Одиночка

Механик рассмеялся.

— Нет, там все равно пора регламент делать. Раз уж проводку ремонтировать, заодно и прочее осмотреть-подтянуть надо.

— Да я не против. Главное, чтобы после ремонта лишних деталей не осталось.

Лишних не останется. Но вот дополнительные могут потребоваться… — Техник хитро прищурил левый глаз.

— Что-то накрылось? Важное, дорогое?

— У приборов срок поверки закончился и наработка большая. Есть новые, могу поставить. Сам понимаешь, за доплату. Старые тебе в запас отложу, никуда не денутся.

— Меняй, чего уж там! Остальное как, сильно изношено?

— Смотрю, не все сразу… Самое главное уже нашел, скоро закончу. Ты ведь не хочешь с проводами на «скрутках» летать?

— Вот такого счастья мне точно не надо! — я протестующе скрестил перед собой руки. — Если уж менять провода, то на целые. И чтобы изоляция новая была…

— Любой каприз за ваши деньги, — с ухмылкой ответил парень. — На мой ремонт еще никто не жаловался.

— Ну-ну, — ты еще скажи «Если что — следующий ремонт бесплатно!..». — Мы понимающе улыбнулись друг другу.

Несколько часов я вместе с техником откручивал, закручивал, подтягивал, закреплял… Наконец, он махнул рукой и сказал:

— Так, у меня скоро обед, потом небольшой перерыв…

— Сегодня еще моя помощь требуется?

— Пока нет. Когда нужно будет — мне есть кого позвать.

Если все так оптимистично, то не нужно мешать профессионалу! Насколько я знаю, у него руки растут откуда надо и правильным концом вставлены. Вроде бы все самолеты, которые он ремонтировал, летают и возвращаются без проблем. Надеюсь, и моя «Сессна» не будет исключением.

Дома никого не было, разумеется, кроме кота и пса. Они встретили меня у веранды, покрутились под ногами и тут же скрылись за углом дома. Чем заняться? Готовить ужин еще рано, так что… У бассейна посидеть, что ли? Когда еще получится…

Мужик сказал — мужик сделал. Через пять минут я уже плюхнулся в воду и тут же вылез — долго плескаться настроения не было. А вот изобразить отдыхающего буржуя, сидя в раскладном кресле под навесом ^— в самый раз. Еще бы чего-нибудь «смешанного, но не взболтанного»…

Но идти на кухню и возиться там — лень… Причем с большой буквы, как говорится. Захочу пить — налью воды в стакан. Не был раньше суперагентом — нефиг и начинать.

Сквозь ленивую дрему я услышал знакомое гудение мотора — это приехала Джинджер. Сейчас я изображал тюленя, поэтому решил лежать дальше…

— А, вот ты где! — послышалось из дверей. — Сейчас я к тебе присоединюсь.

И правда, не прошло и десяти минут, как вышедшая из дома Джинджер подошла ко мне и решительно взяла за руку.

— Идем, нужно тебя в воду макнуть, а то покраснеешь!

— Какая ты настойчивая!.. Пришла, разбудила…

— Не бурчи! — Она толчком спихнула меня в воду и прыгнула следом, подняв фонтан брызг. Хорошо, что я предусмотрительно сдвинул кресло к самому мелкому месту бассейна, иначе бы пришлось нырять. — Как здорово!.. Давно здесь сидишь?

— Не очень. Может, полчаса… Только недавно с аэродрома вернулся.

— И как там дела?

— У других — не знаю. Мой самолет пока в ремонте, техник обещал скоро все закончить.

— Вот как… — Будто случайно, Джинджер оттеснила меня в угол и грудью прижала к стенке бассейна, уцепившись руками за бортик. Что это на нее вдруг нашло? Но вырываться и уплывать подальше я не стал.

— Милая, ты что такое задумала?

— Совсем не то, что тебе показалось… Я никогда прежде не спрашивала у тебя… Скажи, постарайся вспомнить вот что: раньше, как только ты обращал внимание на девушку, она почти сразу исчезала, или старалась держаться от тебя подальше?

— Бывало и такое… — Я попытался улыбнуться, но не получилось.

— И ты не мог понять, почему?

Пытался. Наверное, внешность была недостаточно привлекательной. И денег вечно не хватало…

— Ну… Спорить не буду, иногда… для многих это имеет значение. Но все-таки, ничего больше на ум не приходило?

— Сейчас уже и не вспомню. Постарался забыть. Кто любит вспоминать о своих неудачах? Я — точно не люблю.

— Понимаешь, тут еще вот что… Ты сказал, что приходилось сдерживать свои эмоции, так?

— Ну да. Не то, чтобы я старательно изображал невозмутимого индейца из романов Фенимора Купера…

— А когда тебе нравилась какая-то девушка, ты «раскрывался»?

— Через какое-то время…

— Теперь представь, что тебя внезапно выпихнули на яркое летнее солнце совершенно раздетого. Что произойдет?

— Если кожа еще не загорелая — как минимум покраснею… Если долго пробуду — то станет весьма неприятно.

— Такие же ощущения могли испытывать и они.

— Да ну… Я ведь им не навязывался.

— Поверь, многие женщины очень хорошо чувствуют подобные вещи. И неважно, что ничего дурного ты не замышлял. Слышал когда-нибудь фразу «Слишком хорошо — тоже плохо»?

— Слышал. А как же ты?

— Что я… Мне проще. — Джинджер чуть улыбнулась. — Представь, что ты выходишь на подиум… скажем так — одетый так, что только чуть-чуть отличаешься от совсем голого, а вокруг в зале — буквально тысячи людей, которые все на тебя смотрят, фотовспышки бьют со всех сторон… Многое после такого меня может напугать, как ты думаешь?

— Так это быстро… Вышла, прошлась, зашла… А я с тобой рядом каждый день… И долго… Уже несколько лет.

— Понимаешь… Я еще в самом начале нашего знакомства могла сравнить… И мне гораздо больше нравится, если ты не отгораживаешься от меня.

— И ты «не краснеешь»?

— Нет. Мне очень нравится это ощущение… И я стараюсь «отразить» его тебе. Ведь у меня получается?

— О да! — Я притянул ее к себе и поцеловал. Хотел чуть подольше, но Джинджер отстранилась.

— Подожди, это еще не все. Не знаю, стоит ли мне об этом говорить…

— Говори, раз уж начала.

— Бриджит… Ей с тобой было трудно. Я не знаю, какие у вас были отношения…

— Ладно, давай тогда не будем это обсуждать. Не хочется трогать старую рану, до сих пор болит, понимаешь?

— Хорошо… Я только хотела сказать, что ты ее тоже «обжигал».

— Но она ничего мне не… Никогда…

— Значит, ты для нее был очень важен, поэтому и терпела. Может, надеялась привыкнуть со временем…

— Теперь понятно… А как же Эвелин?

— Она похожа на меня. Выступала перед большим количеством людей, вызывала у них сильные эмоции… Теперь вроде бы отказалась от этого, но иногда ей хочется снова испытать подобные ощущения.

— Я что, заменяю собой целую толпу зрителей? — Нет, ну это смешно!.. Или все-таки похоже на правду?

— Получается, что так. Ведь у толпы воздействие «размытое», а у тебя — направленное. Отсюда все твои фокусы с видениями и прочим.

— Тогда почему ты еще ничего от меня не «видела»?

— Откуда я знаю!.. — Джин пожала плечами. — Теперь подумай — если твой простой интерес вызывал такие ощущения, то что говорить о более сильных эмоциях? Подозреваю, это было сопоставимо с полным кузовом камней, которые на бедных девчонок вывалил самосвал. — Она рассмеялась.

— Вот ты сейчас смеешься, да…

— А я просто радуюсь! — Она прижалась ко мне всем телом, встав буквально «нос к носу». — Хорошо, что они все оказались такими слабыми, иначе бы мы могли никогда не встретиться. Теперь давай вылезем, немного обсохнем, и пойдем на кухню. Будем готовить ужин, для обеда поздновато.

Пока сидели в соседних креслах, Джинджер держала меня за руку. Давно мне не было так хорошо и спокойно…

Но любая расслабуха когда-нибудь заканчивается, и нам пришлось вернуться в дом. Переодевшись, мы занялись готовкой на кухне. «В четыре руки» справились быстро, хотя почти все делали молча, обмениваясь короткими фразами. Меня это нисколько не напрягало, а Джин, казалось, тоже хотела тишины. Наверное, ей хватило разговоров и внимания в офисе, хотя она почти никогда не говорила на эту тему.

Когда содержимое кастрюли закипело, мы убрали всю использованную посуду и ушли в гостиную (все равно, от нашего присутствия на кухне обед быстрее не сварится). Там уселись на диван, я включил телевизор на музыкальный канал и убавил звук. Сойдет для фона…

Джинджер пристроилась рядом, положив голову мне на плечо.

— Расскажи, как ты вообще понял, что можешь проделывать… нечто подобное?

Хотя она и не уточнила, я понял, о чем речь.

— Это долгая история. «Грехи молодости», так сказать.

— То есть ты уже очень давно этим пользуешься? И как, помогает?

— Ну, «пользуюсь» — звучит слишком громко… Так, принимаю во внимание, на всякий случай…

— А вообще, с чего все началось?

— Милая, зачем тебе это? — Правда, ну зачем ворошить то, что давно забыто?

— Хочу понять, вдруг у меня тоже так получится.

— Ох… Не знаю, помнишь ли ты, что уже давно сказано по этому поводу…

— Много чего сказано, уточни! — Джин нетерпеливо сжала пальцы у меня на руке.

— «Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь.» [Екк. 1:18]

— Конечно, я это слышала, и не раз. Ты еще процитируй что-нибудь вроде такого: «Что золотое кольцо в носу у свиньи, то женщина красивая и безрассудная.»

— Предпочитаю другую мудрость… «Лучше жить в земле пустынной, нежели с женою сварливою и сердитою.»

— Это я-то сварливая? — Джин даже подскочила.

— «Мудрая жена устраивает дом свой, а глупая разрушает его своими руками.» — торопливо добавил я, и ее показное возмущение тут же исчезло. Еще бы, кто захочет спорить с Экклезиастом?

— Хватит цитировать чужие мысли, давай свои, — потребовала она, снова устраиваясь у меня под боком. — Ты еще скажи, что каждый вечер перед сном такое читаешь.

— Читаю редко, и не перед сном, так, попадается иногда в книгах…

— А потом ты начинаешь изображать всезнайку… Не уходи от темы.

— Да мне как-то неудобно вспоминать… Это даже не грехи молодости… Так, баловство.

— И в чем твое «баловство» заключалось?

— Да в чем угодно, например, «чтение линий на ладони».

— Гадал по руке, что ли?

— Не гадал, а «толковал значение линий», есть разница. — Главное в этом деле — вовремя изобразить важный вид. Но об этом моим клиентам знать вообще не обязательно!

— Ну и как успехи? Не вижу ничего особенного — начинаешь рассказывать всякую ерунду, держишь человека за руку, смотришь его реакцию… — Джинджер тоже решила показать свои знания.

— Возможно, у некоторых так и было… Я не держал человека за руку и не смотрел ему в лицо. А как тебе такой вариант: дают листок с отпечатками ладоней, и просят описать человека. Причем тот, кто присутствует — сам этого человека никогда не видел, и ничего о нем не знает.

Джин в задумчивости слегка прикусила нижнюю губу. Что, не катит прежний вариант?..

— Я, пожалуй, пойду кастрюлю проверю… — и тут же соскочила с дивана. Вернувшись через несколько минут, села рядом, но прижиматься не стала.

— И что ты мог узнать о человеке?

— Ничего особенного, только самое главное. Например, склонен ли он к насилию, какие могут быть склонности, возможные болезни…

Разумеется, если и беседовал, то тет-а-тет, во избежание, как говорится… Мало ли как отреагируют.

— И как, получалось?

— Да. Только вот результаты получались… спорные… Многие убегали впереди собственного визга. Другие начинали обвинять… как сейчас иногда говорят, «в предварительном сборе сведений» — вроде как я предварительно расспрашивал о них соседей по комнате в общежитии. А зачем мне такое?.. Впечатление производить?.. Так со временем и завязал с этой темой… Хотя, иногда старался предупредить человека, если видел будущие проблемы со здоровьем.

— И они слушали?

— Скажем так: с тех пор я знаю, что такое «Синдром Кассандры»…

— Хм… — Джин задумалась. — Наверное, это не прибавило тебе счастья в жизни.

— Не буду говорить ни да, ни нет. Даже если прислушался хотя бы один — значит, все было не зря.

— Ясно… Ну, с гаданием по рукам девушек все понятно. Еще что-нибудь интересное расскажешь?

— Ну… Про поиск чего-нибудь с помощью «рамки» слышала? Еще несколько тысяч лет назад в Китае вовсю этим пользовались.

— Воду искали, и руду?

— Они — да, мне такого не требовалось. Тренировался, развивал чувствительность…

— И не пожалел потом?

— Не успел. — Мне осталось только усмехнуться. — Главное — смог поймать нужный момент, чтобы вовремя остановиться.

— Неужели такая ерунда может быть опасной? — Джин и в самом деле удивилась.

— Как бы тебе объяснить… вот ты музыку любишь?

— Слушаю иногда… Ну ты и сам все знаешь. — Да уж, ее пристрастие к громким рок-композициям мне известно уже давно.

— Вот представь, что ты слушаешь концерт классической музыки… не фыркай, я же просто для примера… Звучит тихое соло скрипки, ты пытаешься уловить малейшие звуки, и в этот самый момент у тебя над самым ухом кто-то начинает изо всех сил лупить кувалдой по стальному рельсу. Что ты почувствуешь?..

— Как жутко!.. И все так было на самом деле? — Надо же, как на нее подействовало — даже зрачки расширились.

— По ощущениям очень близко… Но я тебе вроде об этом уже говорил. Когда живешь в многоквартирном доме, повышенная чувствительность весьма вредна для здоровья.

— Но сейчас-то у нас свой дом, что может здесь быть опасного?..

— Хочешь сама попробовать? Не боишься? — Мое дело — предупредить… Но проклятый «Синдром Кассандры» никто не отменял:

— Чего мне бояться?

— Джин, ты для меня всегда была очень рациональной и рассудительной особой. И я не хочу, чтобы ты вдруг изменилась… Пожалуйста, не трогай эту тему, очень прошу!

— Я уже взрослая девочка, и могу сама решить, что мне нужно! — Рывком поднявшись, она ушла на кухню и загремела посудой.

Как обычно, если женщине советуешь чего-то не делать — она обязательно в это полезет. А ты сам еще и окажешься виноват… Как мне теперь выкручиваться?

Чуть позже она поехала за Уильямом, а я засел в своей радиорубке. Тихий шорох эфира и болтовня с другими радиолюбителями помогли успокоиться. Только вот чувство напряженности никуда не делось.

