Одиночка

— Спасибо… Я уже начал себе подыскивать именно такую.

Обняв ее за талию, притягиваю к себе, она чуть отстраняется и говорит:

— Давай сначала ужин закончим!

Как скажете, хозяйка… Все оставшееся время я изображаю «Чапая в бурке», снимать куртку совсем не хочется. Джин смотрит на меня, улыбается, в ее глазах отражаются огоньки свечей. Но вот ужин окончен, что теперь?

— Иди переоденься, в бассейне отдохнешь, — говорит она мне.

Как скажете, прекрасная леди, как скажете…

Надев свои пятнистые купальные шорты, иду к бассейну. Интересно, тут кроме кресел появился еще и какой-то большой пляжный «топчан». Хотя, для того, чтобы днем лежать и загорать — очень даже ничего. Сейчас мы его опробуем… А ничего, нормально так лежится. Внезапно слышу голос Джин со стороны дома:

— А ты почему еще не в бассейне?

Оказывается, я тут чуть ли не задремал, что-то расслабился после ужина. Открыл глаза и увидел, что фонари возле дверей в дом не горят.

— Джин, что-то случилось, электричество отключили?

— Нет, это я погасила, прыгай в бассейн!

Без проблем… почти… Прыгать почему-то не очень хочется, подхожу и неторопливо спускаюсь в воду по лесенке. Джин на ходу скидывает халат и с разбега ныряет практически в середину бассейна, окатив меня брызгами.

— Русалка, осторожно, а то в темноте утопишь еще…

— Не ворчи, плыви сюда!

Осторожно подгребаю в ее сторону, она вовсю резвится, ныряет и тут же появляется, переворачивается, и снова ныряет. Ну точно, либо дельфин, либо русалка!

— Что, «наяда», за столом сегодня засиделась?

— После обеда пришлось долго с документами работать, хочу расслабиться…

Немного поплескавшись, я решил вылезти и чуть полежать на топчане. Внезапно Джин вынырнула возле меня и обхватила руками за шею. Когда обнял ее, то понял, что сегодня она пренебрегла своим купальником, теперь ясно, почему выключен свет.

— Все, пойдем, я тебе немного спину помассирую, — сказала Джинджер мне на ухо.

Когда улегся на топчан, она накинула на себя халат и занялась моей спиной.

— У тебя хорошо получается…

— Меня когда-то обучал профессиональный массажист, когда спортом занималась — отозвалась Джин, усевшаяся «где-то там, сверху». — Лежи спокойно.

От прикосновений ее рук мне стало жарко, и ломота в пояснице почти прошла. Когда она закончила мять мою усталую спину, то вдруг прижалась ко ней и ненадолго замерла.

— Все, теперь пойдем в дом, мне еще волосы сушить, — Джин запахнула халат и слезла с топчана.

— Хорошо, занимайся своей прической, а я пока чайник поставлю, горло пересохло…

Я держал в руках только что закипевший чайник, когда на кухню вошла Джин, сменившая халат на длинную футболку. Волосы она обернула полотенцем, и даже с этой «чалмой» выглядела отлично.

— Налей мне тоже кружку…

Подсвечники с оплывшими свечами мы все еще не убрали со стола, и я задумчиво водил пальцем по узорчатому основанию одного из них.

Почему-то не говоря ни слова, мы допили свой «чай» и ушли в спальню. Там Джинджер занялась своими волосами — сначала чуть подсушила феном, потом стала расчесывать. Я подошел к ней, встал рядом и протянул руку, она молча отдала мне гребень.

— У многих народов есть обычай, — сказал я. — Женщина дает своему избраннику гребень, чтобы он расчесал ее волосы.

— Я знаю. Женщина перед тобой, расческа есть. Взялся, так действуй!..

Пока я бережно распутывал длинные пряди, она сидела, закрыв глаза.

— Говорят, что какие волосы, такой у человека и характер. У тебя они довольно жесткие, если так можно сказать. Интересно, долго укладка держится? — тоном парикмахера-любителя поинтересовался я.

— Смотря как укладывать. А вот у тебя волосы — ну, те, которые еще остались… — Тут мы оба похихикали. — Вроде бы и мягкие, но как-то уложить их не получится. Все равно будут торчать по-своему… Насколько я тебя успела узнать, ты тоже действуешь так, как считаешь нужным, и мешать тебе опасно…

— Спасибо, что напомнила, надо бы сходить подстричься, что ли. Все, красавица, принимайте работу!

Джинджер тщательно проверила результаты моего кропотливого труда и кивнула:

— Для первого раза неплохо, но нужно еще потренироваться! Все, смотри, кот нам пример показывает, спать укладывается…

14 число 04 месяца 24 года, Порто-Франко

Здорово, опять не нужно вставать по будильнику и торопиться на работу, это будет только завтра…

Я тихонько взял обнимавшую меня руку Джин и стал по очереди целовать каждый палец. Она сонно приоткрыла глаза, но возмущаться не стала, только прошептала:

— Как хорошо…

Затем Джинджер провела пальцами по моей щеке и негромко заговорила:

— Когда я тебя поцеловала, еще в самый первый раз, будто искра проскочила. Нет, конечно, я не хотела лезть в жизнь моей лучшей подруги… Хотела тебя видеть почаще… А потом еще эта история с бутылкой случилась… Знаешь, что меня утром больше всего удивило?

— Что?

— Возможно, кто-то бы посмеялся, что пережил такое приключение. А ты расстроился… Причем переживал больше, чем мы обе. Я ведь это почувствовала, ты не притворялся. Больше беспокоился из-за нас двоих, чем за себя. И потом, когда Новый год отметили… Ты меня попросил с Бридж поговорить… Я к вам тогда пришла, и радовалась, что удалось рядом побыть… Очень хотела, чтобы ты…

И тут засигналил мой сотовый телефон, лежавший на тумбочке рядом с кроватью. Блин, да кто там в такую рань пристает с всякими глупостями? А, высветился номер Игоря, неужели случилось что-то?

— Игорь, привет! Что случилось?..

Вдруг я услышал голос вчерашней пассажирки:

— Это Алиса… — Она что, плачет, что ли? — Всю ночь звонила, телефон отключен… А он мне обещал, что будет в городе ближайшие несколько дней… Что-то случилось… Я не знаю, к кому обратиться… Помогите…

Она говорит так громко, что ее слышит и Джин.

— Понял, сидите на месте, скоро приеду! — и отключаю связь.

— Это еще что за женские голоса в телефоне по утрам? — ревниво спрашивает красавица, уже полностью проснувшись.

— Девчонка вчерашняя, до своего друга никак дозвониться не может, чуть ли не в истерике. Придется туда съездить, в полицию ее отведу, что ли, пусть ищут.

— Я с тобой!

— А за какое время ты соберешься?

— Пятнадцать минут, завтракать будем в городе, согласен?

— Хорошо, только не больше! Что-то меня здесь настораживает… Предчувствия нехорошие…

Через двадцать минут мы уже ехали в сторону гостиницы. Причем сидели в «Геленде» Джин, она решила, что так будет лучше. Да ладно, я что, против, что ли.

— Джин, знаешь, чего тебе не хватает сейчас?

— Где?

— В костюме… Шоферской фуражки, вот!

— Засунь руку в карман на спинке водительского кресла и достань то, что там лежит.

Ну-ка, ну-ка… Вытаскиваю из этого кармана «фуражку», ну, скорее, «кепку», действительно напоминающую головной убор шофера. Джин встряхивает ее и невозмутимо надевает.

— Ну как тебе?

— Я так понимаю, это из прошлого сезона осталось?

— Да, когда-то было в моде, надевала, если дождь шел. Смотри, подъезжаем уже.

Игорь и Алиса сидели на скамейке у гостиницы.

— Алиса, предлагаю вам вместе с нами проехать в местное полицейское управление, переговорите там с местными блюстителями закона, может быть, они что-то знают о вашем женихе.

Она несколько испуганно взгянула на меня. Ну да, приехал на красном «Гелендвагене», возле которого стоит шофер… Да еще какой… В своей «кепке» на рыжих волосах Джинджер вообще была неотразима. Алиса рядом с ней совершенно «потерялась», тем более, что была заметно ниже ростом и не так красива.

Я открыл перед ней дверь и показал на заднее сиденье:

— Садитесь!

Затем сел на переднее сиденье и кивнул Джин:

— В полицейское управление, пожалуйста!

Та невозмутимо сказала:

— Есть, босс! — и мы поехали. Мда, спектакль удался, Станиславский бы точно поверил. Наверное…

На входе в управление я спросил у дежурного, где можно сделать заявление и подать на розыск человека. Попробуйте с трех раз догадаться, в каком кабинете? Правильно…

— Здравствуйте, фрау Ирма!

— Здравствуйте, Алекс! И почему это я не удивлена… Что случилось на этот раз?

— Это Алиса, она приехала к своему жениху, но тот не отвечает на телефонные звонки, хотя обещал быть в городе и никуда не уезжать. Она боится, что с ним что-то случилось.

— Ясно. Фотография его у вас есть?

— Нет…

— Тогда хотя бы словесно опишите, как зовут и прочее.

— Фрау Ирма, если я вам не нужен, тогда внизу подожду, в машине? Все равно пока ничем больше помочь не могу…

— Да, только попрошу не уезжать сразу.

— Понятно.

Все, пусть этим делом теперь профессионалы занимаются, хватит заморочек на мою голову. Пойду лучше с Джин в машине посижу…

Мой очаровательный личный водитель отогнал джип на стоянку под навесом, чуть в стороне от здания, и сейчас из приоткрытого окна слышалась тихая музыка.

— Что там? — спросила она меня.

— Довел ее до кабинета фрау Ирмы, пусть дальше напрямую общаются, не люблю работать «испорченным телефоном»…

Потом некоторое время мы были немного заняты, обнимаясь как влюбенные подростки на заднем сиденье. (Утром-то нам не дали поговорить…) Хорошо, что у машины стекла слегка тонированы, а то я бы застеснялся. Так что когда раздался сигнал телефона, ответил я на него не сразу.

— Слушаю вас, фрау Ирма!

— Вы сейчас можете проехать вместе со мной к городскому моргу? Я поеду на своей машине вместе с Алисой, вы за мной.

— Хорошо, скоро будем у входа, мы сейчас на стоянке.

— Я вас подожду.

Улыбающаяся Джин платочком стерла у меня с лица следы своей помады, затем быстро поправила чуть смазавшийся макияж и мы поехали ко входу в управление. Но когда она узнала, куда именно мы поедем, улыбка сразу исчезла.

Фрау Ирма усадила Алису к себе в машину, и сразу же выехала в направлении того самого «заведения». Ехали не торопясь, но дорога не заняла много времени, тут не очень далеко.

Так, она поставила машину на стоянку рядом, я вышел из машины и подошел к ней:

— Фрау Ирма, я ведь там не нужен?

— Нет, прошу вас, подождите здесь, пожалуйста!

Она повела Алису внутрь здания, а я вернулся к «Геледвагену».

— К счастью, мое присутствие там не требуется. Подождем, когда выйдут — спрошу, что и как…

На этот раз мы сидели молча, только чуть слышно включили музыку, чтобы не было совсем уж тихо и печально.

Инспекторша и девушка отсутствовали недолго, наверное, всего минут пять-шесть. Опаньки, что-то случилось!..

Судя по громкому плачу взахлеб, все было очень плохо. Ну что, пойду разбираться с чужими проблемами, а то мне своих не хватает…

— В чем дело? — интересуюсь я у инспекторши.

— Алиса опознала своего «жениха». Теперь ей предстоит дать некоторые показания.

— Инспектор, а можно это сделать завтра?

Фрау Ирма смотрит сначала на Алису, рыдающую в три ручья, потом на меня.

— Вы сможете обеспечить ее прибытие ко мне в десять утра?

— Смогу.

— Тогда отвезите ее, пусть успокоится.

— Так и сделаем.

Усаживаю плачущую девушку на заднее сиденье джипа, сам усаживаюсь рядом, командую Джин:

— В гостиницу!

Она молча кивает, для шуток момент совершенно неподходящий, и плавно страгивает машину с места.

По дороге мы молчим, только гудит двигатель и постукивают камешки, попадающие под колеса. Вот и мотель, я помогаю Алисе выбраться из салона, подвожу к скамейке, усаживаю, но сам остаюсь стоять рядом. Подошедший Игорь стоит здесь же, вопросительно глядя на меня.

— Алиса, есть родные или знакомые в Порто-Франко?

— Нет никого…

— Вернуться в Нью-Кардифф планируете?

— Нет, там только тетя… Но у меня с ней отношения не очень хорошие…

— А родители?

— Они погибли несколько лет назад, несчастный случай на охоте…

— Получается, возвращаться вам некуда?

— Да…

Ну вот, поимел проблему на ровном месте. Ладно, будем ее решать как умеем!

— Игорь, помощь в работе по гостинице нужна?

Он «просекает фишку» мгновенно:

— Да, одному трудно бывает…

— Алиса, слушайте меня внимательно: предлагаю вам работать в этом мотеле. Какая-нибудь специальность у вас есть, что умеете делать?

— Ничего особенного, разве что готовить чуть-чуть… У родителей и у тети я на ферме работала, по хозяйству…

— Здесь домашних животных нет, поэтому придется работать в гостиничном бизнесе.

(Игорь тихонько ухмыляется, но тут же, спохватившись, делает «серьезное лицо».)

— Будете выполнять работы по указанию вот этого человека, помогать при обслуживании номеров — уборка, если потребуется, стирка и все такое прочее. Рисовать умеете?

— Вообще-то нет…

— И не нужно. Управляющий обеспечит вас кистью и красками, для начала нужно выкрасить веранду, лестницу и перила. Оплата — десять экю в день, проживание — бесплатное. С питанием сами разберетесь, взрослая уже. Если решите искать другую работу — препятствовать не будем, но тогда за жилье придется платить. Согласны?

— А подумать можно? — Она не знает, как на все это реагировать, но от удивления плакать почти перестала.

— Можно. Пары минут достаточно?

Ей требуется всего минута:

— Я согласна… Но если найду другую работу, тогда отпустите?

— А что, я разве только что этого не сказал? Дело добровольное… Только условие: гулянок не устраивать, вести себя тихо. Здесь люди после работы отдыхают, для развлечений есть специальные заведения. Если кто будет приставать — сообщите управляющему, он разберется.

— У меня рабочей одежды нет…

Я поворачиваюсь к Игорю и спрашиваю:

— У тебя есть что-нибудь из старого?

— Есть старые вещи, в которых на охоту ездил. Штанины-рукава подвернуть, и нормально будет.

— Видите, Алиса, вопрос решен! Еще какие-нибудь вопросы и пожелания будут?

