Одиночка

— А вот и наш летчик! — приветствовала меня Джинджер, когда я вошел на кухню. — Голодный?

— Готов съесть все, что угодно, хоть вареную картошку и пиво, хоть бутерброды с икрой и шампанским…

— Мы тут с Магдой решили, что вот это тебе должно понравиться. — Она показала на стопку блинчиков и пару кастрюлек, стоявших на плите. — Через полчаса будем ужинать, так что иди переодевайся.

Пока мылся в душе, переодевался, как раз и прошло минут двадцать. Ну, чем меня сегодня порадуют?

К счастью, никаких традиционных немецких блюд вроде капусты с сосисками сегодня не приготовили, а названий того, что мы ели, я не спросил — было некогда. Очень уж есть хотелось, хе-хе! Конечно, изо всех сил старался соблюдать приличия и не есть слишком быстро.

Когда все съедобное на столе закончилось, я откинулся на спинку стула и сказал:

— Вот это да!.. Надеюсь, что когда-нибудь тоже научусь так готовить!

— У тебя хорошо получается, только ты очень редко этим занимаешься, — тут же попеняла мне Джинджер.

— А что вы умеете? — вдруг заинтересовалась Магда, присевшая за стол.

— Он многое умеет, но хорошо это скрывает, — ответила жена.

— Я не скрываю, просто меня никто не спрашивает. Так, балуюсь иногда…

— Не скромничай, у тебя «пльёв» отлично получается.

— И кухонные ножи очень острые, — с улыбкой добавила Магда.

— У меня приспособление есть специальное для заточки, только и всего. Дел-то на несколько минут.

— Я уберу со стола? — спросила наша помощница.

— Да, конечно… Пойдем, — обратилась ко мне Джинджер, — тебе днем посылку принесли.

— Кто?

— Он не назвался, просто сказал, что должен был передать тебе пакет от друзей.

— Пойдем посмотрим, что там за привет от друзей… Кстати, тиканья часов не было слышно?

Джин сначала удивленно посмотрела на меня, но поняла, что я шучу, и улыбнулась:

— Нет, все тихо, и посылка довольно легкая, так что вряд ли это бомба. И тот, кто доставил, был очень похож на одного из моих сопровождающих, я только сейчас поняла.

В ее кабинете у стены рядом с дверью стоял сверток весьма приличных размеров. Я попробовал его приподнять — легкий, хорошо, сейчас мы его откроем… Внутри оказалась репродукция смутно знакомой картины в деревянной рамке, так, что тут написано на бирке…

«Айвазовский, «Бриг Меркурий сражается с турецкими кораблями». Ну и шутники, блин!

— Что это за картина? — полюбопытствовала Джинджер. — Это ведь что-то очень известное?

— Да, это картина русского художника Айвазовского, посвященная одному из морских сражений. Хочешь, расскажу?

— Конечно, мне очень интересно…

И я, как сумел, пересказал ей сюжет этой картины.

26 мая 1829 года в ходе Русско-турецкой войны российский корабль «Меркурий» одержал победу над двумя турецкими линейными кораблями в районе Босфорского пролива. Произошло это так: 18-пушечный бриг «Меркурий», курсируя у берегов Босфора, неожиданно встретился с турецкой эскадрой. Командир брига капитан-лейтенант А. Казарский решил вступить в бой и в случае необходимости взорвать один из неприятельских кораблей вместе с собой. Искусно маневрируя и не давая противнику воспользоваться десятикратным превосходством в артиллерии, бриг «Меркурий» сбил ядрами своих орудий всю парусную оснастку неприятеля и оставил его в «совершенно жалком виде», тем самым нанес такие поражения неприятельским кораблям, что после трехчасового боя они прекратили преследование. Русский корабль возвратился на базу, в Севастополь.

В сражении погибли четверо моряков, командир был ранен в голову. Подвиг капитана и команды брига «Меркурий» вызвал не только всеобщее восхищение соотечественников, но и признание противником морального превосходства русских моряков. Один из турецких штурманов — участников этого боя — позднее написал: «Если в великих деяниях древних и наших времен находятся великие подвиги храбрости, то сей поступок должен все иные помрачить, и имя сего героя достойно быть начертано золотыми буквами на храме Славы: оно называется капитан-лейтенант Казарский и бриг «Меркурий». В ознаменование этого подвига в Севастополе на Морском бульваре был установлен памятник с надписью на пьедестале: «Казарскому. Потомству в пример…».

Знаменитый художник Айвазовский написал несколько картин, посвященных этому бою. Самому бригу «Меркурий» и отличившемуся ранее линейному кораблю «Азов» впервые в истории русского флота были присвоены почетные георгиевские флаги. Для экипажей кораблей установили ношение на бескозырках черно-оранжевой ленты: черный цвет символизировал порох, оранжевый — пламя.

— Можно я ее здесь повешу? — спросила Джин.

— Пожалуйста, если она тебе нравится.

— Только вот скажи мне, пожалуйста, почему твои друзья тебе прислали именно эту картину? Ты ведь так же далек от моря, как я от астрономии?

— Ну ты ведь любишь наблюдать за звездами… вместе со мной… — попытался отшутиться я.

Джинджер посмотрела мне в глаза, затем на потолок, видимо, вспомнив про висевшую в мансарде кепку с орлом и змеей.

— Ходили слухи, что Русская армия сбила два самолета воздушных пиратов. Тебе еще тогда подарили кепку, которую невозможно купить, а теперь — эту картину. Ты что, лично их завалил, в одиночку? У тебя же самолет без вооружения. Или я чего-то не знаю?

— Почему без оружия? У меня был пистолет… — Смутившись, я отвернулся и стал разглядывать мелкие подробности у парусных кораблей.

Джинджер вдруг обхватила меня руками за шею и повернула мою голову к себе, чтобы смотреть прямо в глаза.

— Можешь ничего не рассказывать, все и так понятно. Без твоего участия там дело точно не обошлось… Знаешь, даже если против тебя будет весь мир — я встану рядом, прикрою твою спину и начну подавать патроны… Ну и чего еще ждешь?.. Поцелуй меня!..

Выбрав место для картины, мы с Джин пошли на кухню, где Магда уже закончила кухонные работы и ждала нас.

— На сегодня все, большое спасибо!

— Хорошо, тогда я приду завтра в одиннадцать часов, — ответила она.

— Милый, проводи… — обратилась ко мне Джин.

— Да, конечно.

Джинджер пошла в гостиную, а мы с Магдой через веранду двинулись к навесу, под которым стояла ее машина.

— А что это у вас за «Вольво» такая странная?

— Полноприводная модель ТР21 в армейском варианте, их выпустили не очень много, но сын сумел найти авто с очень небольшим пробегом. Несмотря на то что машина старая, она еще долго мне послужит…

— Вы так говорите, как будто работали автослесарем, а не в школе…

Она перешла на русский язык, в ее произношении был заметен немецкий акцент, но я думаю, что гораздо меньше, чем в моем английском:

— Мой муж был механиком, владельцем небольшой автомастерской. В ней же и работал мой сын. Когда муж умер, дела стали идти все хуже и хуже, сын решил продать бизнес и перебраться на Новую Землю. Сначала мы жили вместе, в небольшом домике. Но у сына не очень легкий характер, и после переезда он не изменился. Да и с его женой у меня отношения не улучшились. Вот они и решили перебраться в один из немецких городков. Там вроде прижились, сын на рыбацком судне мотористом устроился. Приезжает ко мне в выходные… Иногда…

Ясно, у нее жизнь тоже не сахар. Что на той Земле, что на этой.

— Вы с женой оба очень интересные люди. Я рада, что познакомилась с вами.

— Мне тоже очень приятно, — решился я ответить. — Надеюсь, что вы не измените свое мнение в будущем.

— Знаете, после многих лет работы в школе можно научиться понимать окружающих людей. Только вот изменить кое-что бывает уже поздно… До свидания!

— Ауфвидерзеен, фрау Магда!..

Она улыбнулась, села в свою крокодилообразную «Вольво» и уехала. Интересная особа, если признаться… Почему-то мне кажется, что она в Германии не только учителем работала. Или вообще не учителем? Как проверишь-то… Но моя внутренняя чуйка в отношении нее молчит, нет с этой стороны опасности. Скорее ощущение домашнего тепла, что ли… А пистолет она с собой носит, интересно? Наверное, что-то небольшое, вроде «Вальтера ППК». Домработница «фрау Бонд», хе-хе!

Нет, сегодня ничего мастерить не буду, устал. Лучше посижу рядом с Джинджер на диване в гостиной, может быть, по телевизору что-нибудь интересное или смешное покажут…

* * *

34 число 05 месяца 24 года, Порто-Франко

Ну вот, только сели за стол позавтракать — сразу засигналил мой сотовый телефон.

— Слушаю!

— Приветствую, это Борис! Можешь подъехать к гостинице минут через тридцать-сорок?

— Могу, случилось что-то?

— Нет, просто для тебя информация кое-какая есть, возможно, пригодится потом.

— Понял, сейчас приеду, через полчаса…

Джинджер настороженно прислушивалась к разговору, пытаясь уловить мои интонации.

— Что у тебя там? Опять куда-то лететь нужно?

— Нет, только до гостиницы съездить и обратно.

— И хорошо. Я хочу, чтобы ты сегодня со мной побыл, дома.

— Да мне ненадолго, заодно посмотрю, как там без меня дела идут.

— Я тебя жду…

И через тридцать пять минут я уже заруливал на своем «Буцефале» на гостиничную стоянку.

Постучав в дверь управляющего, услышал «Войдите!» и воспользовался приглашением. Внутри увидел Бориса, поднимающегося со стула мне навстречу.

— Привет! Давно не виделись, гражданин начальник!

— Тише, не ори на всю улицу, — усмехнулся он. — Тоже очень рад тебя видеть в добром здравии.

— Ладно, приветствия закончены, чего вызывал-то? Показания мои записывать?

— Хорош шутить, слушай… Начальство передает тебе благодарность за помощь в проведении операции. Ну сам понимаешь, какой именно. Вместе с союзниками там накрыли бандитский аэродром и еще несколько их гнезд, откуда самолетами вывозили наркоту. О твоем участии никто, кроме посвященных в детали, не знает, так что живи спокойно. Те, кто ремонтировал тебе самолет в Аламо, тоже распространяться об этом не будут. По нашим данным, никто так и не понял, что там был за самолет.

— Жако знал, он ведь меня вел почти до самого захвата. Где он сейчас?

— В тот день его «Бичкрафт» вылетел рейсом до Аламо, но туда не прибыл. На других аэродромах самолет с такой окраской не видели. Официально его в розыск не подавали, прямых улик-то у нас нет. А болтать о своей причастности и сам не будет, не идиот ведь…

— И что мне делать, если вдруг он попадется на аэродроме?

— Постарайся не попадаться ему на глаза.

— Как ты это себе представляешь? У меня ведь не самолет-невидимка…

— Ладно, скажем так: если вдруг увидишь его — первым не лезь, пусть проявит себя. А потом можешь действовать по ситуации. Но в адекватном размере — если он решит поздороваться, не стреляй в него. По крайней мере, сразу, договорились? Потом свяжешься со мной, сообщишь, где и как с ним повстречался. Сам на рожон не лезь, о жене подумай.

— Что мне теперь, из дома носа высунуть нельзя будет, что ли?

— Нет, все не настолько плохо. Сейчас у нашего злодея поддержки не осталось, поэтому он и не высовывается из той дыры, куда залез. Да и смысл ему на вас нападать? Из чувства мести?.. Вряд ли он сбрендил до такой степени…

— Лучше бы он все-таки попался где-нибудь, чтобы уж закрыть этот вопрос окончательно. Ладно, еще для меня есть что-нибудь?

— Жена как себя чувствует?

— Все нормально, домработница теперь есть, помогать ей будет по хозяйству. Кстати, парни сейчас где?

— Здесь, в резерве. Как говорится, «если что — звоните!..». Кстати, вот еще…

И в дополнение ко всему Борис рассказал мне историю двух незадачливых пособников нашего отрицательного героя.

На Старой Земле эти двое закадычных друзей организовали сайт — онлайн-библиотеку, в которой выкладывались скачанные из сети книги. Естественно, делалось это без согласия авторов и владельцев авторских прав. (Сами подумайте — кого из любителей халявы волнуют такие мелочи?..) Претензии естественным образом игнорировались, а наиболее упорные из авторов посылались далеко и надолго. Несмотря на «бесплатность» библиотеки, владельцы ухитрялись зарабатывать весьма крупные суммы, конечно же, не платя никаких налогов и отчислений писателям.

Но однажды эта идиллия оказалась грубо разрушенной. Упорно закрывавшие на это дело глаза чиновники вдруг озаботились соблюдением законов, и нарушители попали под следствие. Так как набежавшая сумма финансовых претензий оказалась весьма значительной, то во избежание исчезновения подследственных за границей их на некоторое определили на жительство в замкнутое пространство.

Соседи по жилплощади не смогли оценить по достоинству благородный порыв честных пиратов, так как не читали электронных книг, и лишь часть из них знала о существовании интернета. В полном соответствии с декларируемыми прежде заявлениями имущество подследственных стало принадлежать всем обитателям камеры совершенно бесплатно. Причем «имущество» следует понимать во всех смыслах.

После выхода на условную свободу объединившиеся в процессе преодоления самими же созданных проблем друзья выплачивали штрафы и возмещения, а заодно и лечили порванное однокамерниками на британский флаг самолюбие. Тут-то им и попался вербовщик Ордена. Незадачливые пираты давно поняли, что с нынешней дырявой репутацией им больше ничего не светит, и без особых колебаний решили перебраться на Новую Землю. Тем более что для выплаты долгов они собрали солидную сумму денег, которая вполне пригодилась для покупок самого необходимого. Ну это им тогда казалось, что сумма солидная, ошибку пираты поняли только после прибытия на базу «Россия». Заниматься прежним делом они не могли вследствие полного отсутствия здесь интернета, теплых мест в конторах, занимающихся техподдержкой, не было, а впахивать целыми днями на жаре они не хотели. Поняв, что на торговле чужой собственностью здесь не проживешь, они стали искать подработку, понемногу распродавая привезенные с собой через Ворота ништяки. Даже крепкая мужская дружба начала помаленьку давать трещину, когда на их жизненном пути повстречался бес-искуситель, очень похожий на известного нам персонажа. Он пообещал беглецам неплохой заработок, нужно было всего-то обстрелять машину и вытащить из нее «какую-то бабу» для последующего разговора с ней в каком-нибудь укромном месте. Считавшие себя немеряно крутыми чудаки согласились, для приличия немного подумав. Но у «бабы» оказалось сопровождение и в машине, и на улице, поэтому криворуких стрелков почти мгновенно повязали. Ну да, им же «забыли» рассказать о том, что для них самих никакой поддержки не будет, а местные жители совершенно не заморачиваются «правами личности» в процессе судопроизводства. И привыкшие к своей неуязвимости пираты оказались в цепких руках местного закона, где из них вытряхнули все, вплоть до детских воспоминаний о ясельной группе. Только вот Жако, как всегда, оказался ни при чем. Его ведь тогда не было в городе, накануне сел в самолет и улетел. Даже вернуться не обещал…

Закончив разговор с Борисом, я вышел на веранду и увидел сидевших на скамейке Алису и Игоря.

