Самый дорогой враг

Глава 14 Секрет красоты

Лианна проводила его долгим взглядом, слегка жалея, что мужчина так и не представился. Какие манеры. И, несомненно, доброе сердце. Далеко не каждый отважится подойти к незнакомой даме, чтобы предложить помощь. А улыбка, которой он одарил ее на прощание, и вовсе заставила щеки порозоветь.

Как приятно убедиться, что в обществе есть и достойные люди. А не только такие, как Джер. Который, к слову, все еще стоял в компании маркиз Латорс, повернувшись спиной к залу. Неизвестно, о чем он говорил, но девицы сияли, как начищенные ложки и ловили каждое его слово.

Лия прикусила губу. Это зрелище, почему-то, не вызывало ничего, кроме глухого раздражения. Хотя какое ей дело до других? Вскинув голову, девушка заставила себя отвернуться и, буквально нос к носу столкнулась с Алесей.

Мачеха наблюдала за ней, скрестив руки на груди и чуть изогнув бровь.

— Так-так, — произнесла она, обнаружив, что ее наконец заметили. — Кажется еще совсем недавно, я убедительно просила одну юную леди держаться поближе ко мне. Как же так вышло, что мне пришлось искать эту леди по всему залу?

Лианна потупилась. Упрек был справедлив, но неприятно же, когда тебя отчитывают, как Робина за какую-нибудь проделку.

— Я просто немного отвлеклась и…

Алес остановила ее взмахом руки.

— Лия, светское общество не то место, где стоит отвлекаться. Здесь сожрать могут быстрее, чем в диких лесах Актая. А некоторые личности еще и упрекнут потом в недостаточной сочности костей. Пока ты здесь никого толком не знаешь…

— Я танцевала с Джером. — выпалила девушка, в глубине души признавая ее правоту, но не желая выслушивать нотации.

Алесия на мгновение растеряла все слова. Во взгляде ее промелькнуло изумление, смешанное с недоверием. Потом мачеха театральным жестом потерла уши.

— Ты… что? — переспросила она, словно не доверяя своему слуху.

— Джер. Пригласил. Меня. На танец. — раздельно повторила Лия. — И я решила, что не стоит отказывать себе в удовольствии. Ты же сама говорила, что он о-очень достойный молодой человек. — помня, что мачеха хорошо различает интонации, иронию девушка оставила при себе.

Алесии понадобилось секунд пять, чтобы переварить ее слова.

— В удовольствии? Кхм… И как же тебе танец?

— Пока сравнить не с кем. — призналась Лианна, невольно вспомнив таинственного незнакомца. Увы, тот спешил на встречу с другой. Да и воспитание явно не позволило бы ему пригласить леди, без официального знакомства.

Мачеха продолжала внимательно изучать ее лицо, поэтому Лия широко распахнула глаза и взмахнула ресницами, принимая самый честный и наивный вид. Тем более, насчет Джера она не лгала.

И единственное, о чем умолчала — о загадочном мужчине и насмешках старых подруг. Потому что о первом сказать было нечего, а если упомянуть о втором, то Алес лишний раз убедится в своей правоте. А танец, всего лишь танец. И ничего по сути не значит.

— То есть, все это время ты танцевала? — подозрительности в голосе мачехи хватило бы на десятерых.

Девушка пожала плечами, решив пройти по самой кромке правды.

— Не только. Еще любовалась обстановкой и перекинулась парой слов с одной старой знакомой. Виконтессой Мельтс. Бедняжке так не повезло, посадить пятно на платье еще перед началом вечера. Поэтому я отдала ей свою брошь. Мы, конечно, никогда не были подругами, но ты сама говорила, что надо поступать с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой.

У Алесии дрогнули уголки губ.

— Приятно видеть, что не все мои слова ты пропускаешь мимо ушей. — хмыкнула она. — Ладно, раз ты в порядке и не успела влипнуть в неприятности, я рада. Но теперь давай все же вернемся к твоему отцу.

Остаток вечера прошел неплохо. По крайней мере, гораздо веселее, чем его начало. Граф Арельс, знавший больше половины присутствующих, представил жену и дочь почти трем десяткам человек.

Правда того самого незнакомца, увы, среди них не оказалось. Мужчина либо покинул прием, либо просто затерялся в толпе. Хотя Лианна несколько раз пыталась отыскать его взглядом. Очень уж хотелось узнать его имя.

Потом опять были танцы. Сперва девушку пригласил герцог Рельс. Несмотря на солидный возраст, танцевал он вполне сносно. А еще — ни на миг не умолкал. Даже музыка не могла заглушить его речи.

Герцог восторгался Алесией, тонким умом отца, хорошим вкусом графа Бартона и его жены. Пошутил, что отдал бы руку, лишь бы обручить кого-нибудь из внуков с дочками Бартонов. Немало комплиментов досталось и хозяйке вечера — графине Роберон.