— Нет…

— Игорь, завтра в десять подвезешь ее к полицейскому управлению, инспектор будет ждать.

— Понял!

— Так как она теперь здешний работник, ты за нее отвечаешь. Завтрака еще не было? Нет? Значит, прогуляешься с ней до ближайшего заведения, организуешь прием пищи. А то еще свалится с лестницы от голода.

Игорь улыбается, я украдкой показываю ему кулак, и он опять делает «серьезное выражение лица».

Алиса не ожидала такого натиска с моей стороны, да еще после печальных новостей от инспекторши, и теперь явно растерялась. Пускай лучше отвлечется от своих переживаний, сейчас главное — работой ее загрузить, а мозги сами в норму придут, проверено.

— Игорь, задача ясна?

— Яволь, херр майор!

— Действуй. Шутник, блин…

Все, на сегодня я эту черноволосую проблему «спихнул» на Игоря, теперь можно и своими делами заняться.

— Джин, здесь все, давай поедем куда-нибудь, позавтракаем, что ли…

Мы сидим в маленьком ресторанчике и не торопясь заканчиваем завтрак. Джин с задумчивым видом пьет кофе, а я решил заказать «вишневки», все равно у них тут нормального чая нет, а кофе я не люблю. Пиво с утра — вообще шаг в неизвестность, хи-хи.

— Скажи мне, ты ведь офицер? — вдруг спрашивает меня она.

— На «Старой Земле» служил в армии, да.

— И в каком звании?

— В запас ушел майором. А почему ты об этом спрашиваешь?

— Просто ты так уверенно распоряжался, а я военных много видела. Интересно, по тебе сразу и не скажешь…

— И что?

— Да так, ничего… Что в тебе еще скрыто, а?

— Если проживешь в моем обществе достаточно долго — узнаешь.

— Я попробую…

— А зачем «пробовать»?.. Давай сейчас я в конторе диск отдам, и поедем домой.

(Я сказал ей «Поедем домой»! А она не стала возражать…)

Джинджер согласно кивнула, я расплатился с подошедшей официанткой, и мы «стали действовать по согласованному плану».

Вообще-то, никаких особенных планов у меня не было. Диск я отдал боссу чуть позже, по дороге на аэродром. Джин сказала, что ей тоже необходимо поработать «в городе», поэтому из дома мы выехали одновременно, только в разные стороны.

Босс встретил меня чуть ли не как родного брата, интересно, с чего бы? Все оказалось довольно просто — поступило несколько заказов на размещение информации в других городах, оттуда ему уже позвонили заинтересованные лица. Причем заказы были не только на «рекламу», но и на местные передачи. Ну надо же… Культурный обмен пошел, видимо, за сезон дождей всем изрядно надоели «домашние» новости и старые фильмы. Что ему сказать? Будет попутный рейс — конечно, передам, без вопросов… Может, вам еще и «дорожный репортаж» репортаж какой-нибудь сотворить? Что, смогу ли я?.. Не знаю, не пробовал, гы-гы (вспомнился анекдот про человека, которого спросили, может ли он играть на скрипке).

Пообщавшись с начальством, двинул на аэродром. За прошедшее время техники успели осмотреть «Сессну», но недостатков не нашли, это радует. Я оплатил им работу, потом вызвал заправщика. Пока немолодая автоцистерна не спеша катила к стоянке, успел осмотреть «Бивера» вблизи — двигатель уже поставили на место, и теперь проверяли все «коммуникации». На вопрос, когда будут облетывать, старший мастер ответил «На следующей неделе». Рад за хозяев, а то уже грустно было на них смотреть, так переживали…

После не особенно долгой процедуры заправки моя «птичка» снова была готова к полетам. Осталось только пассажиров или груз подходящий найти… Правда, отсутствие просторного салона и туалета могли отпугнуть наиболее денежных клиентов. Ну и «этот самый» с ними, все равно без работы вряд ли останусь — самолетов сейчас здесь не очень много, почти все по заказам разлетелись. Оставив заявку диспетчерам, поехал в бар.

Да, народу в «Триммере» сейчас немного, как говорится, «еще не вечер». Пока я сидел за столиком и разговаривал со знакомым техником за жизнь, возле барной стойки, откуда ни возьмись, «нарисовался» Жако. Пока он трепался со свое подружкой, я несколько раз ловил на себе его пристальный взгляд. Чего ж ты на меня уставился, рожа попугайская, ведь денег я тебе точно не должен? Клиентов не отбивал, к зазнобе не лез… Все, нет у меня настроения сегодня тут сидеть до самого вечера и, допив кружку пива, я поехал домой. Выходной еще не кончился, вот и буду отдыхать!

Дома меня встретил пес, кот присоединился к нему чуть позже — Джинджер еще не приехала, дела, дела… Но она сразу предупредила, что может немного задержаться. Так, чего моя душа желает? Блинов хочется, или оладьев, что ли… Хорошо, решение принято, теперь осталось реализовать идею. На кухне в шкафах много чего есть, надеюсь, нужные ингридиенты отыщутся, сейчас уже не хочется ехать за продуктами. О, точно — кое-что есть, сейчас немного потренируюсь, тем более, что неудачные блины есть кому «употребить», вон он, сидит, смотрит, что я тут такого делаю интересного…

Значит, сегодня у нас вечер деревенской кухни. О, даже гречка нашлась! Ну все, праздник души, именины сердца. Можно ее пока кинуть в воду, Джин придет, тогда и доведу кашу до кондиции, а то остывшую есть — удовольствия мало.

Я сидел в гостиной, и уже немного задремал под бормотание местных новостей по телевизору, когда по коридору застучали каблучки, и вошла Джинджер.

— Что, заскучал? — весело блестя глазами, спросила она.

— Ужин готовил, тебя ждал. Ну как сумочка, нравится?

— То, что мне не понравилось — не ношу с собой. Все хорошо, и к костюму подходит.

Сейчас она снова была одета в стиле «деловая женщина», но я ее уже не боялся, поэтому просто подошел ближе и сказал:

— Тогда переодевайся, а я пойду на стол накрою. Сегодня все будет в простом стиле, но от души…

Подсвечники ставить на стол не пришлось — на улице еще не закончился день, поэтому у нас сегодня был «просто ужин». Не особенно диетический, зато вкусный. И вообще, еще не вечер. Особенно наедаться не стали, вдруг позже еще блинов захочется, хи-хи!

А потом мы сидели на диване в гостиной, Джинджер пристроилась сбоку и положила голову мне на плечо. Некоторое время она молчала, потом спросила:

— Ты в курсе, что раньше у офицеров были дворянские титулы?

— Так это было сто лет назад…

— Ничего, мы вспомним. И еще — ты даже не поинтересовался, что там с алмазами…

— А что интересоваться? Я их тебе отдал, и все.

— Даже свою долю не уточнил?

— Как-то не подумал. А что, это очень важно?

Джин помолчала, пристально глядя мне в глаза.

— Тебе и правда это не очень интересно, я чувствую… Тогда что тебя волнует?

— Как с ними не «спалиться»…

— А сейчас ты не хочешь отвечать.

— Понятно, тебе хочется знать, что волнует меня больше всего?

— Да!

— А вот что… — Я нагнулся и поцеловал ее. — И что ты сейчас чувствуешь?

— Сразу и не поняла, — она улыбнулась. Пришлось повторить еще раз, и подольше. — Все, можешь ничего не говорить…

Минуту спустя Джин сказала:

— Из всей суммы, что выплатят за алмазы, я возмещу затраты на покупку самолета, из оставшихся после этого — половина твоя. Так что теперь можешь не переживать из-за «неравного положения в обществе» и прочих исторических предрассудков. Я ведь не переживала…

— Как мне можно будет тебя называть? — я решил сменить тему.

Она недоуменно подняла брови:

— В смысле?

— Например, «Душа моя»…

— А откуда это?

— Из древности…

— Интересно, как тогда женщины называли своих мужчин?

— «Свет очей моих»…

— Красиво… Что это означало?

— Всё только для души. Нет смысла ни в чем: ни в войнах, ни свершениях, ни в познании, ни в способностях — если забыта душа. А любящая женщина восхищенно смотрит на своего любимого, как на свет, который помогает ей не забыть себя.

Она смутилась:

— Для меня это слишком… торжественно, что ли.

— Тогда «Огонек» тебя устроит? — почему-то возник в памяти старый фильм.

Джин удивленно посмотрела на меня и кивнула.

— Ты что-то вспомнила?

— Да, мне моя бабушка как-то очень давно сказала: «Однажды в твоей жизни появится тот, кто зажжет в тебе свет, который погасили другие.» Теперь ты понимаешь, что мы встретились не случайно?

— Неоднократно убеждался, что «случайного» в жизни ничего нет.

— Все, хватит разговоров, пошли в бассейн, пока солнце не село, погреемся…

Сегодня Джинджер решила надеть ярко-алый купальник. А что, мне нравится! (И она это видит…) Не могу сказать, что с каждым днем плаваю все лучше и лучше, но по крайней мере, паники при виде воды уже не испытываю, хи-хи. Бултыхались в бассейне практически до темноты, делая перерывы на «посиделки» в креслах, или «полежалки» на топчане. Джин часто улыбалась, глядя на меня, и это замечательно! Причем улыбка была совершенно искренней, как говорится, и «глазами тоже». Такой мне и хотелось увидеть ее хотя бы раз с самого начала знакомства. Только вот сам пока не могу радоваться жизни «на полную катушку», не получается. Надеюсь, вы понимаете, почему…

15 число 04 месяца 24 года, Порто-Франко

Ой, что-то мне этим утром тяжело просыпаться… Вечером недолго посидели на кухне, потом Джин занималась сушкой своих волос, потом я их немного расчесывал, потом… Неважно, что было «потом». А когда после сигнала будильника вставал с кровати, то долго не хотела меня отпускать, даже хмурилась, пришлось погладить ее по спине и поцеловать. И у меня такое ощущение, что она совершенно не шутит. Мы не говорим друг другу «тех самых заветных слов», пока не торопимся, как будто боимся сглазить, что ли… И вообще, когда людям хорошо вдвоем, нет никакой разницы, как называются их отношения…

В конторе я обсудил с боссом животрепещущую для меня тему — переход на «свободный график работы». В принципе, никаких существенных препятствий для этого не было — обученный монтер вполне справлялся с работой, он даже самостоятельно перемонтировал по-нормальному то, что мы делали при срочных восстановительных работах в «мокрый сезон». Так что сошлись на том, что меня будут вызывать в случае, если понадобится срочная консультация или большой ремонт чего-либо. Ну и сотрудничество в области передачи записей на телестудии в других городах тоже остается в силе. Если привезу какие-то достойные внимания материалы — разговор будет отдельный. А если так, почему бы нет?

На аэродроме, куда я отправился сразу же после визита в контору, меня обрадовали, что на завтра трое пассажиров просят доставить их в Нойехафен. Ну, почему бы и нет? Лишь бы весили не больше положенного согласно «Руководству» груза. А, так в заявке даже указано, сколько багажа!.. Значит, люди более-менее опытные. Тогда ставлю подпись на заявке, и до свидания завтра в десять утра!

В ангаре я вместе с техниками стал готовить самолет к вылету. Ну, собственно, как… Они работали, я проверял все, что было положено проверять, как написано в толстых книжках. Но технари работали на совесть, и претензий к ним не было совершенно. После нескольких часов «вылизывания» моя «птичка» была полностью готова к завтрашнему рейсу. Ну вот, а теперь можно и в баре посидеть, местные новости узнать. Не то, чтобы я был таким уж любителем пива, но диетических напитков там не подавали, а сидеть весь вечер со стаканом воды было практически неприлично.

Пока собирался домой, увидел заходивший на посадку самолет. Так, это «Бичкрафт», никак, Жако опять каких-то бизнесменов привез? Да все равно, через полчаса в баре будут знать уже количество пассажиров и сколько сумок у них в багаже было, новости тут быстро расходятся, разве что за пределы бара редко выходят, это чисто местный треп. Учтем на будущее…

Пока я не спеша потягивал светлое пиво из кружки, в бар буквально «влетел» Жако, с ходу расцеловался со своей подружкой и тут же стал рассказывать, каких важных клиентов он сейчас привез:

— Прилетел из Нью-Портсмута, пассажров было пять человек, из них двое — явно из Ордена, встречали их местные, так чуть ли не навытяжку стояли. Повезли в город на двух машинах, если бы у них тут лимузины были — они бы на них и покатили…

Мда, поговорку «Болтун — находка для шпиона» он явно не слышал. А я что, я ничего… И вообще, меня сейчас не волнует количество чьих-то чемоданов. Я вспомнил, у меня еще дома дел много, вот! Завтра с утра вылет все-таки…

Возле дома меня встретила «сладкая парочка» — Васька и Джек кого-то совместно гоняли возле кустов на въезде, но как только джип остановился под навесом — сделали вид, что кроме будущего ужина их уже ничто не интересует. Получив каждый свою порцию трепания за уши, они деловито направились в сторону кухни. Вот вы как, да? Ничего, подождете.

Джинджер сидела в кабинете и быстро стучала пальцами по клавиатуре ноутбука. Ясно, что-то срочное и важное. Она посмотрела на меня, кивнула и вернулась к набору текста. Я обошел стол, подошел сзади к креслу и положил руки ей на плечи.

— Много еще работы осталось?

Она откинулась на спинку кресла, отчего мои руки соскользнули вниз и вперед, чуть прижала их к себе, но потом с заметным сожалением отвела в стороны:

— Еще примерно на час, как раз тебе хватит времени ужин приготовить, хорошо?

— Потом в бассейн пойдем?

— Обязательно!

Что-то сегодня не очень хочется долго заморачиваться с готовкой, поэтому все будет по минимуму: макароны, тертый сыр со сметаной, и немного зелени. Поставить кастрюлю можно и чуть попозже, чтобы через час все только-только сварилось, а вот все остальное буду резать и тереть прямо сейчас. А вот и домашние животные подтянулись ближе к столу, услышав звон посуды. Ладно, сейчас я вам наполню чашки, не переживайте, а лучше пережевывайте…

Через час все уже было готово, но Джин еще не пришла. Только-только я собрался ее позвать, как она появилась в дверях.

— Как вкусно пахнет! Только сейчас почувствовала, как есть хочется.

— Ну так давай, усаживайся, все готово.

Сегодня ужин был без свечей, по-простому. Может, в следующий раз, когда настроение будет получше…

— Джин, я завтра утром улетаю в Нойехафен, вечером рассчитываю вернуться обратно. Ну или на следующий день, смотря сколько там пассажиры пробудут.

— Ясно. А я завтра целый день по делам буду ездить, так что дома тоже появлюсь только вечером. Джек дом посторожит, как обычно.