— Приветствую господина управляющего! И вам мое почтение!.. — обратился я к девушке.

— Здравствуйте, босс! — с улыбкой ответил Игорь, Алиса тоже кивнула в ответ.

— Как жильцы, хорошо себя ведут?

— Да как и раньше, всякое бывает. Но до разборок дело не доходит, без полиции справляемся.

— Алиса, а у тебя как дела?

— Все хорошо, тетя часто приезжает в гости. И с управляющим мотелем она тоже познакомилась…

Костя чуть покраснел. Ага, ясно, к чему дело идет… А я что — против, что ли? Лишь бы дело не страдало.

— Ладно, хозяйствуйте дальше, удачи!..

Пока ехал домой, вдруг понял, что упустил во время посещения аэродрома Нойехафена: на самом дальнем конце стоянки, в углу, парковался двухмоторник, очень похожий на самолет Жако. Только окраска у него была другая… Капоты на двигателях были подняты, но механик подходил к ним всего пару раз. Тогда я вообще этого не отметил, а вот сейчас почему-то вспомнилось. Да ладно, мало ли таких «Бичкрафтов» летает по всей Новой Земле!..

Дома все было нормально, Магда еще не приехала, и Джинджер в закрытом красном купальнике сидела под зонтиком у бассейна.

— А тебе можно загорать?

— Я ведь не на солнце сижу, а в тени. И недолго, сейчас в бассейн залезу, поплавать хочу. Нырнешь за компанию?

— Только если недолго, поработать хотел, пару идей нужно проверить.

— Я тебя жду! — Она тут же поднялась с кресла, осторожно ступила на лесенку и спустилась в бассейн.

Раз приглашают, не буду отказываться. Быстро переодевшись, выбегаю и с бортика прыгаю «солдатиком» в воду. Надо же, какая теплая… Не успевает остыть за ночь.

Тут же рядом со мной вынырнула Джинджер. Хорошо, что стоял там, где мелко, иначе бы ушел под воду, когда она обняла меня.

— Ты прямо как русалка… Надеюсь, не собираешься утянуть меня под воду?

— Нет, только поцелую и сразу отпущу!

— Ну зачем же «сразу»?..

Когда она решила перевести дыхание, то почти сразу спросила:

— Ты можешь сегодня приготовить свое коронное блюдо?

— Макароны сварить, что ли?

Джин легонько толкнула меня кулачком в плечо и рассмеялась:

— Нет, это восточное блюдо, оно у тебя хорошо получается.

— А с чего это вдруг?

— Магда спрашивала, что мы любим готовить. Вот я ей и рассказала о твоих успехах, она заинтересовалась рецептом…

— Милая, ты же знаешь — тут многое зависит от везения, и не всегда получается на «отлично», не хотелось бы провалить этот экзамен.

— Это не экзамен, просто расскажешь и покажешь ей, как и что делать. Дальше разберемся…

— Все хочу тебя спросить — как дела? Не тошнит или еще что-то?

— Переживаешь за меня?

— Разве не заметно?

— Не очень… Не сердись, я все вижу, что с тобой происходит. И что волнуешься — тоже заметила. Врач говорит, все нормально для первого раза. Что улыбаешься?

— Ты так это сказала… Многозначительно…

— А что, есть какие-то возражения?

— Конечно, нет!..

Мы с ней еще немного постояли обнявшись, потом она ласково отстранила меня:

— Все, пора выбираться из воды, скоро уже Магда приедет. Тебе еще нужно рецепт записать, а то вдруг забудешь что-нибудь…

Что делать, приходится покидать бассейн и идти в дом. Правда, в обнимку с Джинджер шлепать по дорожке гораздо приятнее, сами понимаете.

Пока она сушила свои роскошные волосы, я быстро переоделся и пошел на кухню, мне нужно было выяснить — что из требуемых для приготовления плова продуктов есть в наличии. Сразу и рецепт запишу, кстати!..

Когда Джинджер и Магда вошли на кухню, я уже заканчивал поиски. В кухонных шкафчиках, как ни странно, нашлось все необходимое, вплоть до растительного масла особого сорта. Ну да, нашел его с трудом, да и по такой цене, как будто его выжимали из лепестков цветов, распускающихся раз в десять лет… Ну да это мелочи. Для экспериментов можно обойтись и более дешевыми продуктами.

— Здравствуйте! Миссис Гордон сказала мне, что уговорила вас приготовить плов?

(Это слово она произнесла совершенно правильно, Джин пока так не умеет.)

— Здравствуйте, фрау Магда! Почему же «уговорила»? Просто раньше я готовил его от случая к случаю, процесс не быстрый, и нужно тщательно выбирать, из чего его варить.

— Надеюсь, вы мне расскажете? А то я пробовала раньше готовить сама, но получалась обычная рисовая каша с мясом.

— Ничего хитрого здесь нет, смотрите… — Я стал разъяснять Магде тонкости приготовления плова, а Джинджер села за стол и стала с интересом следить за процессом готовки. М-да, ей было непросто — когда мне не хватало английских слов, я использовал русские, стараясь не привлекать идиоматических выражений. Фрау в таких случаях понимающе улыбалась — видимо, она знала не только литературную, но и «разговорную» русскую речь. Хорошо, учтем на будущее…

Почуявшие возможную добычу пес и кот сидели в углу кухни, умело прикинувшись древнеегипетскими статуями. Да ладно, вот вам по обрезку, только не смотрите на меня такими жалобными глазами!.. Ну вот, радости в их взглядах прибавилось, можно спокойно работать дальше.

Джин все это время сидела и смотрела на меня. Не могу сказать, чтобы это было неприятно, но как-то отвлекало, что ли, — я хорошо чувствовал ее взгляды. Больше всего это ощущение было похоже на тепло от обогревателя, когда подойдешь к нему слишком близко. Да что такое происходит со мной? Никогда раньше не обращал внимания на подобные вещи, а тут сплошная мистика какая-то, обед не дают приготовить спокойно!.. Разумеется, вслух я ничего не сказал, просто «грелся», если так можно выразиться, и продолжал свой кулинарный мастер-класс.

А Магде и на самом деле было очень интересно, она дотошно расспрашивала меня о каждом этапе приготовления, и когда процесс уже близился к завершению, сказала:

— Если честно, не ожидала, что меня еще можно чем-то удивить на кухне.

— Ничего таинственного здесь нет, и существует очень много способов готовки плова. Все зависит от того, что вы положите в казанок. Видите, какой рис? И морковь? Вот из таких получается лучше всего…

— Понятно, может быть, как-нибудь вы поможете мне выбрать продукты, и я попробую все это повторить?

— Если хотите — почему бы и нет? Через неделю, например.

— Хорошо, тогда миссис Гордон составит список нужных продуктов, и мы с вами вместе все закупим.

Я посмотрел на жену, она согласно кивнула и улыбнулась.

— Договорились, босс согласен…

Тут они обе рассмеялись так, что слегка закачались висящие над кухонным столом сковородки. Вот и хорошо, чем больше положительных эмоций — тем лучше!

В общем, день прошел отлично. Как мне кажется, Магда стала воспринимать нас с Джинджер не как работодателей, а как членов своей семьи, наверное. Если честно — для меня так гораздо лучше. Не аристократ я, что поделаешь… Джин тоже относится к ней как к двоюродной тетушке, что ли. Интересно, правда? (Скажу вам по большому секрету — она не очень любит возиться на кухне с готовкой, поэтому предпочитает есть то, что приготовили другие, хе-хе.)

Вечером Джин еще немного поработала в своем кабинете, а потом присоединилась ко мне. Мы сидели в гостиной на диване, она пристроилась рядом, чтобы посмотреть очередную старую комедию по телевизору. Когда фильм закончился, оказалось, что у нас все только началось…

* * *

12 число 06 месяца 24 года, Порто-Франко

Почти две недели шла обычная жизнь семейных людей, если так можно сказать. Утром — на аэродром, там ожидание примерно до полудня, если не было заказов на перевозку грузов или пассажиров в ближайшие городки — ехал домой, там занимался своими делами или решал возникающие в хозяйстве вопросы. С Магдой контакт вполне наладился, она с удовольствием говорила со мной по-русски, ну и заодно помогала совершенствовать знание английского разговорного языка. Джинджер работала на дому, составляла на своем компьютере какие-то сложные таблицы. Что-то там с логистикой, как я уже давно понял, но в эти вопросы лучше не влезать — только голова заболит. Кстати, я ей об этом напоминал, когда она сидела у себя в кабинете дольше двух часов подряд. Джин послушно делала перерывы, чтобы окунуться и расслабиться в бассейне. Интересно, с чего это она стала такой послушной?.. (Шучу, конечно же… Врач составил ей чуть ли не распорядок дня, которого нужно придерживаться, вот почему.) Несколько раз мы вместе посещали различные мероприятия, разве что узнавали заранее, чтобы там не было слишком шумно и многолюдно. Странно, но при этом она не отказывалась ездить на стрельбище, грохот выстрелов ее совершенно не беспокоил. И меткость при стрельбе из пистолета совсем не ухудшилась. Даже пороховая гарь ее не раздражала, может, чихнула пару раз, и все, только посмеялась.

А этим утром я вдруг проснулся на рассвете и увидел, что Джинджер, завернувшись в простыню, сидит на кровати, задумчиво глядя на меня.

— Ты почему не спишь? Рано же еще…

Она неожиданно спросила:

— Алекс, помнишь, как мы познакомились?

— Конечно. Бригитта позвонила тебе и попросила узнать, можно ли пройти обучение на пилота, ты захотела посмотреть на меня лично, потом вместе приехали сюда… Вот и все.

— Да, так и было… А потом мне часто хотелось увидеть тебя снова… Но Бридж была моей лучшей подругой, и я не могла мешать ее личной жизни. Смотрела на вас и завидовала, а потом ревела ночью в подушку…

— Почему ты решила об этом рассказать?

— Не перебивай, пожалуйста… Потом ты раскрыл эту подставу с вином…

(Я смутился и покраснел, да — такое точно не забудешь!..)

— …А когда мы вместе встретили Новый год, я поняла, что хочу быть рядом с тобой. Бридж это чувствовала, но не препятствовала… Не знаю, почему… И я буду благодарна ей за это до конца жизни… А потом… Скажи, ты ведь не думаешь, что я просто воспользовалась моментом, правда?

— Нет…

— А когда ты понял, что…

— На аэродроме, когда привез раненого Джима и на меня набросилась с кулаками рыжеволосая фурия…

Джинджер улыбнулась сквозь слезы:

— Какой ты все-таки несообразительный… Никаких намеков не замечал… Но за это я тебя люблю еще больше…

— «Любят не за достоинства, любят за недостатки» — это так?

— Наверное… Просто рядом с тобой я чувствую, что стала тем, кем и должна быть. Если честно, с Айваном такого не случалось. Да, мы очень любили друг друга… Но мне чего-то не хватало…

— Может быть, за это время ты сама очень изменилась?

— Не знаю… Как будто целая жизнь прошла с тех пор… А ты тогда в оружейной комнате хорошо держался, кстати. И откуда только ты узнал про меня такие подробности, о которых я здесь никому и никогда не говорила?

— Скажем так — это были логические выводы из увиденного здесь в доме.

(А слезы-то высохли!..)

— Можешь рассказывать это кому угодно, но меня не обманешь. Ты его видел, да?

— Фотографию у тебя на столе? Да, конечно.

Она довольно чувствительно ткнула меня кулачком в плечо:

— Не морочь голову! Того, что ты тогда сказал, никто не знал, кроме меня и Айвана!

— Даже и не знаю, как тебе все это объяснить…

— Говори как есть, я пойму.

(Ну вот что я теперь ей должен сказать? Не отстанет ведь!.. Эх, пропадай моя телега, все четыре колеса!..)

— Иногда я чувствую то, на что не обращают внимания другие люди. Какие-то мелочи замечаю, а после вдруг говорю что-то неожиданное даже для себя. К счастью, это бывает очень редко.

Как ни странно, Джинджер вдруг довольно улыбнулась.

— Я тогда сразу поняла, что ты не совсем обычный человек. А люди встречались мне самые разные, ты уж поверь. Предсказывать что-нибудь не пытался?

— Предпочитаю молчать.

— Почему?

— «Синдром Кассандры». Говорил людям, что нельзя так делать, а они не слушали… Потом я же и оказывался виноват… Теперь просто молчу, и все…

Она вдруг придвинулась ко мне вплотную и посмотрела прямо в глаза:

— Бабушка мне как-то сказала, очень давно, что через много лет встречу человека, который сначала удивит, потом испугает, спасет одну жизнь и подарит другую. А потом станет для меня всем… Я тогда смеялась, спрашивала — сама-то понимает, что наговорила? А бабушка на меня посмотрела, грустно так… Теперь понятно, она тоже что-то видела, просто смолчала. Да я и не поняла бы ничего тогда, если честно. Всему свое время, наверное…

— Джин, а почему ты заговорила об этом именно сейчас?

— Хочу, чтобы ты все знал. Ну вот, выговорилась, теперь мне гораздо легче, правда!..

— В нашу первую встречу ты была одета в свитер, классические джинсы и какие-то мокасины, что ли. Но особенности фигуры все равно заметил еще тогда. Это я так, на всякий случай вспомнил, вдруг ты и об этом спросишь…

Она рассмеялась и обняла меня за шею:

— Угадал… Хотела, но передумала. И вообще, хватит болтать, лучше помоги мне…

— Что нужно сделать?

— Сейчас объясню… Да, все правильно понял… Ой, тише, мне же щекотно, ха-ха!..

Телеграмму принесли, когда мы уже собрались поужинать. Магда заканчивала накрывать на стол, Джинджер сидела за компьютером в своей комнате, так что идти открывать двери пришлось мне, в сопровождении Джека. Кота раздавшийся звонок совершенно не заинтересовал — невозмутимый Васька сидел на кухне возле своей чашки, всем видом намекая на то, что кроме еды, его в данный момент ничто не интересует.

