Месть Пламенных (Пламенная-6)

Глава 28. Охранница дворца

Райга и магистр Лин начали чертить заклинания одновременно. Самонаводящийся огненный бутон ушел вместе с более сложным заклинанием эльфа. Но гигантская птица оказалась не так проста. Тварь взмахнула крыльями, и в воздух закружились острые черные перья. Три из них пронзили заклинание Райги на подлете, и оно осыпалось обрывками лент силы. Пламя магистра Лина сложилось в огромный пылающий серп, но десяток черных перьев также разрезал его. Остальные перья понеслись к стене, на которой стоял отряд.

Миран как раз завершил заклинание, и каменная стена начала словно расти вверх, прикрывая друзей и образуя исполинский щит. Под его прикрытием темный присел и вспорол лезвием ладонь. Магистр Лин накрыл отряд тройным слоем щита — пламенная магия, эльфийская и водная сверху. Перья вонзились в него и увязли в верхнем слое. Но Райга с ужасом наблюдала за тем, как по сплетению голубых магических лент пошли трещины. Эльф нахмурился:

— Сильная. Миран, как ее убить?

— Пока не знаю, — откликнулся темный. — Это какая-то редкая тварь, Дарел ушел спрашивать у старших…

— Отвлеките ее, — приказал наставник. — Я попробую чем-нибудь ее достать.

Адепты кивнули и начали чертить заклинания. Но сначала им пришлось спешно ретироваться — перья проломили каменный щит, созданный Мираном. Райга увернулась от крупного обломка стены и выставила свой щит. Острые перья вонзились в него, и следом девушка тут же начертила веер серпов. Райтон сделал тот же самое. Семнадцать коротких серповидных лезвий ветра понеслись к перьям. Но острые черные края резали заклинание на подлете. Лавен пытался сбить подлетающие поближе перья из лука, но те были настолько твердыми, что стрелы отлетали от них. Единственное, чего добился эльф — сбил им прицел.

В это время магистр Лин успел начертить какое-то сложное заклинание из смеси пламенной и эльфийской магии. По широкой дуге оно понеслось в сторону птицы. Но черные перья тут же оставили в покое адептов и сосредоточились на том, чтобы отразить заклинание эльфа. Это оказалось сделать не так просто. Под пламенной оболочкой скользило что-то эльфийское. Зеленые струящиеся побеги захватили часть перьев и они комом рухнули вниз, на камни двора.

Выдохнуть отряду не дали. Возмущенная потерей части своего оружия птица издала еще один леденящий крик и направила остальные перья в атаку. На пути им пришлось встретить еще одну серию самонаводящихся заклинаний Райги и принца. Но результат был тот же. Магистр Лин снова выставил щиты и начал чертить новое заклинание.

— К ней не подобраться, пока мы не захватим все перья, — сказал Райтон. — Наши заклинания для этого не подходят.

Наставник согласно кивнул:

— Верно. Но, вероятно, само ее тело уязвимо для нашей магии. У нее есть клюв и когти, но она ими не атакует, а предпочитает держаться в стороне.

В этот момент из черного дыма, который поднимался от распоротой ладони Мирана, выскользнул призрачный огонек. “Дарел,” — подумала Райга. Она уже научилась отличать дух любимого брата темного. Сияющий шарик завис перед лицом юноши. На лбу Мирана пролегла складка.

Перья медленно, но верно раскалывали тройной щит наставника. Райга подвесила на одной руке толстую пламенную иглу, а с другой ладони готов был сорваться тройной воздушный молот. Это заклинание она освоила не так давно и в настоящем бою еще не использовала. Миран резко повернулся и сказал:

— Плохо. Практически от любой магии она защищается перьями. Я могу вызвать тех, кто сможет ее потрепать, но не убить… Нужна сильная потусторонняя сущность.

— Как бы еще уничтожить эти перья, — мрачно сказал Ллавен.

