Самый дорогой враг

Глава 27 Дама в черном

Терпкий запах хвои приятно щекотал нос. В холле первого этажа гордо возвышалась огромная ель — самая большая из тех, что доставили несколько дней назад в замок. Увешанная красными бантами из атласных лент и золотистыми шарами она постоянно притягивала к себе взгляд.

Даже слуги, привыкшие, казалось, к происходящему, каждый раз замирали в восхищении, если им случалось пробегать мимо.

Арельсхолм не просто сиял, за два десятка дней он полностью преобразился. Было отмыто абсолютно все — от чердаков до подвалов. Петли смазаны, скрипучие ступени приведены в порядок, каждая дверная ручка начищена до блеска.

Несколько елей, прибывших из леса, заняли свои места. На их ветках покачивались симпатичные игрушки и переливалась блестящая нить.

— А-ах! — раскатывалось восторженное, после очередного стука дверей.

Охота должна была начаться только завтра, поэтому сегодня в Арельсхолм стекались гости. Знатные семейства прибывали волнами, по пять-десять человек. Кому-то, чтобы оказаться здесь, требовалось преодолеть приличное расстояние. Но подобные мелочи быстро забывались, стоило гостям переступить порог.

Лианна, стоя у перил на втором этаже, от души наслаждалась реакцией. Да, это мачеха придумала, как украсить замок и сделала елочные игрушки. Но кто взял на себя уборку? Кто носился по всем этажам, стараясь не упустить ни одной мелочи? И теперь, любуясь результатом, девушка чувствовала, что может с полным правом гордиться собой.

— … провалиться мне на этом месте! — выдохнул герцог Рельс, прибывший в компании двух сыновей, невесток и маленькой оравы внуков. — Теперь я понимаю, граф, почему вы так неохотно покидаете свой замок. Графиня…

После обмена любезностями, прибывшим предлагалось отправиться на третий этаж, чтобы как следует отдохнуть с дороги. Детей ждал горячий шоколад. Взрослых — теплое вино с пряностями и тонкие лепешки, покрытые сверху сырно-мясной начинкой.

Вслед за Рельсами появилась графиня Варенс с супругом и тетушками. Братья герцога Латорса с семьями. Богудсы.

Лия смутно припомнила, что по материнской линии она состоит с Богудсами в родстве. Правда титул перешел к племяннику прежнего графа, молодому мужчине, который едва ли мог знать ее родную мать.

Берт Богудс тоже выразил восхищение хозяевам и убранству, представил свою юную жену и трех ее сестер. Смешливые девицы лет тринадцати-четырнадцати с таким изумлением глазели на елку, что когда прозвучали их имена, едва не забыли склонить головы.

Вдовствующая графиня Богудс, явившаяся вместе с племянником, смерила девиц презрительным взглядом. Бледная, в наглухо застегнутом черном платье, она оказалась единственной, кто смотрел на необычную обстановку с неприкрытым отвращением. Словно яркие цвета и блеск вызывали у нее зубную боль.

Поднявшись по лестнице, дама уже было, повернула за домочадцами, но в последний миг вдруг заметила виконтессу Арельс. Бесцветные глаза расширились. А угрюмое, еще не старое лицо исказила гримаса злости.

— Т-ты… — прошипела она, ткнув в сторону девушки когтистым пальцем.

Почуяв неладное, граф Богудс обернулся и, выпустив руку жены, поспешно подхватил вдовствующую графиню под локти.

— Простите, виконтесса Арельс. Моя тетушка иногда бывает не в себе, но она совершенно безобидна.

— В-все в порядке. — Лианна заставила себя вежливо улыбнуться. Хотя «безобидная» тетушка продолжала смотреть так, будто мечтала перегрызть ей горло.

Однако это мимолетное происшествие не могло испортить ей настроения. Как только Богудсы скрылись в коридоре, Лия тут же выбросила сумасшедшую из головы.

На фоне шумных компаний, особенно выделялся виконт Ормс, который прибыл один.

— Отцу снова нездоровится. — пояснил он, после положенных приветствий. — Приношу извинения от его имени.

— Надеюсь, в скором времени ему станет лучше. — отозвалась Алесия с явным сочувствием.

— Благодарю.

Чтобы даже случайно не пересечься с Джером, Лианна на время покинула свой пост. И вернулась, только когда появились последние гости — семейство Мельтс. Разряженные, в блеске драгоценностей, с одинаково чопорными лицами. Августина в своем темно-сером платье выглядела даже не бедной родственницей, а сироткой, которую подобрали по пути из жалости.

