Самый дорогой враг

Глава 5 Старые места

Однако отказываться от поездки Лианна не стала. В чем-то Алесия была права — лучше провести остаток лета за городом, чем сидеть днями напролет в своей комнате, развлекая себя рукоделием и перекладыванием нарядов.

Правда само поместье девушка помнила смутно. Но когда впереди показался холм, с короной из частокола, внутри что-то слегка екнуло. Сразу вспомнилась очаровательная Милаша, разговорчивый Глен. И головокружительное чувство свободы, которое она впервые ощутила именно здесь.

Вместо глубокой колеи к воротам вела вполне приличная дорога, засыпанная мелким камнем. Так же бросалось в глаза отсутствие сорной травы, которой обычно в избытке у дорог. Не приходилось сомневаться — это место не просто любят, но и старательно ухаживают за ним.

Первым их встретил полный мужчина средних лет, чьи черные волосы заметно перемежались сединой.

— Ваше сиятельство, какой приятный сюрприз! — повернувшись к Лианне, он склонил голову еще раз. — Юная леди Арельс, мое почтение.

Лия заметила, что мачеха, едва кивнув управляющему, окинула двор жадным взглядом. Словно ей хотелось обнять тут каждый столб и заглянуть под каждый камень. Но мгновение, и лицо Алесии стало прежним.

Только глаза блестели словно зеркало, на которое попал солнечный луч.

— Надеюсь, здесь все благополучно, эйс Бертус?

Мужичок быстро закивал.

— Да-да, ваше сиятельство! Если желаете…

Алес качнула головой.

— Пока мне достаточно ваших слов. О делах поговорим позже. Позаботьтесь, пожалуйста, о размещении охраны. — она кивнула на кучку всадников, которые сопровождали карету от самой столицы. — И пусть кто-нибудь отнесет вещи в дом. Но сразу хочу предупредить, надолго мы не задержимся. И вот еще что, после обеда я хотела бы доехать до Костоломицы…

Управляющего ее просьба не удивила, а вот Лианна вскинула брови. И как только мужчина отошел, она тронула мачеху за локоть.

— Алес, а ты не хочешь сперва отдохнуть с дороги? — поинтересовалась девушка, заранее догадываясь, каким будет ответ.

Алесия нетерпеливо встряхнула головой. Кажется, мыслями она была уже не здесь. А где-то среди крестьян. Впрочем, если вспомнить ее постоянные перемещения по Актаю…

— Отдохну, пока накрывают на стол. И пока обедаем… Эмми!

Сухонькая старушка, едва выползшая на крыльцо, подслеповато прищурилась. А затем с такой резвостью рванула через двор, что Лия невольно подскочила на месте. Как бы старая нянька не переломала себе кости.

Последовавшая сцена была трогательной до слез. Эмми, всхлипывая, повисла на своей любимице. Потом в поле ее зрения попал Робин.

— Малыш Бертрам? — охнула она, прижав уголок платка ко рту.

— Это мой сын, Робин. — пояснила Алесия, притянув к себе ребенка.

Старушка часто заморгала.

— Как же похож, как похож. Просто одно лицо.

Алес на секунду замешкалась, однако почти сразу ее лицо прояснилось.

— Я знаю…

Пользуясь тем, что в ее сторону никто не смотрит, Лия незаметно отступила в сторону. Шаг, второй. Мешать встрече близких людей не хотелось.

Правда глубоко внутри шевельнулось легкое любопытство. Интересно, кто такой Бертрам? Судя по всему, какой-то родственник. Только вот, у Алесии всего один брат — граф Бартон. Ладно, об этом можно расспросить позже.

А сейчас лучше взять на себя часть бытовых забот. Потому что до обеда Алес явно будет нарасхват. Да и потом у нее планы. Но кто-то же должен позаботиться о комнатах, о детской и о вещах.

К ее удивлению, брать на себя быт почти не пришлось. Все и так было готово. В комнатах чисто, постели свежие, запах сухих цветов. Осталось только разложить вещи, чем и занялась одна из местных девиц. Таша, кажется.