Открыв дверь веранды, я увидел молодого парня, работавшего на местной почте. Мы с ним были знакомы — когда случались почтовые рейсы, то он привозил на аэродром мешки с письмами и посылками. После взаимных приветствий курьер сказал:

— Вам телеграмма из Виго, распишитесь вот здесь…

— Давно ее передали?

— Нет, пару часов назад, вместе с другими. До свидания!..

Так, телеграмма на мое имя…

«Алекс, забери меня отсюда поскорее. Буду долечиваться рядом с тобой. Врачи торопят с выпиской. Эвелин».

Хмм, интересно… «Врачи торопят с выпиской…» — она там каких-то дел натворила, что ли? Ой, думаю, кто-то там нарвался на неприятности, решив подкатить к беззащитной одинокой красотке, хе-хе!..

Вышедшая в коридор Джинджер спросила:

— Кто там пришел?

— Телеграмму принесли, от Эвелин. Просит забрать ее из Виго как можно скорее. — Я протянул ей листок.

Она быстро пробежала текст глазами.

— Когда полетишь?

— Завтра, наверное, что тянуть-то? Тем более непонятно, почему такая срочность. Утром вылечу, вечером вернусь, тут ведь не очень далеко. Лишь бы ее багаж в самолете поместился, я ведь не знаю, сколько магазинов она посетила за это время.

— Насколько могу судить, она не похожа на барахольщицу. А если даже и не поместится — отправите наземным транспортом, какие проблемы?

— Сразу видно специалиста по логистике…

Джин усмехнулась, и мы с ней в обнимку пошли на кухню. Телеграмма телеграммой, но ужин — по распорядку!..

* * *

12 число 06 месяца 24 года, Порто-Франко

Солнце только-только поднялось над горизонтом, а я уже на ногах. Поцеловал сонную Джинджер и начал собираться. Впрочем, что тут собирать-то? Рюкзак с НЗ и патронами, оружейная сумка… Так, несколько бутербродов в пластиковой коробке, тоже беру… Бутылка с водой… Вот и все, собственно.

Когда уже почти вышел с веранды, меня догнала жена, завернувшаяся в простыню на манер древнеримской моды.

— Подожди!..

На всякий случай целую ее еще раз и спрашиваю:

— Что такое?

— Когда прилетишь сюда, сразу вези ее к нам!

— А если…

— Никаких «если», просто вези ее к нам в гости!

— Как скажешь, милая…

Ну вот, особо ценные указания получены, можно ехать на аэродром.

«Сессна» как будто обрадовалась возможности полетать, хотя за прошедшее время мне пришлось сделать несколько рейсов в немецкий анклав, так что самолет отнюдь не простаивал без дела. Привычный ритуал стандартной предполетной подготовки, диспетчер уже на вышке, есть разрешение на взлет, и мы снова в воздухе!

Новоземельное лето в разгаре, саванна внизу выгорела до желто-коричневого цвета, среди которого изредка мелькают зеленые острова разной величины — там подземные воды близко подходят к поверхности, и трава не высыхает. Этим пользуются местные животные, стада которых то и дело попадаются на глаза. Хотя с высоты полета подробностей не видно, разве что можно примерно оценить величину стада. Я не биолог, поэтому местных овец не пересчитываю, просто мимоходом отмечаю их присутствие.

Скорость держал чуть больше обычной, лечу один в незагруженном самолете, так что расход бензина заметно не увеличится, по крайней мере, я на это надеюсь. Судя по индикаторам, мои надежды оправдываются, может быть, еще попутный ветер на этой высоте помогает, не зря же я на маршруте искал подходящий поток. Все равно этот район пустынный, интенсивного воздушного движения нет, а порядок эшелонирования стараюсь соблюдать.

Судя по ориентирам, приближаюсь к Виго, нужно бы пообщаться с их диспетчером…

— Виго — Контроль, я «Сессна» — «Редлайн», как слышите меня?

— «Сессна» — «Редлайн», я Виго — Контроль, слышу вас хорошо.

— Виго — Контроль, я «Сессна» — «Редлайн», запрашиваю разрешение на посадку.

— «Сессна» — «Редлайн», я Виго — Контроль, следуйте в зону ожидания, ждите указаний.

— Виго — Контроль, я «Сессна» — «Редлайн», следую по схеме, сколько примерно ждать?

— «Сессна» — «Редлайн», я Виго — Контроль, полоса занята, ждите указаний.

Ладно, наше дело маленькое… Делаю разворот и начинаю нарезать круги в указанном месте. К счастью, ожидание не продлилось слишком уж долго, и через пять минут «Вышка» разрешила мне посадку. Когда заруливал на стоянку, то увидел на ее дальнем конце «Геркулес», винты которого еще продолжали медленно вращаться, к нему уже подъезжала пара грузовиков в сопровождении «Хамвика». Надо же, что могли привезти такого ценного, что нужна охрана? Какой-нибудь груз на верфи? Впрочем, кто же мне скажет-то…

Разобравшись с вопросом дозаправки, вызываю через диспетчера транспорт до города. Это оказывается микроавтобус, похожий на всех своих местных собратьев — изрядно потрепанный жизнью, неоднократно перекрашенный в несовместимые цвета, но все еще очень бодрый. Багажа у меня нет, разве что пистолет на ремне под рубашкой и бумажник в кармане, так что еду налегке.

— Вам куда?

— В госпиталь, заберем оттуда одного человека с вещами и поедем назад.

— Хорошо, никаких проблем!..

Привычная пыль, но здесь ее меньше — по обочинам дороги растет вполне зеленая трава, колышущаяся под легким ветерком, благодаря ей за машиной практически нет пыльного «хвоста». По дороге мы молчим, водитель включил музыку, уже явно в исполнении какой-то местной группы, считающей себя непревзойденными рок-музыкантами. Но песни были довольно мелодичными, без грохота и лязга, так что настроение у меня осталось хорошим.

— Подождите, я сейчас узнаю, где наш пассажир, — говорю водителю, когда он останавливает машину возле главного здания госпиталя.

Так, где тут у них справочная, или регистратура, ну или кто тут мне вообще может сказать, откуда забирать Эву?..

— Подскажите мне, пожалуйста, где находится сейчас Эвелин Стар? Я приехал ее забрать…

Дежурившая на ресепшене медсестра внезапно разулыбалась, как будто я подарил ей кольцо с бриллиантом:

— Эва Стар? Да, она выписывается, бумаги готовы. Знаете, в каком она домике?

— Если в том же, в котором поселилась изначально, то знаю.

— Именно так, как будете готовы — пусть она зайдет сюда, нужно подписать несколько бумаг и забрать «историю» пациента.

Усевшись в кабину, говорю водителю: «Вперед, босс!» — и показываю рукой, в какую сторону. Буквально через пару минут микроавтобус тормозит у знакомого бунгало, выбираюсь наружу, подхожу к двери, поднимаю руку… И почему-то не решаюсь постучать…

Вдруг дверь распахивается, и у меня на шее повисает визжащий от радости сюрприз:

— Ты приехал!.. Так быстро!..

— Эва, подожди… Ты готова к отъезду?

— Мне еще нужно собрать вещи. Скажи водителю, пусть приезжает через… скажем, три часа.

Повернувшись к улыбающемуся во все зубы водиле, говорю ему:

— Приезжайте за нами через… четыре часа, хорошо? Даме нужно собрать вещи, сами понимаете.

Он подмигивает мне, типа «Не теряйся!», и энергично выруливает на дорожку. Эвелин тут же буквально затаскивает меня внутрь, захлопывает дверь и поворачивает ключ в замке. Я замечаю, что на ней перетянутый в талии узким пояском темно-красный халат до колен, с каким-то неярким узором, переливающимся на свету.

— Красивый у тебя халат!

— В городе купила, упросила свозить меня, нужно было купить разных приятных мелочей…

Она взяла меня за руку, усадила в кресло и тут же примостилась на моих коленях, обняв за шею.

— Как твое плечо? Уже вылечили, что ли?..

— Так лечили, что думала — вот-вот умру. Лекарствами всякими пичкали почти две недели, гадость такая… Хорошо, что кормили тем, что я заказывала, иначе бы вообще с голоду тут окочурилась. Есть хотела все время, но мне сказали, что это потому, что регенерация быстро идет, организм восстанавливается. Процедуры были каждый день, чтобы следы рассасывались. И еще — несколько уколов в сутки, вся попа в синяках.

Она вскочила, повернулась ко мне спиной и продемонстрировала следы от уколов, приподняв полы халатика. (Да, кроме халата, на ней ничего не было…) Синяки действительно присутствовали, причем в количестве.

Я встал с кресла, повернул ее к себе лицом и погладил по голове:

— Бедная моя…

Эвелин прижалась ко мне и уткнулась лицом в плечо.

— Каждый день думала о тебе… Как там Порто-Франко, стоит на месте?

— А куда он денется… Ждет твоего возвращения.

Тихонько поглаживаю ее по спине (ну и в районе синяков тоже…), она прижимается чуть сильнее и говорит:

— Я хочу тебе кое-что показать.

Затем рывком, как будто прыгая в ледяную воду, сбрасывает с плеч халат, который удерживается на талии пояском, и обнажается до пояса. Бюстгальтера нет, поэтому мне хорошо видна выполненная ажурной вязью в нескольких ярких цветах татуировка — изображение дракона. Голова ухмыляющегося дракона находится над ее левой грудью, которую он осторожно придерживает когтистыми лапами, длинное узкое тело продолжается на плече, а хвост обвивает левую руку. Присмотревшись, понимаю, что это «косметическая татуировка» — теперь следы от шрамов и светлые полосы совершенно незаметны, потому что мастерски вплетены в узор.

— Тебе нравится? — с надеждой в голосе спрашивает Эва.

— Здорово! — совершенно искренне отвечаю я ей. — А где делала — в Виго? Болело сильно?

— Да, есть тут в городе очень хороший мастер. Когда делал — было не очень больно, он каким-то препаратом обрабатывал. Но потом ныло, конечно… А меня все равно тогда лечили, поэтому зажило очень быстро, он даже удивлялся. Хотя у докторов чуть ли не истерика была, когда это увидели. «Разве можно!.. Восстановиться еще толком не успела!..» — явно передразнила она кого-то.

— А откуда такая идея вообще появилась?

— О, это целая история…

Она снова усадила меня в кресло и уселась сверху на колени, предоставив отличную возможность полюбоваться вблизи творением неизвестного мне мастера.

— Примерно через неделю после того, как ты меня привез, раны затянулись и почти перестали болеть. Все-таки у них тут персонал работать умеет. Ну и тот врач, ты помнишь его, решил узнать, как я себя чувствую. Тоже мне, ловелас нашелся! Во время очередного осмотра медсестра вышла, как я думаю, по его знаку, а он решил проверить кое-что. Не зря ведь он каждый день мне тут глазки строил…

— Ну и как, проверил? — Кажется, я уже догадался, что произошло дальше.

— Проверил… Тут-то подаренный нож и пригодился.

— Надеюсь, ты его не…?

— Нет, просто с размаху ткнула клинком у него между ног в сиденье стула, когда он рядом пристроился и начал руки распускать. Видел бы ты, как его перекосило!.. Вылетел отсюда, как будто из клетки с тигром… — Она звонко рассмеялась. — Он не пострадал, разве что дырка в халате образовалась. Ну и брюки пришлось срочно постирать, как я понимаю…

— Больше не приставал?

— Нет, меня с того дня лечила женщина-врач. Мне никто ничего не сказал, но медсестры просто закормили вкусняшками. Ну и помогали во всем, чуть ли не лучшими подружками стали…

Эва вдруг почему-то чуть покраснела, но продолжила:

— Вот одна из них и подсказала мне эту идею — закрыть шрамы татуировкой. Ведь не могу я перед выступлениями все время замазывать светлые пятна гримом!..

— Нет, получилось очень красиво. Мне нравится, такие тонкие линии… И никаких темных пятен.

Я наклонился и поцеловал нарисованного дракончика в нос.

— А еще художник сказал, что когда мне будет хорошо — дракон начнет улыбаться… Я вижу, ты носишь мой подарок? — Она подцепила пальчиком цепочку на моей шее и достала подаренный медальончик.

— Да, когда летаю, на удачу. Хорошо, с лечением все ясно, а когда ты свои вещи будешь собирать?

Она вздохнула и показала рукой куда-то в угол. Посмотрев в ту сторону, я увидел аккуратно сложенные друг на друга четыре большие сумки. Все понятно…

— Они не много весят, можешь не беспокоиться. Во сколько должна приехать машина?

— Я попросил водителя — через четыре часа.

Эвелин посмотрела на большие электронные часы, висящие на стене, и тихо сказала неожиданно охрипшим голосом:

— Уже прошло целых двадцать минут. Ну и чего ты ждешь?..

…А нарисованный дракончик действительно умеет улыбаться, мастер не обманул…

Потом мы по очереди приняли душ и стали одеваться. Надо же, вовремя успели! Всего-то минут десять посидели в кресле, когда послышался звук мотора подъезжающей машины. Водитель даже не успел нажать на сигнал, как мы вышли на крыльцо. Эвелин с легкой сумочкой на плече и ножнами на ремне, а следом я, навьюченный четырьмя сумками. Парень понимающе улыбнулся и открыл дверь салона, куда тут же впорхнула Эва, которой и передали сумки с ее бесценными нарядами. На этот раз я сел в кресло рядом с девушкой, чтобы по дороге она могла держать меня за руку. Не ошибся — Эва так и поступила. Минут на пять пришлось задержаться у центрального здания, пока она там заполняла бумаги и прощалась со знакомыми.

Точно — когда она садилась в машину, держа в руке пластиковую папку с медицинскими документами, из дверей вышли несколько медсестер разного возраста и стали махать ей на прощание.

— Тебя здесь провожают прямо как лучшую подругу!

— А что, разве я этого не достойна? — отшутилась Эвелин, когда я захлопнул дверь. — Ну а теперь — на аэродром, и побыстрее!..

Всю не очень длинную дорогу она дремала, положив голову ко мне на плечо и держась за руку. Водитель вел машину очень плавно, стараясь не попадать в выбоины, за что я ему был очень благодарен. Он часто поглядывал в зеркало заднего вида и улыбался. А я думал — как же сообщить Эвелин, что повезу ее не в «Танцующие звезды», а к нам домой?..

На аэродроме мы с шиком подкатили прямо к самолету, я быстро закидал сумки в багажный отсек и притянул их ремнями, чтобы не болтались. Эвелин в это время стояла возле открытой двери кабины, повернувшись к солнцу и закрыв глаза. (На ее лице было такое выражение, словно она только что вышла из тюрьмы, отсидев длительный срок, — наверное, это было похоже больше всего…) Водитель откровенно таращился на девушку, явно силясь вспомнить, где же раньше мог видеть?.. Я решил пожалеть его мозг и махнул рукой, мол, подойди. Он подошел и сказал:

— Слушай, я ее где-то видел, никак не могу вспомнить…

Жестом фокусника я вытащил из багажника плакат (я на всякий случай оставил себе несколько штук) и развернул его перед ошалевшим парнем.