— Тебе привезти что-нибудь?

— Если сможешь вернуться вечером — этого будет вполне достаточно, — улыбнулась она.

— Я очень постараюсь, но тут уж как получится. Клиенты ведь не написали, сколько они там рассчитывают пробыть.

А дальше болтали обо всем подряд, на самые разные темы. После ужина немного посидели в гостиной, а потом, как и говорили, пошли купаться в бассейн. Не могу сказать, чтобы я очень уж любил такие «водные процедуры», но как средство для расслабления они вполне подходили.

Проплавав там минут пять, я встал на самом мелком месте в углу бассейна и решил чуть отдышаться. Внезапно как будто подул обжигающий холодом ветер, и меня сразу стала колотить крупная дрожь. Я обхватил себя руками, но это не помогло — трясло так, как будто в бассейне была не нагревшаяся за день под солнцем, а ледяная вода с кусками льда, даже зубы залязгали. Да что такое творится, а?..

Вынырнувшая рядом со мной Джинджер посмотрела в мою сторону и, почувствовав неладное, сразу спросила:

— Что случилось?

— Не знаю… Холодно вдруг стало, как зимой…

Она положила руку мне на плечо.

— Да ты дрожишь, как на морозе!..

От прикосновения ее теплой руки дрожь унялась, но все равно, меня не «отпускало» предчувствие близкой беды. Я обнял ее, прижал к себе и тихо заговорил на ухо:

— Джин, милая, Огонек ты мой… Не знаю, что творится… Как будто сейчас волшебство кончится, и все пропадет… Чувствую себя Золушкой из сказки… Ей сказали, что все закончится в полночь, а я жду этого в любой момент… Устал, наверное, извини…

Она усмехнулась:

— Боишься, что твой самолет внезапно превратится в тыкву?

— Что-то вроде этого…

— Ты знаешь, что взрослым сказка нужна даже больше, чем детям?

— Я никогда не попадал в сказку, поэтому не задумывался об этом.

— Мы с тобой не сказочные герои, — сказала Джин. — Я не принцесса, а ты не принц. У нас все чудеса происходят на самом деле.

С этими словами она взяла мою руку и сдвинула ее со своей талии гораздо ниже (кхмм…), а потом так крепко прижалась ко мне, что я даже ойкнул от неожиданности.

— Что, почувствовал реальность происходящего?

— Да, очень хорошо…

Она продолжала обнимать меня, а я гладил ее по спине, холод стал потихоньку исчезать, и щемящее предчувствие беды пропало. Через несколько минут Джин все-таки разомкнула объятия, и мы вылезли из бассейна. Все, теперь можно немного посидеть в гостиной, поболтать, а потом — отбой, утром рано вставать.

Только вот сразу «отбиться» не получилось, Джинджер решила доказать мне, что она не сказочная, а самая настоящая. Ее аргументы были такими, что она убедила меня довольно быстро…

16 число 04 месяца 24 года, Порто-Франко

День прошел в работе, зато быстро. Краткое содержание: заехал в контору, взял у босса диск с записями, затем на аэродром, подготовка, три пассажира, взлет-перелет-посадка в Нойехафене, отдал диск на телестудию, забрал материалы у них, затем ожидание в течение примерно трех часов, один пассажир вернулся, привез два ящика, взлет-перелет-посадка в Порто-Франко. Фф-уу… «Я не извозчик, я — водитель кобылы!..» Описание занимает несколько строчек, а в реальности после такого трудового дня хочется добраться домой и ненавязчиво изобразить на диване картину «Медуза, выброшенная штормом на берег». Ну, или учитывая наличие бассейна, можно изображать медузу и в воде. Одно дело, когда занимаешься чем-то ради удовольствия, и совсем другое — когда это занятие становится твоей работой…

Озадачив техников и заранее оплатив им работу, поехал домой. Нет, сегодня пива не будет, лучше по дороге заехать и купить чего-нибудь на ужин. Время уже позднее, хорошо, что смог вернуться сегодня. Почему-то не хотелось этот вылет растягивать на два дня…

Когда приехал и поставил «Буцефала» под навес, стало ясно, что Джин еще не вернулась из города. Дверь на веранде была заперта, но у меня в кармане лежал ключ, который хозяйка мне отдала сразу, как только я здесь «поселился». Позвав гревшихся на солнце зверей, я отпер замок. Обе животины лениво посмотрели в мою сторону, но в дом не пошли — значит, пока еще не проголодались. А я вот сейчас попью чего-нибудь, пока до ужина дело не дошло…

Переодевшись, я вскипятил чайник и с кружкой, в которой плескался очередной вариант местного травяного сбора, уселся на диван в гостиной. Моя «чуйка» сегодня почему-то молчала, что было даже странно после вчерашнего «заморозка», так сильно напоминавшего два предыдущих. Ладно уж, дождусь Джинджер, пусть расскажет, что у нее днем было (или не было…). Как будто невзначай, ко мне сбоку пристроился кот, ему захотелось получить очередное почесывание за ухом. Джек тоже пристроился где-то там внизу, и мы сидели такой вот теплой компанией, в качестве звукового сопровождения выступали о чем-то бурчащий телевизор и громко мурчавший кот.

Пес встрепенулся и поднял голову, затем начал громко стучать хвостом по полу, это он услышал шаги в коридоре.

— Джек, а ты почему хозяйку не встречаешь? — спросил я его. И когда вошла Джинджер, я понял, почему — она выглядела какой-то взъерошенной, веселой и злой одновременно. Ну, может быть, и не «выглядела», но ощущение было именно такое, вот Джек и решил не попадаться хозяйке под горячую руку, как говорится. Собаки, они такие, чувствуют и понимают гораздо больше, чем обычно кажется хозяевам.

— А, вижу, вся компания в сборе, — сказала она, пытаясь улыбнуться.

— Присаживайся, мы тебе помурчим, — пригласил я.

— Сейчас, только переоденусь, а то потом замучаюсь от шерсти костюм чистить.

Вернулась она минут через десять, успев снять косметику, переодеться в футболку с надписью «Деревенская девчонка» и серые тренировочные штаны. Внешне она чуть успокоилась, но все равно воспринималась «взъерошенной», что сильно отличалось от ее обычного спокойного состояния.

— Джин, что-то случилось? — спросил я, как только она присела рядом.

— Да, можно и так сказать…

Пришлось взять ее руку в свои ладони и погладить, она не стала возражать.

— Сегодня появился тот самый «деятель», который со мной собирался коньяк распивать. Ну, ты помнишь, какой…

— Когда ты разговаривала с инспекторшей, она что-нибудь говорила, можно ли его «прижать»?

— Улик нет, он отвертится. Его ведь на месте преступления не застукали. Скажет, что подсунули такой, и все. Поэтому пришлось терпеть его общество…

— Ну, и что он сегодня тебе сказал?

— Спросил, цела ли бутылка, и когда мы сможем ее вместе распить.

— Интересно, что ты ему ответила…

— Сказала, что уже не получится, потому что в шкаф залез кот и уронил несколько бутылок, которые упали на пол и разбились.

— Теперь ты коту должна большой кусок колбасы, в качестве компенсации за моральный ущерб… И что дальше?

— Ну, он сумел сохранить прежнее выражение лица, но тайную радость я все равно уловила. Потом спросил, когда я все-таки соглашусь поужинать с ним вдвоем.

— И?..

— Я его «обломала» — сказала, что уже не получится, у меня есть жених, за которого скоро выйду замуж.

— Хотелось бы посмотреть на его рожу…

— Да, жаль, что не было под рукой какой-нибудь «скрытой камеры», это стоило того, чтобы потом в юмористических передачах показывать.

А у самой Джин сейчас в глазах «бесенята пляшут», и выражение лица… непонятное… Хотя, что тут непонятного?

Прижав ее руку к своей щеке, я спросил:

— Огонек, а тебе не кажется, что для жениха это очень даже внезапно?

— Я точно знаю, что мой жених справится с любыми неожиданностями! — уверенно ответила Джинджер.

Почувствовав, что краснею, как пожарная машина, я привлек ее к себе и поцеловал.

— Обычно предложение делает мужчина, — удалось мне сказать, когда мы снова вернулись в реальный мир.

— Ну так делай, кто тебе мешает? — звонко засмеялась она.

Опустившись перед ней на колени, я взял ее руки в свои и спросил:

— Леди Гордон, выходите за меня замуж! Прошу меня простить, не успел достойно подготовиться, не зная размер вашего пальца, не решился покупать кольцо заранее.

— Я хочу подумать, — капризным голосом заявила красавица. Правда, глаза при этом были веселые.

— Думай, — согласился я, придвинулся к ней поближе, приобнял за талию, а голову положил ей на колени.

Она начала тихонько поглаживать меня по голове, и ее пальцы почему-то дрожали. Через пару минут я поднял голову и, глядя ей в глаза, спросил:

— И какое будет решение?

— Я согласна, — совершенно серьезно сказала она, ее глаза блестели но не от слез.

— Благодарю вас, моя прекрасная леди. А теперь позвольте вам предложить следующее: для избавления от последствий стресса вы некоторое время позанимаетесь с мечом, это у вас замечательно получается, а я пока буду готовить ужин.

(Я скромно промолчал, что в принципе оставалось только разогреть привезенное из города и накрыть на стол, но это уже мелочи, правда ведь?..)

— Неплохо придумано, да и настроение у меня как раз для этого сейчас, — согласилась Джин.

Я встал в пола, она поднялась с дивана и мы разошлись заниматься каждый свои делом. У меня дел-то было всего минут на пять-десять, если честно, дольше посуду на стол ставить. Так, достать блюда из холодильника, сунуть в микроволновку, но пока не включать, а теперь — тарелки и все остальное. Какое счастье, что не нужно соблюдать придуманные этикеты, у нас просто ужин на двоих, без выкрутасов.

Все это время я прислушивался к звукам, доносившимся через оставшуюся открытой дверь из оружейной комнаты, где вовсю упражнялась Джинджер. Когда оставалось только нажать кнопку включения на печке, я решил сначала узнать, сколько она еще будет заниматься, чтобы к ее приходу все было горячим.

Когда заглянул в дверь оружейной комнаты, то увидел картину, поразительно напомнившую мне ту самую подаренную на Новый год репродукцию Бориса Вальехо — «Девушка с мечом». Только там девушка сидела на фоне замка, а здесь Джинджер занималась с мечом на фоне окна. Ну и еще одно отличие было в том, что на картине воительница была хоть скудно, но одета, а сейчас на Джин была только ленточка на голове, удерживавшая волосы, чтобы они не падали на лицо, одежда лежала в углу на полу.

Я прислонился к дверному косяку и молча наслаждался зрелищем. Глаза у нее были закрыты, даже если она и почувствала мое присутствие, то ничем этого не выдала.

Толстый коврик на полу глушил шаги ее босых ног, и были слышны только дыхание и свист рассекаемого мечом воздуха. Через несколько минут Джин замедлила ритм движений, плавно остановилась и повернулась лицом в мою сторону. Опустив меч, она уперла его острием в пол и открыла глаза. Увидев меня, она нисколько не смутилась:

— Я почувствала, что ты здесь. Ужин готов?

— Хотел узнать, когда ты закончишь, чтобы к тому времени разогреть…

— А, так ты еще не все там приготовил?..

— Осталось только кнопку нажать… Но это можно сделать и чуть позже…

Я сам не заметил, как оказался стоящим вплотную к Джинджер. Она повернулась к стене, аккуратно положила меч на его постоянное место, затем с каким-то вызовом посмотрела мне в глаза.

— Ну как, тебе понравилось?..

— Амазонка… Нет слов…

Слова оказались нам не нужны, по крайней мере, на некоторое время. Мы стояли возле стены, я обнял ее, она положила голову мне на плечо. Когда я стал поглаживать ее голую спину, она захихикала.

— Щекотно… Все, я иду в душ, а ты заканчивай подготовку к ужину. — И быстро вышла из комнаты, прихватив одежду. Как приятно на нее смотреть, если уж говорить начистоту! А ей приятно, что я на нее смотрю, это хорошо чувствуется, хотя она сама прямо об этом и не говорит…

Когда Джин вошла на кухню, одетая во что-то вроде сарафана (не знаю, как такое одеяние правильно называется) темно-красного цвета, все уже было готово, даже подсвечники стояли, готовые к торжественному моменту.

— И когда ты успел все это приготовить?

— Если честно, сегодня устал, возиться не хотелось, поэтому просто захватил уже готовое из ресторана, оставалось только довести до кондиции, как говорится. Ты разочарована?..

— Нет, просто мне больше нравится, когда готовят дома. Сама не очень люблю, ну да ты об этом уже знаешь, — она улыбнулась.

— Как сказали в известном фильме, «У каждого свои недостатки!..» Давай начнем, что ли, а то есть уж очень хочется…

Ужин не затянулся надолго, потом через некоторое время мы пошли в бассейн. Странно, но это неторопливое бултыхание в воде мне начинает нравиться. Может быть, все дело в том, кто плещется с тобой рядом? Сейчас рядом была Джин, в алом купальнике, в сочетании с рыжими волосами это выглядело просто здорово.

Когда она в очередной раз вынырнула рядом, я еле успел поймать ее за руку.

— Подожди, не уплывай!..

— Что?

— Давай завтра в тир сходим, из пистолетов постреляем. А то я уже и забывать начал, куда и как там патроны вставляются.

— Хорошо, во сколько?

— Нужно бы до обеда, пока еще не очень жарко.

— Замечательно! — ответила Джин, и тут же снова нырнула. Русалка…

Вдоволь наплававшись, мы пошли в дом. После тренировки с мечом и плавания в бассейне Джинджер успокоилась и больше не напоминала разозленного ежика. А потом мы сидели на диване и слушали музыку. Конечно, пристрастия у нас весьма различались, но сейчас нашелся компромиссный вариант, звучала песня «Стальное сердце»:

Костром разожженным мне путь освети,

Ведь я на комете, все время в пути

Молчание камнем будет давить,

Трофеи возьму, коль смогу победить.

И пусть не откажет мне сердце в пути,

Когда против ветра придется идти.

Имен наших звуки текут, как вода,

И где бы я ни был — один я всегда.

Вставай и сражайся,

Пусть сердце ведет,

И смерти не бойся,

Любовь не умрет.

Вставай и сражайся,

Не падай, иди,

Пока бьется сердце

Стальное в груди.^[3K20]

Следующая песня была слишком уж «металлической» для меня, поэтому я с позволения любительницы тяжелого рока чуть приглушил звук.

— Джин, я давно хочу тебя спросить…

— Спрашивай, — милостиво разрешила она, греясь у меня в объятиях.

