Аберрант. Пробуждение

Интерлюдия II Ч.2

Краснодарская метрополия, сектор E , круглосуточное интернет-кафе.

— Есть кто⁈

— Минуточку! — донесся звонкий женский голос.

Посетитель выжидающе положил ладонь на администраторскую стойку и осмотрелся. Стандартное заведение, дающее доступ в Сеть, каких полно на каждом углу. Подобный сервис он легко мог получить у себя дома, причем с куда большими удобствами. Но сейчас ему меньше всего хотелось, чтобы его имя и жилище хоть как-то засветились в предстоящем деле. То, что он планировал совершить, являлось серьезным преступлением против личности.

Даже если эта личность уже час, как мертва.

Наконец из подсобного помещения выскочила прыщавая девица, лет двадцати, и оценивающе уставилась на ночного гостя. Темные очки с крупными стеклами; аляповатый шелковый шарф, закрывающий нижнюю часть лица; неудачно подобранный вельветовый костюм, лишь подчеркивающий полноту. Определенно у визитера имелись проблемы с чувством вкуса.

И тем не менее, все вещи были высшего качества, что могло означать только одно — перед ней аристократ. Ну или какая-то важная шишка, пожелавшая оставаться инкогнито.

— Слушаю? — она эротично облокотилась на стойку, выставив напоказ верхнюю часть весьма аппетитной груди.

— Доброй ночи. Мне бы ЛВП воспользоваться, — произнес он приятным баритоном.

— Кресло или обычный компьютер?

— Обычный. Приватная кабинка.

— Приватная? — администраторша с подозрением обвела его фигуру взглядом и на этот раз заметила выпуклость под пиджаком, которую тот старательно пытался скрыть спрятанной в кармане рукой.

Ясно. Очередной богатенький извращенец, неспособный получить удовольствие, как все нормальные люди. Такие любят потеребить свою кочерыжку в общественных местах с помощью какой-нибудь новомодной секс-игрушки. А если еще и на клавиатуру кончит…

Она недовольно скривилась, что не ускользнуло от его внимания:

— Какие-то проблемы?

— Извините, задумалась. Вперед и направо — дверь номер два.

— Спасибо. Сдачу оставь себе, — он припечатал к столу двухсотенную купюру и направился вглубь помещения.

— Ой! Правда?

Не веря привалившему счастью, девушка ошалело проводила клиента глазами, а затем спешно сгребла деньги. Даже если этот аристократический упырь собирался здесь мастурбировать до конца смены — флаг ему в руки. Остаток суммы превышал ее суточный оклад, а ради такого можно и не только клавиатуру вымыть.

Меж тем загадочный посетитель заперся в кабинке, поудобнее устроился на стуле и задумчиво уставился на дисплей, а если точнее — на простенький логотип из трех заглавных букв: « ЛВП».

Личное Виртуальное Пространство. То, с чего начинается выход в виртуальную реальность для каждого гражданина вне зависимости от статуса и категории. Что-то типа приватного кабинета, куда нет доступа даже разработчикам. За его работоспособностью следит специальная нейросеть — неподкупная и беспристрастная. Именно поэтому в ЛВП ты безбоязненно можешь хранить свои самые сокровенные секреты: номера левых счетов, данные банковских карт, пароли и прочую ценную, а иногда даже откровенно незаконную информацию. Никто и никогда не узнает, что прячется внутри твоего виртуального мирка.

Впрочем начальника Краснодарского УКО доступ к чужой финансовой информации интересовал меньше всего. Куда интереснее было узнать о темной стороне Гриднева, раз уж кудесница-судьба подкинула такой подарок. Обмануть даже самое дешевое нейрокресло у него никогда бы не вышло, но вот попытать удачи с устаревшим компьютером можно было вполне.

Сергей Алексеевич отодвинул клавиатуру в сторону, вынул из-за пазухи полиэтиленовый сверток и осторожно разложил его содержимое перед собой. За время поездки физиономия Бориса изрядно запачкалась кровью, так что ее надо было привести в порядок.

