Аберрант. Пробуждение

Глава 10

— Нет!!!

Хрупкая фигурка девушки за долю секунды очутилась между нами, загородив меня от выстрела.

— Отойди, дура! — прорычал командир. — Он же хикса!

— Стас, он — человек, просто не совсем обычный! — торопливо произнесла Лена. — Его Кудрявцеву прислали на изучение. Мне это Леша сказал.

— А-а-а… с-сука! Он мне половину пальца снес! — донесся стон Василия сбоку.

Руководитель отряда несколько секунд молча смотрел то на нее, то на стонущего водителя, а затем перенаправил пистолет мне в ноги:

— В сторону, парень. Без резких движений.

— Нет! — твердо повторила девушка. — Птицу ты тоже не тронешь.

— И давно ты здесь главной стала? — ноздри старшего заходили ходуном.

Вместо ответа Лена развернулась ко мне и негромко спросила:

— Костя, ты мне веришь?

— После того, как ты меня загородила от пули? — ошалело пробормотал я. — Наверное да.

— Тогда убери его в мешок.

— Что?!! — одновременно выпалили мы с Сергеичем.

— Засунь трупоеда в мешок, только осторожно, — повторила она. — Я очень хорошо чувствую его внутреннее состояние. Не понимаю, что происходит, но он испытывает перед тобой трепет и готов подчиняться, как своему вожаку.

— Вожаку⁈ — выдохнул командир, опуская ствол. — Ну тогда решай сам, парень. Лучше Ленки зверье в этих краях никто не понимает. За такой экземпляр Кудрявцев нам штук пять отвалит. Половина твоя.

Я перевел взгляд на Василия, рассчитывая услышать его мнение, но тому было до лампочки. Сейчас его больше всего на свете интересовал остаток пальца, который он с обиженным видом продолжал держать во рту.

Ну и ладно. Если со мной что-то случиться — вам отвечать.

Дрожа коленями от волнения присел на корточки. Мутант больше не пытался устанавливать со мной зрительный контакт, но я продолжал ощущать его присутствие где-то на краю сознания.

— Он считывает твои намерения, Костя! — неожиданно произнесла девушка.

— И-и-и?

— Думай о нем только в позитивном ключе. Представь на его месте маленького котенка.

— По моему котят в мешок сажают совсем с другой целью, — пробормотал я.

Впрочем смысл в ее словах, вероятно, имелся.

«Ути-пути, какая тут у нас хорошая птичка!»

Пальцы осторожно коснулись жестких, как металлическая мочалка перьев. Ворон слегка дернулся, но атаковать не стал. Аккуратно завел ему ладонь под брюшко, чуть подталкивая вперед и одновременно подтянул к клюву мешок. Он на удивление правильно истолковал мой жест и сам заскочил внутрь. То ли прочитал у меня в голове, что я, пытаюсь от него добиться; то ли принял темноту тканого полога за надежное укрытие.

Тихонечко приподнял котомку с земли, удерживая подальше от себя, но мутант на это тоже отреагировал спокойно.

— Молодец! — выдохнула Лена.

— А дальше-то что?

Члены отряда вопросительно переглянулись, после чего Сергеич вновь принял на себя командование:

— Сейчас все идете в машину. Лена — останешься наверху бинтовать Василия; Костя — закроешь трупоеда в багажном отсеке и вернешься сюда с еще одним мешком.

— Понял.

Так мы и поступили. Упаковав мутанта в дополнительный багажник, я вновь спустился обратно и помог командиру дорезать оставшиеся головы. Других сюрпризов мертвые птицы не преподнесли, так что справились мы минут за пять. Затем Сергеич принялся выдергивать из земли электроды, попутно счищая с их кончиков налипшую грязь.

— Ты это… Извини меня, парень, — неожиданно произнес он.

— За что?

— Ну то что я волыну на тебя наставил. Как будто помутнение нашло.

— Да я уже понял, что вы на реакции действовали. Но очень хотелось бы узнать, кто такая эта ваша «хикса», раз вы обычного человека с ней перепутали.