— Ты такая… Ну, не знаю… Самостоятельная, у тебя все есть… Почему ты вообще обратила на меня внимание?

— Наверное… Наверное, потому, что тебе от меня ничего не было нужно — ни денег, ни чего-то еще… И просьба была неожиданная — помочь осуществить мечту.

— Спасибо тебе, мечта сбылась…

— Ты мне тоже очень помог, хотя и неожиданно. А почему тогда ты вдруг решил отдать бутылку на анализ?

— Песня подсказала, хочешь — верь, хочешь — нет. У меня такое иногда бывает. Нажимаю «воспроизведение в случайном порядке», а там — чуть ли не предсказание будущего. Даже страшно становится…

— Сейчас проверим… — Она нажала кнопку на пульте от музыкального центра, и зазвучала очередная песня, на этот раз медленная.

В тиши ночной, в глубокой темноте,

Когда накрыла дрема мир, к душе взываю.

Вхожу я в сны твои, и словно парус шторм

Под песню ангелов тебя я вызываю.

От солнца вдалеке, в закатной стороне

Найди нить серебра средь синевы небес.

Шепчу тебе чуть слышно, как свеча в ночи,

И мы, как дети, ждем свершившихся чудес.

Закрой глаза, вглядевшись в темноту,

И ветры перемен удачу принесут.

Наш путь начнется там, где кончится другой,

Лишь ветры будут знать, кто мертв, а кто живой…^[3K21]

— Будем считать это хорошим предсказанием, — сказала Джин. — Говорится, что будет новый путь, причем вместе. И ветер перемен принесет нам удачу.

— Согласен. Тогда уточняюющий вопрос — из чего будешь завтра стрелять?

Ее не смутила такая резкая перемена темы:

— Как из чего? Из своего «Зига», ну и «Вальтер» нужно опробовать, патроны можно прямо в тире купить. А ты из своего «Глока»?..

— Ну да, другого-то у меня нет… — Мой «наградной» пистолет остался в ППД, мне его вроде обещали передать «с оказией», но пока не получается, видимо. Кстати, надо у Игоря спросить, может быть, он в курсе дела?

Беру лежащий рядом на столике сотовый, звоню.

— Игорь, привет! Как там дела, как наша Алиса, работает?

— Привет! Дела нормально, все номера заняты, девчонка работящая. Что нужно было покрасить — уже закончила, окна перемыла, ну и все остальное делает, что поручаю. У меня к ней претензий нет.

— А у нее к тебе? — усмехаюсь я.

— Тоже, — вполне серьезно отвечает Игорь. — Я ведь с ней поговорил, в курсе того, что случилось. Поэтому ей сейчас не до «глупостей». Ладно, приезжай, сам все увидишь.

— А вот завтра утром и приедем, как раз в тир собирались.

— О, вспомнил! Я тебе звонил, но твой телефон был отключен. Пистолет передали, как раз и заберешь. Там записка, что ты его ждешь.

— Я в рейсе был, далеко, вот телефон и не работал, а секретаря у меня нет, извини… Про пистолет я как раз и подумал. Патронов там к нему нет в посылке?

— Пара коробок есть точно.

— Ладно, завтра увидимся, отбой связи!

Кладу телефон на столик и объявляю:

— Джин, завтра по пути заедем в гостиницу, посмотрю, как там работу сделали, и заберу кое-что.

— Хорошо, ты ведь там недолго будешь?

— Да минут пять, может десять. Не успеешь соскучиться. Ну что, пошли спать?

— Ты забыл сделать еще кое-что…

— Что именно?

— Расчесать мне волосы…

17 число 04 месяца 24 года, Порто-Франко

Утро сегодня началось довольно поздно, и то потому, что некормленые звери пришли и стали выражать нам свое неудовольствие. Пришлось встать и заняться делами. Джин тоже решила подняться и сейчас вовсю плескалась в ванной комнате. Так, нужно собрать то, с чем ехать в тир…

Решив не заморачиваться завтраком, выехали в город и минут двадцать просидели в маленьком ресторанчике, пили сок и перекусывали выбранными по совету Джин блюдами, потом сели в «Гелендваген» и поехали в гостиницу. А я что, еще не сказал, что мы сегодня ездим на ее машине?

Игорь показал мне результаты работы Алисы. Да, заметно, что девчонка не белоручка, и родители успели ее многому научить. Веранда и лестница были аккуратно окрашены, чисто отмытые окна номеров чуть ли не сияли. Правда, сейчас ее не было — она ушла за продуктами.

— Игорь, передай ей мою благодарность. Как она сейчас?

— Быстро пришла в норму, характер есть у девчонки. Что дальше — посмотрим, если захочет уйти на другую работу, отпустим, мы же обещали. Но мне будет жаль… Да, подожди минуту, сейчас я тебе посылку отдам.

Он вышел из номера, держа в руках объмистый пакет.

— Вот, здесь твой разукрашенный пистолет и патроны.

— Спасибо, а сейчас мы поедем, не хочу заставлять ее ждать. — Я кивнул на стоявшую у машины Джинджер, которая сейчас выглядела как фотомодель, призванная на армейскую службу.

— Как тебе с ней? — поинтересовался Игорь.

— С ней хорошо, без нее плохо, — отшутился я. — Все, пока!

Когда мы приехали в тир, там было уже довольно много народа. Не скажу, что Джин произвела там чрезвычайный фурор, но народ стал чаще промахиваться мимо нужных мишеней, если судить по услышанным репликам. Заняв самые дальние места, мы начали готовиться к стрельбе. Снарядив магазины, начали соревноваться в скоростной стрельбе по мишеням. Ну, что сказать… Я ей «продул» с огромным счетом. Ясно, что она у кого-то училась, только вот когда тренировалась-то?

Народ постепенно заинтересовался происходящим, и на некотором расстоянии от нас образовалась небольшая группа болельщиков. Отгадайте с одного раза, на чьей они были стороне…

«Солдат Джин» была на высоте, во всех смыслах. Камуфляжные штаны, футболка той же расцветки, туго обтягивающая ее примечательный бюст, пятнистая кепка на стянутых в «хвост» рыжих волосах, высокие «полевые» ботинки… Хоть на армейскую рекламу фотографируй, честное слово! Кстати, многие так исподтишка и делали (у кого с собой были «мыльницы»). Интересно, кому они эти фотки показывать будут, женам, что ли? А вот еще один болельщик нарисовался, уже с зеркальным фотоаппаратом. Для рекламного плаката этого тира решил снимки сделать, или зачем еще? Я сказал об этом Джин, она тут же обернулась и крикнула фотографу:

— Если планируется коммерческое использование моих фотографий, сначала заключите со мной договор! — чем вызвала громкий смех среди зрителей. После этого смутившийся «папарацци» быстро исчез из поля зрения.

Вдоволь настрелявшись, мы собрали пистолеты в сумку и пошли к выходу. Сзади раздался голос:

— Парень, ты ее не боишься?

— Мне без нее страшно, — ответил я, чем вызвал взрыв смеха.

— Девушка, а зачем вам такой мазила? — не успокаивался кто-то.

Джин повернулась в ту сторону и громко сказала:

— Кое-что у него совершенно точно гораздо больше, чем у тебя! — после чего взяла меня под руку, и мы гордо пошли к выходу. Позади стоял смех, вопросов больше никто не задавал.

— Джин, а что ты имела в виду? — тихо поинтересовался я.

— Ум, конечно, — ответила она с обворожительной улыбкой.

Как только отъехали от тира, я сказал:

— Давай заедем в один магазинчик, тут недалеко.

— И что там будем искать?

— Приедем, увидишь. Надеюсь, тебе понравится…

А приехали мы в небольшую лавочку, торгующую всякими ювелирными изделиями. Как вы думаете, что я предложил Джин? Правильно, пусть выберет себе кольцо. Иначе вдруг не понравится, что потом с ним делать?

Она выбрала достаточно скромное колечко с маленьким камешком. Оплачивал покупку, конечно, я сам. Но отдавать ей пока не стал, коробочку сунул в карман. Да, я вот такой, коварный…

— А теперь давай съездим на аэродром, самолет проведаем, — предложил я.

— Давай, что-то я давно там не была, — согласилась Джинджер.

Такая вот у нас зигзагообразная прогулка получается сегодня, зато можно много дел успеть сделать.

На аэродроме я сказал Джин, чтобы рулила прямо к ангару. Если она и удивилась, то ничего не сказала, просто направила машину в указанную сторону.

Возле ангара стоял «Бивер», его готовили к вылету, и механики вместе с пилотами ходили вокруг самолета, отмечая пункты наземной предполетной проверки. Возле соседнего ангара стоял «Бичкрафт», в моторе которого флегматично ковырялся личный механик Жако. Ничего, вот Джим выздоровеет, будет и у меня свой закрепленный техник, так-то!

Моя «Сессна» стояла в пустом ангаре, спасибо техникам — они поставили ее на место после того, как выкатили «Бивера» после ремонта. Скорее всего, он и будет теперь «жить» на улице — летают на нем каждый день, погода хорошая, ничего не случится.

Мы вылезли из джипа и подошли к самолету, я отпер двери и сказал Джин:

— Забирайся в кабину!

Она, чуть помешкав, уселась на правое кресло, я разместился на левом.

— Джин, милая, сейчас я делаю тебе официальное предложение — выходи за меня замуж. Пусть тебя не смущает такая неформальная обстановка, если хочешь — могу повторить все это в другом месте и при свидетелях.

Она молча отрицательно покачала головой.

— Тогда протяни руку, пожалуйста.

Я надел ей кольцо на палец и задержал ее руку в своих. Она молчала, только глаза подозрительно блестели. А через несколько мгновений мы уже целовались, как будто на конкурсе по продолжительности поцелуев. От Джин пахло пороховой гарью, оружейной смазкой, пылью стрельбища, запах авиационного бензина добавлял в эту гамму свои тонкие нотки… Но для меня сейчас это было приятнее запаха любых французских духов, потому что я знал — она хочет быть рядом со мной. А я хочу быть рядом с ней. Не потому, что это «Задание», или «это необходимо для ДЕЛА…» Она нужна мне, а я нужен ей. И мы будем рядом друг с другом. Слишком дорого нам обоим все это досталось…

Вдоволь нацеловавшись, мы поехали к вышке. Там Джин ненадолго забежала к диспетчерам поздороваться, а я решил посидеть внизу на скамейке, благо, над ней был навес. Интересно наблюдать аэродромную суету со стороны. Впрочем, особой суеты не было, за все время взлетел только один самолет, и приземлился транспортник — толстый Орденский «Геркулес», к которому сразу же подъехали пара Орденских «Хамвиков» с пулеметами и тентованный грузовик.

О, вот и Джинджер идет… Она уселась рядом, посмотрела на меня и довольно улыбнулась:

— Почти со всеми повидалась, с кем хотела. Спрашивали, когда я к ним еще заеду.

— И что ты им ответила?

— Когда время будет, и настроение.

Она чуть помолчала, и вдруг сказала, задумчиво поглаживая колечко на пальце:

— Помнишь, я говорила, что мне рядом с тобой хорошо?

— Да…

— Я вдруг поняла, что это не совсем так. Мне без тебя плохо… Все, поехали домой, обед скоро!

Вела машину она очень уверенно, на изрядной скорости, поэтому дорога не заняла много времени. Дома она сразу пошла в ванную, а я занялся чисткой оружия, благо, мне в свое время показывали, как разбирать пистолеты различных «фирм». Только-только я успел вычистить подаренный пистолет, с которым и тренировался сегодня, как вошла благоухающая после душа Джин, переодевшаяся в традиционные футболку и тренировочные штаны.

— Все, иди, свои «Зиг» и «Вальтер» я сама почищу!

Ладно, мне же проще…

Не успел я выйти из душа, как меня окликнула из «оружейки» Джин:

— Алекс, подойди сюда, пожалуйста!

Войдя туда, я увидел, что она с интересом рассматривает подаренный мне разведчиками пистолет.

— Вот не думала, что у тебя может быть такой «разукрашенный» ствол. Ты мне раньше его не показывал, а в тире рассмотреть поближе времени не было…

— Его мне только сегодня успели отдать, даже для меня неожиданно получилось.

— А где ты его покупал?

— Это подарок, от друзей.

— На день рождения, что ли? — она засмеялась.

— Нет, на память. Я им как-то раз помог, вот они и подарили.

— А тут накладки интересные какие… Серебряный дракон…

— Да, мне тоже нравится. Джин, можно вопрос?

— Спрашивай! — она кивнула, не отрываясь от изучения рисунка на накладках.

— Если ты приняла мое предложение, то когда можно будет зарегистрировать наши отношения официально?

Она положила пистолет на стол и посмотрела мне в глаза.

— В любой момент… Но перед этим я хотела бы организовать что-то вроде девичника, для нескольких подруг, если ты не против.

— Лишь бы там не было мужского стриптиза, — улыбнулся я.

— Ну вот, ты лишил меня самой интересной части программы…

— Хорошо, я согласен даже на это, но учти — я ревнивый.

— Я тоже! — ответила она.

— Тогда подскажи, в городе где-нибудь можно купить пластмассовые тарелки?

— А зачем тебе?

— Это скорее тебе, для будущих разговоров со мной, вдруг понадобятся.

Джин сначала недоуменно нахмурила брови, но через секунду поняла, что я шучу, и мы вместе смеялись чуть ли не целую минуту.

— Я с тобой и без тарелок разберусь!..

— Верю на слово, проверять не хочется…

Она обняла меня и поцеловала. Плевать, что руки пахнут оружейным маслом…

— Девичник будет небольшой, можешь не переживать. В эти выходные и организую, скорее всего.

— Значит, на следующей неделе?..

— Да, поэтому прошу тебя не улетать далеко и надолго.

— Постараюсь. Все, ты с чисткой закончила?

— Конечно, сейчас уберу и пойдем. Предлагаю пообедать в уютном месте, отметим нашу помолвку, так сказать.

— Джин, а почему ты почти все время со мной соглашаешься? Даже подозрительно как-то…

— Да потому, милый, что сама поступила бы так же, в большинстве случаев. Пойдем, мне еще переодеться нужно.

Судя по всему, Огонек решила побить мировой рекорд по скорости переодевания и накрашивания, потому что мы выехали из дома уже через двадцать минут.

— Джин, ты очень быстро собралась, даже удивительно.

