибелью наших людей и ударом по национальной безопасности.

— Мы немедленно активизировали все каналы, госпожа премьер-министр, и уже выяснили, что всего Аргентина купила шесть батарей… три из них развернуты вокруг Буэнос-Айреса. И, видимо, три — на Фолклендах, у Порт-Стэнли, — Фигерс не стал оправдываться, предпочитая конструктивным подходом показать, что что-то его служба всё-таки может.

— Батарей там уже не три, — Майкл Битэм, возглавляющий Королевские ВВС, был хмур и сосредоточен. — Парни свою работу сделали.

Тэтчер заинтересованно повернула голову, уставившись на военного немигающим взглядом.

— Если честно, — Битэм повернулся к премьер-министру всем телом, — в тех условиях, против неожиданно мощной и готовой к бою ПВО, наши парни выполнили задачу максимально успешно, на грани возможного. Они прорвались сквозь адский огонь и нанесли удар. Минимум восемь попаданий… Объективно, успешнее отработать просто невозможно. Так что почти половина их установок на островах уничтожена или выведена из строя.

И аэродром тоже, кстати, — после короткой паузы, маршал авиации всё же дополнил, — один из самолетов, будучи подбитым, был направлен пилотом на таран.

На спутниковом снимке, на который кивнул Битэм, в центре взлетно-посадочной полосы аэродрома Порт-Стэнли, зияла громадная воронка. Ещё несколько поменьше украшали картину правее и левее ВПП, а также в самом её начале.

— Аргентинцы смогут это устранить? — премьер-министр уже крутила в голове, как именно она использует происходящее в свою пользу.

— Да, но не за пару дней, — в разговор включился и Джон Нотт, министр обороны. — Плюс они не знают, не повторим ли мы налёт.

— А мы можем? — Тэтчер подняла бровь. — С такими потерями?

В кабинете повисла тишина.

— Это то, ради чего парни тренировались и служили всю их карьеру, — наконец, ответил Битэм. — Тем более что ЗРК противника понесли сильные потери, и следующий раз нам будет попроще. А самолетов у нас хватит…

— Есть ещё вариант, — Джон Нотт помолотил пальцами по столу в задумчивости. — Можно попробовать отправить туда ребят из SAS… Целенаправленный рейд на оставшиеся позиции ЗРК.

— А это не будет самоубийством? — Фигерс повернулся к министру обороны. — Вряд ли аргентинцы настолько беспечны… Порт-Стэнли — это ведь не какой-то изолированный гарнизон. По нашим данным, там расположена штаб-квартира аргентинского командования на островах, центр их обороны. Там сконцентрированы лучшие части и, скорее всего, они вполне могут ожидать диверсий. Проникнуть туда, выполнить задачу и уйти живыми… Шансы призрачны.

— Лучше ребят полковника де ла Билльера в мире почти никого нет… Они фактически специализируются на невозможном. Я уверен, что они в состоянии нанести позициям противника серьёзный ущерб. И, если выйдет, то помимо тактического эффекта, получим бесценный психологический. Потому что это покажет аргентинцам, что они не защищены даже в своей главной крепости. Ну а кроме того, аргентинцы — это не русские, и не немцы.

— Мистер Нотт, я думаю, что это хороший вариант, — неожиданно заявила Тэтчер. — Несмотря на все риски.

— Сегодня же начнем проработку, госпожа премьер-министр, — министр обороны склонил голову в коротком кивке.

Естественно, никто не знал, что той реальности, Специальная Авиационная Служба на Фолклендах провела несколько фантастических операций. Тот же «Рейд на Пеббл», например, вошел в учебники действий спецназа. Фактически, работа одной диверсионной группы привела к уничтожению стратегически важного аэродрома и одиннадцати самолетов, что серьёзно осложнило действия аргентинской авиации. Здесь, правда, задача явно будет посложнее…

— Как звали пилота, направившего «Вулкан» в полосу? — неожиданно спросила Тэтчер, всё еще разглядывающая фотографию аэродрома.

— Эйдан Хатчинсон, госпожа премьер-министр. Капитан, — Битэм ответил незамедлительно.

— Вы представили его к награде?

— Ещё нет, но собираемся…

— Он точно заслужил Крест Виктории. Думаю, Её Величество согласится, — естественно, тот факт, что сама Тэтчер попробует получить на этом хоть каких-то политических очков, остался не озвученным.

Высшая военная награда Великобритании вручалась довольно редко. Сдаваться «железная леди» не собиралась, так что первый герой начавшейся войны покажет миру, что Британия никуда свои территории отпускать не будет.

И ещё, после такого вот поведения КНР, надо будет китайцам намекнуть, что Гонконг в 99-ом может так-то обратно и не вернуться.

— Что у нас по Оперативной группе? — Тэтчер подняла голову к карте.

Адмирал сэр Джон Филдхаус, назначенный командующим тактической группой, ответственной за возврат Фолклендских островов, подался вперед. Выглядел он, конечно, безупречно, хотя на лице можно было заметить признаки усталости.

— Заканчиваем последние приготовления, мэм. Планируем, что уже второго числа покинем ВМБ на острове Вознесения и начнём выдвижение в боевой район.

— Проблемы?

— Ничего критического… конечно, танкеры работают на износ, учитывая размер группировки, но пока что справляемся, — Филдхаус говорил максимально уверенно и со стороны было совершенно не видно, что он как-либо переживает за возможный исход операции.

Так или иначе, расчетное время прибытия в район, в зависимости от погодных условий, с девятого по двенадцатое мая. Тогда и будем уже готовить высадку.

— Надеюсь, к этому моменту вопрос с ЗРК будет уже решён, — Тэтчер повернулась к Нотту. — И… подготовьте всё же ещё один рейд. Но давайте рассмотрим вопрос удара непосредственно по аргентинской территории.

— А это не будет излишней эскалацией? — молчавший всё совещание Фрэнсис Пим, недавно назначенный министр иностранных дел, поднял голову. — Это может не понравится нашим союзникам…

— Не мы это начали, Фрэнсис, — жестко ответила Тэтчер. — И мы пока не наносим удар, а продумываем исполнение.

— Мы проработаем операцию, госпожа премьер-министр, — Джон Нотт поспешил вмешаться, увидев, что Пим готовится возражать.

— Хорошо. Маршал, — Тэтчер перевела взгляд на Битэма. — Жду от вас представление на Хатчинсона сегодня же. Я лично передам его Её Величеству на нашей завтрашней встрече.

Уже выходя из кабинета, Маргарет Тэтчер поняла. Что всё происходящее ей не нравится максимально, хотя на первый взгляд выглядит как однозначная возможность набора политических очков. Последнее время вся эта катавасия в Ирландии серьёзно подорвала её поддержку электоратом. И лишь временное затишье слегка успокаивало. Интересно, почему сейчас подсознание буквально кричит, что всё будет плохо?