Дрозд и малиновка

42. Снятые маски

— Что?

— Никогда не встречал такую умную женщину. И красивую. Я вдовец, у меня дом и состояние. Мне ничего от тебя не нужно, ни твоей школы, ни детей, ни денег. Только ты сама. Я еще боялся, что ты слишком молода, но раз взрослая дочь…

— Лей Исугами, я уже невеста, — осторожно сказала я, отодвигаясь.

— Чья?

— Эм… Кейташи. Мы вместе, и уже давно.

— Шустрый как дрозд! Очень жаль. Очень. Но если вы с ним вдруг… Я буду терпеливо ждать.

Забавно! Все вокруг горит, царит полный хаос и неразбериха, причем наверняка это связано с нашим появлением, а я чисто по-женски жалею, что не встретила лея Исугами лет этак пятнадцать назад. Мне он глубоко симпатичен, он мог бы стать отличным мужем. Впрочем, пятнадцать лет назад он мог и не быть еще вдовцом.

— А почему шпалы горят? — спрашиваю я лея Исугами, хотя сама догадываюсь уже.

— Подожгли, — невозмутимо отвечает он.

— Нет, погодите. Дерево, даже сухое, так не вспыхнет.

Он косится на меня с уважением и, вздыхая, бормочет что-то про удачливых мерзавцев, а потом поясняет:

— Я думаю, это диверсия, лея Мальва.

— Это хорошо или плохо? — как и с Кеем, с этим инженером можно поумничать. Приятно.

— Скорее, хорошо. Мы ждали. Среди рабочих полно агентов сэя Исаму. Но где же мой юный соперник и его дамы? Ах, вон он. Твоя дочь в порядке, лея. Только что она делает?

А что делала Мэй, у которой имелся весьма неплохой целительский дар? Разумеется, перевязывала кого-то из раненых. А нежная домашняя девочка Юракай, согнувшись, опустошала свой желудок.

— Уже можно идти к ним? И почему?...

Я не договорила. Свистнул арбалетный болт — не в меня, в Кейташи, который поддерживал Юри. Я даже увидела, откуда стреляли — из-за груды искореженного железа. Реакции светлоликих можно было только позавидовать: быстрее, чем болт достиг цели, они исчезли — и прочь в разные стороны отлетели две птицы: дрозд и кто-то небольшой, но явно хищный.

— Ишь ты, коршун. Гроза мышей и мелких птиц. Не зря Светлоликая готовила Юракай в жены ниххонскому императору.

— Да кто ты такой, лей Исугами? — изумилась я, с удовольствием наблюдая, как незадачливого стрелка быстро и аккуратно вытаскивают из-за металлического холма. — Откуда все знаешь?

— Зачем тебе, лея Мальва? Если я скажу, что крылат, тебе станет легче?

— Нет, — призналась я. Значит, еще один Кио. Ну, или бастард. Или дальний родич. Сколько их тут, на Ильхонне? — Теперь все?

— Должно быть. Сейчас еще обыщут ближайшие кусты, и мы пойдем. Не думаю, что тут больше одного шпиона, это слишком сложно.

Рядом с нами опустился пестрый садовый дрозд, и я, уже не слушая своего собеседника, рванулась к Кейташи. Он быстро обратился мужчиной, привычно уже подхватил меня в объятия и огляделся.

— Где Юри? Мэй не пострадала?

— Все в порядке, мальчик. Целительницу закрыли сразу. А Юри свистнула в лес еще быстрее тебя. Отменная у нее реакция.

— Взяли?

— А как же. Все прошло чисто, как мы и ожидали.

Кей порывисто вздохнул, а потом прижался губами к моему лбу. Я чувствовала дрожь его рук.

— Никогда больше я не поведусь на твои уговоры, лей Исугами.

— Это был план твоего отца.

— Тем более. Почему именно Мальва? Кому она помешала?

— Кому-то, о ком она знает слишком много.

Я нахмурила лоб. О ком я, чужачка в этой стране, почти не покидавшая стен Дивного сада, могла знать слишком много? Сэй Никэ? Матушка Ши? Дедушка Пако, в конце концов? Гойренн, Вейко, Райраки?

Вот Райраки могла бы… как много народу знает, что их двое? Но если бы близняшки хотели меня убить, они бы убили, даже не пуская во дворец. Просто яд в чашу или оцарапать отравленной шпилькой. Не проблема совершенно.

— Ивген! — вдруг догадалась я. — Ивген? Но зачем? Бред!

— Умная девочка. Слишком умная, верно? — инженер невесело усмехнулся. — Я бы тоже поспешил ее убрать на его месте.

— Вы серьезно? Ивген? — не унималась я.

