Месть Пламенных (Пламенная-6)

Эпилог

Райга легким взмахом руки развеяла заклинание и выжидающе оглядела лица экзаменационной комиссии. Глиобальд задумчиво поглаживал белую бороду. За полгода, минувшие с закрытия Дверей, директор еще больше сдал. Артуро Чеку улыбнулся и подмигнул девушке. Хаято Райс сидел с серьезным и отстраненным лицом. Его прочили в приемники Глиобальда, и магистр старался соответствовать. От Серого замка прибыл Аллатриссиэль. Эльф разглядывал Райгу с интересом. Они не виделись с того момента, как отряд спустился к двери.

Девушка смирно стояла в центре зала, пока учителя тихо совещались. После практических экзаменов выпускной экзамен по магии казался легким. Нужно было всего лишь сотворить не менее трех десятков заклинаний как можно более высокого уровня. Сдать теорию магию и порталы было сложнее. Экзамен по законодательству Трех Королевств сдали легко. Райтон заставлял всех троих учить Уложения и Хартии. Райга и Рейлин разбирались в этой теме лучше всех на курсе. Правда, юный Фортео нес ответственность за целый род, а Райга, пока — только за себя. Впрочем, момент, когда в ее род войдет еще один человек, приближался. И от этого было и радостно, и горько.

Райга покосилась на Линдереллио, который стоял, привалившись к стене, и ждал вердикта комиссии вместе со своей ученицей. Миран и Ллавен уже получили свои отличные оценки и ушли порталом в Джубиран — порадовать принца. Эльф поднял на нее аметистовый взгляд, и по ученической нити пришла успокаивающая волна. Девушка нервно улыбнулась и начала разглядывать носки своих сапог.

Наконец Глиобальд объявил:

— Леди Райга Манкьери, оценка “отлично”. Ваше обучение в Алом замке завершено. Поздравляю.

Директор тепло улыбнулся. Райга степенно поклонилась и замерла. После этих слов адепты обычно покидали зал, где проходил экзамен. Но ей предстоял еще один важный ритуал.

Наставник оторвался от стены, подошел к Райге и встал напротив нее. Девушка замерла в ожидании того, что должно случиться. Эльф молча улыбнулся и сложил пальцы, собирая пламя. Осторожно коснулся сначала лба Райги, а затем ключиц, развязывая ученическую нить.

Линде предупреждал, что будет больно. Из-за их связи, которая за полгода только усилилась, благодаря регулярному обмену магией. Но Пламенная не ждала, что настолько. Казалось, что между ключиц ей воткнули нож и медленно прокручивают его. Пустота на месте ученической нити пугала. Райга сделала судорожный вдох и посмотрела в глаза эльфа. Он молча протянул ей руку. Райга ухватилась за его ладонь, как утопающий.

Она чувствовала взгляды приемной комиссии, которые сверлили им спину, пока магистр вел ее прочь из зала. Как только дверь за ними закрылась, эльф переплел ее пальцы со своими и увлек за поворот коридора. Боль медленно отступала, но чувство сосущей пустоты внутри становилось как будто острее.

Коридоры замка в этот час были пусты. Райга только успела задуматься о том, что они идут совсем не в сторону лестницы к покоям эльфа, как ее бесцеремонно прижали к стене. Магистр впился в ее губы, и внутрь источника тут же хлынуло такое же жадное чужое пламя вместе зеленоватыми отблесками силы. Через пару мгновений эльф отстранился и глухо спросил:

— Так лучше?

— Лучше, — прошептала Райга, обнимая его за шею.

Только теперь она ощутила, что связь до конца не исчезла. Чувства Линде ощущались будто издалека.

В стороне раздалось деликатное покашливание. Магистр и не подумал отпустить Райгу, только повернул голову и устремил ледяной взгляд на Аллатриссиэля.

Ищейка стоял в нескольких шагах от них, привалившись к стене и скрестив руки на груди. Он смерил парочку странным взглядом и вздохнул.

— Не могу сказать, что не понимаю тебя, Линдереллио, — негромко сказал Серый. — Но мне жаль, что все вышло так.

Магистр ничего не ответил ему. Аллатриссиэль с минуту смотрел на парочку, которая и не думала разомкнуть объятия, а затем спросил:

— Сегодня?

Линдереллио прикрыл аметистовый глаз и ответил:

— Да.

— Я приду. Буду рядом, — заверил его Серый.

Сердце Райги снова сжалось от горечи. Она со вздохом отстранилась и взяла своего уже бывшего наставника за руку. Он бесстрастно сказал:

— Я не мог иначе.

Аллатриссиэль грустно улыбнулся:

— Знаю. Моя любовь осталась на поле войны с орками. Поверьте, что вы не пожалеете, что все сложилось так.

