Одиночка

— И еще… Они сказали, что большие проблемы с рацией, так что не удивляйся, если начнут сигналить руками.

— Вот же… мать их… и откуда только такие берутся?.. — Наверное, по объявлению в газете устроились… работнички…

— Все, отметил? Тогда запускайся по готовности.

— Хорошо. — Ну вот еще он меня тут торопить будет! Спешка нужна при ловле блох и диарее, это все хорошо знают.

— На локаторе никого нет, и никто не запрашивался, все спокойно. Когда будешь возвращаться, свяжись, мы скорую вызовем из госпиталя.

— Я в курсе, не первый раз. Все, до связи!

Техник дожидался меня у выхода и почти сразу завел двигатель «Форда».

— Давай к ангару, время вылетать, а мы еще двигатель не прогрели…

Глава 2

.. — Порто-Франко Вышка, здесь «Редлайн», разрешите руление.

— «Редлайн», разрешаю по первой.

Отпущены тормоза, и «Сессна» не спеша покатила в начало полосы к предварительному старту. Все, как и десятки раз до этого, тихо и спокойно. Обычная работа…

— Вышка, здесь «Редлайн», на предварительном, разрешите исполнительный.

— «Редлайн», занимайте исполнительный, посадочный 90, ветер 120 на пять.

— Занимаю исполнительный, условия принял.

Ну, и наконец, произношу заветное:

— Вышка, здесь «Редлайн», к взлету готов.

— «Редлайн», взлет разрешаю, правая схема, тысяча футов.

— Взлет разрешили, «Редлайн».

Газ, короткий разбег, тряска прекратилась — летим!..

— Вышка, здесь «Редлайн», взлет произвел.

— «Редлайн», набирайте пять тысяч футов, далее по маршруту. Удачного полета!

— Принял, разворот и набор по маршруту. Спасибо, до встречи!..

Все-таки здесь отношения между пилотами и диспетчерами довольно дружеские. Наверное, на Старой Земле все больше соответствует правилам и законам, не знаю, там не летал. А здесь — как в «большой деревне», все постоянные или часто летающие сюда пилоты знакомы между собой и с обитателями «Вышки». Да и посиделки в кабаке у ворот аэродрома способствуют знакомствам. Разборки там случаются редко, и больше чем разбитым носом обычно не заканчиваются. Хотя, бывают и исключения — именно на стоянке у этого бара я получил пулю в бок от одного козлины, чтоб ему… Правда, киллера-неудачника оттуда унесли вперед ногами, мой «Глок-18С» оказался более подходящим для перестрелки в шпионско-ковбойском стиле.[Произошедшее описано в «Горизонте событий»]

Отрегулировав все, что нужно, для ровного полета, я выставил курс на автопилоте и расслабился. Здесь самолетов немного, и встретиться с кем-то в воздухе можно разве что недалеко от полосы аэродрома. В других местах пилоты стараются летать по хорошо заметным ориентирам — например, вдоль рек или основных дорог.

Внизу медленно проплывали холмы, местами заросшие кривыми деревьями или кустарником. Для больших здесь не хватает воды, поэтому леса начинаются недалеко от берегов рек, хотя растут и в других местах, где есть подземные источники. Жарко на Новой земле посреди лета, хотя тут в окрестностях и не пустыня. Старожилы называют местность «саванной», а я часто говорю «степь», по привычке.

Пока «Сессна» не спеша оставляла позади километры и мили пройденного пути, я размышлял о разном. Например, о своей семейной жизни.

До сих пор удивляюсь… Как мы вообще встретились с Джинджер — это отдельная история. В то время я захотел исполнить свою давнюю, можно сказать, еще детскую мечту — научиться управлять самолетом, а по возможности — еще и полетать вдоволь. У Бригитты… (эх, Бригитта… как же так вышло… прошло время, а вспоминать все равно больно… даже твое настоящее имя я узнал намного позже…) оказалась хорошая подруга, часто бывавшая на местном аэродроме. Муж-летчик этой подруги пропал — не вернулся из рейса, и с тех пор она время от времени дежурила на вышке, будто все еще ждала его. Этой подругой и была Джинджер. Благодаря ей я познакомился со старым пилотом- инструктором Джимом Хокинсом, надо же было так пошутить его родителям!..

Во время сезона дождей он обучал меня всяким теоретическим премудростям, а как только стих ветер и дожди перестали идти с утра до вечера, начались реальные полеты. К удивлению Джима, основные навыки я приобрел быстро, а мелочи можно было отработать и по ходу дела, в местных вылетах.

Потом… Случилось то, что случилось. Я опять остался один. К гостиничному бизнесу меня нисколько не тянуло, поэтому делами начал заниматься управляющий. А я продолжил обучение…

В одном из полетов нас обстреляли, Джим был ранен, и мне пришлось вести самолет обратно и сажать его с заглохшим двигателем. Справиться удалось. Ну, если самолету после посадки не требуется ремонт — значит, полет завершился удачно, не правда ли?

Сразу после этого Джинджер буквально увезла меня из гостиничного номера к себе домой. Будем считать, что в гости… А на самом деле, как она призналась намного позже — не хотела меня потерять. А я просто поддался этой непреодолимой силе с рыжими волосами… Что поделаешь, такой у нее характер! Конечно, первое время иногда в разговорах буквально «летели искры» — у нас обоих хватало болезненных точек в прошлом. Но потом мы как-то научились, привыкли… И поняли, что общего у нас гораздо больше, чем казалось в начале знакомства.

В результате еще одного приключения у меня появились средства для покупки этой самой «Сессны», которой раньше владел Джим. После ранения он долго лечил руку, на что потребовалось много денег. (Иначе можно было остаться с неработающей рукой на всю жизнь.) А так — и у меня появился самолет, и у него рука осталась здоровой.

Потом… Потом, в результате перестрелки, мне по закону достался двухмоторный самолет. И что мне с ним было делать? Вот я и решил спихнуть «аэроплан» в аренду Джиму, за совсем символическую оплату. А что, опыт у него есть, вторым пилотом стала Эвелин. (Вот еще тоже одно приключение на мою голову!..) Летают, возят богатеньких бизнесменов, заодно мне вот книжки доставили…

Вы знаете, как делают «дамасскую сталь»? Берут прутки или куски металла разных марок, с разными свойствами, складывают их вместе и многократно проковывают, потом, в самом конце, еще и обрабатывают кислотой. В результате на поверхности лезвия проявляется красивый рисунок, а сам клинок становится очень прочным.

Вот так и мы с Джинджер… Красиво выражаясь, жизнь нас буквально скрутила вместе и начала больно лупить со всех сторон. Чем сильнее били — тем крепче нам пришлось держаться друг за друга. В результате… Не знаю, как насчет красоты, но прочности у нашего дуэта хватило на то, чтобы выбраться из всех неприятностей.

Сейчас она с утра до обеда работает в Ордене — занимается всякими логистическими тонкостями, к чему у нее оказался талант, смогла выявить нескольких «ловкачей», крутящих гешефты с левыми поставками. Тех, кто залазит в чужой карман слишком уж нагло, Орден очень не любит, так что Джинджер получила премию, а махинаторы — в лучшем случае отставку от должности. Короче, они быстро исчезли, а всем остальным служащим боссы настоятельно посоветовали не интересоваться подробностями дела, во избежание…

После обеда у нашей красавицы семейная жизнь и воспитание сына. Няня помогает, конечно, но больше по мелочам, на которые жалко тратить время. Кстати, имя для сына выбрала Джинджер:

— Пусть будет, как у Шекспира! Да и кроме него хватает знаменитостей.

— Я думал, ты другое имя предложишь, как у дальнего родственника, например…

— Нет уж! Пусть вырастет и станет известным! Как именно — сам решит. Но я знаю, так и будет!..

— Предсказательница ты моя!.. Пифия, или как там их звали. Лишь бы не Кассандра…

— Я предсказываю точно. Это ты у нас — мечтатель и фантазер!.. Кто из нас книгу написал, пока лечился? Вот и соглашайся с моим единственно правильным мнением!

Но это она так шутила. Особенных споров не было. Разве что некоторые моменты в тексте мне потом пришлось переделать, чтобы не раскрывать особенно догадливым имя настоящей главной героини, так сказать, прототипа. Не обошлось и без критики:

— Пусть у нее будут странные мысли и недостатки, да побольше!.. А то прямо леденец на палочке какой-то, а не женщина!.. Комок сахарной ваты!.. F-f-f-fuck!..(Иногда, не сдержав эмоций, она совсем не выбирала выражений. Впрочем, и я тоже. Но это вовсе не ругань на собеседника — всего лишь энергичное выражение своего отношения к происшествиям и обстоятельствам. Так и происходило взаимное изучение ненормативной лексики из разных языков…)

— Милая, я тебя тоже очень люблю…

— А ее?!..

— Кого??..

— Ту, о которой написал!

— Так я ведь…

— Все, переделывай, я потом прочитаю!..

Судя по отзывам читателей, первая книга получилась не совсем «комом»… Следующие я решил писать на другую тему. После осторожных расспросов удалось выяснить, что здешний народ не особенно хочет читать про «полицейских и бандитов», которых можно встретить и на улице, и на дороге — сразу после того, как выедешь из города. (Хотя, если по справедливости, сейчас везде стало гораздо спокойнее.) В тренде некоторый, так сказать, эскапизм [Эскапизм (от английского escape- «бежать, спастись») — избегание скучного в жизни, особенно путем чтения, размышлений и прочей более интересной деятельности, уход от реальности в инобытие, инореальность, иномирие, бегство от действительности.]- магия, фэнтези, мистика и прочее. Да и самому иногда хотелось чего-то еще, кроме длительных перелетов над выгоревшей саванной летом или непрерывно долбящего по крыше и мозгам дождя зимой, в сезон штормов.

Благодаря своему радио, я смог посылать сообщения сразу на адрес издательства, не пользуясь обычными каналами. (Хорошо, что у них там нашелся свой радиолюбитель!) Ну, а флешки с текстом пришлось высылать почтой — отправка длинных файлов оказалась неудачной, мощности у любительской радиостанции не хватало. Впрочем, даже такой вариант меня вполне устроил.

Пригодились и странные «видения», благодаря которым можно было находить неожиданные идеи и сюжеты. Не знаю, как у других авторов, но у меня их хватало и без стимуляторов, что втайне радовало Джинджер (ага, думала, что я этого не замечу!..).

…Так, впереди показались три холма, расположенные в линию, средний гораздо выше, хороший ориентир… Пора снижаться, за ними как раз и должна быть ферма с больным… Кстати, почему я до сих пор не вижу их полосу?.. Дальше она, что ли?..

У четырех одноэтажных домов, расположенных по углам большого огороженного квадрата, не было заметно никакого движения. Машин нет, пусто… В сотне метров от них, внутри другой проволочной изгороди, толкалось овечье стадо. Непонятно… С высоты крупных хищников не заметно, почему не выгнали овец пастись? И где все люди? В таких случаях всегда выскакивали, как только услышат шум двигателя, начинали махать руками, показывая, куда лететь, часто даже зажигали дымовые шашки сбоку взлетной полосы, для указания направления ветра. А тут все замерло, кроме скотины в загоне… Аппендицитом вроде всегда поодиночке болеют, это ведь не грипп?

Пришлось сделать круг от фермы назад к холмам, потом чуть дальше — никого. «Были бы тут зомби — выползли на шум…» — вылез непрошеный комментарий. «Но тут не кино, все гораздо проще… Да где все люди-то, вашу мать новоземельскую?!.. Хоть один бы вылез!..»

Узенькая полоса нашлась ближе к холмам. Мда, им что — другого места жалко? Или овец пасти негде?.. Сообщить бы о всех странностях диспетчеру по радио, но УКВ отсюда не достанет, а для коротких волн у меня в оборудовании самолета ничего нет.

Ну-ка, ну-ка… Еще раз облетим полосу, вперед, назад… Кстати, и здесь машин тоже не видно, ни одной! Они больного на руках сюда тащили, что ли? И где он? В кустах лежит?.. Хоть бы тряпку какую привязали, чтобы от ветра трепыхалась!..

С небольшим левым креном, на высоте метров десяти прохожу вдоль зарослей кустов, стеной окружающих ровную полоску серо-коричневой земли. Ветер от движения самолета качает тонкие ветви кустов, поднимает пыль. Рискованно, но сегодня я — лихой пилотажник!..

Уже выравнивая над торцом полосы, начинаю разворот и внезапно замечаю движение ветки — будто ее кто-то торопливо возвращает на место. Не понял… Соседние кусты ведь неподвижны?!..

Развернувшись, прохожу чуть выше, уже с правым креном, и краем глаза замечаю блеск стекла в зарослях кустов — там, прикрытая ветками и сетью, стоит машина, вроде бы джип. И рядом — еще несколько проблесков, похожих на… Твою мать!..

Резко двинув рукоятку газа до упора, перевожу режим на максимальный, набирая скорость, закрылки не выпускал, мешать не будут… Внизу засверкали вспышки, явно от выстрелов, что-то несколько раз сильно ударило снизу по фюзеляжу. Прекратив набор, я буквально свалил «Сессну» почти до земли, спрятавшись за высокими кустами, чтобы перекрыть стрелкам возможность обстрела вслед… Если они только не догадались посадить пару с винтовками повыше… Нет, не догадались!.. Или у них народу не хватило?.. Мне без разницы, сегодня я — Колобок!.. И от дедушки ушел, и от бабушки ушел!..

Ежу понятно, что это была ловушка. Кому-то очень нужно побыстрее смыться из этого района. Интересно… В мою «Сессну» влезут максимум три пассажира… А если хотя бы один из злодеев умеет рулить самолетом, мою дальнейшую непростую судьбу сумела бы предсказать самая бездарная гадалка. И сколько у них груза — тот еще вопрос…

Куда делись обитатели фермы? Вариантов два… Думаю, тем, кто смотрел боевики, они хорошо известны, пояснять ничего не нужно… Вот и холмы, теперь между ними, и в набор высоты, причем сменить направление… километров через пять-десять, фиг меня кто разглядит с того места…

Не успел я набрать полторы тысячи футов, как в кабине явственно потянуло дымком горящей изоляции.

«3,14дец!.. Долетался, степной орел, бл…ь!..» А вот не фиг было раньше времени радоваться в полный голос!..

Двигатель пока еще работал без перебоев, маслом и прочим бензином не пахло, это радует. Но снизу горелыми проводами (весьма специфический запах…) тянуло все сильнее и сильнее. Пришлось по очереди отключать все «свитчи», оставив только самые главные.

Дым вроде бы перестал выползать из-под приборной доски, но шел еще откуда-то. Та-а-ак… Лихорадочно вспоминаю карту и то, что видел на земле по пути к ферме. Нужна более-менее ровная площадка без камней и ям… Только вот что я мог рассмотреть с высоты? Придется снижаться и срочно подбирать место для посадки…

Попытка вызвать вызвать кого-нибудь по радио успешно провалилась — «Айком» тускло отсвечивал безжизненным табло, в наушниках гарнитуры — мертвая тишина. Не помогло и передергивание выключателя — все, сдохло… Тогда в сторону эти лопухи, только мешать будут!..