Графиня, одетая с иголочки, каждый раз брезгливо морщилась, когда взгляд ее падал на младшую сестру мужа. Впрочем, Августина отвечала ей тем же.

Один граф Мельтс не замечал того, что происходит за его спиной. Поприветствовав хозяев замка, он долго и нудно жаловался на дорогу, на тряску, на снег. Заметил вскользь, что от хвойного запаха может разболеться голова. И закончил свой монолог сожалением, что никто еще не догадался перенести зимнюю охоту на лето.

Ведь когда зарождалась традиция, зимы очевидно были теплей.

Чета Арельсов выслушала речь с таким спокойствием, что Лия невольно позавидовала самообладанию родителей. Лично у нее скулы свело еще на второй фразе. А еще, стало безумно жаль Августину, которой приходилось каждый день терпеть подобное общество.

— Какое счастье, что пока мужчины носятся по лесу, дамы могут оставаться в замке. — пропела леди Мельтс, подхватывая супруга под локоть. — Графиня, вы, кажется, упомянули, что наши комнаты в западном крыле?

— Да, подальше от детских и елей. — кивнула Алесия. Судя по побледневшим губам, ей явно требовался отдых.

Лианна быстрым шагом спустилась по лестнице. Обычно гостей провожали слуги, но при таком количестве народа они и так сбивались с ног.

— Позвольте, я покажу вам путь.

Леди Мельтс расплылась в приторно-сладкой улыбке.

— Благодарю, виконтесса Арельс, вы очень любезны. И, безусловно, хороши собой. Граф Арельс, графиня, должна признаться, я вам даже завидую. Далеко не каждому выпадает удача иметь такую дочь. Кое-кому приходится довольствоваться менее приятными особами. — она покосилась на Августину, даже не скрывая, кого имеет в виду.

И если виконтесса Мельтс осталась безучастной, то Лия почувствовала себя так, будто ее окатили помоями. Но надо было держать лицо.

— Благодарю. — произнесла она негромко. — Я всего лишь стараюсь брать пример с родителей. И, полагаю, так поступают все леди моих лет.

Слащавая улыбка застыла на губах графини. И до самых гостевых комнат женщина не проронила больше ни слова.

Августину полагалось разместить по соседству, со старой девой из семейства Варенс. Но когда Лианна уже коснулась ручки двери, в душе вдруг опять вспыхнул уже знакомый немой протест.

Виконтесса Мельтс никогда не вызывала у нее особой симпатии. Некрасивая, нелюбезная, занудная, острая на язык. И все же, она пыталась предостеречь ее насчет Сомертона. И вообще, ей явно стоило получить передышку от столь противных родственничков. Хотя бы на несколько дней.

— Помнишь, во время прошлой зимней охоты у Ормсов, мы с тобой делили комнату на двоих? — произнесла девушка, надеясь, что не пожалеет о своем решении. — Так вот, предлагаю вспомнить те чудесные времена и поселиться в моих покоях.

Августина вскинула белесые брови. Предложение явно стало для нее полной неожиданностью.

— Мне? — переспросила она осторожно.

— Ну я там и так уже живу. — хмыкнула Лианна.

На какой-то миг ей показалось, что Мельтс откажется. Однако та покосилась на дверь, за которой скрылись брат с женой. Покусала губу…

— Не скажу, что те времена были чудесными. Ты пиналась во сне и бормотала.

— А ты улыбалась жутковатой неподвижной улыбкой. — парировала Лия. — А еще, ужасно рано просыпалась, чем всегда меня раздражала.

Августина прищурилась, словно взвешивая ее слова, потом улыбнулась одними уголками губ.

— Тогда идем.

Размещение гостей затянулось до позднего вечера. Кто-то менялся комнатами, кого-то не устраивал вид из окна. Некоторые дамы (а порой и мужчины), не сумев выловить графиню, останавливали дочь графа Арельса, чтобы еще раз выразить восхищение обстановкой и полюбопытствовать — откуда взялись симпатичные безделушки для украшения елей?

Лианна не раскрывала секрет. Но, помня о договоренности с мачехой, намекала, что подобные милые вещицы скоро появятся в одной из столичных лавок.

Пробегая мимо детской, которая гудела, как растревоженный улей, девушка вдруг услышала обрывок разговора:

— … мне тоже совсем не по нраву, что придется жить рядом с крестьянской девкой. — ворчала пухлая женщина средних лет, покачивая на локте годовалого малыша.

— И как только граф отважился доверить наследника деревенской дуре? — подхватила ее товарка.

Няньки, прибывшие с благородными отпрысками, даже не трудились понизить голоса. У Яники, развлекавшей облепившую ее ребятню, пылали щеки. Но девица старательно делала вид, что не замечает чужих слов.