— Просто есть очень хочется…

Почему-то она снова предпочла надеть строгий деловой костюм. У меня, по сравнению с ней, вид был довольно разгильдяйский, но рубашку я все-таки погладить успел. Парадных брюк у меня не было, поэтому обошелся темными джинсами. Джин вздохнула, посмотрев на меня, но говорить ничего не стала, за что я остался ей очень благодарен. Ехать пришлось снова на ее машине, потому что ее деловой костюм плохо сочетался по стилю с моим верным Буцефалом. Ну и ладно, пассажиром ездить тоже бывает интересно, особенно если водитель такой неотразимый…

Обед был, в общем, как самый обычный деловой обед, разве что время от времени с Джинджер здоровались ее знакомые, бросавшие на меня любопытные взгляды. Джин, как я заметил, при разговорах с ними этак невзначай демонстрировала колечко на пальце. Все ясно, показывает изменение в статусе. Ох, чувствую, и разговоров будет! Хотя, пусть болтают, лишь бы не врали и не лезли в нашу жизнь.

Когда мы рассчитались и встали из-за стола, по дороге я тихонько спросил у Джинджер:

— Признавайся, это ты специально устроила?

— Что?

— Этот «показ»…

Она усмехнулась:

— Многие из тех, кто со мной сейчас здоровался, будут приглашены на мой «девичник». Они тебя видели, так что будут лишены возможности фантазировать по поводу твоей внешности.

— Главным вопросом будет, конечно же, «Что такого ты в нем нашла?»

— Я знаю, что им ответить.

— Примерно как в тире, да?

— Что-то вроде этого. А теперь поедем домой, буду знакомых обзванивать, насчет своего мероприятия договариваться…

21 число 04 месяца 24 года, Порто-Франко

Утром меня заставил проснуться звонок сотового.

— Алло, кто там в такую рань?..

— Алекс, привет, это диспетчер. Тут нам заказ поступил, нужно срочно забрать троих пассажиров из Нойехафена.

— А туда что, пустым лететь?

— Они готовы оплатить за два рейса, но вылетать нужно как можно раньше.

— Больше никого не нашлось, что ли?

— Остальные все уже расписаны по вылетам, а ты вроде как свободен, сам ведь говорил…

— Понял, сейчас соберусь и приеду…

Джин приоткрыла один глаз и спросила:

— Кто там еще?

— С аэродрома звонили, нужно слетать до Нойехафена и обратно.

— Угу… Тогда я тоже встану, только чуть попозже… Иди сюда…

Поцеловав меня, она снова уткнулась в подушку. Ну да, если учесть, что вчера «девичник» затянулся до глубокой ночи, и мне пришлось везти ее домой из ресторанчика, после того, как она мне позвонила. Не могу сказать, что она была сильно пьяной, скорее совсем чуть-чуть выпившей. Но вела себя прилично, она давала мне честное слово перед тем, как я высадил ее у ресторана, когда туда привез. В машине она «клевала носом», и чуть не заснула. После душа я уложил ее в кровать, а сам пошел в мансарду, послушать, какая обстановка в эфире, заодно нужно было проверить, зарядились ли аккумуляторы радиостанции.

Когда я через час лег спать, Джин придвинулась поближе и обняла меня. Надо же, ждала, что ли?

— Джин, ты кольцо не сняла…

— Не бойся, я аккуратно, не поцарапаю тебя… — Сказала, и тут же снова заснула.

Интересно, зачем это она собралась скоро вставать? Насколько я успел заметить, она скорее «сова», чем «жаворонок»… Ну да ладно, мне уже пора что-нибудь быстро съесть, и ехать на аэродром, да и зверье уселось рядом и ненавязчиво интересуется, что там у них с едой в тарелках?..

По дороге, включив «Подожди меня» Вангелиса, я размышлял, что же такое со мной произошло за все это время. Только вот не нужно мне говорить, что я слишком быстро забыл Бригитту — я вспоминаю Рыжика каждый день, знайте это!.. Просто ничего уже нельзя изменить, если бы она осталась жива — я был бы с ней до конца своей жизни.

Наши отношения с Бригиттой были похожи на катамаран — судно, где два корпуса соединены перемычками. Да, они плывут в одном направлении, крепко держась друг за друга, эта конструкция может выдержать очень сильный шторм… Но между ними всегда останется какое-то пространство, и они никогда не смогут приблизиться вплотную друг к другу. Мы ведь не играли в семью, не притворялись, чтобы поддержать «легенду». И чувства у нас были настоящими. Может быть, нам просто не хватило времени, чтобы стать ближе? Сейчас уже поздно об этом рассуждать.

А вот Джинджер… Так получилось, что в тот момент нам обоим нужна была помощь — и мне, и ей. Вы когда-нибудь держали в руках фигурные пластинки конструктора «Лего»? (Конечно, «настоящего», а не поддельного.) Так вот, по ощущениям, мы с Джин сейчас как будто две такие детальки, которые силами обстоятельств очень сильно прижали друг к другу, и теперь разделить их возможно, только сломав себе ногти, даже ножом это сделать тяжело. Казалось бы, совершенно незнакомые раньше люди, абсолютно разные по уровню жизни, в старом мире вообще находились на разных сторонах Земли… Но вдруг почему-то оказалось, что для нас теперь на всем свете нет никого ближе и роднее. А согнуть или сломать нашу пару сейчас вряд ли у кого-нибудь получится.

Странная штука жизнь… В ней играть приходится теми картами, которые сдает нам судьба. А если кто-то начнет блефовать, не рассчитав своих возможностей — скорее всего, он не доживет до следующей раздачи.

На аэродроме действительно не осталось свободных самолетов. «Бичкрафт» явно готовился к вылету, возле него ходили Жако и его техник. Поднявшись на вышку, я спросил диспетчера:

— Привет! А что там за пассажиры-то, не в курсе?

— Привет! Да нам позвонили вчера, передали заявку на трех пассажиров с небольшим багажом из Нойехафена. Обещали оплатить стоимость полета в оба конца, лишь бы их забрали оттуда побыстрее.

— Как думаешь, не «кидалово»? Не хочется дураком выглядеть, если вдруг прилечу, а там нет никого…

— Вообще-то, нам и раньше так заявки передавали, ничего странного нет. Иначе кто им потом поверит?

— Хорошо, буду надеяться, что все получится.

Вытолкав «Сессну» из ангара, я с согласия техников загнал туда джип и приступил к осмотру согласно инструкции. Все было нормально, можно запускать двигатель и вылетать. Погоняв двигатель на различных режимах, я связался с диспетчером:

— Вышка, я «Редлайн», прошу информацию для вылета!

— «Редлайн», я Вышка. Полоса номер два, ветер семьдесят градусов, четыре метра в секунду, температура двадцать два, видимость десять, давление тысяча десять миллибар…

— Вышка, я «Редлайн», разрешите предварительный!

— «Редлайн», я Вышка, предварительный разрешаю.

— Вышка, я «Редлайн», принял.

Ну что, поехали?..

Минут через десять после взлета, уже после набора высоты, у меня стала «холодеть» спина. Опять этот «ледяной ветер», чтоб его… Проверяю управляемость, легонько покачивая рулями — все в норме, обороты не дергаются, температура — в пределах нужного сектора… А чем это пахнет в кабине, гарью, что ли? Дым, не дым… Тревожная индикация не срабатывает, но озноб усиливается, меня так не трясло даже под тем обстрелом, когда ранили Джима. Хорошо, что еще не успел далеко отлететь от аэродрома, буду разворачиваться назад, садиться на вынужденную посадку среди саванны, да еще и в одиночку — изощренный способ самоубийства.

— Порто-Франко-Контроль, это «Редлайн», слышите меня?

Молчат… Чуть добавляю оборотов, горючего много, мне сейчас главное побыстрее долететь до аэродрома, пусть там техники разбираются, что за дым в кабине. Сколько летал, не было ничего похожего… Фиг с ними, с пассажирами, на другом самолете полетят, или с конвоем поедут, если очень нужно.

— Порто-Франко-Контроль, это «Редлайн», слышите меня?

— «Редлайн», это Порто-Франко-Контроль, слышу вас.

…Спали они там, что ли?.. Пьяного осьминога им в задницу!..

— Порто-Франко-Контроль, это «Редлайн», у меня проблемы с двигателем, возвращаюсь, прошу посадку с прямой, без круга.

— «Редлайн», это Порто-Франко-Контроль, заход на посадку после разворота курсом пятьдесят, полоса два, ветер семьдесят, пять метров в секунду.

— Порто-Франко-Контроль, это «Редлайн», принял.

Так, потихоньку, не особо дергая машину, тяну до точки разворота, «совсем с прямой» посадить не получится, я ведь лечу с севера, а нужно заходить со стороны западной окраины города, до него километров двадцать осталось…

Ой, что это вибрирует в кармане, я что, сотовый забыл выключить, когда к вылету готовился? Так, время пока есть, ставлю автопилот, несколько минут до точки разворота пусть он поведет…

— Да! — шумно в кабине, могу не услышать, кто там что говорит…

— Милый, ты еще не улетел? Что у тебя там шумит?

Елки-палки, это Огонек… Нет, не буду ей ничего говорить…

— Джин, я в самолете, скоро связь потеряется, что случилось?

— Ты там не задерживайся, мне нужно сказать тебе что-то очень важное.

— Что именно?

— Прилетишь, узнаешь!.. Эй, ты что делаешь, отвали… — и в трубке запиликал сигнал «отбоя».

Твою мать… Явно что-то случилось… Пробую набрать ее номер — «телефон отключен…» Наплевав на то, что приближается точка разворота, лезу в закрепленный на соседнем кресле рюкзак, специально его там привязал, чтобы подкрепиться в полете, но сейчас мне нужна не еда…

Быстро достаю радиостанцию, прикрепляю к ней антенну. Так, включаю, вот она, частота «маячка» в сумке… Есть сигнал, молодчина, Джин!.. Руки и голова заняты, потому пропускаю разворот, в наушниках слышится голос диспетчера:

— «Редлайн», это Вышка, вы пропустили точку разворота.

— Вышка, это «Редлайн», разрешите проход по кругу, у меня что-то с закрылками, не могу выпустить, попробую зайти еще раз.

— «Редлайн», это Вышка, проход по кругу разрешаю, не торопитесь, других бортов на подходе нет.

Так, несколько минут у меня есть… Прохожу на не очень большой высоте вдоль северной границы города, направив в его сторону острие приемной антенны. Главное, чтобы «база» была пошире, тогда выстроить «треугольник ошибок» можно будет точнее. Сигнал устойчивый, не пропадает, но пеленг все время смещается. Б…ь, я тут не могу круги нарезать часами, гарью воняет все сильнее… Пеленги направлены куда-то в район припортовых складов, там их до фига, самого разного «калибра», от ангаров до сараев, настоящий лабиринт… Нет, пора разворачиваться, мне сейчас нужно еще ухитриться нормально самолет посадить… На обратном проходе повторяю «прицеливание» — пеленги с разных точек упорно показывают в сторону все тех же складов. Все, кидаю рацию в рюкзак, не до нее теперь…

— Вышка, это «Редлайн», на посадочном.

— «Редлайн», это Вышка, посадку разрешаю, полоса свободна.

С выпущенными закрылками (типа «все устранилось») сажаю «Сессну» у знаков в начале полосы и сразу запрашиваю:

— Вышка, это «Редлайн», посадку произвел, разрешите руление на стоянку, пришлите техников к ангару.

— «Редлайн», это Вышка, руление разрешаю, техники будут ждать на стоянке.

Так, с этим все… Пока медленно рулю на стоянку, вызываю по сотовому:

— Игорь, это я. Нужна срочная помощь, похоже, Джин похитили.

— Понял. Ты где?

— Сейчас на аэродроме, постараюсь быть у гостиницы минут через пятнадцать-двадцать.

— Принял, вызываю твоих знакомых.

— Приеду, объясню, все, сейчас некогда!

Отключаю телефон, уже заруливая на свое обычное место, сейчас на аэродроме вообще нет других самолетов, и техники уже стоят в воротах ангара.

Глушу мотор, выскакиваю из кабины и яростно машу им рукой, они бодрой рысью подбегают ко мне.

— Сильно запахло горелым, температурные датчики показывали норму, давление не падало, может, чуть уменьшилось, но почти не заметно. Вы уж посмотрите, а то мне совсем не хочется свалиться посреди саванны…

— Все понятно, шеф, сейчас все проверим. — Они тут же открыли капот и начали осмотр, перекидываясь между собой короткими фразами.

— Я в город съезжу, все равно вам от меня пользы нет.

Один из техников кивнул, и я полез в кабину за рюкзаком. Одна из лямок зацепилась за ремень, чтобы освободить его, я залез под второе сиденье… Оп-па!.. Что тут у нас за коробочка?.. Кусок чего-то, напоминающего хозяйственное мыло, проводочки и небольшой электронный будильник. Твою ж мать!.. В кино такое называют «самодельным взрывным устройством»… Украдкой выглядываю из кабины — нет, в мою сторону никто не смотрит. Осторожно, стараясь не дрожать, кладу бомбу поверх содержимого рюкзака и быстро иду к джипу. Вот ведь «подарочек»!..

Выехав за пределы аэродрома, останавливаюсь за ближайшими кустами, достаю сюрприз и рассматриваю. Нажимать кнопки нежелательно, ежу понятно… Так, цилиндрик, к которому подходят два проводка — это детонатор, очень осторожно вытягиваю его из тротиловой шашки, затем убираю ее в сторону. Ага, теперь самое страшное, что может случиться — это хлопок детонатора… Достав мультитул, аккуратно перекусываю провода по одному. Все, кина не будет! Проверять, на какое время там был выставлен таймер, некогда, и я на скорости пылю по дороге в сторону города. Кто же у меня там на аэродроме такой «добрый друг», а?.. Чтоб тебе ракетного топлива напиться, а потом закурить в туалете…

Игорь встретил меня возле гостиницы.

— Привет! «Апостолы» сейчас приедут, рассказывай, что случилось?

— Я получил заказ на перевозку пассажиров из Нойехафена, уже вылетел, но пришлось вернуться — что-то задымило. А когда вернулся, кое-что нашел под другим сиденьем, пойдем в дом, покажу…

В комнате я выложил на стол компоненты «подарочка». Игорь со знанием дела осмотрел все это, понажимал кнопки на часах и сказал:

— Ты во сколько вылетел?

— В одиннадцать.

— Таймер был выставлен на двенадцать тридцать, так что если бы двигатель не задымился — мы бы сейчас с тобой не разговаривали.

— Получается, бабахнуло бы примерно на полпути, над берегом или саванной, может, и нашли бы потом куски крыльев…

— Так, с этим разобрались, с подругой твоей что?

— Когда подходил к аэродрому, она мне позвонила, думала, что я еще не улетел. Сказала, чтобы не задерживался, хотела сообщить что-то очень важное, но потом крикнула что-то вроде «Отстань!..» и связь прервалась. Я попробовал презвонить — «телефон отключен». В ее сумочку я «маячок» вмонтировал, он заработал, Джин успела за ремешок дернуть, включить. Пеленги показывали в сторону припортовых складов. Когда рулил на стоянку — позвонил тебе. Ну вот примерно и все…

— Ну ты даешь! Заранее знал, что маяк понадобится?

