Настенька (СИ)

Глава 28

Праздник был в разгаре. Темное небо сверкало миллиардами звезд, делая эту ночь поистине волшебной. Жарко пылающие костры создавали антураж чего-то волнующего.

Посчитав, что роль девушки-Лели мною была исполнена в достаточной мере, я быстро сбросила со своих ножек неудобные лапотки и, увлекаемая своими подружками, звонко рассмеялась, вливаясь в веселый хоровод. Никогда не подумала бы, что это может мне так понравиться. Особенно, когда где-то рядом раздался мелодичный звук гуслей, это стало отрадой для моих ушей. Как же давно я не слышала музыки.

Поляна потихоньку пустела, но народ не торопился расходиться по своим домам. Напротив, молодежь разбрелась по всей территории небольшой рощицы, что прилегала к нашему селу и красной поляне. То тут, то там слышалось пение и весёлый смех. Влюбленные парочки спешили уединиться в укромных местах подальше от любопытных глаз друзей и подружек, ну и конечно от суровых взглядов своих родичей.

Обогнув очередной костёр, наш девичий хоровод устремился к роще, обвивая извилистой змейкой одну молодую березку за другой. Но не прошло и минуты, как наша веселая компания была атакована не менее веселой группой парней, которые, разбив нашу хрупкую цепочку, уволокли в свой шумный и гогочущий хоровод сразу несколько девушек. Девчата были не против, они охотно позволяли себя уводить милым сердцу юношам.

Я с легкой завистью посмотрела, как один молодой парнишка, с лица которого ещё не сошли подростковые прыщи, а щеки вместо щетины покрывал легкий пушок, увёл под ручку в тень деревьев Морозову Лизу. Подруга только для вида повозмущалась, но я видела, как запылали её щеки, а глаза озорно блеснули.

Не успела я порадоваться за подругу, как чья-то крепкая рука схватила меня за талию, подняла на руки, а дальше мимо моего лица замелькали деревья. Я попыталась взбрыкнуть, но все мои попытки высвободиться остались незамеченными.

Через некоторое время мой неожиданный похититель выдохся и всё-таки опустить меня на землю, однако рук своих от меня не убрал.

Сквозь кроны деревьев показалась луна, осветившая лицо незнакомца. И глаза… Этот шальной, я бы даже сказала обезумевший взгляд заставил меня поежиться. Нос уловил запах алкоголя.

— Что ты, Иван, — тихо проговорила я, стараясь не поддаваться испугу, — Пусти же, мне больно.

Парень разжал свою медвежью хватку, но рук с моих предплечий не опустил. Он смотрел на меня, прожигая своим пугающим взглядом, и молчал. И только его грудь вздымалась в частом прерывистом дыхании.

Я повела плечами, аккуратно высвобождаясь из его плена, и медленно отступила назад.

— Настя, — проговорил он хрипло, делая шаг ко мне, всем своим видом предупреждая меня, что мне не сбежать.

— Не надо, Ваня, — также тихо и вкрадчиво попросила я. Пока попросила. Хотя могла и не просить. Но не убивать же его, в самом деле. Кажется, он прилично выпил. А что если попробовать просто удрать от этого нежеланного ухажера, в таком состоянии догнать меня ему будет затруднительно.

И долго не раздумывая, я повернулась к нему спиной и, что было сил, рванула от него вглубь рощи.

— Настька! — послышался за спиной яростный зов.

Старшего сына старосты я не боялась, скорее относилась к нему с опаской. И было почему, ведь молва о нем ходила не самая приятная. А его обострившийся интерес к моей скромной персоне меня настораживал ещё больше.

— А я смотрю, ты вовсю развлекаешься, — услышала я насмешливый голос рядом со своим ухом, и в следующее мгновение меня обдало воздушным вихрем, — Вижу, продолжаешь строить из себя человека, и даже умудрилась влиться в деревенскую жизнь.

Я остановилась, и уставилась на ухмыляющееся лицо блондинчика, который несколькими секундами ранее материализовался передо мной прямо из потока воздуха.

— Прекрасная Леля, — отвесил он мне шутовской поклон, а потом заинтересованно окинул меня взглядом, — А ты и впрямь могла бы сойти за неё. Правда, ростом она была чуть выше, телом пышнее и старше на пару сотен лет.

— Настька! — снова послышался крик Ивана Колобова где-то вдалеке.

— Как же он мне надоел, — раздраженно закатил глаза дух ветра и взмахнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.

Послышался сдавленный вскрик, а затем хруст ломающихся веток.

— Что ты сделал? — настороженно посмотрела я на блондина.

— Да ничего твоему ухажеру не будет. Поостынет немного лишь, — нервно огрызнулся он, а затем рассмеялся, — Я его проветриться отправил, ха-ха-ха.

