Наследница 1

Интерлюдия 3

Рийго Унто, пошатываясь, поднимался из допросной. Голова трещала, но глухое раздражение в душе потихоньку уступало место охотничьему азарту. Ладно, он сам, далеко не худший из сноходцев Унто, не смог проникнуть в разум старой и опытной ведьмы. Досадно, но вполне объяснимо. А вот то, что поражение потерпел и Сантери, уже вызывает вопросы. Там совсем иной уровень мастерства. Не говоря уж об опыте. Прадед в своё время такие орешки раскалывал, что об этом саги слагали. Настоящие, Рийго сам видел: взять хоть тот засекреченный на века отчёт в форме хвалебной оды. А тут какая-то, помоги ему предки, директриса, которая по изначальной специализации и не менталист даже. Не могло у Дагмар из Хольми, мастера из династии стеклодувов и профессионального педагога, быть такой защиты. Но была. А значит, кто-то ей эту защиту поставил.

Вся эта история начинала вонять совсем уже отвратительно. Хотя, казалось бы, куда дальше-то.

В собственной приёмной Рийго задержался, выпил приготовленный секретарём отвар. Всё же правильно он сделал, когда, по совету прадеда, вытащил обратно на службу эту мегеру. Глава Тайного приказа благодарно кивнул худенькой, похожей на добрую фею старушке. Получил в ответ заботливую акулью улыбку и поспешил спрятаться в своём кабинете. Хоть пару минут посидеть в темноте. И покое. Уложить в голове все части головоломки.

Знакомое помещение действительно встретило его полумраком. Но вот насчёт покоя… В кресле главы Приказа тайных дел, облокотившись на стол и сложив перед собой пирамидой руки, сидел Великий князь Владивод. При появлении хозяина кабинета он медленно открыл глаза. Отливающий сталью и зеленью взгляд был абсолютно, прямо-таки нечеловечески спокоен.

— Докладывай, — коротко приказал владыка.

Рийго согнулся в глубоком поклоне, пытаясь выиграть хоть секунду и привести свои мысли в порядок. Князь не гневался. Не давила на плечи чужая бездонная сила, не стягивала обручем грудь, не колола лёгкие невозможностью сделать вдох. Князь был столь безмятежен, что ему аж в медитации приходилось сидеть, только чтобы не разнести тут всё до основания. Спокойный и беспристрастный, как озёрная гладь, о да.

Судя по тому, что оставленные за спиной коридоры не похожи на муравейник, в который от души ткнули палкой, о высочайшем визите в приказе не знают. Секретарь тоже ни о чём не намекнула, а старая карга верна была в первую и последнюю очередь деду Сантери. Значит, драгоценное начальство, скорее всего, пришло в кабинет порталом. Рийго бросил короткий взгляд на занавешенное в углу зеркало: Великий князь был единственным, кто мог на территории крепости Гнева шастать между отражающими поверхностями. Даже если те для перемещений не предназначены.

Похоже, визит свой Владивод афишировать не желал. Рийго короткой вспышкой силы заблокировал замок на двери, повесил ментальный знак: «не беспокоить». И, как и было приказано, начал доклад:

— Директор Лицея воспользовалась неточностью в формулировках своих клятв: она связана была обязательством не вредить ученикам. Но официально лицеистами становятся лишь по итогам испытания, в момент вручения серебряной фибулы. До того дети пребывают в статусе соискателей. Это также предоставляет им некоторую защиту. Как выяснилось, не абсолютную.

— И, разумеется, клятвы не предусматривают никакой защиты для родителей, — ровно сказал Владивод.

— Да, княже. Однако, я склоняюсь к мысли, что нападение на Айли из Чёрного камня совершено было под влиянием момента. Или же это был запасной план, который пустили в дело, когда основной провалился.

— Подробней.

— Артефакторы до сих пор анализируют то, что осталось от зеркала Асвейг. По предварительным данным, вырисовывается следующее: госпожа Дагмар, используя родовой талант и свою высочайшую квалификацию мастера отражений, внедрила в зеркало дополнительный контур. Он спал под основными настройками, и работающий с артефактом ритуалист ничего не увидел. Сила пробудилась, только когда испытуемая ступила на пути Асов. Снаружи воздействие никак не фиксировалось. Для наблюдателей всё должно было идти, как обычно.

