Самый дорогой враг

Глава 28 Виконтесса Мельтс

На следующее утро Августина держалась так, будто и не было никакого ночного разговора. Однако Лианна не могла выбросить ее слова из головы.

Неужели Джер и правда в нее влюблен? Бред. Большей нелепости просто нельзя представить. Влюбленные ведут себя совсем не так. Они галантны, милы и дорожат каждым знаком внимания, полученным от своей дамы сердца.

«…иногда попасть в плен намного заманчивее, чем одержать победу». — промелькнуло вдруг в памяти.

Лия упрямо встряхнула головой. Одна фраза еще ничего не значит. И вообще, их разговор был исключительно об игре в снежки.

«Должен признаться, что ваше общество мне здесь приятнее всего». — кажется, так он сказал во время ее первого выхода в свет. Когда вытащил танцевать, не дождавшись разрешения.

А еще был бал-маскарад, когда она сглупила, не догадавшись сразу, кто под маской.

«…рад, что ты снова выходишь в свет».

Может, было что-то еще, но почему-то именно эти слова остро врезались в память. Неужели, виконт говорил их от души?

Девушка с силой дернула гребень сквозь прядь волос и поморщилась от боли. Даже если и так, это не отменяет того, что раньше Джер вел себя просто чудовищно. Чего только стоили постоянные попытки задеть ее за живое. И это, не говоря уже, о насмешках и гримасах.

Пока она безжалостно продирала волосы, будто это способствовало порядку в голове, виконтесса Мельтс успела закончить утренний туалет, даже не взглянув в сторону зеркала. На этот раз, Августина надела шерстяное серо-коричневое платье, однако волосы собрала все в тот же гладкий пучок, подчеркивающий недостатки лица.

Взглянув в ее сторону, Лия прикусила губу. Граф Мельтс, чья жена выглядела разодетой до безвкусицы, явно экономил на младшей сестре. Простенький немодный наряд, полное отсутствие украшений.

Едва ли Августину можно превратить в красавицу, но сделать ее чуть более симпатичной, не составит труда. Надо только добавить в бледный облик немного красок.

— У меня в гардеробе есть одно платье. — начала девушка издалека, — И мне кажется, оно будет тебе очень к лицу…

— В самом деле? — Мельтс бросила на нее нечитаемый взгляд. — А мне кажется, что наряды обычно подбирают под себя, а не руководствуются внешностью других девиц.

Лианна мысленно взвесила ее слова. Несколько грубые, они, тем не менее, не походили на отказ.

— То есть, ты согласна его примерить?

— Нет!

— Нет? — Лия на секунду растерялась. — Но почему?

— Потому что меня полностью устраивает собственный внешний вид. И уж тем более я не нуждаюсь в милостыне. — припечатала Августина.

— Это вовсе не милостыня! — возмутилась Лианна. — Это… я же от чистого сердца.

Тяжело вздохнув, виконтесса Мельтс возвела глаза к потолку, словно прося его поделиться терпением.

— Я ценю твой порыв. Спасибо. Но позволь тоже кое чем поделиться. Один простой совет. Не пытайся облагодетельствовать тех, кто в этом не нуждается. Направь свою энергию на кого-нибудь более благодарного.

Августина провела ладонями по голове, проверяя, достаточно ли туго затянут пучок. Поправила жесткий, врезавшийся в шею воротник. Одернула рукава.

— Разве ты никогда не хотела выглядеть более красивой? — не выдержала Лия. То равнодушие, с которым Мельтс относилась к себе, просто не укладывалось в голове. Или она сама повела себя недостаточно деликатно?

Августина качнула головой. Словно ее спрашивали не о внешности, а предложили не самый вкусный десерт.

— Ты угадала. Не хочу. Мне нужно выглядеть именно так. — она немного помолчала, потом невесело усмехнулась. — Чувствую, ты все равно не отстанешь. Хорошо. Я объяснюсь, но пусть это останется между нами.

