Дело 13. Проклятая ассистентка

Глава 17

Обратная дорога в «Анемону» прошла в тяжёлом молчании. Адреналин окончательно отступил, и на Машу накатила такая волна усталости, что веки отяжелели словно были сделаны из свинца.

Все события дня — портал, кафе с Ханой, встреча с Кассианом, кошмар в поместье Ван Холта и эта давящая встреча с дедом — всё это обрушилось на неё разом. Осознание, что опасность здесь была не абстрактной, а самой что ни на есть РЕАЛЬНОЙ, и что она чуть не лишилась разума или жизни, заставляло тело дрожать мелкой дрожью.

Кассиан, словно читая её мысли, ненадолго остановился у заведения, снаружи напоминавшего ларёк с шаурмой, но пахло оттуда чем-то дымным, пряным и слегка серным. Он вернулся с бумажным пакетом, от которого исходил соблазнительный аромат жареного мяса и незнакомых специй.

Войдя в знакомый, заваленный хламом кабинет, Маша, не говоря ни слова, дошла до потёртого кожаного дивана и рухнула на него лицом в подушку, которая пахла озоном, пылью и им — Кассианом.

— Эй, — раздался его голос, в котором снова появились знакомые нотки ленивого раздражения. — Это моё законное место отхода ко сну. Подвинься. Или ты уже решила, что, если спасла одного барина, то получила право на мой диван?

Маша простонала что-то неразборное в подушку, но всё же отползла, уступая ему место. Он уселся на том краю, где только что лежали её ноги, достал из пакета что-то, отдалённо напоминающее бургер, и вгрызся в него с таким животным аппетитом, что у Маши предательски заурчало в пустом животе. Булочка была тёмной, почти чёрной, мясная котлета имела лёгкий фиолетовый оттенок, а соус светился едва уловимым зелёным свечением.

Кассиан, услышав урчание, усмехнулся и, не переставая жевать, протянул ей пакет.

— Бери. А то помрёшь с голоду, и мне новую ассистентку искать.

Маша с благодарностью вытащила второй «бургер» и впилась в него зубами. На вкус это было... непохоже ни на что. Остро, дымно, с привкусом дичи и каких-то незнакомых трав. Но это было божественно. Она ела, не обращая внимания на приличия, чувствуя, как силы понемногу возвращаются к её измождённому телу.

— Борьба с эфирными паразитами, — прокомментировал Кассиан, доедая свой ужин и облизывая пальцы, — всегда вызывает зверский аппетит. Организм сжигает кучу энергии, пытаясь сохранить целостность ауры. И мозг требует калорий, чтобы не сойти с ума от того, что ты видел.

— Значит, я сейчас съем ещё три таких, — хрипло пошутила Маша, откусывая последний кусок. — Потому что я, кажется, видела достаточно, чтобы сойти с ума трижды.

Кассиан хмыкнул в ответ, но его взгляд стал серьёзнее. Он откинулся на спинку дивана, изучая её.

— Ладно, еда съедена, адреналин ушёл. Самое время для вопросов. — Он прищурился. — Почему ты не сказала, что ты внучка Ван Холта?

Маша подавилась последним куском. Её лицо покраснело, она закашлялась, пытаясь протолкнуть пищу в пересохшее горло. Кассиан с видом глубочайшего терпения протянул ей открытую бутылочку с жидкостью ярко-синего цвета. Она сделала несколько жадных глотков. На вкус было похоже на газированную чернику с мятой.

— С-с чего ты взял? — жалко просипела она, когда кашель утих.

Кассиан закатил глаза с такой театральностью, что это могло бы показаться комичным, если бы не ситуация.

— Правда, Мэри? Ты будешь вот так вот тупить? — он наклонился вперёд, и его взгляд стал колючим. — Если ты будешь скрывать от меня такие важные вещи, мы не сработаемся. И я тебя вышвырну отсюда к тем самым мурлокам в канализацию, не моргнув и глазом. Поняла?

Маша потупила взгляд. Он был прав. Отчасти. Она и сама не до конца понимала, насколько опасной может быть эта информация. Бабушка не просто так просила обращаться к Ван Холту только в крайнем случае.

— Ладно, — вздохнула она. — Да. Бабушка... Арина... она была женой Ван Холта. Но она сбежала от него, забрав мою маму. Она сказала... что обращаться к нему можно только если всё остальное провалится. Я думала... не знала, насколько это опасно — раскрывать такое.

— Опасно? — Кассиан горько рассмеялся. — Мэри, для тебя опасно выходить на улицу без моего артефакта-отпугивателя. А быть Ван Холтом... это как ходить с мишенью на спине, на которой написано «съешь меня, и ты станешь сильнее». Я понял это почти сразу. Во-первых, дом тебя принял. Легранда так переживала за Кэлена, что забыла о ритуале допуска для чужаков. Меня, как старого... делового партнёра, он пропускает. Тебя... он пропустил, как свою. А во-вторых... — он помолчал, и его взгляд стал отстранённым, —...тени. Те самые щупальца. Когда они меня держали, они шептали. О Кэлене. О его силе. И о... «вкусной, желанной добыче. Ещё одной из рода Ван Холт». Они почуяли в тебе ту же кровь.