— Что? Что ты сделал?

Но мой вопрос остался без ответа, так как ветер исчез также внезапно, как и появился.

— Настя! Настенька! — услышала я девичьи крики, в которых распознала Дашин и Варин голоса, — Аууу, где ты?

— Я здесь! — охотно откликнулась я на зов подруг. Но не успела я и шага ступить, как путь мне преградила чья-то тёмная фигура.

Да, что ж такое? Кто опять? Настроение и так скатилось куда-то в минус, а досада и раздражение стали перерастать в злость.

— Ну, здравствуй, беглянка! — услышала я голос молодого князя.

Я устало выдохнула, и мне очень захотелось сделать жест «рука-лицо». И этот тут. Ему-то что надо? Неужто девок мало?

— И тебе не хворать, — совершенно недружелюбно ответила я и смерила его недовольным взглядом.

— Тебя кажется Настей кличут, — проговорил он, делая шаг ближе.

— Угу, — кивнула я, интуитивно отступая на шаг от него.

— Прохорова, — снова проговорил он, уточняя.

— Угу, — снова буркнула односложно.

И тут он в два быстрых длинных шага оказался рядом и схватил меня за плечи своими сильными молодецкими руками.

— Уййй! — взвизгнула я от его хватки.

Да чтоб их всех. Какого хрена они все меня хватают? Я им кто? Или что?

Пусти, князь! — зашипела я, яростно отталкивая его от себя.

Он на мгновение разжал свои руки, но уже в следующее мгновение они вновь сжимали мои запястья.

— Пусти же! — начала я брыкаться.

Но парень оказался на удивление очень сильным. Он ловко заключил меня в кольцо своих рук, снова перехватив своими цепкими пальцами мои запястья за спиной. А затем его губы грубо впились в мой рот.

— Ай, — взревел парень, отталкивая меня и утирая кровь с прокушенной губы, — Дикая кошка! Да мне стоит только захотеть! Да мне стоит только приказать!

— Я не рабыня и не наложница, — отплёвываясь, проговорила я, — Или ты поневолить решил?

Парень на несколько секунд замер.

— Ты жизнь мне спасла, — тихо проговорил он, и вся спесь с него словно бы слетела, — Я никогда не забуду этого, и неволить тебя не стану.

— О, так ты мне таким образом «спасибо» решил сказать? — картинно изумилась я, а потом со злым ехидством добавила, — Простите, не распознала сразу всю искренность ваших намерений.

— Я… Ты…, - замялся парень, — Это честь для многих, знаешь ли.

— О, так ты решил осчастливить меня таким образом? — яростно сверкнула я своими глазами, — И тогда в лесу тоже? И твой ближник видимо посчитал так же?

Парень яростно тряхнул головой и нахмурился. А затем, снова схватив меня за запястья, прижал к стволу широкого дерева, чуть ли не касаясь моего лица своим.

— Я не по нраву тебе? — удивленно поднял он свои брови, — Чем не хорош? Я молод, знатен и богат.

Он жестко прожигал меня взглядом горящих серых глаз, а я чувствовала лишь раздражение.

— Не люб ты мне, княжич, — холодно произнесла я, окатывая его ледяным взглядом.

Парень отшатнулся, словно от удара, и пошел прочь. Я лишь заметила его темный силуэт вблизи поляны, где его уже поджидал староста села, заискивающе перед ним то и дело кланяясь.

Я постояла ещё немного в тени деревьев, болезненно потирая ноющие запястья. Н-да, не так я хотела бы провести праздник. Не то, не с тем, не так.

А где же тот, с кем хотелось? Где сейчас он? И с кем проводит время?

Вот чувствовало моё сердечко, что пока я тут отбивалась от навязчивых ухаживаний неожиданных поклонничков, Любаша зря времени не теряла.

— Настя, Настенька! — вновь услышала я зов своих подруг и поспешила к ним на встречу.

Взявшись за руки, мы с девушками вновь вышли на освещенную кострами поляну.

— Где ты ходишь? — подскочила ко мне раскрасневшаяся Лиза, — Там твоего кузнеца вовсю Любка обхаживает.

Девушка говорила быстро и сбивчиво, а я заметила за её спиной перетаптывающегося парнишку, того самого, что не так давно увел подругу под сень деревьев.

Гляди, гляди, — снова с жаром зашептала мне Лиза, оттесняя в сторону Варю, — Молодой князь с тебя глаз не спускает. Смотри, как бы дыру не прожёг.

Я хмуро вздохнула, а подруга тихо хихикнула:

— А Ванька Колобов снова упился, — тихонечко хрюкнула от смеха в кулачок подружка, — Из рощи вышел, еле на ногах стоял. Так его дружки под руки вели, а он то и дело на лес оборачивался, да тебя худым словом поминал.

