Оставленная у алтаря

Глава 64

Роберт Силвен, действующий глава малого дома Силвен, встретил меня холодно. Марлена, его дражайшая супруга, она же его правая рука, — ещё холоднее.

Дядюшке и тётушке не понравилось, что я заявилась к ним на порог. И если бы не маячивший за моей спиной Риан, дверь захлопнулась бы перед моим носом быстрее, чем я успела открыть рот.

К слову, супружеская чета переехала в наш с отцом дом. И стоять на пороге некогда родного дома оказалось для меня настоящей пыткой. Но в этот момент я решила отпустить ситуацию. Потом буду мысленно костерить их за это. Потом.

Сейчас мне нужны ответы.

— Аривия, — хмурит густые брови Роберт, переводя нервный взгляд то на меня, то на Риана. — Чем обязан твоему визиту?

— Пришла поговорить, — отвечаю, прищурившись. — Ты же впустишь меня в дом, дядя?

— Конечно, — лепечет он, неловко отступая назад и наступая на ногу Марлене. Та тут же шипит, как рассерженная кошка. — Проходи… те.

— Мы очень рады тебя видеть, Аривия, — натянуто улыбается Марлена, бросая взгляд на Риана, который невозмутимо шагает следом за мной. — И… вас, Ваше Высочество, мы…

— Оставим приветствия, — перебиваю я.

Дядя с тётей недовольно переглядываются, но возражать не решаются.

Мы проходим в гостиную, и у меня сжимается сердце, когда взгляд цепляется за любимое кресло. Белое, пушистое. Я любила читать в нём по вечерам, ожидая отца с работы.

Кресло почти не изменилось, разве что со спинки теперь свисала какая-то блестящая ткань. Наверное, кто-то из сестёр бросил. Риан ранним утром отправил всех девушек по домам, чем устроил грандиозный скандал. Вся столица стоит на ушах. Но принцу, похоже, всё равно, он целиком погружён в расследование.

А я… я просто дико счастлива. С трудом сдерживаю рвущуюся наружу глупую улыбку. Риану, разумеется, ничего не говорю. Ещё чего. Узнает, что я радуюсь тому, что всё его внимание теперь моё, — раздуется от собственной значимости ещё сильнее.

Роберт, усевшись в любимое кресло отца, тут же решает взять ситуацию в свои руки:

— Ваше Высочество, для нас великая честь принимать вас! Мы с супругой безумно рады. Скажите, ваше появление как-то связано с отбором невест? Наши девочки, — он морщится, — вернулись домой, и…

— Нет, — холодно перебивает его Риан, опускаясь на диван рядом со мной. — Я здесь в качестве охранника Аривии.

Роберт и Марлена синхронно дёргаются и заметно бледнеют.

А моё сердце начинает колотиться с бешеной скоростью.

Одной фразой Риан передал бразды правления в мои руки.

— Может, чаю? — Марлена нервно теребит кружева на платье.

— Спасибо, но нет, — отвечает Риан, отворачиваясь.

А я, набрав в лёгкие побольше воздуха, выпаливаю:

— Дядя, я хотела спросить у тебя об отце.

Роберт дарит натянутую улыбку и кивает, мол, спрашивай.

— Ты знал, что он состоял в запрещённом ордене?

Судя по тому, как вытягивается его одутловатое лицо и как он бросает испуганный взгляд на Риана, — знал.

— Аривия... — кряхтит, покрываясь красными пятнами.

— Знал, или нет?

Медленно кивает. Рядом сидящая Марлена зажимает рот ладонью.

Ой прям она не знала. Они с дядькой две половинки одного целого. Оба расчётливые и злые. Конечно, она тоже знала.

— Кто ещё знал? — наклоняюсь вперёд. — Дядя Джонатан знал?

Со своим средним братом отец никогда не общался. Они были слишком разные. Арден Ноланд — спокойным и добрым. А вот Джонатан Силвен его полная противоположность — нервный и вечно недовольный. В отличие от братьев, Роберт умел подстраиваться. Где-то играл роль доброго дядьки, где-то — злобного жадину.

Слова, брошенные Лавиней в полубреду, засели в моей голове. Лавиния говорила, что Джонатан угрожал моему отцу. И я зацепилась за эти слова как за соломинку.

Мы с Рианом сначала отправились в дом к среднему брату. Но его не оказалось дома. По словам его жены, он исчез три дня назад. Я об этом не знала. Да и откуда мне было знать, если меня вычеркнули из семейного древа?

— Знал, — у Роберта дрожит подбородок. — Знал. Хотел вытащить его оттуда. Угрожал…

— Угрожал? — я нервно сцепляю пальцы в замок. — Зачем?