Когда Джинджер вернулась с сыном, стало понятно, что эмпатия не врет — за ужином мы почти не разговаривали. И спать она устроилась на самом краю кровати, подальше. Как говорится, «Сама придумала — сама обиделась…»

Слушая ее тихое дыхание, я лежал с закрытыми глазами и раздумывал, как бы похитрее избежать нехороших последствий? Ну, мне- то ничего не грозит, а вот если она начнет экспериментировать, то неизвестно, куда может завести эта извилистая дорожка. Тем более, что Джин раньше вроде бы ничем подобным не занималась.

«Вдвоём быть лучше, чем одному… если двое лежат — тепло им; одному же как согреться, и втрое скрученная нить не скоро порвётся.» — внезапно выскочила мысль. Внутренний голос, зараза этакая, ты на что сейчас вообще намекаешь?!.. Не дождавшись ответа, я так и уснул… На другом краю постели…

Глава 8

Утром я проснулся чуть позже обычного. Джинджер не стала меня будить, приготовила завтрак и уехала вместе с Уильямом. Может, к вечеру успокоится, «выпустит пар»? Очень на это надеюсь!.. Совсем не хочу молчать наедине с ней. Ну, или молчать, но не с таким настроением… Эмпатия, чтоб ее…

После завтрака я решил поехать на аэродром, сегодня техник обещал закончить все (или почти все) работы. А когда уже садился в машину, нестерпимо захотелось совершить какую-нибудь отчаянную глупость. Но так, чтобы запомнилось. И плевать на последствия!..

Вырулив на центральную улицу, я медленно поехал вдоль тротуара, высматривая нужный магазин. О, да вот он!

Дернув на себя дверь, я услышал смутно знакомый перезвон над головой — да, именно сюда вошла женщина, очень похожая на Бригитту. К моему счастью, ее сейчас здесь не оказалось.

— Добрый день! — поприветствовала меня симпатичная продавщица. — Что бы вы хотели посмотреть? — Жестом она указала на многочисленные витрины и прилавки.

— Добрый день! Мне нужно… Простое колечко, золотое, без камней и украшений.

— Обручальное? — Надо же, какая догадливая, профессионал!

— Да, что-то вроде…

— Это здесь. — Девушка подошла к нужной витрине. — Размер помните?

— Да. Шестнадцать…

— Вот, смотрите, разные кольца этого размера.

— Тогда… Это дайте, пожалуйста. Наверное, подойдет…

— Если вдруг ошиблись с размером, можете потом обменять, только этикетку не срывайте. Надеюсь, ваша… подруга… будет рада.

— Да, я тоже очень надеюсь… — Подруга-то наверняка обрадуется, а вот жена — не очень… Если (или когда?..) узнает.

— Заходите еще, всегда рады вас видеть! — попрощалась со мной девушка, когда я расплатился.

— Обязательно зайду, — пообещал я вслух, а про себя добавил, — «Когда снова всерьез провинюсь…»

По пути на аэродром я пытался обосновать и понять, зачем делаю такой непонятный поступок. Решил, что этим хотя бы частично уберегу Эвелин от приставаний особо назойливых пассажиров. Она мне об этом ничего не говорила, но я-то чувствую!.. А теперь, когда по «общим стандартам» у нее будет два кольца — типа «замужем», большинство искателей приключений могут свалить в сторону еще на подлете. Хотя, иногда попадаются особо упорные экземпляры, способные докопаться к бетонному столбу, если в нем найдется подходящее отверстие… Но на такой тяжелый случай у Эвелин есть пистолет, а законы тут простые и понятные. Интересно, будет ли она носить эти кольца? То, которое я ей подарил несколько лет назад, все время у нее на руке. Неудобно перед девчонкой… И сейчас станет еще неудобнее… Но… смутное ощущение того, что все делаю правильно, усиливалось с каждой минутой. Лишь бы предчувствия меня не обманули… Сколько раз уже так было… Про это еще Пушкин писал…[ «Ах, обмануть меня нетрудно, я сам обманываться рад!..»]

Аэродром радовал первозданной чистотой и пустотой — у ангаров стоял только двухмоторник Джима Хокинса. (Строго говоря, он вообще-то мой, но я сдал его в долгосрочную аренду… Вроде как.) Рядом с вышкой были припаркованы несколько разновеликих джипов, изрядно запыленных. Ну да, свои машины тут летом моют редко, особенно те, кто часто мотается за город. Мы ведь не городские пижоны, в клубы по вечерам не мотаемся, разве что иногда, сами понимаете…

Я подъехал к ангару, в глубине которого стояла моя «Сессна», все еще со снятыми крышками моторного отсека. Остальное уже более-менее проверено и собрано, пришлось заменить несколько мелких деталей. Бывает, чуть разболтались со временем, главное — вовремя заметить и устранить.

Остановив джип за ангаром, я вошел внутрь. А где же наш мастер? Тишина… Только чуть заметно пахнет авиационным бензином. В одиночку делать ничего не буду, придется подождать.

— Алекс, привет! — с другой стороны ворот внезапно появилась Эвелин. — Что, дома не сидится?

— Сегодня вроде как ремонт закончить планировали… Где наш главный мастер, не знаешь? Обещал с самого утра быть на месте, а я его тут не вижу…

— Он тут и был, только минут двадцать как уехал. Сказал, что вернется через пару часов, просил тебе передать, если увижу. Вот, я и передаю.

— Спасибо! А чего ты в таком виде? Вроде лететь собирались? — Эвелин щеголяла в коротеньких шортах, явно когда-то бывших старыми джинсами, и в завязанную «на пупе» рубашку. Рубашка, конечно же, почти ничего не скрывала.

— Джим сейчас на вышке, маршрут уточняет, и пассажиров ждет.

— Куда полетите?

— Пока на север, там видно будет. Вроде как им несколько мест посетить надо.

— Ты их пока не видела, что ли?

— Нет. Сказали, что будет четыре человека с багажом.

— Я думал, ты их у вашего самолета ждать будешь.

— Не хочу, жарко там, солнце уже все раскалило. Вот и сижу рядом, в тени, тебя жду.

— А вдруг бы я не приехал?

— Приехал ведь… — Эвелин подошла ко мне вплотную и двумя пальцами взялась за пуговицу на моей рубашке. — У тебя такие глаза, будто хочешь что-то сказать, но не решаешься.

Вот еще один экстрасенс выискался на мою голову!..

— Ты однажды сказала, что некоторые пассажиры иногда начинают приставать, и даже колечко их не останавливает.

— Ну… бывает иногда…

— Предлагаю тебе добавить еще маскировки…

— В каком смысле?

— Для комплекта… — Я вытащил из кармана штанов коробочку и открыл ее. — Вот, если хочешь, дополняй… Может, приставать больше не будут… Или реже… Проверь, вдруг я с размером ошибся, тогда этикетку не срывай, в магазине поменяют.

Эвелин медленно протянула левую руку вперед, и я надел колечко ей на палец, рядом с тем, которое подарил раньше.

— Все хорошо подходит, — сказала она немного охрипшим голосом. — Размер правильный…

— Только уговор — ты ведь понимаешь, что это понарошку… У меня есть жена, а это… чтобы хоть немного тебя защитить. Конечно, дураки разные бывают… Но на крайний случай у тебя вроде и пистолет есть…

— Есть… — Эвелин чуть ли не запрыгнула мне на шею, отчего коробочка выпала у меня из пальцев, когда я пошатнулся и обхватил девушку, чтобы не упасть. Губы обожгло поцелуем, Эва соскочила на пол, схватила меня за руку и потащила в угол ангара, где возвышалась куча самолетных чехлов. Там она чуть ли не подсечкой свалила меня на спину, уселась мне на ноги.

— Эва, ты чего это задумала?!..

— Ты как маленький, честное слово!.. Несколько лет об этом мечтала!.. А вот и случай подвернулся!..

Пока она говорила, успела избавиться от немногих предметов своей одежды, откинув их в сторону, и принялась стаскивать с меня штаны. Мой организм сначала очень удивился, но быстро решил, что не нужно упускать такую возможность, а дальше все пошло, будто в фильме для взрослых…

— …Эва, что ты делаешь…

— Молчи и наслаждайся жизнью, — чуть задыхаясь, ответила она, не торопясь покидать мою грудь, на которой лежала.

(Какое там «наслаждайся»!.. Внутренний голос издевательски прокомментировал — «Ничего себе петушок!», — сказала курочка, после того как ее переехал грузовик.» Ну, Эва не грузовик, конечно… Чуть полегче…)

— Замуж тебе надо… Парня хорошего, доброго… Чтобы любил тебя…

— Пока не нашла такого, чтобы все сразу. Кругом одни озабоченные «коллекционеры»… Вот и приходится ловить момент… — Тут она приподнялась и буквально «навострила уши». — Ой, там машина загудела!

Быстро соскочив, Эвелин кое-как натянула шорты, накинула рубашку, посмотрела на изрядно потрепанного меня и звонко рассмеялась.

— Тебя будто трактор переехал, одевайся!.. — и убежала в дальний угол ангара, где техники оборудовали небольшую душевую кабину. Бочка для воды стояла снаружи ангара и очень хорошо нагревалась под лучами солнца, без всяких бойлеров. Главное, чтобы вода не закончилась в самый неподходящий момент, но за этим обычно следили.

— Ага, трактор… В одну женскую силу, — пробурчал я, натягивая штаны и рубашку (как еще пуговицы целыми остались?..). — Пахать на тебе надо…

Выглянув из ангара, я увидел подъехавший к вышке микроавтобус, пассажиры остались сидеть внутри — вышел только водитель. Те самые, кто лететь собирается? Скоро выясним…

Минут через десять из душевой появилась Эвелин. Оказывается, еще раньше она успела принести сюда свою сумку с формой, и уже переоделась, даже чуть-чуть подкрасилась. И волосы пригладила- уложила, вот это скорость! Магазинной бирки на кольце уже не было.

— Ты быстро, даже не ожидал!

— Регулярные тренировки, — засмеялась она. — Уже привыкла быстро собираться. Не в театр же иду… — Да, белая рубашка и темные брюки — это вам не вечернее платье, к которому требуется специальная «боевая раскраска».

— Там к вышке кто-то подъехал, может, ваши пассажиры.

Вдвоем мы подошли к воротам ангара, Эва несла сумку с вещами на плече. По пути она подобрала коробочку от кольца и сунула ее в карман сумки, негромко вжикнув застежкой.

— Спасибо за подарок, — она ласково провела пальцами по моей слегка выбритой щеке. — Надеюсь, пригодится.

— Лучше бы не пригодился, — честно ответил я.

— Вы, мужики, все одинаковые. Мимо красивой девушки спокойно пройти не можете, — усмехнулась она, чмокнула меня в щеку и пританцовывающей походкой направилась к самолету. Мне оставалось только развернуться и пойти в душ. Надеюсь, она там не всё из бочки на себя вылила? А то придется насос запускать, оттуда вода потечет холодная…

Я успел вымыться и обсохнуть, когда проехал техник. Незадолго до этого я долил воды в бочку, проверил инструменты и поставил на зарядку аккумуляторы. Кто знает, сколько и чего еще сегодня предстоит завинчивать?

— Привет! Давно ждешь? — мы пожали друг другу руки.

— Нет, не очень. Может, с полчаса…

— Я просил Эвелин передать тебе, что чуть задержусь. Кстати, где она?

— Она все передала, потом ушла к самолету. Вон, смотри, уже вроде как пассажиры выдвигаются. — От вышки в нашу сторону медленно ехал тот самый микроавтобус.

— Точно, кто еще… Ладно, смотри, вот это сейчас поставим, и будем все завинчивать на место. Потом выкатим из ангара, опробуем двигатель. Если все нормально, закатываем птичку обратно, ставим на место панели моторного отсека, и завтра можешь делать контрольный вылет.

— Отлично! Ну что, вперед и с песней?..

Несколько часов мы вдвоем проверяли, крепили, закручивали… Наконец, выкатили «Сессну» из ангара и запустили двигатель. Новый аккумулятор отработал без проблем, как говорится, «с пол-пинка». Очень хорошо, теперь возвращаемся в исходное и крутим винты дальше.

— Все, закончили! — Техник закрыл капот и принялся вытирать руки большим куском ветоши. — Завтра во сколько планируешь облетывать?

— Наверное… часов в… десять. Чтобы слишком рано не вставать, — тут парень усмехнулся, — и чтобы не жарко было. Сделаю несколько кругов, там видно будет.

— Тогда держи квитанцию, — он протянул мне листок бумаги с несколькими графами и суммой итога внизу. — Устраивает?

— А куда деваться? — Да, три нуля — много, но не четыре, это уже радует. — Тебе тогда завтра утром и отдам, хорошо? Все равно наличку в банке надо снимать.

— Пока не отдашь, ангар не открою, — рассмеялся мастер. — Так и быть, бензин залью доверху, в подарок.

— От такого я точно отказываться не буду, — и в самом деле обрадовался я. — Тогда… До завтра?

— До завтра! — пожав на прощание руки, мы разошлись. Техник пошел в душ (надеюсь, вода в баке успела нагреться), а я сел в машину и не торопясь порулил к выезду с аэродрома.

Надо еще в банк по дороге заехать, снять денег на оплату ремонта, ну и просто на текущие расходы. Заодно и узнаю, сколько там у меня еще остается на счете.

********

Когда въехал в город, решил выяснить еще кое-что. А для этого нужно посетить «казенный дом»… Лишь бы нужный человек оказался на месте.

— Добрый день! — поздоровался я с дежурным, который сидел за толстенным стеклом в «аквариуме» у входа. — Фрау Ирма у себя?

— Да, а вас вызывали, или вам назначено?

— Нет, хотел уточнить у нее кое-что. Скажите, что пришел свидетель по делу на ферме, она поймет.

Дежурный поднял трубку телефона и потыкал в кнопки, набрав короткий внутренний номер. Что он говорил, я не расслышал, но через полминуты он положил трубку и коротко сказал:

— Проходите, вас ждут!

Снова знакомая обстановка рабочего минимализма, и ничуть не изменившаяся госпожа следователь за столом, будто только что расстались.

— Добрый день, фрау Ирма!

— Добрый день, Алекс! Что-то еще вспомнили?

— Нет, хотел кое-что узнать у вас, если возможно, конечно.

— По поводу той самой фермы?

— Да-

— Что, решили сменить рискованное занятие на более спокойную фермерскую работу? — она улыбнулась.

— Нет, куда же я из авиации уйду! — отшутился я. — Скажите, что там дальше было? Ну, прибыла группа, проверила, нашла тела, зафиксировала следы… Самих бандитов ведь не нашли?

Фрау Ирма тут же перестала улыбаться, и в ее эмоциях проскользнуло недовольство. Но не мной, а скорее результатами той проверки.