Ага, вот и площадка внизу… Этакий «квадратный овал» непонятной формы, вроде бы без камней и прочей радости, крупных животных тоже не видно. А то выскочит сбоку какой-нибудь местный монстр в тонну весом, и привет!.. Сомнет даже не как консервную банку, а как бумажную сигаретную пачку.

Сначала облет на пяти сотнях метров, вроде бы нашел подходящую… Зверья рядом нет. Второй заход вокруг — уже на сотне. На поле не похоже, просто ровное место. Насколько ровное?.. Трава невысокая, будто ее косили…Только вот заросли со всех сторон густые, хорошо, что высоких деревьев нет. Торчат какие-то лысые загогулины, мешать не будут…

Судя по кустам, ветра почти нет… Тогда… заходим вот с этой стороны, там в конце заросли, если что, дальше них не укачусь… Лишь бы колесом в яму не попасть… Крадусь… Крадусь… Все хорошо… Снижение, закрылки на угол… Удар!..

Глава 3

Двигатель остановился на первых метрах этой «полосы» — я его выключил сам. Сел жестковато, с небольшим «козлом» [При посадке на короткую полосу допускается и такое.], покатился, покатился… На мое счастье, грунт оказался твердым и почти ровным. Самолет замер буквально в десятке шагов от торчащих из травы, обломанных на полметра от земли стволов. Вот бы кувыркнулся!..

Но тут напомнил о себе дым, пришлось метнуться к багажному отсеку и выхватить из крепления углекислотный огнетушитель, чуть больше автомобильного по размерам. (Ну, перестраховщик я, вы же знаете!..) Быстро проверив — все свитчи в положение «Выключено» — я шарахнул белым облаком под приборную панель и закрыл дверь в кабину — пусть так постоит. Проверил двигатель, быстро осмотрев крышки со всех сторон — повезло, лишних дырок не появилось… А вот снизу и сбоку кабины… Как это еще меня не зацепило… Калибр какой-то мелкий, насквозь не прошло…

Сюрприз!.. Когда начал осматривать аккумулятор, увидел небольшую трещину. К счастью, сверху корпуса, так что электролит не вылился, разве что слегка намочил подстилку внизу. Так, быстренько наклонить его, чтобы не капало… Коврик там особенный, и подстилка из толстого полиэтилена, ниже не протечет… Эх, воды рядом нет, а питьевую расходовать не буду… Ладно, сыпану сбоку песочка, пусть впитывает, дальше разберусь по ходу дела…

Туман в кабине рассеялся, и остатки дыма и вони от сгоревшей изоляции быстро вытянуло через открытые настежь двери. Можно выдохнуть… «Летчик цел — полет удался!..» Ой… Я же не в городе!..

Снова метнувшись к багажному отсеку, я вытащил оттуда оружейную сумку, быстро достал автомат и примкнул магазин. Да, против большинства местных зверюг это поможет не лучше детского пугача, но все равно, как-то спокойнее…

Поставив автомат в кабину, я вернулся к багажному отсеку — пришло время заняться подготовкой к ремонту. Надеюсь, в моей сумке найдется все, что нужно.

Мотки разноцветных проводов, пара рулонов изоленты… К сожалению, не синей, с ней все начинает работать очень быстро и надежно (профессиональная шутка ремонтников, если кто в курсе). Кусачки, отвертка с набором насадок, мультитул… Сколько там до темноты осталось?..

Когда залез посмотреть, что там дымилось — понял, до сумерек отремонтироваться не успею. Нужно аккуратно разделить «спекшиеся» провода, не оборвав их, аккуратно замотать, проверить предохранители… Для того, чтобы улететь отсюда, придется как минимум восстановить питание нескольких основных приборов и проверить их работу. Радиостанцию, кстати, тоже надо подключить… И как бы не в первую очередь… Хотя, до темноты меня вряд ли хватятся. Из Порто-Франко попробуют связаться с фермой. Те точно не ответят — стрелявшие постараются свалить оттуда как можно дальше. Обитатели фермы… Даже думать не хочу, что с ними могли сделать. Значит, утром начнут поиски, отправят кого-нибудь… А кого? Либо патрульный «Бивер» полетит, либо Джим на своем «Бичкрафте». Орденского монстра даже не учитываю, орлы мух не ловят…

Стоит ли мне опасаться неведомых стрелков? Вряд ли, если только они не сумели как-то отследить направление моего полета и определить место посадки. Ну не могли они рассадить наблюдателей по всем окрестным холмам, не думаю, что их там больше трех-четырех человек. Значит…

Снова пришлось лезть в багажный отсек. Там, в небольшой сумке, лежал старый «Баофенг». Конечно, не профессиональный аппарат, но хоть что-то! Включив его, запустил сканирование диапазона, который в этих местах использовали чаще всего. Конечно, была вероятность, что злодеи пользуются более крутыми рациями, а мне сейчас и так сойдет. Переставив молчащего «китайца» повыше, на крыло, я вернулся к обугленным проводам.

Итак, что мы имеем с гуся?.. Стяжки — нафиг, сами отваливаются… Ох, я думал, тут провода гораздо толще… Да чтоб тебя!..

Спустя пару часов и охрипшую от матов глотку, нажимаю главный выключатель, прислушиваюсь и принюхиваюсь. Треска и дыма нет, уже хорошо! Пытаюсь включить бортовой «Айком» — шиш, тишина и темнота… Ну, а предохранители кто будет проверять — дядя?..

Вот он, очередной больной зуб — в смысле, перегоревший предохранитель. Воткнул вместо него запасной, еще раз повернул ручку «Айкома» — ура, зашипело!.. С кряхтением я начал разгибаться, чтобы вылезти наружу, и вдруг услышал треск веток — кто-то задел ближние кусты.

Эх, автомат ведь, с другой стороны, лежит!.. С этой мыслью я дернулся было в сторону носа, оббежать вокруг (лезть через кучу проводов — испортить все, на что потратил два часа), но тут глянул вперед и чуть не «объявил коричневый уровень опасности»[Грубо говоря, «объявить коричневый уровень опасности» — навалить себе в штаны от испуга.]- в нескольких шагах сидел здоровенный местный «лев». Я их видел и раньше, но только сверху и издалека… Картина Репина — «Приплыли!»… Метрах в десяти, вдоль кустов, в разных позах вольготно сидели и лежали еще пять зверей. Я не такой уж и толстый, на всех вас точно не хватит… Но как это сказать вожаку, чтобы не обидеть!.. Да что ж коленки так дрожат… Они меня и в кабине достанут, да еще и раззадорятся, пока будут эту консерву вскрывать…

— Хм… Э-э-э… Привет!.. Извините, я тут случайно оказался, летел, подстрелили… Все исправлю и улечу, не буду вас беспокоить!.. — Интересно, как быстро он сообразит, что я ему зубы заговариваю?!.. Он же меня сейчас раскусит, причем во всех смыслах!..

Тут «Айком» громко захрипел, выдав нечто трескучее и неразборчивое, чем нарушил вечернюю тишину. Лев навострил уши и посмотрел в сторону кабины, затем повернулся ко мне и рыкнул.

— Что ты хочешь? Могу угостить… Стрелять не буду, обещаю!..

Он как будто меня понял — повернувшись к остальным, пару раз прорычал нечто грозное. Те лениво поднялись и медленно удалились, скрывшись за кустами. Но сбоку подошел еще один лев, явно самка. Она уселась рядом с вожаком и облизнулась. Что-то это мне… напоминает!..

— Это ты?!!.. И твоя… подруга?!.. Узнали меня?.. — Ведь несколько лет прошло!..

Лев рыкнул в ответ, будто все понял.

— Подожди, я сейчас…

Метнувшись к сумке с аварийным запасом, я вытащил оттуда пару банок с консервированной ветчиной (хорошо, что она почти без специй!) и бумажные полотенца — не на землю же мясо вываливать, а лопухи с большими листьями тут не растут. Уже осторожнее подойдя к оказавшейся старыми знакомыми парочке, остановился в паре шагов от них, присел и положил на землю импровизированные «подносы». Вскрыл банки и вывалил ветчину перед хозяевами территории.

— Прошу к столу! Извиняйте, ребята, но на всю вашу банду у меня консервов никак не хватит…

Для большей убедительности отщипнул кусочек от одной кучки, демонстративно положил себе в рот и начал жевать. Тут же вспомнил, что не ел с самого утра, и желудок сразу напомнил о себе голодным урчанием. (Мне показалось, или лев в самом деле усмехнулся?..) Парочка начала не торопясь, с чувством собственного достоинства есть, а я вернулся к сумке, взял банку с овощным рагу и решил посмотреть, как там дела у моих знакомых. Как ни странно, они все еще ели — наверное, растягивали удовольствие.

Я присел и уперся спиной в колесо. Пластиковая ложка гнулась, но не ломалась, и содержимое банки помаленьку убывало. Да, специй сюда могли положить и поменьше… Наконец, львы доели угощение и начали умываться совсем по-кошачьему. Вожак закончил чуть раньше и с интересом посмотрел на банку в моей руке. Я протянул жестянку в его сторону.

— Вот, смотри, ем что осталось. Ветчины больше нет, всю вам отдал…

Лев осторожно понюхал, затем отвернулся в сторону и пару раз громогласно чихнул. Я не выдержал и рассмеялся.

— Понимаешь, какую ерунду есть приходится? Ладно, а теперь хочу тебя предупредить…

Поднявшись, я поставил банку с ложкой на сиденье (позже доем) и нагнулся к низу фюзеляжа.

— Видишь эти отметины? — Я демонстративно потыкал в свежие дырки пальцем. — Это сделали очень плохие люди. — Тут же изобразил, будто держу в руках автомат, поднимаю его в небо и стреляю. — Тра-та-та-та!..

Оба льва вздыбили шерсть на загривках и зарычали, выпустив когти. Я сел возле колеса и уперся локтями в колени. Они что, поняли, о чем им говорят?!..

Уже не задумываясь, что выгляжу со стороны полным идиотом, я принялся рассказывать им о неизвестных бандитах возле фермы, которые продырявили мой самолет.

…- И теперь я не знаю, куда они поедут. Если будут меня искать, то могут увидеть вас, и сделать всем плохо. Вы можете спрятаться куда-нибудь, где не проедет машина? — Ну полный бред же!!.. Но я не мог, не хотел подставить этих умных… зверей ли?., под удар. — Сейчас уже стемнеет, починить самолет не успею… Может, завтра утром получится улететь…

Вожак поднялся с земли, рыкнул и в несколько прыжков скрылся в кустах. Его подруга, бросив на меня внимательный взгляд, последовала за ним. Вот и все… А я про них никогда и не вспоминал… Братья по разуму, или, по крайней мере, именно эти звери мне не враги… Разве что об остальных из прайда не берусь судить, их-то я не угощал!.. Но вожак, похоже, крепко держит власть в своих когтистых лапах. И что, мне теперь можно не бояться и спать спокойно? Смешно… Уже темнеет… Ладно, сейчас вот доем забытое в банке рагу, попью водички, и буду устраиваться на ночевку в кабине, закрыв двери…

Ночь прошла спокойно. Возле самолета вроде бы никто не шарился, но пару раз мне показалось, что слышны чьи-то осторожные, тихие шаги. Сами понимаете, выходить наружу и интересоваться, кто там бродит, мучаясь бессонницей, мне совсем не хотелось. Но выспаться удалось, благо, что здешние ночи длинные.

Утром, как только открыл глаза, сразу осмотрелся по сторонам через остекление кабины. Никого… Или спрятались? Деваться некуда, организм требует…

Как можно тише открыв дверь, я выбрался наружу. Все-таки места для сна в кабине маловато, такое ощущение, что разгибаюсь со скрипом… Кстати, нужно обозначить свой небольшой кусок территории, пока буду ковыряться с проводами. Выбрав пару кустов со стороны носа и хвоста самолета, «пометил» их. Надеюсь, вожак не рассердится на меня за эту вольность. Я ведь художник не местный, попишу и уеду…

Кроме легкого шелеста листьев на ветерке, больше ничего не слышно. Надеюсь, львы последовали моему совету и скрылись где-нибудь в более подходящем месте. Хорошо, тогда быстрый завтрак, и за работу!..

Возиться пришлось еще часа три. Наконец, я решил сделать перерыв. Осталось обмотать изолентой еще пару проводов, но горло пересохло, и устал держать руки на весу.

Питание на «Айком» я включил сразу же после того, как разогнулся. Пока пил воду из фляжки, заглядывал под панель и принюхивался — нет, вроде все нормально. Совсем немного осталось… Закончу этот корявый «ремонт», разверну «Сессну» в обратную сторону, и только меня тут и видели!..

— «Редлайн», «Редлайн», здесь «Танцовщица», вы меня слышите?..» — неожиданно зашипел динамик радиостанции. Приемник мог контролировать сразу две частоты — аварийную и аэродромную. Вот, на 121,500 МГц я и услышал знакомый голос. Только шума двигателей пока нет, все тихо. Слишком далеко?..

— «Редлайн», «Редлайн», здесь «Танцовщица», вы меня слышите?..» — снова вызвала Эвелин. Я схватил микрофон и нажал клавишу передачи.

— Здесь «Редлайн», слышу вас хорошо. Прием.

— «Редлайн», здесь «Танцовщица», где вы находитесь? Вас не вижу. — Несмотря на треск эфира и стандартно-казенные слова, в ее голосе ясно слышалась радость.

— Сел на вынужденную. Вы можете перейти на наш канал? Это срочно!

Мало ли, кто сейчас слушает аварийную частоту, у бандитов вполне может оказаться сканер, и они заявятся сюда раньше, чем взлечу…

— Сейчас, пару минут, ждите вызов…

Кажется, Джим и Эвелин поняли, что дело непростое, поэтому быстро перешли на сокращенный радиообмен. Я взял «Баофенг», который еще не до конца разрядился, и выставил на табло заранее согласованную частоту. Мощность на минимуме, чтобы уменьшить возможность перехвата наших разговоров. (Да, мы когда-то договорились об этом. Но потребовалось только сейчас…)

— Здесь «Танцовщица», прием. — Быстро, однако…

— Здесь «Редлайн». Сейчас разворачиваетесь и начинаете летать зигзагами подальше, не приближаясь к ферме. Вызов, скорее всего, был ловушкой. Меня там обстреляли, я смог уйти, но пришлось сесть на вынужденную. Прием.

— Ты не ранен? Повреждения большие? Прием.

— Надеюсь скоро все закончить и попробую взлететь. Минут через пять улетайте обратно. По пути, как только сможете, свяжитесь с диспетчером. Сообщите о нападении. Возможно, тут были именно те, кого искали. Прием.