— Шпионаж, — пожал плечами Кейташи. — Ну и диверсии. Цель — не допустить прогресса, ослабить Ильхонн, поставить его в сырьевую зависимость от Ранолевса, возможно, все же развязать войну с Ниххоном. Деньги и власть, ничего нового.

— А я при чем?

— Ты единственная, кто знала лея Ивгена до того, как он прибыл на Острова. По какому ведомству он проходил? Где учился?

— Военная академия, дипломатия… Это все, что я знаю.

— Кто его семья?

— Он сирота, как и я.

— Сирота? Офицер? В самой престижной военной академии Ранолевса? Уверена?

— Нет, но… откуда мне знать?

— Ты была его невестой.

— Так он уехал. И ничего особенного мне не рассказывал, — и тут я вспомнила что-то еще. — Постой, так вот зачем ты приехал в Шейнар? Тебе нужна была я? Узнать об Ивгене?

— Ну… — протянул Кей. — И это тоже.

— И поэтому Дивный сад? И поэтому — я? И договор тот был заключен, чтобы заманить меня во дворец и показать Ивгену? Чтобы он занервничал и наделал ошибок, вот как сейчас?

— Слишком умная, — снова сказал Исугами. — Но слишком честная.

— Погодите… вы думали, что я и Ивген… что я — тоже шпионка?

— Двое из твоих учениц работают во дворце. Еще Вейко, актриса, которая вхожа к Светлоликой. И Гойренн, не последняя из Черных Воронов.

— Да кто это такие, черт возьми? — истина обрушилась на меня подобно ледяному душу. Все было ложью, абсолютно все. С самого начала меня развели, как мошенники — уличного торговца. Соблазнили, обманули, использовали как приманку! А я верила этому гаденышу. Более того, я всерьез собиралась за него замуж!

Дура, какая я дура!

— Черные Вороны — это самая большая и влиятельная преступная сеть Ильхонна. Контрабанда, торговля опиумом, черный рынок драгоценных камней и жемчуга, воровство, мелкий шпионаж. Но они сотрудничают с полицией и защищают город от убийств и грабежей, поэтому власти закрывают на многое глаза. Кто главарь, не знали никогда.

— Лея Гойренн никогда не подозревалась, хотя стоило бы. Все-таки в ее чайном доме бывали многие высокопоставленные лица. Но репутация у леи была безупречна. Если бы при обыске у нее не нашли птицу в клетке — она бы вышла сухой из воды. Птица — это такой явный вызов властям, закону… Этого ей не простили.

— Гойренн — и преступница? Я не могу поверить!

— И ты состояла с ней в переписке, Мальва. И с Райраки, секретарем императрицы. Ты была невестой Ивгена, возможно, имела от него дочь. Тоже — безукоризненная репутация. Умная, хваткая, за два десятилетия создавшая лучшую в Ильхонне школу. Идеальное прикрытие. Кто заподозрит директрису?

— Да вы с ума сошли, — простонала я, вырываясь из рук Кейташи (впрочем, особо он меня и не удерживал). — Я вовсе не шпионка!

— Я знаю, любимая. Ты ни при чем. Но проверить было нужно.

— Не смей меня так называть! — прошипела я. — Лжец! Мерзавец! Лицемер!

— Мальва, я не лгал тебе о своих чувствах. Никогда.

— Как я могу тебе верить? — я уже кричала, хотя и понимала, что на нас смотрят. — Ты обманывал меня всегда! Целовал, подозревая. Соблазнял, чтобы стать ближе и получить мое доверие! Обещал жениться — зачем? Чтобы не выскочила из силка раньше времени?

— Дура, вспомни Сумеречный лес! — Кейташи тоже опасно повысил голос. — Разве я мог там солгать? Никто не мог!

— Я не верю тебя больше. Лей Исугами, вы можете отвезти меня домой?

— Могу. И смею напомнить, мое предложение в силе.

— А ну стоять! Никуда я тебя не отпущу! Знаю я тебя: стоит тебе укрыться за стенами Дивного Сада, как ты придумаешь себе всякого… Даже того, чего я никак не мог сделать.

— Что, будешь удерживать силой? — ехидно спросила, смутно осознавая: он и вправду меня хорошо знал. Возможно, даже лучше, чем я сама.

— Нужно будет, и силой удержу. Нужно будет, и на колени встану, вот сейчас, при всех, хочешь? Я не для того спорил с отцом, не для того вызывал матушку, чтобы вот так просто от тебя отказаться. Сама подумай, зачем мне требовать тебя в жены?

На этот вопрос я внятно ответить не могла. В самом деле, зачем? Я не лучшая невеста для него. Более того, хуже партию еще поискать нужно.

— И зачем? — хрипло спросила я.

— Потому что я люблю тебя. Это сильнее меня, понимаешь? Я любил тебя, когда ты меня узнала под мороком. Я любил тебя в Сумеречном лесу. Уже тогда я знал, что ты невиновна ни в чем, но мне нужно было найти доказательства. Просто верь в меня, Мальва. Верь. Я никогда больше тебя не обману, клянусь.