— Узнаешь?..

— Это она??!!..

— А что, не похожа? Если хочешь, давай десять экю, и она тебе на нем распишется.

Парень не глядя достал из кармана пластиковую купюру и сунул мне:

— А она точно может дать автограф?..

— Пойдем проверим… Эвелин, дорогая, прошу тебя — распишись на фото.

Достав из кармана позади сиденья маркер, протягиваю ей, она кладет плакат на капот «Сессны» и лихим размахом рисует свою подпись, затем протягивает фотографию водителю:

— Вот вам на память, и спасибо, что довезли нас!

Водитель бережно принимает плакат и садится в машину, затем стартует в сторону диспетчерской вышки.

— Хвастаться погнал… Все, садись в кабину, а то мне придется здесь торговлю плакатами открывать… Где сядешь — рядом или назад? Там поспать можно, если хочешь.

— Я за это время тут на месяц вперед выспалась, наверное. Так что сяду впереди, если ты не против. Ну, вези меня домой!

— Сейчас. Только куртку себе достань какую-нибудь, наверху прохладно…

Ровно гудит мотор, Эвелин дремлет, подложив под голову свернутую валиком джинсовую курточку. Все-таки убаюкалась девчонка… Я чувствую, что ей сейчас хорошо, вон как улыбается во сне, что-то шепчет, но из-за шума разобрать слова невозможно. Смотрю на нее, и мне тоже становится тепло, несмотря на явный сквознячок из неплотно прикрытого окна кабины. Что она во мне нашла, даже не знаю, вокруг хватает и тех, кто гораздо моложе и круче меня. Да, интересная у нас получается сказка… Ладно, лишь бы не сценарий мелодрамы или фильма ужасов. Что там у нас радиокомпас показывает? Понятно, ветер боковой, чуть сносит, но сейчас мы это дело поправим…

Странно, но я почему-то совершенно не переживаю по поводу встречи Джинджер и Эвелин. Кстати, интересно, чем сейчас Джинджер занимается? «Ну как чем? Пистолет вычистила, смазала, сейчас патронами магазин снаряжает… — съехидничал внутренний голос. — Хотя будет неаккуратно. Она тебя просто в бассейне вечером утопит…» Нет, это вряд ли… Если бы она дико ревновала, я бы это точно почувствовал. Наверное… «Ну ты и тормоз!.. Помнишь утренний разговор? Она ведь чуть ли не прямым текстом сказала, что теперь ее очередь отдавать долги… И она никогда не сделает зла тому, кто тебя спас. Тебе ведь давно сказали — лучше дружить, чем соперничать». Все, хорош!.. Пора заканчивать разговоры с самим собой, этак и крышей поехать недолго… Кстати, мы уже на подходе, пора бы и с диспетчером пообщаться.

Стараясь говорить как можно тише, связываюсь с вышкой в Порто-Франко и получаю разрешение на посадку с прямой, без круга возле аэродрома. Кроме меня, сейчас здесь в небе никого нет, чего зря бензин жечь?

Эва проснулась, когда нас затрясло во время пробега по не слишком гладкой полосе.

— Что, уже прилетели? Как быстро…

— Просто вы заснули, красавица, как я и предупреждал.

— Ты на машине? Подвезешь меня до «Танцующих звезд», хорошо?

— Подвезу, конечно.

(Вот скоро ты у меня удивишься-то…)

Зарулив на стоянку возле «своего» ангара, выключаю двигатель и прошу подогнать заправщик, чтобы не оставлять самолет с полупустыми баками. Вдруг потребуется срочно вылетать, а бензина нет… Лучше уж буду как пионер, всегда готов, хе-хе!..

Пока ждал заправки, перетаскал сумки в «Буцефала», который оставлял здесь же, в ангаре, чтобы далеко не ходить. Все равно этот большой сарай сейчас пустует — старина «Бивер» (да, тот самый, с плакатом Эвелин на боку) целыми днями патрулирует вдоль берега, погода сухая, и ставить технику в ангар незачем. Так что мой джип стоял тут, как в охраняемом гараже. Зато не нужно звонить в город и вызывать машину, да и к стоянке возле бара не нужно добираться на попутках. Конечно, теперь я редко заходил в «Триммер», но как человек семейный считаю это нормальным. Разве что приглашали чей-нибудь день рождения отметить…

Залив баки «под пробку», расплатился с водителем, запер кабину «Сессны» и пошел к джипу, в котором уже давно сидела Эвелин.

— Что, красавица, поедем?

— Давно пора, уже есть хочется. Обеда-то у нас не было…

— Все будет, подожди немного.

— В ресторан пойдем?..

— Лучше.

— В номер закажем?..

— Все равно не угадаешь, лучше и не пытайся.

Эва усмехнулась и стала молча смотреть в окно, на мелькающие возле дороги кусты. Наверное, заподозрила какой-то подвох с моей стороны. И она совершенно права…

В городе она вдруг схватила меня за плечо:

— Ты ведь пропустил поворот, к «Танцующим звездам» нужно было повернуть направо!

— А мы сейчас не туда едем. Джинджер попросила, чтобы я сначала тебя к нам в гости привез.

— Ты это серьезно? — поежилась она.

— Серьезнее некуда. Все будет хорошо, можешь не переживать. Тем более обеды у нас сейчас есть кому готовить, тебе понравится.

Как ни странно, Эва не сделала попытки выпрыгнуть из машины на ходу, только будто сжалась на сиденье и перестала улыбаться. Я бы тоже переживал, наверное, окажись на ее месте в подобной ситуации… Или уже стал такой сволочью, что мне все по фигу?.. Неужели этот мир меня так искусал со всех сторон, что сделал шкуру очень толстой, почти непробиваемой? Опять меня понесло в какие-то дебри… Я ткнул в кнопку проигрывателя и стал тихо подпевать выбранной наугад песне. Эвелин покосилась в мою сторону, но промолчала. Да, я вот такой, какой есть. Сама решила со мной связаться, теперь не жалуйся, красавица…

По газону перед домом вовсю носились Джек и Васька. Судя по их поведению, в доме было все нормально — если у Джинджер случались дни плохого настроения, то звери предпочитали не попадаться на глаза и заявлялись на кухню только ко времени кормления. Да, как я их понимаю, хе-хе!.. Так, мелкий шведский монстр стоит под навесом («Гелендваген» еще не пригнали из ремонта), значит, Магда здесь. Ну вот и познакомятся заодно…

Я помог Эвелин выбраться из джипа, и мы пошли к дому. Джинджер уже стояла в дверях, наверное, услышала звук работающего двигателя и радостный лай Джека. Эва нерешительно притормозила, но я взял ее за плечи и подвел вплотную к Джин. А жена вдруг обняла ее и что-то тихо прошептала на ухо, затем расцеловала, совсем не символически. Эва покраснела, но не отстранилась, а тоже поцеловала ее в ответ, затем они обе посмотрели на меня.

— Вы привезли вещи? — спросила Джинджер.

— Да, сумки в машине лежат.

— Пусть тогда Эвелин возьмет, что нужно, и переоденется к ужину. Сегодня она остается у нас в гостях.

Эва покраснела еще сильнее, но справилась со смущением и пошла к джипу, я последовал за ней.

— Мне нужна вот эта сумка и… Наверное, вон та, да!

С двумя сумками наперевес я вошел в дом вслед за дамами и понес вещи в спальню.

— Пусть Эва разбирает вещи, а ты иди пока в душ и тоже переодевайся. Магда сегодня постаралась, вам понравится.

Пока то-се, мытье-переодевание в джинсы и рубашку (футболка не катит, у нас гости все-таки!..), вот и настало время садиться за стол. Благо на кухне места много, и она вполне приспособлена к застольям, не нужно таскать посуду туда-сюда. Магда сегодня была одета если не в вечернее платье, то в его подобие. Надо же, как у них тут все организовано! Наверное, это Джинджер постаралась, любит она устраивать приятные неожиданности. Кстати, за это не очень большое время Магда стала для нас чуть ли не родственницей, во всяком случае, у меня и Джин отношение к ней скорее как к родной тетушке, а не наемной прислуге. И мы для нее — что-то вроде племянников, что ли. Оказалось, я тогда ошибся с оценкой ее возраста, ей уже гораздо больше пятидесяти лет. А выглядит хорошо, потому что в молодости занималась спортом — фигурным катанием, вы представляете? Да и потом следила за своей внешностью, конечно, по мере возможности. Но я думаю, что и во время работы учителем ей завидовали многие. Впрочем, что-то я отвлекся, есть хочу больше, чем спать, хоть и устал за сегодняшний день!..

За ужином расселись так, что я оказался с широкой стороны стола, а дамы — с торцов. Но стол не очень большой, поэтому мне вполне удавалось дотянуться, чтобы наполнять их бокалы. Джин по всем понятной причине пила сок, а мы с Эвелин понемногу тянули вишневку. Магда сегодня использовала максимум своего кулинарного вдохновения, поэтому разговаривать нам было некогда. По крайней мере, пока мы не наелись, хе-хе!

Видимо, Джин рассказала Магде о том, кто такая Эвелин, потому что никакого излишнего любопытства с ее стороны я не заметил. Разве что Магда время от времени изучающе поглядывала на девушку, но, судя по выражению ее лица, осталась вполне довольна увиденным. Ну еще бы, у нашей танцовщицы вдруг нашлось роскошное платье (явно купленное в Виго), которое они с Джинджер ухитрились как-то отгладить. Ее плечи были открыты, и татуировка была видна примерно до половины. Если честно, вид получился сногсшибательный — дракон будто выглядывал у нее из выреза и украдкой наблюдал за окружающими. Хотя, конечно же, это получилось совсем случайным образом…

Магда недолго посидела за столом вместе с нами, и я даже почувствовал себя немного лишним в этом женском царстве. Хорошо, что ужин закончился, и мы втроем пошли в гостиную, прихватив с собой бутылку вина, кувшин сока и бокалы.

Не успел я поставить поднос на стол возле дивана, как Джинджер вдруг сказала мне:

— Милый, тебе разве не хочется немного поработать у себя в мастерской?

— Да, нужно кое-что сделать как раз…

Эва немного испуганными глазами посмотрела на меня, но ничего не сказала и молча уселась в уголке дивана. Да, ситуация… Ладно, услышу крики — прибегу успокаивать, хе-хе!

Я пошел на кухню, залпом выпил стакан воды и шумно перевел дух. Магда не смотрела на меня, но в полированном металле можно было заметить, что она улыбается. Да, ей смешно, а мне не очень…

— Вы ведь не только преподавали иностранные языки в школе, Магда, не так ли?

Она сразу перестала улыбаться и ответила не сразу, как будто раздумывала — говорить правду или нет, затем повернулась ко мне.

— Скажем так — я работала в разных местах…

— И о некоторых из них предпочли бы не упоминать.

— Это правда… А откуда вы об этом узнали?

— У вас взгляд, как у следователя, и заметно еще кое-что…

— Что же?

— Манера задавать вопросы. В тир часто ходите?

— Раз в неделю… — Неуловимое движение, и у нее в руках оказался небольшой «Глок» (какая-то модель из субкомпактных), который она достала из-под своего белого фартука. — Так что пользоваться оружием я умею, и не только пистолетом. Вам не откажешь в наблюдательности, Алекс…

— Спасибо за наглядную демонстрацию, фрау Магда! Я всего лишь хотел узнать, кто стоит у меня за спиной.

— Я не враг для вас и миссис Гордон. Просто помогаю вам по хозяйству… — Она по-приятельски подмигнула мне, улыбнулась и быстрым движением спрятала «Глок».

Ну вот, теперь узнал, что хотел, можно и в мастерской поковыряться, как раз нужно рукоять очередного ножа оконтурить…

Зажав в тисках деревяшку с уже вклеенным в нее клинком, я неторопливо возил по ней рашпилем минут пять, больше прислушиваясь к звукам, доносящимся снизу. Затем включил радиостанцию в режим сканера и почти сразу услышал оживленную ругань — кто-то на катере пытался войти в гавань порта и при этом чуть не врезался в рыбацкое судно. Наверное, стоило даже записать их диалог, чтобы впоследствии изучить особенности местных ругательств…

Через некоторое время мне захотелось пить, и я тихонько проскользнул на кухню по коридору мимо гостиной. Так, Эвелин что-то рассказывает, смеясь и энергично жестикулируя, а Джинджер смотрит на нее и улыбается. Вроде все нормально…

Магда уже закончила свои кухонные хлопоты и собиралась домой.

— Спасибо вам за вкусный обед… Вернее, ужин, но это неважно!

— Я приду завтра в одиннадцать, как обычно?

— Думаю, что лучше — часов в двенадцать, они, скорее всего, будут болтать допоздна.

— Хорошо. — Она согласно кивнула. — До свидания!

— До свидания!..

Через пару минут Магда уже выруливала на своем шведском вездеходе в сторону улицы. Хорошая она все-таки тетка! По крайней мере, мне так кажется на данный момент. Ладно, буду пробираться назад, что-то в гостиной подозрительно тихо…

Заглянув в комнату из коридора, я увидел, что Эвелин чуть ли не навзрыд плачет на плече у Джинджер, громко всхлипывая, а та гладит ее по голове и что-то тихо говорит. Увидев меня, она сделала выразительный жест рукой — «Исчезни!..», пришлось выполнить ее пожелание. Ну и ладно, посижу в мастерской еще немного. Кстати, сока в кувшине почти не убавилось, а бутылка с вином явно ополовинилась. Во дела!..

Переключив радиостанцию на прием местной музыкальной программы, я снова занялся делом — рукоять ножа потихоньку стала принимать осмысленные очертания. Вот, скоро уже можно переходить к чистовой отделке, лишь бы гарду не поцарапать крупной наждачкой… А ничего так получается, сейчас бы линию рукояти чуть пониже свести, а вот здесь нужно чуть потолще сделать, чтобы удобнее вынимать из ножен…

Я уже начал обрабатывать рукоять ножа наждачной бумагой, когда неожиданно услышал позади шаги и поскрипывание ступенек лестницы.

— Вот ты где! Значит, это и есть твоя мастерская? — услышал я голос Эвелин.

Повернувшись, увидел ее во вполне нормальном состоянии, разве что чуть покрасневшие глаза и носик выдавали то, что она совсем недавно плакала.

— Да, вот здесь я часто работаю. Еще иногда радио слушаю, если работать не хочется…

Эва подошла вплотную ко мне и скрестила руки на груди.

— Интересно тут… Только пыли много.