— Кто кого искал, повтори, не понял. Прием.

— Вы просто передайте, там разберутся. Прием.

— Ясно. Минут пять-десять еще полетаем над дальними холмами, потом развернемся назад. Сообщение передадим. Когда тебя ждать? Прием.

— Ниже полутора тысяч не снижайтесь, можете забраться еще выше. Если не дам о себе знать до вечера — тогда завтра утром прилетайте сюда же. Раньше не надо. Прием.

— Принято. Может, нам сюда вечером прилететь, если сам не появишься? Сбросим тебе чего-нибудь, если надо, только скажи. Прием.

— Надеюсь, не потребуется. Все, конец связи!

— Ждем тебя! Конец связи…

Шумно выдохнув, возвращаюсь к висящим проводам. Меня нашли! Пусть и не покружились прямо над головой, чтобы не выдать точного места (тьфу-тьфу-тьфу!..), но знают, что произошло. Пусть сообщат диспетчеру, тот перекинет информацию орденцам. К гадалке не ходи — тут прячутся те, за кем охотился «Ганшип». Хотя, может быть, они вообще прилетели по своим делам? Ладно, гадать можно и по пути домой, а куда укатился рулон изоленты? Да вот же он, под сиденьем!..

Осталось только закрепить провода, чтобы не провисали внизу и не цеплялись. Вот вроде и все… Что, можно рискнуть? Нажимаю «мастер- свитч», потом остальные, как положено по руководству — стрелки задергались, приборы зажужжали, радио шипит, дыма нет, ура!.. Можно выключать…

Теперь осталась самая грубая часть работы — аккуратно оттащить «Сессну» чуть в сторону и развернуть носом вдоль поляны, для взлета. Длины должно хватить с запасом, самолет без груза, горючего тоже не полный бак… Консервы, и те помогли съесть… Воду почти допил… Эх, почему здесь не ровный асфальт?.. Хоть трава и не высокая, но сил нужно побольше. На аэродроме можно таскать, не особенно напрягаясь, а здесь… Только с кряхтением… Хорошо, что обтекателей над колесами нет. Они помогают уменьшить расход бензина, но сесть на траву с ними не получится — можно кувыркнуться, если зацепятся. Вот и летаю так…

Подойдя к ближнему кусту, освободился от лишней воды. Повернулся и стал застегивать штаны, когда увидел возле самолета вчерашнюю парочку.

— Привет! Большое спасибо за охрану, я все закончил, сейчас улетаю.

Лев посмотрел на самолет, потом на меня, и громко рыкнул. Из кустов появился еще один лев, чуть поменьше размером и явно моложе, тащивший в зубах небольшую антилопу. Положив добычу возле «Сессны», он с достоинством удалился (иначе и не скажешь) назад, в кусты. Вожак посмотрел на меня и снова рыкнул. Я чуть было не мяукнул в ответ, но передумал — вдруг он решит, что я над ним издеваюсь?..

Оставалось только подойти и осмотреть неожиданный подарок. Да ее не загрызли — похоже, сломали шею… Свежак, она теплая еще!

— А вы сами-то ели? — Хотя, что я такую глупость спрашиваю — вон, рядом с усами у обоих красные потеки. Лев снова рыкнул. — Это мне, да?

Он что-то негромко мурлыкнул и улегся, рядом прилегла львица. Эх, зря я перестал брать в полеты фотоаппарат!.. И сотовый самый простой, даже без камеры… Кому рассказать — не раздумывая дадут в рожу за слишком наглое вранье…

— Я тут немного… — ладно, что я хочу объяснить, и кому… — Сейчас вот только из туши кровь выпущу, и сразу улечу.

В этот раз лев промолчал, наблюдая за мной из-под косматых бровей.

В самом начале моей жизни в этом мире я несколько раз выезжал в саванну вместе с охотниками, чтобы побыстрее привыкнуть. Как-то довелось наблюдать весь процесс охоты на местную дичь, ее охотно покупали рестораны. Ну, свежевать тушу не буду, незачем, но самое главное сделаю, чтобы не испортилось мясо. Охоту я никогда не любил, но и вегетарианцем не стал.

В багажном отсеке я всегда возил небольшой рулон полиэтиленовой пленки. Мало ли что — закрыть от пыли, подложить снизу при погрузке, обмотать… Вот и опять пригодилась! Туша небольшая, влезет… Остальное можно перекидать в кабину, на пол у заднего сиденья, и все будет отлично. А пока…

Оттащив подаренную антилопу к ближайшей коряге, я на куске веревки подвесил тушу за задние ноги и перехватил мохнатое горло ножом. Пока не завершится этот неаппетитный процесс, можно заняться сумками, а то все раскидано по кабине… Звери на запах крови никак не отреагировали — точно, сытые.

Как только уложил сумки на полу и расстелил пленку в багажном отсеке, вернулся к туше. Львы все это время лежали молча, наблюдали. Других котообразных поблизости не увидел — разве что за кустами иногда раздавалось какое-то шуршание. (Но, может, это были неизвестные науке шуршавчики, или шуршунчики?..) Кровь вроде вытекла, можно и грузить тушу…

Я захлопнул крышку отсека и повернул замок. Теперь наружный осмотр… Все, можно лететь! Но тут где-то вдалеке послышался звук автомобильного мотора — слабее, чем рычание грузовика, но хрипело намного громче обычной городской легковушки. Джип?!..

Львы тоже встрепенулись и завертели головами.

— Кто-то едет, так что давайте, уходите, прячьтесь подальше! Я не знаю, это могут быть те, кто стрелял в меня!.. Бегите же, ну!..

Уже не остерегаясь, я замахал руками в сторону кустов. Лев поднялся, посмотрел на меня, рыкнул на прощание и быстро скрылся в ближайших зарослях. Львица тоже что-то промурчала и упрыгала следом.

— Удачи тебе, Брат! Может, еще увидимся… Когда-нибудь!.. — негромко сказал я им вслед, и почему-то был уверен, что меня хорошо услышали и поняли.

Запрыгнув в кабину, я начал щелкать переключателями. Показалось, или стартер крутит слабее, чем раньше?.. Запустить-то быстро, но и на прогрев нужно время, а гудение самолета слышно куда дальше, чем автомобильный двигатель… Давай, давай, давай!.. Стрелка, поднимайся быстрее!.. Не хочу оставаться здесь и бегать в кустах под пулями!..

Как только стрелка легла на нужную отметку, я дал полный газ, все остальное выставил заранее. Закрылки в ноль, скорость, скорость, скорость!..

Оторваться сумел метров за пятьдесят до зарослей, повезло… Еще немного, и деревья бы точно помешали… Набрав немного высоты, заложил вираж, разворачиваясь в сторону Порто-Франко, и увидел пылящий между холмов джип непонятного цвета — настолько он был грязен от колес и до крыши. Как они искали — нюхом, что ли?.. Хорошо, что ночью не приехали… Увидели они меня, или нет? Скорее всего, да- Вон, притормозили и начали разворачиваться. Обломитесь, гады!.. Теперь вам туда ехать незачем, и львов не побеспокоите…

Поднявшись до двух тысяч футов, я выставил нужный режим и включил автопилот. Теперь можно и передохнуть. Скорость — не самая большая, сильно напрягать получивший еще неизвестно какие повреждения самолет не хотелось. Мозги тоже хотели отдохнуть после такой кучи впечатлений, так что большую часть пути я проделал в непонятном состоянии «подвешенного ума», наслаждаясь пустотой в голове. Но это не мешало выискивать взглядом известные ориентиры и время от времени подправлять курс, чтобы компенсировать снос ветром.

…- Порто-Франко Вышка, здесь «Редлайн», как меня слышите?

— «Редлайн», слышу вас хорошо. Наблюдаю вас, удаление сорок.

— Вышка, я «Редлайн». Иду нормально, расчетное время прибытия… двадцать минут. Утром вам передали информацию? Прием.

— «Редлайн», все приняли и передали. Начальство благодарит. Да, тут к тебе… — говоривший отключился, и я услышал совсем другой голос, такой знакомый…

— «Редлайн», ты где потерялся? Обещал быть к ужину!..

— Вышка, форсмажорные обстоятельства. Да, ты умеешь готовить барбекю из антилопы? Прием.

— Какое fucked барбекю, какая fucked антилопа? Ты там что, к любимой фляжке приложился опять? — Похоже, Джин не на шутку разозлилась, нужно выкручиваться…

— Милая, ты же знаешь, я трезвенник… Дичь умеешь разделывать? Прием.

— Джима попрошу. Вот он, рядом стоит… — Послышались непонятные звуки, затем голос снова стал мужским.

— Я очень рад за вас обоих, но хватит трепаться на служебной частоте. Заход на посадку разрешаю с прямой, давление два-девять-девять-пять [В дюймах ртутного столба, 29,95Нд], ветер 80 на шесть.

— Я «Редлайн», условия принял. При выходе на прямую доложу. Конец связи.

— Конец связи…

Глава 4

— Порто-Франко Вышка, здесь «Редлайн», полосу наблюдаю, прошу посадку.

— «Редлайн», вас наблюдаю, разрешаю посадку с прямой, посадочный девяносто.

— Посадочный девяносто принял…

«Ганшипа» на стоянке не видно, на аэродроме вообще пусто. Ну и ладно, не буду отвлекаться. Стараюсь снижаться как учили, знаю, что сейчас, скорее всего, за мной наблюдает Джим. Ругаться он не будет, но давать повод для дружеских подначек все равно не хочется.

Ну, вот я и дома!.. Касание полосы (вышло почти идеально, Джим наверняка будет доволен), пробежка и руление к своему ангару. Эй, там что — выставка или демонстрация?.. Сбоку от вышки стояли штук пять разных джипов. Ну, красный «Гелендваген» понятно чей, белая «Тойота» Эвелин, потрепанный пикап-внедорожник Джима… И парочка орденских?.. Мда… Только их мне сейчас не хватало… Или они по своим делам приехали?

Как только подрулил к своему ангару, увидел быстро идущих от вышки людей. Кто там шагает? Даже приглядываться не буду… Ох, что сейчас начнется!..

Техник подошел к «Сессне», дождался, пока я выберусь из кабины и спросил:

— Что случилось?

— Да вот, мелкие неприятности… Посмотри с другой стороны, снизу фюзеляжа…

Через полминуты я услышал громкий удивленный свист.

— Это как тебя угораздило?

— Кто-то пальнул из кустов… Замкнуло проводку, так что пришлось срочно садиться, потом разбираться с проводами, ремонтировать… Глянешь, что и как? Наверное, придется там все переделывать. Я скрутил кое-как, замотал, чтобы только долететь сюда.

— Хорошо. Если что, могу поискать готовый комплект, вроде был на складе, — сказал техник, заглядывая в кабину и пытаясь найти видимые повреждения внизу. — Считай, ты в рубашке родился.

— Спорить не буду…

Техник вылез из кабины и пошел в сторону своей каморки с запчастями. Я смотрел ему вслед, когда меня крепко ухватили за руку и бесцеремонно развернули в другую сторону.

— Рассказывай, что случилось! — Весьма недовольная Джинджер встала со мной буквально «нос к носу». Чуть в стороне ухмылялся Джим и улыбалась Эвелин. Да, им-то что, все закончилось хорошо… Вроде бы…

— Всем доброе утро!.. — Я приветливо улыбнулся. — Вылетел по указанию диспетчера. Возле фермы никого не увидел, стал кружить вокруг, думал, что выйдут и покажут, как и что. Вот и показали…

— Давай точнее, что тебе там показали?

— Пальнули из кустов, повредили провода. Улетел оттуда как можно дальше, нашел полянку, сел… До темноты все исправить не успел. Утром доделал и улетел… Вот, теперь стою тут, рассказываю тебе об этом…

— А что ты там говорил о каком-то барбекю из антилопы? Ухитрился еще и поразвлечься с охотой? — Джим прекратил улыбаться и буквально навострил уши.

— Милая, давай сначала разберемся с тушей… Джим, ты как, поможешь справиться с трофеем?

— Да, сейчас подгоню свой пикап. Она большая?

— Вот, смотри… — Я открыл люк багажного отсека. — На нас четверых должно хватить.

— Ого!.. И как это ты успел?..

— Сейчас некогда рассказывать. Лучше скажи, сколько нужно времени на все эти дела?

— Так… Дай подумать… Вечером, перед закатом, нормально? В двадцать часов подъезжайте ко мне, и начнем. У вас на участке жаровни все равно нет.

— Договорились!

Джим пошел за своей машиной, а Джинджер повернулась к Эвелин.

— Скажи ей спасибо, утром начала всех дергать, потребовала, чтобы разрешили ей лететь на твои поиски.

— Спасибо, Эва! — Я подошел к ней, обнял и дружески чмокнул в щечку. Она покраснела, явно рассчитывая на большее, но только еле слышно вздохнула.

— Я подумала… Если не вернулся вовремя, значит, что-то случилось… Там не очень далеко, летел наверняка по прямой… Вот мы тебя и нашли, быстро получилось.

— Сверху никого не видели? — спросил я, вернувшись к самолету и вытаскивая сумки з кабины.

— Нет… И ферму рассмотрели издалека — никого.

— Я же просил, чтобы не подлетали туда!..

— Мы и не подлетали. В бинокль глянули только, и все.

— Ясно… — Хотя на самом деле мне еще ничего не было ясно.

— И все-таки!.. Рассказывай, где взял эту несчастную антилопу?!.. — Джин снова дернула меня за руку. Но тут скрипнули тормоза, и возле нас остановился пикап. Джим вылез и открыл задний борт.

— Давай сюда дичину!.. Эх, давненько я на охоте не был!

Я вытащил замотанную в полиэтилен антилопу и перенес ее в кузов.

— Чем ты ее, из автомата?

— Она увидела, куда я целюсь на посадку, и умерла от смеха. Сплошные кусты и коряги вокруг…

— Ладно, шутник, поеду, такое ответственное дело суеты не любит. Всем пока!

Эвелин, однако, никуда не торопилась. Ходила вокруг «Сессны», внимательно осматривая низ фюзеляжа, потом сунулась в кабину.

— Сильно задели? — Наверное, девчонка что-то заметила, нужно быстро отвлечь, пока Джинджер не заинтересовалась.

— Да так, пришлось разбираться с проводами. Ничего страшного, только долго. Ты лучше скажи — с чего решила подымать тревогу?

Эвелин очень даже заметно покраснела.

— Можно… я лучше потом расскажу, хорошо?

— Как хочешь, как скажешь… — Я закончил перебирать вещи и застегнул сумки. Да, аварийный запас нужно восстановить, мало ли что. Вдруг еще кого-нибудь из местных старожилов придется угощать консервированной ветчиной. Шучу, конечно…

Я посмотрел на Джинджер — она молча стояла и в задумчивости поглаживала капот «Сессны».

Подошел улыбающийся техник.