В этот момент последний щит лопнул, и отряду снова пришлось защищаться. Заклинание магистра Лина ушло, как и заклинания остальных. Тройной молот отбросил перья прочь. Но одно, бритвенно-острое, размером поменьше остальных, юрко вильнуло в сторону, а затем вонзилось в правое плечо Райги. Девушка зашипела от боли и схватила его, пытаясь вытащить. Порезала ладонь об острые края пера, и отпустила пламя. К ее удивлению, перо вспыхнуло и начало осыпаться пеплом. Ллавен тут же подскочил к ней и начертил целительское заклинание.

Миран проводил взглядом пепел и сказал:

— Вот оно. Их может уничтожить кровь и магия.

— Нет, — бросил через плечо магистр Лин, продолжая управлять пламенным заклинанием. — Ее крови пролилось достаточно.

Сгусток зеленой эльфийской магии в оболочке из пламенной летел к птице по зигзагообразной траектории, пытаясь избежать столкновения с перьями. Миран закатал рукава и лезвием нанес на каждую из рук по два поперечных пореза. Вокруг него из темноты соткались четыре тени с крыльями. Они издали протяжный свист и понеслись к птице, пытаясь достать ее. В этот момент острые края перьев разрушили пламенную оболочку заклинания магистра лина, и зеленоватая эльфийская составляющая отчаянно толкнулась вперед, обвивая горло птицы.

— Есть! — сказал эльф и сжал пальцы.

Удавка начала затягиваться и тянуть птицу вниз. Часть перьев закружились рядом, пытаясь разрезать путы. Им мешали заклинания принца и крылатые темные сущности, призванные Мираном. Ллавен смог остановить кровь у Райги, и девушка снова взмахнула руками, собирая магию на кончиках пальцев.

Несмотря на удавку и атаку Мирана, птица продолжала отбиваться. Ллавен проводил взглядом последние лучи заходящего солнца и сказал:

— Если вы заманите ее сюда, нам поможет Черныш.

Пес тут же появился из тени, помахивая белым хвостом. Райтон покосился на него и сказал:

— Попробуем.

И прежде, чем друзья поняли, что принц собирается сделать, он выхватил хаотаки и поднес лезвие к ладони. Кровь оросила камни. Резким движением принц отряхнул клинок и убрал его в ножны. А затем начал чертить заклинание. Голубовато-белые ленты силы сплетались в ледяные иглы. Кровь с ладони принца стекала прямо на них и вмерзала в лед. А затем целый рой самонаводящихся игл рванул навстречу острым перьям. На этот раз каждая атака достигала своей цели. Кровь и магия уничтожали их. Магистр Лин продолжал изо всех сил тянуть птицу вниз с помощью эльфийской удавки, а темные крылатые сгустки со скорбными криками атаковали птицу сверху, заставляя спускаться все ниже. В тени сверкали белые глаза Черныша, который изготовился к прыжку.

Райтон методично уничтожал перья с помощью своей крови и магии. Как только последнее перо пронзила короткая и острая ледяная игла, птица спикировала на отряд, растопырив огромные когти. Райга, Ллавен и принц одновременно выставили щиты. Магистр Лин снова дернул удавку, не давая птице прицелиться. Острые когти только скользнули по куполу.

А затем Черныш прыгнул и вцепился в горло птицы. Магистр Лин произнес несколько слов, и удавка на шее твари начала выпускать корни, врастать в камень стены, не давая существу сбросить пса и подняться в воздух. Ллавен парой заклинаний остановил крови на ладони принца.

Райтон бросился вперед и выхватил Раймато. Поморщился, сжимая черную рукоять раненой рукой. А затем вонзил клинок в то место, где у живых существ обычно находится сердце.

Тварь издала дикий крик и начала медленно осыпаться прахом. Райтон не убирал меч, пока тело птицы полностью не рассыпалось. Тогда он медленно вложил в ножны Раймато и пробормотал благодарность на но-хинском. Миран отпустил вызванных им сущностей и рухнул на колени, тяжело дыша. Ллавен тут же оказался рядом с ним. Протянуд другу пузырек кровевосполняющего эликсира и начал залечивать раны. Магистр Лин оглядел свой отряд. Райга подошла к краю стены и взглянула вниз, на город. Чувство тревоги навалилось внезапно. Она отшатнулась и пробормотала:

— Нужно продолжать путь.