— Хикса — одно из самых хитрых и опасных существ в этих краях. Высший мутант-гуманоид в совершенстве овладевший созданием иллюзий и научившийся имитировать человеческие голоса.

— Так а вам-то чего волноваться? Вы же с дозаторами.

— Ты не понял. Иллюзии хиксы оптические, а не ментальные. Соответственно фаль от них никак не защищает. Если бы ты только знал, сколько они охотников убили, прикинувшись своими.

— Допустим она может обмануть внешностью и даже произнести отдельные фразы, — согласился я. — Но ведь осознанную людскую речь ей никак не сымитировать?

— Нет. Таких мы еще не встречали.

— Ну вот! И разве за время поездки вы не поняли, что я способен логически изъясняться?

— Да понял, понял, — скривился Сергеич. — Но и ты встань на мое место, парень. Мы постоянно встречаем все более и более продвинутых мутантов. А тут на глазах у всей группы трупоед побежал у тебя искать защиты. Что я должен был подумать?

— Ну так-то да… — нехотя согласился я, — А хиксы это вообще кто? В смысле от кого они произошли.

— А черт его знает. Кудрявцев считает, что в их появлении могли поучаствовать люди, рыси и росомахи.

— Могли? То есть это не точно?

— А ты думал происхождение всегда можно на глаз определить? — рассмеялся Сергеич. — Хикса — один из древнейших мутантов, переживших множество слияний и пришедших к идеальной законченной форме. Отследить ее предков с первых дней Катаклизма невозможно.

— Но ведь Кудрявцев на чем-то основывался, говоря про ту же росомаху?

— Челюсти. У хикс просто невероятная сила укуса — жрут добычу прямо с костями. Крокодилов и гиен в Сибири не водится, для родства с медведем она мелковата. Остается один кандидат. А от рыси у нее сохранились забавные кисточки на ушах.

— Кошкодевочка, значит, — улыбнулся я. — Всё собрали, вроде?

— Ага. Поехали.

Обратная дорога проходила под тихие стоны Василия, поскольку кто-то спер из аптечки обезболивающее. Этому «кому-то» хмурый Сергеич, занявший место водителя, пообещал оторвать голову по приезду. И хотя, по его же словам, вылазку можно было считать состоявшейся, гнетущая атмосфера не особенно располагала к разговору.

Разве что Лена пару раз пыталась полюбопытствовать о моих отношениях с мутантами, но я, по понятным причинам, объяснить ничего не смог и ушел в глубокие размышления. Вид красных глаз падальщика не выходил из головы, и, что самое печальное, он напомнил мне момент, когда я взглянул на себя в зеркало после побега от карателей. Если бы тогда мои радужки оказались чуть более яркими, я бы всерьез задумался о своей схожести с монстрами. Плюс еще эта странная история…

Да как он вообще меня мог принять за своего⁈

Прикрыл веки и попытался сконцентрироваться на участке мозга, где впервые почувствовал чужое присутствие.

«Темнота. Тряска. Недоумение.»

— Вау-у-у! — сквозь окружившую мысли пелену послышался восхищенный голос Ленки.

— Что⁈ — я удивленно уставился на нее.

— А ты не догадался? — женщина округлила глаза. — Он же прямо сейчас жалуется, что ты его запер в багажнике!

— Э-э-э…

Я вдруг сообразил, что плавающие в голове образы снова не были моими. Именно образы, не слова. В привычную речь я переводил их бессознательно уже сам.

Стоп! А как она смогла узнать, о чем мутант думает? Он же под фалью!

Ясно…

— Ты лазила в моих мозгах? — процедил я.

— Я с самой первой минуты там, — ничуть не смутившись, кивнула она. — Прости, но в моем случае это не поддается контролю.

Твою мать… Она же могла слышать, как я ее булки оценивал!

«Не только оценивал, но и мечтал промеж них побывать», — немедленно прозвучал в голове женский голос.

Черт!

Кровь прилила к щекам, но я постарался сохранить невозмутимый вид и с вызовом взглянул ей прямо в глаза. Нефиг оправдываться! Как по мне, любой нормальный мужик подумал бы о сексе при виде настолько аппетитной попки.