— Я посмотрел, монтажный комплект нашелся, должен подойти. Тем более, эти провода и так скоро нужно было менять, совсем жесткие. Сколько лет уже прошло с выпуска?

— Да понятно, изоляция со временем лучше не становится, особенно на здешней жаре… Кстати, аккумулятор тоже вытащи. Возможно, придется новый искать…

— Ну так что, тогда я загоняю птичку в ангар и начинаю работу?

— Конечно, только надо диспетчеру сообщить, что аппарат на ремонте, чтобы не дергал. Торопиться не будем.

— Я сам скажу. И еще…

Договорить ему не удалось. За ангаром снова скрипнули тормоза подкатившей машины, но в этот раз подошел орденец с нашивками сержанта или что-то вроде того.

— Вы пилот этого самолета?

— Да, а что?

— Я прошу вас проехать с нами, нужно снять с вас показания.

— Это надолго?

— Нет. Час, может, два…

— Джин, я съезжу ненадолго? Видишь, меня просят помочь разобраться с этим делом.

— Ладно. Только долго не задерживайся, мне вчера переживаний хватило! — строго ответила она. — Эва, поехали. Видишь, он уже здесь. Жив и здоров. Во всяком случае, пока… — многозначительно добавила она, уже тише, будто про себя. Но орденец расслышал и улыбнулся, однако моментально принял строго официальный вид.

— Сейчас, только в машину сумки отнесу, — сказал я сержанту. — Потом поеду за вами.

— Хорошо, ждем вас. — Он развернулся и пошел за ангар.

Я забросил сумки в машину, сел и завел мотор. Успел заметить, как машины Джинджер и Эвелин скрываются за зданием вышки, направляясь к выезду с аэродрома. Удивительно… Никаких истерик, слез или бурных объятий. Вернулся? Очень хорошо, дома поговорим… Но сейчас меня это устраивало. Надо еще что-нибудь про антилопу сочинить… Или сделать вид, что выпил и начать представление в стиле барона Мюнхаузена? Ладно, вот уже орденский джип подрулил, сигналит. Не терпится ему…

— Добрый день, фрау Ирма! — Я почему-то не удивился, когда увидел в кабинете свою давнюю знакомую.

— Добрый день, Алекс! Давно не виделись!

— Так это просто замечательно! Значит, поводов не было, — ответил я, улыбаясь.

— Вот так всегда. Никто нас не любит, — грустно ответила фрау Ирма. — Вспоминают только тогда, когда жареный петух клюнет…

— Не люблю отвлекать занятых людей. Не дай Бог, попадешься под горячую руку…

— Хорошо, давайте ближе к делу. Расскажите, что случилось во время вашего полета на ферму? — Она придвинула к себе чистый бланк и взяла ручку. Заполнив несколько пунктов, посмотрела на меня, ожидая ответа.

— Так… Мне позвонил дежурный и попросил слетать на ту ферму, забрать больного.

— Вы полетели один, без врача?

— Как я понял, там была просьба только забрать побыстрее, и доставить в больницу. У меня в самолете места под носилки нет, больной займет все заднее сиденье. А куда врача девать? С переднего сиденья он все равно ничего сделать не сможет, а мне только мешать будет. Да я уже несколько раз так летал… Тут как в такси — берешь, привозишь, перегружаешь в «скорую», и адьёс!..

— Понятно. И что дальше?

— Прилетел на место, стал кружить вокруг фермы. Они сказали диспетчеру, что с радиостанцией проблемы, и частоты для связи не сообщили… Я подумал, что кто-нибудь должен выйти наружу, указать, где садиться, или сигнал какой-нибудь дать.

— И что?

— А ничего!.. Только овцы в загоне бегали. Я еще подумал — ни одной машины, ни одного человека во дворе, куда все подевались? Может, к полосе пошли? Так хоть бы шашку с цветным дымом зажгли, об этом даже дети на всех фермах знают, ученые уже…

— И долго вы так летали?

— Несколько минут, чуть ли не по крышам ходил — никого. Потом развернулся и отлетел чуть в сторону, начал искать полосу. Она оказалась ближе к холму, маленькая и узкая, как… Плохая, короче говоря. Кусты со всех сторон очень близко растут, с торцов деревья высокие остались… Кто ее делал, тот явно не перетрудился.

— Почему вы не приземлились, чтобы оказать помощь?

(Это она сейчас к чему? Мне что, «дело шьют»?.. Типа «оставление человека в опасности»?!..)

— А кому там я должен был помогать? Хоть бы кто нос высунул, рукой помахал…

— Мало ли, может, без сознания лежал… — прищурилась фрау Ирма.

— Из разговора с диспетчером я понял, что вызывал не сам больной, так что «помахать рукой» было кому. Куда они делись — я не знаю. Приземлиться, потом идти искать? Мало ли кто там из зверья вокруг мог бродить. Сожрут и не подавятся, сами знаете. Причем вместе с самолетом…

— Что случилось потом?

— Я… Короче говоря, стал летать очень низко вдоль этих самых кустов. Из них никто не вышел. На развороте заметил, как веткой закрывают спрятанную машину. Какую именно и кто, в деталях не разглядел. Решил пройти вдоль полосы еще раз, увидел блеск стекол, и тут меня обстреляли. Из чего — не понял, некогда было раздумывать. Услышал стук по фюзеляжу, удары… Дал полный газ и удрал, что еще оставалось? Пока набирал высоту, почувствовал запах дыма от горящей изоляции. Пришлось срочно искать площадку и садиться. Отлетел как можно дальше от фермы за холмы… Приземлился… Стал разбираться с проводами, до темноты не успел. Утром подключил радио, услышал вызов. Связался с поисковиками, рассказал, в чем дело. Когда закончил ремонт, полетел сюда. Вот и все…

— А почему вы решили, что информацию об этом нужно сообщить Ордену?

— Считайте, интуиция. «Ганшипы» просто так не летают. До вчерашнего дня я вообще не знал, что они здесь есть. И про банды в здешних краях давно ничего не слышали. Ну, бывают перестрелки, но чтобы по-крупному… Вот и подумал, может, пытались найти именно этих? Вряд ли в меня стреляли взбесившиеся фермеры, перебравшие своего самогона. Они бы пальнули еще тогда, когда я у них над крышами летал.

— Вы правы, это были не фермеры. Наша группа прибыла на место вертолетом, вскоре после сообщения от поисковиков. К тому времени живых там не осталось. Машины стояли в сарае. Сами понимаете, разглашать эту информацию нельзя. И думайте, что будете рассказывать об этом полете другим.

— А что тут думать? Полетел, обстреляли. Сел, починился, прилетел назад. Все!

— Наверное, так и сделайте. Прочитайте и распишитесь вот здесь… и здесь. Спасибо, более вас не задерживаю.

— До свидания, фрау Ирма! Надеюсь, наша следующая встреча будет не скорой, и по какому-нибудь более приятному поводу…

— Я тоже очень на это надеюсь, Алекс…

Выйдя из «казенного дома», я пошел к стоянке, где рядом с полицейскими и орденскими машинами стоял мой «Буцефал». Похоже, мне снова удалось мимоходом с размаху вляпаться в какую-то мутную хрень. Кто бы мог подумать…

Дома я загнал машину под навес и затащил сумки на веранду. Нужно поднять их наверх, чтобы наш любопытный Незнайка не залез. А то у меня там много всяких интересных железяк. Вот подрастет, тогда и будем на стрельбище ходить вместе, сейчас еще рано ему показывать, как загадочно блестят вороненые стволы.

Кстати, «Гелендвагена» под навесом не оказалось. Где она катается? Сейчас узнаю…

На кухне — тоже тишина. Никого нет, что ли? Точно… Разве что Джек подошел ко мне, процокав когтями по доскам пола, и ткнулся носом в руку.

— Ну, здравствуй! Как вы тут без меня, не баловались?

Пес мотнул головой и отошел. Его сменил кот, мимоходом потершийся о мою ногу, и тут же запрыгнувший на табуретку возле стола.

— Нет, ребята, пулемет я вам не дам… В том смысле, что сначала вымоюсь, переоденусь, а уже потом съем чего-нибудь. Вот тогда и подходите.

Кот еле слышно вздохнул.

— Ничего, подождешь полчаса, и так толстый.

Он с оскорбленным видом отвернулся — мол, я не толстый, а просто весьма упитанный!.. Джек улегся на свой коврик и сделал вид, что данная тема его вообще не интересует, и он готов ждать столько, сколько потребуется. Не то, что некоторые вечно голодные коты…

Я успел затащить свои сумки наверх, принять душ, закинуть вещи в стиральную машинку, вскипятить чайник и нарезать себе бутербродов. Только начал жевать второй, как загудел «Гелендваген» Джинджер. Нужно пойти, встретить, явно ездила за покупками.

— Папа! — громко протопотав, сын вбежал в дом и подпрыгнул, так что я подхватил его на руки.

— Мы с мамой ездили… купили много… еды… — Сложные слова выговаривать ему еще трудновато, и он старается обойтись короткими.

— Устал?

— Неа! — он помотал головой. — А где ты был?

— Далеко, не успел вчера вернуться до темноты.

— Мама сильно ругалась вечером.

— И что говорила?

— Она думала, что я не слышу… «Опять нашел при-клю-че-ни-я на свою зопу!..» И потом еще много непонятных слов, которые я не запомнил…

— Ладно, только маме не говори, что все слышал, и не повторяй этих слов, а то она очень рассердится. Пойдем, поможем ей…

Мы вышли к навесу, где Джинджер заканчивала выгружать из машины пакеты с покупками. Что-то она разошлась всерьез, будто затаривалась на месяц вперед. Что там такое объемное?

— Алекс, бери все это и неси на кухню, там я сама разберусь.

— Да тут за один раз и не утащить!..

— Тогда сходи два или три раза. — Похоже, она все еще была не в настроении.

— Сейчас все сделаем. — Я дал сыну в руки самый мелкий и безопасно выглядевший пакет, который Уильям с важным видом тут же утащил в дом. Подхватив пару других, весьма впечатляющих размеров пакетищ я пошел на кухню, где и оставил их возле плиты.

— Джек, охраняй! А то кот сейчас влезет.

Кот посмотрел на меня высокомерным взглядом оскорбленной невинности — мол, не очень-то и хотелось, и отвернулся. Джек только чуть приоткрыл один глаз и стукнул хвостом по полу — мол, указание понял.

Джин все еще стояла возле машины.

— Забирай еще вот эти два, остальное я унесу. — Голос вроде бы нормальный, неужели она больше не сердится?

— Как скажешь, милая… А то давай, еще один возьму.

— Бери… Мой герой! — надо же, какая ирония мне послышалась в этих двух словах!.. Ну, насколько я ее знаю, скоро сама все расскажет.

И я не ошибся.

— Садись, доедай свои бутерброды. Заодно налей сок для Уильяма, он наверняка пить хочет.

— Да, мама, хочу!

— Тогда садитесь возле стола и не мешайте. — Джинджер принялась распихивать купленные продукты по местам в шкафчиках и на полках холодильника. — Ты бы только знал, сколько я передумала всего разного за эту ночь!.. — Бутылка в ее руке ударилась о полку заметно сильнее, чем требовалось.

— Сама знаешь, из саванны позвонить не получится, а радио оттуда не доставало.

— Знаю… Но что я должна была подумать?!.. Еще эта девчонка принеслась утром, да как начала трещать: «Ой, Алекс еще не вернулся? Ой, надо срочно лететь, его искать!..» Как будто я и сама не знаю… Оставила Уильяма с няней, поехали к Джиму. Он сразу согласился, потом все вместе поехали на аэродром. Эвелин и Джим улетели, а я осталась ждать на вышке. Ты представить не можешь, как я волновалась!

Мне оставалось только виновато промолчать. Ведь все знают простую житейскую истину «В браке две стороны. Одна из них всегда права, а другая — муж!»…

— И еще антилопа эта откуда-то взялась!.. Я тут с ума схожу, а ты развлекаешься!

— Милая, тут все непросто… Кому рассказать, сразу закричат, что вру больше, чем настоящий охотник.

— Смеешься?

— Нисколько. Если бы лично не приволок эту антилопу, точно и сам бы не поверил.

— А ты попробуй!

— Хм… Не хочу рассказывать одну и ту же длинную историю же несколько раз подряд. Давай подождем до вечера? Там всем сразу и поведаю.

— Ладно… Шахерезада ты наша… Но я все еще сержусь на тебя!

— Мама, не сердись на папу! Пожалуйста!.. — Уильям допил свой сок и умоляюще смотрел на Джинджер.

— Ладно, милый, если ты так просишь!.. — Она подошла и легонько взъерошила его макушку. — Иди в свою комнату. Наверное, ты еще не сложил игрушки в ящик, как я тебе говорила?

— Ой!.. Я быстро… — и сын убежал, едва не забыв поставить кружку на стол.

— И почему я за тебя так переживаю? — с демонстративно-показным недоумением сказала Джин.

— Наверное, потому, что очень любишь, милая. — Я встал, прижал ее к себе и поцеловал. Как ни странно, она ответила, очень даже чувственно… Но нам тут же пришлось отстраниться — в коридоре послышались детские шаги.

— Мама, я все быстро убрал, как ты сказала! Я — молодец, да?

— Конечно, молодец!.. А теперь идите с папой, посидите недолго у бассейна. Мне тут надо кое-что сделать…

Глава 5

— Может, тебе позывной лучше сменить? «Редлайн» звучит как-то… угрожающе, что ли. Вдруг неприятности на себя навлекаешь? [Тонкая красная линия (англ. Thin Red Line) — историческое событие, оборона 93-го пехотного полка сатерлендских хайландеров в битве при Балаклаве 25 октября 1854 года. Этот эпизод в дальнейшем стал явлением английской культуры. Со временем это выражение перешло в устойчивый оборот «тонкая красная линия», обозначающий оборону из последних сил.] — Джим, как большинство летчиков, был слегка суеверен.

— Нет, думаю, как раз наоборот. Ведь в тот раз все остались живы. Об этом мало кто помнит, но сражения тогда не произошло. Они весь день стояли на месте, на том дело и закончилось. Я пользуюсь этим позывным несколько лет уже, все нормально, до сих пор ничего не случилось, всегда летал спокойно.

— Да ты у нас прямо знаток истории! — Хокинс усмехнулся. — Тогда и правда, лучше оставить.

— А как тебе самому летать с позывным «Танцовщица»? Диспетчера не смеются?

— Это позывной Эвелин, когда она управляет самолетом. У меня другой. — Он открыл очередную бутылку пива и от души хлебнул.

— И какой сейчас, подскажи? Кстати, ты его сколько раз менял?

— Да тут кто как хочет, так и называется. Когда-то был «Бродяга», потом стало «Синяя птица», когда самолет перекрасил… Ну, это ты и сам помнишь… Теперь «Дедуля».

Я не выдержал и рассмеялся.

— Сам придумал?