Лианна кивнула.

— Видишь ли, жена моего братца больше всего на свете желает устроить мою судьбу. И намерена выдать замуж за первого же, кто на меня позарится. Ты думаешь, они экономят на мне? — тонкие губы чуть искривились. — Вовсе нет, мои покои завалены модным барахлом. Платьев у меня больше, чем у кого-либо в свете. Но я никогда не надену ни одно из них.

На несколько секунд в комнате повисла звенящая тишина.

— Ты… ты разве не хочешь замуж? — Лия посмотрела на собеседницу с недоверием. Мысль о том, чтобы добровольно отказаться от создания семьи, казалась ей если не кощунственной, то, как минимум, странной.

— А зачем мне это? Чтобы потом всю жизнь ждать вдовства и, как только выйдет срок траура, выскочить замуж за смазливого тупицу, как сделала моя мать? Или, каждый день давить в себе отвращение к мужу, срывая разочарование на других? Радоваться, когда он убирается из дома, находя утешение в перемывании костей всем подряд? Улыбаться, скрывая отвращение? — Августина коротко и зло рассмеялась. — Спасибо, конечно, но это не для меня.

— Но ведь не все так живут! — выдохнула Лианна, вспомнив Алесию и отца. Их улыбки, обмены взглядами… Или чету Бартонов с их трепетным отношением друг к другу. — Мои родители, например…

— Твои родители, к слову… — начала Мельтс, но в последнюю секунду вдруг прикусила язык. Словно то, что готово было с него сорваться, не стоило произносить вслух. Ледяные огоньки в ее глазах тоже чуть подугасли. — Наверное, исключения случаются. — нехотя произнесла она, — Но я не собираюсь уповать на везение и играть с судьбой.

— То есть, ты хочешь всегда жить, как сейчас?

Виконтесса Мельтс насмешливо хмыкнула. Будто и не ее судьба только что открылась в самых безрадостных красках.

— И опять не угадала. К счастью, терпение моего дорогого братца и его супруги не безгранично. Они все чаще говорят о том, что если до рубежа молодости не смогут выдать меня замуж, то отправят в отдаленное поместье, где я буду доживать свой век. Всеми забытой, никому не нужной старой девой. Все, что остается мне, немного потерпеть и дождаться этих благословенных времен.

— А если тебе не понравится деревенская жизнь?

— Мне понравится где угодно, лишь бы подальше от них. — отрезала Августина, вскинув подбородок. — Спокойствие, тишина, пение птиц, вместо ежедневных сплетен.

Лианна задержала взгляд на своем отражении. Как она сама бы поступила на месте Мельтс? Тоже рвалась бы в деревню? Попыталась бы любой ценой выйти замуж?

Девушка выдохнула. Как же ей повезло, что не приходится делать, такой нелегкий выбор. Ведь рядом есть отец, и Алесия, и даже Робин, который просто не может вырасти противным человеком.

Был бы еще способ как-то помочь Августине. Если не платьем, то… ссылкой? Вдруг деревенская жизнь все же не придется виконтессе по душе? Тогда у нее останется время, чтобы вернуться и попытаться выйти замуж.

Лия стиснула в пальцах забытый гребень. Ей вдруг вспомнились слова Алесии о том, что безвыходных положений не бывает. Бывает недостаток смелости или фантазии. Она прищурилась.

— А что, если мы попытаемся убедить графиню Мельтс, чтобы тебя отправили в деревню уже в этом году?

На этот раз, ее слова были встречены с большим энтузиазмом, чем предложение примерить платье. В глазах Августины впервые промелькнул неподдельный интерес.

— И как же, позволь спросить, ты думаешь это сделать?

— Есть одна идея. Но понадобится помощь моей мачехи.

Выловить Алесию удалось далеко не сразу. Как хозяйка замка, она все время находилась на виду. И раз граф Арельс был в числе охотников, отправлявшихся в лес, графиня становилась центром оставшегося в Арельсхолме общества.