Он тщательно протер влажным платком скулы и лоб, полностью убрав красные разводы. Затем кропотливо выставил нужное положение глазных яблок, которые упорно сопротивлялись и отказывались смотреть куда нужно.

— Ну вот, как живой! — наконец ухмыльнулся Шерстобитов.

Все еще сомневаясь в успехе затеянного им предприятия, он, тем не менее, вынул из нагрудного кармана небольшой блокнотик и раскрыл его посередине. Хранившуюся в нем информацию, нельзя было доверить телефону, поскольку добывалась она незаконно, либо же с серьезными процессуальными нарушениями. В частности на выбранной им странице содержались идентификационные данные, которые Гриднев использовал для входа в банковские приложения.

Введите логин.

Сергей Алексеевич набрал необходимую комбинацию. Поле ввода мигнуло и уступило место новой графе:

Введите пароль.

Сердце запрыгало в груди. Зная об исключительной осторожности криминального напарника Шерстобитов до последнего сомневался, что тот станет использовать один и тот же логин для двух разных систем.

И тем не менее сработало. Первый шаг был пройден.

Он снова застучал по кнопкам и нажал «Ввод».

Пароль неверный.

Осталось попыток: 2

Чего и следовало ожидать.

Еще раз?

Пароль неверный.

Осталось попыток: 1

И последний!

Пароль неверный.

Внимание! Вход в систему заблокирован. Для быстрой разблокировки потребуется немедленная биометрическая идентификация. Пожалуйста раз местите оптический модуль на уровне глаз.

Осталось: 00:00:59 сек

— С богом! — прошептал Сергей Алексеевич и поднес веб-камеру к лежащему на столе куску плоти.

Идентификация успешно пройдена.

Доброй ночи, Борис!

После приветственного сообщения система замигала потоком сообщений и перед восторженным взглядом начальника Краснодарского УКО открылась урезанная версия ЛВП покойника.

— Ну-с, Боренька, — он нервно облизнул пересохшие губы. — Похоже сегодня я узнаю о твоих внутренних демонах куда больше, чем тебе самому бы хотелось.

Краснодарская метрополия, Сектор Е, район Топь.

В дверь требовательно постучали. Уже пришедший в себя профессор поспешил к выходу, чтобы впустить в кабинет худощавого посетителя в круглых очках с кофейного цвета стеклами. Лицо последнего имело крайне примечательную форму: широкие, почти монгольские скулы переходили во впалые щеки, а те, в свою очередь, опирались на узкий клиновидный подбородок. За такую свою физиологическую особенность он еще в школе получил прозвище Треугольник.

Впрочем называть его так могли лишь несколько избранных. Сам же Эдельштейн предпочитал обращаться к нему просто и вежливо — Анатолий Федорович, поскольку прекрасно знал, кому обязан жизнью, новой внешностью и чистыми документами.

А еще он меньше всего рассчитывал, что этот человек появится тут лично.

— Доброй ночи! — волнительно произнес он. Не ожидал вас здесь…

— Доброй. Где труп? — перебил его прибывший.

— Да, собственно, вот…

Эдельштейн отошел в сторонку и указал рукой на процедурный кабинет.

Гость, не разуваясь, прошел внутрь и осмотрелся. Безэмоциональный взгляд бегло скользнул по внутренней обстановке, затем переключился на сломанное оборудование и только после остановился на двух окровавленных телах. Заметив отсутствие руки и части черепа у того, что находился сверху, он недовольно повел бровью:

— Где недостающие органы?

— Боюсь на этот вопрос ответ есть только у него, — профессор, указал костлявым пальцем на мирно дремлющего юношу. — Но даже при самом благоприятном прогнозе он придет в себя не раньше, чем к утру.

Треугольник внимательно изучил незнакомца. Громадные синяки под глазами, сломанный нос, сочащаяся кровью дыра в ключице и… улыбка сытого младенца на лице.

— Мило. Пояснения будут?

— Будут, — торопливо кивнул ученый, — Но начать придется издалека.