— На всякий случай собрал, а оно вдруг пригодилось… Что делать будем?

— Сейчас «Апостолы» приедут, введем их в курс дела. Они в этом соображают, не зря ведь прислали.

— Надеюсь, что сумочку увезли вместе с ней, иначе…

— Главное, не трясись! А, вот и Петр с Павлом…

Мы быстро разъяснили им ситуацию, и они убежали в свои комнаты за снаряжением. Минут через пять наша сборная была готова к выезду.

— Так, сейчас мы садимся в фургон и едем в сторону складов. Ты включаешь свой аппарат и пробуешь засечь место, откуда идет сигнал. Будем надеяться, что они еще не начали ее активно допрашивать…

От этих слов Игоря меня аж передернуло.

— Ты не дергайся, это не поможет, главное — определи точку, остальное мы сами сделаем, не лезь никуда, понял?

— Понял, давай уже, поехали…

В покрытом толстым слоем пыли фургоне, на бортах которого была надпись «Доставка продуктов», я уселся на место рядом с водителем и начал колдовать со своей немудреной аппаратурой. Пока ехали по улицам, сигнала не было, и сердце колотилось со страшной силой, но на подъезде к складам я услышал слабое пиликанье.

— Так, стоп!.. Сигнал справа идет, давай поворачивай туда!

Когда мы проехали с полкилометра, пеленг резко «прыгнул» влево.

— Стоп! Сейчас влево показывает, что делать будем?

Игорь, сидевший за рулем, решительно сказал:

— Едем дальше, сворачиваем на первом повороте налево, и делаем круг — ты нам точно покажи, в каком из этих сараев может быть твой маячок.

— Понял, вперед!

Это были действительно «сараи», другое название к ним не подходило. Наверное, их построили чуть ли не во времена основания города. Но, тем не менее, в центральных проездах везде сновали машины, во дворах гудели подъемники, шла обычная жизнь. Так, пеленги уверенно показывают вот на эту, довольно большую развалюху за дощатым забором…

— Это здесь, где остановимся?

— Проедем метров пятьдесят дальше, там за углом встанем. Эх, знать бы, сколько их там и что происходит…

— Сейчас, только режим поменяю.

Игорь непонимающе посмотрел на меня. Я выставил другую частоту, и нажал клавишу «Передача». По этой команде в схеме маячка должна была заработать другая ее часть. Переключив радиостанцию на прежнюю частоту, я добавил громкости и мы услышали:

— …эта сучка?

— Еще не очнулась, что ты ей вкатил?

— Снотворное, что же еще.

— Ну и когда она проснется? Сейчас уже этот Рыба долбаный приедет, что ему скажем?

— Не ссы, мне гарантию давали, время действия уже почти закончилось.

— Сумочку проверял?

— Все барахло из нее на стол вывалил, ничего не брал. Пусть сам копается в помадах, если ему так интересно…

(Смех, смеются явно двое. Слышен грохот захлопнувшеся двери, и быстрые шаги.)

— Идиоты, вашу мать! Почему двери не заперты?!.

— Так… мы вас ждали, босс…

— А если бы кто чужой вошел?

— Ну… так не вышел бы…

(Негромкий смех.)

— Вот ведь мудаки, а!.. (Вздох.) Одного по пьянке прирезать втихую не смогли, когда он свалить со своей телкой собирался. Куда поторопились, дебилы? Пусть бы он ее встретил, а потом ее бы «Красным фонарям» сплавили… Мать вашу, ну почему вы такие тупые, а?.. Очнулась эта стерва, или нет еще?

— Босс, она шевелится уже…

— Так, оба нахер отсюда, возле дверей посторожите, пока я тут с ней разговаривать буду…

(Звук, напоминающий пощечину, стон.)

— Ну что, очнулась?

— Ты??? — в голосе Джинджер слышалось нескрываемое удивление.

— А что, удивлена? Не захотела по-хорошему, теперь все будет по-плохому…

Тут меня кто-то начал дергать за плечо, обернувшись, я увидел Игоря.

— Там их сейчас трое, да? — спросил он у меня.

— Сначала было двое, потом третий появился, наверное, босс, он их к воротам отослал. Ну, ты сам слышал.

— Ясно. Ты тут сиди, слушай свое радио, и не вздумай соваться туда, понял? Что бы там ни происходило, сиди здесь!

— Понял…

Тем временем разговор на складе продолжался. Голосов двух «подручных» теперь слышно не было, выполняя приказ босса, они отошли подальше.

— …алмазы, сука?

— Какие алмазы?

— Которые твой Айван вез, и не довез.

— С чего ты взял, что они у меня?

— Все просто: зачем бы это один из ювелиров после твоего визита начал деньги собирать? Да еще такую кучу… Что, не смогла получше клиента найти?

— Не понимаю, про что ты говоришь…

(Звук удара, наверное, пощечины.)

— Надеешься, что твой «ботаник» тебя вытащит? Зря… Сейчас его гиены в саванне доедают. Или рыбки в море, это уж кому из них повезет больше.

— Врешь!!!

— Когда у тебя под задницей взорвется тротиловая шашка — уцелеть будет трудновато, правда?

(Милая, терпи, но молчи, не вздумай сказать, что ты мне звонила!..)

— Ну ты и сволочь…

— У меня из-за тебя одни неприятности, шлюха крашеная. Сначала твой лопух Айван куда-то пропал вместе с грузом, найти не смогли. Недавно твоя придурочная подруга курьера грохнула, он мне груз не успел передать. Правда, потом сама пулю словила, мы подсказали, кому надо… А ты и обрадовалась, да? Был ее муж, стал твой любовник!..

— Что за бред ты несешь?..

— «Что за бред!» Надо же, какой пафос!.. Твоя домработница по столом листок нашла, весь исписанный «Алекс-Алекс-Алекс…» Вот и пришлось ей у тебя на стенке написать про Алекса и алмазы, ты ведь чуть с катушек не слетела, да?..

(Смех)

— …Только потом эти два придурка к тебе приперлись и все мне испортили…

— Ты такой сволочью родился, или на службе Ордена стал? Или наркоту жрешь постоянно, то-то тебя дергает…

— Я ведь к тебе пытался по-хорошему, дура…

— С коньяком, «заряженным» химией?

— Так сама виновата — раздвинула бы ноги вовремя, обошлись бы просто разговором. А сейчас поздно, твой очкастый ботаник тебе не поможет…

(Ах ты ж сученыш, я может быть и «ботаник»-любитель, но для таких сорняков, как ты, у меня есть специальная тяпка, с четырехкратным увеличительным стеклом, чтобы не промазать…)

— …Он у тебя даже стрелять толком не умеет…

(Значит, мой «цирк» в тире удался на славу… Все увидели то, что я хотел им показать. Ну, где там мои профессиональные «садовники»-то, а?..)

Тут раздался смех Джин, да такой, что мороз прошел по коже. Низкий, чуть ли не басовитый…

— Можешь говорить все, что угодно, но я знаю совершенно точно — ты умрешь гораздо раньше меня!..

— Пугать меня вздумала, сука! Да я тебя сейчас…

— Босс! — это голос подручного. — Тут мужик стучит в дверь, говорит, продукты привез, сторож заказывал.

— Какой еще сторож, какой на ХХХ мужик? Гони его!

— Босс, он не уходит, говорит, мы должны в бумажке расписаться, что заказ сделан по ошибочному адресу, иначе ему не заплатят.

— Напиши ему что-нибудь, и пусть валит отсюда!

— Понял, сейчас….

(Удаляющиеся быстрые шаги.)

— Значит, не хочешь по-хорошему рассказать. Ну что, тогда придется тебя разложить тут на столе и драть во все дыры, пока не скажешь. Устану я, продолжат они…

— Придурок, ты бы хоть помолился, если умеешь… Твоя смерть все ближе…

(Звук удара, стон.)

— Не понимаешь, да?!. Эй, вы там, что копаетесь, дверь запереть не можете вдвоем, что ли?.. Идиоты!..

(Удаляющиеся шаги, удар, звук падения чего-то тяжелого.)

Голос Игоря:

— Вы в порядке?

— Да, просто эта гадина пока больше пугал, чем бил… Ай!..

— Потерпите, пожалуйста, сейчас веревки разрежу. Собирайте ваши вещи в сумочку, только все до самой последней мелочи, чтобы ваших следов тут не осталось.

— Ясно.

(Слышны звуки, похожие на то, как мешок тащат по полу.)

— Сюда его клади, сейчас по душам будем беседовать. Да, сюда же и привязывай… — это Игорь.

— Что, козел, убедился, что я тебя не обманула? Что ты мне говорил: «Кричи не кричи, никто не услышит»? Сейчас сам в этом убедишься!..

(Удар, грохот от падения чего-то твердого, затем звуки ударов, как будто бьют по набитому опилками мешку.)

— Девушка, хватит, оставьте нам хотя бы немного! — опять голос Игоря. — Пойдемте, вас там ждут. А вы, парни, начинайте подготовку, я скоро вернусь. Только пасть ему залепите, чтобы не шумел раньше времени…

Все, отключаю радиостанцию, передача «Театр у микрофона» окончена… Руки дрожат, как будто это меня самого сейчас там отвязывали от стула.

Из ворот показался Игорь, ведущий Джинджер, на которую было наброшено какое-то покрывало, на манер мусульманской одежды. Понятно, чтобы случайные свидетели не запомнили ее яркую внешность. Открываю боковую дверь фургона, слышу:

— Давай, забирай свою Дракониху! — сказал он по-русски.

Я помогаю Джин забраться внутрь, она сбрасывает покрывало и обнимает меня, Игорь захлопывает за ней дверь и садится за руль.

— Прошу, ненадолго прервитесь, обращается он к нам. — Вам сейчас нужно будет поехать в какое-нибудь людное место, где вас увидят много знакомых, сможете?

Я вопросительно смотрю на Джин, она кивает.

— Да, только довези нас сначала до гостиницы, я оттуда на своей машине поеду, а ты вернешься.

— Так и сделаем.

Игорь без рывка, но быстро стартует и мы едем в сторону гостиницы.

— Алекс, прости, я думала тогда, что ты перестраховываешься…

— Милая, лучше перестраховаться, и выглядеть идиотом один раз, чем потом горько плакать всю оставшуюся жизнь.

Она толкает меня кулачком в бок:

— Да не называла я тебя идиотом!!. Просто тогда мне было смешно, я и согласилась эту сумочку носить, чтобы тебе сделать приятное… (Сумочка лежит на соседнем сиденье, вспомнив кое-что, сую в нее руку и отключаю радиомикрофон.)

— Этот гаденыш сказал, что Бригитту застрелили по его подсказке.

— Да… Постой, а откуда ты это знаешь? Ты что, все слышал?!.

— Джин, прости, но это не только маячок. Он может работать еще и как микрофон. Эй, да подожди меня бить!.. Если бы я тебе раньше об этом сказал, ты могла проговориться. Да прости, прости… А иначе как бы мы узнали, сколько человек там внутри? И захват бы так гладко не прошел…

— Ладно, прощаю! — Джин все-таки через силу улыбается и целует меня. Краем глаза замечаю, что Игорь косится на эту семейную сцену в зеркало заднего вида и откровенно ухмыляется. А, вот мы уже и к гостинице подъехали, хватаем свои вещи, быстро выскакиваем и садимся в «Буцефала». Все!.. Игорь разворачивает фургон и скрывается за углом.

— Джин, ты точно в порядке, он тебе ничего не отбил, не сломал?

— Нет, не успел, только посмотри, у меня лицо не сильно опухло?

— Вроде не вижу ничего. Значит, сейчас едем домой, переодеваемся, а потом — куда едем-то?

— Давай изобразим где-нибудь обед, как раз время подходит. Потом можем на аэродром съездить, если хочешь.

— Тогда вперед!..

На приведение себя в порядок Джин потребовался примерно час. Впадать в истерику она отнюдь не собиралась, вот ведь характер! Когда она вышла в гостиную, вряд ли кто-нибудь смог бы заметить, что она недавно попала в крутую переделку. Темное платье до пола с длинными рукавами (чтобы не было видно следов от веревок на запястьях), просвечивающее через тончайший материал тело, на главных местах затененное более плотной материей… Нет, это надо видеть самому.

— Джин, это вечернее платье, да?

— Оно у меня для торжественных случаев, нравится?

— Очень!..

— Тогда поехали, что сидишь, вези даму… Только вот придется ехать на твоем джипе, у меня руки до сих пор дрожат, — призналась она.

Я хотел поцеловать ее «для бодрости», но она отстранила меня:

— Не сейчас, косметику размажешь, зря старалась, что ли? Все-таки следы остались, хоть почти и не заметно… Хорошо, что кольцо не соскочило с пальца, — совершенно непоследовательно заметила она.

— Так ведь сама выбирала, если бы я наобум дарил — мог и не угадать размер, — попытался я польстить ей.

— Поехали уже, дамский угодник, — говорит Джин, но при этом улыбается.

— Нет, тебе нужно будет купить какой-нибудь хороший костюм, — говорит она по дороге. — Не могу же я идти подписывать такие важные документы с женихом, одетым как пастух.

— Ты права, дорогая, — отвечаю ей нейтральным тоном. — Но я как раз хотел с тобой посоветоваться насчет достойного портного…

Мы оба шутим, конечно. Просто нам обоим сейчас нужно как можно быстрее избавиться от последствий стресса. Лучше всего, конечно, было бы сидеть дома, слегка выпить чего-нибудь и до одури наплаваться в бассейне, но раз сказали «надо ехать в люди», значит, едем.

Ресторан на этот раз — тот самый, в котором произошли памятные для меня события. История повторяется, однако… Надеюсь, что в этот раз никто не будет выскакивать из-за угла и стрелять в нас. Вообще-то, только середина дня, вряд ли сейчас кто-нибудь решится на подобное.

У входа нас встретил метрдотель, не знаю, вспомнил ли он меня, но Джинджер с ним точно была знакома, он так расцвел от радости, когда ее увидел, что мог бы по красочности улыбки превзойти цветочный киоск. Лично проводив нас в один из кабинетов, он удалился.

— Ты бывал здесь раньше? — спросила меня Джин.

— Да, вместе с… — я замолчал.

— Прости, не знала. Здесь нас увидят многие мои знакомые, которые смогут при необходимости подтвердить наше алиби, если я правильно поняла твоего друга.

— Я тоже его так понял. Если твой навязчивый ухажер бесследно исчезнет, ты очень расстроишься?