— Да, все так. Тела похоронили рядом с фермой, в город их везти было незачем. В домах все чисто, там никого не убивали. Просто закрыли ставни и двери, замков там не было никогда. И еще не на всякой карте эта ферма обозначена… А с какой целью интересуетесь? — задала она вполне ожидаемый вопрос.

— Думал, может, кто из знакомых решит там поселиться. Кто сейчас владеет тем участком?

— Наследников не объявилось, так что все вопросы — в мэрию. Не думаю, что запросят слишком дорого. Но вам-то какая выгода?

— Рядом с фермой есть небольшая взлетная полоса. Чуть привести ее в порядок, и будет место для срочной посадки. Случаи-то разные бывают… Только вот после каждого сезона дождей ее надо осматривать и ямки выравнивать, иначе будет хуже, чем просто в поле садиться.

— Вот как… Тогда… Можете сообщить своим знакомым, если они заинтересуются, что в мэрии будут только рады избавиться от этой проблемы. Только обязательно потребуют организовать устойчивую радиосвязь с городом, сами понимаете. Место такое… своеобразное.

— Хорошо, так я им и сообщу. Большое спасибо!

— Да не за что, — улыбнулась фрау следователь. — Удачи вам!

— До свидания! — попрощался я и вышел из кабинета. Да, вот удача мне нужна постоянно… Жизнь стала весьма непростой, не знаешь, откуда и прилетит.

Теперь — в банк…

В банке я надолго не задержался, снял требуемую сумму, плюс еще на срочные расходы. А что вы хотели, красота требует жертв!

В ювелирном магазине продавщица встретила меня, как дорогого ДРУга:

— Здравствуйте! Вы снова к нам?

— Решил купить еще кое-что, у вас есть голубые топазы, например?

— Хороший выбор!.. Их не очень часто спрашивают, многим нравятся более насыщенные цвета… Вот здесь, витрина в углу, посмотрите.

— Спасибо… Можно вот этот комплект? — В наборе из сережек и кулончика серо-голубые камни интересной формы были вставлены в неброские серебристые оправы.

— Оправа из «белого золота», — уточнила продавщица. — Это сплав золота и платины, 750 проба [750 проба — в этом сплаве содержится 75 % золота и 25 % лигатуры. Украшения из золота 750 пробы представлены в коллекциях элитных ювелирных домов. Это самый качественный сплав.].

— Да, это уже видно по цене, — хмыкнул я.

— Сверху такие изделия покрывают родием, для большей прочности и красоты.

— Вы хорошо разбираетесь в тонкостях, — пришлось выдать продавщице комплимент.

— Мой отец и братья — ювелиры, так что, сами понимаете…

— Да, трудное детство, тиски вместо кукол, напильники вместо игрушек… — мы оба рассмеялись.

— Нет, кукол у меня хватало. Но украшения для них я делала сама, из медной проволоки. Всем нравилось. Кое-что потом даже стали использовать как идеи для образцов. А сейчас работаю консультантом в семейном магазине…

— Спасибо за интересную беседу. Сколько в итоге с меня?.. — Ну, примерно так я и думал… — Красивые коробочки есть у вас?

— На любой вкус. Перевязать ленточкой?

— Я подумаю… Ладно, давайте ленточку, пригодится!

Из магазина я вышел спокойный, как индеец. Вот и проверим как-то прочитанное высказывание, что на женщину лучше всего действует посещение ювелирного магазина. Если не поможет — значит, обманули!

В машине я взял коробочку в правую руку, открыл и положил пальцы левой руки на украшения. Произнес три раза «Джинджер, я тебя очень люблю!», закрыл коробочку, попытавшись завязать яркую ленточку красивым бантиком, и убрал в карман. Глупость? Конечно! Но вдруг сработает?..

Когда повернул к дому, заметил у соседского гаража незнакомую машину. Вроде бы там у хозяйки обычная «пузотерка» для города, а не джип-внедорожник? Кто-то в гости приехал? Раньше там никого, кроме нее самой, видно не было, иногда здоровались. Ничего так женщина, лет тридцати. Эффектная, но моя Джинджер все равно гораздо красивее! Из- за зеленой изгороди слышались еле различимые голоса и тихий смех.

Красный «Гелендваген» Джин стоял под навесом. Пса и кота видно не было — наверное, прячутся от жары в доме, там кондиционер работает. (Кстати, надо бы там сетку почистить, возможно, пылью слегка забилась…)

Я вошел на кухню и увидел сидящую за столом жену. Она смотрела прямо перед собой странным, остановившимся взглядом, и на мое появление никак не отреагировала. Знаете такое выражение — «мрачнее тучи»? Так вот, сейчас его было недостаточно…

— Милая, вот и я!.. Что случилось? — На столе перед ней возвышалась бутылка вишневки (наполовину пустая), и высокий стакан. Я уселся напротив, набулькал из бутылки в этот же стакан примерно треть и выпил. — Рассказывай!

— Где ты был?

— Как где? Я же еще вчера сказал, что поеду на аэродром, заканчивать ремонт. Все доделали, специально заехал в банк, деньги снял, чтобы завтра утром отдать. Потом облет, не очень долго, сделаю, и все. Да что случилось-то? И… почему ты пила ЭТО? — Я выделил голосом и показал на бутылку.

— Я… приехала домой… и решила попробовать… Захотела увидеть, что ты делаешь…

(Вот и пришел полярный зверек… Ой…)

— И что случилось?

— …Я… меня… мы… занимались сексом!.. — выкрикнула она.

(Интересно, она пистолет на кухню уже принесла, или ножами обойдется?…)

— Э… а почему «мы»?..

— Голова кругом пошла… Как будто я сразу была и мужчиной, и женщиной… И непонятное жужжание все время какое-то… Даже чувствовала, в каких местах трава колется… Еле успела добежать до ванной. А выражение «эмоции брызгали фонтаном» — не преувеличение…

— И ты решила, что я валялся с кем-то в кустах? — Фф-у-у-х, отлегло!.. Казнь, возможно, откладывается… — На аэродроме вообще ничего не растет, сама знаешь.

— А кто еще?.. Я же хотела тебя увидеть…

Я встал с табуретки, подошел к окну, тихо открыл раму и прислушался. Ага!!!.. Сделав загадочное лицо, поманил к себе Джинджер, та с явной неохотой поднялась и шагнула ко мне. Приложив палец к губам, я легонько обнял ее за плечи и придвинул к окну, шепнув на ухо: «Слушай!..»

Она поморщилась, но чуть развернулась боком, прислушалась… И тут же очень правдоподобно изобразила лицом и ушами красный сигнал светофора. Действительно… Из-за зеленой изгороди доносились весьма характерные звуки — постанывания, тихие вскрики… Ей хватило нескольких секунд, чтобы окраска кожи достигла максимальной насыщенности и, пробормотав «Порнография какая-то!..», Джинджер шумно захлопнула створку окна.

— В одном фильме, персонаж, услышав в окно спальни подобные звуки, предложил своей жене «Давай их перекричим!..», — попытался я выдать неуклюжую шутку.

— Ты что, в извращенцы записался? — громко фыркнула она в ответ.

— Нет, это кино довольно известное, там вроде Харрисон Форд играл. Но ничего не конкретного не показали, это триллер, а не порнуха. А в другом фильме у женщины были проблемы с сексом, обычный вариант в спальне ее не возбуждал. Может быть, у соседки точно такой же случай, — усмехнулся я.

— Слушай, ты вообще смотрел что-нибудь, кроме порнофильмов? — Нет, с таким настроением она меня не устраивает. Придется использовать «последний довод провинившихся мужей»…

— Милая, а теперь вспомни, что я тебе говорил про жизнь в многоквартирном доме.

Джинджер снова вернула цвет лица к максимально красному и отвела взгляд в сторону.

Я подошел к столу, взял бутылку с остатками «вишневки» и убрал ее в холодильник. Достал из шкафа пару мелких стопок и бутылку бренди, плеснул до половины в каждую стекляшку, придвинул одну Джинджер.

— Выпей, помогает!

— Что, успокаивает?

— Нет, скорее, отшибает лишнюю чувствительность. Даже в таких дозах…

Мы одновременно выпили, Джин тут же забрала у меня стопку и вместе со своей поставила в раковину. Бутылка тоже вернулась на свое место в шкафу.

— Теперь я понимаю, при чем тут «Синдром Кассандры»… — задумчиво сказала моя ненаглядная.

— Это самый незначительный случай, — ответил я, усевшись за стол и подперев руками подбородок. — Говорить бесполезно, все равно никто не верит…

— И много у тебя было… «других случаев»? — Ну вот зачем тебе это? А ответить придется…

— Разве все упомнишь… Да и вспоминать подробности нет никакого желания.

— Может, расскажешь все-таки? Ну, чтобы я знала… На что обращать внимание.

— Знаки у каждого свои, и мои заморочки тебе вряд ли помогут. И ты не сможешь узнать, вдруг я сейчас начну что-то выдумывать…

— А ты не выдумывай, ты просто расскажи.

— Хорошо… Например, многие говорили, мол, «ты программируешь человека на неудачу, если рассказываешь ему, что задуманное не получится». Хорошо… Однажды я сказал человеку, жившему в одной комнате с моим хорошим знакомым, что у этого знакомого ничего не получится с девушкой, с которой тот был «в отношениях». Конечно, человек удивился, но я попросил его ничего и никому не говорить. Пусть все идет, как идет…

— И что в итоге?

— Через несколько месяцев девушка с ним рассталась по совершенно надуманной причине. Достаточно такого случая?

— А что, были еще?

— Ну… например, как-то я общался с человеком, который изучал разные аномальные явления. Среди прочей болтовни я задал ему вопрос, что-то вроде «Я думаю о событии, потому что оно произойдет, или оно произойдет, потому что я о нем думаю?..» Эх, фотоаппарата под рукой не было — так громко и искренне он смеялся…

— Все закончилось только одним смехом?

— Нет… Ответ был в духе «Эк тебя, студент, заносит!.. Даже с водки так не получится!..» После он с коварной улыбкой спросил — как насчет предсказаний будущих событий? А я что, я ничего… Почему бы не попробовать? Кто-то из его знакомых экстрасенсов сделал предсказание, что в Джалалабаде произойдет землетрясение. Но оказалось, что населенных пунктов с похожими названиями несколько, и расположены они далеко друг от друга. Попросил уточнить, где именно.

— А что ответил ты?

— Сказал, что если оно и произойдет в одном из этих «Джалалабадов», то очень не скоро, лет через двадцать-двадцать пять. А на подходе другое землетрясение, совсем в ином месте.

— И как отреагировал твой собеседник? — Джинджер уже и позабыла о своей неудачной попытке дальновидения, она внимательно смотрела мне в глаза, явно пытаясь определить, не выдумываю ли я.

— Как, как… Я ему предложил записать, он отмахнулся — типа «ты сначала скажи, потом будем посмотреть!..» Ну… Землетрясение должно было случиться в северных областях одной страны, отголоски должны были «докатиться» до соседней. Когда он спросил — а какой силы будут толчки, я ответил, что в максимуме примерно баллов восемь. Наверное, его слегка перекосило от такой наглости, и он, заметно сдерживая смех, опять задал вопрос — «А по какой шкале?» Да откуда я мог знать такие подробности!.. Ответил, что по той, которую печатают в газетных сообщениях. Когда? В последней декаде июня… А тогда еще была весна… Вот так…

— Ну и что дальше, рассказывай!

— Конечно, он ничего никуда записывать не стал. Потом… я вместе с группой студентов поехал… скажем так, на практику, очень далеко. И уже летом, просматривая подшивку газет, нашел маленькую заметку о произошедшем землетрясении. Дата — 20 июня, место — где и сказал, сила — сколько и сказал… Когда вернулись, снова пошел к этому «специалисту». Он мне заявил — «Ну что же, нужно было самому записать!..» Да кто бы мне поверил? Тогда и стало понятно, что никому моя информация и предсказания не нужны. «Синдром Кассандры», чтоб его… А начнешь громко выступать и предупреждать всех подряд — быстренько определят в дурдом.

— И как же ты…

— Да никак. Вскоре я пошел служить в армию, и некогда стало заниматься всякой фигней.

— Сколько с тобой знакома, а все время какие-то сюрпризы… Наверное, поэтому ты мне и сразу понравился. Считай это моим предвидением, — наконец-то улыбнулась Джинджер.

— Тогда вот тебе еще один сюрприз… — Я достал из кармана штанов коробочку и протянул ей. — Держи. Как говорится, «От меня — с любовью».

Джин взяла подарок и осторожно потянула за ленточку бантика. Открыв коробочку, она заглянула внутрь и сразу вскинула взгляд на меня.

— Топазы в белом золоте, оправа с родиевым покрытием. Извини, что украшения маленькие, но какие нашлись, — с умным видом высказался я. — Эти «из-за ленточки».

— Вижу… Я несколько раз снималась в рекламе всякой ювелирки, так что знаю…

— Старался подобрать под цвет твоих глаз, как уж получилось.

— Спасибо… Помоги надеть.

Я с удовольствием застегнул цепочку с кулоном на ее шее и вернулся за стол.

— Серьги надену чуть позже, когда поеду за Уильямом… — Она погладила меня по руке. — И то, что ты мне сейчас рассказал, останется между нами.

— Говорю же, нет в этом ничего интересного и забавного, одни неприятности…

— Можешь сказать хоть что-нибудь хорошее?

— Тогда слушай… «Женщине твоего знака Зодиака рекомендуется надевать украшение с этим камнем на шею. В плане семейной жизни камень будет помогать справляться с ролью жены и матери. Он сделает характер своей владелицы более спокойным, миролюбивым, заставит отказаться от эмоциональных разборок и подарит умиротворенность». Теперь можешь смеяться.

— А вот и не буду! — изобразила Джинджер улыбку во все тридцать два зуба. (Прямо как в старом анекдоте…) — Посмотрим, как это украшение станет меня «умиротворять». Вдруг в самом деле поможет… — Внезапно она стала серьезной. — Слушай… Как ты вообще… потом… жил со всем этим? — Да я же вроде ответил раньше… Придется еще раз объяснить, с подробностями:

— Сначала… Представил, что запер все предчувствия в шкафу, а ключ выбросил в воду. Очень долго не вспоминал и не думал… Никаких предсказаний, никому. Потом… угодил сюда. И старый запертый шкаф не выдержал и развалился от такого удара. Но теперь… Теперь никому и ничего не говорю, сразу делаю по-своему. Со стороны иногда это выглядит смешно и глупо, но… После все равно оказываюсь прав. Не всегда, но часто.

— Каково это — знать, что мог попытаться предотвратить, но не стал ничего делать?

Жестокий вопрос… Наверное, я невольно скривился, или Джинджер что-то почувствовала — сразу же подошла и обняла, прижав мою голову к своим «верхним девяноста».