Райтон в этот момент снова коснулся черной рукояти каваджищи и подтвердил:

— Здесь опасно оставаться. Пролилось слишком много крови. Тот, из леса, может учуять и прийти. Так говорит Раймато.

Магистр Лин подошел к противоположному краю стены и заглянул во двор. Райга проследовала за ним. Ллио-хен спать не собирались. Белесые тела нежити виднелись в темноте. Глаза тварей светились красным.

— Ночью они тоже хорошо видят, — констатировал наставник. — Мы потратили много магии. Наверное, придется перелететь в одну из башен с помощью “Феникса Возмездия”.

Райга вспомнила гигантскую огненную птицу, которую создавал наставник в орочьей цитадели. Миран прохрипел:

— Главное, выбрать правильное место для приземления. Мы еще не знаем, что ждет нас в самом дворце.

— Я могу слетать на разведку, — предложила Райга.

Но магистр Лин покачал головой:

— Полетим все. Твоя сила может понадобиться нам внутри. Сейчас нам всем нужно отдохнуть и восстановить магию.

С этими словами он начал чертить заклинание. Райга наблюдала за его пальцами. Четкие пламенные линии сплелись с зеленоватой эльфийской магией и сложились в огромную пылающую птицу. Магистр Лин первый забрался ей на спину и протянул руку девушке. Райга с его помощью вскарабкалась следом и устроилась позади учителя. Ллавен и Райтон занесли еле переставляющего ноги Мирана. А затем огненная птица взмахнула крыльями и взлетела.

Для ночевки выбрали самую дальнюю от города башню. На круглой площадке почти полностью сохранилась крыша. Адепты пробрались внутрь через окно, и магистр развеял свое заклинание. Пламенных лент в его источнике почти не осталось. Райга с трепетом наблюдала за вращением крохотных частиц его магии. Юноши быстро осмотрели спуск вниз и нашли небольшую комнатушку для стражи. Там они и устроились на ночлег. После ужина из сухарей и вяленого мяса, Райга завернулась в плащ и тут же провалилась в сон.

Ночь прошла спокойно. В башне их никто не побеспокоил. Благодаря магии Ллавена, к утру от ран отряда почти не осталось и следа. Когда Райга открыла глаза, то первым, кого она увидела, был наставник. Эльф стоял и смотрел на своего младшего родственника. По его лицу девушка не могла понять, какие чувства магистр при этом испытывает, поэтому поспешно села. Эльф скользнул безразличным взглядом по лицу ученицы и отошел в сторону. Райга отметила, что Ллавен хмурится во сне и сжимает руками медальон в виде цветка.

Это насторожило всех, не только наставника. Райтон и Миран тоже обменялись многозначительными взглядами, как только проснулись. Юного эльфа никто не стал будить. Все терпеливо дождались, пока он проснется сам. Долго ждать не пришлось, но после пробуждения Ллавен какое-то время выглядел немного ошарашенным и отстраненным.

После скудного завтрака магистр Лин сказал:

— Мы провели много времени в городе и много сил потратили на то, чтобы проникнуть во дворец. Будет лучше, если мы покинем Кеубиран сегодня. Но, учитывая обстоятельства, это маловероятно. Выходить из дворца с пустыми источниками опасно. Нам придется дождаться, пока у Райги и Райтона восстановится магия после предела.

— Не только, — напомнила девушка. — Сначала нам придется наполнить силой это.

Райга достала из-за пазухи круглый медальон.

Миран спросил:

— Кстати, как мы это сделаем?

Райга вспомнила свой сон и начала торопливо пояснять:

— Там есть специальный зал для этого. Достаточно положить в медальон на особый постамент и занять нужные места, все случится как-то само… Во всяком случае, Райери не показала мне ничего другого. Но до этого нам придется пройти через подземелье и весь дворец. Я уверена, что наш враг постарался, и оставил ловушки в замке. Легко не будет.

Ее друзья мрачно кивнули. Райга украдкой обеспокоенно посмотрела на магистра Лина. После ловушек в городе за него было особенно тревожно.