— А куда нам торопиться среди ночи, Яков Натанович? — руководитель Структуры небрежно скинул одежду покойника со стула и уселся поудобнее. — Приступайте.

— Все началось, со звонка Бориса в полдень…

— … а потом я обнаружил это, — ученый присел на корточки и сдвинул веки спящего вниз, обнажив белки глаз со светящимися радужками.

— И? Как я по вашему должен отреагировать? — безучастно произнес Треугольник. — Ну вставил себе молодой обормот навороченные линзы и что?

— Это не линзы! — с ноткой обиды в голосе отозвался профессор. — Неужели вы думаете, что я не способен их отличить?

— Тогда озвучьте ваши соображения. За время нашей беседы у меня сложилось впечатление, что вы изо всех сил стремитесь сохранить жизнь этому мальчику. Однако я пока не вижу для этого оснований. Структура не нуждается в новых порталистах, пусть и потенциально талантливых. А вот найти достойную замену Гридневу в ближайшее время мне видится абсолютно невозможным. Его смерть затормозит наш прогресс на месяцы. По-хорошему, причинивший настолько серьезный ущерб человек должен понести соответствующее наказание…

— Но? — с надеждой вскинул брови Эдельштейн.

— Но я уважаю вашу верность и ценю наше многолетнее сотрудничество, а потому готов дать шанс убедить меня в обратном.

— Знаете… Вот так с наскока мне будет сложно объяснить всю потенциальную ценность этого юноши.

— А вы попробуйте, Яков Натанович.

— Разумеется попробую. Как у вас обстоят дела с биологией?

— Тесты оценили в семьдесят девять баллов.

— Прекрасно! — обрадовался Эдельштейн. — В общем, если особо не углубляться в теорию, то оттенок радужной оболочки глаза зависит сразу от нескольких факторов: количества меланина и липофусцина; плотности коллагеновых волокон в эктодермальном слое; рассеивания света в строме, а также наличия некоторых болезней…

— Стоп, стоп, стоп! — выставил ладонь собеседник. — Давайте не будем забираться так глубоко. Достаточно, чтобы я просто уловил суть.

— Суть? — задумчиво почесал затылок ученый. — Тогда я зайду с другой стороны. Вы ведь знаете, что такое фаль в принципе?

— Вы спрашиваете сапожника, про то, как устроены сапоги? — рассмеялся Треугольник. — Ну тогда приготовьтесь! Фаль — это химическое соединение, которое невозможно получить искусственным путем. Единственным известным источником его добычи является вытяжка из затылочной доли мозга мутантов третьей стадии и выше. Проблема в том, что процесс естественного синтеза и накопления этого вещества возможен исключительно тогда, когда организм донора находится на территории квантовых аномалий подгруппы Омикрон, пагубно влияющих на земные формы жизни. С другой стороны, подобное положение вещей не может не радовать, ведь именно этим обусловлена сверхвысокая цена вещества, позволяющая держаться нашей организации на плаву. Я достаточно развернуто ответил?

— Вы даже сумели меня поразить! — похвалил его Эдельштейн. — Но что вы знаете о существах, находящихся на второй стадии мутации?

— Да особенно ничего. «Двойки» мало кого интересуют с точки зрения бизнеса, поскольку их организм не способен производить фаль. Знаю, что у них все еще сохранены внешние черты изначального вида, но когти, зубы, мышцы и кожные покровы уже в разы прочнее, чем у незараженных собратьев. А еще они имеют очень невысокий интеллект, относительно более поздних уровней мутации.

— Снова неплохо! Однако вы забыли главное отличие, касающееся сверхспособностей.

— Точно! — уголки губ Треугольника дернулись вверх. — У двоек их нет!

— А вот здесь вы промахнулись, как и девяносто девять человек до вас! — шутливо погрозил ему пальцем ученый. — Экземпляры второй стадий действительно не умеют создавать и накапливать вещество. Но это совершенно не значит, что они не способны его использовать. Скажу больше! Минимальное КПД преобразования фали у мутантов второго уровня начинается с трехсот баллов, что сопоставимо с самыми сильными представителями нашей аристократии.

