Месть Пламенных (Пламенная-6)

Глава 37. В замке Манкьери

Идти было страшно. Гроза уходила в сторону, дождь перестал. Райга шагала по мокрой траве, не зажигая магических светлячков. Где-то в стороне должна быть дорога, ведущая к замку. Но искать ее не было времени. Пламенная не сомневалась, что ее хватятся быстро. Нужно успеть.

Сид дал точные инструкции — прореха в защите замка была ровно на том месте, которое он указал. И каким-то чудом она смогла открыть портал по маяку. Несмотря на то что никогда не делала подобного. На ученическую нить Райга старалась не обращать внимания. Не прикасаться к ней, хотя искушение проверить, что сейчас делает наставник, было очень сильным.

Но звать его было нельзя. Худший вариант — пробудить Печать по дороге к замку, где ее не найдут ни свои, ни чужие, и остаться тут умирать. Поэтому Райга шла вперед. Скоро она уперлась в стену из красного кирпича и вспомнила, что рядом с Манкьери должен быть курган. За этой стеной в братской могиле похоронили слуг и гарнизон, погибший от красного проклятия. Еще одни погубленные слуги и гарнизон.

Ей вспомнились слова Аллатриссиэля.

После того как магистр Лин и Райга вышли из замка Сага, ищейка подошел к ним и сказал:

— Я не знаю, что за магия это сделала… Никогда не видел ничего подобного. Но, такое ощущение, что из слуг вытянули всю жизненную силу с помощью магии, отдаленно напоминающей пламенную. С кем мы имеем дело Линдереллио? Что ты скрываешь от нас?

Магистр тогда рассказывал медленно, тщательно взвешивая слова. Догадки о природе врага нужно было изложить так, чтобы никто, ни единая живая душа не догадалась о том, что Ллавен тоже темный.

Райга сжала под рубашкой медальон и ключ. А затем пошла вдоль красной кирпичной стены дальше, к замку. Ворота были открыты, во дворе царила темнота. Девушка использовала немного магии, чтобы высушить ботинки от капель дождя, и пошла вперед. Ее сердце забилолсь, как бешеное, когда в дальнем конце двора она увидела белое пятно. Фамильный склеп, где были похоронены ее родители. Воспоминания о дне, когда ей ставили Печать, накатили снова, пока еще тонкие рубцы на спине отозвались жжением. Она выдохнула и стиснула зубы.

Двери приближались. Райга сначала помедлила перед входом, а затем решительно распахнула створку. Та не скрипнула. Кто-то хорошо подготовился. Здесь девушка решилась зажечь на ладони пламя. Она медленно шла по уставленному гробами залу. Нужное надгробие она нашла не сразу. Наконец, Райга остановилась перед высеченными на камне именами.

“Эрисия Анжела Манкьери, Сото Манкьери” — гласила надпись.

Какое-то время Райга не могла оторвать взгляд от изящной вязи букв. Снова заныли шрамы, Пламенная спохватилась и пошла вперед. Сегодня она должна отомстить за них. Отомстить за смерть родов Манкьери и Кеуби. Избавиться от Печати Молчания. И закрыть Двери. Настало время призвать к ответу всех — дядю, сестру, Рэуто, который упивался ее мучениями. И самое главное — его. Тень с жутким голосом. Темного не-эльфа, который больше шестисот лет сидел под замком и плел сеть интриг и несчастий для Пламенных родов.

Райга молча остановилась перед дальней стеной, которую покрывала фреска. От волнения она не могла понять, что на ней изображено. Взгляд выхватывал отдельные куски, а затем она начала отмерять расстояние. Пять ладоней справа, на уровне груди. Как и сказал Рейлин Фортео, она увидела изображение пламени и коснулась его. Десять ладоней слева и три снизу — еще одно. Стоило Райге дотронуться до него, как стена ушла в сторону.

Райга с ужасом смотрела на уходящий вниз тоннель. Тот, что снился ей в кошмарах. Воспоминания о котором заставляли ее замирать перед каждой встреченной пещерой. Несколько мгновений она молча стояла и вслушивалась в тишину. Искушение позвать наставника, проверить, где он, убедиться, что эльф все понял, терзало ее с новой силой. Но это могло пробудить Печать. И Райга сдержалась. Собрав волю в кулак, она сделала шаг вперед. Снова послушала тишину и обреченно сделала второй шаг в тоннель.