Лианна вежливо улыбалась, кивала, соглашаясь со всем подряд и под конец Рельс объявил, что она «достойная дочь Арельсов и на редкость приятная леди».

Не успела девушка перевести дух, как получила еще одно приглашение. Молодой человек был не то бароном, не то племянником какого-то графа и выглядел так, будто сам не ожидал от себя такой смелости.

К счастью, большую часть времени он молчал. Но это единственное приятное качество компенсировалось чудовищной неловкостью. Парень путал фигуры, умудрился пару раз наступить на ногу и вместо того, чтобы извиниться, лишь краснел до самых ушей.

Лия никогда не признала бы этого вслух, но ни первый, ни второй партнер и в подметки не годились Джеру. Потому что виконт Ормс танцевал так же естественно, как дышал. Легко и непринужденно. Но на этом его положительные качества исчерпывались.

К слову, сам Джер тоже попался девушке на глаза. Когда кружил в танце Сильвию, которая атаковала его волнами кокетства с тем же упорством, с которым море бьется о прибрежные скалы. Но, судя по всему, пробить «оборону» ей так и не удалось.

Как только музыка затихла, парень тут же вернул маркизу на прежнее место и исчез. Хотя нельзя сказать, что Сильвия выглядела расстроенной. На ее капризном лице читался восторг.

Разумеется, ей ведь никто не топтался по ногам. И не сжимал пальцы теплыми, чуть вспотевшими ладонями. Тем не менее, Лианна улыбнулась своему партнеру и с большим удовольствием вернулась к родителям, которые закончили танцевать минутой ранее.

К счастью, больше ее никто не приглашал.

— Превосходный вечер. — подвела итог Алесия, когда они возвращались домой.

Карета чуть покачивалась, за окном скользил бледный лунный свет. Под колесами шуршали опавшие листья, пахло сыростью.

— Угу. — Лианна плотнее закуталась в теплую накидку, мечтая о камине и горячем травяном отваре. Так как отец, по привычке, ехал верхом, в карете они были вдвоем с мачехой.

— Признаюсь, я ожидала худшего. — продолжила женщина, поправив кончиками пальцев занавески. — Но удалось и повеселиться, и поговорить о делах. У барона Телтона есть связи в книгопечатном цеху. И он полагает, что выпуск регулярных журналов и светских листков мог бы их заинтересовать. А увеличение прибыли книжников приведет к увеличению поступлений в казну. Нужен только правильный подход… Впрочем, об этом лучше говорить на свежую голову. — заметив, что падчерица с трудом удержала зевок, Алес чуть улыбнулась и плавно переменила тему. — Какие у тебя впечатления от первого выхода в свет?

Впечатления? Лия на секунду задумалась. Умом она понимала, что вроде бы должна испытывать восторг, однако усталость брала свое. Мысли были ленивыми, неповоротливыми и смазывались в одно сплошное пятно.

— Я рада, что удалось потанцевать. — отозвалась она, после небольшой паузы. — И что прическа не развалилась до конца вечера. А еще… мне нужны новые платья.

— Более новые, чем те, которые ты еще не успела надеть? — удивилась мачеха.

Лианна кивнула.

— Угу. Я вдруг поняла, что они слишком старомодные. И сильно проигрывают «водной деве».

— Ну я бы так не сказала. Как по мне, ты была права, на большинстве леди эти платья смотрятся просто вульгарно. Да и твой отец тоже неодобрительно отнесся к новой моде.

Девушка прикусила губу. В другое время она бы не решилась спорить с мнением отца, но насмешки старых знакомых задели ее за живое. А потому, хотелось сделать все возможное, чтобы выглядеть не хуже других. Или даже лучше.

— Отец — мужчина. И он ничего не смыслит в нарядах. Если ты с ним поговоришь…

В темных глазах Алесии вспыхнули смешинки.

— А почему я? Ты и сама можешь…

— Потому что тебя он точно послушает. К тому же, если я попытаюсь заговорить с ним о платьях, он отправит меня к тебе.

— И я останусь крайней. — хмыкнула женщина. — Превосходный план.

Лианна смутилась. Навлекать на мачеху неприятности она не хотела. А значит, о модном платье придется забыть. Жаль… По крыше кареты застучали мелкие капли дождя.

— Кроме того, — произнесла вдруг мачеха, — какой смысл сливаться с толпой и подражать другим? Поверь, уникальность привлекает гораздо больше внимания.

Девушка нехотя кивнула. Что есть то есть. Только вот внимание бывает разным. Кем-то окружающие готовы восхищаться, других же с радостью макнут в грязь за один лишь неудачный фасон.