Маша горько усмехнулась, потирая лицо руками.

— Отлично. Просто замечательно. Не прошло и суток, как я умудрилась нарушить почти все бабушкины запреты. Познакомилась с местными, ввязалась в драку с монстром, заключила два сомнительных договора и раскрыла свою самую большую тайну. Карьера ассистентки охотника на нечисть начинается блестяще.

— О, не скромничай, — Кассиан снова обрёл свою язвительность. — Ты ещё и порядок в моём кабинете навела. Я уже почти смирился.

Она швырнула в него пустой свёрток от еды. Он ловко поймал его одной рукой.

Кассиан, всё ещё ухмыляясь, поймал свёрток и отбросил его в сторону. Но его улыбка медленно сползла с лица, сменившись внезапной догадкой. Он прищурился, внимательно вглядываясь в смущённое лицо Маши.

— Погоди-ка, — медленно протянул он. — Ты сказала... «два сомнительных договора». С Ван Холтом — один. А второй... с кем?

Мэри почувствовала, как по её щекам разливается краска. Она потупила взгляд, разглядывая узоры на пыльном полу.

— Ну... — начала она, глядя куда-то в сторону от его пронзительного взгляда. — Когда я вышла из портала... я немного заблудилась. И зашла в одно кафе. Там была официантка... Хана.

Кассиан медленно, как будто от этого зависела его жизнь, поставил свою бутылку на пол.

— Хана? — переспросил он с ледяным спокойствием, которое было страшнее любого крика. — Рыжая? С ушками и хвостом? Улыбка до ушей и взгляд, будто она только что нашла новую игрушку?

Маша кивнула, чувствуя, как по её щекам разливается краска.

— Она принесла мне вафли... разноцветные. С сиропом. И... я не могла расплатиться. У меня были только те крупные монеты, что оставила бабушка. Хана сказала, что сдачи нет, и что за такую монету меня могут в переулке ограбить и не только… — она замолчала, увидев, как лицо Кассиана вытягивается.

— Продолжай, — тихо произнёс он. Слишком тихо.

— Ну... она сказала, что угощает меня. Но взамен я должна буду оказать ей услугу. Когда она попросит. И... она нарисовала руну у себя на ладони и пожала мне руку.

Наступила мёртвая тишина. Кассиан сидел неподвижно, уставившись в пространство перед собой. Потом он медленно, очень медленно поднял на неё взгляд.

— Ты... — он сделал паузу, словно подбирая слова, достаточно сильные для этой ситуации. — Ты заключила договор с Ханой. С ХАНОЙ-ЧАНГ. Самой хитрой, непредсказуемой и безжалостной собирательницей долгов во всём Ульгаррате. И всё это... — он снова замолчал, и его пальцы сжались в кулаки, —...ИЗ-ЗА ПОРЦИИ ВАФЕЛЬ?!

Фраза, прозвучавшая вслух, показалась Маше настолько нелепой и глупой, что она лишь бессильно кивнула, чувствуя себя полнейшей идиоткой.

И тут Кассиан рассмеялся.

Это был не сдержанный смешок, а настоящий, громовой, животный хохот. Он закинул голову, и звук, вырывавшийся из его груди, был настолько неожиданным и искренним, что Маша вздрогнула. Он хохотал так, что у него на глазах выступили слёзы, и он даже постучал кулаком по своему колену.

Маша, сначала ошарашенная этой внезапной реакцией, начала злиться. Её щёки пылали.

— Что тут такого смешного? — прошипела она, скрестив руки на груди. — Я была одна, напугана, у меня не было местных денег! Я не знала, что она... что она тут «самая хитрая»!

Кассиан, всё ещё давясь от смеха, вытер глаза.

— Знаешь, что? — проговорил он, наконец переведя дух. — С таким талантом принимать безрассудные решения, я вообще удивлён, что ты добралась до моего порога живой и не обросшая долгами перед всем городом! Вафли, Мэри! Ты продала часть своей свободы за десерт!

— Ну, извини, что не прошла базовый курс выживания в мире монстров перед тем, как меня сюда вышвырнули! — огрызнулась она, её щёки пылали от смеси стыда и ярости. — Может, тебе стоило разложить у входа в портал брошюру «Стоит ли есть у хитрых лисиц?» с закладкой на странице «НЕТ»!

— Ага, а на обложке написать «Внимание! Опасно для тех, у кого IQ как у мокрицы!» — парировал он, его смех наконец пошёл на убыль, но довольная ухмылка не сходила с его лица. — Держу пари, она до сих пор ликует. Нашла наивного птенчика, который сам прилетел на сковородку.