— Хм… Не знал такого о двойках. Но вообще интересные вы люди, ученые! Это же надо додуматься вколоть бесценное вещество никому ненужному монстру!

— Поверьте, в застенках Императорской лаборатории проводятся и не такие безобидные эксперименты, — лицо профессора на долю секунды подернулось гримасой отвращения. — Но, возвращаясь к необычному цвету глаз нашего юноши. Мутанты, начиная с третьей стадии, имеют красную радужную оболочку, что, кстати, считается важным отличительным признаком их сортировки. Однако, вопреки популярному мнению, они не являются альбиносами, поскольку их организм не утрачивает способность вырабатывать меланин. Если подобную особь вывезти с территории Омикрон-зоны и поместить в клетку, то примерно через месяц, ее глаза обретут совершенно нормальную окраску из-за полной очистки организма от фали.

— Это мне и без вас известно. Правда я не особенно вдавался в химическую сторону процесса. Вроде там что-то связанное с антимутагеном.

— А вот здесь мы и подобрались к самой сути! — Эдельштейн активно заходил по комнате. — Помимо фали в организмах мутантов присутствует множество других уникальных биологических жидкостей, одной из которых является — циастан. Его выработка начинается со второй стадии и не требует обязательного пребывания существа на территории омикрон–аномалии.

— Что он делает?

— Регулирует процесс мутации, запрещая клеткам изменяться слишком быстро. По сути это естественный щит монстров, помогающий им справляться с избытком омикрон-излучения. Кстати против нашей родной радиации он тоже работает.

— Ну я же говорил про антимутаген! — воскликнул собеседник. — Жаль наша иммунная система реагирует на него враждебно и создать на его основе препарат для защиты людей не представляется возможным.

— В точку! — одобрительно отозвался ученый. — Так вот, взаимодействуя в организме мутантов с фалью, циастан производит некий любопытный радикал, вызывающий изменение структуры меланина, благодаря которому он приобретает флуоресцирующий эффект. Иначе говоря, начинает светиться в темноте.

— И? Я начинаю терять суть, Яков Натанович! Какое это отношение имеет к нашему парню⁈

— Самое прямое, разумеется! До того, как я сделал ему инъекцию, его радужки имели типичный человеческий цвет. Светло-голубой, кажется.

— Погодите! Хотите сказать, что фаль в организме этого парня вступила в реакцию с неким веществом, которое можно найти только в организме мутантов второй стадии и выше? Вы в своем уме⁈

— Это я вам и пытаюсь объяснить! — возбужденно выдохнул Эдельштейн. — Глаза нашего юноши потеряли окраску, но красными, как у мутантов, не стали. Такой результат заставляет предположить, что радикала у него в организме не очень много. И, тем не менее, он там присутствует! Пока вы ехали сюда, я взял на себя смелость сделать тест на капле его крови. Это — циастан.

— Бред! — Треугольник вскочил со стула и начал мерить шагами комнату. — Он никак не может быть мутантом. Они безумны, они не живут в городах; они не носят человеческую одежду; они…

— Покойный Гриднев с вами бы не согласился.

— Вы лучше меня знаете, что я имею ввиду! — раздраженно ответил глава Структуры. — Борис находился на первой стадии мутации, которая не затрагивает мозг. Вы же намекаете, что его убийца может иметь вторую, но при этом упомянули, что парень абсолютно адекватен. Он что, гибрид мутанта и человека?

— Уже начиная с первой стадии мутанты не могут зачать детей, — помотал головой профессор. — Эндокринная система поражается в первую очередь. Так что рассматривать нашего юношу, как порождение межвидового союза я бы стал в последнюю очередь.

— Значит он результат генной инженерии?

— Разве что лет через двести. И то слишком оптимальный прогноз.

— Ничего не понимаю, — мужчина в очках с обескураженным видом уселся обратно. — Тогда кто он такой?

— Не знаю, — улыбнулся Яков Натанович. — Но в этом и кроется главная задача науки — отвечать на вопросы, которые не имеют очевидного ответа. Если вы оставите этого парня в живых, если дадите мне возможность его изучить…

— То что?