— Прости, прости, пожалуйста!.. Не надо мне было об этом спрашивать!.. Теперь я понимаю, отчего иногда ты выглядел… не очень хорошо.

Ну, если она прибегает к такому аргументу (вернее, сразу к двум…), сопротивляться невозможно.

— Понимаешь, кто тебе достался в мужья? Не жалеешь, что связалась с… таким…?

— Если бы ты оказался другим, то вряд ли мне захотелось связаться с тобой… так близко. Я ведь рассказывала тебе о своей бабушке? Мы с тобой похожи, поэтому я и решила попробовать… Как видишь, у нас все получилось.

— Кстати… Ты говорила, что слышала какое-то странное жужжание?

— Да.

— Наверное, это была… электрическая отвертка. В дополнение к другому, услышанному тобой… Там в комплекте только насадки под разные винты и саморезы… Интересная мысль, надо прикинуть!.. Главное, соседей не пугать…

Джинджер выпрямилась и чуть оттолкнула меня:

— Ну вот, такой романтический момент испортил!.. Только об одном и думаешь! Все, я пошла собираться!.. — Развернулась и вышла из кухни, чуть позже я смог расслышать тихий смех из ее комнаты. А откуда она знает, о чем я сейчас подумал?.. И получается, что все-таки смогла уловить нечто похожее на реальные звуки из ангара? Но лучше пока оставить эту тему, пусть успокоится. Может, и камни сработают, в самом деле?

Глава 9

Следующим утром я проснулся… и ничего не понял. Нос щекотали рыжие

волосы, а на груди и животе лежала весьма заметная тяжесть. Кот, что ли, примостился?

Полностью открыв глаза, я убедился, что кот тут совсем ни при чем — волосы у него не такие длинные. Оказывается, это Джинджер сумела так хитро примоститься сверху, что никуда особенно не давила, и ничего мне не «отлежала». Судя по ровному дыханию, она и в самом деле спала.

Тихонько дотронувшись рукой, я убедился, что ее короткая ночная рубашка сбилась и теперь скорее изображала узкий пояс где-то под грудью. Надо же… Но нет, пока ничего не надо. Пусть Джин сама проснется, а то еще неизвестно, какое у нее будет спросонья настроение.

Наверное, я все-таки пошевелился, потому что услышал сонный голос:

— Который час?..

Чуть повернув голову, я разглядел светящиеся цифры на часах- будильнике.

— Половина седьмого.

— Разбуди меня в восемь, хорошо? — И она тут же снова заснула, не сменив позу. Пригрелась, что ли?

Так, в полудреме, я и пролежал до восьми утра. Наконец, пришло время будить спящую красавицу. Положив руки ей на… хм, поясницу, слегка погладил то, до чего смог достать.

— Милая, восемь часов, ты просила разбудить.

— Уже? Да, сейчас… А почему ты меня так положил?..

— Вот не поверишь, проснулся и очень сильно захотел тебя обнять. А оказалось, что ты уже так лежишь, ничего делать не надо. Замерзла, наверное?

— Ну… — протянула Джин, пытаясь открыть глаза, — не замерзла… Не могла заснуть. Потом решила лечь поближе… И вот… Я ничего тебе не отдавила?

Я пошевелил руками и ногами.

— Нет, все на месте.

— Очень хорошо. — Она решительно уселась прямо у меня на животе, отчего я негромко охнул, все-таки вес чувствовался, и одернула ночнушку. Цепочка с кулоном висела у нее на шее, и оставалось только порадоваться, что на камне и оправе не было острых ребер и углов, о которые можно поцарапаться. — Тогда приготовить завтрак сможешь! — Быстро соскользнула сначала с меня, потом с кровати, и убежала в ванную комнату, где сразу же зашумела вода. Судя по ощущениям, за ночь Джинджер вполне пришла в норму и больше не переживала непонятно из-за чего. Лишь бы не вздумала повторить эксперимент с «подслушиванием и подглядыванием». Хотя, через некоторое время, скорее всего, опять попытается. Она такая, упрямая…

Быстро умывшись в раковине на кухне, я занялся обычными утренними делами. Меню не требовало долгой возни, так что справился минут за десять, после чего отправился поднимать Уильяма. Он у нас самая что ни на есть «сова», вечером долго не уложишь, утром не поднимешь. Зато и ночью, если спит, то ни на что не реагирует. Иногда это хорошо.

К тому времени Джинджер переместилась в спальню и принялась наводить красоту и одеваться, а мне пришлось взбадривать сына и мотивировать его на будущие дневные свершения.

— Я думаю, что в эти выходные мы попробуем с тобой съездить в тир. Лишь бы мама разрешила.

— Здорово! — обрадовался Уильям. — Я ее очень-очень попрошу.

— Может, она и сама захочет с нами съездить. Спроси, вдруг согласится. Закончил зубы чистить? Умывайся и беги одеваться.

Я вошел в спальню и увидел Джинджер, сидевшую перед зеркалом, но еще не одетую.

— Завтрак готов, Уильям пошел переодеваться.

— Хорошо, начинайте есть, я скоро приду.

— Как скажешь…

Быстро натянув футболку и штаны, я пошел на кухню. Там, услышав, что мы встали, уже сидели у стола пес и кот. Ну да, как без вас!..

Через несколько минут снизу раздавался перезвон мисок, а Уильям жевал разогретую в микроволновке булочку с сыром. Я наслаждался куском пирога с ягодным джемом, который купил вчера по дороге с аэродрома (как раз по пути проезжаю мимо хорошей пекарни).

— Вот и я! — На кухню вошла Джинджер и окинула всех хозяйским взглядом. — Спасибо, что приготовил… Дай кусочек пирога, что ли!.. Нет, поменьше.

Как только она села за стол, Уильям приступил к уговорам:

— Мам, а ты не хочешь вместе с нами съездить в тир, в выходной день?

— Это тебе папа пообещал? — Джин улыбнулась, сразу поняв, откуда возникло столь неожиданное предложение.

— Он не обещал, сказал у тебя спросить. — Молодец, Уильям, все по- взрослому объясняет.

— Тогда… Если тебя не будут ругать воспитатели, то поедем.

— Здорово! — Уильям даже чуть подпрыгнул, но тут же принял образцово-показательный вид. — А то другие мальчики уже там были, и не раз…

— Рассказывали, из чего стреляли?

— Да!.. Револьверы, пистолеты… Разное там.

— Посмотрим, что у них есть подходящее для тебя. Мои «стволы» для тебя еще великоваты.

— Я знаю, пап.

— Уильям, ты доел? Тогда мой руки, нам пора ехать.

— Езжайте, я тут все уберу, потом сам двину на аэродром, дел много…

По дороге я решил заехать в мотель, поговорить кое-о-чем с Игорем.

— Привет!

— Привет! Случилось чего?

— Нет, пока все спокойно. Ты уже отправил?..

— Да, ответа еще нет. Так в чем дело?

— Я навел справки — та ферма, возле которой меня обстреляли, сейчас практически ничья. Владельцы… ну, сам понимаешь… не пережили визита налетчиков. Наследников не объявилось. И городские власти, скорее всего, отдадут ее по символической цене. Вот и подумал — вдруг нужна «точка» не очень далеко отсюда, где можно устроить базу, или место, чтобы переждать…

— Идея интересная… — Игорь задумчиво поскреб щетину на подбородке. — Думаю, наши будут не против. Только где денег взять?.. Пока отправлю сообщение, пока ответят, пока деньги перешлют…

— Могу занять, с возвратом, конечно. А оформить можно на Элис, чтобы ты там не особо светился. И будет у тебя своя фазенда. — Я улыбнулся, Игорь тоже — наверное, вспомнил один из мексиканских сериалов. — Так что вот тебе телефон, пусть Элис свяжется с этой женщиной, а дальше разберетесь. Я так думаю, что властям главное, чтобы там бандюки какие-нибудь не обосновались. Наших посадить несколько человек, пусть фермерствуют, по совместительству. Ну, начальникам виднее… Если не понравится, можно будет продать. Судя по всему, так часто бывает. — Игорь взял протянутую бумажку с номером телефона фрау Ирмы.

— А когда звонить-то?

— Думаю, часа через два в самый раз будет. Она посоветует, к кому подойти, когда выясните, сколько надо денег — звоните, решим вопрос. Но я планирую утром ненадолго вылететь, так что ко мне — лучше после обеда.

— Ясно! — Мы пожали друг другу руки, и я поехал дальше.

На аэродроме меня уже ждал механик.

— Привет! Наверное, думал, когда же я наконец приеду? — Парень усмехнулся в ответ и пожал мне руку.

— Привет! Дел много было, и ты вовремя приехал, так что я и не переживал, куда ты денешься от меня!..

Я вынул из кармана заранее приготовленную стопку местной валюты.

— Держи, проверяй. Баки заправил?

— Да, как договаривались, под пробку.

— Тогда сейчас быстро смотаюсь на вышку, и будем запускаться.

— Я пока твою «Сессну» из ангара вытащу, так что ты там не задерживайся, у меня еще работа появилась. — Он кивнул на стоящий у соседнего ангара «Бивер». — Сейчас в нем ковыряться начну.

Разговор на вышке не затянулся — мне всего лишь требовалось узнать, не ожидается ли какой-нибудь самолет на прибытие в ближайшие час-два, мало ли что. Конечно, всегда мог появиться некто, не желающий заморачиваться предварительным оповещением, но такова уж местная реальность — летают кто хотят и где хотят. Но, как ни странно, до сих пор я не слышал ни об одном случае столкновений в воздухе. Наверное, самолетов для этого еще слишком мало, или они просто медленно летают. Только вот становится «первооткрывателем» в этой области совершенно не хочется, вы меня понимаете?

А еще через двадцать минут я сидел в кабине и слушал рокот мотора. Стрелки на приборах медленно ползли к нужным отметкам, и вскоре «Сессна» побежала по бетонным плитам взлетной полосы. Лечу!..

Дальнего вылета на сегодня не планировал, после ремонта нужно проверить все, летая в ближней зоне. Даже НЗ в кабину не положил… Кстати, надо бы набрать консервированной ветчины, что ли? Хотя не думаю, что следующая встреча с моими знакомыми хищниками состоится в ближайшее время. Но… Всегда лучше иметь, чем не иметь, не правда ли? (По крайней мере, это касается аварийных запасов.)

Первое направление — вдоль берега, в сторону Нойехаффена. Маршрут знакомый, тут регулярно летает патрульный «Бивер». Кстати, не его ли я видел возле ангара? Вроде нет… Раскраска другая. У нашего на борту до сих пор сохранилась наклейка с фотосессией Эвелин (или они ее отпечатали заново — уж слишком свежей она выглядела, не выгоревшей на солнце).

Внизу, почти у самого берега, качались на волнах разновеликие рыбацкие суденышки. Для города и таких хватает, а далеко в море ходят на посудинах заметно большего размера. Мелких могут просто сожрать, причем не в переносном, а что ни на есть прямом смысле — тут вам не Старая Земля. Хотя, кто знает, может это просто страшилки от местных морячков, для поднятия авторитета среди собутыльников?

Двигатель работает ровно, температура в норме, попробую подняться повыше, да и разворачиваться уже пора… Теперь курс в другую сторону, перпендикулярно предыдущему. Наверное, минут десять, потом снова поверну, но уже туда, куда надо. Хочется проверить район той самой фермы. Далековато, но вряд ли кто подумает, что я там был сегодня. Если только смогут рассмотреть с земли в бинокль, но сначала попробуйте меня вообще увидеть! Это вам не «Боинг-747»…

Итак, что мы имеем при взгляде сверху? Да ничего — вокруг фермы никакого движения. Скотину тоже куда-то увезли, да ее и было не очень много. Машин рядом не видно, трава не примята, это хорошо заметно при взгляде сверху. Дыма из труб нет, прочих следов человека — тоже. Все двери и ворота… закрыты, да. Окна спрятаны за ставнями. Место выглядит если и не совсем заброшенным, то покинутым. Ладно, увидел, что хотел, пора и домой!

Чуть прибавив обороты, развернулся на курс к Порто-Франко. Время от времени делал небольшие виражи и поглядывал по сторонам, но ничего не заметил. Никто не висел у меня на хвосте и не подкрадывался сзади с непонятными намерениями. Видимо, новые воздушные пираты еще не появились, и это радует. А может, здесь место такое, не особенно часто посещаемое, вот и нет никого рядом. Но примерно через полчаса войду в зону связи с вышкой, если кто летит — назовется.

Нет, и за оставшееся время никто со мной курсом не пересекся, так что возле аэродрома я оказался в гордом одиночестве. Решив не выделываться, запросил посадку, и получил разрешение заходить по обычной «коробочке». Ветер сегодня не помешал, так что посадка получилась на загляденье. Даже мелькнула мысль — «Жаль, Джим не видел, а то порадовался бы!..»

По командам диспетчера я зарулил на стоянку и выключил двигатель. Тишина!.. Не могу сказать, что шум в полете меня раздражает, через некоторое время его просто перестаешь воспринимать. Но когда после посадки все стихает… Приятно.

Техник копался в двигателе «Бивера», но решил сделать небольшой перерыв и подошел, едва я выбрался из кабины.

— Что скажешь?

— Все отлично, опробовал в разных режимах. Двигатель работает, как хронометр. Штурвал не дергается, стрелки на приборах не дрожат. Так что претензий к ремонту пока нет.

— Пока? — с заметным удивлением спросил парень.

— Только один вылет, на небольшое расстояние. Надеюсь, что и дальше все будет нормально.

— Если что — обращайся! — усмехнулся он в ответ.

— Лучше, конечно, не обращаться, — засмеялся я. — Пусть все работает как надо.

Мы хлопнули друг другу по рукам, и он вернулся к своей прерванной работе.

Мне осталось только вызвать заправщика и откатить «Сессну» в ангар. Но как только я сунул руку в карман, телефон засигналил. Так… Игорь?

— Слушаю!

— А-а-а, наконец-то!.. Не мог до тебя дозвониться. У меня получилось быстро выяснить все, что нужно. Когда подъедешь?

— Сейчас все закончу, и выдвигаюсь. Час, максимум два, наверное. Вот пяти минут не прошло, как самолет в ангар закатили.

— Короче, жду, подъезжай.

— Принял! — по старой военной привычке ответил я, и Игорь тут же отключился.

Вот интересно — сколько попросят за непонятно чье имущество? И как Игорю удалось так быстро получить ответ от вышестоящего начальства? Или у него на подобный случай уже были предусмотрены какие-то полномочия? Хотя, зачем гадать — приеду, сам все расскажет.