Я покачала головой: слишком многого он просит. Я уже не наивная девочка, не куплюсь на обещания вечной любви. Обманувший единожды солжет и второй раз.

— Лей Исугами, поехали.

— Во дворец, лея?

— Далеко ли отсюда до Шейнара?

— На повозке — почти восемь часов. На паровозе было бы два.

Я усмехнулась: он был неисправим.

— Мать, ты уверена? — тихо спросила меня Мэйгут, оглядываясь на Кейташи. — Он ведь тебя любит.

— Ты-то откуда знаешь?

— Все это видят. Посмотри, ему больно.

Я посмотрела. Ничего подобного. На бесстрастном лице Киана не было ни единой эмоции. Он просто застыл на месте, как каменная статуя, и не сводил с меня глаз. Молча и довольно угрожающе. Что он задумал? Я точно знала — в его голове сейчас выстраивается какой-то план, и лучше бы не связанный со мной.

— Он выздоровеет, — пообещала я. — Столько всего он во мне видел: и мать, и шпионку, и чужачку, и просто красивую женщину. Это свойственно молодости, вот так влюбляться на всю жизнь. Я была права с самого начала: мы не подходим друг другу. Он найдет ту, которая станет ему верной женой, которая родит детей, которая не будет спорить.

— А ты?

— Я тоже переживу. Это было славное приключение, но такая жизнь не по мне. Я устала безмерно. Хочу вернуться в школу и заняться рутинными делами: проверять счета на чернила, учить девочек эльзанскому, обрезать розы и мечтать о том, что мои ученицы станут лучшими в осеннем танце.

— Ты себя недооцениваешь. Тебе всегда этого было мало.

— Я не так молода, как ты считаешь, Мэй. Если время не коснулось моего лица, это вовсе не значит, что души тоже.

— Давай, запиши себя в старухи. Это в сорок-то лет! — фыркнула Мэй.

— Придержи язык, ты разговариваешь с матерью, а не с Юракай.

Лей Исугами уже подогнал ближе повозку, бросая обеспокоенные взгляды на все ещё горящие шпалы, на деловито снующих людей. Он явно не хотел сейчас покидать своё детище. Мне было его жаль, но сбежать хотелось отчаянно.

Интересно, если я сейчас спрячусь в школе, меня оставят в покое? Сомневаюсь. Во дворец вернуться придётся. Будут спрашивать про Ивгена, про Гойренн (вот ведь мерзавка, так меня подставить!), про Юракай. Кстати, девица стреляла в шар, от этого не уйти. Кто ее подговорил, неужели Ивген? Судя по тому, как Юри противилась техническим новинкам, возможно и так. Не столь сложно задурить голову молоденьким девчонкам, к тому же чистым и искренним. Если уж мне задурили так легко и просто…

А с дорогами в Ильхонне и в самом деле стоит что-то предпринять. Трясло повозку немилосердно, а потом колесо попало в яму и… да, сломалась ось. Не уверена, впрочем, что лей инженер это не сделал специально. Кейташи правил куда аккуратнее.

— Что ж, мы приехали, — подозрительно жизнерадостно заявил Исугами. — Городские повозки такие ненадежные! — сочувствие в его голосе было насквозь фальшивым. — Придётся заночевать на станции. Утром распоряжусь прислать новую повозку, мою личную. С ней такого казуса не приключится.

— А будь у нас паровоз, мы бы уже были дома, — усмехнулась я.

— Именно так, лея. Позволь проводить тебя. На станции безопасно и чисто, есть несколько гостевых комнат. Я же, с твоего позволения, возьму лошадь и вернусь на стройку. Но ты не волнуйся, утром непременно будет повозка.

— Что ж, кажется у нас нет другого выхода, — сказала Мэй, чему-то улыбаясь. — Мы ведь не настолько безумны, чтобы идти пешком до столицы?

Я промолчала, потому что подобная идея вертелась у меня в голове. Я понимала, что это долго, тяжело и опасно, но будь я одна, меня бы мало кто смог оставить. А вот с дочерью я точно не рискну.

Ладно. Станция новая, очень чистая. Я могу быть уверена даже в том, что на постели в маленькой спальне никто до меня не спал. И ещё здесь очень тихо. Настолько тихо, что можно услышать шелест падающих с огненного клена, что растёт возле окна, листьев. И тепло: в комнате разожжен очаг. Даже душно, можно оставить открытым окно, укрыться тёплым одеялом и позволить себе выдохнуть.

Все кончено, правда? Больше никаких погонь, арбалетных стрел и споров. Завтра я вернусь домой, к розам, ученицам, матушке Ши, в свою прежнюю спокойную жизнь.