— То есть, они должны были не заметить гибель ребёнка? — уточнил князь. Злость и бешенство сквозь гладь медитации не пробивались. А вот сарказм — вполне.

— В целях паразитного контура не прописано было убийство. Он предназначался, чтобы воздействовать на энергетику жертвы. Точечно и очень просчитано. Заблокировать каналы, ограничить доступ к внешней силе, иссушить второй, пятый и седьмой внутренние источники.

Великий князь молча и очень спокойно смотрел на главу своей внутренней разведки, умудрившегося проворонить буквально под самым носом безобразнейший заговор. Рийго заставил себя продолжить:

— Княжну Белой ветви пытались искалечить. Навсегда закрыть ей доступ к высшим заклинаниям. Испытание показало бы средний, ничем не примечательный потенциал. На основании этих данных был бы разработан соответствующий путь обучения. Выросла бы в итоге средняя, ничем не примечательная ведьма. И никто ничего бы не понял.

Да, хороший план. Если не брать в расчёт тот факт, что буквально за пару дней до испытания агент Тайного приказа провёл глубокое энергетическое обследование ребёнка. И копия отчёта, вместе с исходными сырыми данными, прямо сейчас лежала перед Великим князем. На столе, справа, в красивой папочке с вензелем. Ничего «среднего, ничем не примечательного» в этих цифрах и близко не было. Неладное заподозрили бы, бросив один только взгляд на результат испытаний. Далее, вопрос техники: сравнить энергетический профиль до и после. Всё предельно наглядно. Документально подтверждено. Доказуемо. Предки, да если б беду заметили на ранней стадии, девчонку ещё и вылечить вполне успели бы!

В то, что проведённая агентом Шалгу глубокая диагностика была просто «счастливой случайностью», Лисик больше не верил. Причём в списке тех, что подобное «совпадение» мог устроить, первой значилась сама Айли из Чёрного камня. Наша заботливая, любящая матушка, да. Что-то подозревала? Готовилась? Провоцировала? Не случайно же она заявилась в ритуальный зал в сопровождении своего напарника по Корпусу стражей. А ведь для того, чтобы сущность такого масштаба просто допустили на территорию крепости Гнева, требовалось личное разрешение Великого князя. Владивод должен был перенастроить защиту, своей силой и голосом открыть стражу грани проход. Получается, что? Владыка предчувствовал неладное? Уступил просьбе переживавшей за дочь Айли? Сам затеял эту интригу?

«Нет», — шепнул в голове голос предка. — «Последнее — точно нет. Не стал бы мальчишка так мараться, даже ради самой заковыристой многоходовки».

И ведь не поспоришь. Если бы приглашённая лицеистка пострадала при подобных обстоятельствах, это стало бы ударом по репутации в первую очередь самого Великого князя. Не катастрофическим, но серьёзным ударом. И конечно, убрать с доски вылезшую вдруг неучтённую наследницу Владивод мог гораздо проще, эффективней и тише.

Сейчас же, вместо эффективности и тишины, имеем безобразный скандал.

Рийго усилием воли отодвинул в сторону лишние сейчас мысли. И продолжил:

— На случай если б что-то вдруг пошло не так, и нанесённый княжне Ольге ущерб обнаружили, госпожа Дагмар подготовила козла отпущения. Ей требовалось несколько минут наедине с зеркалом, чтобы стереть следы своего вмешательства. Ну а после… Церемонию проводил наставник-ритуалист из Хийси. В прошлом этот род враждовал с Белой ветвью. Не кровники, но там были серьёзные имущественные разногласия. После гибели ветви они разрешились в пользу Хийси. Теперь же, с появлением белой наследницы, да ещё столь сильной, род может лишиться недвижимости, денег и связей. Мотив весомый. Более чем убедительный.

— И что же, — мягко спросил Владивод, — сорвало столь прекрасно продуманный план?