Автоцистерна приехала быстро — других клиентов, кроме меня, у заправщика сейчас не оказалось. Ну и баки у «Сессны» небольшие, так что все закончилось раньше, чем я думал. Дольше всего наводил порядок в кабине и вытирал неизвестно откуда взявшуюся там пыль. Можно было заказать услугу по уборке, но деньги за это платить не хотелось. Тряпкой помахать — невелик труд, особенно, если делать это чисто символически.

Как и обещал, через полтора часа я уже заруливал на стоянку возле мотеля. Игорь стоял возле двери в свой номер, и мне почему-то сразу вспомнился конь, роющий землю копытом.

— Судя по твоему виду, осталось только достать свой толстый кошелек и вынуть оттуда пять золотых монет?

Он усмехнулся.

— Ну, пяти монет будет маловато… Три нуля пририсуй, тогда хватит.

— Вот как! А чего они столько просят?

— Так это мало или много? У меня сейчас в наличии только пара тысяч. Остальное наши смогут компенсировать только через месяц.

— Я тебе без проблем дам четыре, только скажи — почему так мало?

— Далековато от города, и толком там нет еще ничего. Бывшие… владельцы… только-только начали свои дела вести.

— С чего они вообще решили там строиться? Если для нормального хозяйства так далеко и невыгодно?

— Поди, спроси у них теперь… Ты что, медиум?

Теперь уже усмехнулся я. Знал бы ты, чем я когда-то занимался…

— Ладно, оставим эту тему. Нашим этот объект точно интересен?

— Группу человека в четыре они смогут отправить туда через два-три дня, как только получим бумагу о подтверждении права собственности. Составим договор найма, и они начнут там заниматься своими делами. Для виду изобразят какую-нибудь нехитрую сельхозработу, а остальное нас уже не касается.

— Слушай, а как ты вообще ухитрился так быстро все выяснить? — Меня этот вопрос действительно интересовал.

— Да… — что-то он подзатянул с ответом. — …Один человек оказался близко. Как раз конвоя дожидался. Я ему объяснил, в чем дело, и он сразу сказал, даже не думал — типа покупай, не тормози! Но вот с деньгами помочь не сумел — под это дело свободных «пиастров» не оказалось.

— Тогда поехали в банк, сниму сколько надо. — Явно он недоговаривает, но это не мое дело. Фильмы про шпионов я иногда смотрел, но сам заниматься подобными делами не хотел — нужно быть очень хитровыкрученным, это не по мне. — На кого оформлять будешь?

— Да на Элис, как ты и предложил. Она не против. Разве что взяла с меня обещание время от времени возить ее туда вместе с детьми.

— И будет у тебя своя «фазенда», как у настоящего плантатора из мексиканского сериала!

— А почему бы и нет, собственно! — Тут мы засмеялись оба.

Возможно, стоило назвать действия по приобретению затерянной в саванне фермы как-нибудь вроде «Операция «Пустошь», но все обошлось без формальностей и громких слов. Игорь позвал Элис, и на двух машинах мы подъехали к отделению орденского банка. Там я быстро уменьшил свой счет на четыре тысячи, и почти сразу передал не особенно большую стопку местных пластиковых экю в руки Игоря.

— Держи. Сейчас к законникам?

— Да, чего тянуть? А ты домой?

— На сегодня я свои дела закончил, хочу спокойно пообедать. Как бумаги оформишь, позвони, хорошо?

— Обязательно! Поехали, милая? — повернулся он к Элис, сидевшей на соседнем сиденье, и она кивнула в ответ. — Ну, все, полный вперед!

Из-под колес его машины брызнули мелкие камешки, и через полминуты она скрылась за углом. Теперь и мне можно ехать, разве что не так эффектно. Мы люди неторопливые, солидные, и спешить нам некуда. Только хочу в лавку или магазин какой заехать по дороге, прикупить чего вкусного. Захотелось вдруг-

Когда загнал машину под навес и с пакетами шел на кухню, меня встретили кот и пес. Опустив пакеты на стол, я нагнулся и погладил обоих.

— Что, соскучились?

Джек улыбнулся по-собачьи, а кот сделал вид, что всего лишь позволил мне прикоснуться к своей шерсти и тут же начал демонстративно вылизываться.

— Кормить вас все равно будем только вечером, так что гуляйте пока!

Пес встал и демонстративно посмотрел на кота. Тот сразу прекратил наводить красоту и поднялся, затем пошел к дверям. За ним последовал Джек, а я прикрыл дверь, чтобы с улицы не так сильно несло жаркий воздух.

Обед, что ли, начать готовить? Или подождать возвращения Джинджер? Ладно, начну пока с чайника, там видно будет…

Почти сразу после того, как я кинул в заварник пару ложек весьма дефицитного на Новой Земле настоящего чая, вошла Джин.

— Уже вернулся? — Она поставила на табуретку пакет, из которого торчали листья какой-то зелени, и бросила на стол свою сумочку. — Как слетал?

— Удачно, все прошло, как нужно. Теперь можно снова ждать клиентов, которым срочно нужно попасть в соседний городок…

— Надеюсь, в далекий рейс ты пока не собираешься?

— Сам — нет, а так — не знаю. Вдруг клиент денежный попадется…

— Денежные клиенты предпочитают более солидные средства передвижения. Например, двухмоторник Джима…

— …И за это он регулярно мне отдает часть доходов. Вот честно, мне моя «Сессна» нравится больше. Пусть так и остается.

— Кстати, он еще не вернулся?

— Да вроде бы нет, на аэродроме его самолета не было. И на вышке ничего не сказали… А почему ты спрашиваешь?

— Так…

— Кстати… Ты хотела о чем-то переговорить. Сейчас-то можно, наконец? Вроде бы никто не мешает.

— Сейчас… — Джинджер подумала и присела на табуретку. — Ну, если ты так хочешь…

Я уселся напротив нее.

— Неужели это что-то очень страшное?

— Не страшное… Важное.

— Тогда рассказывай. Надеюсь, это не связано с твоим здоровьем?

— Ну… Связано… немного.

— Ты заболела, что ли?

— Нет! — Ух ты, как резко… — Я подумала… И тут же, будто перед прыжком в ледяную воду, выпалила:

— Я думаю, что Уильяму нужна сестренка!.. Или брат…

— И что в этом такого ужасного? Думала, будто я не соглашусь? — Мне оставалось только улыбнуться. — Просто не хотел тебя нервировать, вот и не спрашивал. Вдруг ты сама больше бы не захотела… Мало ли что…

— Я чувствую себя совершенно нормально. — Судя по легкому румянцу на щеках, она все-таки волновалась.

— Тогда хочу спросить — кого тебе хочется больше — мальчика или девочку?

— Ты так говоришь, будто этим процессом можно управлять, — фыркнула Джин.

— Хм… Когда-то давно, во времена массового увлечения всякими непонятными штучками, мне попалась околоэзотерическая книга. И там было написано… — Я сделал театральную паузу.

— Что?.. — не выдержала жена.

— Что ребенок будет того пола, чья страсть в момент… ну, понимаешь… была сильнее.

— И как?

— Что «как»? Раньше не проверял… Потом… Даже и не вспоминал об этом… Сама думай. — Я усмехнулся.

Джинджер взяла мою кружку и отпила, чуть поморщившись — «Горячо!..» Через пару минут задумчивости сказала:

— Знаешь… Мне вдруг захотелось это проверить.

— А еще там было написано, что чувство должно быть искренним. Просто «отбыть номер» не получится.

— В каком смысле «Отбыть номер»? — Она недоуменно посмотрела на меня.

— В том смысле, что лечь поудобнее и разрешить мужу с собой что- нибудь делать недостаточно. Даже если при этом и кричать громче соседки. — Я не выдержал и рассмеялся, увидев, как покраснели щеки Джин.

— Ты у меня еще пощады будешь просить! — она все-таки улыбнулась. — И будешь кричать громче соседа.

— Хм… А я его не слышал, только ее… И еще, все-таки, почему ты спросила о Джиме?

— Я не хочу, чтобы ты… отвлекался.

— А… понял, понял… — Я выставил перед собой руки. — Тогда решай, приступишь к делу сейчас или чуть позже.

— То есть ты не против?

— С чего мне быть против? Главное, что ты — «За!» — Я поднялся, подошел к Джин и поцеловал ее в щеку. — Что ты хочешь на обед?

— Ну, по такому случаю… Ты же знаешь, что мне нравится.

— Тогда не жалуйся, сама попросила. Диетическое питание — это хорошо, но не для всех и не всегда.

— Разбери пока вот это, — Джин показала на пакет. — А я переоденусь. Мне еще вечером за Уильямом ехать…

Выкладывая зелень и прочие покупки на стол, я почувствовал, что сегодня положительных эмоций столько, что они требуют выхода. Ладно, тогда используем их при готовке, как секретный ингредиент, ведь всем известно, что готовить в плохом настроении не рекомендуется.

Распихав продукты по ящикам в холодильнике, я принялся за готовку. В памяти вдруг возникла песня из старого фильма. Про что фильм? Да про любовь, конечно же!.. Так что придется кое-кому наслаждаться моим не особенно музыкальным голосом…

Сталь подчиняется покорно:

Её расплющивает молот,

Её из пламенного горна

Бросают в леденящий холод.

И в этой пытке,

И в этой пытке,

И в этой пытке многократной

Рождается клинок булатный.

Вот как моё пытают сердце:

Воспламеняют нежным взглядом,

Но стоит сердцу разгореться

Надменным остужают хладом.

Сгорю ли я,

Сгорю ли я,

Сгорю ли я в горниле страсти

Иль закалят меня напасти? [Романс Теодоро из фильма «Собака на сене», муз. Г Гладкова, сл. М. Донского]

— Ну и как, закалился? — услышал я ехидную реплику, когда в кухню вошла Джинджер. Офисный наряд она сменила на домашний халатик, но косметику убирать не стала. Ну да, ей ведь еще ехать, пусть и ненадолго…

— Так песня вроде не про меня, — попытался я свалить с этой темы. — Так, под настроение…

— Кое-кому не приходится изображать «надменный холод», — с непонятным выражением на лице сказала она. — Только сплошные жаркие взгляды…

— Сама знаешь, что Эвелин меня спасла. Не могу вот так просто ее взять и прогнать…

— Добрый ты у меня, — хмыкнула Джин.

— И вообще, «Если женщина любит своего мужчину, она должна уважать его жену!»

— А она и уважает, — неожиданно сказала Джинджер, но тут же спохватилась и прикрыла рот рукой. Поздно, я все слышал!..

— Причем уважает так сильно, что иногда ночует у нас?

Уши Джин полыхнули двумя красными флагами, но взгляд она не отвела:

— Ну да… Когда ты улетал… надолго… Эвелин ночевала… — Я смотрел ей в глаза, и она тут же поправилась: — ночует у нас. Мы когда-то решили, что будем тебя ждать вдвоем. Откуда ты узнал?..

— Как-то нашел на подушке длинный темный волос. Твои гораздо светлее, и вроде бы я раньше не замечал за тобой особенной любви к мужчинам с подобными прическами, как у рок-музыкантов. — В сердце будто кольнуло, но очень странно — боль была не моя, непонятно-чужая. Привет из прошлого жены? Эх, вот и взгляд она отвела, смотрит куда-то в стену… Срочно исправляемся!

Я подошел к ней, опустился на колени и взял ее руки в свои.

— Видишь, как у нас все непросто… Извини, пожалуйста. Я знаю, что нужен тебе, а ты нужна мне. И еще мы зачем-то нужны Эвелин.

— Ей хорошо рядом с нами. Есть к кому прийти…

— Скорее бы ее замуж выдать, — вздохнул я. — Пусть муж с ней дальше мучается…

— Ой, ну ты такой прямо весь замученный!.. — засмеялась Джинджер. — Еще скажи, что она как официальная любовница тебя не устраивает.

— Мне приходится заботиться еще и о ней. Сама знаешь, «Мы в ответе за тех, кого притащили!»

— В оригинале фраза немного другая, но я тебя поняла… Ты тут уже начал готовить, или как?

— Только продукты достал, а что?

— Они могут полежать на столе еще немного. — Джинджер поднялась из-за стола и покрепче сжала мои руки. — Хочу проверить, наврали в твоей мистической книжке, или нет. — Увидев, что я улыбаюсь, она добавила строгим голосом:

— А окно открывать не будем, перебьются!

******

…Через три часа Джинджер сидела перед зеркалом и красилась заново (сами понимаете, по какой причине…), а я валялся на кровати. Посмотрев на меня через зеркало, она развернулась и спросила:

— Чему ты так улыбаешься?

— Да так, вспомнил одну глупую шутку…

— Рассказывай!

— «Сначала ты говорила, что в постели для нас запретов нет. А потом началось — «С пельменями нельзя!..» «Куда ты арбуз тащишь!..»

Джин расхохоталась так, что уронила помаду на столик.

— Нет, милый, давай как-нибудь обойдемся без пельменей и арбузов!

Я смотрел на нее, и мне вдруг показалось, что она вся окутана мягким желтовато-зеленым сиянием. Зажмурился, встряхнул головой, открыл глаза — видение пропало…

— Что ты там мотаешь головой?

— Пытаюсь вспомнить, что собирался готовить… — Не говорить же ей, что опять словил странный «глюк».

— Можешь готовить что угодно! Сегодня я согласна на все! — И Джинджер снова рассмеялась.

Я поднялся и отправился сначала в душ, потом на кухню. Что за сияние такое померещилось?.. Наверное, на солнце перегрелся сегодня, вот и чудится что попало.

Глава 10

Когда Джинджер наконец поехала за Уильямом, приготовление ужина было в самом разгаре. В том смысле, что дым на кухне стоял коромыслом, это без всякого преувеличения. Некоторые местные овощи в исходном, так сказать, виде довольно жестковаты, вот и приходится их слегка шокировать высокой температурой на сковородке или в казане. (Недавно мне все-таки удалось найти подходящий, тут все в основном пользуются обычными кастрюлями и сковородками.)

Примерно через полчаса, загрузив все нужное в казан, я присел за стол и налил в высокий стакан сока из бутылки. Жарковато сегодня, а на кухне — тем более.

За домом послышался звук автомобильного мотора. Кто это? У «Гелендвагена» он другой… А, понятно!..

— Привет! — поздоровался я с вошедшей Эвелин. — Только прилетели, еще домой не заезжала? — Девушка была одета в свою «летную форму» — светлая рубашка с короткими рукавами и темные брюки.

Эвелин не ответила, молча подошла ко мне (хорошо, что успел встать!..), крепко поцеловала в губы и буквально повисла на шее, уткнувшись носом куда-то за мое ухо. К тому же одной ногой обвила мои, будто шест. Да что это с ней?..

Пришлось сделать осторожный шаг назад и опуститься на табуретку. Та жалобно скрипнула, но выдержала наш общий немаленький вес. (Хорошо, что мебель здесь не из ДСП делают!..)