Тонкие пальцы сжали ее плечо, а по ученической нити пришла короткая волна резонанса. Райга замерла, ожидая пробуждения Печати. Магистр Лин с облегчением сказал:

— Это было глупо.

Рядом раздался напряженный голос Мирана:

— Что это за место?

— Фамильный склеп Манкьери, верно? — бесстрастно ответил наставник. — Серые столько раз обыскивали замок, но ничего не нашли. Все это время враг был у нас под носом.

— Вы хотите сказать, что… — начал было Ллавен.

— Не нужно лишних слов и вопросов, — прервал его магистр Лин. — Она уже пробудила Печать один раз сегодня. А, возможно, и больше. Поэтому, Райга, ты просто пойдешь, куда шла… А мы будем рядом. Не смотри на нас. Не говори ничего нам. Сориентируемся по ситуации.

Эльф медленно разжал пальцы на плече ученицы. Райга чувствовала, что Печать балансирует на грани пробуждения. Она обреченно зажмурилась и помотала головой. Вести их дальше не получится. Даже один единственный шаг в темноту, скорее всего, станет последним для нее.

Райтон быстро сказал:

— Первым пойду я. Даже если там лабиринт переходов, разберемся.

С этими словами юноша обогнал Райгу и, не оглядываясь, пошел вперед. Белые магические светлячки принца напомнили ее прошлый спуск вниз. Но тогда ее тащили. А сейчас с ней были друзья, и это придало Райге сил. Страх и паника отступили. Девушка опустила руку на ножны пылающего хаотаки и коснулась большим пальцем гарды в виде языка пламени. После этого она шагнула вслед за Райтоном. Магистр Лин шел за ее плечом. По ученической нити шла ровная пульсация резонанса. Сквозь нее изредка прорывались волны облегчения.

Райга поняла, что эльф боялся. Он смог разобраться в намеках, но очень боялся опоздать или прийти не вовремя. Девушка решила, что если им суждено выйти из этой передряги живыми, обязательно расспросит наставника, как тот узнал, что пора появиться.

Глаз Пламени ни с того ни с сего напомнил о себе жжением. Эльф сказал:

— Твоя сила с тобой.

Райга кивнула и заглянула внутрь себя. Огрызок огненного смерча уже нельзя было таковым называть. Пламя внутри ее источника вращалось по широкой спирали, и размером ее личный смерч был уже, самое меньшее, в половину источника магистра Лина. Наличие магии Глаза позволяло ей дотянуться до уровня учителя. Правда, воздушный источник никогда не перекроет силу его водного…

С этими мыслями девушка шагала вперед вслед за Райтоном. Коридор спускался все ниже, изредка поворачивая, но не ветвился. Впереди они услышали странные хрипы.

Райга догнала принца. Из-за поворота они вышли одновременно, зажигая на пальцах магию. В нескольких шагах впереди сидел Хунта Сид. Над его головой горел одинокий голубоватый светлячок. В правом плече юноши торчала острая черная игла, которая пригвоздила его к стене. Ищейка силился вытащить ее, корчился от боли и хрипел. По его губам текла кровь.

Принц замер, а Райга взволнованно спросила:

— Что ты здесь делаешь? Ты должен ждать наверху!

Юноша попытался ответить, но из его горла только вырвался очередной хрип.

— Не подходи к нему! — воскликнул магистр Лин.

Но было поздно. Райга сделал всего один шаг по направлению к Серому, и этого хватило. Ищейка создал странный зигзагообразный росчерк и прошептал:

— Прости.

Синяя вспышка и чавкающий звук заставили Райгу резко обернуться. За ее спиной тускло светились линии магической ловушки. Райга узнала эту схему. Одна из самых сложных. “Удушение на движение”, так называли ее в школе. Стоит адептам и эльфу шевельнуться, они сразу начнут задыхаться. Острая черная игла пронзила плечо магистра Лина насквозь.