Присев на край деревянного подоконника, Лианна оглядела комнатушку, которая будто стала еще меньше. Четыре шага в ширину, шесть в длину. И половину места занимает кровать. Без балдахина, зато с вязанным покрывалом.

Вдруг вспомнилось, как в самый первый раз эта комната показалась просто убогой. Хуже лошадиного стойла. Сейчас же она была вполне ничего. Крошечная, да. Зато очень милая. И вид из окна приятный.

— Когда же вы узнали, что мы приедем? — спросила девушка, первой нарушив тишину.

Таша на ее вопрос, только удивленно подняла брови.

— Простите, госпожа?

— Вы же явно подготовились к нашему приезду. Даже двор вымели.

Служанка качнула головой.

— Ну что вы, госпожа, мы всегда стараемся поддерживать порядок. Чтобы ее сиятельство, если решат заглянуть, остались довольны. — она смущенно улыбнулась. — Да и нам не в тягость.

Лианна задумчиво кивнула, оценив ответ.

— Пожалуй, надо отправить к вам слуг из столичного дома. Им явно стоит перенять у вас опыт. — пошутила она.

Пока Таша занималась разбором вещей, а Агнета обустраивала детскую, Лианна еще раз обошла оба этажа. Заглянула она и в кухню, где вовсю суетилась Люсия, командуя двумя девочками лет десяти.

— Госпожа? — женщина ловко развернула кресло и откатилась от плиты. — Обед почти готов, овощная похлебка на кости, запеченное мясо и конечно же горькая пшеница с сушеными грибами, все как любит ее сиятельство. А к ужину Берса подготовит пирог с почками. Если желаете что-то еще…

— Думаю, этого вполне достаточно. — прикрыв за собой дверь, девушка снова оказалась в маленьком коридоре, который соединял кухню с основной частью дома.

Вот и как тут заниматься хозяйством, когда все сами знают, что делать и не нуждаются в дополнительных указаниях со стороны?

Потоптавшись на месте, Лия выглянула во двор. Алес с нянькой успели переместиться на первый этаж, и теперь их голоса доносились из приоткрытого окна. Время от времени звенел смех Робина, которого мачеха прихватила с собой.

Спустившись с крыльца, девушка завернула за угол, еще не зная, куда именно хочет пойти. То ли обследовать новые владения, то ли размяться после долгой дороги. Школа, аптекарский огород. Похожий, к слову, мачеха устроила и на Актае. И даже привезла с собой несколько мешочков семян.

Взгляд вдруг зацепился за жилистого паренька, который сновал от колодца к мойной избе. Выгоревшие на солнце волосы топорщатся в разные стороны, колено перевязано чистой тряпицей. Смутно знакомое лицо…

Заметив ее, мальчишка тоже остановился, размахивая пустым ведром. Прищурился. А затем просиял такой улыбкой, что Лианна едва удержалась, чтобы не стукнуть себя по лбу. Глен! Ну конечно, кто же еще это мог быть!

— Маленькая госпожа?

Лия невольно фыркнула. Очень уж забавно было слышать подобное обращение от одиннадцатилетнего паренька.

— Уже не такая маленькая. — отозвалась она, подходя ближе.

Глен окинул ее оценивающим взглядом.

— Как по мне, вы все такая же. И ничуть не изменились.

— Зато ты заметно подрос. Еще немного и сравняешься ростом со мной.

— Может быть. — кивнул мальчишка. — Но вообще, я планирую дорасти до Рглора. В жизни пригодится. — смахнув со лба капельки пота, он перехватил ведро другой рукой. — Извините, госпожа, мне надо с водой закончить. Там немного осталось. А потом, если желаете, могу показать, что у нас тут изменилось за несколько лет. Вам, наверняка интересно?

— Очень.

Девушка не кривила душой. И хотя она слабо представляла, как было — до, прогулка по холму обещала быть весьма увлекательной.