Впрочем на ее лице не было осуждения или возмущения. Наоборот: она задорно улыбнулась, что сразу ослабило внутреннее напряжение.

«Все хорошо, Костя. Ты – подросток, с присущим для этого возраста избытком гормонов. Я бы куда больше расстроилась, если бы ты меня не хотел, раз уж "потасканной» я не выгляжу.

Ну вот, опять!

Увидев на моей физиономии секундное замешательство, она громко рассмеялась и мне ничего не оставалось, как попытаться отшутиться:

— Больше никогда не буду думать о тебе при тебе!

— Попробуй, — кивнула она. — Это очень полезный навык против психокинетиков, но требуется некоторая практика. А пока, если не трудно, пообщайся с нашим малышом. Жутко хочется понять, почему он так себя с тобой неадекватно ведет.

— Хорошо. Но ты тогда подсказывай.

— Договорились.

Я снова закрыл глаза и попробовал услышать мутанта.

Поначалу ничего не происходило, но спустя примерно четверть часа от него прилетело новое послание в виде мысленного образа. Это была довольно четкая картинка из двух рядом стоящих фигур: слева я, а справа — здоровенная ворона, ничуть не уступающая мне ростом. Фокус моего зрения безостановочно прыгал с одного персонажа на другого, вызывая в душе каскад самых разных эмоций:

Большой ворон — трепет и уважение. Даже какое-то чувство близости.

Мой собственный аватар — замешательство.

«Он начинает сомневаться, что ты свой», – послышалась тревожная мысль Лены.

«Уже догадался. И что мне делать?»

«Мне кажется стоит послать ему ответный сигнал. Доказать, что ты такой же, как он.»

«А как?»

«Не знаю», – она сделала небольшую паузу. — « Ты способен представить в голове ситуацию, в которой убиваешь человека?»

«Думаю да.»

«Хорошо. Тогда попытайся изобразить искреннее наслаждение от этого убийства. Он не понимает наши слова, но зато отлично чувствует эмоции.»

Наслаждение от убийства, говоришь?

Да легко!

Я немедленно воссоздал в голове финал схватки с Гридом в самых мельчайших подробностях: брызжущую из руки струю крови, вытекающие мозги, падающее тело. И конечно же не забыл про безумную эйфорию, от которой меня трясло в диком экстазе.

Еще! Я хочу его убить еще раз!

Сознание наполнилось потоком тепла. Образ сравнения двух фигурок резко померк, уступив место ощущению удовлетворения, идущему со стороны ворона.

«Ух ты!», — прозвучал в голове удивленный голос. — «Так ты у нас в реальности людей убивал?»

«Давай не будем об этом?», – отозвался я. — «Лучше скажи, как наш птенчик? Поверил?»

«Он твой с потрохами! И, кажется, снова вызывает тебя на связь.»

— Чем вы там занимаетесь? — раздался голос Сергеича.

— Стас, не мешай! — взмолилась Лена. — Костя пытается общаться с мутантом ментально.

— Тогда поторопитесь. Мы скоро въедем в зону глушилки.

Я снова сконцентрировался и получил свежую картинку. На этот раз мы с вороном находились на той самой полянке, где произошло наше первое знакомство. В своей новой фантазии он стоял плечом к плечу со мной, предварительно увеличив себя до моих размеров. Мы молча смотрели вдаль, где с вершины холма к нам приближался отряд, состоящий не меньше, чем из пятидесяти человек. Что примечательно, все они были одеты в камуфляж и имели исключительно три типа лиц: Лены, Василия и Сергеича. Видимо других людей этот падальщик еще никогда не встречал.

И от них исходила ярость. Они не просто шли в нашу сторону — они собирались нас убить. Ощущения от понимания этого были столь реалистичны, что я инстинктивно сделал шаг назад.

Почувствовав во мне смятение, мутант послал волну спокойствия и перенаправил мой взгляд на вершину холма, с которого в спину толпе спускалось прямоходящее краснокожее существо. Метра три в высоту, с крупной головой и толстенной шеей, посаженной на непропорциональное длинное тело с короткими задними ногами. Передние же походили на узловатые бревна и доставали почти до земли, из-за чего при беге он периодически опирался на них.