Двинуться на помощь друзьям Пламенная не успела. Синие цепи опутали ее запястье, отрезая магию. Жгут кровавого огня захлестнул шею, а у горла мгновенно оказалось острое лезвие. Синее заклинание невидимости Хунты стекло вниз, как вода. Рядом с девушкой стоял Рэуто. Виконт выразительно коснулся кинжалом кожи Пламенной, ухмыльнулся и продемонстрировал в другой руке болотно-зеленый камень в форме ромба. А затем сказал, глядя магистру Лину в глаза:

— Ни одного движения. Иначе она умрет сейчас же. Поверьте, здесь ее смерть будет кстати для нас. А ты, милая, не смей шевелиться и пользоваться своим прекрасным глазом. Таких замечательных иголок здесь сколько угодно. И эльфам они причиняют особенную боль. Верно, магистр фуу Акаттон Вал?

Игла вонзилась глубже в плечо эльфа, и Райга увидела, как искажается от боли лицо наставника. Отголоски этой боли пришли по ученической нити, заставляя сердце девушки сжаться. Печать на пояснице налилась тяжестью, предупреждая. Пламенная замерла, лихорадочно соображая, как выпутаться из этой ситуации.

Она не выдержала и бросила яростный взгляд на Сида:

— Я верила тебе!

Ищейка попытался ответить, но из его рта снова хлынула кровь. Только теперь Райга заметила на сером мундире подсохшие бурые потеки. Что с ним делали? Пытали?

Голубоватый светлячок над головой юноши вспыхнул ярче и осветил его расширенные зрачки Райга поняла, что Хунта находится под воздействием магии темного эльфа. Похоже, ищейка и сам не понимал, что творит, им управляли! Она перевела взгляд на своих товарищей и, к своему ужасу, увидела, как медленно расширяются зрачки Райтона и Мирана. Ллавен побелел и стиснул зубы. Лицо магистра Лина было необычайно бледным, и его искажала боль. Смотреть на это было невыносимо.

— Перестань, — обратилась она к Рэуто. — Я пойду с тобой. Только не трогай моих друзей. Не надо их мучить.

— Цену ты знаешь, — улыбнулся виконт. — Стань моей невестой прямо сейчас. Священник уже ждет нас в зале. И твои друзья смогут отправиться куда угодно. Это его слово. И он всегда его держит.

За спинами отряда появился солдат в кирасе.

— Наверху взяли еще двоих. Доставлены к нему. Вас ждут, — доложил он.

Рэуто улыбнулся. Хунта сплюнул кровь и захрипел, силясь вытащить из плеча иглу которая, похоже, причиняла ему много боли. Ллавен смотрел на странное оружие расширенными от ужаса глазами. Но больше всего пугали пустые взгляды Мирана и Райтона.

— Пойдем, милая, — ласково сказал Рэуто. — Твои дядя и сестра ждут тебя.

— Отпусти их сейчас, — попробовала настоять Райга.

— О, нет. Не так быстро. Думаю, ты бы хотела пригласить их на свою свадьбу, верно? Так что они будут наблюдать за нами, пока ты не выполнишь свое обещание. После этого стража проводит их наружу. Они смогут убраться в Мерцающий лес прежде, чем мир станет принадлежать моему господину.

Из тени коридора вышла Иравель. Райга бросила яростный взгляд на свою сестру. Она ожидала увидеть на лице герцогини Сага злорадство. Такое же, какое видела каждый раз после четвертого пробуждения Печати. Но Иравель была бледна, под ее глазами залегли тени, а во взгляде светился ужас. С подрагивающими губами она подошла к ищейке и дернула за иглу, поднимая его на ноги.

— Веди их за нами, — еле слышно сказала она.

Хунта с отсутствующим взглядом начертил заклинание. Линии ловушки переместились, формируя другой узор. Иравель потянула за собой Серого, и странная конструкция из его магии поплыла следом, заставляя адептов и учителя идти за ними.

Райга развернулась и пошла за Рэуто. Нужно было как-то потянуть время, что-то придумать. Судя по всему, в здравом уме один Ллавен, но сделать он ничего не сможет… Нужно привести в чувство Райтона, чтобы он пробудил свой глаз, или использовал Скирини. Раймато за его поясом наполнился черным светом и пульсировал. Но руки принца безвольно висели вдоль тела, а взгляд был отсутствующим.

Скоро перед ними показался вход в большой зал. Тот самый, который столько раз снился Райге в кошмарах. В отличие от снов, он был пуст, в нем не было тел ее семьи. Но было нечто худшее — за ее спиной шагали одурманенные друзья и… страдающий от боли наставник. Райга не удержалась. Оглянулась на пороге и бросила на учителя отчаянный взгляд. Злости в аметистовом глазе было гораздо меньше, чем страдания.

