Пробуждение

Глава 42 О проблемах зимней формы

2 августа 1937 года

Совещание по вопросам снабжения армии началось в три часа дня.

За столом — Ворошилов, начальник тыла РККА Хрулёв, несколько интендантов в форме. Вопросы рутинные: обмундирование, продовольствие, снаряжение. Скучная, но необходимая работа.

Сергей слушал доклады, делал пометки. Цифры, графики, проценты выполнения плана. Всё как обычно.

— По зимнему обмундированию, — докладывал Хрулёв, листая бумаги. — План на текущий год выполнен на восемьдесят семь процентов. Основные позиции — шинели, валенки, рукавицы. Проблема с ватными штанами — не хватает ваты.

— Качество? — спросил Сергей.

— Соответствует нормативам, товарищ Сталин.

— Нормативам соответствует. А бойцы не мёрзнут?

Хрулёв замялся.

— Жалобы есть, товарищ Сталин. Но это… это неизбежно. Зимой всегда холодно.

Сергей отложил карандаш.

— Товарищ Хрулёв, расскажи мне про текущую зимнюю форму. Из чего она сделана?

— Шинель — сукно, шерсть с добавлением хлопка. Подкладка — байка. Ватник — хлопковая вата между слоями ткани. Валенки — войлок.

— А нательное бельё?

— Хлопок, товарищ Сталин. Стандартное.

Сергей кивнул.

В его памяти — обрывки знаний из будущего. Финская война, сорок первый год. Бойцы, замерзающие в окопах. Обморожения, потери от холода — иногда больше, чем от пуль.

Хлопок — плохо держит тепло. Намокает и не сохнет. Вата — сбивается, теряет свойства. Стандартная форма — для средней полосы, не для сильных морозов.

Но говорить об этом прямо — нельзя. Нельзя объяснять, откуда он знает.

— У меня вопрос, — сказал он. — Как обстоят дела с шерстью?

— С шерстью, товарищ Сталин?

— Да. Натуральной шерстью. Овечьей, верблюжьей.

Хрулёв переглянулся с интендантами.

— Шерсть используется для шинелей, товарищ Сталин. Но в ограниченных количествах — дорого, сложно в обработке.

— А для белья?

— Для белья — не используется. Дорого и… и не принято.

Сергей встал, прошёлся вдоль стола.

— Товарищи, я недавно читал отчёт о нашей экспедиции в Монголию. Там упоминалось, что монголы зимой не мёрзнут даже в сорокаградусный мороз. Знаете почему?

Молчание.

— Потому что носят одежду из шерсти яков и верблюдов. Несколько слоёв — и никакой холод не страшен.

Он повернулся к Хрулёву.

— Вопрос: можем ли мы сделать что-то подобное для армии?

Хрулёв растерялся.

— Товарищ Сталин, это… это потребует изучения. У нас нет опыта работы с такими материалами.

— Так получите опыт. Для этого и существует армия — чтобы учиться.

— Но объёмы… Одеть всю армию в шерсть — это миллионы комплектов. Столько шерсти просто нет.

— Я не говорю о всей армии. Пока — эксперимент. Сто комплектов. Для сравнения с текущей формой.

— Сто комплектов?

— Да. Из монгольской шерсти — верблюжьей или яка. Полный комплект зимнего обмундирования: бельё, свитер, штаны, носки. И — стандартный комплект, для сравнения.

Сергей вернулся к столу, сел.

— Проведём испытания. В реальных условиях, с реальными бойцами. Посмотрим, что лучше держит тепло, что удобнее, что практичнее.

Ворошилов поднял руку.

— Товарищ Сталин, разрешите вопрос?

— Давай.

— Зачем это нужно? Текущая форма — проверена годами. Бойцы привыкли.

— Привыкли мёрзнуть?

Ворошилов замялся.

— Ну… зимой всегда холодно…

— Холодно — да. Но можно мёрзнуть меньше. Если форма лучше.

Сергей посмотрел на него.

— Климент Ефремович, у нас большая страна. Сибирь, Дальний Восток, Заполярье. Там зимой — не минус десять, а минус сорок. Текущая форма для таких условий — не годится.

— Но мы же не воюем в Сибири…

— Пока не воюем. Но армия должна быть готова ко всему. В том числе — к холоду.

После совещания Сергей задержал Хрулёва.

— Андрей Васильевич, разговор на минуту.

Хрулёв остался — напряжённый, настороженный.

— Слушаю, товарищ Сталин.

— Насчёт эксперимента с шерстью. Это — не прихоть. Это — важно.

— Я понял, товарищ Сталин.

— Не уверен, что понял. Поэтому объясню. Боец, который мёрзнет — плохо воюет. Плохо стреляет, плохо думает, плохо выполняет приказы. А боец, которому тепло — воюет хорошо.

Он помолчал.

— В будущих конфликтах — возможных конфликтах — нам может понадобиться воевать зимой. В сильный мороз. И я хочу, чтобы наши бойцы были к этому готовы.

Хрулёв кивнул.

— Понял, товарищ Сталин. Сделаю.

— Сроки — два месяца. К октябрю — сто комплектов должны быть готовы. Испытания — в ноябре-декабре, когда начнутся морозы.

— Где брать шерсть?

— В Монголии. У нас там — хорошие отношения. Договорись через наркомат внешней торговли.

— А если не успеют?

— Успеют. Проследи.