Джим перевернул куски мяса, исходящие паром на решетке жаровни, и ответил:

— Нет, Эвелин как-то пошутила, мол, ты прямо как дедушка-патриарх местной авиации… А я и решил — почему бы и нет?.. — Он улыбнулся.

— Вдвоем летать веселее?

— Да. И она меня подстраховывает, если что. Скажу по секрету, сейчас она чаще меня рулит, я только помогаю. Спасибо тебе!

— За что? — И правда, я-то здесь при чем?

— За ученицу. Не знаю, на сколько у меня еще здоровья хватит, если одному лететь далеко, тяжеловато уже становится… А так — и я при деле, и у девчонки нормальное занятие есть… Ее уже почти во всех аэропортах знают.

Мы оба посмотрели в сторону дома, где Джинджер и Эвелин в миниатюрных купальниках загорали, полулежа в креслах-шезлонгах. (Они решили дожидаться окончания готовки именно так. Жена Джима несколько дней назад уехала в гости к родне, поэтому дамы чувствовали себя весьма привольно. А мы с Джимом были совсем не против…) Солнце уже давно склонилось к закату, поэтому риска обгореть не было. Кстати, над чем они там тихо смеются?..

— «…Князья сидят и сговариваются против меня…», — негромко процитировал я вдруг возникшую в памяти фразу.

— «…а раб Твой размышляет об уставах Твоих.» [Псалтирь 118:23],- продолжил Джим. — Что это тебя на религию потянуло?

— Да на них посмотрел, и вдруг вспомнилось.

— Неужели читал? Вот никогда бы о тебе такого не подумал!..

— Нет, попалось как-то в одной книжке, фэнтези. Магия, колдуны… И в начале глав — подобные цитаты. [Имеется в виду цикл «Дерини» Кэтрин Курц]

— Надо же, — усмехнулся Хокинс. — «Неисповедимы пути Господни…»

Некоторое время мы молчали. Время от времени Джим переворачивал куски мяса на жаровне, обрызгивая их из бутылки, чтобы не пересыхали.

— Красивые у тебя женщины, — сказал он.

— В каком смысле?

— Джин и Эвелин.

— Ну, с Джин все понятно, а Эва при чем?

— А ты вот ничего не замечаешь, да? Как она на тебя смотрит. Как беспокоится о тебе…

— Честное слово, вижу, но…

— Стараешься соблюдать приличия? Понимаю и не упрекаю. Сам когда-то был хорош… Эх… — Хокинс крякнул и влил в себя еще с полбутылки пива. Наверное, воспоминания оказались слишком уж жаркими. — Меня можешь не ревновать, я для нее только «старший пилот и учитель».

— Если честно, сам не знаю, что с ней делать. Не прогонять же… И портить девчонке жизнь не хочу.

— «Все, что ни делается — к лучшему», — выдал Джек общеизвестную мудрость. — Ладно, хватит о женщинах. Рассказывай, где антилопу взял? Дырок от пуль в ее шкуре я не увидел…

— Я хотел потом рассказать, сразу для всех.

— Тогда можешь начать репетировать свое выступление, мясо уже готово, сейчас буду по тарелкам раскладывать…

Через десять минут мы сидели вокруг стола и вовсю наслаждались «дичиной».

— Ну, наконец-то ты готов рассказать, откуда у тебя вдруг появилась эта антилопа? Если до сих пор утверждаешь, что охотиться тебе было некогда, самолет ремонтировал? — Джинджер задала интересующий всех троих вопрос и отпила сок из высокого бокала. Пиво они с Эвелин не употребляли, так что оно все досталось нам с Джимом.

— Да, могу сказать, что он не обманывает — следов от пуль я там не нашел, — добавил Хокинс.

— Бегаешь ты явно медленнее, чем любая, даже хромая антилопа, — решила подколоть меня Эвелин.

— Тогда вам придется запастись терпением. Эта история началась несколько лет назад…

— Ты бы еще со времен всемирного потопа начал. Или его в этом мире не было? — хихикнула Джин. — Скажи, что эта антилопа сама к тебе прибежала и в самолет запрыгнула…

— Мне ее подарили, можно сказать.

— За что?

— Я ее… — Я чуть подзавис, раздумывая, как бы поточнее перевести на английский язык выражение «махнул не глядя». Так ведь не поймут, иностранцы-с!.. — Обменял.

— Так подарили или обменял? На что?

— На пару банок консервированной ветчины из аварийного запаса.

— И кто там был такой голодный? Или им свежее мясо надоело, деликатесов захотелось?

— Думаю, их можно назвать супружеской парой, наверное…

— Да кого «их»?! — не выдержала Эвелин.

— Кого, кого… Львов. Вожака и его подругу. Вообще-то, там рядом еще таких же пять или шесть по кустам лазило, я точно не считал. — У женщин после этих слов глаза стали размером… Короче, большими и круглыми.

Тут у Джинджер негромко вырвалась фраза, которую с некоторым допущением можно было перевести на литературный язык примерно, как «фантазируешь, как барон Мюнхаузен!», или «Врешь, как сивый мерин!..» Ну или даже так: «Говоришь, как известный политический деятель начала XX века»…

Однако, Джим сохранил невозмутимый вид, будто всю жизнь прожил в индейском племени или на Востоке.

— Джин, подожди! — Он поставил бутылку на стол и поднял правую руку, будто клялся в суде. — Теперь я понимаю, что мне не показалось… На шее этой антилопы я заметил следы зубов. Совершенно точно могу сказать — ни у одной собаки, даже очень большой, здесь таких не видел. Значит, Алекс никого не обманывает…

— Фотоаппарата у меня с собой не было, так что извините, всех доказательств — только вот это мясо у вас на тарелках. — Я развел руками.

— Ты нас всех заинтриговал, черт красноречивый!.. — Странно, Джин вроде бы не пила ничего кроме сока. — Тогда рассказывай, что там начинал. «Вначале было слово…», и так далее. — Она снова хихикнула. А может, там у них и не простой сок в бокалах?..

— Хорошо… Только очень вас прошу — никому не рассказывайте о том, что сейчас услышите. Пожалуйста!.. Иначе у них будут проблемы.

— У кого? У львов, что ли? Я никогда не считала тебя повернутым защитником дикой природы. — Эвелин все еще недоверчиво смотрела на меня.

— Слушайте, и не говорите, что не слышали… — Ну все, как говорится, и тут «Остапа понесло!..», во мне проснулся древний сказитель, или кот- Баюн, или они оба сразу. — Эта история началась несколько лет назад, еще до моего знакомства с вами всеми. Я только-только попал в этот мир и пытался найти в нем свое место…

Пришлось рассказать историю моего знакомства сначала с одним местным львом, потом и с его подружкой. Свои выходы в саванну объяснил весьма расплывчато — вроде как экспериментировал с радиостанцией, заодно изучал местную природу. В этот момент услышал, как Джим бурчит себе под нос что-то типа «Я и раньше догадывался, что ты — псих безбашенный, но не знал, что настолько!..»

…- И вот с тех времен я их больше не видел. Они ушли подальше от города, наверное, вокруг стало слишком много охотников.

— Я их вполне понимаю, — тихо сказал Джим.

— Получается, они тебя узнали через несколько лет? — удивилась Джинджер.

— А что тут такого? Читал про похожие случаи… Разве что сам удивляюсь — я ведь вроде с ними не обнимался, не гладил, вообще вплотную не подходил. Может, он тогда запомнил, как у меня в машине радио шипело и морзянка пищала? Я как раз в самолете рацию подключил, она заработала, зашумела… Вот и заинтересовался… Сразу стрелять бы я не стал, нападать первыми они не собирались.

— А откуда ты знаешь? — прищурилась Эвелин. — Вдруг они твою бдительность усыпляли? Только бы отвернулся — хвать! — Тут она воткнула вилку в кусок мяса, поднесла ко рту и смачно грызанула. — Сожрали бы без горчицы и кетчупа, — добавила она, прожевав.

— Нет. Успел бы почувствовать агрессию, — как можно более уверенно ответил я.

— Милый, ведь ты у меня — эмпат! [Эмпатия — это способность почувствовать и понять эмоции других людей. Эмпат — человек с развитой способностью к эмпатии, который может и устанавливать с другими людьми эмпатическую связь, «настроиться на волну» другого человека и принять информацию о его состоянии, даже если не разговаривал с ним. Например, виды эмпатии в психологии представляют так: аффективная/эмоциональная (на уровне эмоций), соматическая (на уровне тела), когнитивная (на уровне мыслей). Ну и еще кое-что, так сказать, для дополнения:

Эмпатия свойственна не только людям, но и животным. Как правило, женщины более эмпатичны, чем мужчины. Эмпатия и ощущение счастья связаны. Эмпаты не показывают близким свою ранимость. А еще бывают «темные эмпаты» — те, кто использует эмпатию для манипуляций другими людьми.] — прищурилась Джинджер.

— Ну вот, сразу нехорошими словами обзываешься… Догадалась… И как давно? — Зачем было это говорить при всех, а? Конечно, Джим и Эвелин вроде как наши очень близкие друзья, но я бы предпочел оставить ее выводы в тайне.

— У меня тоже есть свои секреты, — прищурилась жена. — Потом расскажу, если сам не додумаешься.

Хокинс решил прекратить нашу тихую семейную разборку, переведя разговор на другую тему:

— Я слышал, что охотники в этих львов не стреляют.

— Да, мне они тоже об этом говорили, еще в то время. Пришлось изрядно порасспрашивать здешних старожилов. Хотел знать, что может мне грозить при встрече с этими местными кошками и другими зверями.

— А вот я слышала, что они могут быть не совсем «местными», — задумчиво сказала Джинджер.

— В каком смысле? На Старой Земле таких точно не водилось. Тогда откуда их сюда притащили?.. — Мне стало интересно.

— Изначально они и были местными. Но два или три десятка лет назад далеко в горах организовали тайную биолабораторию, где пытались вывести из них что-то вроде «суперсолдат». Ну, как в полиции собачьи отряды К-9, только совсем на другом уровне.

— И тут очередная «теория заговора»… — Я усмехнулся. — Тогда еще и технологий-то особых для этого не было. Наверное, кто-то фантастикой слишком увлекался. Книгу «Львы Эльдорадо» очень любил, например…

— Не знаю, как насчет супертехнологий и фантастики, но яйцеголовые умники доигрались. Через несколько лет подопытные разгромили весь комплекс и вырвались оттуда. Почти все, нескольких сумела убить охрана.

— Хорошая история для рассказа ночью у костра, возле палатки в лесном лагере скаутов. — Эва закончила разбираться с очередной порцией мяса и потягивала сок из бокала. Я решил поухаживать за ней и подлил из кувшина еще, она благодарно кивнула.

— Да, эта история выглядит, будто пересказ дешевого ужастика с видео, — согласилась Джин. — Сначала экспериментаторы пытались замести следы и отстреливали всех львов, которые только попадались им на глаза. Те стали прятаться… Потом… Потом стали пропадать сами охотники, целыми группами. Достаточно было выстрелить в одного из львов, как остальные начинали очень изобретательно мстить. Так что… Суеверия имеют под собой вполне реальную основу.

— Ну а ты-то откуда это узнала? — Если это и в самом деле правда, то сведения о таких происшествиях всегда стараются закопать как можно глубже в самые секретные архивы, под грифом «Хранить вечно».

— Вы будете смеяться… Уже давно, случайно подслушала разговор на корпоративной гулянке. Подвыпившие мужики бывают такими болтливыми, особенно когда думают, что никого лишнего нет рядом. А я тогда за плотной занавеской спряталась от одного чрезмерно навязчивого ухажера. — Она хихикнула. Хм, явно у Джин в бокале плещется не только сок… Попробовать, что ли?.. Только незаметно… — Но тоже попрошу вас никому об этом не рассказывать. Того болтливого выпивоху я узнала по голосу и никогда больше не видела, хотя раньше он сидел через два стола от моего рабочего места в офисе.

— Кто-нибудь хочет еще порцию? — Джим встал и указал на опустевшее блюдо. — Тогда сейчас займусь!

Мы все дружно подняли руки.

— Хорошо, как будет готово, позову на помощь. — И он ушел к жаровне, задумчиво покачивая головой. — Надо же, львы сами ему тушу принесли!.. — послышалось, когда Джим отходил.

— Теперь, Эвелин, не хочешь ли ты поведать нам, с чего вдруг решила, что у меня неприятности? — Я посмотрел ей прямо в глаза. Она слегка покраснела, но не отвернулась.

— Да все было так странно… После того, как мы отвезли вам посылку с книгами, я поехала домой. Там пообедала, отдохнула… Потом… Какое-то время занималась гимнастикой, чтобы не терять форму. Я каждый день упражняюсь, только время разное. Когда сильно устаю, тогда недолго… После душа приготовила ужин… Немного посмотрела телевизор, потом легла спать… И приснилась какая-то стрельба, потом летящий самолет, который падает прямо в кусты… Нормально не спала, всю ночь казалось, что под окнами кто-то ходит, крадется… А утром будто толкнуло, и я поехала к вам домой. Вот и все…

— Интересно… Что было у тебя на ужин, можно спросить?

— Ничего особенного, — улыбнулась Эва. — Так, салатиков пара, несколько картофелин с овощами… Пара бокалов «вишневки»… Все.

— «Вишневка»?

— А что ты так удивился? Она же слабая, как разбавленный компот!..

— Слабая-то слабая… Из мякоти ягод этого растения вино делают, а из косточек — интересный препарат. По действию он примерно как LSD. Так что с некоторых пор я с этим «компотом» осторожничаю… — Вот вам, девочки, информация к размышлению. — Вдруг там виноделы слегка не того нахимичили, ошиблись в процессе…

— Неужели у тебя с этой слабенькой водички были видения? И в какие странные миры тебя уносило? — Они обе дружно засмеялись.

— В другие миры не путешествовал. Но впечатлений хватило… Хотя с наркотиками никогда дела не имел и не собираюсь. Меня и без них «штырит» иногда…

— В каком смысле? — Эвелин удивилась.

— А откуда я идеи беру, по-твоему? Хотя, точно и сам этого не знаю… Они откуда-то появляются, и все. Без всякого алкоголя, наркоты и табака. У меня для этого «муза» есть… С некоторых пор.

— Это кого ты имеешь в виду? — ревниво спросила Джинджер.

— Можешь не волноваться, просто подойди к зеркалу, посмотри в него и улыбнись как можно добрее. Тогда и сможешь ее увидеть…

— Иногда ты такой шутник, милый! — Она не поленилась, встала со своего места и смачно чмокнула меня в щеку. — Ты мне раньше об этом никогда не говорил.

— А ты раньше никогда и не спрашивала, — парировал я, сковырнув пробку с очередной бутылки пива.

Тут вернулся Джим с новой порцией мяса, и все принялись накладывать себе на тарелки слегка дымящиеся куски.