После завтрака отряд начал осторожно спускаться вниз. Наставник снова шел первым. Райга шагала за его плечом. Ее терзало беспокойство. Она вспоминала деревья с алыми цветами, отсутствующий взгляд магистра Лина, и все это ее пугало. Примерно на середине лестницы Ллавен внезапно остановился. Миран первым оглянулся и спросил:

— Что такое?

Юный эльф осторожно коснулся стены и сказал:

— Хорошо, что мы остались ночевать на вершине. И плохо, если нам придется ночевать здесь, внизу. Нужно успеть вернуться в башню до темноты, иначе… нас всех ждет очень и очень беспокойная ночь. Здесь есть что-то на уровне снов, чего я пока не могу понять.

Он потянулся к медальону, но Миран перехватил запястье друга.

— Не сейчас, — сказал магистр Лин. — Ты проверишь это позже. Значит, наша цель — вернуться в башню до темноты. Поспешим.

Как только отряд оказался в коридорах дворца, эльфу пришлось уступить свое место Райге. Девушка почувствовала облегчение. Теперь она шла первой, и картины сна накладывались на удручающее запустение, которое царило во дворце. От этого было горько. Когда-то прекрасный дворец, гнездо процветающего и сильного рода, превратилось в развалины. Она не думала об этом в городе. Но здесь она невольно вспоминала все части воспоминаний Райлиты, которые ей передали.

На одном из перекрестков Райга остановилась. Впереди лежал знакомый до боли коридор. Идти туда было не обязательно. Даже, скорее, не нужно. Это слишком напоминало ее кошмары. Но искушение было так велико, что Пламенная не выдержала. Она оглянулась на своих друзей и уверенно сказала:

— Свернем сюда, хочу кое-что проверить.

Время ничего не оставило от дверей тронного зала. Девушка медленно приближалась к высокому дверному проему. Друзья словно чувствовали ее напряжение. Никто не задавал вопросов и не пытался ее остановить. Магистр Лин скользил за ее спиной молчаливой тенью. Райтон шел следом, и это придавало уверенности. Она не одна. Она не Райлита. И она сможет победить. Девушка немного помедлила, а затем подошла к порогу тронного зала.

Внутри тоже ничего не осталось. Ни намека на предметы обстановки или кости погибших. Стены и пол покрывала сажа неестественного красноватого оттенка. Прошедшие годы оставили ее нетронутой. Ее, и несколько горстей красного пепла.

Ллавен за ее спиной четко сказал:

— Это комната из твоего сна. Все случилось здесь, верно? Здесь он убил Кеуби.

Райга медленно обвела взглядом зал и прошептала:

— Нет. Здесь он не просто убил Кеуби. Здесь он получил свою силу. Кровавый огонь впервые зажегся в этом зале.

Нужно было молчать, но об этом девушка не подумала. Печать проснулась сразу, боль накатила волной, и вслед за ней первый раз пришла жгучая ярость. Райга обнаружила, что сидит на полу, на пороге зала. Магистр Лин опустился рядом и в его глазах она увидела отражение своего гнева.

Позже Райга не могла понять, что подстегнуло ее. Это нечаянное пробуждение Печати, которое снова показало, что она не свободна. Или чувства наставника, которые ощущались совершенно отчетливо. Но Райга протянула руку и коснулась красной сажи. Пламя сбежало с ее пальцев и быстрыми ручейками побежало по полу и стенам, сжигая красный пепел. В ней было столько злости, что про артефакт она даже не вспомнила. Вливала силу, разматывая источник. Вскоре от сажи не осталось и следа, а пепел стал обычным, серым. Ветер залетал в пустые оконные проемы, подхватывал его и уносил.

И тогда Райга увидела это. Сначала она не поняла, что видит перед собой. Белые линии на плитах зала складывались в знакомый узор. Девушка в ужасе зажала рот ладонью, рассматрива тот рисунок, который она видела в день, когда ей поставили Печать. Рисунок, который преследовал ее во снах. А затем ее снова захлестнуло бешенство, и пламя потекло по полу. Камень плавился, искажая ненавистный белый узор, уничтожая его.

Когда источник опустел, она совершенно бездумно потянула заемную силу.