Глен не заставил себя долго ждать. Сбегав еще несколько раз до колодца, он, наконец, вытер о себя мокрые руки и надел пустое ведро на жердь. Для просушки.

— Итак, госпожа, с чего начнем? Наш дом вы видели, новый амбар тоже… — мальчишка почесал подбородок, хмуря выгоревшие брови. — О, знаете, где теперь живет Михаль?

Лианна качнула головой. Она и самого Михаля-то толком не помнила. Однако Глен, не заметив ее замешательства, сделал приглашающий жест и направился в дальний угол двора. Не умолкая при этом, ни на миг.

— Вообще, раньше Михаль жил на чердаке школы, — бодро начал он. — Потом переехал в мастерскую. А как женился… — мальчишка подпрыгнул на месте и стукнул себя ладонью по лбу. — Уй! Да вы же не слышали еще наверное? Так вот, Михаль женился на нашей Таше!

— Таше? — Лианна вспомнила застенчивую служанку, которая разбирала вещи наверху.

— Ага. Фенел записал, якобы они оженились перед королевским трауром, но все знают, что на самом деле в позапрошлом году.

— Зачем же такая спешка? — удивилась девушка.

Глен замялся. Крестьяне обычно старались не болтать лишнего при господах. Но он-то не крестьянин. Да и граф Бартон был в курсе.

— Ну-у… Я всего не знаю. — честно признался он. — Слышал только, что кто-то из деревенских парней начал слишком назойливо увиваться за Ташей. Так, что она за пределы двора выйти не смела. Михаль, узнав об этом, вспылил. Ну и, как водится, сцепился с тем парнем. Мужики кое-как сумели их разнять, а Альма потом половину осени кости обоим вправляла. Михаль, как отлежался, объявил, что сам женится на Таше, и что если кто-то еще раз протянет к ней свои руки, то он лично скрутит мерзавца в бараний рог.

— Какая дикость. — выдохнула Лианна. — Решать подобные вопросы на кулаках!

Но возмутилась она больше вслух. В глубине души же шевельнулось какое-то смутное чувство, даже не зависти, а какого-то легкого сожаления. Да, крестьяне далеки от благородных поединков, но даже у служанки есть поклонники, готовые сражаться за ее сердце, не жалея себя.

А вот ей никто не оказывал серьезных знаков внимания. Даже Морес предпочел другую…

Девушка прикусила губу и, чтобы отвлечься от невеселых мыслей, принялась слушать Глена с удвоенным вниманием. К счастью, тот даже не заметил, как по ее лицу пробежала тень. И продолжал свой рассказ.

Словом, Таша стала женой Михаля. Но не могла же молодая семья жить в мастерской. Вот и поставили им небольшую избу в дальнем углу двора, согласовав, естественно, с графом Бартоном. Раз уж графиня далеко.

— У Таши, кстати, не только почерк красивый. Она еще и рисует очень хорошо. — внезапно произнес Глен. — Может одним угольком так изобразить человека, что он будет как живой. Особенно хорошо ей удается Милаша…

Лия тут же уцепилась за знакомое имя.

— А где Милаша сейчас? — поинтересовалась она. — Я ей ленты атласные привезла. И платочек, отделанный кружевом…

Мальчишка внезапно булькнул смехом и тут же зажал рот рукой.

— Кружевной платочек? Милаше? Ленты? Простите, госпожа. Не ленты ей нужны, а пудовая гиря на ногу, чтобы бегала поменьше. Никакого сладу с этой девчонкой нет, даже Рглору не всегда удается ее приструнить. В один день она внуку Фенела нос разбила, в другой — вернулась с полной головой репьев. Сама чуть больше тележного колеса, а верховодит деревенской ребятней, как хочет. Одним словом — бедовая. Вот Ивонна с Лессой — другое дело. Они чуть позже родились. — пояснил Глен, мимоходом поправив какой-то камень. — Хотя посмотрим еще, что из них вырастет.

— А я запомнила ее очаровательной малышкой. — не удержалась девушка.