Сравнят платье с мешком, как это сделала маркиза Латорс с подачи Джера, и все, можно забыть о всякой репутации. Но Алесии всего этого не объяснишь. Ведь тогда придется упомянуть и о своих злоключениях, которых бы не случилось, если бы она, как и было велено, держалась возле мачехи.

Да и уникальность уникальности рознь. Та же виконтесса Мельтс более чем оригинальна. Поэтому и сидит в дальнем углу, не имея ни подруг, ни поклонников, ни надежды когда-либо выйти замуж.

А повторять ее судьбу Лианна не собиралась.

Вернувшись домой, Лия отказалась от ужина и, сославшись на усталость, сразу же отправилась к себе. Разрозненные мысли, что крутились в голове большую часть пути, наконец начали оформляться в более-менее осязаемый план.

Раз не получилось с платьем, придется подойти к проблеме с другой стороны. Например, заняться своим внешним видом. Ведь в чем-то Джер был прав. Если у девушки красивое лицо, кто будет смотреть во что она одета?

Конечно, виконт выразился не совсем так, но сути это не меняло.

Вынув из прически шпильки, Лианна позволила волосам рассыпаться по плечам и выдохнула, чувствуя, как голова освобождается от давящей тяжести. Лишнее доказательство того, что красота не дается легко.

Затем девушка опустилась напротив зеркала и, придвинув свечу, принялась придирчиво изучать свое лицо. В неровном тусклом свете было сложно разобрать цвет кожи, но спустя некоторое время Лие и правда стало казаться, что она темновата.

Хотя на Актае она берегла ее, как могла. Носила широкополые шляпки, пользовалась тканевыми зонтиками — изобретение мачехи. Не выходила из тени в разгар дня. Увы, предосторожностей, видимо, оказалось недостаточно.

Тихо скрипнула дверь и в комнату заглянула служанка.

— Ее сиятельство приказали принести вам травянок и лепешки с сыром. — сообщила она, опуская поднос на низкий круглый столик. И если желаете чего-нибудь еще…

— Нет, Гана, можешь идти. Хотя нет, постой.

Девица послушно замерла и, спрятав руки под передник, приготовилась слушать. Нанятая совсем недавно, она из кожи готова была вылезти, лишь бы угодить господам. Особенно виконтессе, ведь у графини уже была своя личная служанка. Которая никому не уступила бы свое место.

— Скажи, знаешь ли ты какие-нибудь средства для осветления кожи?

Этот вопрос можно было бы задать и мачехе, но Алесия, скорее всего, посоветует простые притирания и травяные отвары, от которых не так уж и много толка.

Гана медленно кивнула.

— Да, госпожа. Я слышала, что некоторые леди протирают лицо уксусом, а потом накладывают белую пасту из каких-то особых минералов и жидкого серебра. Состав держится в секрете, но ее можно приобрести в некоторых столичных лавках. Мой двоюродный брат одно время служил у одного из таких лавочников.

Девушка подалась вперед, не веря в свою удачу. Все оказалось даже проще, чем она ожидала.

— Эта паста действительно помогает?

— Брат говорил, что да. Только наносить ее следует ровным слоем, а на утро смывать теплой водой. — заметив, что ее слова вызвали живейший интерес, Гана продолжила, — А еще, госпожа, он рассказывал о чудодейственных каплях, которые придают очарование глазам. И даже один раз приносил мне, на самом дне флакона. От них взгляд становится таким выразительным… Правда матушка, когда заметила, отхлестала по щекам. Мол, негоже дочке простого бакалейщика так прихорашиваться.

Лианна сочувственно качнула головой.

— Это она зря. Нет ничего дурного в том, чтобы хорошо выглядеть.

— Мне не по чину, госпожа. Мое дело — работать.

— А ты можешь раздобыть для меня эти средства? — открыв одну из шкатулок, девушка достала несколько крупных монет. — Вот, что останется, разрешаю забрать себе. Но о моей просьбе никто не должен знать.

— Даже ее сиятельство? — Гана моргнула, нерешительно покосившись на деньги. С одной стороны, ей очень хотелось быть полезной. С другой же, необходимость действовать тайно — пугала. Графиня казалась не тем человеком, от которого можно что-то утаить. А где она вдруг чего-то не замечала, в дело вступала Агнета, чью строгость тоже давно успели оценить все.

Лия задумчиво постучала пальцем по столу. Что-то ей подсказывало, что Алесия может не одобрить предпринятые меры. Потому что иногда мачеха цеплялась к самым незначительным мелочам, и никогда нельзя предугадать заранее, что ей не понравится в следующий раз. Так что лучше не рисковать. Вот когда она спустится к завтраку, бледная, с огромными блестящими, как у Джины глазами, тогда и раскроет свой маленький секрет.

— Даже ее сиятельство. — подтвердила она решительно. — Ей я сама потом все расскажу.