Оставленная у алтаря

Глава 27

Я стояла в уборной столичной таверны, облокотившись руками об умывальник, и мрачно взирала на своё отражение в зеркале.

Под правым глазом стремительно расползался синяк. Пока он ещё красный, но глаз уже заплыл, и я почти ничего им не вижу.

Волновало другое: как я в таком виде появлюсь перед ищейкой?

Прикрываю глаза и, морщась от боли, вспоминаю сцену встречи с невестой Эйвара.

Когда один из её бугаев начал меня душить, дыхание сбилось, и я стала задыхаться. Перед глазами пронеслась вся моя недолгая жизнь.

Пока задыхалась и горела от паники, Гардия, начала сыпать оскорблениями, обвиняя в том, что я бегаю за её «Эйварчиком». Дескать, вчера, во время их близости, он выкрикнул моё имя, и теперь она уверена, что мы с Эйваром всё ещё вместе.

Я вырывалась, хрипела, дёргала ногами, думая, что с минуту на минуту погибну, как вдруг пальцы головореза разжались, и я полетела вниз.

— Предупреждаю тебя, Аривия, — прошипела Гардия, нависая надо мной, — если не отстанешь от моего жениха, я с тебя шкуру сдеру. Поняла? Жалкая, второсортная дрянь... Кем ты себя возомнила?! Я тебя сейчас...

Договорить она не смогла.

Я собрала всю имеющую силу в кулак и направила её в сторону обидчиков.

Гардия заверещала на всю округу, когда лиана оплела её тело, заткнув даже рот.

Бугаи кинулись в мою сторону, но стебли тут же сомкнулись на их лодыжках и свалили с ног. С их весом приземление вышло весьма болезненным.

Одного не учла, что один из них упадёт на меня, и мой глаз встретится с булыжником.

— Твой Эйвар мне не нужен, — отчеканила я, подойдя к связанной Гардии. — Он меня предал. И изменил. С тобой. Так что можешь не волноваться. И ещё, — я кивнула в сторону её трепыхающейся охраны, — скажи спасибо, что ты беременна, иначе ты бы сейчас валялась в грязи. Больше не приближайся ко мне.

Уходя, я чувствовала, как вибрирует от боли правый глаз, но ничего не могла с этим поделать.

К тому же «призыв растительности», или «боевая магия зельевара», как называл её отец, полностью опустошил мой резерв. Несколько дней не смогу магичить. Если не больше.

Папа всегда говорил, что лучше не прибегать к этому заклинанию. Я полностью разделяла его мнение. Но, столкнувшись с агрессивной девицей, у меня не было выбора. Просто так Гардия меня бы не отпустила — избила бы, это я точно знала. Слишком много злости плескалось в её маленьких глазках.

Волноваться из-за своей непрезентабельной внешности, как оказалось, было бессмысленно — мою запись просто отменили.

— Лорд Ирвис уехал на место преступления, — равнодушно сказала тучная женщина, глядя на меня исподлобья. — Запишитесь на другой день.

Я попробовала возмутиться, но мне сразу пригрозили вызвать патруль.

Спорить расхотелось.

Теперь я стояла у входа, опустив голову и зябко обхватив себя за плечи.

Где-то сбоку хлюпнул носом мальчишка в поношенном жилете. Его мать, с воспалёнными глазами, судорожно прижимала к груди мятый свиток, будто в нём была её единственная надежда.

На лавке беззвучно плакала девушка в сером платье, то ли служанка, то ли бедная родственница, а рядом старик молча уставился в стену, безразлично держась за трость, в его глазах застыла вселенская печаль.

У входа кто-то тихо ругался из-за переноса слушания.

В кожу впивались иголки, слеплённые из усталости и чужого отчаяния.

И я… просто стояла среди них, чувствуя себя такой же потерянной, как все эти люди, застрявшие между надеждой и дверью, которая всё равно не открывается.

Я долго сидела в парке, размышляя обо всём на свете.