— Судя по всему, сама княжна Ольга, — Рийго поклоном извинился за то, что вместо ответа может дать своему господину лишь предположения. — К сожалению, данные о том, что случилось на путях Асов, неполны. Зеркало буквально взорвано и выжжено изнутри, записи испытания приходится восстанавливать по осколкам. Рискну предположить, что Ольгу из Белой ветви спасло невежество. Вместо того чтобы максимально раскрыться и показать свою силу, она раз за разом отказывалась выбирать путь. Даже сумела покинуть чертог испытаний. Это заставило паразитный контур проявиться, а госпожу директора — запаниковать и напасть на свидетелей. Айли из Чёрного камня умерла. Вышла из тела. И Дагмар пришлось иметь дело с двумя сработанными и опытными стражами грани. Напарники без особого труда скрутили противницу, обезвредили её артефакты, вызвали группу тревожного реагирования.

— А Ольга?

— Княжну Ольгу госпожа директор всё же принудила встать на путь Асов. И уже оттуда, из чертогов зеркала Асвейг, девочка воззвала к Хозяину Хладных Вод.

— Владыка ответил ей, — тихо и как-то очень веско сказал князь. Будто скрывалось за этими словами иной, не очевидный смысл.

— Владыка ответил ей, — склонил голову Рийго. — Всплеск его силы смыл с пути все препятствия и ловушки — а заодно и улики. Мы не знаем, что именно произошло с княжной на дорогах Асов. Но Ольга жива, и энергетика её не понесла никакого урона.

Если б ещё то же самое можно было сказать о разуме. Насчёт разума белой княжны Рийго был совсем не уверен!

В глубине сознания лающим смехом плескалось веселье Сантери. Чтимый прадед хохотал, что гиена:

«Ну как? Как тебе спокойный, книжный ребёнок? Впечатляет, а? Смотри и учись: вот так должен выглядеть типичный детёныш Змиевичей».

Перед глазами точно вживую встала княжна, какой она была, когда шагнула из взорвавшегося изнутри зеркала. Облачённая в чешую белой силы, в гнев столь сильный, что он разливался вокруг приливной волной. Рийго даже не отследил движение метнувшихся к ним речных драконов. Понял, что произошло, лишь когда содрогнулись от удара щиты дворцовой охраны. Гвардейцы, конечно, закрыться успели, но затем растерялись. Глаза видели перед собой раненого, перепуганного ребёнка. Опыт подсказывал, что на них, блин, взъярился сиятельный Владич! Тут только на колени и глаза в пол! А чуйка меж тем орала, что из зеркала вылезла неведомая лютая хтонь. Что их атакуют, и надо бить первыми.

Не известно, чем могло всё закончится, если б стражи грани не успели вмешаться. Госпожа Айли за пару мгновений успокоила и взяла под контроль своё чадо. И да, Рийго своими глазами увидел то, о чём раньше читал в отчёте. Княжна Ольга в стрессовой ситуации следовала указаниям матери и повиновалась ей беспрекословно. Это вызывало облегчение. И одновременно тревожило.

Потому что Айли из Чёрного камня — она, как бы это помягче сказать… Из Чёрного камня.

«Дочь Бёдмора она», — проворчал недовольно чтимый предок. — «Теперь вот ещё и внучка нарисовалась. И это обосраться, какой кошмар. Мягче не скажешь».

Владивод, тем временем, медленно кивнул своим мыслям. Повёл плечами, чуть всплывая из глубин медитации. Спросил:

— Каковы шансы, что Дагмар и раньше калечила учеников?

И это был вопрос вопросов, не так ли? Слишком гладкая схема. Слишком удобная и слишком… отработанная.

— Аналитики считают, что системой подобное не было, — Рийго выпрямился по уставному, стёр из голоса и с лица все эмоции. Воздух в кабинете заметно потяжелел, и дышать стало труднее. — В семьях заметили бы разницу, даже если доказать ничего не могли. Шепотки в любом случае побежали бы — а их нет. Ни слухов, ни даже скрытых намёков. На качество обучения жалуются, на предвзятость наставников, на то, что на старших курсах сводят счёты, а на младших — вербуют вассалов. Ни слова об умышленном уроне здоровью со стороны персонала. Если и были подобные случаи, то единичные. С очень тщательно отобранными жертвами.

А Рийго ведь сам учился в Лицее. И племянница у него должна была в этом году поступить — талантливая, сильная, драгоценная. Как тут не начать вспоминать и додумывать… всякое?