— Надеюсь, у тебя нет аллергии на древесные опилки? А то чихать долго будешь.

— Пока не замечала. А что делаешь сейчас?

— Вот рукоять у ножа обточил, сейчас начал делать ее гладкой, поэтому и мелкой пыли много.

Осмотревшись по сторонам, она заинтересовалась портретом Бригитты с котом на руках, висевшим на стене.

— А кто это? Красивая…

— Это… Бригитта, моя первая жена. Она погибла…

Что-то кольнуло в сердце, и защипало в глазах. Я отвернулся и стал смотреть в окно.

— Прости меня, пожалуйста, — дотронулась до моего плеча Эвелин.

— Ничего, бывает и хуже… А где Джинджер?

— Пошла носик попудрить, а я решила посмотреть, чем ты занимаешься. Для кого сейчас нож делаешь?

— Если понравится, себе оставлю. Пока не знаю, просто тренируюсь.

Внезапно в коридоре раздался голос Джинджер:

— Вы где, наверху?

— Да, здесь! — откликнулся я.

— Спускайтесь, посидим все вместе.

Увидев меня, она тут же распорядилась:

— Иди вымой руки, а то занимался неизвестно чем… Эвелин, ты там ничего не трогала без разрешения? А то он этого не любит…

После визита в ванную я вошел в гостиную и увидел их обеих сидящими на диване. Эва уже успела сменить платье на шорты и просторную футболку (и когда только переоделась?..). Телевизор был включен, и диктор как раз зачитывал очередные местные новости.

— Садись к нам, сейчас фильм начнется! — Это Джинджер продолжает командовать.

С некоторым опасением я уселся посередине дивана, и с двух сторон ко мне сразу придвинулись обе дамы. Судя по одновременности их действий, они договорились обо всем заранее.

— Не бойся, мы тебя не загрызем… По крайней мере, сегодня… — Это Джин так пошутила, и они тихо засмеялись.

Потом весь фильм мы просидели, держась за руки. Фильм оказался гибридом мелодрамы и боевика, так что дамы периодически смахивали слезы во время особо трогательных сцен. А я сдерживал рвущийся наружу смех, когда главный герой непрерывно палил из шестизарядного револьвера чуть ли не пулеметными очередями, причем без всякого намека на перезарядку.

Когда по экрану поползли финальные титры, Джинджер обратилась ко мне:

— Мы с Эвой еще немного поболтаем в спальне, так что сегодня поспи здесь на диване, пожалуйста.

— Только слишком не увлекайтесь разговорами, ладно? Кстати, я сказал Магде, чтобы приходила в двенадцать, так что у вас будет время выспаться.

— Умница ты моя! — Джин поцеловала меня в щечку, и они пошли в спальню, начав что-то обсуждать еще в коридоре.

Но до «отбоя» они решили еще немного поплавать в бассейне, а я почему-то поднялся в мансарду и допоздна слушал разговоры в эфире, не включая освещение. Окно выходило как раз в ту сторону, где раздавался плеск воды и смех, так что можно было судить об их настроении. Когда купальщицы вышли из воды, я переключился на музыкальную передачу и долго слушал звенящие мелодии Electric Light Orchestra…

Наконец решил тоже пойти спать, по дороге тихонько заглянул в спальню. Мои девочки уже давно смотрели сны, укрывшись каждая своим одеялом. Разве что прижались друг к другу спинами, но это мелочи. Я подкрался и осторожно получше укрыл каждую. Посмотрим, во сколько они утром проснутся… Все, теперь можно и самому на диван…

* * *

13 число 06 месяца 24 года, Порто-Франко

— Нет, ты только посмотри на него!

— Дрыхнет вовсю, даже ухом не пошевелил…

— Мы-то думали, кто нам утренний кофе приготовит?..

— Ну что, поднимем?..

— Пусть спит, ладно, сами все сделаем, пошли на кухню…

Приснилось, что ли?.. Нет, чувствуется явный запах свежесваренного кофе. Ясно, пора вставать, великие дела меня заждались, хе-хе.

— Встал, соня? — Это Джинджер, щелкает кнопками на кофеварке, потом отключает засвистевший чайник.

— Ну прямо как медведь в спячке, — подключилась к перемыванию моих косточек Эвелин. — Мы тут завтрак успели приготовить, а он только глаза открыл!

Говоря это, она сноровисто раскладывала омлет по тарелкам.

— Девочки, а вы теперь все время меня будете критиковать, с утра до вечера, без перерыва на обед? Кстати, доброе утро!

Джин подошла и ласково взъерошила мне на голове недавно подстриженный «ежик»:

— Нет, это мы так шутим. А критиковать будем, если заслужишь, да, Эва?

Эвелин согласно кивнула:

— Да, имей в виду — теперь нас двое, никуда не скроешься.

— Сговорились?..

Они переглянулись и звонко рассмеялись, затем стали рассаживаться по стульям. Так как время было еще раннее, то красотки не стали утруждать себя выбором одежды, а надели безразмерные футболки чуть ли не до колен. Впрочем, не могу сказать, чтобы мне это не нравилось, если честно.

— Все, наелась… — Эва первая справилась со своей порцией и чуть отодвинулась от стола. — Знали бы вы, сколько я в госпитале съедала — ужаснулись. Как раза в два толще не стала — не понимаю…

— Наверное, у них там методы лечения отработаны, иначе при выписке пациентов бы краном в машины загружали, — выдал я ценное замечание.

— Да, процедуры там всякие, гимнастика… Показала им несколько упражнений для разминки, так потом пришлось с желающими из медсестер занятия проводить.

— А сейчас рука точно в порядке? — это Джин интересуется.

— Пока нагрузок больших нет — все нормально, а вот держаться на ней я пока не смогу, так что выступать начну не раньше чем через три-четыре недели. Но тренироваться все равно буду, чтобы форму не потерять.

— И после тренировок можешь приезжать к нам, вместе с тобой в бассейне поплаваем, а то Алексу все время некогда.

— Просто вода — не моя стихия, — попробовал я отшутиться.

— Ты еще скажи, что без самолета летать можешь, — мгновенно подколола меня жена.

— Я бы тоже хотела научиться управлять самолетом… — Надо же, Эвелин подключилась. Или она не шутит?..

— Нет, правда… Я не собираюсь до старости вертеть голой задницей на сцене перед пьяными мужиками. Когда надоест — хочу, чтобы у меня была возможность уйти на другую работу. Особенно если она такая интересная…

— Это она со стороны такая романтичная, я в этом лично убедился. А на деле — что-то вроде шофера-дальнобойщика.

— Алекс, ты ведь иногда летаешь в соседние города с небольшим грузом, почему бы тебе не взять ее с собой? Пусть попробует, как это все на самом деле.

— Я ведь уже летала в Нью-Рино, в Виго, потом сюда… Кое-что знаю о трудностях.

Тут Эва хитро прищурилась. Ну да, туалета, пардон, в моей «Сессне» нет, поэтому длительные перелеты могут быть несколько неудобными, мягко выражаясь.

— Вообще-то, меня учили немного по-другому… Но тогда был сезон дождей, летать все равно не получилось бы. Ладно, если хочешь, как будет рейс в один из ближних городков, могу тебе позвонить. Только с одним условием — чтобы мне не пришлось долго ждать, иногда грузы срочные попадаются.

— Обещаю, все сделаю так, как ты скажешь!

Я посмотрел на Джин, она согласно кивнула.

— Леди-босс дает разрешение, скажи ей спасибо.

Эвелин радостно взвизгнула и ринулась обнимать сначала Джинджер, потом меня.

— Только сначала восстановись, а то мало ли, рука разболится или еще что-нибудь…

— Вот поплаваю в бассейне, и все будет ясно! Тогда я сейчас переоденусь, ты отвезешь меня в «Танцующие звезды», а вечером ждите меня, приеду поплавать.

Они вдвоем пошли в спальню, а я быстро закидал посуду в мойку и вышел на веранду. Там возле дверей привольно развалился Джек, который сразу же решил подставить мне свое пузо для почесывания. Ну разве можно пройти мимо! Вот и я не прошел… Пес блаженствовал, пока не раздались шаги в коридоре, тут он сразу вскочил и навострил уши.

— Это наши дамы идут, не беспокойся.

Он сел рядом, и теперь мы с ним изобразили скульптурную композицию «Я с Мухтаром на границе, враг не пройдет!».

Обе дамы вышли на веранду, и лица у них при этом выглядели если не сияющими, то очень довольными. Эвелин тут же вручила мне сумки с вещами, которые несла.

— Все, теперь едем в «Танцующие звезды», а то босс уже беспокоился. Ему позвонили из Виго, он меня еще вчера ждал. Но когда я сказала, что ночую у вас в гостях, даже обрадовался. Зрители по мне соскучились, каждый день спрашивают…

— Тогда вперед, и пусть в клубе тебя встречают с цветами!

Усадив Эву в «Буцефала», вырулил на улицу. Надо же, «завклуб» какой заботливый! Хотя если учесть, что девушка являлась у него прима-балериной, если можно так выразиться, то его внимание понятно.

Как только я повернул с улицы на служебную стоянку позади «Танцующих звезд», стоявший у дверей охранник начал что-то говорить в микрофон своего «уоки-токи». Ясно, начальник поставил задачу, парень ее выполняет. Ну посмотрим, что будет дальше…

Не успели мы с Эвелин выбраться из джипа, как дверь клуба распахнулась настежь, и наружу буквально вылетел сам хозяин.

— Дорогая Эвелин, мы так соскучились по вам! — И тут же передал ей роскошный букет цветов, который она с достоинством приняла. Ну прямо королевишна, хе-хе!

— Спасибо, я постараюсь радовать вас и дальше, только мне сначала нужно восстановиться…

— Конечно-конечно, но афиши мы сделаем в самое ближайшее время!

(Вот так, «…ты лечись, конечно, но особо не расслабляйся»…)

Я передал охраннику сумки, которые уже достал из багажника, и Эва с группой встречающих торжественно прошествовала в двери, помахав мне на прощание рукой. Ффу-у, передал с рук на руки, теперь можно и домой… На «разбор полетов»…

Странно, но у всех в доме было хорошее настроение. Звери вовсю шныряли по газону перед домом, гоняя в недавно подстриженной траве очередную жертву из отряда местных насекомых, Джинджер и Магда что-то делали на кухне, откуда слышался их веселый смех.

— Все, передал Эвелин под опеку хозяина клуба, пусть теперь они ее охраняют! — доложил я жене.

— Отлично, мы договорились, что она приедет к нам на ужин. А сейчас есть хочешь?

— Вообще-то, уже да.

— Обед будет через час, успеешь помыть руки. Все, мы тебя позовем, иди!

Да, характер у Джинджер как был крутым, так и остался! Хорошо, что не испортился… Или я просто привык, как будто знал ее очень давно?

Как раз успел поработать над рукоятью ножа, нужно было кое-что подровнять, не нравились мне очертания нижней части, ну вот какая-то нелогичность портила весь вид… А вот теперь — нормально, уже не выглядит тяжеловесно, и при этом не слишком «худой», иначе его будет неудобно держать в руке. Нужно бы этот ножик Джинджер показать, пусть в руках покрутит, оценит. О, идея — можно и Магде заодно дать подержать, глянем на ее реакцию. Вдруг она не только пистолетами интересуется.

— Алекс, идите обедать! — позвала меня из коридора Магда.

— Уже иду!..

Прихватив с рабочего стола почти законченный нож, иду на кухню.

— Вот, прошу оценить, как в руке лежит. Специально сделал рукоять чуть поменьше, чем для себя, теперь хочу проверить.

Джин взяла нож и начала задумчиво крутить его в руках.

— Для женской руки делал, что ли? Небольшой…

— Да, ты угадала! Так что давай оценивай, если что — переделаю.

Она еще немного повертела мое произведение в руках, затем протянула Магде. Та с интересом взяла нож. Ага, точно! Судя по некоторым признакам, наша домработница держала в руках не только кухонные инструменты, да! Это стало понятным сразу, как только она попробовала взять рукоятку «фехтовальным» хватом, затем «обратным». Затем как будто спохватилась и протянула нож мне:

— Рукоять удачная получилась, можно держать как угодно. На заказ делали?

— Нет, пока просто тренируюсь. Делать на продажу пока не хочу — уровень не тот.

— А для меня можете еще раз попробовать?

— Хорошо, нарисуйте на бумаге, что примерно хотите получить, после с вами обсудим.

— Тогда я завтра принесу, покажу.

Джинджер в это время с интересом наблюдала за нашим диалогом, и в ее взгляде я заметил понимание. Наверное, она тоже заметила признаки специальной подготовки у Магды, только не подавала вида. Надо же, какие сейчас домработницы встречаются, с такими вместе на рынок идти не страшно, хе-хе!

Остальная часть дня прошла тихо и спокойно, после обеда ковырялся в своей мастерской, слушал эфир, шлифовал рукоять очередного «экспериментального» ножа и прикидывал, как можно украсить его ножны.

На ужин приехала Эвелин, как и обещала. За столом сидели недолго, потом они с Джин ушли в спальню переодеваться. Я подумал-подумал и решил тоже окунуться в бассейн. А то от долгого сидения за столом уже поясница заныла, елы-палы…

Почти до темноты Эва с небольшими перерывами плавала вдоль бассейна, не поддаваясь на провокационные призывы полежать на матрасе и отдохнуть. А когда она все-таки устала, мы с Джин в четыре руки слегка помассировали ей руки и ноги. Судя по улыбке, Эве такая процедура очень даже понравилась. Минут через двадцать дамы ушли переодеваться и сушить волосы, но я решил нырнуть еще разок. Эх, хорошо!

Когда мы проводили Эвелин, Джинджер пошла на кухню, а я поднялся в мансарду, осталось совсем немного работы, рукоять ножа и металлические детали были уже отшлифованы, оставалась только заключительная полировка. Кстати, нужно бы кое-что записать, листок и ручка есть, пока не забыл. Как у меня там было про «Русскую рулетку»?..

Осторожно работая самой мелкой наждачкой, чтобы не испачкать темными металлическими опилками дерево рукояти, я прислушивался к далекой морзянке в эфире и не почувствовал, как по лестнице поднялась Джинджер. Понял, что она стоит рядом, только когда ее руки нежно опустились мне сзади на плечи.

— Чем сейчас занимаешься?

— Вот нож почти закончил делать, сижу, красоту навожу, полирую…

— Для кого-то?

— Пока не решил еще, посмотрим…

— А что у тебя на листке написано? Судя по всему, стихи? О чем?

— Если коротко перевести суть, то я думаю, что не нужно искать приключений себе на… хм… голову, они тебя сами найдут, и мало не покажется.