По спине пробежали мурашки. С каждой секундой фигура монстра увеличивалась, обрастая все новыми подробностями. Вот уже стали различимы его длинные клыки, загнутые когти-лезвия, безумный взгляд кровавых глаз. Несмотря на явные диспропорции, чудовище перемещалось удивительно ловко. В каждом движении угадывались повадки хищника, привыкшего убивать быстро и без сожаления. В два громадных прыжка тварь преодолела последние метры и без лишних прелюдий начала рвать на части не ожидавших нападения людей.

По холму покатились оторванные головы, заскользили изувеченные части тел. Фонтаны крови обагрили траву, отчего она сразу приобрела ярко-красный цвет. Посылаемая вороном картинка, была нереалистичной и гипертрофированной, больше похожей на психоделические образы из фильма ужасов, чем реальную резню.

А я чувствовал чистый восторг! Разумеется не свой, а падальщика, транслировавшего эту безумную дичь в мою голову. Прямо сейчас он испытывал что-то очень похожее на мою недавнюю эйфорию.

Видение резко оборвалось, а через через секунду раздался истошный крик Лены:

— Урза! За нами урза!

Вездеход взревел и прибавил ходу, запрыгав по лесным кочкам. Меня крепко приложило головой о потолок, отчего я сразу растерял всю концентрацию.

— Стасик, миленький! Гони, гони!

И пока я пытался осознать что происходит, раненный Василий активно тараторил в рацию:

— База, база! Говорит «Второй». Код восемь! У нас на хвосте урза! Направление два часа, четыреста метров.

В динамике пару секунд царило молчание, а затем прилетел ответ:

— Второй, сильные помехи! Повтори.

— Ну быстрее же!! — стиснула зубы Лена, тревожно поглядывая в заднее стекло.

Я перевел взгляд на окошко и оцепенел…

Это была она — тварь из фантазий ворона! Огромный красный мутант прыжками мчался за нашим вездеходом, то исчезая, то снова показываясь в лесных просветах; причем с каждым новым появлением он оказывался все ближе к нам.

— Н-надо выбраться из зоны г-глушилки! — от тряски вездехода речь Василия звучала прерывисто. — Т-тогда я смогу поставить силовое поле.

— Держитесь! — взревел командир.

— Слева-а-а! — завизжала Ленка.

Сергеич резко попытался уйти в сторону, но внезапно выпрыгнувшее из-за деревьев существо успело нанести короткий удар когтями, по переднему колесу.

— Сука-а!!

Раздался хлопок, машину подбросило и понесло кувырком. Совершив три или четыре оборота, она врезалась в дерево и осталась лежать на крыше с работающим мотором. Что-то острое ударило мне в бровь, но я остался в сознании.

Струйка крови побежала по левой щеке; сердце заколотилось словно бешенное. Кое-как приподнялся на локтях и ошалело повел глазами по сторонам. Ленку зашвырнуло в задний отсек, но по ее часто вздымающейся груди я понял, что она жива. Перевел взгляд на кабину, где на ремнях безопасности повисли Сергеич и Вася. Первый, по всей видимости, находился без сознания, а вот второй продолжал тихонько стонать:

— Нам… конец.

Я уже было открыл рот для ответа, но снаружи послышался громкий хруст веток, отчего пришлось резко заткнуться. Раненный охотник тоже услышал этот звук и притих.

Удар сердца.

Второй.

В круглом боковом окошке появились две громадные красные ступни, покрытые редкими толстыми волосками. Из-за толстых заскорузлых пальцев они мало походили на человеческие, но и полностью звериными их назвать было сложно. Нечто среднее и явно приспособленное для прямохождения.

Ноги неуклюже потоптались на месте, а через секунду перед моими глазами возникли пятипалые кисти с тридцатисантиметровыми когтями-саблями. Монстр поудобнее ими ухватился за край машины, издал мощный рев и с силой рванул вверх. Заскрипела обшивка, захрустели стекла, но вес железяки оказался твари не под силу. Все, что ей удалось — лишь немного покачнуть вездеход.