Эвелин не ослабила хватку, а обхватила меня, как говорится, «всеми четырьмя лапами».

— Милая, что-то случилось?

— Не-а… — промычала она. — Но могло…

— Страшное?

— Скорее противное и неприятное… — Объятия она так и не ослабила, прижимаясь все сильнее и сильнее. Ну вот что теперь делать? Клин клином?..

Ладно, придется изобразить наглого самца. Правой рукой я погладил ее сначала между лопаток, потом скользнул ниже, еще ниже… Поясница… Так, рубашка закончилась… Поясок штанов… Пальцы ныряют под него… Кружева?… Скользим под них… Вот и кожа… Странно, почему такая холодная, на улице жарковато, да и здесь на кухне совсем не холодно?.. А если чуть-чуть погладить?

Эвелин вздохнула и заметно расслабилась. Полегчало? Я было шевельнулся, чтобы перестать безобразничать, но девушка тут же отреагировала:

— Верни руку на место!..

Пришлось подчиниться. Но сейчас меня уже не пытались задушить в объятиях, мы просто сидели вдвоем на одном табурете. А что именно в такой позе — ну, с кем не бывает!..

— Я думал, ты рассердишься.

— Ты несколько раз спасал меня, помогал и ничего не требовал взамен. Благодаря тебе я теперь занимаюсь настоящим делом… Так что можешь гладить мою задницу, сколько захочешь. Ну… и все остальное… тоже… — Заключительные слова она буквально промурлыкала мне на ухо.

— Эва… Ты что, забыла, сколько мне лет?.. А если сейчас Джинджер сюда войдет? Как она умеет стрелять, ты и сама знаешь.

— Я тебя варить не собираюсь, так что возраст не важен. И мы здесь с тобой просто сидим, ничего не делаем. Кстати, у тебя там на плите ничего не убежит?

— Нет, еще с полчаса кипеть должно на малом огне.

— Вот и хорошо, значит, я могу так посидеть еще немного… — Сейчас она напомнила мне кошку, удобно пристроившуюся на коленях у хозяина. Лишь бы когти не выпускала…

— Так в чем дело-то?

— Потом расскажу…

— Тогда хоть поужинаешь с нами?

Она молча кивнула. А мне пришлось гладить то, что оказалось под рукой. Вернее, под двумя руками, но это уже мелочи…

Однако примерно через четверть часа наши посиделки закончились — мы услышали шум подъезжавшей машины. Эвелин с заметной неохотой встала, поправила рубашку, сказала «Я — в ванную!» и тут же сквозанула вдоль по коридору.

— Вот и мы! — на кухню вошли Джинджер и Уильям. — А что, Эвелин решила приехать в гости?

— Да, только-только вернулась. Думаю пригласить ее поужинать с нами. Или пообедать… Как получится.

— Или, переодевайся! — отправила Джин сына в его комнату. — Ужин скоро!

— Я быстро! — ответил он и моментально упрыгал в коридор, за ним последовал Джек. Кот вошел, осмотрел-обнюхал пустые миски, демонстративно вздохнул и уселся в дальнем углу. Ничего, подождешь…

— Эвелин решила умыться с дороги, жарко… Тут скоро все будет готово, я позову, можешь спокойно переодеваться. Наверное, тут и поедим, места хватит?

— Да, здесь. Посмотрим, что нам сейчас расскажут…

— Ты о чем это?..

— Так, вдруг подумала, с чего бы она вот так принеслась?

— …Хм… Я должен тебе сказать одну вещь…

Джинджер вопросительно приподняла свою красивую бровь.

— …Перед самым отлетом я подарил ей кольцо. Ну, в пару к тому, которое было… Может, что-то с этим связанное случилось?

— Хочешь сказать, что теперь у нее «полный брачный комплект»?

— Только ради маскировки! — Я выставил перед собой обе руки ладонями наружу, как признак честности. — Подумалось, что это может отпугнуть некоторых чрезмерно настойчивых… кавалеров…

— Или раззадорить… — хмыкнула Джинджер. — Ладно, не расстреливать же тебя из-за этого… Хорошо, сейчас она сама нам все расскажет. Но ты не расслабляйся! Если обманываешь, тебя ничто не спасет!..

Она ушла, покручивая сумочку за ремешок, чуть ли не насвистывая, а я попытался уловить ее эмоции. Странно, но злости или досады заметно

не было. Разве что любопытство… и веселье?!.. Может, ей что-то еще известно, а я тут распереживался?..

Я накрывал на стол, и сам не заметил, как начал что-то петь, вроде бы вполголоса. Что поделаешь, карьера певца мне никогда не «светила», а музыкальное образование ограничилось уроками пения в начальной школе. Но слух был, это точно… Разве только вот с игрой на разных инструментах не заладилось — то не было времени, то желания… Страдайте же, мои несчастные слушатели!..

Где среди пампасов бегают бизоны,

Где над баобабами закаты, словно кровь,

Жил пират угрюмый в дебрях Амазонки,

Жил пират, не верящий в любовь.

Но однажды утром, после канонады,

После страшной битвы возвращался он домой.

Стройная фигурка цвета шоколада

Помахала с берега рукой.

Там где любовь

Там где любовь

Там где любовь

Там всегда проливается кровь

Словно статуэтка, девушка стояла,

И пират корабль свой к ней направить поспешил.

И в нее влюбился, и ее назвал он:

"Птичка на ветвях моей души”.

Но однажды ночью с молодым ковбоем

Стройную креолку он увидел на песке.

И одною пулей он убил обоих,

И бродил по берегу в тоске.

Там где любовь

Там где любовь

Там где любовь

Там всегда проливается кровь

На другое утро, плача о креолке,

Чувствуя, что страсти не унять, не потушить,

Выстрелил в себя он, чтоб навек умолкла

Птичка на ветвях его души. [Танго из к/ф Л.Гайдая ”12 стульев" — "Где среди пампасов" (муз. А.Зацепина, сл. Л.Дербенева)

— Интересно, откуда эта песня? — Джинджер и Эвелин стояли в дверях, держась за руки. Заметив мой вопросительный взгляд, быстро расцепились и изобразили некие подобия аплодисментов, как ни в чем не бывало.

— Из одной старой комедии.

— Мне Джин перевела, как смогла. Говоришь, это комедия? А больше на драму похоже…

— Так в самом фильме никто не пострадал, а песню пел главный герой — незадачливый мошенник.

— Знаешь, а мне даже захотелось посмотреть этот фильм… Его случайно нет в твоей коллекции?

— К большому сожалению, нет… Но я попробую узнать, вдруг отыщется вариант с субтитрами.

— Это было бы отлично!

Разговор прервался — засигналил вызовом мой телефон, который я положил на холодильник. Посмотрел на номер — это Игорь. Махнув дамам рукой — мол, надо срочно поговорить, я вышел на веранду.

— Привет! Ну что, получилось?

— Да, но немного не так, как я думал. Деньги требовались на оплату долгосрочной аренды. А в собственность ферму могут передать только после пяти лет владения. Почему так — не сказали.

— Ну, хоть что-то… С людьми решил вопрос?

— Да, два человека уже есть. Когда сможешь их туда подбросить? Ну, место застолбить…

— А что они там есть будут? У меня же не грузовой «Геркулес».

— Ты их туда забрось, а через несколько дней машина подойдет, с остальными людьми и грузом.

— И когда тебе их туда переправить?

— Да хоть завтра! — Чувствовалось, что Игорь не на шутку озабочен. С чего бы, интересно? Никогда бы не подумал, что из-за какой-то задрипанной фермы могут начаться такие страсти.

— Завтра, так завтра… У тебя или у них бензопила есть?

— Есть, зачем тебе?

— Рядом с фермой взлетную полосу в порядок привести. С боков кусты подрезать, и деревья в торцах убрать. Мало ли что…

— Хорошо, я все приготовлю. Когда завтра им быть на аэродроме?

— Часов в десять. Вылет по готовности…

— Договорились!

— Стой, подожди! — Еле успел его притормозить… — Слушай, личный вопрос: у тебя случайно нет в коллекции «наших» старых фильмов, лучше всего — с английскими субтитрами или дублированных? Понимаю, что звучит странно… но вдруг?

— «Совершенно случайно» — есть, — усмехнулся Игорь. — Я ведь, когда сюда ехал, постарался нагрести в запас всякого-разного, и музыки, и фильмов. Если что надо будет, то еще закажу. Для хороших людей ничего не жалко.

— Старый фильм «Двенадцать стульев», например?

— Есть два разных варианта на DVD, пойдет?

— Хорошо, тогда поеду с аэродрома — заберу, договорились? Ну и еще что-нибудь глянем…

— Лады, я присылаю людей к десяти часам, дальше сами разберетесь. До связи!..

Когда вошел на кухню, увидел разговаривающих Джинджер и Эвелин. И… опять это непонятное свечение!.. Цвета вокруг Джин не изменились, может, стали чуть-чуть ярче. А дымка вокруг Эвелин оказалась менее плотной, и переливалась несколькими оттенками — желтый, зеленоватый (бледнее, чем у Джин), и время от времени в ней «простреливали» яркие розовые жилки. Что интересно, эти облачка будто слегка притягивались друг к другу, связанные тоненькими, еле заметными ниточками. И от каждого несколько ниточек тянулись в мою сторону. Не слабо меня накрывает!.. Но я же ничего не пил «этакого»!.. Не курил, не глотал и даже не нюхал…

Я закрыл глаза и слегка тряхнул головой, избавляясь от наваждения. Тут же послышался голос Джинджер:

— Что с тобой опять?!

— Да ничего, показалось, что-то в глаза попало. Жарко, вспотел…

— Тогда иди умойся, а мы тут сами остальное соберем. Заодно поторопи Уильяма, что-то он там слишком долго копается.

Пока шел в ванную, пытался избавиться от этого непонятного видения. Получалось не очень — будто посмотрел из темноты на яркие лампочки, и теперь эти пятна оставались видимыми даже при закрытых глазах. Экая неприятность…

— Уильям, где ты там? Переоделся? Иди мыть руки!

— А я уже! — ответил он, выходя в коридор и показывая ладони.

— Молодец, тогда марш на кухню, мама ждет!

Отправив сына, я включил холодную воду и начал плескать себе в лицо. Голова вроде не болит, никаких лишних ощущений не появилось… вроде бы… Через пару минут ничего лишнего перед глазами не маячило. Прошло?..

Я присел на край ванны и задумался. Случись это лет двадцать назад, можно было порадоваться — в свое время прочитал и пролистал кучу книг по всякой аномальщине и биоэнергетике, так что про «ауры» и прочее знал. Но откуда эта способность вылезла сейчас, и зачем?!..

Тут же в памяти появилось воспоминание о книге «Мертвая зона» Стивена Кинга — там персонажу иногда мерещился запах жженой резины, а потом его посещали пророческие видения. Или тот фильм, где играл Джон Траволта, если мой склероз не ошибается… Обычный мужик увидел в небе странное свечение, а через некоторое время стал чуть ли не сверхчеловеком — столько вдруг у него появилось способностей. Только вот все закончилось очень плохо — сделали анализы, и оказалось, что все дело — в опухоли, возникшей в мозгу. Прошло несколько месяцев, и кирдык!.. Подобный вариант меня ну вот совсем, никак не устраивает…

Ладно, если вдруг откинешься, когда летишь в одиночку, а если с пассажирами? Вот же не было печали…

«А не спеши ты нас хоронить, есть у нас еще дома дела…» — пока шел на кухню, попробовал вспомнить остальные строчки, но не получилось. Да и ладно…

— Вот и я! Ну что, все уже готовы, как я посмотрю?

Надеюсь, у меня получилось изобразить беззаботный тон. Нет, не совсем — Джин как-то странно посмотрела мне в глаза, но ответила:

— Только тебя и ждем, садись!..

Пока ели, серьезных разговоров не вели — чтобы не портить аппетит, ну и не при Уильяме же…

Эвелин рассказала, что Джим решил возить с собой небольшой запас консервированной ветчины — коробку с банками.

— …А я ему говорю — «Так если что, тряханет, и это стекло разобьется!». А он мне отвечает: «Я все тряпками обмотал, ничего банкам не будет!..»

— Это после моего рассказа, что ли?

— Наверное, я не спрашивала, — рассмеялась Эва. — С дюжину банок там есть… Конечно, лучше бы они не понадобились.

— А почему? — спросил любопытный Уильям.

— Да потому, что это «аварийный запас», — ответила Джинджер. — И если он понадобился, значит, случилась авария, и все плохо.

— Значит, когда все хорошо, то он не нужен?

— Да.

— Тогда зачем его все время возить с собой?

Тут мы (взрослые) рассмеялись.

— Знаешь, есть такая пословица: «Даже если меч будет нужен тебе только один раз в жизни, носи его с собой постоянно.»

— Не понимаю… — помотал он головой.

— Это значит, что лучше иметь под рукой то, что может понадобиться. И не обязательно эта вещь будет нужна тебе каждый день… Но иногда она может спасти тебе жизнь. И не только тебе, но и тем, кто окажется рядом. Потому что ее не нужно долго искать. Иногда время — это то, чего нам не хватает… Ох, что-то меня понесло куда-то в космос, давайте, наконец, закончим ужинать!..

Наконец, все было доедено, тарелки опустели, сок и чай выпиты. Джинджер отправила нас троих в гостиную, а сама принялась убирать со стола и загружать посудомойку.

В гостиной Уильям включил телевизор на канал, по которому в это время всегда показывали мультфильмы (старые, про Тома и Джерри, Розовую Пантеру и прочих Бегунов с Койотами, не считая остальных черепашек-ниндзя). Мы с Эвелин уселись на диван в другом углу и молча смотрели на экран, думая каждый о своем.

Джинджер вошла и уселась между нами.

— Давай, Эвелин, рассказывай, что у тебя там приключилось такое нехорошее!..

— Ты уже знаешь, что перед самым вылетом Алекс подарил мне вот это кольцо? — Она подняла руку. Джин кивнула. — Ну и вот… Не успела я провести осмотр и сесть в самолет, как появился Джим с пассажирами. Их было четверо, все с одинаковыми сумками… большими… И одеты тоже… Ну, не совсем одинаково, но видно, что они вместе, одна команда. Как только меня увидели, я почувствовала… Будто они — охотники, а я — дичь. И они будут соревноваться, кто первый меня… завалит… Пришлось, как бы ненароком, показать им руку с кольцами, несколько раз. Вроде бы все поутихло… Но один из них… самый мелкий… долго не отставал. В том смысле, что «далеко, муж не увидит, а мы ему не скажем…»

— Это что, прямо при Джиме было?

— Нет, он в тот момент куда-то отошел… При нем они больше молчали. Разве что болтали всякие глупости… Типа интересно было бы мою татуировку рассмотреть… Я им ответила, что можно было посмотреть, когда в клубе выступала, но теперь шоу окончено, «Элвис покинул здание», все свободны!