— Ты еще и поэт? Я подозревала…

Осторожно положив нож на стол, я вытер руки тряпкой и повернулся к ней, глядя снизу вверх.

— Это так, для себя… Ну, может быть, еще кому-нибудь понравится…

— Я думаю, что понравится. Может быть, их еще и споют.

— Думаешь?

— Почему бы нет? Передай текст своим знакомым, пусть оценят.

Встаю, нежно прижимаю ее к себе и зарываюсь лицом в рыжую копну волос. Джин сначала замирает, потом чуть отстраняется, чтобы видеть мои глаза.

— Ты опять меня удивил… Может быть, еще и на скрипке играть умеешь?

— Не знаю, еще не пробовал, — отвечаю ей словами из старого анекдота, мы смеемся, потом она обнимает меня, притягивает так, что перехватывает дыхание, и долго-долго целует.

За окном сумерки уже превратились в ночь, затихло быстрое пиликанье морзянки, а мы все стояли, не в силах отпустить друг друга. Наконец Джинджер сказала:

— Все, пойдем, у нас еще остались кое-какие дела.

Впрочем, дел-то оказалось всего два: выключить свет в спальне и помочь ей раздеться. Наблюдающий врач сказал Джинджер, что нужно строго соблюдать режим дня, вот она и делает теперь все по расписанию. Хорошо, что для меня в этом распорядке тоже остается немного места…

* * *

14 число 06 месяца 24 года, Порто-Франко

Утром я проснулся, когда жены не было в постели. Джинджер, судя по звукам, уже вовсю шуровала на кухне, готовила завтрак. Наверное, опять есть захотела. Понимаю, бывает… Особенно сейчас. Тем более что она иногда сама не знает, чего именно съесть ей хочется больше. Хорошо, пойду узнаю, не нужна ли ей помощь. Одетая в просторный домашний халат, моя прекрасная леди босиком стояла возле плиты и что-то помешивала на сковороде.

— Доброе утро!

— Доброе!.. Завтракать будешь?

— Обязательно. А через час на аэродром поеду, может, груз или пассажир какой подвернется. Летчик должен летать, а не сидеть дома…

— Ты только о нас не забывай… — Джинджер нежно провела пальцами по моей щеке.

— Тебя забудешь, как же.

Она прижала мою руку к своему животу.

— И об этом я тоже помню, красавица моя. К тому же здесь есть еще кое-кто, ждущий моего возвращения.

— Кто?!.

— Да вон они, в углу сидят, — кивнул я на Джека и Ваську, сидевших возле своих мисок.

— А, понятно… — Вздох облегчения и улыбка. — Тебе бутербродов сделать?

— Не нужно, я ведь ненадолго. Если груза не будет, вообще в обед вернусь. А теперь давай поедим, и после я тобой буду любоваться.

— Можешь начинать прямо сейчас.

— А я и не переставал…

Как и планировал, через час выехал на аэродром. Мало ли, вдруг действительно слетать удастся? Хотя пассажиры обычно предпочитают летать в более комфортных условиях, мне чаще достаются мешки с почтой и небольшие посылки.

— Привет! — обрадовался моему появлению диспетчер. Сейчас дежурил молодой парень, который чуть ли не все время интересовался, будут ли новые плакаты. — Ты прямо как знал, есть почтовый рейс до Нойехафена.

— Груз большой?

— Мешок с письмами и пара мешков с посылками. Тебе в самый раз. Ну, и оттуда заберешь, если привезут. Оплата по обычному тарифу.

— Понятно, когда нужно вылетать?

— Да чем скорее, тем лучше.

— Договорились, пусть груз к самолету везут, я пока готовиться начну.

— О’кей, по готовности вызывай меня, все как обычно.

— Ясно, сейчас ученику позвоню…

— В смысле? — удивился он.

— Да это так, о своем. Все, я пошел!

Пока не торопясь шагал к ангару, достал сотовый и нашел в памяти телефона номер Эвелин.

— Алло, я слушаю… — раздался немного заспанный голос после полуминутного вызова.

— Привет! Если все еще хочешь лететь, то у тебя есть минут сорок, чтобы проснуться, собраться и приехать на аэродром. Что брать с собой, знаешь?

— Да!!! — Голос мгновенно стал совершенно бодрым. — Буду обязательно, ты только дождись меня, хорошо?..

— У тебя максимум сорок минут, или будешь ждать следующего раза.

— Все, бегу!.. — и тут же запиликал сигнал отбоя.

Ну-ну, посмотрим, как ты умеешь собираться по тревоге, подружка…

Пока осматривал кабину, подвезли груз. Взвесив, прикинул его общий вес — чуть меньше ста пятидесяти килограмм, нормально. Сейчас еще пассажирку взвесим, если она успеет приехать.

Включив музыку, подкрутил громкость «бумбокса», доставшегося в нагрузку вместе с самолетом от Джима Хокинса, стал протирать стекла приборов в кокпите и подпевать звучавшим мелодиям, изредка поглядывая на часы, время-то идет…

Хочу любимым быть тобой,

Не нужен мне никто другой,

Нужна мне только ты,

Бууп-бууп-би-ду!

Чтоб целовала ты меня,

Не нужен мне никто другой,

Хочу я быть с тобой одной!..

Зачем мне стремиться

К чему-то другому,

Когда я услышал,

Что любишь меня…

Падам-падам-па,

Дуудли-дам-пу!..^[4K25]

Когда песня закончилась, я услышал тихий смех. Выглянув, увидел стоявшую буквально в паре метров Эвелин, которая зажимала рот руками, чтобы не смеяться слишком громко.

— И что тут смешного?.. Привет.

— У вас с Мерилин получился отличный дуэт. Слух определенно есть, но в певцы тебя с таким вокалом не возьмут, репетируй дальше. — Она подошла и поцеловала меня, заметила цепочку от подаренного медальона и улыбнулась. — Однако я могу выполнить желание, о котором ты пел. Когда летим?

— Ты все привезла?

— Да, я вчера расспросила Джинджер, что ты обычно берешь с собой, и собрала себе такой же комплект.

— Смотрю, и оделась соответственно? — На ней была камуфлированная футболка с низким вырезом, просторные «тактические» штаны песчаного цвета и темная кепка-бейсболка с изображением револьвера. Завершали композицию зеркальные очки-«пилоты», засунутые дужкой за вырез футболки. — Тогда вот первое задание: держи тряпку и распылитель, протри лобовое стекло, видишь, запылилось на стоянке.

— Есть, сэр! — Отсалютовав, она взяла у меня «инструменты» и занялась делом. Я тоже занялся делом: стал разглядывать ее, откровенно любуясь. Хорошо, что, кроме нас, здесь никого не было (патрульный «Бивер» улетел около часа назад), иначе бы пришлось продавать билеты на это шоу. А пока я нагло воспользовался ситуацией, разглядывая ее, скажем так, «со стороны спины», и наслаждался зрелищем в гордом одиночестве. Эва это заметила и вовсю мне подыгрывала.

— Ваше приказание выполнено! — это она мне так доложила.

— А теперь давай заканчивать с шутками и займемся реальным делом. — Я забрал у нее тряпку, распылитель, положил их в багажный отсек, а затем вытащил из кармана пилотского сиденья карточку предполетного осмотра с привязанным к ней маркером. — Сейчас я тебе покажу, как производится предполетная подготовка. Смотри внимательно, только не мешай, все вопросы задашь потом. Ясно?

— Да. — Скрестив руки на груди, она приготовилась наблюдать.

Ну что, погнали по списку…

Закончив привычную процедуру, я посмотрел на Эву, она кивнула:

— Примерно поняла, что дальше?

— А дальше тащи в кабину свои вещи, и вылетаем. Кстати, что нам еще нужно сделать перед вылетом? Правильно…

Уложив ее сумку на пол возле заднего сиденья, показываю ей на правое место:

— Устраивайся.

Она грациозно забралась в кабину и стала подгонять наушники по своему размеру, чтобы не давили. Надо же, запомнила!

— Смотри, начинаю подготовку к запуску двигателя…

После запуска гоняю мотор в разных режимах, проверяя его работу — все в норме.

— Вышка, я «Редлайн», разрешите взлет!

— «Редлайн», я Вышка, что так долго запускался? У тебя все нормально?

— Вышка, я «Редлайн», отрабатывал с курсантом процедуру подготовки.

— «Редлайн», я Вышка, а кто у тебя курсант?

— Вышка, я «Редлайн», говорит курсант Стар, разрешите взлет! — вклинилась в разговор Эвелин своим звонким голоском.

Пауза длилась секунд десять…

— «Редлайн», я Вышка, вылет разрешаю, взлет курсом девяносто, ветер восемьдесят, скорость пять узлов, давление тысяча пять миллибар.

— Вышка, я «Редлайн», метео принял…

Рулю в начало полосы, объясняя ученице последовательность действий. В принципе, она все это видела и раньше, когда летала со мной в качестве пассажира, так что ей почти все знакомо. Уже в воздухе, после разворота на курс к Нойехафену, нас вызывает диспетчер:

— «Редлайн», я Вышка, счастливого пути!

Киваю Эве, она отвечает:

— Вышка, я «Редлайн», спасибо, до встречи!

А дальше… Дальше можно было воспользоваться собственным опытом, полученным во время обучения у Хокинса, что я и сделал. После набора нужной высоты показал ей, как держать самолет на прямой, и с небольшой подстраховкой дал порулить. «Сессна» сначала рыскала, но через некоторое время полетела более-менее ровно, ученица попалась толковая.

— Молодец, курсант! А теперь давай включим автопилот, смотри, как это делается…

— Я еще хочу поуправлять!

— Подожди, дойдем до поворотной точки, будем дальше учиться, а сейчас запоминай, что нужно контролировать…

Ее глаза нужно было видеть, жалко, что не догадался взять фотоаппарат. Хотя после приземления можно попробовать сделать фото на камеру мобильника, что ли, пусть останется на память. И мне, и ей…

Как обычно говорится в сказках, долго ли, коротко ли, но мы долетели до конечного пункта маршрута. Еще на подлете, когда я связался с местным диспетчером, попросил вызвать представителя местной почтовой службы для получения корреспонденции. Неторопливый немец прибыл через час после того, как мы выбрались из «Сессны» на стоянке для транзитных аэропланов. Зато к тому времени самолет уже был полностью заправлен для обратного вылета, и мы с Эвелин ждали, когда можно будет пойти пообедать в местном ресторанчике.

Обмен почтой прошел как всегда, мужик-почтарь оказался знакомым, сегодня он был порядком измучен жарой и поэтому не обратил особого внимания на мою ученицу. Ну сидит какая-то девица в темных очках на пол-лица рядом на скамейке, да и что с того? Главное, чтобы пломбы на мешках были целыми…

После легкого перекуса мы отдыхали в беседке, и я спросил:

— Не жалеешь, что пропустила свою утреннюю тренировку?

— Совем нет, мне ведь еще нельзя заниматься в полную силу. А вечером я поплаваю у вас в бассейне, этого вполне хватит на сегодня.

— Ты все предусмотрела, да?

— Не все, но многое. У меня нормально получается?

— Да, для первого раза вполне… Но кроме этого тебе придется еще многому научиться. У меня где-то лежат записи, потом вместе посмотрим. Что, курсант, готовы отправиться в полет?

— Да, сэр!

— Тогда вперед, в кабину!..

На этот раз я отклонился от привычного маршрута вглубь материка, и берег остался на горизонте в виде размытой дымкой полоски. До Порто-Франко оставалась примерно сотня километров, когда Эвелин окликнула меня по внутренней связи:

— Алекс, вижу что-то справа внизу, может быть, сигналят нам?

— Где?

— Справа, на три часа, из зарослей ракету сигнальную выпустили… Погасла…

(Молодец, сразу запомнила, как указывать направление!)

— Внимание, разворачиваюсь назад, смотри внимательно, я пока сканер включу. По рации нас вроде никто не вызывал?

— Я не слышала…

— Сейчас выясним, может, у них вообще радиостанция не работает.

Развернувшись, почти сразу замечаю медленно тающий в горячем воздухе дымный след, тянущийся откуда-то из густых кустов. И в этот же момент сканер наконец-то ловит вызов на шестом канале (вместо общепринятого пятого, странно), на который я сразу же отвечаю.

— …лет, вызывает Охотник! Самолет, вас вызывает Охотник!

— Слушаю тебя, Охотник, что случилось?

— Машина повреждена, двигаться не можем. К машине приближаются свиньи, готовятся напасть. Просим вызвать помощь, наземную группу. Как принято?

— Вас понял, двигаться не можете, нуждаетесь в помощи. Вблизи вас транспорта не наблюдаю, сейчас проверю обстановку. Сколько вас там?

— Трое, один ранен.

Так, в голосе паники не чувствуется, интересно, кто там внизу на связи? Явно не из военных и других «профессионалов» — у них манера ведения переговоров по радио совсем другая.

Смотрим вниз, что видим? Группа местных хищных свиней, в количестве пяти штук… Один самый крупный — наверное, глава этой шоблы, стоит в стороне, на небольшом бугорке метрах в тридцати от зарослей, и смотрит вниз, на машину. Ага, небольшой грузовичок, раскрашенный пятнами под местную растительность, из люка в крыше фургона высунулась рука с белой тряпкой, машет…

— Охотник, ваш сигнал вижу, не дергайтесь. Фургон у вас крепкий?

— До уровня окон по бокам навешены дополнительные листы, против пуль, а что?

— Тогда сядьте на пол и не высовывайтесь. Я тут пошумлю немного…

Ставлю «Сессну» в очень широкий вираж, предварительно набрав еще пару сотен метров высоты, и обращаюсь к Эвелин:

— Эва, осторожно перебирайся назад, и достанешь из моей сумки то, что я тебе скажу.

Она кивает, отстегивает привязные ремни и просачивается в заднюю часть кокпита между сиденьями. Подняв сумку с пола на сиденье, надевает гарнитуру с микрофоном и спрашивает:

— Что тебе отсюда нужно?

— Доставай гранатный подсумок… Да, вот этот. Теперь красную небольшую коробку… И там рядом, в тряпку завернуты, два стакана. Только аккуратно, не разбей! Теперь перелазь назад, только сначала передай это все мне.

Ну вот, девушка забралась на свое место, продолжаем разговор:

— Теперь пристегивайся, сейчас будет немного экстрима!

(Ну, правда, не так уж и много… Но пусть ремни затянет потуже на всякий случай.)

А сейчас попробую сделать то, о чем слышал когда-то от «афганцев».

— Эва, помнишь, что я тебе показывал? Сейчас отрегулирую управление, и будешь держать так же, я подстрахую, только не дергайся!

— Поняла…

— Держи штурвал, мне тут нужно кое-что сделать.