— Она и была очаровательной. Пока не заговорила и не пошла. — хмыкнул Глен. — Да и пошла не просто так, а сразу, целенаправленно к топору, который Рглор забыл на лавке. Говорю же, бедовая девчонка.

Он немного помолчал, потом кивнул на школу.

— А вот там без эйсы Кэрин совсем не то. Часть ребят вернулась в деревню, кого-то граф Бартон определил в столицу на дальнейшее обучение. Его сиятельство и мне предлагали стать учеником какого-нибудь управляющего. Но это не по мне.

Лианна чуть изогнула бровь.

— Почему? Разве плохо отучиться, получить хорошее место? Даже у нас столько земель…

Глен замотал головой.

— Не мое это, госпожа. Мне больше лекарское искусство по душе.

— Хочешь лечить людей?

— Не-а. Ими и без меня есть кому заняться. Но куда податься человеку, у которого захворал скот? Ладно еще птица, а вот лошадь или корова стоят недешево. И если на них мор нападает, то это убыток сразу на несколько дворов. Мужики из Рубайки в том году купили телят на ярмарке. И только дома уже обнаружили, что все хворые. Торговцев, понятное дело, не нашли. Телят хотели было пустить под нож, но мы с Яшкой всех выходили. Яшка — это сын Альмы. Он тоже считает, что лекарь скоту нигде не пропадет. Впрочем, вам, госпожа, это должно быть неинтересно.

— Ну что ты! — запротестовала Лианна, хоть и не совсем искренне.

Глен сделал вид, что поверил. Однако тему скота больше не поднимал. Вместо этого он принялся снова делиться мелкими случаями из жизни, иногда перемежая свои рассказы неожиданными остановками. Мол, там — амбар. А тут — хранится всякий инвентарь.

Когда их, наконец, выловила Агнета, чтобы отправить обедать, у Лианны уже голова шла кругом. От свежего воздуха, от количества историй. И просто от усталости. Потому что туфли из тонкой кожи хорошо подходят для поездок в карете, но мало годятся для прогулок по двору, где то камень, то ветка, то комья земли.

Да и повзрослевший Глен утратил большую часть своей непосредственности и держался теперь совсем иначе. Хотелось взглянуть на его сестер, но Милаша гостила у Фенела. А двух других девочек Ирена увезла показать Альме.

— Не хочешь поехать со мной? — предложила Алесия, когда обед подошел к концу.

Лианна подперла щеку рукой, поставив локоть на стол — чего никогда не сделала бы в обществе, или в замке. Но местная обстановка располагала к легкому бунтарству против этикета.

— В деревню?

Мачеха кивнула.

— Угу. Сперва в Костоломицу. Потом, если успеем, заглянем на левобережье.

Лия прислушалась к своим ощущениям, которые говорили сами за себя. Ехать предполагалось в телеге. Под солнцем. По пыльной дороге.

— Не хочу. — решила она. — Лучше побуду здесь, с Робином.

— Сперва попробуй отобрать его у Эмми. — хмыкнула женщина.

— Тогда почитаю.

По губам Алес вновь скользнула улыбка.

— Здесь нет книг. А те, что были, давно вернулись в замок моего брата.

Лианна ненадолго задумалась.

— Тогда займусь рукоделием.

— Ты же терпеть не можешь вышивать.

Девушка глубоко вдохнула. Тут мачеха была права. И в то же время, какая-то непостижимая сила заставляла ее из раза в раз доставать нитки и брать в руки иглу. Это занятие раздражало, вызывало скуку. Но все равно ощущалось правильным…

— Рано или поздно привыкну. Ведь рукоделие…

— Лучшее занятие для благородной дамы? — закончила за нее Алесия и в ее глазах мелькнуло что-то, похожее на жалость.

Лианна отвела взгляд. Не объяснять же мачехе, что ее ирония неуместна. Та же Карина, судя по обстановке ее дома, очень любит шить. Может поэтому и смогла так легко выйти замуж.