…Посидев еще немного, мы начали собираться по домам. Первой уехала Эвелин, на прощание обнявшись с Джинджер и помахав нам с Джимом рукой. Хокинс решил сделать сюрприз для нашего пса: предварительно узнав, есть ли в нашей морозилке на кухне достаточно места, он накидал кучу костей в пакет и замотал его в пленку.

— Пусть Джек порадуется. Может, и вашему коту перепадет что- нибудь, — засмеялся старый летчик.

По пути домой Джинджер попросила меня ехать помедленнее, сказав, что ее почему-то укачивает.

— Милая, признавайся, ты там употребила не только сок?

— Я решила снять стресс, переволновалась вчера и сегодня утром, имею право! Спросила у Джима разрешения и плеснула себе виски…

— А Эвелин к тебе присоединилась?

— Нет, она честно пила эту фруктовую воду… Можешь за нее не переживать. — Джин отвернулась и стала рассматривать в окно идущих по тротуару пешеходов.

— Прости. Кто бы мог подумать, что обычный полет на ферму превратится вот в такое… приключение… Ведь уже несколько лет все было тихо.

— Я уже совершенно спокойна, благодарю! — Джинджер села подчеркнуто ровно и стала смотреть прямо перед собой. — И спасибо за приятный вечер… с фирменным блюдом Хокинса.

— Насчет «фирменного блюда» не в курсе, никогда раньше на его вечеринках не был.

— Мне как-то довелось, еще на аэродроме. Тогда отмечали день рождения, не помню уже, чей именно. С тех пор и знаю…

Оставшееся время мы ехали молча. Я крутил руль, раздумывая, много или нет — три маленькие бутылочки пива? Никакого хмеля не чувствовалось. А в меру острое блюдо, приготовленное Джимом, почему- то вызвало прилив бодрости. Или это только кажется?

Как только приехали, Джинджер сразу отпустила няню и принялась кормить Уильяма ужином. Я поднялся наверх и решил все-таки перебрать свои сумки, чтобы убрать лишнее в шкафы под замок. Все равно в ближайшие дни я никуда не полечу, пока «Сессна» стоит в ремонте.

— Алекс, спустись сюда, пожалуйста! — позвала Джин снизу.

— Хорошо, иду!

Когда я подошел к ней, она показала на стоящую рядом корзинку.

— Так, сейчас берешь вот этот продуктовый набор для романтического ужина, и едешь к Эвелин домой. Адрес там есть.

— А-а-а… Э-э-э… Ты уверена? Вдруг у нее кто-то в гостях?..

— Если так, то просто отдашь ей все в знак благодарности, и вернешься. Если она там одна — организуешь ей незабываемый вечер…

— Ох… Но ты ведь потом будешь ругаться и ревновать, в любом случае?

Джинджер улыбнулась, предвкушая будущие события.

— Конечно, буду!.. Но согласись, что лучше получать оплеухи за реальные грехи, а не выдуманные злой и ревнивой женой? А то ты прямо весь такой положительный, что аж зубы сводит.

— Э-э-э… — У меня пропал дар речи.

— Зато я буду знать, где тебя найти. Времени у тебя до утра, если что. Выполняй все, что она захочет. Добрая фея-крестная, чтоб тебя!.. — Джин хмыкнула.

— А вдруг она захочет какое-нибудь экзотическое «садо-мазо»?.. Я к такому морально не готов! — Попытка соскочить оказалась неудачной.

— Ничего, потерпишь. Эва чуть ли не спасательную операцию тут организовала, а тебе времени на нее жалко?! Потом все объясню.

— Да, я вот никак не пойму, зачем мужики платят всяким «повелительницам» за то, чтобы их унижали? Достаточно жениться, и однажды неправильно сложить полотенце…

— Хватит болтать, твое время уже пошло! — Джин грозно нахмурилась, изображая карикатурного сержанта из военных фильмов. — Завтрак в девять, и чтобы без опоздания!

— Да, мэм! Так точно, мэм!.. Разрешите бегом?! — Орать я не стал, чтобы не разбудить Уильяма, но шепот получился довольно громким.

— Разрешаю!..

Я подхватил корзинку, как можно четче повернулся «кругом» и вышел из кухни, пока она не передумала. Странно, что это вообще такое сейчас было? И почему у меня такое впечатление, что они вдвоем все уже решили заранее? Ох уж мне эти тайны мадридского двора, скандалы, интриги, расследования…

…Уже в машине я разглядел, что в корзинке сверху и правда лежала бумажка с адресом. Судя по найденному в «бардачке» изрядно потрепанному плану города, Эвелин жила на соседней улице с Джимом, и дома были с близкими номерами. Специально выбирала, или просто так получилось?

Задавив последние сомнения, я подогнал машину к закрытым дверям гаража. Видимо, свой джип Эва загнала туда. Хорошо, надеюсь, она дома…

Из-за входной двери доносилась еле слышная музыка, с бодрым и ритмичным буцканьем ударных инструментов. Я несколько раз нажал на кнопку дверного звонка, но из-за музыки ничего не расслышал. Внезапно музыка стихла, дверь открылась и выглянула Эвелин. Увидев меня, она радостно улыбнулась. Эмоции буквально «полыхнули» во все стороны.

— Привет!.. — И почему мне кажется, что никакого удивления не видно и не слышно?..

— Вот, решил сказать тебе спасибо. — Я протянул ей корзинку с тихо звякнувшим содержимым.

— Да ты не стой на пороге, заходи. Я сейчас быстро приму душ и переоденусь, тогда и поболтаем, хорошо? — На ней был покрытый пятнами пота коротенький спортивный «топик» и миниатюрные шорты. — Как раз уже заканчивала упражнения… — Корзинку она не взяла, пришлось держать презент в руках.

Мне оставалось только кивнуть, заметив, как она запирает входную дверь. Я шел следом за ней и любовался стройной фигуркой, Эва это явно чувствовала и вовсю подыгрывала, слегка взмахивая руками, будто в танце. Мы прошли мимо кухни и, чуть подтолкнув меня рукой в комнату, девушка указала на широкий диван:

— Садись, можешь пока включить телевизор, вдруг что интересное найдешь. Я быстро!

Пощелкав пультом, я нашел старую комедию «Укрощение строптивого» с Адриано Челентано и Орнелой Мути в главных ролях, фильм я раньше смотрел много раз, помнил чуть ли не дословно, так что трудностей с просмотром не возникло.

Примерно через четверть часа вошла Эвелин, с чуть влажными волосами, одетая в длинный махровый халат.

— Ничего, что я в этом наряде, вместо вечернего платья?

— Все хорошо, мы же не в элитном ресторане.

— Вот столик… — Она придвинула к дивану нечто с довольно низкой столешницей, неправильных очертаний. Дизайнерская работа, что ли?.. — Не бойся, он не перевернется. Доставай все из корзинки, что там у тебя?

— Да откуда я знаю, что там лежит?.. — Заметив недоуменный взгляд Эвелин, я тут же поправился:

— Быстро собирался, не запомнил. — Врать нехорошо, но и признаваться не хочется…

Она сделала вид, что поверила.

— Сейчас принесу пару бокалов и штопор. У тебя тут хорошее вино, я смотрю…

— Да какое было, то и прихватил…

— Тогда открывай, а я пока разложу все по тарелкам.

Спустя некоторое время мы выпили по бокалу вина и съели пару мелких бутербродов с сыром. Эвелин придвинулась поближе и обняла, положив голову мне на плечо. Тем временем события на экране продолжали развиваться дальше.

Мы оба смеялись во время особенно юморных моментов. Когда между Илией и священником зашел разговор о том, как они борются со своими желаниями, я взял руку Эвелин и провел пальцами по ее ладони, ощутив весьма жесткую кожу. Не мозоли, но очень близко к этому. Девушка усмехнулась.

— Проверяешь? Это от упражнений, у меня в другой комнате шест закреплен. Тренируюсь, чтобы форму не терять. Ну и еще иногда девчонкам в клубе показываю, как и что. Они там меняются, новеньких тренировать приходится, если Маноло попросит…

— Вот я и подумал — запаса дров у тебя возле дома нет, откуда мозоли? Теперь понятно…

— Сейчас, фильм закончится, покажу… Зря тренировалась, что ли… Хоть ты посмотришь.

— Скучаешь по сцене?

Она завозилась, устраиваясь поудобнее.

— Ну, не очень… Летать интереснее. Хотя, моя гимнастика очень пригодилась — Джим очень удивился, что меня не укачивает, и голова не кружится при болтанке.

— Еще бы! У меня даже сердце замирало, когда ты там вертелась под потолком.

— Правда? — Эвелин приподнялась и заглянула мне в глаза.

— Да, конечно. Ведь ты специально выбирала такие эффектные трюки…

— Иначе бы смотреть было скучно и не интересно. Кому-то достаточно крутиться перед пьяными мужиками на полу вокруг шеста и бодро вертеть голой задницей. А я так не хотела…

Фильм закончился, и все еще смеющаяся над заключительным эпизодом Эвелин встала с дивана и потянула меня за руку.

— Пойдем, я сейчас покажу мою тренировочную комнату!

Когда вошли в соседнюю дверь, хозяйка включила свет. Загоревшиеся по углам под потолком яркие лампочки осветили блестящий шест в середине комнаты и толстые тренировочные матрасы- маты на полу. Эвелин подошла к окну и задернула темные занавески. Еще я успел заметить массивные стеклопакеты, впрочем, такие же были и в гостиной.

— Какие тут окна необычные… Стекла, случайно, не бронированные?

Она усмехнулась:

— Нет. Остались от предыдущих хозяев. Как мне сказал риэлтор, те не любили шум во время сезона дождей. Музыканты, или что-то вроде… А звуки действительно глушатся очень хорошо. Я специально включала магнитофон на полную громкость и выходила на улицу, чтобы проверить. Слышно, но еле-еле. А во время дождя здесь и правда тихо.

— Да, в моей каморке под крышей в дождь не просидишь слишком долго — через несколько часов голова как деревянная становится.

— Если устанешь от шума — можешь приезжать в гости, — вполне серьезно сказала Эва.

— А вдруг припрусь не вовремя? Друг какой-нибудь на диване сидеть будет… В трусах и с бутылкой пива…

— Все это время я ждала тебя… И никого сюда не приглашала. Но ты ведь пришел? Значит, дождалась…

Я не успел ответить, как она подошла к небольшой полке, включила магнитофон и быстро промотала кассету до нужной ей мелодии. Скользнув к шесту, скинула с плеч халат, оставшись в сделанном из атласно блестящих полосок наряде. Не знаю, репетировала ли она свое выступление полностью, но на мой взгляд, все трюки она проделывала с шиком и лихостью. Мне даже пришлось чуть отойти к двери, чтобы случайно не зацепила ногой при размахе или повороте. Когда смотришь на действие вплотную, а не из зала, то можно ощутить все эмоции исполнителя. Сейчас самыми яркими были радость и… предвкушение?

Наконец, это неожиданное выступление закончилось, Эвелин спрыгнула и очутилась у меня в объятиях — я поддержал ее в последний момент.

— Сколько у нас есть времени? — чуть задыхаясь, спросила она.

— Главнокомандующий дал увольнительную до девяти утра, — попытался отшутиться я. Но мне тут же закрыли рот горячим поцелуем. А дальше… Ночь оказалась очень длинной. И сил хватило на все желания… Или почти на все.

Глава 6

Утром телефон Эвелин загудел нарастающим сигналом будильника. Она, не открывая глаз, нащупала его на тумбочке и несколько раз мазнула по экрану пальцем, заставив умолкнуть.

— Тебе нужно куда-то ехать? — спросил я у нее.

— Да… Джим просил часам к десяти быть на аэродроме. Будем карты проверять, вроде бы в сторону Нойехаффена, а потом еще дальше лететь собирались… Но это завтра… Обними меня…

Притянув ее к себе, я принялся поглаживать ей волосы и спину. Эва блаженно потянулась, словно кошка.

— Муррк… Как хорошо!.. Жаль, что это не может происходить почаще. Не переживай, все будет хорошо!

— Я чего-то не знаю?

— Поверь, о некоторых вещах тебе лучше даже не догадываться. — Она рассмеялась. — Все, пора вставать!

Перелезая через меня, Эва как будто случайно потерлась грудью, но сумела ускользнуть от моей попытки удержать за руку

— Нет уж, мой дорогой и горячо любимый друг! Как однажды сказал один из королей Франции, «А я говорю — хватит секса!.. Насегодня хватит секса!..» — Еще не одевшись, она подняла сцепленные руки над головой, с наслаждением потянулась, вытянувшись в струну, шагнула и чуть заметно поморщилась.

— Похоже, ночью я немного увлеклась и переоценила свои силы…

— Что-то случилось?

— Ничего страшного, главное, что ты остался жив и здоров. — Эвелин усмехнулась. — Надеюсь, ты сумеешь сам доехать домой? Если что, могу и подвезти.

— Сейчас встану, умоюсь и скажу точно.

Уже через десять минут мы мирно сидели за столом на кухне и пили кофе, заедая печеньем и разогретыми в микроволновке бутербродами, оставшимися с вечера. (Нам вечером как-то очень быстро стало не до ужина, вот они и переночевали в холодильнике.) Еще через четверть часа мы попрощались (Эвелин совсем не по-дружески поцеловала меня в губы) и разъехались. Кто на запад, кто в другую сторону…

Я не спеша рулил вдоль по улице, раздумывая о происшедшем. Что это вообще такое было? Джинджер сама отправила меня в гости, сказав, что до утра. Или это была такая провокация — поддамся или нет? Тогда почему прозвучало «Выполни все, что она попросит и пожелает!..»? Я ведь не волшебник и не джинн из сказки. Чует мое сердце, что все это может привести к большому шухеру…

Внезапно я увидел ЕЁ!.. Она шла по тротуару мне навстречу. Если бы ехал чуть быстрее, мог и не заметить, не обратить внимания. Но сейчас…

Бригитта!!! Не может быть!!! Ты ведь погибла несколько лет назад, мы тебя похоронили!!.. Сердце гулко забухало, пропуская удары… Что это…

Хорошо, что за мной не оказалось других машин. Вильнув, я затормозил вплотную к тротуару и уставился в зеркало заднего вида. Выглянуть наружу не решился… Да и сил почему-то не было…

Женщина, поразительно похожая на… ту, которую здесь называли Бригиттой… прошла чуть дальше и решительно дернула на себя входную дверь какого-то магазинчика. Сквозь тихий гул двигателя, работавшего на холостых оборотах, явственно послышался металлический перезвон колокольчиков изнутри магазина, здесь во многих местах так. Уже лучше, значит, это не зрительная галлюцинация от переутомления… Или Эвелин мне все-таки подмешала в напиток нечто бодряще-возбуждающее?.. А заодно и вызывающее глюки… Но все остальное вокруг очень даже реально, и щипать себя не надо… Нет, выходить из машины и бежать в магазин — точно не стану!.. Порто-Франко — это всего лишь «большая деревня». Рано или поздно все выяснится.