Джинджер дружески провела пальцами по татуировке, край которой виднелся из-под короткого рукава рубашки.

— Надеюсь, потом они отстали?

— Вроде бы да… Мы их сначала довезли до Нойехаффена, потом они сказали, что им нужно чуть дальше, рядом… Там в городке их и оставили. На обратную дорогу пассажиры нашлись, те нормальные оказались. Анекдоты рассказывали, конфетами угощать пытались…

— Ну, улетели те придурки, и все!.. Чего переживать-то? — может, немного грубовато поинтересовался я.

— Так ведь они нас на несколько рейсов подрядили… Как телеграмма придет, нужно будет вылетать и везти их дальше.

— Маршрут известен? И кто все это оплачивает?

— Оплачивают они сами, сразу. А маршрут… Нет, я так поняла, что в каждом городе они либо что-то ищут, либо получают указания. Но конкретно ничего не узнала — они больше заигрывали, чем отвечали. Достали…

— Надеюсь, кто-нибудь этим козлам рога пообломает… — Я посмотрел на Уильяма, тот сидел в компании пса и кота, увлеченно следивших за мельтешением на экране. Ну и говорили мы негромко, так что он вряд ли что-то мог расслышать.

— Они на орденцев не были похожи? — поинтересовалась Джинджер.

— Не очень. Больше на каких-то… наемников, что ли. Ну, или… на бандитов… Разве что не думаю, что бандиты могут так открыто здесь шастать.

— А у них на лбу не написано, кто они. И если их морд нет в розыскных листах, то могут лазить, где хотят… — Как ни печально, но так и есть. — Отказаться нельзя?

— Они вроде как предоплату внесли, чтобы мы никуда больше не подряжались, даже ненадолго. Должны сидеть и ждать сигнала… Джим один летать уже не хочет, трудно ему…

— Я знаю. Эх, дела наши тяжкие… Мне вот завтра надо на полдня примерно слетать, недалеко, двух человек отвезти. Но они нормальные, приставать ко мне не будут, — попытался я перевести все в шутку.

— Женщины? — ревниво спросила насторожившаяся Джин.

— Нет, обычные мужики с бензопилами…

— А пилы им зачем? — Эвелин явно удивилась.

— Ну, зачем вообще нужны бензопилы? Кусты срезать, деревья укорачивать… Я их высажу и вернусь. Дальше они сами справятся.

— Понятно… Это насчет них тебе сейчас звонили?

— Да. И еще, я договорился, возьму наших старых фильмов, потом можно устроить вечерний киносеанс.

— Что за фильмы? Боевики, наверное? — засмеялась Эвелин.

— Не знаю… Я просил комедии, дублированные или с субтитрами.

— Отлично! — обрадовалась Джинджер. — Иногда ваши шутки бывает непросто понять…

— Да, с американскими фильмами обычно гораздо проще.

— В каком смысле?

— Где-то читал… «Если в фильме кто-то громко испортил воздух — то это комедия. В противном случае — драма…»

Женщины переглянулись, потом все-таки рассмеялись.

— Хм… Какая-то доля правды в этом есть… — негромко сказала Джин.

— С вами хорошо, но мне пора домой. Алекс, не проводишь? — глаза Эвелин могли соперничать по выразительности с котом из всем известного мультфильма.

— Да, прокатись, а то темнеет уже. Пока, Эва! — отправила меня Джинджер. И когда девушка уже вышла из комнаты, тихо-тихо добавила: — Постарайся вернуться к полуночи. Тебе ведь лететь утром, помнишь?

— Помню, помню… Там дело важное, люди ждать будут…

Когда я вышел под навес, Эвелин уже завела двигатель своего джипа и махнула рукой, показывая, что готова к отъезду.

И через несколько минут мы уже не спеша катили по улицам, тускло освещенным немногочисленными фонарями. Не совсем темно, конечно, но и почитать газету или журнал вряд ли получится. Иногда позади мелькали чьи-то габаритные огни, но понять, одна это машина или разные, было невозможно.

Всякая дорога когда-нибудь заканчивается. Эвелин подрулила к своему дому, пультом открыла ворота гаража и загнала «Тойоту» внутрь. Мне осталось только аккуратно заехать на дорожку сбоку и выйти. Девушка уже выглядывала из приоткрытой входной двери, мне даже показалось, что она нетерпеливо притоптывала ногой.

Едва я переступил порог, как за моей спиной шумно захлопнулась дверь. Эвелин буквально потащила меня по коридорчику, быстро избавляясь от внезапно начавшей мешать ей одежды. Ну и с меня сорвала все, что было надето. Хорошо, что футболка не рубашка — иначе бы точно остался без единой пуговицы!..

…Ну, вспышкой безумной страсти произошедшее я бы не назвал, но такое бурное проявление чувств обычно показывают только в фильмах. Эвелин пригрелась у меня на груди, а мне оставалось только раздумывать, как бы теперь поаккуратнее отчалить из этой весьма гостеприимной гавани.

— Сколько у тебя еще времени? — вдруг спросила она.

— Ну… с полчаса есть.

— Хорошо… Потом я тебя отпущу, так и быть.

— Слушай… Вот как так… Ведь получается, что тебе приходится делить меня еще с кем-то. Это тебя не смущает?

— Нет. Когда ты со мной — ты мой. Когда ты с ней — ты её. Что тут может быть непонятного?..

— Зато это смущает меня…

— Вот потому мы тебя и любим, — хихикнула Эвелин. — Зачем обманывать, если можно просто поделиться?

— Я слишком старомоден для таких выкрутасов, понимаешь?

— Ничего, не развалишься, — засмеялась она. — Не нужно было так долго гладить меня по заднице… Теперь не жалуйся.

— Я делал это строго в психотерапевтических целях, честное слово!

— Спасибо, теперь я чувствую себя гораздо лучше! Можешь так и передать Джинджер, если она вдруг спросит.

— Лучше сама ей расскажи.

— Знаешь… Мы почему-то стараемся не обсуждать… подобные темы. — Неужели она смутилась? Темновато, не видно, вдруг она покраснела?..

— Да неужели? А я думал, что вы с ней болтаете обо всем подряд, как лучшие подруги.

— Обо всем — да. О тебе — нет…

— Спасибо, вот уж не думал…

— Так что лежи и молчи.

— Молчу, молчу… Только разреши мне взглянуть…

— На что? — насторожилась Эвелин.

— Татуировку твою хочу рассмотреть поближе, — ответил я и перевернул девушку на спину.

— Будто ты ее никогда раньше не видел, — усмехнулась она, но мешать мне не стала. Только положила руку так, чтобы рисунок был виден почти весь. Интересно… Это у меня глаза к темноте привыкли, или… Опять это непонятное свечение?.. Желто-зеленоватое, никаких розовых оттенков нет, пропали…

Кончиками пальцев я провел по тому, что дракончик держал в своих когтях, потом осторожно поцеловал его в нарисованный нос. Ох, опять эти глюки — показалось, что он ухмыльнулся и подмигнул мне в ответ!.. Все, пора собираться домой… Даже обидно, веду жизнь как почти трезвенник, а плющит, как непонятно кого!..

— Милая, ты прекрасна, но мне пора…

— Ты так редко называешь меня «милая»…

— Да, вот такой я старый солдат, который не знает слов любви… Кстати, а ты что, кольца не снимаешь?

— Нет, только когда иду в ванну или в душ, а что?

— Так, ничего… Просто спросил.

— С ними я чувствую себя иначе. Более сильной, что ли… Странно.

— Да ничего странного, бывает…

— Что «бывает»? — Эвелин повернулась и легла набок, подперев голову рукой. Дракончик на татуировке продолжал улыбаться.

— Старая история. Из моей прошлой жизни…

— Расскажешь?

— Не знаю… Обычно я стараюсь о ней вспоминать как можно реже.

— Так неприятно? Прости… — Девушка сочувственно провела рукой по моему плечу.

— «То, что нам кажется бедой, порой бывает скрытым благом», понимаешь? Извини, сейчас настроение не хочется портить. Надеюсь, сеанс твоего лечения от стресса прошел успешно?

— О да!.. — Эвелин откинулась на подушку и заложила руки за голову, провокаторша… — Надеюсь, что теперь мне будет гораздо легче справляться с переживаниями и отшивать приставучих пассажиров. Пусть даже эти колечки всего лишь «маскировка».

— Ладно, тогда я собираюсь… Мне еще лететь завтра утром. — Я встал с кровати и стал оглядываться, пытаясь найти в полутьме разбросанные вещи. Ох, так они же почти все в коридоре!..

Пока я одевался, Эва накинула короткий халатик, так что прощание в дверях выглядело вполне приличным, особенно в полумраке — светильник над входом включать хозяйка не стала. Как говорится, «Темнота — друг молодежи!..»

По пути домой я опять заметил в зеркале заднего вида чьи-то огни. Теперь приглядеться удалось чуть лучше, когда проезжал через освещенные перекрестки. Похоже, это все-таки одна и та же машина. Кому и зачем я понадобился, с какими непонятными целями? Держатся далеко, если бы специально не обратил внимания — мог вообще не заметить. Но верная подруга паранойя только вздохнула и решила напомнить, что пистолет нужно всегда держать под рукой. Прямо как меч в той восточной поговорке…

— Удалось привести ее в чувство? — сразу спросила меня Джинджер, не успел я войти с веранды на кухню.

— Вроде бы да. Испуганной она больше не выглядела…

— Тогда пей свой чай и ложись спать, — строгим голосом сказала жена. — А то утром проспишь.

— Если выпью чаю, то точно не просплю, — усмехнулся я.

— Шутник… Скажи, чего это ты начал иногда трясти головой и щуриться? Глаза болят, или что?

— Не знаю… Странное что-то происходит.

— В каком смысле? Может, тебе к врачу надо сходить? — В ее голосе послышалась искренняя забота.

— Да нет здесь таких врачей… Если кому сказать, все равно не поверит. Или начнет от галлюцинаций лечить.

— А их у тебя точно нет?

— Сам не пойму. Как бы тебе объяснить… Знаешь, что такое «аура» у человека?

— Читала что-то, давно уже…

— Так вот… Мне кажется, что я начал эту ауру видеть.

— У кого?

— У тебя, у Эвелин, у Уильяма… У него она еще не очень яркая…

— А еще у кого-нибудь смотрел? — Интересно, почему у нее взгляд стал таким… пристальным?

— Не приглядывался. Но вроде бы нет… Точно, у других людей не вижу. Странно, да?

— А как насчет твоей собственной?

— Знаешь, еще не пробовал… Мне и чужих хватило для паники.

— И какого я цвета, скажешь?

— Такие нежные, светлые тона… Желтый, зеленоватый…

Джинджер улыбнулась.

— А у… Эвелин?

— Почти так же… Только зеленоватого поменьше, и оттенки розоватовые проскальзывали.

— Тогда можешь перестать волноваться — мне о подобных видениях рассказывала бабушка. Хотя, странно — обычно эта способность передается по женской линии.

— Ну, вот я такой получился… странный.

— Не «странный», а очень способный! — ободрила меня Джин.

— Скажи, а ты снимаешь эту подвеску на ночь? — Нужно уточнить, пока не забыл.

— Нет, она мне совсем не мешает. Почему ты спрашиваешь?

— Да это одна из моих очередных «заморочек»… Есть какие-нибудь ощущения, по сравнению «с подвеской — без неё»?

— Не хочу снимать. Мне кажется, что ты рядом… А если снимаю — это чувство пропадает… Конечно, серьги надеваю, только выходя из дома, спать неудобно…

Я подошел и обнял Джинджер за плечи, она обхватила меня за талию и прижалась, будто пытаясь согреться.

— Значит, это все еще работает…

— Что «это»? — жена удивленно приподняла голову и посмотрела мне в глаза.

— Если подарить вещь человеку, который дорог тебе по-настоящему, то все примерно так и происходит…

— Ты еще скажи, что существует магия и можно заниматься волшебством на дому, — засмеялась она.

— Вот на дому заниматься такими вещами точно не советую… А что касается подарков… — Тут я замолчал.

— Что с подарками? Взрываются?

— Нет…

— Ну так говори, не тяни кота за хвост!..

— Поцелуешь — скажу!

Я вроде бы пошутил, но Джинджер восприняла мои слова всерьез, так что способность говорить вернулась ко мне минуты через две.

— Дело было давно… Когда учился в институте, одна из моих знакомых как-то пожаловалась, что к ней часто пристают всякие разные неприятные типы. Девушкой она была довольно эффектной, так что сама понимаешь… — Джин кивнула, мол, конечно!.. — В то время были в моде всякие разные цепочки. Не миновало это и меня, таскал на шее какую-то тонкую-непонятную бижутерию, грубовато сделанную, купил в киоске. Ничего драгоценного, красноватый сплав, покрытый даже не серебром, а неизвестно чем. Ну, я снял эту цепочку и отдал ей, со словами вроде «Теперь приставать никто не будет». Посмеялись, конечно… А через некоторое время девчонка мне сказала, что с тех пор неприятные типы ее буквально стороной обходят и не замечают… Так продолжалось весьма долго.

— И чем дело кончилось? — в голосе мне послышался совершенно другой вопрос. Ревнует к прошлому?..

— Примерно через год она стала, как говорится, встречаться с парнем… И цепочка порвалась. На этом сказке конец. С этим парнем они потом поженились… Вот тебе вся нехитрая история.

— Как я понимаю, подобных историй у тебя не одна?

— Таких — одна. А подарков был не один… Не знаю, как точнее сказать.

— Неважно, суть я уловила. Теперь мне многое понятно… Допивай свой давно остывший чай, и идем уже спать, мой зелено-фиолетовый муж!..

Вот что это такое сейчас она мне сказала, а?!

Глава 11

Следующее утро ничем не отличалось от многих предыдущих. Ну, почти не отличалось… В этот раз Джинджер ограничилась всего лишь закинутыми на меня рукой и ногой, ну и пристроила голову у меня над плечом. Не знаю, насколько ей удобно так спать, но когда она открыла глаза, то сонно улыбалась.

— Доброе утро!

— Доброе… — Она зевнула, еле успев прикрыть рот ладонью. — Я тебе спать не помешала?

— Ты мне никогда не мешаешь… — Я взял ее за руку и поцеловал пальцы. — Пора вставать?

— Да, конечно… Знал бы ты, как не хочется ехать в эту контору…

— А что там такое, работы много?

— Нет, с заявками все как обычно… Начались всякие проверки, ходят непонятные люди и до всего докапываются. Будто вынюхивают, неприятно…

— Так… Это не очень хорошо… — Надеюсь, сейчас у тебя никаких личных коммерческих дел там не крутится?