— Лишь бы это не связали с нами.

— Почему-то я думаю, там ребята такое устроят, что никто не разберется вообще ни в чем. А где они тебя схватили?

— Ну, я уже выходила, в одном учреждении была по своим делам, шла к воротам, как раз тебе звонила, рядом машина стояла, фургон типа «Скорой помощи», что ли. Один подскочил спереди, вроде как хотел сумочку вырвать, я за ремешок ухватилась, вот и дернули в разные стороны. Второй сзади чем-то уколол, и я вырубилась. А телефон они, кстати, в сумочку закинули, чтобы следов не оставлять, наверное.

— А я как чувствовал, решил вернуться на аэродром, уже на посадку заходил, и ты позвонила. — Не нужно ей знать всех обстоятельств моего возвращения, наверное…

— Я думала, что ты еще не улетел…

— Кстати, что ты мне хотела сообщить такое «важное»?

— Вечером скажу, хорошо?

— Ладно, подожду… Хотя это и очень трудно.

— Алекс, скажи, а что такое «ДРА-КО-НИ-ХА»? — она старательно произнесла это слово по слогам, надо же, запомнила!

— Это «Дракон женского рода», ну или «Жена Дракона», можно и так сказать. Так что для тебя это не обидное слово, скорее, признание статуса, что ли.

Мы посмеялись, и как раз принесли заказанные нами блюда.

— Я смотрю, ты «вишневку» почти не пьешь, в основном воду?

— Есть причина, — с загадочной улыбкой ответила Огонек.

— Гадать не буду, вечером расскажешь, сама обещала.

Она согласно кивнула, продолжая улыбаться, затем спросила:

— Когда мы пойдем тебе костюм покупать?

— Да хоть завтра, чувствую, он мне скоро понадобится…

Мы долго сидели, держась за руки и глядя друг другу в глаза. Мимо то и дело проходили какие-то люди, но нам не было до них никакого дела, сейчас мы не видели никого больше.

Когда обед наконец закончился, мы под руку вышли из зала. Обедавщие за столами парочки и компании, мимо которых проходил наш путь, обязательно провожали Джин взглядами. Как я их понимаю!..

— Теперь куда поедем, красавица моя?

— Раз собирались, то поедем на аэродром, повидаюсь с друзьями.

— А ничего, что ты в таком платье? Там ведь пыльно.

— Все равно его пора уже в чистку сдавать! — беспечно махнула она рукой. — Поехали, чего ждешь-то?..

Под музыку (в этот раз попались композиции в исполнении Ванессы Мей) мы доехали до аэродрома. Там я высадил Джин у вышки, а потом, хотя и очень желал посмотреть, как она в своем платье будет забираться по лестнице наверх, двинулся к ангару.

— Ну что тут такое случилось, ребята?

— Шеф, у тебя тут что-то странное. Один из масляных патрубков был слегка ослаблен, и масло потихоньку выдавливало из системы, оно на раскаленные части попадало, вот откуда запах паленого появился. Если бы летел дальше — сам понимаешь, без нормальной смазки двигатель работать не будет.

— А почему прибор давление нормально показывал?

— Масла еще совсем немного вытекло к тому времени, повезло тебе, что вовремя заметил.

— Так, народ, вы сегодня в «Триммер» собираетесь, когда закончите?

— Да вот сейчас в двигателе все завинтим на место, маслобак зальем — и мы готовы!

— Минут через тридцать?

— Примерно. Ты смотри, нас дождись!

— Договорились, только очень прошу — никаких подробностей об этом никому не рассказывайте, придумайте что-нибудь…

— А почему?

— Потом скажу, хочу вычислить, кто это мог сделать, только вот зачем? Я же никому дорогу не перебегал вроде…

— Это мог сделать механик с «Бичкрафта», он рано утром тут у ангара крутился, рядом ведь стояли. Я еще подумал — что ему тут надо? Но потом он к своей машине пошел, я сразу и забыл про это, — задумчиво выдал сногсшибательную информацию один из парней.

А вот это уже намного интереснее…

— Про это вообще пока молчи, хорошо? А то свалит гад куда-нибудь, и не найдешь его никогда. Все, договорились, жду вас в баре!

Красавица ждала меня у вышки, нетерпеливо притоптывая ножкой. Роскошное платье на фоне летного поля вызывало самый настоящий шок таким неожиданным сочетанием, но очень хотелось сфотографировать ее, жаль, что фотоаппарат дома остался. Кстати, идея, можно будет ее попробовать уговорить на снимки для местного «авиационного» календаря, вдруг ей эта идея понравится? Да вот сейчас и спрошу… Ничего подобного я пока здесь еще не видел.

— Ну, и где ты ездишь? Я там уже успела со всеми наговориться, а тебя нет и нет…

— Я думал, что тебе понадобится больше времени, честное слово. Слушай, ты в местном баре была когда-нибудь?

— В «Триммере», что ли? Бывала когда-то, очень давно. А что?

— Давай там совсем немного посидим, хочу парней поблагодарить за работу, выпивку им поставить, чуть-чуть совсем. Заодно на тебя полюбуются. Ты ведь у меня самая красивая… Поцеловать тебя хочу, а нельзя…

— Поехали бы сейчас домой, там бы и целовал, сколько хочешь. А если решил еще и в в баре посидеть — тогда терпи, — она улыбнулась.

В баре Джин произвела эффект разорвавшейся атомной бомбы. Такого тут не видели никогда, даже старожилы не помнят подобного зрелища. Мы прошествовали к столику в углу, сопровождаемые оглушительным свистом и аплодисментами. Я огляделся вокруг — нет, все смотрели «по-доброму», может быть, завидовали. Но враждебности не заметил, совершенно. Джин тут знали давно, да я тоже здесь не посторонний. Остается только порадоваться, что здесь не танцуют, иначе бы моей даме не было бы отбоя от приглашений.

Минут через пятнадцать появились запыхавшиеся техники, я встал и объявил:

— Внимание! Прошу бармена налить всем желающим за мой счет! Всем вам знакомая Джинджер Гордон согласилась выйти за меня замуж!

Аплодисменты длились чуть ли не минуту, но затем народ ломанулся к стойке, любовь к халяве никто не отменял. К нам подходили, поздравляли, Джин всем улыбалась…

Когда мы сочли, что нам хватит общего внимания, то потихоньку вышли из бара. Хотя, если честно, совсем «потихоньку» не получилось — моя дама выделялась среди прочей публики, как садовая роза среди полевых цветов. Даже барменша смотрела на Джин скорее с грустью, что ли, а не с обычным ожесточенным выражением.

В машине Джинджер заметно расслабилась, сидела, закрыв глаза и молчала, я не лез к ней с вопросами. У нас обоих сегодня выдался тяжелый день…

Дома, едва успели войти в коридор, как Джин прижалась ко мне и обняла. Ой, что это с ней? Дрожит вся…

— Что с тобой?

— Держи меня, пожалуйста. Твой друг мне пару таблеток дал, сказал, что это стимулятор, смогла кое-как продержаться, а сейчас просто падаю, сил нет совсем…

— Стою, держу… Туфли сними, качаешься…

Она кое-как стряхнула с ног туфли и попросила:

— Помоги платье снять…

— Так, а где оно расстегивается-то? А, вот застежка…

Осторожно стягиваю с нее платье, она действительно еле держится на ногах.

— Да брось его тут, потом уберем… Помоги до ванны дойти…

Подхватываю Джин на руки и несу в ванную комнату, где без лишних слов начинаю снимать с нее белье, она абсолютно безучастна, затем усаживаю в ванну и включаю воду, сделав ее не слишком горячей.

— Все, сиди, сейчас ванна наполнится, легче будет.

Быстро собираю вещи, прихватываю платье из коридора, иду в спальню. Да, сейчас у нее последствия стресса сейчас вовсю проявляются. Надо бы рядом посидеть, что ли…

Надев купальные шорты, тороплюсь к Джин. Ванна почти наполнилась, пора выключать воду. Присаживаюсь рядом, беру ее за руку, она тихо говорит, не открывая глаз:

— Помоги мне, — и протягивает мочалку.

Намек понят, начинается процедура мытья. Все ясно, нужна психологическая поддержка, что-то вроде «очищения» от переживаний. Не торопясь, намыливаю ей руки, ноги, спину, затем помогаю вымыть волосы.

— Джин, у тебя синяков много, давай тебя потом намажу специальным лекарством, у меня оно есть. Только оно пахнет не очень приятно.

— А спать как? Все же потом будет в этой мази…

— Сделаем так: я тебя намажу, потом заверну в простыню, одну-две ночи можно на диване поспать.

— Да… Минут через десять помоги мне вылезти отсюда, хорошо?..

Добавив в ванну горячей воды, иду на кухню, что-то мне самому тоже не очень хорошо, нужно чего-нибудь выпить успокаивающего, для начала — воды вскипятить…

Через десять минут практически вытаскиваю расслабленную Джин из ванны, заворачиваю в халат и отношу на диван в гостиной. Приходится поработать еще и над ее волосами, замотав их полотенцем. На всякий случай включаю телевизор, пока звук убираю до минимума, почему-то думаю, что сегодняшние вечерние новости будут для нас весьма интересными.

Все, можно заканчивать беготню и самому пристроиться где-нибудь на диване. Вручив Джин кружку с травяным настоем, сажусь рядом, она прижимается ко мне плечом.

— Когда тебя лечить?

— Сейчас выпью эту смесь, и начинай свое издевательство…

Итак, приступим… Да, сейчас увидел довольно много синяков, крепко же тебе досталось, милая.

— Ой, щиплет!..

— Значит, срок действия еще не кончился, все нормально, сейчас пройдет, мы тихонько…

— Как будто онемело там, где намазал.

— Правильно, теперь эти места болеть не будут. По крайней мере, некоторое время. Как проснешься, повторим процедуру.

— И долго мазать нужно?

— Пока синяки не пройдут, но с этим лекарством все заживает гораздо быстрее. Перевернись.

— Добавь громкость, там вроде местные новости начали показывать…

На экране телевизора замелькали кадры из жизни города Порто-Франко и его окрестностей, сопровождаемые голосом дикторши. Опаньки! Знакомый забор, стоят пожарные машины, в кадре — развалины, бывшие не так уж давно тем самым древним сараем.

«…- На складе, расположенном вблизи порта, по неустановленным пока причинам произошел взрыв, за которым последовал сильный пожар, который удалось потушить только через час. Пожарные сейчас разбирают завал, но уже сейчас известно, что найдены останки как минимум двух человек, личности которых в настоящее время устанавливаются. Полиция начала расследование данного происшествия…»

— Алекс, ты спас меня уже второй раз, — сказала Джинджер.

— Лишь бы это не вошло в привычку… Говорят, что если ты спас кого-то — то с тех пор за него отвечаешь. Значит, я отвечаю за тебя уже вдвойне.

— Слышала такое… И ты сам еще не знаешь, насколько прав.

— Что ты имеешь в виду?

— Я тогда как раз собиралась сказать, что у нас с тобой будет маленький «дракончик»… — она отчаянно покраснела и уткнулась мне в плечо.

— Ну что ты… — я поцеловал ее так нежно, как только мог. — Тогда у меня к тебе пара вопросов.

— Каких?

— Где устроим детскую комнату, и в какой цвет там выкрасим стены?..

22 число 04 месяца 24 года, Порто-Франко

Утром ни свет, ни заря меня разбудил сигнал вызова мобильника. Это уже становится традицией, что ли? Не открывая глаз, беру телефон со столика.

— Алле!..

— Это Игорь. Можешь заехать в гостиницу до обеда? Нужно кое-что обсудить.

— Могу. Но не через пять минут, я еще не совсем проснулся.

— Тогда часов в одиннадцать, хорошо?

— Договорились, отбой…

Спавшая рядом на диване Джин сонно заворочалась.

— Я этот твой телефон когда-нибудь выкину… — пробурчала она в подушку.

— Нельзя, работа у меня такая, беспокойная.

— Когда тебе ехать нужно?.. Время еще осталось?.. Разбудил, теперь колыбельную мне пой, тренируйся…

Около одиннадцати часов я подъехал к гостинице, Игорь уже стоял возле скамейки на веранде. Поздоровавшись, мы вошли в квартиру.

— Что такого срочного случилось-то, Игорь?

— Ты знаешь, кто нам вчера попался?

— Это ты про того козла, чьи подручные Джин утащили?

— Именно. Довольно известный «деятель» из Ордена оказался. Думаешь, почему он так вызверился? Два раза крупно пролетел, хотя и не подряд, на крупные суммы. Отвечал-то за сделки он, а когда с него начали спрашивать за исчезнувшие алмазы, пришлось компенсировать из своего кармана. Да еще твоя Джин ему от ворот поворот дала… Когда после ее визита ювелир стал деньги искать, то этот делец решил, что алмазы все-таки у нее. А тут еще вы всем объявили, что она за тебя скоро замуж выходит. Вот этот «Меч-Рыба» и понял, что время кончается…

— Как ты сказал, «Меч-Рыба»?..

— Да, это его «ник», так сказать. Мы хорошо спрашивали, пел не останавливаясь, жаль, времени было слишком мало. Но того, что успели записать — нашим надолго разбираться хватит.

— А куда вы его..?

— Там же на складе и оставили, вместе с бандюками.

— В новостях только про двоих сказали…

— Наверное, не хотят, чтобы его фамилия звучала, его ведь все именно как «Орденца» знали. А там все насквозь криминальное — сработало самодельное взрывное устройство, пожар, пара трупов с дырками в головах, его пистолет с двумя недостающими патронами в магазине… Пусть разбираются, версии строят. Вы вчера где были вдвоем?

— В ресторане сидели довольно долго, потом на аэродром скатались, там в баре посидели. Куча народа нас видела. Джин в таком платье была, что ее даже плохо видящий мог запомнить. Так что мы здесь совершенно ни при чем…

Игорь ухмыльнулся, видимо, вспомнив одну из историй про Штирлица.

— Я нашим радио отправлю, с кратким описанием событий. А что этот тип нам рассказал — с конвоем передам, через пару дней должен как раз подойти. Кстати, ты описание этой своей «штучки из сумки» можешь сделать?

— Да у меня все есть, могу на диск записать, потом тебе отдам. Ничего особо секретного там нет, чуть ли не из мусора собрано…

— Кстати, ты не против, если Алиса здесь останется? Прижилась девчонка, уходить пока никуда не хочет.

(Что-то у Игоря глаза стали какие-то…)

— Слушай а у тебя «там» жена с детьми не осталась, случайно?

Он помрачнел:

— Нет. Детей не было, а жена… Змея ее укусила, сыворотка не спасла. Один я, поэтому и согласился сюда поехать на неопределенное время.