Райга шагнула на плиты пола. Белый узор заполнял почти весь зал. Она невольно искала следы своей крови, пролитой здесь два с лишним года назад. Но, конечно, не нашла. Магические лампы образовывали в центре зала освещенный круг. В нем трясся испуганный священник. Высокие роды редко соприкасались со служителями церкви. Магия и сила рода была защитой более надежной, чем воля богов. Только брачный ритуал проводили по старым традициям, одинаковым для крестьян и герцогов.

А за пределами освещенного круга двигалось нечто… Шевеление в тени нарастало, а затем из темноты вперед потянулись гибкие побеги. Это напоминало эльфийскую магию. Вот только листья на ветвях были черными.

Синяя магическая ловушка лопнула, повинуясь очередному вымученному жесту Хунты. Ветви оплели адептов и магистра Лина. Черная игла будто приросла к дереву и только тогда Райга поняла, что это. Шипы. Он ранил наставника и Хунту шипами этого странного растения. Наверное, так и выглядела магия темных эльфов. В глазах Ллавена не было и тени наваждения. Он смотрел на ветви с черными листьями и не мог отвести глаз.

В стороне раздался надсадный хрип. Райга оглянулась и, к своему ужасу увидела, что там стоят Аллатриссиэль и Цанцю. Каждого из них оплетали ветви и пронзал острый шип. Лица эльфов искажала боль. Только теперь Райга поняла, о ком говорил стражник. Похоже, магистр Лин взял своих друзей в качестве поддержки. И они тоже оказались захвачены.

Шевеление в глубине зала прекратилось, и в круг света вступил он. Райга во все глаза рассматривала своего врага. Мужчина был высок и строен, если не сказать худощав. Черная рубаха и брюки болтались на нем, как на вешалке. Черные волосы ниспадали до бедер. Заостренные уши лишь немного отличались формой от ушей чистокровных эльфов. На красивом аристократическом треугольном лице с тонкими губами и острым носом, блестели черные глаза. Взгляд был холодным и безжалостным.

Он разомкнул губы, и зал напомнил тот самый голос, который Райга столько раз слышала, соприкасаясь с алым пламенем:

— Наконец-то ты здесь, моя дорогая. Столько усилий, и все зря.

Затем он повернулся к Хунте и взмахнул рукой. Пламенная вздрогнула, ожидая, что темный эльф убьет ищейку также, как убил стражника в тот раз, когда ей ставили Печать. Но вместо этого ветви вокруг него зашевелились, вытаскивая шип из тела юноши. Затем черные листья закрыли рану, и кровь тут же перестала течь.

— Этот мне еще пригодится, — снисходительно пояснил темный эльф.

Взгляд Хунты прояснился. Он обвел глазами зал и выругался сквозь зубы.

— Прости, — сказал он, глядя на Райгу. — Ты уыла права. Я был слишком самонадеян. Не нужно было ворошить это гнездо.

Девушка бросила отчаянный взгляд на страдающего от боли наставника и попросила:

— Отпусти их. У тебя счеты к моему роду. Позволь всем остальным уйти.

Тот истерически расхохотался.

— Счеты к твоему роду? Нет, дорогая. У меня счеты к его роду! — тонкий палец указал на магистра Лина. — Его дед сжег моего прадеда… Это именно эльфы год за годом убивают мне подобных. Думаешь, война темных и светлых закончилась? А что ты скажешь, если узнаешь, что бессмертные эльфы, образец мудрости и благочестия, убивают новорожденных младенцев? Если в их волосах находят хотя бы одну черную прядь, хотя бы один черный волос, означающий присутствие темного дара?

Райга выдержала его взгляд и тихо ответила:

— Я знаю.

Казалось, это немного удивило врага. Пользуясь заминкой, Ллавен спросил:

— Кто ты? Как тебя зовут?

Темный эльф повернулся к нему и ответил:

— Кто я? Зачем тебе мое имя, жалкий мальчишка? Говорят, тебя изгнали из рода за недостойное поведение. Но ты бегаешь за своим лаэ, как преданный пес.

— Хочу знать, — не отвел глаз Ллавен.

“Умничка, — думала Райга. — Тяни время, тяни… Мы должны что-то придумать.”