Несмотря на откровенно глупую попытку перевернуть многотонную громадину, интеллект чудовища все равно внушал уважение. И если удачную атаку на колесо, как самую уязвимую часть транспорта, еще можно было списать на случайность, то вот желание нас перевернуть однозначно опиралось на знания. Мутант прекрасно понимал, что извлекать еду будет проще через люк.

— Что… здесь…

Пришедший в себя Сергеич попытался было заговорить, но Вася резко прижал к его губам ладонь.

Поздно.

Услышав человеческий голос, тварь переметнулась к кабине и прижалась телом к земле, показав зубастую физиономию. Определить кем она была раньше не было возможности даже приблизительно, поскольку вытянутые звериные челюсти никак не сочетались с широким треугольным носом.

А затем я увидел ее глаза…

Выразительные и умные, они определенно когда-то принадлежали человеку. Об этом же говорили и неторопливые действия существа, которое прекрасно понимало, что мы находимся в ловушке, а потому не пыталось бездумно долбиться в окно. Внимательно изучив разделяющую преграду, мутант потянулся к уплотнительным резинкам и попробовал их поддеть.

Послышался громкий скрежет. Василий моментально сообразил, что у него осталось всего несколько секунд и попытался отсоединить ремень безопасности, мешающий перебраться в нашу половину вездехода.

— Сука, заклинило! Сергеич, где ножи⁈

— Они… Они в… багажнике, — не своим голосом пробормотал тот.

И в этот момент раздался треск крошащегося стекла. Громадная лапа монстра устремилась внутрь, а уже через мгновение стенки салона окропило брызгами крови. Острые когти твари прошили бедро охотника, отчего тот завыл нечеловеческим голосом:

— А-а-а!!!

— Сергеич, у тебя же ствол есть! — заорал я.

Бледный, как смерть командир потянулся к поясу и извлек пистолет, но дальше дело не пошло. Видимо из-за происходящей кутерьмы он просто побоялся зацепить агонизирующего товарища, иначе объяснить его заторможенность я не смог.

Тем временем тварь продолжала тащить сопротивляющуюся жертву. И хотя тело взрослого мужчины физически было не способно пролезть в узкий проем — монстра мало интересовали такие мелочи. Короткими, но мощными рывками он упорно тянул его наружу.

А затем кости не выдержали… Раздался леденящий душу хруст, Василий истошно захрипел и из его рта хлынула кровь.

Понимая, что парня уже не спасти, я попытался отцепить ремень командира, чтобы перетащить его в пассажирский отсек. Но Сергеич вдруг истерично замотал головой и трясущимся пальцем показал на свое, пока еще целое, окно.

Что он там увидел я понял лишь спустя секунду.

Загрохотали пулеметные очереди, по лесу разнеслись крики людей, а следом раздался разъяренный вой. Урза немедленно бросил жертву и рванул прочь от вездехода. Пытался он сбежать или же, наоборот, атаковать возникшую угрозу — я так и не понял. Звуки стрельбы быстро переместились вдаль, а еще через минуту в боковых окнах вновь появились чужие ноги.

На сей раз обутые в берцы.

Прибывшая группа бойцов организовала наше спасение, что называется «не отходя от кассы». Вездеход приподняли с помощью лебедки второго броневика, после чего нас по одному начали извлекать наружу. И если я смог выбраться своим ходом, то вот остальных членов отряда пришлось тащить с осторожностью. Даже, казалось бы, изначально уцелевший Сергеич все-таки умудрился сломать себе голень.

К счастью ближайший вход на базу располагался неподалеку от места аварии. Нас оперативно доставили внутрь и разместили в том самом реабилитационном центре за синими дверьми. Поначалу я сопротивлялся принудительной госпитализации, но хмурый сухопарый мужик, оказавшийся местным главврачом, был непреклонен, уверяя что мне необходимо медицинское наблюдение. Его настойчивости поспособствовало отсутствие на базе Философа и Кудрявцева, из-за чего местные начальники просто не понимали, что со мной делать. По идее на их решение мог повлиять Леха-порталист, но он внутри санчасти так и не появился.

