Вынужденный договор с демоном

ГЛАВА 30

Молчание затягивалось, градус напряжения поднимался. По глазам присутствующих я видела, что они, застигнутые на нарушении, сожалеют об отсутствии у них личных портальных переходов.

— Мне расценивать ваше поведение как саботаж? — Голосом Амеля можно было океаны заморозить.

Эльфа в компании хоть и уважали, но боялись. И по возможности предпочитали держаться как можно дальше от него.

— Ну… мы это… Узнать хотели, — сконфуженно почесал затылок гном, начальник Отдела магмеханики.

— Что именно узнать? — прищурившись, вкрадчиво спросил Амель.

И под этим взглядом гном стушевался и продолжать не стал. Но сейчас в «Стальном волке» было полно народа, потому «смелые» нашлись быстро. С задних рядов кто-то выкрикнул:

— Мы хотим знать, действительно ли господин Райден обрел вторую ипостась?

После слов смельчака, надежно спрятавшегося за спинами товарищей, собравшиеся притихли и выжидательно уставились на Амеля. Я тоже посмотрела на него.

Эльф хмурился, но молчал. Он внимательно рассматривал собравшихся и думал. На его красивом лице не отображалась ни одна эмоция, но я отчего-то знала: сейчас он просчитывает все варианты и их последствия. И когда решила, что Амель будет отмалчиваться, он произнес:

— Да, это правда.

Слова эльфа еще не успели затихнуть, как все пространство взорвалось от града вопросов. Эмоции всех присутствующих зашкаливали, перемешиваясь в гремучий коктейль. В воздухе отчетливо ощущались надежда, радость, неверие, восторг и даже ревность. То, что произошло с Райденом, давало полукровкам призрачную надежду стать чуточку ближе к их идеальным чистокровным прародителям. Хотя у некоторых это почти получилось. Именно так и появилась штальская аристократия: полукровки, признанные своими родителями, но презираемые обществом за их происхождение.

Отвергнутые, ненужные и презираемые в большинстве стран, полукровки глубоко в душе носили глубокую травму ущербности. Даже создав триста лет назад собственное государство, которое по уровню жизни сейчас превосходило все державы материка, полукровки комплексовали. Ведь в глазах тех, кто дал им жизнь, они были недостойны. Слишком индивидуальны, слишком не похожи на прародителей из великих рас. Впрочем, и человеческим родителям обычно такие дети тоже были не нужны, особенно если от них отказывался родитель (и чаще всего отец) из великой расы. Но и матери не гнушались отказываться от своего позора.

Потому то, что случилось с Рйденом, для полукровок по важности стало на одну ступень со значимостью образования Республики Шталь. Неудивительно, что все сотрудники компании не смогли сегодня работать. Такое событие. Страшно представить, что же творится в Айронграде. Полагаю, сейчас в столице эмоциональнее, чем в праздник Дня Независимости республики, отмечаемого в середине лета.

Кажется, это понимал и Амель, потому решил не зверствовать, сделав в этот раз поблажку.

Он выждал пару минут, а потом молча поднял руку, призывая к тишине. Примечательно, что все замолчали.

— Вы все узнаете в свое время. А теперь вернитесь на свои рабочие места. Если желаете поддержать господина, то выразите это в упорной работе.

Сказав это, Амель отошел в сторону. Переговариваясь, работники «МортиСтали» нестройными рядами потянулись на выход из ресторана. Все то время, пока народ расходился, Амель сверлил меня нечитаемым взглядом, а когда «Стальной волк» почти опустел, подошел ко мне.

— Мисс, нам нужно поговорить. Следуйте за мной.

Кто бы знал, как мне не хотелось идти. Но проигнорировать приказ второго по значимости в компании разумного я не могла. Подавив тяжелый вздох, поднялась и потопала за Амелем.

Он привел меня в свой кабинет. Тот, кстати, находился рядом с кабинетом Райдена и соединялся с ним через приемную, куда выходила неприметная дверь из кабинета Амеля. Что-то вроде запасного выхода. И это притом что имелся и основной вход.

— Мисс Яния, я хочу знать, что произошло вчера в Палате Собраний демонов. Расскажите все с момента прилета и до возвращения. Что видели, что почувствовали, что показалось вам странным и подозрительным.

Удивительно, но Амель говорил со мной вежливо. Не язвил, не обвинял, не насмехался. И такой вот Амель отчего-то пугал меня больше, чем он же в обличии гада.

Я отодвинула волнения, задавила всколыхнувшиеся в душе подозрения по поводу поведения эльфа и принялась рассказывать. Начала с того момента, как вышла из аэростата и словила направленное воздействие проклятия. Амель слушал, не перебивал, лишь иногда задавал уточняющие вопросы. В какой-то момент я извлекла из кармана вчерашний блокнот, куда записывала идеи по новому артефакту, и стала зачитывать тезисные пометки, что внесла, слушая речь архонта.

— Забавно, Яния, вы меня удивили своей ответственностью и продуманностью, — задумчиво произнес Амель, поглаживая подбородок. — А о чем с вами говорил Айдер Шэн'Зот?

— Да ни о чем конкретном, — нервно дернула я плечом.

Отчего-то не хотелось пересказывать эльфу наш разговор с демоном.

Но Амель, словно почуяв подвох, прищурился и сурово произнес:

— Мисс, не рекомендую пытаться меня обмануть. Я же все равно узнаю то, что мне нужно. Вот только метод вам может не понравиться.

Я поежилась и, тщательно подбирая слова, начала пересказывать наш диалог с демоном.

— Ну, господин Шэн'Зот назвал господина Райдена чудовищем… Потом спросил, чем же таким меня привлек господин… Ну и сделал комплимент, что я красивая, — выдала урезанный пересказ нашей с демоном беседы.

— И это все? — вопросительно вздернул Амель бровь.

— Ну… это то, что я помню. Просто потом появился господин Райден и… Потом, в общем, началось, — мямлила я, надеясь, что Амель поверит в мою игру.

Поверил. Он задумчиво постучал пальцами по столу и спустя бесконечных несколько минут сообщил:

— Я бы хотел взглянуть на ваши артефакты, Яния. Если они смогли отразить проклятия и магию ментального приказа иерархии, то поистине это уникально. Такая защита нам нужна. — Амель явно что-то увидел в моем взгляде, потому что добавил: — Я не собираюсь присваивать себе вашу разработку, Яния. Если защита окажется надлежащего уровня, то «МортиСталь» купит у вас патентное разрешение на производство. Это сотрудничество будет выгодно всем. А теперь идите на работу. Её никто не отменял.

Я поднялась и на ватных от напряжения последних минут ногах направилась к двери. Протянула руку и уже почти открыла её, как услышала тихо сказанное мне в спину:

— Шэн'Зот прав: ты действительно очень красивая девушка.