— Ты только не вздумай «использовать служебное положение в корыстных целях», если узнаю — уволю к чертовой матери!..

Я сказал это вроде как в шутку, но Игорь смутился и покраснел как вареный рак, что было даже странно для такого матерого мужика.

— Нет, я к ней никак… Она сама ко мне привязалась почему-то…

— Игорь, она девчонка совсем. Не разочаровывай ее, не обнадеживай зря. И так досталось человеку… Тем более, что «жениха» пропавшего скорее всего по приказу этого самого «Рыбы» и прирезали, когда поняли, что тот «соскочить» планирует. Алисе только об этом не рассказывай.

— Что я, не понимаю?.. Так, сидим вечерами вместе, когда дела гостиничные заканчиваются…

— Смотри не спались, Ромео.

— А вот она идет, все, хватит про дела!..

Шифрограмма №…

«Башне

Объект Меч была похищена с целью вымогательства. Благодаря действиям Странника с использованием специальной аппаратуры было установлено местонахождение Меча, а затем удалось ликвидировать чиновника, использовавшего позывной «Меч-Рыба». В результате экспресс-допроса было установлено, что он курировал поставки тяжелого вооружения в Имамат. Полученные в результате проведенного допроса данные вместе с описанием аппаратуры будут отправлены обычным порядком.

Часовой»

Эпилог

20 число 06 месяца 24 года, Порто-Франко

— Вышка, это «Редлайн», на посадочном.

— «Редлайн», это Вышка, посадку разрешаю, полоса свободна.

Плавно опускаю «Сессну» чуть позади знаков на полосе, практически без толчка, сидящий рядом Джим одобрительно кивает.

— Вышка, это «Редлайн», посадку произвел, разрешите руление на стоянку.

— «Редлайн», это Вышка, руление разрешаю, вас ждут.

Кто это там такой нетерпеливый? Кажется, я знаю…

Ну точно, возле ангара стоит красный «Гелендваген», из его открытой двери с водительской стороны высовываются стройные ножки, на одной из них покачивается туфелька. Сами догадаетесь, или подсказать?

Джин осторожно выбирается из машины и машет рукой, я просовываю руку в открытую форточку и машу в ответ.

— Тебя встречают, — констатирует Джим очевидный факт.

— И это замечательно! — отвечаю ему. — Жены ведь встречают моряков из похода, а мы чем хуже?

Заглушив двигатель, потягиваюсь, разминая спину, Джим уже вытаскивает свой скромный багаж. Руку ему вылечили полностью, никаких ограничений в движении не заметно, действует он вполне уверенно.

Подхожу к Джин, одетой в что-то яркое, тонкое и балахонистое, по случаю жаркой погоды, она целует меня в щеку, здоровается с Джеком.

— Привет, давно не виделись! Как там врачи, совсем замучили, наверное?

— Здравствуй, Джин! Устал отдыхать, если честно. Зато рука восстановилась, и другая тоже нормально работает. Ну что, в техники возьмете?

— Конечно! Еще и сам полетаешь, когда только захочешь!

— Джин, ты замечательно выглядишь, честное слово! — по-отечески смотрит на нее Хокинс.

Ну да, несмотря на свободное одеяние, изменения в очертаниях фигуры уже весьма заметны.

— Я знаю, — скромно улыбается Джин.

— Рад за вас обоих, правда. Вы отличная пара…

Они садятся в «Гелендваген» и едут в сторону ворот, я на своем «Буцефале» пристраиваюсь им в хвост, включаю музыку. На этот раз попадается сборник «Аэро», играет Жан Мишель Жарр, вполне соответствует настроению. Не особенно торопясь, подкатываем к городу, сначала нужно отвезти Джима к нему домой.

Высадив Хокинса, держим путь дальше. Нужно заехать еще кое-куда…

Я называю это «Площадкой № 13», по старой памяти. А вообще-то, это городское кладбище. Могилы Бригитты и Айвана находятся недалеко друг от друга, и мы с Джин регулярно их навещаем. На плитах — имена дорогих нам людей, у Айвана — сверху на памятнике еще и символический маленький пропеллер, примерно как это делали когда-то раньше. Положив на каждую плиту по букету цветов, некоторое время стоим рядом, затем молча идем к машинам. Мы будем помнить вас, пока живы сами…

Возле стоянки Джин вдруг говорит мне:

— А давай сейчас на берег съездим, ненадолго!

— Как скажешь, Огонек…

Поднявшись по извилистой дороге на небольшой холм возле берега, останавливаемся и выходим из машин. Джинджер надела белую шляпу с широкими полями, и теперь придерживает ее рукой, иногда налетают порывы свежего ветерка. Ее балахон временами то вздувается, то опадает, подобно ветроуказателю на аэродроме. Встаю рядом, она прижимается ко мне. Не очень далеко от нас вдоль берега на полном ходу режет волны катер береговой охраны, а ко входу в порт приближается небольшое парусное судно, на котором сейчас убирают парус, переходя на двигатель. Внезапно вспоминается давний сон…

Полюбовавшись на море, едем домой. Приготовлю ужин, а потом вечером, когда начнет темнеть, Джин будет плавать и нырять в бассейне, словно беременная русалка. Я буду сидеть, любоваться на нее, и слушать далекие голоса в радиоэфире, расположившись со своим трансивером за столом неподалеку…

Наши сны иногда предсказывают какие-то события в дальнейшей жизни, но с кем именно они произойдут — точного ответа не даст никто. А в жизни иногда случается такое, что вы не могли себе представить даже в самых смелых мечтах…

«Тренируйся с теми, кто сильнее. Люби того, кого нельзя. Не сдавайся там, где сдаются другие. И победишь там, где победить нельзя» — Брюс Ли.

КОНЕЦ

2016 г.

Все права на данный текст принадлежат автору.

Запрещаются как коммерческое, так и некоммерческое распространение в печатном или электронном виде, любое копирование, полное либо частичное без согласования с автором.

Долинин А.А. © 2016 г.

Автор выражает благодарность Службе движения и Метеослужбе аэропорта «Крайний» за помощь при написании книги.

Глоссарий

Борис Вальехо (исп. Boris Vallejo) — американский художник. Родился 8 января 1941 года в Лиме, Перу. В 1964 году эмигрировал в США, где живёт в настоящее время.

Вальехо известен в первую очередь как автор обложек к книгам в жанре фэнтези. Его картины отличаются обилием обнаженной натуры, как мужской, так и женской.

Вальехо — транскрипция по правилам испанского языка. В английском встречается также транскрипция Валеджо и Валеджио.

Вaнгелис (англ. Vangelis), полное имя Эва?нгелос Одиссе?ас Папафанаси?у, (29 марта 1943, Волос) — греческий композитор, один из первых исполнителей электронной музыки, автор саундтреков ко многим известным фильмам.

Гарда — предназначена для защиты руки от оружия противника. На раннем оружии гард не существовало вовсе. Появилась она по мере развития фехтования, когда появилась необходимость в более удобном и безопасном парировании ударов противника. Первые варианты гарды представляли собой перекрестье — планку, перпендикулярную лезвию и рукояти, и находящуюся в той же плоскости, либо небольшой диск, установленный между клинком и рукоятью. Начиная с XVI века стали появляться круглые гарды, а также гарды, защищающие кисть целиком с помощью дужки — изогнутой части, идущей от верхней части рукояти до нижней.

Дирк (гэльск. Biodag) — шотландский национальный кинжал (кортик). Является традиционным аксессуаром очень формального варианта шотландского национального костюма, а также носится при некоторых формах одежды волынщиками и офицерами шотландских полков британской армии и стран Содружества. Имеет длинный прямой (до 30 см) клинок полуторной заточки (реже — односторонне заточенный), рукоять без крестовины. Являлся охотничьим кинжалом и опасным в ближнем бою колющим оружием. В XVI–XVIII вв. входил в комплекс традиционного вооружения шотландских горцев.

«Звезда жизни» (англ. Star of Life) — эмблема службы Экстренной медицинской помощи, которую совместно контролируют Американская медицинская ассоциация и Департамент здравоохранения, образования и социальной помощи США. Эмблема и её вариации используются также другими службами, оказывающими срочную медицинскую помощь (в частности, поисково-спасательными службами и National Registry of Emergency Medical Technicians).

На изображении — синяя шестиконечная звезда с белой окантовкой, в центре — белый посох Асклепия, бога медицины и врачевания в древнегреческой мифологии. Сегодня эту эмблему можно встретить на автомобилях скорой помощи многих стран.

Шесть лучей звезды символизируют шесть основных задач, которые решают спасатели в цепи действий при чрезвычайных ситуациях:

Обнаружение;

Оповещение;

Ответная реакция;

Помощь на месте;

Помощь во время транспортировки;

Передача в специализированный центр помощи.

Кле?ймор (также клэймор, иногда клеймо?ра, англ. Claymore; гэльск. claidheamh-mor «большой меч») — особый тип двуручного (реже — одноручного) меча, использовавшийся в Шотландии в XV–XVII веках. Название происходит от гэльск. claidheamh mor — «большой меч».

Клеймор представляет собой двуручный меч с длинной рукоятью и широким клинком. Длина клинка составляет порядка 105–110 см, рукояти — около 30–35 см. Таким образом, общая длина меча составляла от 135 до 150 см. По типологии Окшотта, клеймор относится к типам XIIa и XIIIa. Гарда крестовидная. Отличительной особенностью клеймора является характерная форма дужек крестовины — прямые, сужающиеся к концам и направленные вниз (от рукояти к концу клинка). Технически дужки представляют собой сужающийся стальной прут. На концах дужки часто украшаются стилизованным пробивным изображением четырёхлистного клевера. Головка рукояти небольшая, чаще всего имеет дисковую форму, хотя имеются и варианты с шарообразной головкой. Часть клейморов имела рикассо, благодаря чему в процессе фехтования можно было использовать технику полумеча.

Специфическая форма крестовины позволяла эффективно производить захват клинка противника с дальнейшим обезоруживанием.

Гораздо реже двуручного клеймора встречался его одноручный вариант, носивший также название claidheamh beg. Данный меч является одноручной версией классического клеймора и также имеет характерные дужки крестовины. Обычно относится к концу XIV — началу XV века. Вполне вероятно, что двуручный клеймор является дальнейшим развитием данного меча.

«Крыса-первая» — здесь складной нож от фирмы Randall Adventure Training.

RAT (Randall's Adventure and Training) — компания по подготовке к выживанию в различных природных условиях. Её основатели — Джефф Рэндалл (Jeff Randall) и Майк Перрин (Mike Perrin).

Модель фолдера разработали Майк Перрин и Джефф Рэндалл, серийным производством занялась Ontario Knie Company, в то время уже выпускавшая для RAT Knives линейку ножей с фиксированным лезвием. RAT разработали несколько моделей ножей и заключили договор на их производство с Ontario Knife Co. В дальнейшем у них возникли разногласия, и RAT прекратили сотрудничество с Ontario Knife.

Открывается нож с помощью шпенька на клинке.

Сталь AUS8 не склонна к коррозии, умеренно тупится, легко правится и точится, не склонна к выкрашиванию. Хорошая геометрия клинка со спусками от обуха обеспечивает уверенный, ровный, хорошо контролируемый рез.

Открытая и ухватистая рукоять позволяет уверенно удерживать нож. Даже крупной ладони не будет тесно. При этом рукоять допускает любые хваты. Подпальцевая выемка на рукояти обеспечивает мягкий и надёжный упор для указательного пальца. Рукоять имеет жёсткую конструкцию — стальные плашки прочно стянуты винтами.

Благодаря рикассо на клинке, нож безопасен при складывании и менее подвержен загрязнению осевого узла.

Нож очень компактен в сложенном состоянии, что немаловажно для фолдера.

Сталь клинка — AUS8.

Длина клинка, мм: 92

Толщина обуха, мм: 3

Материал рукояти: стальные плашки, нейлоновые накладки.

Длина рукояти, мм: 126

Ширина рукояти, мм: 28,5

Клипса — четырёхпозиционная.

Вес — 142 г. (по материалам сайта www.guns.ru)

Примечание автора: сейчас в Китае выпускают ножи подобной конструкции с увеличенными размерами, более твердой сталью клинка и стеклотекстолитовыми накладками на рукояти.

«Ларсон» — американская верфь, где производятся разнообразные маломерные суда длиной в пределах 18–37 футов. Современная линейка насчитывает 24 модели, среди которых есть как боурайдеры и катера для рыбалки, так и спортивные и открытые круизные моторные яхты, а также скоростные и прогулочные катера.

«Монолит» — высшая степень категории срочности при передаче радиограмм.

Нож Бо?уи — крупный нож (тесак) с характерной формой клинка, на обухе которого у острия выполнен скос, имеющий форму вогнутой дуги («щучка»). Остриё клинка при этом направлено немного вверх. Скос обуха зачастую имеет режущую кромку или же представляет собой фальшлезвие. Многие ножи Боуи имеют развитую крестовину (гарду).

По названию ножа часто именуется и характерная для него форма клинка со скосом обуха (иначе — «клип-пойнт»).

Изготавливается в различных вариантах с 1830 года по настоящее время.

Длина общая, мм: 300-760

Длина клинка, мм: 150-600

Нож «Мини-метатель» фирмы Cold Steel, как говорится в рекламе, «…никогда не поведет своего владельца и сможет решить любую экстремальную ситуацию в его пользу…» Изготовлен из углеродистой стали 1055, способен выдержать тысячи бросков. Имеет черное антибликовое покрытие.

Страна производитель: США

Фирма производитель: COLD STEEL

Назначение: Метательный

Марка стали: 1055 carbon steel

Длина клинка: 220 мм

Норма Джин — настоящее имя известной всем Мерилин Монро (1 июня 1926 г. — 5 августа 1962 г.), американской киноактрисы и певицы, считавшейся секс-символом.

Пункт обязательных донесений (ПОД) — географическая точка на воздушной трассе, о пролёте которой экипаж воздушного судна обязан сообщить диспетчеру управления воздушным движением. Как правило, располагается на пересечении воздушных трасс, на рубежах передачи между различными диспетчерскими пунктами, в точках выхода и входа на трассы со схем захода на посадку и выхода из района аэродрома.

Рикассо (итал. ricasso) — незаточенная часть клинка, прилегающая к гарде или непосредственно к рукояти клинкового оружия или инструмента.

Первые рикассо появились (или впервые названы таким образом) на больших западноевропейских мечах XIV–XV веков. Они позволяли мечнику укоротить хватку меча, улучшая управляемость клинком и делая более эффективными выпады против противников как в броне, так и без неё. Позднее длинные мечи, клейморы, рапиры и другие большие мечи часто имели такую деталь.