В общем отдельная комната с мягкой кроватью стала не самым плохим вариантом принудительного заточения, учитывая что мне даже принесли ужин в постель. Это была жареная рыба с каким-то непонятным пюре, но точно не синтетическим, из чего я сделал вывод, что охотники весьма неплохо питаются.

По сути оставалось дождаться возвращения ученых, однако в обещанные девять часов вечера никто не пришел. Изнывая от безделья я попытался выбраться в коридор, чтобы поискать комнаты остальных членов команды и обсудить произошедшее, но попытка не увенчалась успехом. Дежуривший в коридоре медбрат был непреклонен и загнал меня обратно в палату. Устраивать с ним перепалку я посчитал неуместным, а потому подчинился.

Ближе к ночи меня все-таки навестили. Визитером оказался красный от гнева Николай Евгеньевич, который, как я понял, только что устроил взбучку Лехе. Ожидалось, что я тоже попаду под горячую руку, но пронесло. Вместо ругани он организовал мне тщательный осмотр всего тела и успокоился лишь тогда, когда убедился, что я не пострадал. Рассеченная бровь не в счет.

— А Яков Натанович почему не пришел?

— Все-таки запомнил его имя! — Кудрявцев недовольно поморщился.

— Ага, — невинно улыбнулся я. — Просто оно старомодное и очень необычно звучит.

— Наш коллега отправился в Краснодар для глубокого исследования твоих образцов, а также дополнительной экспертизы одного китайского вещества. Еще он хотел с твоей матерью повидаться и собирался наконец-то поспать. Так что до завтрашнего вечера можешь его не ждать.

Ух ты, как подробно! После скрытного Виганда коротышка смотрелся образцом честности и открытости.

— С матерью — это хорошо, — отозвался я. — А как скоро вы меня заберете отсюда? Умираю со скуки.

Ученый лишь покачал головой:

— Сегодня тебе придется ночевать здесь. Но завтра что-нибудь придумаем с твоим жильем, обещаю.

— Понял. А как себя чувствуют остальные ребята? Ну… с кем я на охоту ездил…

— У Елены ничего серьезного. Легкое сотрясение плюс вывих плеча. Станислав сломал голеностоп и завтра будет направлен на принудительную психологическую экспертизу.

— В смысле принудительную? Типа у него с головой не все в порядке?

Кудрявцев на секунду задумался, будто взвешивал, стоит ли со мной делиться этой информацией:

— Скажем так, у него и до этого имелись некоторые проблемы. Сегодняшнее происшествие их только усугубило.

Вот, кстати, и ответ, почему он себя так странно вел и по отношению ко мне, и во время нападения урзы.

— Печально. А Василий?

— Нет больше Василия, — горестно вздохнул Кудрявцев, поднимаясь с кровати. — Прости, Константин, но мне нужно идти.

И хотя меня терзала еще целая куча вопросов, начиная от напавшего монстра и заканчивая предстоящим обучением у Лехи, настаивать на продолжении разговора в сложившейся ситуации было не тактично.

— Значит до завтра, Николай Евгеньевич?

— До завтра.

После его ухода мою голову еще долго не отпускали самые разные мысли, причем гибель охотника стала далеко не центральной. Предшествующая ей смерть друзей и два лично совершенных убийства перевернули мою реальность с ног на голову. Еще один труп, не самого близкого человека, теперь воспринимался, как неприятная обыденность.

Более того… Меня охватил необычайный эмоциональный подъем. И связан он был с тем, что я впервые в жизни понял, чему должен посвятить оставшуюся жизнь.

Охоте на мутантов?

Именно! Мне вдруг захотелось узнать об этих существах все, что только можно: их повадки, виды, места обитания, способы ловли. А те фантастические ощущения, что приносила их смерть, лишь убеждали в правильности выбора. Волей-неволей, но я все больше становился заложником волшебной эйфории и понимал, что подсознательно буду стремиться к ней снова, и снова.

Даже если за это придется поставить на кон собственную жизнь.