— Представьте, какие у него могут быть вторичные параметры взаимодействия с фалью? Если моя теория верна — у нас появится шанс заполучить спеца, способного творить вещи недоступные остальным!

— А еще шанс закончить как Гриднев, когда парень придет в себя! — спустил его с небес Треугольник. — Ну или он окажется обладателем слабого иммунитета, по ошибке проглотившим этот ваш циастан. Как вам такие версии?

— Подобное стечение событий маловероятно.

— Но ведь случайное попадание вещества в его организм не исключено? Так?

— Не исключено, — с кислой физиономией согласился Эдельштейн.

— Кроме того он, вероятно, числится в розыске. Не забывайте, что каратели больше не под нашим контролем и могут принести серьезные проблемы, нагрянув на уже засвеченные объекты с обысками. Скинув труп парня Шерстобитову, мы гарантированно их отвлечем и выиграем время для частичной передислокации.

— Послушайте, — взволнованно перебил его ученый. — Я своими глазами видел, как он убил Бориса и прошу поверить моему профессиональному чутью. Однажды этот юноша перевернет все наши представления о работе с пространством. Я никогда вас ни о чем не просил, однако сейчас готов умолять сохранить ему жизнь. Дайте неделю, и я докажу, что он станет вашим лучшим приобретением за все время существования Структуры.

Повисла пауза, затянувшаяся почти на минуту.

— Сделаем так, — лицо руководителя приняло обычное холодное выражение. — Сейчас я пришлю сюда людей, которые вас обоих транспортируют на Ольхон. Там парня никто не найдет, к тому же он станет полностью безопасен для окружающих и не сможет бежать. Вы получите трое суток, чтобы представить мне что-то более существенное, чем цвет его глаз. И если все окажется так, как вы говорите — ваши гонорары возрастут кратно. Но если я получу пустышку…

— То мне придется оплатить все расходы из своего кармана! — незамедлительно воскликнул ученый. — Вы же это хотели сказать?

— В двойном размере, — Треугольник поднялся со стула. — Собирайте вещи, Яков Натанович.

— Погодите! А как я смогу проводить исследования в месте, где не работают ни способности, ни тонкая электроника?

— Для начала добейтесь его расположения. Все остальное я обещаю устроить.

Краснодарская метрополия, сектор E , круглосуточное интернет-кафе.

Сергей Алексеевич с потерянным видом сидел на неудобном стуле и сверлил глазами одну единственную точку, расположенную где-то далеко за экраном монитора. Приоткрытый рот и немигающий взгляд придавали его лицу туповатое выражение, но в данный момент он просто не контролировал мышцы лица.

Как только что выяснилось, он и свою-то жизнь под контроль взять не смог…

За него это успешно сделал Борис. На протяжении многих лет «мелкий торговец фалью» скармливал ему безупречно продуманную легенду. Внушал, что пляшет под его дудку; добросовестно стучит и активно ищет для него крупную рыбу.

Вот только плавающей на виду у всех акулой оказался сам Гриднев, искусно отвлекающий внимание Шерстобитова от глубоководной стаи китов, главным из которых оказался человек с загадочной кличкой Треугольник. Умело манипулируя им, а также десятком других продажных бюрократов, эти двое устранили в Краснодаре всех серьезных конкурентов и выстроили целую теневую империю, охватившую не только вотчину Каверина, но и соседние Метрополии.

Нелегальная добыча и экспорт фали; незарегистрированные демолитовые рудники; массовая закупка импортного вооружения. И ладно бы это организовали простые бандиты! Но в указанных схемах, судя по всему, могли принимать участие представители некоторых знатных семей. И, что еще более тревожно, ниточки тянулись к серьезным людям, находящимся у власти. Наличие у преступников возможности смены личности и создание фальшивой истории жизни прямо указывало на это.

Происходящее походило на подготовку к государственному перевороту. Медленно, но верно организация, именующая себя незатейливым названием «Структура», копила силу, чтобы через несколько лет нанести мощный удар по Империи изнутри. Другого объяснения происходящему просто быть не могло!