Стараясь не вилять по дороге (руки почему-то заметно дрожали), я кое-как доехал. Очень медленно и аккуратно завел джип под навес и поплелся в кухню. Джинджер, одетая в майку и шорты, стояла спиной ко входу и на мое появление, казалось, никак не отреагировала. Так, где у нас заныкано универсальное антистрессовое средство?.. Мне кажется, или на кухне сейчас жарковато, даже слишком?..

Сунувшись в шкафчик за ее спиной, я достал бутылку бренди, небольшую стопку и сел за стол. Набулькав в мелкую тару почти до краев, махнул все одним глотком, вообще не почувствовав вкуса, будто простую воду.

— Что, совесть мучает? — спросила Джин, не оборачиваясь. — Симпатичная девчонка бодрит гораздо лучше тетки с начинающими отвисать сиськами?

Тут она повернулась и удивленно приподняла брови:

— Ты чего такой серо-белый? Перетрудился? Даже когда я пошутила и сказала, что у нас будет двойня, ты так не переживал…

Сердце снова кольнуло, я невольно сморщился и потер грудь.

— Вот как, «седина в бороду — бес в ребро»? Теперь еще и ребра болят? Она тебя совсем заездила?

— Я только что видел в городе… — горло пересохло, и потребовалась еще одна порция бренди.

— Кого? Очередную «Мисс Вселенную»?

— Нет. Бригитту…

— Пить надо меньше! — Но тут же сама налила бренди в мою стопку и залпом ее осушила. — Рассказывай! — Уселась напротив, облокотилась на стол и демонстративно приготовилась слушать.

— Я ехал по улице, машин не было, прохожих мало… И тут… Она шла по тротуару, навстречу…

— Где именно?

— Да на Центральной улице, где-то в середине. Я от неожиданности остановился, она прошла мимо и открыла дверь в какую-то лавку, или куда еще, не знаю, не выяснял. Слышно было, как звякнули железячки над дверью, так что это вряд ли галлюцинация.

— В чем она была одета? Случайно не в тулуп и валенки?

— Смеешься, да? Лето же сейчас… Футболка, джинсы с ремешком… Повязка, или косынка на голове, непонятно… Волосы… все такие же, рыжие, до плеч… Кроссовки… вроде бы…

— Но она просто ушла, не обернулась?

— Да.

— Все просто. Если бы… Повторяю — если бы!.. — Джин слегка стукнула ладонью по столу, — каким-то совершенно бредовым, невероятным, фантастическим образом это в самом деле была она, то машину твою наверняка узнала. И тебя за рулем — тоже. — Ну вот, всегда можно найти разумное объяснение происходящему…

— Ты права, как всегда. — Мне только и оставалось, что вздохнуть. Сердце вроде бы перестало давить на ребра, но горькое чувство потери еще оставалось.

— Надеюсь, ты не придумал эту историю, чтобы меня разжалобить. — Джинджер посмотрела на меня взглядом строгой учительницы математики. — Точно?

— Да какое там!.. Я ехал и гадал, что ты такое комбинируешь, и зачем…

— Зачем, зачем… Долги отдаю, вот зачем. — Она снова налила себе бренди, в этот раз половину стопки, и снова высадила ее в один присест.

— Какие долги, кому?!..

— Это мои личные «летучие мыши в колокольне» [Эквивалент выражения «тараканы в голове»], не бери в голову.

— Знаешь, а я уже встречал своего «двойника» раньше. Не здесь, давно… Еще там.

— Ну и как ощущения? Неужели прямо как близнец?

— Нет, больше похоже на то, если бы он был моим старшим братом, наверное… Сначала меня с ним перепутал на улице какой-то совершенно мне незнакомый человек. Поздоровался, стал про кого-то расспрашивать, а я не мог понять, в чем дело. И это точно был не мошенник — ну, знаешь, из тех, кто тебя забалтывает, а потом вытаскивает бумажник из твоего кармана или сумки, потому что не подходил близко. Когда он понял, что ошибся, то спросил, не знаю ли я такого-то? Да откуда, там в организации работало несколько тысяч человек… А через несколько месяцев я и сам этого двойника встретил, на какой-то выставке разработчиков. Оказалось, что у нас близкие профессии и хобби, даже очки носим чуть ли не с одинаковыми диоптриями!.. Ну, конечно, сравнивать родимые пятна, как в индийских фильмах, мы не стали, так и разошлись в разные стороны… Может, и у тебя похожее было?

— Такого — точно нет. Подходила чуть ближе и сразу становилось ясно — не он или не она. Но зубы-то мне не заговаривай!.. Мне придется за тебя краснеть?

Я чуть не уронил челюсть на пол.

— Надеюсь, что нет… Вроде бы все закончилось хорошо… Она на аэродром поехала, а я сюда.

— Ну, посмотрим… Интересно, это ты ей сделал подарок на Новый год, или она тебе? — негромко, себе под нос сказала Джин.

— Ты о чем?

— Неважно. Пока неважно… Иди в ванную, а потом будем завтракать. Казанова…

— Ты же вроде бы хотела поговорить о чем-то?

— Передумала, — хмыкнула Джин. — Дня через три-четыре поговорим. Иди уже, мне готовить надо!..

Я поднялся из-за стола, вернул бутылку в шкаф, ополоснул стопку и засунул ее к остальной посуде. Уже выйдя в коридор, начал закрывать за собой дверь, но решил схулиганить — чуть высунулся на кухню и громко сказал:

— А твои великолепные сиськи мне всегда очень-очень нравились!..

Едва успел убрать голову и закрыть дверь, как в нее что-то с громким хлопком ударилось и немного погодя смачно хлюпнулось на пол. Наверное, это был большой помидор?.. Уходя, я слышал тихий смех Джинджер и ее голос — «Подхалим!..». Неужели она больше не сердится? Ведь она бросила не раньше, чем я спрятался за створкой двери. Все-таки она меня любит… Наверное…

Завтрак прошел в тишине. Наверное, потому, что я ел в одиночестве — Джинджер поехала в офис, отрабатывать свою половину дня. Уильяма она отвезла в детский сад до вечера, ему там гораздо веселее с другими детьми. Кот и собака убежали во двор, заниматься своими делами.

Спустя минут пятнадцать я уже лежал в кровати и медленно задремывал, все глубже проваливаясь в темноту сна. Видений никаких не было, или я ничего не запомнил. Наверное, так оно и лучше…

Разбудило меня прикосновение руки к плечу.

— Что, притомился, герой-любовник? Вставай, обед уже скоро.

— О, Джин, ты уже вернулась?

— «Уже»… Спишь, как медведь в берлоге, и ничего не слышишь. Я несколько часов как приехала, успела обед приготовить.

— Да, сейчас… Глаза только протру… — Я потряс головой — все-таки спать днем нужно в меру. — Все, иду!

За обедом ничего важного мы не обсуждали, чтобы не портить аппетит. Загрузив тарелки в посудомойку, Джинджер сказала:

— Ну все, теперь можно и поболтать…

Я чуть напрягся, но постарался ничем этого не выдать. Однако, не получилось…

— Да не бойся ты, сейчас рядом хищников нет. Кроме меня, конечно!.. — Она демонстративно улыбнулась во все зубы, и поманила меня за собой в гостиную. — Садись!

Повинуясь жесту, я уселся на диван, она села вплотную ко мне.

— Ты интересовался, что за «фирменное блюдо»? Тогда знай, мясо молодой антилопы, когда его приготовят особенным образом, действует примерно так же, как и некоторые морепродукты. Да-да, именно в том самом смысле.[Например, есть средство «Пантокрин», добываемое из пантов (рогов) марала. Почему бы не предположить нечто подобное и относительно новоземельной антилопы?..] Но есть нюанс!.. Если одновременно употребить крепкие спиртные напитки, эффект никак не проявляется.

— Так вот почему ты…

— Не перебивай, пожалуйста!.. Эвелин спиртного не пила, так что, сам понимаешь… Ты тоже обошелся малой дозой пива. Оставалось только немного подтолкнуть тебя в нужном направлении.

— Но зачем? Я ведь вижу, что…

— Значит, мне так нужно. Я подумала и решила, если уж она как-то сумела увидеть то, что с тобой случилось, не мешает попробовать тебе и ей закрепить и усилить эту непонятную науке связь. Тем более, Эвелин к тебе до сих пор очень неравнодушна.

— И ты так спокойно об этом говоришь?!.. — Нет, правда, такого и в кино не увидишь!

— «Если что-то нормально работает, не нужно это трогать» — ты вроде сам так говорил иногда? Вот пусть и работает эта «сигнализация». Конечно, лучше, чтобы она никогда не пригодилась… А я как-нибудь потерплю… Но не слишком часто, понял? И ни о каком «лямур де труа» даже не мечтай, ясно?!.. Кстати, а что ты там говорил про «вишневку»?

— Да было один раз нечто странное, когда торчал в Нью-Рино. Я тогда перед сном выпил бокал этой самой «вишневки»…

— И что? Испытал ощущение полета без крыльев?

— Нет. Всего лишь захотел увидеть, что ты делаешь вечером.

Джинджер чуть отстранилась и округлила глаза.

— Решил подсмотреть?!.. — Она ткнула меня в плечо и осуждающе покачала головой. — Нехорошо!..

— Мы там долго просидели, и я очень по тебе соскучился…

— Ладно, поверю… И что увидел?

— Ты была на кухне, что-то готовила, наверное, ужин. Кот и пес рядом сидели, ждали… Судя по всему, у тебя играла музыка из включенного радиоприемника. Ты кружилась, что-то напевала… Но было только изображение, как в телевизоре без звука. Из одежды — красная футболка с надписью «Снять перед вылетом», заметно на тебе болталась, специально больше на пару размеров купила? А больше — ничего не надето, вообще… Ай! Ну чего ты толкаешься?!

— И ты молчал об этом несколько лет?!..

— Откуда я мог знать, что это все происходило на самом деле, а не обычный сон или глюки?

— Мог бы и спросить!

— Ну, когда я вернулся, нам было как-то не до того, ты же помнишь…

Джин заметно поморщилась — да, перед моим возвращением случилось много весьма неприятных происшествий, в результате которых мы оба могли легко оказаться в числе «безвозвратных потерь».

— Да все так и было. Я ту футболку купила уже после твоего отъезда. Решила потом как-нибудь показать… Значит, и ты можешь видеть на расстоянии?

— Давай не будем восторгаться непонятно чем! А то еще решишь, что я за тобой все время подглядываю.

Джин улыбнулась.

— А я и не против. Знаешь, сколько фильмов снято с подобным сюжетом? Правда, в них обходились фотоаппаратами или видеокамерами…

— Когда-то, еще в школе, я читал фантастическую книгу «Возвращение льдов»[Автор в курсе, что книга Александра Казанцева называется «Льды возвращаются» Так что давайте спишем это на трудности перевода…]. Так вот, в ней шпионы передавали друг другу сведения, закинувшись вытяжкой из кактуса, пейотля, что ли, и печатая тексты на машинке.

— Ты еще Карлоса Кастанеду вспомни! — Надо же, она о нем знает!.. — Что удивляешься? У нас на факультете журналистики тоже разных чудиков хватало. Правда те, кто экспериментировал с подобными способами расширения сознания, доучиться так и не смогли — их сознание перестало помещаться в рамку стандартного диплома. — Джин хихикнула.

— Наверное, здесь нужна не только дополнительная стимуляция. Если люди не настроены друг на друга — ничего не выйдет, иначе бы об этом давно все знали и вовсю пользовались. Думаю, нужно сказать Эвелин, чтобы молчала о подробностях. Ну и мы тоже ничего и никому не расскажем, правда? — Я посмотрел в глаза Джинджер.

Она задумчиво кивнула.

— Ладно, ты иди в свою каморку, а я займусь своими делами. Подумаю, что и как…

Войдя в свою мастерскую на чердаке, по совместительству — «радиорубку», я уселся на вертящийся табурет с круглым сиденьем (так прикольнее, чем просто сидеть в кресле), включил аппаратуру и начал крутить ручку настройки, пытаясь найти что-нибудь интересное.

К большому сожалению, вместе с местным прогрессом в виде большого количества мелкой и крупной бытовой техники в город пришли и проблемы — эфир стал гораздо шумнее и «грязнее». Сейчас спасало то, что обитатели соседних домов уехали на работу, и большинство источников помех отключено. Будем считать, что сегодня мне повезло…

Как ни странно, морзянка здесь до сих пор была в ходу. Ведь для нее не требуется сложная аппаратура, нужную вполне можно сделать самому, если есть из чего. Конечно, «цифра» может быть и дальнобойнее, но для этого нужны дополнительные устройства, а они гораздо более капризные и требовательные. Ну и голосовая связь никуда не делась, куда же без нее.

Любители поболтать обычно появлялись в эфире ближе к вечеру — когда возвращались с работы. Днем в основном переговаривались служебные радиостанции, фермеры передавали свои заявки, можно было услышать, как диспетчеры разных аэропортов согласовывают перелеты. А то вдруг получится так, что прилетишь, а заправляться-то и нечем — не успели подвезти горючее!.. И будешь там сидеть неизвестно сколько, наматывая неустойку за опоздание, пока по раздолбанной грунтовке до «точки» не доплетется автоцистерна или грузовик с бочками.

— …Кто там следующий по заявке?

— Иващенко…

(Интересно, на чьи переговоры я нарвался?..)

— Он на месте?

— Да-

— Его ожидают, говорите!..

Спустя паузу в полминуты я услышал:

— Вася, ты меня слышишь?

— Здравствуй, Аллочка! Как дела? — раздалось в ответ слишком бодрое, до неискренности, приветствие.

— Здравствуй… Когда ты вернешься?..

— Кэп говорит, через неделю будем дома.

— Вася, я так больше не могу… Я устала быть одна…

— Подожди чуть-чуть, совсем немного осталось. Я вернусь, и мы обо всем поговорим.

— Да, поговорим, ты все время это повторяешь!.. — Послышался тихий плач. — А я не знаю, что мне делать… Меня трясет уже…

— Милая, да подожди!..

— Я устала ждать! Все!..

— Алла, я скоро буду дома!.. — И наступила тишина…

После долгой, очень долгой паузы равнодушный голос произнес:

— Еще заявки на переговоры есть?

— Нет.

— Тогда следующий сеанс по графику. Конец связи!

— Конец связи!..

Наступила тишина, нарушаемая только редким потрескиванием атмосферных помех и комариным пищанием неразборчивой морзянки на пределе слышимости. Я покрутил ручку дальше — ничего…

Переключив диапазон на вещательный, я настроил приемник на местнуюЕМ-радиостанцию, часто передававшую музыку примерно двадцатилетней давности. (Наверное, по заявкам таких же, как я, старых меломанов…) Зазвучала песня дуэта «Roxette» — «Поговори со мной». Надо же, прямо в тему…

Поговори со мною нежно, Поговори со мной изящно. Поговори со мною о любви и счастье.