Ещё и сморчки из аналитического отдела добавили. Прямо не говорили, но старец Хеду весь изнамекался: мол, жертв этих выбирали, скорее всего, с одобрения самого Великого князя. А то и по его прямому приказу. Угу. Вот поставить бы этих политически подкованных умников сюда, на место Григория Унтова. Пусть посмотрят в глаза Владиводу и объяснят, кто там всё приказывал да одобрял!

Князь медленно поднялся из кресла. Обошёл вокруг стола. Шаги его на скрипучем паркете были легки и бесшумны. Только длинные, подметающие пол рукава шелестели шитьём защиты. Григорий из Унто по прозвищу Лисик смотрел ровно перед собой. Если его сегодня убьют, то, наверно, сейчас.

— Персонал Лицея отозвать из отпусков. Потребовать подтвердить клятвы перед зеркалом Дэгрун. Особое внимание — медикам и кураторам общежитий. Помещения проверить. Оборудование обследовать, в случае малейших подозрений — заменить. Стекло и зеркала просто заменить, без всяких обследований. Шедевры княгини Ингихильд доставить в мою мастерскую.

«Мой бюджет!» — мысленно возвопил глава Тайного приказа. — «Тут чем заменить бесценное зеркало Асов не ясно пока. А на всё остальное-то где деньги брать?»

Очень хотелось просить Владивода переадресовать повеленье (и грядущие расходы) в сторону учебного приказа, занимающегося вопросами образования. Но вслух Лисик сказал лишь:

— Да, княже.

— Осенью будут назначены новый старший целитель и новый директор. Имена сообщу позже. В сентябре они должны провести глубокую диагностику всех учащихся, от только что поступивших до старших курсов. Результаты мне на стол.

— Да будет так, княже.

— Расследование держи на личном контроле.

— Слушаюсь, княже.

— Система безопасности Лицея потребует пересмотра. Но это я обсужу уже с новым директором…

Владивод медленно обходил кабинет. В какой-то момент Рийго почудилось, что за спиной движется не человек, а что-то огромное, бронированное, жуткое.

— Форменную фибулу новой лицеистке вручили?

— Да, княже, — Рийго предположил, что убивать его сегодня всё же не будут, и усилием воли расслабил плечи. По крайней мере, попытался. — Я лично вложил брошь в ладонь княжны Ольги.

Кстати, не факт, что девочка вообще поняла, что это за серебряная загогулина, которую ей так настырно пихают. Ольга тогда сидела рядом с матерью (над Айли всё ещё работала команда целителей) и выглядела абсолютно потерянной. Глаза дикие, перед мысленным взором сумбурно мелькают картины и образы. Рийго, понимая, что нормально допросить ребёнка ему всё равно не позволят, успел-таки глянуть на воспоминания. Только самые поверхностные, не прикрытые защитой слои. После увиденного настроение его окончательно скисло.

Под хмурым, недовольным взглядом Айли, глава Приказа тайных дел произнёс положенную по протоколу фразу о вступлении в лицейское братство и следовании славным традициям. Вложил в руку девочки серебряную фибулу, сжал её ладонь своей, заставляя пальцы сомкнуться. С этого момент Ольга из Белой ветви официально была принята в Лицей и укрылась под щитом Великого князя.

Что, конечно, звучало бы гораздо внушительней, если б не валялась рядом в луже собственной крови та, кому упомянутый князь также даровал личную защиту. И статус. И покровительство.

М-да.

— Дагмар? — тихо и как-то слишком спокойно уточнил Владивод. Дыхание его снова обрело чёткий гипнотический ритм.

— Говорить и сотрудничать отказалась. При попытке допроса обнаружен ментальный щит уровня мастера.

— Вот как…

— Даже через такую защиту, кое-что разобрать получилось. Дагмар из данов, похоже, поймали между противоречащими друг другу клятвами. Надавили, обострили конфликт установок. Поставили личность на грань распада.

Рийго замолк. Выдавать догадки за факты он не хотел, но озвучивать их следовало с осторожностью.

— Говори!

— У меня создалось впечатление, что та провокация со стороны госпожи Дагмар перед заседанием Большой думы была её попыткой спастись. Тётушка хотела заставить вас лишить её директорской должности. Княжьим указом выгнать со службы.