Беглый малолетка-гений? Шантажистка Бессонова? Незаконное проникновение в чужое ЛВП? Убийство дерзкой сучки из гетто?

Как же это все мелко и смешно выглядело на фоне обнаруженного заговора. Да даже если что-то из этого однажды всплывет — наплевать! Никто не судит победителей.

А он им обязательно станет!

«Его Сиятельство граф Шерстобитов»?

Больше желанный титул не казался чем-то недостижимым. Для императорской семьи возможность упредить удар исподтишка стоит куда дороже, чем пара усадеб и ленточка с регалиями. Звание такого уровня и за меньшее давали.

Представить же все можно, как тщательно проведенную многолетнюю разработку, путем внедрения Гриднева прямо в сердце врага — все равно его труп уже ничего не опровергнет. Ну а возможное признание вины Треугольником или принудительное сканирование его мозгов на это никак не повлияет. Прелесть работы двойного агента в том и заключается, что обе завербовавшие его стороны искренне уверены в полном контроле ситуации.

Тогда и Бессонова отвалится с хвоста!

Да, торговля конфискатом имела место. Но это был исключительно вынужденный шаг, чтобы внушить хитрым противникам, будто начальник УКО продался с потрохами и теперь плотно сидит на крючке. А официального оперативного дела он не завел лишь потому, что Треугольник имел серьезные связи в руководствах силовых ведомств и мог быть предупрежден, что под него копают.

Выкусили, придурки⁈

Шерстобитов дважды нервно моргнул и пришел в себя, заметив изменения на мониторе:

Внимание! Вы скопировали содержимое ЛВП на внешний носитель. С этого момента система не может гарантировать сохранность ваших данных.

— Боюсь, боюсь! — криво ухмыльнулся он.

Сергей Алексеевич благополучно покинул интернет-кафе и направился к припаркованному в переулке автомобилю. Эмоции от обрушившегося на него подарка судьбы постепенно испарялись, уступая место тревожным опасениям. За свою длительную карьеру ему никогда не доводилось сталкиваться с преступником такого калибра. Он прекрасно понимал, что подобный человек не просто так занимает место на вершине криминальной пирамиды и обыграть его будет очень нелегко. Достаточно одного мелкого упущения, чтобы вся разработка полетела псу под хвост.

Прямо сейчас полностью протрезвевшего начальника УКО атаковали десятки вопросов.

Что будет, когда Треугольник увидит тело Грида без лица? Придет ли ему в голову, что кто-то мог воспользоваться его биометрией, чтобы забраться в ЛВП? Способна ли такая мелочь заставить его залечь на дно?

Если да, то на операции можно ставить крест.

К счастью имелся и другой вариант, более вероятный. Железяка, что держал в руке покойный, имела маркировку компании, производящей медицинские нейрокресла. Такое оборудование ставят только в капитальных зданиях, подключенных к Сети с высокой пропускной способностью и независимым дублирующим каналом. Следовательно охранные системы там должны быть на самом высочайшем уровне.

Но в таком случае сложно представить, чтобы неопытный пацан смог беспрепятственно подобраться к Борису и при этом нигде не засветиться. Скорее всего люди Треугольника прекрасно знают как погиб их соратник, а потому им даже в голову не придет волноваться за его виртуальный кабинет.

Если же это так, значит сейчас они активно ловят или уже поймали пацана. С их ресурсами и связями провернуть подобное не проблема, поскольку никаких одобрений Москвы бандитам не требуется.

Допустим все сойдется. Тогда на допросе менталисты Структуры обязательно узнают про части тела в кладовой и отправят людей к парню домой, где обнаружат свежевымытый пол и труп покончившей с собой матери.

Но только не то, что искали!

Получается стоит вернуться и положить останки Грида на место?

А если они уже там побывали? Если организовали слежку за квартирой?

Заметно расстроенный Сергей Алексеевич взялся за ручку автомобиля, как вдруг его лицо резко посветлело:

— Я знаю, куда тебя выбросить, Боренька!