Хрулёв ушёл.

Сергей остался в кабинете, глядя на карту на стене.

Монголия. Далёкая страна, союзник СССР. Там — бескрайние степи, суровые зимы, и люди, которые научились выживать в этих условиях.

Их опыт — бесценен. Тысячи лет жизни в холоде научили монголов многому. Одежда из шерсти яков — тёплая, лёгкая, не промокает. Идеальная для армии.

Но внедрить это — сложно. Промышленность настроена на хлопок и вату. Переучивать — долго, дорого. Сопротивление — неизбежно.

Поэтому — эксперимент. Сто комплектов. Доказать на практике, что шерсть лучше. А потом — расширять.

К сорок первому году — может быть, удастся одеть хотя бы часть армии. Те части, которые будут воевать на севере.

Если удастся — тысячи жизней будут спасены.

Вечером — звонок от Молотова.

— Коба, что за история с монгольской шерстью?

— Уже доложили?

— Хрулёв звонил. Говорит — срочный заказ, два месяца сроку. Интересуется, чья это инициатива.

— Моя.

Пауза.

— Зачем?

— Хочу проверить кое-что. Есть гипотеза, что шерстяная форма лучше держит тепло, чем ватная.

— И для этого нужно сто комплектов из Монголии?

— Для эксперимента — да. Если подтвердится — будем думать о массовом производстве.

Молотов помолчал.

— Коба, ты что-то задумал. Что?

Сергей усмехнулся.

— Вячеслав, я думаю о том, как сделать армию сильнее. Это — моя работа.

— Зимняя форма — это «сильнее»?

— Боец, который не мёрзнет — сильнее бойца, который мёрзнет. Это очевидно.

— Допустим. Но почему именно сейчас? Почему такая срочность?

Сергей не ответил сразу.

Как объяснить? Как сказать, что через два года — Финляндия, а через четыре — немцы под Москвой? Что каждая мелочь имеет значение? Что тёплые носки могут спасти столько же жизней, сколько танки?

Нельзя. Нельзя говорить прямо.

— Потому что на подготовку нужно время, Вячеслав. Если эксперимент удастся — до следующей зимы можно успеть наладить производство. Если затянуть — не успеем.

— Успеть к чему?

— К тому моменту, когда это понадобится.

Молотов вздохнул.

— Ладно, Коба. Ты — хозяин. Но иногда мне кажется, что ты знаешь что-то, чего не говоришь.

— Может быть.

— Это — не ответ.

— Это — единственный ответ, который я могу дать.

Ночью Сергей просматривал документы по снабжению армии.

Скучные бумаги — накладные, отчёты, спецификации. Но за ними — жизни людей. Бойцов, которые будут носить эту форму, есть это продовольствие, стрелять из этого оружия.

Он делал пометки на полях. Вопросы, которые нужно задать. Проблемы, которые нужно решить.

Обувь — валенки хороши в сухой мороз, но намокают в оттепель. Нужны альтернативы.

Рукавицы — тёплые, но неудобные для стрельбы. Нужны перчатки с отдельными пальцами, но тоже тёплые.

Маскхалаты — белые, для зимы. Есть ли в достаточном количестве?

Палатки — утеплённые, для ночёвки в поле. Какие есть, какие нужны?

Мелочи. Десятки, сотни мелочей. Каждая — может стоить жизни.

На следующий день — ещё одно совещание.

На этот раз — по продовольствию. Калорийность пайка, состав, хранение.

Сергей задавал вопросы.

— Какой паёк в зимнее время?

— Стандартный, товарищ Сталин. Хлеб, крупа, мясо, сахар, овощи.

— Калорийность?

— Три тысячи двести килокалорий в сутки.

— Зимой — нужно больше.

Интендант моргнул.

— Простите, товарищ Сталин?

— В холоде организм тратит больше энергии на согревание. Три тысячи двести — мало.

— Но… Но…

— Значит, нужно увеличить запасы. Или — найти более калорийные продукты.

Он посмотрел на присутствующих.

— Товарищи, я не требую невозможного. Я требую — думать. Армия должна быть готова воевать в любых условиях. В том числе — в зимних. И снабжение должно этому соответствовать.

После совещания — разговор с Ворошиловым.

— Коба, ты что задумал? — маршал был встревожен. — Зимняя форма, зимний паёк… Мы что, собираемся воевать на Северном полюсе?

— Нет, Климент Ефремович. Но армия должна быть готова ко всему.

— К чему — «ко всему»?

Сергей посмотрел на него.

— К любому развитию событий. К любому противнику. К любой местности.

— Ты говоришь загадками.

— Я говорю то, что считаю нужным.

Ворошилов нахмурился.

— Ладно. Ты — хозяин. Но эти эксперименты с шерстью… Люди будут смеяться.

— Пусть смеются. Смех — не страшно. Страшно — когда бойцы замерзают насмерть.

Через неделю — первый отчёт от Хрулёва.

'Товарищу Сталину.

Докладываю о ходе выполнения вашего указания по изготовлению экспериментальных комплектов зимнего обмундирования.

Сроки: первые образцы — к 15 сентября, полная партия — к 1 октября.

Начальник тыла РККА Хрулёв.'

Сергей прочитал отчёт, сделал пометку: «Хорошо. Проследить за качеством».

Работа шла. Медленно, но шла. К зиме — будет что испытывать. А потом — видно будет.