— Ну, извините, что я не родилась со встроенным детектором мошенников с лисьими хвостами! — Маша вскочила на ноги, её глаза сверкали. — Может, вместо того чтобы ржать, ты предложил бы полезный совет? Или «Великий Охотник Кассиан» только умеет критиковать и хранить свою драгоценную «систему» в виде творческого хаоса?

Он смотрел на неё, на её разгорячённое лицо и сжатые кулаки, и его улыбка стала шире, но уже без насмешки. В ней было что-то... одобрительное.

— Успокойся, фурия. Сиди. — Он снова указал на диван. — Ты права. Я недооценил твой... уникальный талант создавать проблемы такого калибра, что на их фоне меркнут даже мои. Договор с Ханой... — он покачал головой, но теперь уже с оттенком некоего зловещего восхищения, —...это не просто ошибка. Это как добровольно привязать к ноге гирю и прыгнуть в омут с ворлаками. Но... — он многозначительно посмотрел на неё, —...иногда ворлаки могут сожрать твоих врагов, если бросить им немного мяса. Возможно, мы сможем это обратить в нашу пользу. Если, конечно, ты не заключила ещё парочку договоров, пока я хохотал? Может, пообещала свою первородную душу владельцу киоска с сэндвичами?

— Очень смешно, — проворчала Мэри, плюхаясь обратно на диван, но злость уже понемногу уходила, сменяясь странным облегчением. — С меня хватит на сегодня. И, кстати, мой «уникальный талант» сегодня спас того мальчика, пока ты играл в салки с тенями.

— Признаю, — он кивнул, и в его тоне впервые прозвучала неподдельная, без иронии, уступка. — Но с завтрашнего дня, ассистентка, перед тем как подписывать что-либо, особенно магически обязывающее, ты консультируешься со мной. Договорились? Или тебе вафли Ханны дороже моего профессионального мнения?

— Договорились, — с неохотой буркнула она. — Но только если ты перестанешь называть меня «ассистенткой» таким тоном, будто это ругательство.

— Обещаю подбирать синонимы, — парировал он, и в уголке его губ дрогнула усмешка. — «Мой личный агент по созданию хаоса», например.

— Что мы будем делать дальше? — решила перевести тему Маша.

— Дальше, — Кассиан откинулся назад, и его лицо снова стало сосредоточенным, — мы используем этот долг. Долг лорда Ван Холта — это не пустые слова. Это ключ. К информации. К ресурсам. Возможно, даже к той самой силе, что держит твоё проклятие. И, — он ткнул пальцем в её сторону, — к поиску моих родителей. Их последнее дело было связано с твоей бабкой и Ван Холтами. Теперь у нас есть пропуск в самое логово.

— То есть... мы будем шантажировать моего деда? — уточнила Маша, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Мы будем напоминать ему о его долге, — поправил Кассиан с хищной ухмылкой. — Вежливо. Но настойчиво. А для начала... — он зевнул, и это было самое человеческое движение, что она от него видела, —...нам нужно выспаться.

Он окинул её взглядом с ног до головы.

— И переодеть тебя. Спать в этой кожаной сбруе — сомнительное удовольствие.

— А у тебя есть что-то, что не пахнет серой и не пытается укусить? — поинтересовалась Маша, поднимаясь с дивана.

— Принесу что-нибудь из запасов моей мамы, — он встал и направился к одной из многочисленных дверей в кабинете. — Должно подойти. Она была... ммм... примерно твоего размера. До того, как исчезла.

Он сказал это так буднично, что Маша снова почувствовала укол вины и страха. Он вернулся и швырнул ей свёрток с мягкой, тёмной тканью.

— Рубашка. Не спрашивай из чего. Доверься моему безупречному вкусу.

— Тому самому, что выбирает помятые футболки для встреч с клиентами? — парировала Маша, разворачивая свёрток.

Он притворно оскорбился, прижав руку к сердцу.

— Я ценю комфорт. А ты, я смотрю, становишься дерзкой. Осторожнее, а то оставлю тебя спать на полу.

— На этом полу, — указала она на запылённые доски, меж которыми иногда что-то шевелилось, — я предпочту твой диван.

— Мечтать не вредно, — фыркнул он, снимая с себя жилет и расстёгивая воротник рубашки. — Диван мой. Ты — на раскладушке. Если найдёшь её под всеми этими папками, что ты так любовно разложила.

Он повернулся к ней спиной, давая ей понять, что разговор окончен, и начал рыться в своём волшебном кошеле, явно ища что-то для себя. Маша, сжимая в руках мягкую ткань маминой — нет, матери Кассиана — рубашки, смотрела на его спину.

Она была в логове охотника на монстров, связана договором с вампироподобным дедом, её преследовало древнее проклятие, а её напарник был вспыльчивым, саркастичным и, возможно, единственным, кто мог помочь ей выжить. И почему-то, в самый неожиданный момент, ей показалось, что это начало чего-то... интересного. И пугающего до дрожи.