Я снова вздохнула. И вперила свой недовольный взгляд в спину светловолосой красавицы, что так и вешалась на моего мужчину. Пусть это было пока только для меня одной. Но в моих мыслях он уже давно стал моим.

— Что-то не слышно вашего пения, девицы-красавицы, — раздался обеспокоенный голос старосты, который так и вился вокруг молодого князька, стараясь хоть как-то угодить и развлечь знатного гостя.

А парень был явно не в духе. И даже не весть откуда взявшийся стул с высокой спинкой и стол с яствами и чаркой бражки, не улучшили его настроения. Он с раздраженным видом смотрел на толпу веселящихся молодых парней, а завидев меня, и вовсе нахмурился.

А я же продолжала прожигать в затылке Любаши не малых таких размеров дыру. Почувствовав на себе мой взгляд, девушка недовольно передернула плечами и обернулась. Наши глаза встретились, и я ощутила такую неприкрытую ненависть в её взгляде, что чуть не пошатнулась.

— Смотри, смотри, — снова зашептала мне на ухо Лиза, и легонечко ткнула меня локтем в бок, привлекая внимание, — Смотри, кажется, о тебе говорят.

— Кто? — растерянно перевела я на неё взгляд.

— Да князь же, — ответила подруга.

Я посмотрела в сторону, и действительно, староста стоял, склонившись в раболепном поклоне, возле вальяжно развалившегося на стуле княжича. Тот что-то тихо нашептывал старику на ухо, а староста же только и успевал кивать головой.

— Да, конечно, — поддакивал старик, — Почему бы ей и не спеть?

А затем староста, отыскав меня взглядом, громко произнёс:

— А теперь пусть наша прекрасная Леля споёт нам, — прокричал он, — Ну же, Настёна!

Все вокруг умолкли и уставились на меня.

Данила, тоже заметив меня, долго смотрел немигающим взглядом. И все дальнейшие попытки надоедливой Любаши вновь привлечь его внимание были полностью им проигнорированы.

А я же успела только подумать: «Мой! Никому не отдам!», прежде чем слова песни полились из моих уст:

Как на берегу озера тайком,

Загорали русалочки втроём.

Да болтали русалки о любви,

Кто кого заманил в свои силки.

Чу, по берегу парень, да молодой!

Ой, девчонки, хорошенький он такой!

Ой, подружки, влюбилася, немогу!

Ой, девчата, хочу я его, хочу!

Припев:

Я тебя зацелую! Обниму, сильно, сильно!

Я тебя заколдую! До утра, долго, долго!

Я тебя зацелую! И скажу нежно, нежно:

Если я полюбила, значит ты мой навечно!

Не смотри мне в глаза, заворожу!

Ой, да не убежать, когда гляжу!

Я во взгляде его сама тону!

Ох, и тянет любовь меня ко дну!

Три звезды, три русалочки у реки!

Ох, и не заплывайте вы за буйки!

Ой, да не перейти эту речку вброд!

Закружит, мужики, вас водоворот!

Припев:

Я тебя зацелую! Обниму, сильно, сильно!

Я тебя заколдую! До утра, долго, долго!

Я тебя зацелую! И скажу нежно, нежно:

Если я полюбила, значит ты мой навечно!

Не знаю, почему я выбрала именно эту песню, но мне всегда очень нравилось творчество группы «Фабрика». А эта песня пришлась сейчас особенно к месту. Теперь Данила смотрел лишь на меня, и только меня.

— Ах, колдунья, что творит, — восхищенно выдохнула за моей спиной Лиза, — Гляди, подруженька, как бы беды не вышло. Мужик он бывалый, вдовый, может с собой не совладать.

Я решила проигнорировать беспокойство в словах девушки.

Нас с Данилой разделяло не менее тридцати шагов. Мы так и продолжали стоять и пристально смотреть друг на друга.

«Ну же, иди ко мне» — мысленно подумала я.

— Остановись, — до моего уха долетели тихие хриплые слова, — Не делай этого.

— Не мешай мне, Ветер, — одними губами прошептала я и протянула свою руку Даниле, хоть нас и разделяла целая поляна.

Он сделал один нерешительный шаг, затем другой, третий. А дальше он уже уверенно и быстро приближался ко мне. На лице его была решимость.

— Данила! — заверещала где-то за его спиной Люба, но нам обоим было плевать на её вопли.

И когда он, наконец, коснулся своей огромной ладонью моей руки, я торжествующе улыбнулась, чувствуя, как наши пальцы переплелись.

Решительно потянув меня к роще, он длинными быстрыми шагами увлекал меня всё дальше от поляны. Я же старалась не отставать, и мне приходилось практически бежать рядом. Не выдержав, он подхватил меня на руки и побежал быстрее, пока шум праздника совершенно не стих за нашими спинами.