Лианна подобным терпением не отличалась.

— Может сами спросите у моего отца? — отчеканила она, шагнув в дверной проем. Тетки так и подскочили на месте. — Или, думаете, вы лучше знаете, кого нам нанимать в нашу семью?

— Юная госпожа, да мы только…

— Выполняйте свою работу и не смейте злословить о тех, кто работает в замке. Иначе каждое ваше слово станет известно другим господам. — Лия смерила женщин ледяным взглядом. — И не думаю, что им это понравится.

Сплетницы прикусили языки. Удостоверившись, что в детской все в порядке, и даже младший брат никуда не улизнул, девушка вышла в коридор и позволила себе чуть задержаться у высокого окна.

Отсюда открывался вид на заснеженный двор, и на крепость, которую дворовые слуги собирали несколько дней. Сперва требовалось спрессовать снег в деревянной форме, потом, из полученных «кирпичей» возвести стены. Не слишком высокие, примерно по детское плечо. Зато с множеством переходов и кучками снега для снежков.

Сейчас там вовсю носились ребята, уже вышедшие из детского возраста, но еще не доросшие до рубежа юности. Лия обхватила себя руками. Ей вдруг очень захотелось сбросить несколько лет и окунуться в зимние забавы.

Только вот… бросаться снегом и валяться в сугробах — не то занятие, что приличествует юной леди.

— Жаль, что мы не можем вернуться в те времена. — раздалось вдруг за плечом в унисон ее мыслям.

По коже легким покалыванием пробежал холодок. Девушка резко обернулась. Она не слышала шагов, однако голос узнала сразу. И вообще, способность Джера возникать из ниоткуда иногда действовала ей на нервы.

— Не понимаю, о чем вы, виконт Ормс? — произнесла она, как можно более равнодушно.

Джер, задержав взгляд на ее лице, посмотрел в окно.

— О играх в снежной крепости. Это было весело. И, насколько помню, только одна леди никогда не пряталась с визгом в дальних углах, а всегда вступала в бой. Ее горячий нрав заставлял отступать даже самых бесстрашных воинов.

Если бы эти слова прозвучали от кого-то другого, Лия бы смутилась. Но перед ней был Джер. Поэтому она лишь повела плечом и скрестила руки на груди.

— Если воина так легко обратить в бегство, имеет ли он право называться бесстрашным? — она надеялась уколоть парня, однако тот лишь улыбнулся.

— Отступить, еще не значит — сдаться, виконтесса Арельс. Хотя иногда… — в серых глазах вдруг промелькнули едва заметные огоньки. — … попасть в плен намного заманчивее, чем одержать победу.

От его тона у Лианны перехватило дыхание. Однако девушка вовремя вспомнила про Сомертона, и это подействовало отрезвляюще. Может, Джер тоже из тех, кто ищет сердечных побед? Это многое бы объяснило. И его странное поведение, и повышенное внимание со стороны маркиз Латорс, и откровенный интерес других девиц. Вдруг они тоже пали жертвой его обаяния?

— Из вас получился бы никудышный солдат, виконт Ормс, раз вы предпочитаете плен победе. — хмыкнула она, приподняв бровь. — А сейчас, прошу прощения, мне пора идти. В Арельсхолме достаточно людей, так что вам и без меня найдется, с кем обсудить тактику и военное дело.

Задерживать ее Джер не стал. Поэтому девушка беспрепятственно покинула коридор и, погрузившись в круговорот дел, постаралась выбросить мимолетную встречу из головы. В конце концов, всего несколько дней и виконт уберется обратно в Ормсхар. И ей больше не придется терпеть его общество.

Половинка луны смотрела в окно, высветляя кружившиеся в небе снежные звездочки. В спальне виконтессы Арельс стояла тишина, однако девушка чувствовала, что ее соседка тоже не спит. Она и сама, утомленная переизбытком эмоций и беготней не могла сомкнуть глаз. К тому же, словно издеваясь над ней, собственные мысли раз за разом возвращались к Джеру.

Невыносимый, несносный, гадкий человек. И все же… почему-то совсем не хотелось верить, что он такой же, как граф Сомертон. В конце концов, та же Августина тоже бывает неприятной, однако она вовсе не такая злая, какой пытается себя показать.

— Почему ты предупредила меня насчет Сомертона? — не выдержала Лия, повернувшись на бок.

Виконтесса Мельтс равнодушно рассматривала потолок, думая о чем-то своем, а потому, ответила не сразу.

— М?

— Когда я разговаривала с графом Сомертоном, ты вмешалась и посоветовала держаться от него подальше. Почему?