Осторожно вкручиваю запалы в гранаты и вкладываю РГД-шки в стаканы, проверяю, как держатся кольца — все нормально, сами не выскочат.

— Охотник, вы как там, готовы?

— К чему?

— Сейчас будет немного шумно, головы держите пониже!

Так, где там эти местные хищники?.. Вижу-вижу, сами не хотите отсюда убраться, мы сейчас вам на это намекнем, очень тонко и ненавязчиво…

— Эва, сейчас снизимся, я брошу вниз гранату. Главное, ты в этот момент держи самолет как можно ровнее, не дергай.

— Хорошо. — Она немного побледнела, но руки не дрожат, это хорошо.

Ну что, захожу на боевой курс, приоткрываю окно, небольшой крен влево…

— Держи штурвал!

Молодец девчонка, все нормально… Вытягиваю кольцо из гранаты и бросаю ее вниз, незадолго до того, как мы пролетаем над головой у вожака. Тут же хватаюсь за управление, Эва с заметным облегчением отпускает «рога». Ну да, высота небольшая, есть от чего волноваться. Разворачиваю на обратный курс, нужно посмотреть, что там творится на земле, разрыва гранаты за шумом двигателя не было слышно. Ну вот, вполне удалось отвлечь стаю от машины — вожак ковыляет в нашу сторону, обиделся, что ли? Его сопровождение семенит чуть позади. Ну ладно, если вам мало, сейчас добавим!..

— Давай рули!

Повторяю процедуру. Похоже, на этот раз вожак сам набежал на разрыв, потому что захромал еще сильнее и явно утратил интерес к застрявшей машине. Куда он там плетется? Понятно, решил свалить, и побыстрее. «Не можешь достать врага — убегай от него». Когда стая скрывается в зарослях, разворачиваюсь к машине.

— Охотник, как там дела?

— Нормально… Только своими гранатами краску нам поцарапал.

— Там далеко было, вряд ли что долетело. А если и так — пришли мне счет.

— Куда ушла стая?

— Теперь им не до вас, но все равно, сидите и не высовывайтесь. Как называется точка, где вы засели?

— «Третий ручей», на карте отметка сто двадцать пять.

— Принял. Я следую дальше по курсу, как увижу наземный транспорт, свяжусь с ними.

— Ждем с нетерпением…

Энергично заложив разворот, спрашиваю Эвелин:

— Ну как тебе приключение?

— Супер!.. — Ее глаза возбужденно блестели. — И часто у тебя такое?

— Такое — в первый раз. Обычно все спокойно проходит.

— А почему они никого сами не смогли вызвать по радио?

— Мы сейчас летим в стороне от маршрута, западнее. Дорога, по которой все обычно ездят, проложена вдоль берега, там же самолет патрульный летает, и патрули возле города дорогу проверяют. Видимо, они в низине встали, вот их радиостанция и не могла никого на трассе достать. А я решил в этот раз в стороне пролететь…

— Почему?

— Не знаю, просто вдоль берега я уже все камни по столько раз видел… Захотелось, и все.

Эва внимательно посмотрела на меня, но ничего не сказала.

— Так, курсант, смотри на своей стороне, я тоже буду наблюдать. Как увидим машину, попробуем вызвать, специально сейчас над дорогой полетим. Им помощь нужна, он там что-то про раненого говорил…

Периодически делаю вызовы по радио на общей частоте, но пока никто не ответил, диспетчер тоже молчит. Вот ведь угораздило этих охотничков застрять в зоне радиомолчания!

— Мобильный патруль, вас вызывает «Редлайн»… Мобильный патруль, вас вызывает «Редлайн»…

— «Редлайн», я Патруль-четыре, слушаю вас.

Ну наконец-то!..

— Патруль-четыре, я «Редлайн». На отметке сто двадцать пять, «Третий ручей», охотники нуждаются в помощи, машина не на ходу. Возможно нападение хищников, просят оказать поддержку. Как поняли, прием!

— «Редлайн», я Патруль-четыре, принял информацию: на отметке сто двадцать пять, «Третий ручей», нужна помощь. Сколько их там, прием.

— Передали, что трое, один ранен, связь с ними по шестому каналу, прием.

— «Редлайн», я Патруль-четыре, следую на отметку «Третий ручей», с городом свяжусь сам, «Охотник» на шестом канале, прием.

— Патруль-четыре, я «Редлайн», ясно, на подлете свяжусь с диспетчером, сообщу ему, что вы туда выехали, прием.

— «Редлайн», я Патруль-четыре, принял, конец связи.

— Патруль-четыре, я «Редлайн», конец связи.

Поворачиваюсь к ученице, она смотрит на меня примерно так, как фанатка популярного рок-певца на своего кумира:

— А можно будет об этом Джинджер рассказать, ну пожалуйста…

— Только кратко — увидели сигнал, проверили, связались с охотниками, вызвали помощь. Больше ничего не нужно. А если проболтаешься о том, как мы тут гранаты кидали — придушу, как Отелло свою несчастную Дездемону!..

Эва смотрит на меня и не может понять — шучу я или нет.

— Ты же знаешь, что ей сейчас волноваться нельзя. Вот и не болтай при ней лишнего, договорились? Пусть это останется нашей маленькой тайной.

— Хорошо, только…

— Что?

— Ладно, на аэродроме скажу, когда приземлимся.

— Мне теперь нужно с диспетчером поговорить, «Контроль» нас уже должен слышать…

Через полчаса «Сессна» уже катилась по бетону полосы в сторону родного ангара, Эвелин заметно расслабилась.

— Ну что, красавица, устала?

— Да, столько всего за сегодня произошло… Но к вам я все равно приеду! Джин сказала, что будет ждать.

— Приезжай, я не против. Подожди, сейчас зарулю.

На стоянке Эвелин выпорхнула из самолета и тут же потащила свою сумку к машине, сказав только: «Я не прощаюсь!..» Наверное, передумала разговоры разговаривать. Ну и ладно, у меня еще дела есть, вот и механики подошли…

Вечером у нас дома Эва стала центром внимания, нужно было видеть, с каким азартом она описывала свои впечатления от первого полета не в качестве пассажира. А после ужина — снова в бассейн, и снова она плавала от одного края бассейна до другого. Хотя ее тренировка сегодня закончилась раньше, все-таки день был непростой. Но вот за упорство я ее и уважаю!

* * *

19 число 06 месяца 24 года, Порто-Франко

Сегодня день получился нелетный — ни грузов, ни пассажиров, поэтому уже к обеду я вернулся домой. Там, на столе в мастерской, меня ждали куски кожи и разная фурнитура — пришло время осваивать шитье ножен. Чем я и занялся…

Вечером неожиданно раздался сигнал звонка, кнопка от которого была рядом с входной дверью.

— Ты кого-нибудь ждешь? — спросила меня Джин.

— Нет, сейчас пойду, посмотрю, кто там пожаловал.

На всякий случай сунув пистолет сзади за пояс, я подошел к двери. А, понятно…

— Здесь проживает миссис Гордон? — спросил меня парень в кепке с изображением почтового рожка.

— Да, здесь.

— У меня для нее телеграмма.

— Если можно, давайте я ей передам, она ведь не секретная?

— Да, только распишитесь вот здесь… Спасибо! — Он тут же вскочил на свой велосипед и умчался, энергично крутя педали.

— Джин, тебе телеграмму принесли.

— От кого, интересно? Сейчас посмотрим… А, это от Хокинса!

— «Джинджер, надеюсь, у вас все хорошо. Передай Алексу, что может прилетать 20 числа, буду ждать его в мотеле «Дикие пальмы». Если не сможет прилететь — пусть сообщит телеграммой, буду добираться сам. Хокинс».

— Наконец-то, а то я уже думал, что его там до конца года лечить решили…

— Полетишь?

— Конечно, может, еще и пассажиров прихвачу, или попутный груз найдется. Дел-то на день, если рано утром вылетать. Ну или на два, если на следующий день возвращаться.

— Лучше, если вернешься в тот же день…

— Да я и сам так думаю. Но если вдруг подвернется какой-нибудь груз оттуда — прихвачу, у меня ведь бензин не бесплатный.

Остаток вечера я проверял свою «аварийную» сумку, чистил оружие, а потом сидел вместе с Джинджер в гостиной и слушал музыку. Среди прочего там был и «Альбом баллад» от Nazareth, кстати…

* * *

20 число 06 месяца 24 года, Виго — Порто-Франко

Перелет до Виго особо описывать не буду — ничего нового не произошло. Маршрут уже привычный, трасса почти прямая, во время полета в основном трудился автопилот. Болтать было не с кем, поэтому я снова был «один в бескрайнем небе». На аэродроме в Виго подрядил местного водителя, чтобы съездить до мотеля и обратно, привезти Джима.

Когда я постучал в дверь его номера и вошел, то Хокинс чуть не задушил меня в объятиях.

— Привет! Да полегче, гризли ты наш…

— Если б ты знал, как я рад тебя видеть!

— Надеюсь, в хорошем смысле?

— Нет, серьезно, как здорово, что ты так быстро прилетел…

— Надоело здесь? Тогда собирайся и пошли, машина ждет.

— Не то слово — «надоело»… Они ведь меня потом в другое место перевели, что-то вроде дачи на берегу. Каждый день процедуры, одно развлечение — рыбалка, да и то уже надоедать стала, сколько можно…

— Вылечили полностью?

— Да, все работает лучше прежнего… И не только рука. — Тут он хитро прищурился. Да ладно, Джим нормальный мужик, может, еще найдет себе спутницу жизни.

— Ну все, ты готов?

— Сейчас, вещи в сумку закину, и поедем.

Уже через час мы с ним вылетели в Порто-Франко. Нужно было видеть, как Джим обрадовался возможности снова посидеть за штурвалом! Так что на долю автопилота работы почти не осталось, впрочем, он железный, не обидится. А наговорились мы с Хокинсом… Его интересовало буквально все, и мне приходилось на ходу «фильтровать» и решать — что ему можно рассказывать, а о чем лучше пока промолчать.

— …И еще случай был — один из врачей срочно ушел в отпуск, нервы лечить. Медсестры сплетничали, что он решил проявить интерес не к той девчонке. Она его предупреждала, чтобы не лез, не поверил. Так чуть без самого дорогого не остался, представь себе?..

(Представляю и даже знаю, про кого он сейчас рассказывает, хе-хе!..)

— …Интересно было бы посмотреть на нее, честное слово!..

— Вполне возможно, что и посмотришь, когда она выступать в «Танцующих звездах» будет.

— Шикарное место, туда всегда попасть было не очень просто… А ты-то откуда знаешь? Это местные новости, персонал между собой трепался, я совершенно случайно услышал.

— Я в тот момент сюда прилетал, по вызову, заодно хотел тебя увидеть. Но мне ответили, что такой информации не дают, вот мы и не встретились. А про врача тоже слышал. Но мне его почему-то совсем не жалко…

— Мне тоже. А на девчонку интересно будет посмотреть.

— Насмотришься еще, гарантирую. Тебе помочь билет туда купить?

— Не надо, сам справлюсь как-нибудь…

Так, неторопливо беседуя, мы и провели весь полет. Джим действительно чувствовал себя совершенно здоровым, уверенно держа штурвал «Сессны». Но на посадку я все-таки буду заводить самолет сам.

— Вышка, это «Редлайн», на посадочном.

— «Редлайн», это Вышка, посадку разрешаю, полоса свободна.

Плавно опускаю «Сессну» чуть позади знаков на полосе, практически без толчка, сидящий рядом Джим одобрительно кивает.

— Вышка, это «Редлайн», посадку произвел, разрешите руление на стоянку.

— «Редлайн», это Вышка, руление разрешаю, вас ждут.

Кто это там такой нетерпеливый? Кажется, я знаю…

Ну точно, возле ангара стоит красный «Гелендваген», из его открытой двери с водительской стороны высовываются стройные ножки, на одной из них покачивается туфелька. Сами догадаетесь или подсказать?

Джин осторожно выбирается из машины и машет рукой, я просовываю руку в открытую форточку и машу в ответ.

— Тебя встречают, — констатирует Джим очевидный факт.

— И это замечательно! — отвечаю ему. — Жены ведь встречают моряков из похода, а мы чем хуже?

Заглушив двигатель, потягиваюсь, разминая спину, Джим уже вытаскивает свой скромный багаж.

Подхожу к Джин, одетой во что-то яркое, тонкое и балахонистое по случаю жаркой погоды, она целует меня в щеку, здоровается с Хокинсом.

— Привет, давно не виделись! Как там врачи, совсем замучили, наверное?

— Здравствуй, Джин! Устал отдыхать, если честно. Зато рука восстановилась, и другая тоже нормально работает. Ну что, в техники возьмете?

— Конечно! Еще и сам полетаешь, когда только захочешь!

— Джин, ты замечательно выглядишь, честное слово! — по-отечески смотрит на нее Хокинс.

Ну да, несмотря на свободное одеяние, изменения в очертаниях фигуры уже весьма заметны.

— Я знаю, — скромно улыбается Джин.

— Рад за вас обоих, правда. Вы отличная пара…

Они садятся в «Гелендваген» и едут в сторону ворот, я на своем «Буцефале» пристраиваюсь им в хвост, включаю музыку. Не особенно торопясь, подкатываем к городу, сначала нужно отвезти Джима к нему домой.

Высадив Хокинса, держим путь дальше. Нужно заехать еще кое-куда…

Возле стоянки Джин вдруг говорит мне:

— А давай сейчас на берег съездим, ненадолго!

— Как скажешь, Огонек…

Поднявшись по извилистой дороге на небольшой холм возле берега, останавливаемся и выходим из машин. Джинджер надела белую шляпу с широкими полями и теперь придерживает ее рукой, иногда налетают порывы свежего ветерка. Ее балахон временами то вздувается, то опадает, подобно ветроуказателю на аэродроме. Встаю рядом, она прижимается ко мне.

— Прямо как во сне…

— Что? — спрашивает Джин.

— Да так, у меня дежа вю.

— Это нормально, ты смотри, как тут красиво!

Вдоволь полюбовавшись морем и судами среди волн, идем к подножию холма.

— Ты не устала, может, отдохнешь немного?

— Ничего, мне полезно прогуляться… Разве только пойдем чуть помедленнее…

Магда наконец-то показала мне рисунок ножа, который хотела получить. М-да, нехилых размеров кинжал, рядом она специально нарисовала условную «линейку».

— Вам точно хочется именно такой?

— Да, а что, есть проблемы?

— Таких готовых клинков я здесь не встречал, нужно будет договариваться и как-то самому ковать в мастерской. Я в одном автосервисе горн видел, попробую у них спросить. Только сразу хочу предупредить — сталь будет обычная, «рессорная», нержавеющей ножевой я пока достать не смог. Придется ухаживать, протирать маслом и все такое…

— Это неважно, вы только сделайте, а потом уже разберемся.