К несчастью для дочери данов, принудить Владивода сделать то, что он не считает нужным, было чудовищно сложно. Уж за столько-то лет интриганы при дворе могли бы урок усвоить. Но нет. Вечно одно и то же.

— По какой-то причине своей волей уйти со службы госпожа Дагмар не могла. Пыталась вот так вывернуться, сделать невозможным исполнение полученных от кого-то приказов. Директор видела, во что её втягивают, осознавала последствия, никакого желания лезть в эту грязь не имела. Не могла не понимать: дав на себя такой компромат, любую свободную волю она потеряет. Ну и следующим логичным шагом могло стать обнародование содеянного в нужный момент. Нанесение удара по вашей, мой князь, репутации.

Владивод чуть кивнул. Перспективы выстраиваемой интриги он оценивал схоже.

— И ещё: для вашей тётушки почему-то очень важно кровное наследие юной Ольги. Разум госпожи директора пылает маниакальной убеждённостью: дочь Белой ветви не должна взойти на престол. Не могу сказать, собственные это мысли Дагмар из Хольми, или же наведённый приказ. Возможно, причина и правда кроется в крови Бёдмора. Или всё дело в наследии вашей матери, Великой княгини Ингихильд. Или в чём-то ещё.

Если подумать, некоторые договоры — что с далёкой северной Данмёрк, что с Ханзейским союзом в целом — завязаны были именно на кровь Ингихильд. Если озёрный престол займёт представитель иной ветви — не потомок Владивода или хотя бы его выданной замуж в соседнее царство сестры — соглашения эти могут быть пересмотрены. В ту или иную сторону.

Достойный мотив. Очень, очень похоже было, что истоки случившегося искать следует в посольстве великой Ханзэ. Но — нет. Никаких поспешных и недостаточно обоснованных выводов. Надо было копать дальше. И глубже.

Великий князь, похоже, с выводами Рийго был абсолютно согласен:

— Надо ломать защиту любимой тётушки, — будто размышляя вслух, сам себе кивнул Владивод. — Но не сдержусь ведь. Убью дуру.

В том, что владыка свою тётку в конечном счёте казнит, сомнений не было — Дагмар напала на подопечных Великого князя, и скрыть это уже не удастся. В такой ситуации Владивод не может проявить милосердие, даже если б хотел. Но Ику их всех забери! Не раньше, чем из старой ведьмы извлекут всё, что той известно! Рийго предстояло раскрутить цепочку, в которой госпоже директору отводилась роль в лучшем случае одного из звеньев, а скорее — слепой исполнительницы. Надо выйти на тех, кто стоял за её спиной. Надо разобраться с партией покойной княгини Ингихильд. Надо понять, кому так сильно мешает малолетняя соплюха с пугающе древней кровью.

Дагмар из Хольми в этом расследовании нужна была Рийго живой!

«Не передёргивай», — фыркнул на эти мысли прадед Сантери. — «Она нужна тебе способной давать показания. На остальное плевать».

И то правда.

— Княже, — осторожно начал глава Тайного приказа, — не могли бы вы убить её так, чтобы стражи грани сумели потом допросить дух? Уверен, в данном случае они как-нибудь обойдут свои принципы и не откажут нам в помощи. Только надо бы аккуратнее…

Владивод запрокинул голову и захохотал. Смех этот, искрящийся горечью, злостью и силой, против шерсти прошёлся по хребту Рийго. Притом, что у него и шерсти-то отродясь не было.

— Сантери, старый мерзавец, узнаю́твою школу! Но, нет. Никаких необратимых решений, попробуем поначалу иначе. Идём! — Великий князь развернулся, резким движением отбрасывая за спину длинные рукава. В пыль развеял замок и распахнул дверь в приёмную. Кивнул на поспешное, но безупречно почтительное приветствие старушки-секретаря. — И вы здравы будьте, дивная Лада Лановна. Давненько не виделись, но вы всё столь же искусны и сведущи, а мне опять нужна помощь. Сможете найти пару бокалов, да разогреть бутылку пряного северного вина? А то пришла вот пора навестить бесконечно любимую тётушку. А я, как назло, без подарка!

И дивная Лада Лановна, конечно, вино для князя тут же нашла.