— Жалеть будут другие, — тихо сказал наставник.

После этого эльф развернулся и пошел прочь, увлекая Райгу за собой. Девушка торопливо попрощалась с ищейкой и закусила губы. Он снова напомнил ей о вечерней церемонии. Линдереллио покосился на нее и будничным тоном сказал:

— Все будет хорошо. Помни о том, что сказала моя мать.

Девушка кивнула.

… В Мерцающий лес они отправились почти сразу после того, как Махито разрешила им покинуть целительское крыло. Аллатриссиэль и Цанцю отправились туда из Манкьери в день закрытия Дверей, так что рассчитывать утаить шило в мешке не стоило. Рука об руку учитель и ученица прошли через портал прямо в главный зал Хеллемилиорана.

Мать Пламенных была там одна. Эльфийка задумчиво перелистывала ноты на серебристой ажурной подставке. Райга нервно сглотнула и вместе с Линдереллио подошла к ней.

Меллириссиэль спокойно оглядела их и коснулась ладонью в жесте утешения сначала головы своего сына, а потом его избранницы.

— Уже знаешь, — вздохнул эльф. — Прости.

Мать улыбнулась ему и ответила:

— Ох, Линде… Я давно знаю.

— Давно? — он покосился на Райгу. — Ты всё-таки прочитала ее тогда?

— Нет. Я же твоя мать. Я начала догадываться, когда вы вернулись из Цитадели. Ты просил прощения и чувствовал себя таким виноватым. А после того, как ее приняло Сердце леса, и ты провел у постели Райги месяц, у меня не осталось сомнений.

— Что лаэ?

— Линмэ обескуражен, но не злится на тебя. Хаэтеллио в бешенстве, поэтому в Халариэне тебе лучше не появляться. Король Тайенуриэль решил отложить решение этого вопроса до того, пока Райга не выпустится из Алого замка.

— Мне жаль, что все случилось так, — прошептала девушка.

— Ты остаешься одна, — вздохнул Линде.

Меллириссиэль улыбнулась и сказала:

— Я не одна. Я часть рода хаа Лларион Лэ. У меня есть брат, племянники, их дети. Кроме того, я уже потеряла твоего отца. Халлериэль — лучшее, что было в моей жизни. И я не хочу, чтобы ты лишал себя возможности создать семью. Даже если я не смогу быть рядом с вами…

Линдереллио неизменно напоминал Райге о словах своей матери, и от этого ожидание грядущего становилось чуточку легче.

Вечером магистр открыл портал сразу в тронный зал Халариэна. Райга прошла следом за ним, и тут же отошла в сторону. Меллириссиэль поманила девушку к себе. Девушка нервно теребила оборки на подоле своего платья. Толпа заполняла все пространство огромного зала. Райга так нервничала, что почти не замечала ни окружающей обстановки, ни лиц окружающих ее эльфов.

Линдереллио остановился в двух шагах от трона. Лицо Тайенуриэля было непроницаемо. Стиснутые зубы Хаэтеллио выдавали его отношение к происходящему. Король поднялся и медленно подошел к брату. От волнения Райга воспринимала его речь урывками.

— За нарушение законов… наказание — изгнание. В виду особых заслуг перед родом и тремя королевствами разрешаю оставить полное эльфийское имя и оставить право потомкам получить хайне-лиэн.

Значение последнего Райга не поняла, но при этих словах по залу пронесся удивленный вздох.

— У тебя есть какая-нибудь просьба ко мне? — обратился Тайенуриэль к брату.

Линдереллио ответил:

— Разреши мне провести в Хеллемилиоране еще одну ночь.

Король, немного помедлив, кивнул. Затем он поднял руку и прошептал заклинание. На изящных пальцах вспыхнул зеленый свет. Когда они коснулись ключиц Линдереллио, тот пошатнулся. Его лицо побелело. Райга вспомнила свои ощущения, когда магистр развязал ей ученическую нить, и шагнула вперед, протягивая ему руку. Они переплели пальцы и, не говоря ни слова, покинули зал.

Уйти в Хеллемилиоран они не успели. Рядом открылся портал, из которого вышли Аллатриссиэль и Цанцю.

В васильковых глазах старшего из ищеек светилось сочувствие. А Цанцюритэль с улыбкой сказал:

— Ну что, господин совратитель несовершеннолетних адепток, какой титул ты будешь носить теперь? Великий герцог Линдереллио Манкьери тоже неплохо звучит.

— Не важно, — процедил магистр в ответ. — Я теперь изгнанник и умер для вас. И я это сделал, чтобы спасти жизнь Райге.