— Ну попробую, только не быстро, сами понимаете. Рукоять из какого дерева нужна?

— Чем темнее, тем лучше, от красного до черного.

— Заказ принял, будем думать…

Мы с ней посмеялись, она пообещала напечь пирожков с ягодами, и я пошел в свою мастерскую, рисовать более точные чертежи.

Этим вечером ужин прошел весьма оживленно. Джим Хокинс познакомился с Магдой, и они вовсю болтали на самые разные темы. Оказывается, он неоднократно бывал в Германии на авиабазе в Рамштайне и хорошо знал немецкие реалии, так что им обоим нашлось о чем поговорить. Эвелин сегодня не было, она все-таки решила начать свои гимнастические тренировки чуть раньше. Ладно, лишь бы не перестаралась. Хотя она девушка умная, сама должна все понимать.

Надо же, а наша домработница уже вовсю кокетничает со старым воздушным волком! Я вижу, что они понравились друг другу — Хокинс заметно повеселел, еще ни разу не видел его в таком хорошем настроении. Интересно, что у них будет дальше.

После ужина Джим и Магда уехали одновременно, подозреваю, что остаток вечера они проведут вместе. Да ладно, пусть им обоим повезет…

* * *

24 число 06 месяца 24 года, Порто-Франко

Утро началось как обычно, с завтрака, приготовленного Джинджер. И меньше чем через час с сумкой через плечо уже выходил с веранды, когда в дверях путь мне преградил Джек. Он просто сел в проходе, причем так, что не обойти, и явно не собирался двигаться с места. Кота рядом не было — он любил встречать меня, а не провожать.

— Джек, ты что?

Пес смотрел на меня, вывалив язык, и не реагировал.

— Пропусти, мне идти нужно, в Виго человек ждет, который потом к тебе в гости будет ходить, она тебе понравится…

Джек неожиданно громко заскулил и поднял морду вверх, явно собираясь лаять или завыть.

— Псина, ты чего удумал?!. Нашу Джин перепугаешь, а ей волноваться нельзя, ты ведь в курсе?..

Пытаюсь шутить, а у самого почему-то комок к горлу подступает. Да что такое происходит, вообще?..

Глажу Джека по голове и замечаю в его глазах слезы.

— Что с тобой, болит что-нибудь? Нет?.. Тогда дай мне пройти, пожалуйста… Обещаю, что буду осторожен.

Неожиданно я услышал позади голос Джинджер:

— Что, Джек тебя не выпускает?

— Да, не понимаю, в чем дело…

— Вот в чем, возьми это и обещай, что будешь носить все время.

Повернувшись, я увидел в ее руках бронежилет для скрытого ношения.

— Милая, но в самолете он мне точно вряд ли понадобится!

— Хорошо, тогда носи его, когда будешь ходить на земле, обещай!

— Как скажешь, дорогая, но можно я его потом надену?

— Положи его в сумку, чтобы Джек увидел.

Ну если вы так хотите… Укладываю броник в полупустую сумку, отчего она сразу прибавляет в объеме. Наблюдавший за этим процессом Джек с видимой неохотой встает и отходит в сторону. Жалко, что ты говорить не умеешь…

Джинджер обнимает меня и целует:

— Вот теперь можешь ехать!

— Вы что с ним, сговорились, что ли?

— Я ему доверяю…

Ласково глажу ее по голове и выхожу во двор, уже собираюсь садиться в кабину «Буцефала», как вдруг Джек аккуратно вцепляется мне сзади в штанину, не давая сделать очередной шаг.

— Ты что, еще о чем-то хочешь меня предупредить?..

Нагибаюсь к нему и глажу пса по голове, он разжимает зубы и утыкается своим холодным носом мне в руку.

— Я обещаю тебе, что обязательно вернусь!

Джек с надеждой смотрит мне в глаза, отходит на пару метров в сторону и садится в тени навеса.

Завожу двигатель и через минуту выезжаю между кустов на улицу. В зеркале заднего вида отражается Джек и присоединившийся к нему кот. Эта картинка стоит перед глазами почти всю дорогу до аэродрома…

Эвелин вовсю тренируется у себя в клубе, готовясь к возвращению на сцену, поэтому сейчас летаю в одиночку. Сегодня у меня — уже привычный почтовый рейс, заработок небольшой, но почти регулярный. А в этом деле главное — количество налетанных часов, ближние рейсы для приобретения опыта вполне подходят.

Взлет-посадка, взлет-посадка… После обеда я уже вернулся в Порто-Франко, сегодня летал строго по кратчайшему пути, почти все время вдоль дороги. Никто не терпел бедствия в море, не поломал машины у берега, не взывал из кустов о помощи — все было тихо и спокойно. Я вспоминал о бронежилете и улыбался: паранойя — это одна из форм проявления бдительности… Но в воздухе моя «Сессна» — единственный самолет, с земли никто не стрелял. Похоже, так и буду возить этот броник в сумке туда-сюда, хе-хе!

Когда уже запирал дверь кабины, меня позвал один из механиков:

— Тебя тут искали!

— Кто, интересно?

— Мужик какой-то, раньше его на аэродроме не видел. Спрашивал, где «Редлайн» можно найти. Ему сказали, что ты в рейсе, он просил тебе передать, что будет ждать до вечера в «Триммере».

— Да я вроде никого не жду и не ищу… А что хотел-то?

— Спасибо тебе сказать и «проставиться», если дословно.

— Надо же… Ладно, заеду в бар, посмотрю, что там за благодарный мужик нашелся…

Влез на сиденье «Буцефала» и задумался. Предчувствий никаких не было, «чуйка» глухо молчала, от этого мужика опасности нет. Или я просто ничего не замечаю? Что-то должно быть, но понять, в чем дело, не могу. Так, меня никто не видит?.. Посмеиваясь, снимаю куртку, рубашку и надеваю броник. Он для скрытого ношения, гибкий и довольно легкий. Ну если только «волею давшей мне его жены…», обещал ведь. Буду надеяться, что никто этого не заметит, а то смеху будет на все Порто-Франко. Надо же, в бронике в кабак припереться! Нет, все вроде на месте, не выпирает… Благо «пивного живота» нет. Ну что, поехали знакомиться?

На стоянке возле «Триммера» я увидел смутно знакомый грузовик с камуфлированным фургоном. Неужели неведомый «Охотник» приехал поболтать? Поставив «Буцефала» рядом с ним, я вошел в бар.

Народу там сидело не очень много, все знакомые, кроме… У барной стойки Нинон вовсю болтала с одним из троих мужиков непонятного вида, сидевших на высоких табуретах. Увидев меня, барменша расплылась в улыбке и что-то сказала, все трое одновременно повернули головы в сторону входа. Сидевший в середине, видимо, старший из них, встал и пошел ко мне. Ну вот, началось!..

— Добрый день! Это ты летаешь на «Редлайне»?

— Добрый! Я, а что случилось?

— Ты и случился, на удачу! Пойдем, вместе посидим, поболтаем…

Он махнул рукой своим парням, показывая на столик в углу, куда они сразу же и направились. Один из них весьма конкретно хромал на правую ногу.

— Тебя ведь Алекс зовут, нам барменша сказала?

— Да.

— Будем знакомы — я Саймон, это Сэм и Слай.

— Вы что, братья?

Чем-то неуловимо похожие друг на друга мужики переглянулись и привычно засмеялись.

— Нет, все так думают, но мы даже не родственники.

Старший продолжил:

— Мы тогда в саванне застряли конкретно, Сэм ногу повредил. Это потом разобрались, что ранение поверхностное, ну и вывих до кучи. В общем, ничего страшного, но тогда разбираться некогда было, сам понимаешь. Да еще свиньи эти со всех сторон обложили, нельзя было вылезти, чтобы машину осмотреть.

— А что не стреляли?

— Всех перебить бы не получилось, разве что еще сильнее обозлить, а они потом машину бы разнесли по железкам. Знаешь, наверное, как это бывало. Мы ведь ехать не могли.

— Рассказывали как-то знакомые охотники. Даже представлять не хочу…

— Тогда поймешь, о чем мы тогда думали. Потом слышим — вроде самолет летит, ракету выпустили, по радио стали вызывать.

— Кстати, а почему звали на шестом канале, общий вызывной ведь пятый?

— Веришь, нет — глупо получилось. На индикаторе каналов носимой радиостанции одну цифру на шкале неправильно показывало, вроде светилось «пять», а на самом деле канал шестой… Испортилось в ней табло, а разобрались только здесь, когда в мастерскую принесли. А в мощной автомобильной что-то от удара свиньи в машину расконтачилось, вообще потухла…

— Почему не верю? Всякое бывает.

Так, не торопясь, мы и болтали, потягивая пиво. А что, нормальные мужики. Правда, они так и не сказали, что делали в том районе, но я и не спрашивал. Мало ли… Тем более если их оттуда вытаскивал Патруль, значит, они нормальные. Может, эти, как их… «Охотники за головами»? Не, тут любопытство будет лишним, пожалуй…

Вдруг спине стало холодно, как будто неизвестный снайпер решил положить на меня «галку» своего оптического прицела. Стараясь не подавать вида, медленно поворачиваю голову, осматриваю помещение бара. Лица все те же, рабочий день только-только закончился, может, и прибавилось один-два человека… Или три?..

Весело болтавший с Нинон посетитель заметил, что я смотрю в его сторону, и быстро отвернулся к барменше. А что это она такая радостная? Ба, да это же… Жако собственной персоной! Почему я его сразу не узнал? Понятно, он отпустил бородку погуще, и волосы у него сейчас гораздо длиннее. И что мне делать? Эх, поспрошать бы его где-нибудь в теплом месте… Но официально ему никто ничего не предъявлял, плакатов с его мордой на столбах не развешивали. Я могу разве что позвонить Борису и сообщить, что фигурант в городе, но для этого мне нужно выйти из бара. А резко срываться из-за стола — не катит, подозрительно, он сразу и свалит, ищи его потом.

— …Летаешь-то давно?

Блин, со мной разговаривают, а я что-то отключился от беседы…

— Нет, с этой весны. А в этом полете со мной ученица была, помогла немного.

— Кто такая? Она здесь бывает?

— Здесь — нет, но могу сказать, где вы могли на нее полюбоваться.

— Ну и где?

— В «Танцующих звездах», она там выступала.

— Подожди-подожди… А как ее зовут?

— Эва Стар, а что?..

— Ты серьезно?

— Не веришь, не надо. Можешь на вышку зайти, у диспетчера спросить.

— Понял, спасибо… А когда представление будет?

— Об этом лучше в клубе спрашивать. Она еще после ранения восстанавливается.

— А что с ней случилось? Когда?

— Во время гастролей, в Нью-Рино. Вроде как хотели похитить, дело темное. Ее ранили, вылечилась, скоро уже снова выступать будет. Пока в норму приходит — захотела поучиться управлению самолетом.

— Вот ведь как бывает…

Мы посидели еще минут пятнадцать, и я решил откланяться.

— Ладно, приятно было познакомиться, меня дома жена ждет, не хочу ее огорчать. Если что — я сюда почти каждое утро приезжаю, ну или через диспетчера можете что передать.

Пожав всем троим руки, выхожу из бара. Снаружи никого нет, возле машин никто не отирается. Так, когда лучше отзвониться Борису? Наверное, из джипа, лучше на ходу, тогда вряд ли кто подслушает разговор. Подхожу к «Буцефалу», и тут же от стоящей рядом машины охотников отделяется невысокая тень, в руке что-то зажато…

— Ну когда же ты наконец сдохнешь? — тихо шипит голос Жако, его рука подымается…

— …Парни, берите его! — приказываю я уверенным громким голосом, от неожиданности он вздрагивает и оглядывается на долю секунды…

…Прыгаю в сторону, одновременно вытаскивая «Глок», стрелять мы начинаем одновременно…

…Моя короткая очередь проходит по нему снизу вверх, но в левый бок словно бьют молотом и сразу обжигают раскаленным паяльником…

…Жако лежит на спине, задрав бородку к темнеющему небу, я встаю, меня почему-то сильно качает из стороны в сторону, пинком отбрасываю от его руки пистолет со странно длинным стволом…

…Касаюсь левой рукой места, где внизу кончается бронежилет, рука становится мокрой, внутренний голос пытается пискнуть «Коротка кольчу…», и тут вставшая на дыбы земля с размаху бьет меня по лицу…

Открыв глаза, вижу белый потолок, кое-как поворачиваю голову — вроде бы похоже на больничную палату. Свет режет как ножом, приходится закрыть лицо рукой, все равно смотреть не на что. Сквозь звенящий шум в ушах пробиваются голоса, пытаюсь разобрать слова, но получается с трудом. Наверное, разговаривают в коридоре, возле дверей…

— Доктор, что с ним?

— А вы ему кто?

— …Он для меня самый близкий человек! — Женский голос отвечает с непонятным вызовом, следует небольшая пауза.

— Если так, то могу вам сказать следующее: ранение не тяжелое, но он у вас совсем не молодой парень. Видимо, в результате болевого шока он потерял сознание и ударился головой. Есть или нет сотрясение мозга — мы сможем выяснить тогда, когда он придет в себя. Так что учтите, вам придется поберечь его здоровье… Хотя бы некоторое время.

— Вы это на что намекаете, доктор? — Женский голос аж зазвенел от злости.

— Постарайтесь не создавать для него стрессов в ближайшее время, а вы что подумали?

— Извините, пожалуйста… Я очень испугалась за него… — Сказано извиняющимся тоном.

— Понимаю вас, бывает.

— Можно я посижу рядом с ним?

— Да, конечно, только тихо.

Интересно, кто там такой заботливый? Но тут все снова исчезает в темноте…

Следующее пробуждение было гораздо более приятным. На улице вечер давным-давно закончился, и небо потемнело, перейдя от сумерек к ночи. Укрывшись белым халатом, в кресле рядом сидела Эвелин. Она задремала, наверное, когда читала — на ее коленях лежала раскрытая примерно посередине книга. Я пошевелился, и девушка тут же чутко встрепенулась и стала тереть глаза:

— Эва, ты так интересно выглядишь в белом халате! Хотя в купальнике ты куда лучше…

— Мне сказали, что стрессы для тебя сейчас вредны, подожди, пока не выздоровеешь. Потом покажу и купальник, и все остальное…

Она шутит, но на ресницах блестят слезы.

— Как там дела у Джинджер, она в порядке?

— С ней осталась Магда, сначала напоили ее успокоительным, потом с врачом по телефону переговорили, так что сейчас в норме. Она у нас очень сильная… Ну ты и сам это знаешь. Завтра утром сюда приедет.