Отвергнутая жена. Хозяйка ледяных земель (СИ)

Глава 88

Эйс'драгон да'ар Эдельред

Захожу в зал Совета, уже зная самое худшее. Решение Совета на этот раз — не в мою пользу.

Это не первый раз, когда я проигрываю. Но прошлые случаи — тактическое отступления.

Сегодня все иначе.

За спиной — шепот, сплетни, насмешки. Я их не слышу. Я их чувствую.

Эти взгляды советников, деланные вопросы о моем самочувствии. Я понимаю, что за ними кроется.

Они — знают.

Наш разлад с Роксаной — не новость.

Не думал, что простая ссора с женой вдруг станет достоянием общественности. Или, даже, интересом Совета, — раздраженно думаю я.

Но глубоко внутри понимаю — дело не в ссорах. Дело в пошатнувшейся устойчивости. Моей устойчивости.

Дочь смылась учиться непонятно куда — и все потенциальные союзники развели руками. Нет брака, что породнит нас через детей — нет союза. Ледяные земли, продажей которых я рассчитывал укрепить свое положение — увела из-под носа Роксана.

Слухи и шепоты, которые витают вокруг моей персоны, сводятся к одному: «Эйсдрагон теряет хватку».

Бесит. Как же это бесит.

В голове навязчиво бьется мысль: «Надо ее приструнить. Надо показать Роксане, что эта игра ей не по зубам». Но в тоже время я понимаю. Нет. Она меня сделала.

И дело даже не тем, что Роксана отказалась продавать проклятые земли или позволила дочери ехать на эту дурацкую учебу.

Нет. Дело совсем в другом.

Она перестала смотреть на меня. Она перестала видеть меня. Я стал для Роксаны пустым местом.

Кажется, будто, что такого?

Она не единственная. Женщин вокруг полно. Найди другую. Пусть утешит.

Но другая не нужна. Нужна только Роксана.

Что-то в ней было такое… что-то, что ни в ком больше не найти. То, как она умела смотреть. В этом как — и была настоящая магия.

Не просто восхищение. Не только любовь, но и зависимость. От меня, от моего настроения. Она ловила каждый мой взгляд, будто он был глотком воды в пустыне. Это была не только страсть, но и полная, безграничная преданность.

В ее взгляде я был могущественным. Сильным. Способным на что угодно. У Роксаны и тени сомнения не было, что я смету все на своем пути. Добьюсь. Перешагну через врагов. Уничтожу.

Благодаря одному этому взгляду, я шел по головам, не зная пощады. Я взобрался на самый верх лишь потому, что дома меня ждала женщина, способная так смотреть.

Как никто так больше не способен.

Я это не ценил.

Признаю.

Заседание Совета заканчивается. Я принимаю поражение со странным равнодушием. Хотя пару месяцев назад я бы рвал и метал. В такие дни Роксана боялась попадаться мне на глаза.

Усмехаюсь.

Теперь она ничего не боится.

Устало возвращаюсь в опустевший особняк. Дети разъехались на учебу, Роксана в свои земли, будь они неладны. Даже младший пропадает где-то с новой нянькой.

Да плевать.

В этот вечер я пытаюсь расслабиться в обществе Фериадны. Она долго радовала меня своим блеском. Надеюсь, что не разочарует и теперь.

Но… нет. Девушка щебечет о каких-то нарядах, приемах. Преданно заглядывает в глаза. Старательно. Но как-то слишком… пусто.

А я чувствую лишь отвращение.

Это все не то.

Не Роксана.

Фериадна щебечет о себе. Роксана говорила только обо мне. Фериадна требует комплиментов. Роксана дарила мне всю себя. Фериадна обиженно дует губки, когда я ее даже не слушаю. Роксана… Она по-настоящему страдала без моего внимания.

Раздраженно отталкиваю руку Фериадны, которой девушка тянется ко мне.

— Что не так, Эйс? — обиженно скулит она. — Сначала ты избегаешь меня. Теперь отталкиваешь. Ты… ты меня больше не лю-ю-юбишь?

Любить? Тебя⁇

— Уходи. Проваливай, — глухо произношу.

И пока девушка хватает ртом воздух, первым встаю из кресла и покидаю гостиную. Не собираюсь дожидаться, пока она покинет особняк. Даже смотреть на нее противно.

Новый день начинается еще хуже, чем предыдущий.

Приезжает Брадос.

Старший сын.

Встречаемся за завтраком. Он почти ничего не ест, не прикасается к еде. Я тоже. У меня нет аппетита.

— Что ты хотел? — начинаю разговор первым. Не выдерживаю.

И тут же одергиваю себя. И никогда не начинаю разговор первым. Это прерогатива просителя, а не дающего.

— У тебя проблемы в академии и ты пришел ко мне? — спрашиваю холодно, стараясь взять инициативу и власть в свои руки.

Но…

— Ты стал слаб, отец, — Брадос спокойно смотрит на меня. — Я думаю тебе пора уступить мне место в Совете.