Аллатриссиэль улыбнулся вслед за своим коллегой:

— Ты сохранил полное эльфийское имя, а на присутствие темного эльфа в свите принца Райтона Халариэн пока закрыл глаза. Лучше и быть не могло. Помни, что мы рады видеть тебя в Сером замке в любое время. И двери наших домов в Джубиране всегда открыты для тебя. Заходи в гости.

С этими словами он хлопнул Линдереллио по плечу и ушел. Цанцюритэль подмигнул:

— Если сможешь оторваться от своей красотки.

Затем он поспешно догнал своего товарища. Линдереллио проводил их немного обескураженным взглядом, а затем открыл портал в Хеллемилиоран. Большой зал был пуст. Райга ожидала, что они выйдут в город, но магистр вел ее в свою комнату.

— Что такое хайнэ-лиэн? — спросила девушка.

Магистр покосился на нее и ответил:

— Возможность при определенных условиях унаследовать титул. Впрочем, полуэльфы не смогут им воспользоваться.

У дверей их уже ждали. Хаэтеллио стоял перед дверью. Пройти мимо него не представлялось возможным. Магистр вздохнул и остановился рядом с ним. Райга ожидала услышать обвинения в свой адрес, но эльфийский принц даже не посмотрел на нее.

Хаэте поднял руку и тихо произнес знакомые до боли слова — эльфийское целительское заклинание. Сияющие зеленью пальцы легли магистру между ключиц.

— Не нужно, — процедил Линдереллио.

— Нужно, — спокойно ответил Хаэтеллио. — Иначе оно будет болеть очень долго, ты же знаешь.

— Ты не должен это делать для изгнанника.

— Я не сделал этого для своего сына, и жалею об этом. Несмотря на все, что произошло, ты навсегда останешься моим братом.

Он убрал руку и перевел взгляд на Райгу.

— Оставляю его на тебя, — добавил Хаэтеллио. — Присматривай за ним. И за моим сыном.

Девушка серьезно кивнула. После этого эльф открыл портал и ушел через синий дым. Линдереллио улыбнулся и распахнул дверь в комнату. Райга прошла вперед и спросила:

— Хочешь побыть здесь? Я думала, мы обойдем Хеллемилиоран напоследок.

Но эльф обнял ее сзади и поцеловал открытую шею девушки. Райга повернулась и обняла его в ответ. Тонкие пальцы эльфа нашли застежки на ее платье. Пламенная вздрогнула и покосилась на широкую черную постель:

— Что, здесь?

— С этого дня я больше не твой учитель и даже не эльф, так что — да. Сегодня. Сейчас. Здесь.

Несколько мгновений Райга смотрела ему в глаза, а затем набросила на комнату глушилку. Сверху упал пламенный щит. Заклинания тускло отсвечивали на двери, предупреждая, что сегодня в этой комнате больше никого и ничего не ждут.

Король Райтон, наконец, отправился спать. Миран и Ллавен остались в кабинете одни. Юный эльф подошел к окну и устремил взгляд в освещенный магическими лампами сад.

— Ты чего такой? — спросил Миран.

Юный эльф немного помолчал, а затем признался:

— Отец приходил.

— Да ладно? — изумился Миран. — И… что?

Ллавен поежился:

— Я думал, он меня убьет. Если бы не двери, наверное, это было бы лучшим исходом.

Темный фыркнул и упал в кресло:

— Брось. Эльфы пока закрыли глаза на твое существование. Придет время, и мы найдем лекарство, которое поможет тебе сохранить рассудок. Так что ему тогда было нужно?

— Кажется, он рад, что я нашел свое место в жизни.

Миран усмехнулся:

— Ну да, “господин королевский целитель” звучит неплохо.

Ллавен повернулся, смерил друга взглядом.

— Как и “капитан личной гвардии принца”.

Темный развел руками и проворчал:

— Не ожидал, что Райтон назначит на эту должность меня.

— Иночи Райс теперь комендант столицы. Естественно, что на вакантное место король поставил того, кому доверяет.

Несколько минут оба юноши молчали. Ллавен сел в кресло напротив Мирана и медленно заговорил:

— Знаешь, церемония выжигания эйле сегодня… — он рассеянно погладил точку между ключиц. — Так жаль магистра Лина. Это очень больно.

Миран покачал головой:

— Он тебя не жалел, когда выжигал эйле. Помнишь, сколько ты мучился? Ты выдержал, и он справился. Кроме того, — темный подмигнул другу, — подозреваю, что его есть кому утешить. И это не дочка трактирщика, а Великая герцогиня.

Ллавен скрепя сердце, согласился:

— Ты, прав, наверное. Как интересно сложилась наша жизнь. Три года назад мы вчетвером поступили в Алый замок, чтобы выжить. Но в итоге, помимо этого, спасли мир.