Поговори со мной, когда ты одинок,

Поговори со мной в печали,

Поговори со мной, когда любовь пропала.

Когда ты одинок, то хочешь спрятаться, Но от себя не убежать, как ни старайся. Спокойствия в безмолвии найти Ты не сумеешь, сколько ни пытайся.

Сняв очки, я уперся локтями в стол и прижал ладони к глазам. Вот ведь, мимоходом нарвался на чужие разборки… Словно заглянул в открытое настежь окно и стал невольным свидетелем бурной семейной драмы. Будто мне своих переживаний не хватает…

Поговори со мной в бескрайней пустоте, Поговори со мной, когда все неудачно, Поговори со мною тихо о любви и счастье…

Когда ты одинок, то хочешь спрятаться,

Но некуда бежать, и все пропало.

Спросил ты «Как мне лучшее найти?..»

Но тишина в ответ и трубка промолчала.

Поговори со мной, когда ты одинок,

Поговори со мной в печали,

Поговори со мной, когда любовь пропала.

Поговори со мной,

Поговори со мной,

С любовью… [Roxette, «Speak То Ме», вольный перевод — автора.]

Скрипнули доски пола, и Джин положила руки мне на плечи. Я не услышал, как она вошла.

— Что, грустная песня навеяла на тебя печаль? Так переключи на что- нибудь другое, в чем проблема!

— Нет, песня уже закончилась, сейчас диджей поставит веселый трек… Я услышал переговоры по радио, вот и задумался…

— И кто там болтал?

— Моряк, с берегом… Подруга ему сказала, что не хочет больше ждать.

— Ничего, помирятся. А если нет — то к лучшему. Значит, они друг другу не так уж и нужны.

— Да, не все готовы ждать подолгу. Некоторым обязательно нужно держать супруга как можно ближе к себе.

— Надо же, ты у нас знаток семейных отношений! Может, еще и в консультанты потом перейдешь? — Джинджер явно улыбалась, стоя у меня за спиной, легонько сжимая и разжимая пальцы, будто массируя, помалу приближаясь к шее.

— Пока не тянет. Нет никакого желания быть удобной жилеткой для чужих слезоизлияний.

— Ну да, с твоей-то эмпатией…

— Поэтому мне и было очень тяжело жить в многоквартирном доме. Чужие эмоции давили со всех сторон. А если постоянно закрываться — то со временем начинал чувствовать себя глухим. Неприятно…

— Бедный ты мой! — Джин сочувственно погладила меня по голове. Но никакой насмешки — она и в самом деле сопереживала.

Чуть отстранившись, Джинджер крутанула меня рукой за плечо, и я оказался повернутым спиной к столу, лицом к ней. Тут же она уселась ко мне на колени, буквально нос к носу, и сказала:

— Теперь никуда не денешься!..

Мне оставалось только усмехнуться, несмотря на то что край столешницы ощутимо врезался в спину.

— И не собирался.

— Знаешь, почему я с тобой? Не только здесь и сейчас, а вообще? — Что, наступило время серьезного разговора?

— М-м-м… Потому что я — хороший человек?

— Как бы тебе сказать… Частично и это тоже.

Теперь настало время улыбаться мне:

— Частично хороший, что ли? И в какой именно части?

— Нахал! — Она шутливо стукнула меня по плечу. — Слушай, повторять не буду!

— Весь внимание, отдаю вам свои уши, леди!..

— Я серьезно!.. Итак… Еще при нашей первой встрече ты показался мне… не странным, скорее… необычным, что ли.

— А что во мне такого необычного?

— Ты на меня смотрел… ну, не знаю, как это сказать… не как на женщину, а на статую… Я тогда очень удивилась.

— И что такого?

— Но я же не мраморная глыба!..

— Насколько я знаю, красивые женщины — самые одинокие люди в мире. И мне совсем не хотелось быть одним из большой толпы надоедливых ухажеров или поклонников. Не было никакого желания нарваться на презрительную улыбку.

— Ну, какая там «толпа»… Так, кучка… — заскромничала Джин, улыбаясь.

— Вот я и подумал — буду нейтральным.

— Потом… я решила тебя проверить. Вот и проверила…

— Знаешь, я до сих пор жалею, что тогда очень сильно тебя расстроил.

— А я — нет. Это для Бриджит ты смог навесить густой и наваристой лапши про хитрую дедукцию по методу Шерлока Холмса. Но в тот момент я сама разговаривала с тобой и точно знаю — за несколько секунд никто, никто не смог бы придумать столько мелких и точных подробностей!

Только тот, кто… сумел очень быстро снять информацию, пусть и непонятно каким образом, не совсем обычный человек…

— Псих?..

— Я этого не говорила, ты сам признался! — усмешка у нее вышла невеселой. — И я не чувствовала у тебя скрытого желания оттрахать меня там же на месте. Так, слегка разозлился за махание мечом прямо перед носом.

Тут у меня ярко заполыхали уши. Блин, ну чего это я…

— Может, я это умело скрывал?

— Ты увидел меня красивой. И мне захотелось быть красивой для тебя. Не с целью продаться как можно дороже…

— «Красота спасет мир…»

— Да, если получится… Я даже позавидовала Бриджит… Но не представляла себя на ее месте, честно! И в тот раз, когда вы пришли и отобрали у меня «заряженный» бренди… Мы с ней успели его немного выпить… Да ты и сам помнишь, что было после…

Я молча кивнул. Да, такое не забывается!

— Потом… когда вы вернулись, и ты отдал мне бумагу с результатами экспертизы… И я наорала на тебя… Мне было плохо, очень… Но через несколько дней я поняла, что неправа. Очень и очень неправа… Что ты молчишь?

— А что говорить?.. Я надеялся, что все это осталось в прошлом. Несколько лет тому назад произошло, было и сплыло…

— Мне нужно выговориться. Хотела гораздо раньше, но не решалась. Тут и случай подвернулся… — Джинджер прижалась ко мне и тихо заговорила почти в самое ухо:

— Я поняла, что ты и в самом деле хочешь меня поддержать. Не сыплешь затертыми комплиментами, не лезешь с дорогими подарками… Наверное, твоя искренность оказалась сильнее, чем мои предубеждения. Мне захотелось стать лучше. И ты защитил меня… Пусть даже и косвенно. Больше всего я удивилась, когда ты сказал, что все найденные алмазы — мои. Но так ведь не бывает!.. Любой из моих прежних знакомых на твоем месте как минимум предложил бы разделить «пятьдесят на пятьдесят», или «сорок на шестьдесят», или еще как… И стало понятно, что тебе если и не совсем наплевать на всю эту кучу, то она далеко не на первом месте по важности. Я почувствовала, поняла, что для тебя значу больше, чем все эти дорогие камни. Мне захотелось ответить тем же… Чтобы ты относился ко мне не только как к подружке, но и как к любимой женщине… Я, может быть, и хитрая, расчетливая стерва, но не сука. Надеюсь, ты понимаешь, в чем тут разница… Помнишь, я неожиданно пришла к вам встречать Новый год? Нисколько об этом не жалела, никогда… А ты? — она выпрямилась и посмотрела мне в глаза.

— И я… не жалею…

— Да, уже тогда я поняла, что у вас с Бридж все очень непросто… Ведь за все время вашей совместной жизни ты так не научился нормально говорить на английском. Это мне тогда показалось немного странным… — Вот и спалился Штирлиц доморощенный, блин!.. — Не волнуйся, как ты сам сказал, это все дела прошлые… И никто о моих мыслях не узнал. Зато сейчас разговариваешь если не отлично, то хорошо!

— Пришлось выучить… Иначе тебе было бы не интересно со мной.

— Вот видишь, я тоже тебе помогла!.. И на катере… все думала, решишься ты или нет… Так смешно было на тебя смотреть…

— Эх, опять прокатиться бы…

— Жаль, но сейчас не получится — у хозяина его одолжили «для порыбачить» и по пьяни запороли двигатели. В порт на буксире береговая охрана притащила. Хорошо еще, что слишком далеко не ушли. Сейчас он новые для него заказал, ждет… Да, совсем забыла…

— Что?

— Помнишь, что я говорила о «фирменном блюде»?

— «Если одновременно выпить побольше спиртного, то эффекта никакого не будет».

— Правильно. А если потом через полсуток не повторить хотя бы стаканчик, то эффект снова вполне проявится, хотя и немного слабее. Полторы маленьких рюмки не в счет… — Она понизила голос и снова зашептала мне в ухо:

— …Кстати, Уильяма мне нужно забирать только через четыре часа… Ой!.. Хи-хи, щекотно!.. Тише, варвар!.. Осторожно, майку порвешь!.. А-а-а- ххха…

Глава 7

Пока Джинджер ездила забирать Уильяма, я рылся в давно забытом файловом архиве на своем ноутбуке. Где-то очень далеко были спрятаны фотографии с моих давних выездов в саванну, когда мне удалось близко сфотографировать львов. Потом еще надо бы показать эти снимки Джиму и Эвелин. Конечно, вряд ли это им пригодится, но на всякий случай — как еще одно доказательство реальности моего рассказа.

Да, вот они… Надо же, какие выразительные у львов морды! Сразу вспомнилась фраза преподавателя в институте: «Студент на экзамене — как собака. Глаза умные-умные, а сказать ничего не может!» Примерно так же и в этом случае. Но вот насчет «сказать» — пожалуй, не совсем правильно. Вожак рычал вполне себе понятно. Не словами, конечно же, но остальные члены прайда — вроде так у них называется стая — его вполне понимали и действовали очень даже осмысленно. Невольно поверишь в историю, которую рассказала Джинджер. Но все ли местные львы такие?.. Проверять на себе не хочется. Да и консервов потребуется больше, чем в мой самолет поместится…

Перекинув найденные фотографии в отдельную папку на диске, я занялся составлением короткого текста на тему того, что услышал от Джинджер в гостях. Мало ли, вдруг это пригодится, или дополнит то, что уже известно. Никто заранее не знает, с чем предстоит столкнуться в будущем. Разве что уточнить в конце, сделать примечание типа «Достоверность на уровне «Агентства ОБС [ «Одна Баба Сказала»]». Так что, нужно написать донесение, закинуть его на флешку и навестить Игоря. Заодно посмотрю, как дела в гостинице — давненько там не был.

Вечер прошел как обычно, Уильям смотрел мультфильмы по телевизору в в теплой компании собаки и кота, Джинджер сидела за своим столом и что-то набирала, быстро нажимая клавиши в ноутбуке. А я слушал эфир, сидя в своей «радиобудке» под крышей…

— Игорь, привет!

— Привет! Каким ветром тебя занесло в наши края? Совсем забыл…

— Так я сейчас — «перелетная птица»… — Мы посмеялись. — Заранее не могу предсказать, где буду завтра. Хотя, в ближайшие несколько дней точно пробуду здесь — «Сессна» в ремонте.

— А что у тебя с ней случилось?

— Так… Помнишь, что говорил Саид в известном фильме?

— «Стреляли»?

— Именно.

— Что-то серьезное? До нас тут даже слухи не доходят…

— Ну, видимо этот случай Орден постарался не разглашать. Полетел больного вывозить, а там оказалась ловушка. Садиться я не стал, когда крутился вокруг — нарвался на очередь из кустов, зацепили проводку. Сейчас меняют… Я вот тут еще кое-что интересное принес, давай перекинем тебе, потом дальше отправишь.

— Срочное? Конвой только через три дня пойдет.

— Нет, всего лишь небольшая информация. Орден почему-то решил ее скрыть, я и подумал, что нашим лучше быть в курсе.

— Пошли, как раз народ разъехался, тихо, никто не зайдет.

— Как твои семейные дела?

— Спасибо, все хорошо, — ответил Игорь, включая ноутбук. — Алиса скоро вернется, чадо в детский сад отводила.

— Как она?

— Знаешь… Я тебе очень благодарен, что ты ее тогда привез.

— Я не специально, оно само как-то получилось…

— У тебя всегда так. Умеешь выкрутиться!.. — Мы снова посмеялись. — Давай свою депешу.

Небольшой файл моментом оказался зашифрованным и отправленным на другую флешку — маленькую штучку в прочном металлическом корпусе с крышкой.

— Это защищенный вариант, воды не боится. Сам понимаешь, вторично отправить может и не получится.

Я кивнул, соглашаясь, и спросил:

— Курьер ее к гранате не привязывает, случайно?

— Не знаю, а почему ты спрашиваешь? — удивился Игорь.

— Да сам как-то вез подобное, к РГД-шке примотал. Там все не зашифрованное было, подстраховался, чтобы человека не подставить.

У Игоря внезапно запершило в горле, и он откашлялся. Понятно, использовать в качестве страховки снаряженную гранату в кармане разгрузки — вариант не для всех… Разве что для таких, как я.

— И в самолете тоже так вез? — спросил он.

— Да, а что? Не хотелось разматывать все время туда-сюда. Здесь приклеил скотчем, на месте оторвал. Нормально же добрался, — ухмыльнулся я.

— Хорошо, что я не курьер, — тихо пробормотал себе под нос Игорь, отдавая мне флешку, с которой только что стер исходный файл и записал туда несколько случайных картинок. Теперь узнать, что там раньше хранилось, будет трудновато даже специалистам. Тем более, они должны знать, что именно хотят найти. Но это уже из области совсем дикой паранойи…

Скрипнула дверь, и вошла Алиса. За прошедшие несколько лет она очень изменилась и совсем не напоминала ту испуганную и заплаканную девчонку, которую я когда-то привез в мотель с аэродрома.

— Здравствуйте, Алекс! Вы давно к нам не заезжали…

— Здравствуйте, Алиса! Рад вас видеть! О… Вижу, вы решили… — Она мило покраснела. Некоторые изменения в ее фигуре явно произошли самым естественным образом.

— Да, решили, что нужна еще дочка или сын, — пришел ей на выручку Игорь.

— Справляетесь? Может, еще кого в персонал хотите нанять? — Формально я все еще был тут самым главным.

— Месяца через два, наверное. — Алиса взяла Игоря за руку.

— Если что — звоните. — Я поднялся из-за стола. — Поеду дальше, как говорится — «труба зовет!»

— Заходите почаще, — совершенно искренне сказала Алиса. Игорь подтвердил ее слова, кивнув.

— Хорошо, постараюсь…

На аэродроме все шло, как обычно. Самолеты прилетали и улетали, механики гремели железками в ангарах, а невдалеке крутилась антенна локатора. Хотя, немного привираю — в другие дни редко бывает такое оживление. Но день на день не приходится, пассажиров и грузов здесь бывает или очень мало, или слишком много. Шутка…

В ангаре моя «Сессна» стояла со снятыми крышками моторного отсека и открытыми лючками — как говорится, ремонт шел полным ходом.

— Привет! Ты что, решил кроме проводов еще и все тросы заменить? Предупреждать надо!..