Поняв, что не сможет пока переговорить с мачехой с глазу на глаз, Лианна выскользнула на крыльцо, где уже толклись несколько девиц. Едва удостоив сухим кивком маркиз Латорс, она не раздумывая присоединилась к виконтессе Мельтс, стоявшей, как обычно, чуть в стороне.

Августина с вежливым интересом рассматривала лошадей, но, казалось, совершенно не замечала всадников.

Лия поискала взглядом отца. В отделанной мехом шапке и теплом зимнем плаще, он был одним из немногих, кто пока еще стоял на земле. Взяв под уздцы своего коня, он что-то объяснял деревенским парням, нанятым специально для охоты.

Те внимали каждому его слову. Да и не только они. Вот какой-то грузный мужчина подъехал чуть ближе, и явно пошутил, потому что над двором прокатился гулкий хохот. Даже на лице отца промелькнула улыбка. Махнув рукой, он вскочил в седло.

— Его высочество. — шепнула Августина, неожиданно склонившись к ее уху. — Прибыл вчера поздно вечером. Не хотел устраивать шумиху, поэтому без семьи и с малой свитой.

Лианна удивленно моргнула. Ка-ак⁈ Они с Мельтс вместе вышли к завтраку, сидели рядом за столом и расстались только выйдя из столовой. Когда она успела обо всем узнать?

— Об этом шепчутся все вокруг. — пожала плечами виконтесса. — Разве ты не заметила, как вырядились некоторые дамы? Даже маркизы едва не выпрыгивают из платьев. Ведь принц не так давно, по слухам, опять расстался со своей фавориткой. И некоторые надеются, что им повезет.

Лия еще раз посмотрела на полноватого мужчину с чуть оплывшим лицом. Если нынешнего короля ей как-то раз довелось увидеть издалека, то о членах его семьи она знала только со слов других. Вроде бы, принц — Сьюзер Ладвик был давно знаком с ее отцом. Еще с тех времен, когда оба служили в королевской гвардии.

— Но он же такой старый. — не удержалась она.

— Ну почему же? Они с графом Арельсом примерно одних лет. — хмыкнула Августина. — А принадлежность к правящей династии более весомый аргумент, чем возраст. Однако на месте маркиз я бы не хлопала так ресницами. Говорят, что за последние пятнадцать лет его высочество расставался со своей фавориткой раз сто. Постоянство — прекрасное мужское качество.

— А почему он просто на ней не женится?

Августина вскинула брови.

— Ты чего? Маркиза Верстон трижды вдова. И старше принца на восемь лет. Но, полагаю, тебе это не слишком интересно. Лучше посмотри туда.

Лианна послушно проследила за ее взглядом, радуясь в душе, что можно не продолжать такой… не совсем пристойный разговор. Чуть в стороне от более взрослых охотников собрались молодые люди. И из них особенно выделялся один — на огненно-рыжем коне.

Конь нетерпеливо постукивал копытом, словно желал пробить утоптанный снег. Подавшись вперед, юноша успокаивающе похлопал его по шее. Затем, словно почувствовав внимание к своей персоне, поднял голову. Вспыхнув до корней волос, Лия поспешно отвела взгляд. Августина хихикнула.

— Он почти все время смотрел на тебя. — сообщила она, на грани слышимости. — Все, как я говорила.

Лианна сделала вид, что увлечена резным узором на перилах.

— И зачем мне это знать? Не ты ли мне говорила, что брак — худшая участь, которую только можно представить?

— Для меня да. — подтвердила Мельтс, улыбнувшись краем рта. — Но даже я хорошенько бы подумала, если бы за мое внимание решил побороться виконт Ормс. Хотя ему очень не достает солидности. Мужчина не должен так часто улыбаться.

— А мне не нравятся люди, которые все время ходят с каменным лицом.

Сообразив, что ляпнула, девушка прикусила язык.