— Я с этим давно, как ты говоришь, «завязала». — Похоже, сейчас она проснулась окончательно. — Оформляю заявки, если нужно — проверяю. Своего ничего туда не добавляю… Все, иди, я тут переодеваться буду!

С удовольствием проведя рукой по тому, что оказалось в пределах досягаемости, я уклонился от легкого подзатыльника и поспешил в ванную комнату. Ритуал хотя и не ежеутренний, но довольно частый. Она не сердится, а слегка подыгрывает. Вроде бы мелочь, а нам обоим приятно.

Очередной «День сурка», короче говоря. Разве что сегодня нужно слетать до той самой фермы и обратно, и очень желательно вернуться до вечера. Ну что, поехали?..

На аэродроме меня уже ждали Игорь с двумя парнями, которым и предстояло продержаться до подхода основных сил. Шучу, конечно… Войны в ближайшее время там не ожидается, некому воевать и незачем. Та небольшая банда, как мне после втихомолку сообщила фрау Ирма, вообще оказалась там случайно. Грабанули Орденский конвой, в котором везли что-то ценное, и попытались скрыться. Вояки сильно рассердились, вон, даже «Ганшип» пригнали… Часть бандитов накрыли в саванне, а небольшая группа (видимо, самые хитрые с предводителем во главе) хотели заныкаться среди холмов и наткнулись на эту ферму. Остальное мы уже знаем. Не повезло фермерам…

Все-таки интересно, почему наши так быстро отреагировали на мое предложение? Им что, в саванне места мало? Или у них есть какая-то другая, очень интересная информация, которую срочно надо проверить? Ох, не буду в это лезть, как говорится, «Меньше знаешь — крепче спишь!..»

— Привет честной компании!

— Привет, привет! Парни, знакомьтесь — это Алекс, наш местный друг. — Я ухмыльнулся. «Друг», надо же!.. — Он вас и отвезет. Это Борис, а это Алексей.

Мы пожали друг другу руки, и я показал на ангар:

— Тогда давайте осторожно выкатим мою «птичку», и будем грузиться. Бензопилы захватили? Кстати, бензин мой вам не подойдет…

— Да мы в курсе, — ответил тот, который Алексей. — Канистра есть, больше пока не надо, машинами привезут.

— Тогда погнали!..

Общими усилиями мы оттянули «Сессну» на стоянку перед ангаром, и парни начали укладывать в багажный отсек свои вещи. Я прикинул на глаз — нет, весы не требуются. Пассажиры не толстые, вещей немного…

— А что вы там есть будете?

— Нам сухих пайков выдали, на пару дней должно хватить. Если что, свяжемся по рации, ее с собой везем.

— Понятно… Игорь, можно тебя на минуту? — Я потянул его за рукав.

Зайдя за ангар, я повернулся к нему и спросил:

— Слушай, возле тебя случайно не вертятся какие-то непонятные машины или люди?

— Ты же сам знаешь, у нас там мотель… На улице новых соседей точно не появилось. У нас… Да вроде затишье, кто жил, тот и живет, с новых конвоев никого не было… — Игорь ожидаемым жестом почесал затылок и усмехнулся. — А что, заметил кого? Мы за тобой слежку не ставили, незачем.

— Вот я и думаю — показалось или нет? Кому я вообще тут мог понадобиться? Секретных дел не веду, все как на ладони… Ну, сам понимаешь, почти все. — Тут мы оба чуть посмеялись.

— Хорошо, я буду посматривать по сторонам, мало ли что. И ты тоже… давай поаккуратнее. Сам понимаешь, ты у нас особенный.

— В каком смысле?

— Начальство сказало, что любые сведения от тебя передавать по возможности максимально быстро, представляешь?

— Надо же… Вот невзначай ляпнешь чего, а потом окажется, что это сведения огромной важности и охрененной секретности… — Тут мы снова посмеялись.

— Нет, ты уж как-нибудь не «ляпай»!

— Тогда я отправляюсь? Чего время тянуть…

— Лети, орел!..

Мы подошли к самолету, Игорь пожал парням руки на прощание и отошел подальше. Усадив пассажиров, я начал предполетную проверку. Все как обычно, без отклонений.

Наконец, я занял свое место и предложил парням, если что надо будет, пользоваться висевшими с двух сторон гарнитурами.

— В полете шумновато будет, и дергать меня за плечо не рекомендуется, не в трамвае. — Шутка довольно глупая, но парни улыбнулись и одновременно кивнули — все понятно! — Лететь примерно час, там я сделаю пару кругов над фермой, чтоб вы там все рассмотрели. Потом сядем, и нужно слегка подрезать кусты и деревья возле полосы. Ну, там их немного, но могут помешать. Готовы?

— Да! — ответил за обоих Борис, и я начал вызывать диспетчера на вышке, переключившись на внешнюю связь.

…Вот и пункт назначения. Как и обещал пассажирам, я сделал пару кругов на разных высотах сначала вокруг это фермы, потом над полосой. Так, с какой стороны ветер дует? Слабый, но ветки и кусты вроде бы наклоняются вон туда… Понятно…

— Всем пристегнуться, сейчас может тряхнуть!

Тряхнуло, но не очень сильно, все-таки основное занятие у пилотов малой авиации здесь — это посадка на небольшие площадки, иногда «подобранные с воздуха». Кто вовремя не освоит — тот долго не летает…

Я подогнал «Сессну» в конец узкой поляны, которую здесь гордо именовали «взлетной полосой», и заглушил двигатель.

— Станция Березань, кто приехал — вылезай! Не укачало?

— Нет, — вразнобой ответили пассажиры.

— Тогда можно осторожно посетить ближайшие кусты, а потом аккуратно спилить торчащие деревья вот здесь и во-о-н там! Нельзя, чтобы вокруг полосы были такие высокие препятствия. Ну, вы же не дети, наверное, сами понимаете… Заодно и дрова будут. Неизвестно, что тут от прежних хозяев вам осталось.

— Да мы-то здесь ненадолго, — ответил Алексей. — Так, место покараулить…

— Не зарекайся. Вдруг понравится?

Они оба засмеялись, типа, что тут может понравиться, в диком углу?

— Ладно, хорош болтать. Давайте, делайте свои дела, и пойдем, покажу на месте, что пилить и как. А то предыдущие хозяева это дело как-то запустили…

Выгрузив свои вещи на край поляны, охранники-фермеры пошли за мной к узкому краю полосы.

— Видите, здесь нужно расширить на пару метров с каждой стороны. Осторожно, кусты колючие, поэтому их местные антилопы почти не едят, разве что с большой голодухи. А потом — вон те деревца. На какое-то время дров от них вам хватит. Сейчас лето, не замерзнете, но обед на чем-то варить надо. Про свои сухпайки можешь не говорить. — Я поднял руку, увидев, что Борис собирается что-то сказать. — Пусть лучше будут. И еще, когда от домов пахнет дымом, то большинство зверей это место обходят, ученые уже. Для этого можете потом еще сырых веток немного в печке спалить. Хотя… Тут больше двуногих гостей бояться приходится.

— Да, нам рассказали… Если что, мы в саванну уйдем, не очень далеко, не найдут. — Алексей решил проявить немного оптимизма.

— По ночам тут никто ездить не будет, слишком рискованно. А днем посматривайте, послушивайте… Насчет радио, думаю, вас уже много раз проинструктировали?

— Еще бы! У нас «все ходы записаны», — припомнил Борис фразу из классики.

— Вот и хорошо. У меня дома есть KB-радиостанция, если что — дайте дежурную частоту, можем связаться. Тут вроде зона молчания уже закончилась… Но это проверять надо. Так, здесь срубили, идем на другую сторону!..

— А зачем нам еще и по сторонам кусты убирать? Самолет небольшой, места ведь хватает? — Алексей явно не хотел делать лишнюю, как ему показалось, работу.

— Могу прилететь не только я, а машина покрупнее, и что ему тогда делать? Разворачиваться обратно или рисковать людьми, когда ветки будут за крылья цепляться?

— Понял, не дурак. Дурак бы не понял, — пробурчал он себе под нос.

*********

К счастью, лишних кустов оказалось не так уж и много. Но, пока возились, время давно перевалило за середину дня. Мне пора было улетать, а парни с грустью посматривали на изрядную кучу вещей, которые им предстояло перетащить на ферму. Ну да, за один раз не справиться… Или они все-таки попробуют?

— Что, давайте прощаться! Багаж свой только уберите в сторону, а то сейчас пылью все занесет, сами потом будете ругаться.

— Тогда подожди минут пять, за кусты утащим, и сами отойдем.

Пока таскали вещи, я проводил осмотр, по привычке держа в руке планшет из жесткого пластика, на котором маркером отмечал нужные пункты. Как говорится, «Лучше тупой карандаш, чем острая память!» Да и со стороны выглядит гораздо солиднее. Пусть даже возможных зрителей всего два…

Традиционное рукопожатие, я забираюсь в кабину и запускаю двигатель. Пару раз чихнув, мотор начинает ровно гудеть на малых оборотах. Подождав, когда стрелки на приборах доползут к нужным отметкам, я помахал парням рукой и дал газу. Взлетаем!..

Вот так гораздо веселее — не нужно смотреть сразу в две стороны, пытаясь держаться подальше от кустов — их больше нет. И резко дергать вверх в самом конце, чтобы успеть пройти над деревьями, тоже не надо.

Нет больше торчащих веток. Пойдут фермерам на дрова, или еще для чего. А теперь — разворот, круг над полосой, и домой! Обещал вернуться, нужно выполнять…

На обратном пути забрался чуть выше — самолет пустой, заправка уже не полная, можно попробовать сэкономить бензин. Задремать не получится, но и болтанка поменьше, чем у земли. А что поболтать не с кем — так не особо и хотелось. Есть время, можно и над сюжетом книги подумать. Вдруг какой новый неожиданный поворот придет на ум, так сказать. Привыкли, понимаешь, читатели заранее знать, чем все закончится. «Простенько, предсказуемо…» Ну так читайте классиков тогда! А мы пойдем своим путем. «Всё не то, чем кажется», «Есть многое на свете, друг Горацио…», ну и так далее. «Книга в тысячу страниц начинается с первой буквы», короче говоря. Кстати, муз-вдохновителей у меня теперь целых две, только я им об этом еще не говорил. Или уже говорил?..

Вот еще что… Почему Джинджер обозвала меня «зеленофиолетовым»? (Хорошо, что не «голубым»…) Пошутила, или она тоже что- то видит? А почему раньше ничего об этом не говорила? Надо бы выяснить, вдруг ей бабка рассказывала про такие ненаучные явления. Всё, лишние мысли в сторону, пора связываться с вышкой в Порто- франко.

И через двадцать минут, покрутившись вокруг аэродрома (ждал, когда сядет очередной орденский «Геркулес», в этот раз без пушек), я старательно посадил «Сессну» и не торопясь порулил к ангару, где на стоянке уже помахивал флажками один работник из местного персонала. Это он специально, показывает, типа «Туда не ходи, сюда ходи!..» — по дальней рулежной дорожке к транспортнику бодро катили три тентованных трехосных грузовика и орденский джип. Что, не хотели ценности по земле перевозить? Понимаю и не упрекаю… Особенно после того, что случилось совсем недавно.

Двухмоторника Джима на стоянке не было. Наверное, вызвали те самые загадочные пассажиры. Я бы, конечно, посоветовал Хокинсу как- нибудь «соскочить» с этого подряда, но после могут быть проблемы. Если отказался один раз, может отказаться и в другой, пострадает репутация… Вот бы он догадался сымитировать неисправность одного из двигателей, типа обороты не держит или давление масла прыгает. Сообщить пассажирам, что требуется срочное техобслуживание, и пусть ищут себе других извозчиков. А то у меня такое чувство, что даже явная демонстрация пистолета не поможет Эвелин от них отбиться. Не те люди… Хотя, откуда я могу это знать? Опять «синдром Кассандры», чтоб его? Так не видел еще этих непонятных туристов-наемников, предполагаю только со слов девушки. Но почему так неспокойно?..

Подогнав «Сессну» к ангару, я заглушил двигатель и включил сотовый, чтобы позвонить заправщику. На мое счастье, он оказался на месте и пообещал подъехать минут через десять.

— Не слышал, когда Хокинс вернется? — спросил я у техника, выглянувшего из своей каморки с запчастями.

— Нет, это тебе надо у диспетчера спросить. При мне никто сроков не называл. Только говорили, что вряд ли сегодня прилетят.

— Понял, спрошу…

Тут прикатила автоцистерна, и мне пришлось заняться другими делами — смотреть, как и сколько зальют бензина. Ну и сразу расплатиться, куда денешься! Зато постоянно готов к вылету, ничего и никого ждать не надо. Дело привычное…

Прихватив свою сумку, обогнул ангар и завел джип, нужно заглянуть к диспетчеру, вдруг что-то появилось?

Нет, мне ничего нового не сказали. Улетели, когда вернутся — пока неизвестно, о вылете из других мест не сообщали. Все ясно, будем ждать. Может быть, я зря волнуюсь. Делать нечего, вот и переживаю. И вообще, у меня семья есть. Джинджер дома ждет, обычно в это время она уже возвращается с работы. Через несколько часов поедет забирать Уильяма. Кстати… Этой осенью ему ведь в школу! Там проверят, в какой класс его можно отправлять — в подготовительный, или уже в первый. (Да, вот такая здесь система, может, и не зря сделали — не приходится учителям ориентироваться на самых отстающих.)

Все, пора в город!.. Когда выезжал через шлагбаум, огляделся — никто вроде не собирался ехать следом. Но примерно на полпути до города позади возник чей-то пыльный «хвост», будто водитель торопился. Он там что, в засаде сидел?..

Не доехав пары километров до въезда в Порто-Франко, «хвост» пропал. Куда делся? Ездят тут вокруг всякие, понимаешь, а потом машины пропадают!.. Но, если честно, уже давно не слышал о нападениях в окрестностях города. Орденские патрули катаются регулярно и часто, канал для срочной связи всем известен. Главное — успеть крикнуть в эфир «Помогите!» и назвать приблизительное место. И самое большое через десять минут приедут бравые ребята и распустят всех нехороших людей на мелкие лоскуты. Где-то недалеко у них еще вертолет заныкан, может добавить из пары пулеметов крупного калибра, если кому сразу не хватит. А на машине от вертолета не убежишь… (Хотя, сумели ведь некие товарищи скрыться от «Ганшипа», но это совсем другая история.)

Встречать машину выбежал Джек. Кот лежал на веранде и никуда не собирался — ему и там было хорошо. Ничего, есть захочет, придет, я ему припомню…

Погладив пса, я вошел на кухню. Джинджер в домашнем наряде (короткие шорты и майка) звенела посудой у плиты.

— О, ты уже вернулся? А то я не знала, сколько готовить…

Поцеловав ее в щеку, я подошел к холодильнику и взял бутылку сока.