— Ну… — мнётся дядя, бросая взгляд в сторону Марлены. — Он просто переживал за него. Говорил, что если тот не уйдёт, то он расскажет обо всём его работодателю. Арден игнорировал угрозы. Впоследствии они поругались и… — Роберт умолкает, вцепившись ладонями в подлокотники так, что костяшки белеют.

— И? — нетерпеливо ёрзаю на месте.

— И решили не общаться.

— Дядя, ты лукавишь, — хмуро тяну я. — Папа с дядей Джонатаном никогда не общался.

Роберт гулко сглатывает. По его лицу видно, что он едва сдерживается, чтобы не сорваться и не послать меня куда подальше. Присутствие Риана его останавливает.

— Общался, — парирует он. — Не по-дружески, — морщится, — но общался. И сблизились они после того, как ты… — он осекается, снова бросив взгляд на Риана, — … начала встречаться с сыном Тиолетты.

— Как вообще это связано? — хмурюсь, теряя нить разговора.

— Ну… — Роберт покрывается красными пятнами. Поворачивает голову к Марлене в поисках поддержки, но та сидит с каменным лицом, уставившись в одну точку.

— Дядя, не томи, — шиплю я, проведя рукой по волосам.

— В общем… Джонатан вот уже несколько лет состоит в отношениях с Тиолеттой Рагнарс.

Я замираю, чувствуя, как ком подступает к горлу.

Марлена поджимает губы и смачно пихает Роберта в бок.

Перевожу взгляд на Риана. Он хлопает глазами — впервые за всё время выглядит по-настоящему растерянным.

— Как… — выдавливаю я. — Как…

— Не знаю, — разводит руками дядя. — Подробностей не знаю. Ни Джонатан, ни тем более твой отец не делились со мной подробностями своей личной жизни.

Я открываю и закрываю рот, словно рыба, выброшенная на берег.

Выходит, мать Эйвара крутила шашни с моим дядей? А до этого с моим отцом?

Я ничего не понимаю…

Марлена, скрестив руки на груди, внезапно холодно произносит:

— Твой отец неспроста не хотел вашей с Эйваром свадьбы. Как видишь, на то были причины.

Я предпочитаю не отвечать.

В этот момент Риан берёт мою руку и ободряюще сжимает. Этот жест не укрывается от дядюшки и тётушки — они смотрят на нас со священным ужасом на лицах.

— Аривия, а вы… — начинает Марлена, выразительно глядя на наши с Рианом сцепленные руки. — Вы…

— Да. Мы с Аривией Ноланд официально помолвлены, — спокойно отвечает Риан. — Есть возражения?

Я резко поднимаю на него взгляд и выгибаю бровь.

Официально помолвлены? Он это серьёзно?

— Нет, нет, — мычит Роберт. — Что вы… Как можно…

Он продолжает что-то говорить, но я уже не слышу.

Ну, Риан… Ну жук. Нельзя так играть с закоренелыми сплетниками.

— Может, вы останетесь на обед? — заискивающе улыбается тётя, разглаживая несуществующие складки на платье. — Роза и Рита так соскучились по тебе, Аривия…

Ага. Конечно. Теперь-то все по мне заскучали, стоило появиться под ручку с наследным принцем.

— На обед мы не останемся, — я резко поднимаюсь. Риан встаёт следом. — Но… — обвожу взглядом гостиную, — хочу сказать тебе, дядя, что со дня на день ты получишь судебный иск.

— Иск? — брякает он, округляя глаза.

— Да. Когда умер папа, у меня не было сил противостоять вашему с тётей произволу. Сейчас они есть. Вы не только не поддержали меня после его смерти, но и оттяпали наше имущество. Я отсужу всё, что вы у меня забрали. И этот дом, — делаю глубокий вдох, — тоже. Это мой дом.

Белея, Марлена поднялась. Роберт тоже. Но он, в отличие от супружницы, стал красным как помидор.

— Аривия, дочка… Зачем же ты так? — мямлит он.

— Ари права, — вступает в разговор Риан. — Вы поступили подло, лорд Силвен. Это не поступок главы дома. В ближайшее время готовьтесь уступить титул более достойному кандидату.

Он берёт меня за руку и тянет к выходу.

— Ах да, — Риан оборачивается к Роберту, — у вас два дня, чтобы съехать из дома. Суд, разумеется, будет, и я уверен, что Аривия его выиграет. Но я хочу, чтобы её дом как можно скорее вернулся к ней. И не вздумайте что-нибудь здесь испортить. Я лично проверю.

Роберт и Марлена начинают что-то умоляюще шептать, но мне уже всё равно.

Ровно так же, как им было всё равно, когда я стояла у свежей могилы отца и рыдала навзрыд.