Августина смерила ее насмешливым взглядом, но, к счастью, в этот момент загудели охотничьи рожки. И дамы, что не желали мерзнуть понапрасну, тоже высыпали на крыльцо. Звуки голосов, смех, ржание лошадей и глухой стук копыт по снегу — все это переплелось в такой шум, что о продолжении беседы не могло быть и речи.

Всадники выезжали со двора по трое. Его высочество в компании хозяина замка и герцога Рельса. Сопровождение принца. Герцог Латорс и два его младших брата. Еще несколько вельмож. Дальше уже сплошным потоком следовали конюхи, загонщики, лесничие.

— … в лесах Арельсов несколько десятилетий не охотились. — донеслось до Лианны. — … наверняка будет много добычи.

— … сегодня только его высочество будет бить дичь. — возразил другой голос. — … лучшие трофеи — королевской семье. Но завтра… — слова потонули в гуле голосов.

Постепенно двор опустел, и дамы потянулись обратно в замок.

— Алес! — спохватилась Лианна, обнаружив мачеху, которая чуть замешкалась на крыльце. — А я тебя везде искала!

— Я вроде бы и не пряталась. — фыркнула женщина, поправив шаль.

— Мне нужно с тобой кое о чем переговорить.

— Что-то срочное?

— Ну-у… — Лия замялась.

Нельзя сказать, что ее дело не требовало отлагательств. Однако до конца зимней охоты оно точно не могло подождать. Вдруг, другой возможности убедить графиню Мельтс отправить Августину в деревню, так и не представится?

Как это нередко бывало, Алесия поняла ее без лишних слов. Темные брови чуть приподнялись.

— И что же стряслось на этот раз?

Виконтесса Мельтс стояла у ели на первом этаже и, словно без особого интереса, разглядывала елочные игрушки. Ее лицо было таким же непроницаемым, как всегда. Однако пальцы, держащие атласный платочек, чуть побелели.

Решив подкрасться к ней со спины, Лия постаралась ступать как можно тише. Шаг. Еще один. Увы… у Августины оказался слишком острый слух. В последний миг она резко повернулась и перехватила запястья, прежде чем ладони успели закрыть ее глаза.

— Твое платье шуршит. А еще, ты слишком громко дышишь. — бросила она, прежде чем разжать пальцы. Потом прищурилась. — Ну и… как ее сиятельство отнеслась к твоему «гениальному» плану?

Хоть виконтесса Мельтс и пыталась показать, что ей все равно, за насмешкой отчетливо чувствовалось напряжение.

— Она сказала, что он неплох. Правда нуждается в небольших коррективах.

— То есть… графиня готова помочь? — взгляд Августины застыл на бисерном шаре. А на скуле едва заметно дернулся нерв.

— При двух условиях.

— Ах. Ну конечно же! — тонкие губы дрогнули.

— Во-первых, — продолжила Лианна, не обратив внимания на ее слова, — … она хотела бы сперва с тобой поговорить. Чтобы убедиться, что ты осознанно идешь на этот шаг и понимаешь, какая жизнь ждет тебя в деревне. И еще, что просьба действительно исходит от тебя. А не я решила свести какие-то старые счеты. Такое недоверие, между прочим, оскорбительно. — хмыкнула она, впрочем, без особой обиды.

— Твоя мачеха неглупа. — признала Августина, чуть расслабившись. — А во-вторых?

— Алес считает, что давить на графиню Мельтс при всех — не лучшая идея. И хочет побеседовать с ней в дружеской, почти приватной обстановке. Но для этого ей надо знать ее слабые места. Не семейные тайны, но что-то, что могло бы зацепить графиню.

— Сложно задеть за живое человека, который любит только сплетни и себя. — задумчиво произнесла девица. — А по-настоящему она ценит только внешний вид. Свой и окружающих.

Лия кивнула.

— Что ж. Надеюсь, этого будет достаточно.