По-хорошему надо сварить заживляющее зелье и намазать им лицо. Но как я его сварю, если отныне лишена магических сил?

Во дворец возвращаться не хотелось. Впрочем, как и домой.

Ничего не хотелось.

Так и сидела на скамейке, смотря перед собой, пока сердобольная бабулька в шерстяном платье не попыталась накормить меня булкой.

От угощения отказываться не стала. С утра ни крошки во рту.

Хрустя булкой и ощущая себя местным голубем, я начала рассказывать обо всём на свете. Начиная с того момента, когда Эйвар бросил меня у алтаря.

— Он олух, что тут сказать, — бабулька смахнула крошки со скамьи. — Разве можно отказываться от такого сокровища, как ты? Обычный дуралей. Я думаю, он ещё пожалеет о своём решении, да вот только поздно будет. Ты его никогда не простишь, и правильно сделаешь. Зачем тебе кобель?

Мы проговорили с ней до самого вечера. Я рассказывала о своей жизни, упуская наиболее острые моменты, а она мне о своих любимых внуках и о том, как удачно съездил на рыбалку её дед.

Как ни странно, но разговор с сердобольной старушкой меня взбодрил. Возвращалась домой в приподнятом настроении. Но на подходе к дому моё хорошее настроение вновь улетучилось.

Вокруг дома куча стражников.

Почувствовав неладное, я сорвалась с места.

И вот бегу, ощущая, как колет в боку, и в какой-то момент понимаю, что столпотворение из-за меня. Точнее, из-за моего отсутствия.

Риан выбежал мне навстречу.

Взъерошенный. Глаза мечут молнии.

Кажется, он зол.

— Ты где... — он осёкся.

Остановился. Потрясенно пялится.

Наверное, синяк рассматривает.

— Кто это сделал? — от его рычащих ноток в голосе стало не по себе. — Кто тебя ударил?! — он схватил меня за плечи, потом обхватил ладонями моё лицо.

— Не рычи, — я морщусь, положив ладони поверх его. — Никто меня не ударял. Я тебе сейчас всё расскажу.

Риан с шумом выдохнул и, взяв меня за руку, повёл в дом.

А я начала рассказывать, стараясь говорить спокойно, хотя, вспоминая рыжую и её приспешников, тяжело было сохранять самообладание.

—... уходя, я предупредила её, чтобы больше ко мне не приближалась.

Договорив, я умолкла, наблюдая за тем, как Риан смачивает в маленьком тазике тряпку и кладёт её на моё лицо.

— Ты запомнила их лица?

— Да. Поверь, лицо Гардии трудно забыть.

— Нет, я не о ней, — Риан скривился. — Ты запомнила тех, с кем она явилась?

— Да.

Он удовлетворённо кивает.

Букетик сидит рядом. Оплёл моё запястье лианой. Беспокоиться за меня. Так мило...

— Немного пощиплет, Ари, — хрипло произнёс Риан, садясь на рядом стоящий стул настолько близко, что я почувствовала его пряный парфюм. — Моя целительская магия далеко от идеала, но раз ты отказалась обратиться к придворному целителю, значит, потерпишь мои манипуляции.

Я кивнула и прикрыла глаза, позволяя ему залечивать мой синяк, полученный в бою.

От его ладоней исходит приятное, покалывающее тепло.

— Ты ходячая катастрофа, Ари. Почему ты вообще вышла без охраны?

— Мне показалось неуместным разгуливать по городу с императорскими стражниками. Думала, что Лард Ирвис не поймёт. Но знаешь что? Он отменил запись, а меня даже не предупредили, — со вздохом произнесла я.

— Больше не ходи без охраны.

Я разлепила глаза и... сглотнула.

Лицо Риана настолько близко, что я ощутила его горячее дыхание на своих губах, но удивило меня не это.

— У тебя зрачки расширились, — прошептала я, рассматривая тёмные крапинки в его золотистых глазах. — Почему?

Вместо ответа Риан перемещает взгляд на мои губы.

А я вдруг чувствую, как... к щекам приливает кровь.