— Потому что он мерзкий человек. — отрешенно отозвалась Августина. — Из тех, кто не имеет никакой чести. И я рада, что побрезговала тогда подать ему руку, ведь говорят, он подхватил неприличную болезнь. Словом, получил по заслугам.

Лианна приподнялась на локте. Про неприличные болезни ей еще слышать не доводилось, однако от этих слов веяло чем-то пугающим и скандальным.

— Это что-то вроде проказы? — уточнила она, на миг испытав желание отправиться в замковую баню и хорошенько оттереть всю кожу. Ведь она-то, в отличие от Мельтс, протягивала графу ладонь.

К ее удивлению, Августина хихикнула.

— Не совсем. Но ни в одном столичном доме Сомертона больше не примут. Более того, уже несколько человек настоятельно порекомендовали ему уехать за границу. Полагаю, он так и сделает… если уже не сделал.

Зябко поежившись, Лианна подтянула одеяло до плеч. Утешало одно, граф касался рук множества дам. И если бы болезнь передавалась так просто, в столице наверняка уже разразилась бы эпидемия. Хотя… на всякий случай, стоит прояснить этот вопрос у мачехи. Алесия, обычно, знала все.

— Кхм…

— Или ты хочешь знать, почему я предупредила именно тебя? — отвлекшись от созерцания потолка, Августина тоже приподнялась на локте. — Да потому что твоя наивность у тебя на лбу написана, крупными буквами. И ты явно не понимала, чего от тебя хотят. А мне было приятно щелкнуть Сомертона по самолюбию. Ах, и еще немного насолить Алии, за ее слишком большую осведомленность о делах моей семьи. Не думай, что я преследовала только твои интересы.

— Алии? — растерянно переспросила девушка, слегка жалея, что завела этот разговор.

— Ты ведь даже не поняла, почему она решила познакомить тебя со своим братцем?

— Он случайно к нам подошел…

На этот раз, смешок собеседницы вышел еще более ехидным.

— Случайно. Ну конечно же. В подобную случайность могла поверить только ты. Ну же, Ляля­ — она вдруг очень похоже передразнила чьи-то интонации. — Попробуй догадаться.

Лия дернулась, испытав непреодолимое желание прихлопнуть виконтессу Мельтс подушкой. Этим прозвищем ее всегда называл только Джер. И… оно просто не могло… не должно было звучать из чужих уст.

— Если, — голос предательски дрогнул. — если хочешь что-то сказать, говори прямо.

— Легко. — Августина села. — Алия явно хотела, чтобы ты весь вечер была очень занята. А еще лучше — оскандалила себя недостойным поведением. Чтобы некий виконт, разочаровавшись до глубин души, обратил, наконец, внимание и на других девиц.

— Что ты имеешь в виду?

— Может, мне взять обломок кирпича и набросать на стене схему? — съязвила виконтесса Мельтс. — Чувствую, словами ты не скоро поймешь.

Лианна отвернулась, хотя в темноте едва ли кто-то смог бы разглядеть ее пылающие щеки.

— Если ты намекаешь, что виконт Ормс…

— Я не намекаю. — перебила ее Августина. — А говорю прямо. Джеральсон всегда выделял из всех именно тебя. Стоит тебе оказаться рядом, как он перестает замечать остальных и начинает вести себя настолько глупо, что хочется окатить его водой. А еще, если вы находитесь в одном зале, его взгляд всегда прикован к тебе.

— Неправда. — Лия обхватила колени руками. — И зачем ты мне об этом говоришь?

Мельтс откинулась обратно на подушки.

— В самом деле, зачем? — произнесла она, словно разговаривая сама с собой. — Быть может потому, что ты спросила? Ах, нет. Кому это нужно, получать ответы на свои вопросы. Или захотелось раскрыть тебе глаза? Хотя зачем мне это…

— Прекрати! — не выдержав, девушка метнула в собеседницу подушку. Но промахнулась. Жалобно звякнул сбитый с прикроватного столика кувшин.

— Мимо. — скучающим голосом прокомментировала Августина.

— Джер в меня не влюблен! — перебила ее Лианна, подобравшись.

— А если спросить у него?

— Ты не посмеешь!

— Тогда намекнуть, что ты тоже к нему неравнодушна?

— Что⁈

Лия от негодования поперхнулась воздухом и закашлялась. Потянувшись через кровать, виконтесса Мельтс похлопала ее по спине.

— Ладно. — произнесла она, неожиданно миролюбиво. — Ты спросила, я ответила. И не надо вопить на весь замок. Я же просто пошутила. У меня нет никакого желания вмешиваться в ваши дела.