Маска тишины

Глава 13

Это началось сразу после того, как Лина пришла в себя в старом особняке на Васильевском острове. Точнее, в тот момент вокруг происходило слишком много странного, и она сама еще не до конца понимала, где она и что тут делает. А вот уже оказавшись в отеле и как следует отдохнув, увидела это.

Лина тогда вышла из душа, и в запотевшем от пара зеркале ей показалось, что за спиной кто-то стоит. Она быстро протерла стекло, но позади уже никого не было. Списала на усталость и общее перенапряжение. Тем более после возвращения в Москву все прекратилось. Но ненадолго.

Второй раз она увидела тень за своей спиной на работе. Выдалось сложное дежурство, и, когда Лина под утро зашла в туалет, чтобы умыться, в зеркале снова кто-то стоял. Но и тогда она объяснила все усталостью и стрессом.

Однако со временем это стало случаться чаще. Лина что-то видела в зеркалах, в отражениях витрин на улице, в окнах поезда метро. Сначала не понимала, что это, думала, что сходит с ума. Первая догадка посетила ее, когда она увидела окровавленную девушку в окне магазина на Тверской. Обычно Лина сразу отворачивалась, но в тот момент что-то заставило ее задержать взгляд на девушке. Быть может, она просто не сразу поняла, что девушки не существует, слишком реальной та казалась. Высокая блондинка, молодая, красивая. Одета как большинство людей вокруг: джинсы, яркая футболка, длинный кардиган. Только вот на футболке расплывалось красное пятно, голова тоже казалась разбитой, волосы на виске слиплись от крови. И только когда сквозь девушку прошел человек, Лина вздрогнула и обернулась. За ней никого не было. Точнее, люди спешили по своим делам, но никакой девушки с разбитой головой не было. Лина поспешила дальше и, едва завернув за угол, увидела толпу. Сразу поняла, что кого-то сбила машина. Профессиональная этика не позволила пройти мимо, и несколько секунд спустя, растолкав зевак, она увидела ту самую девушку в яркой футболке. И еще до того, как подошла к ней, Лина уже понимала, что девушка мертва.

После этого она пару раз пыталась разглядывать тех, кого видела. Иногда они были похожи на настоящих людей, иногда заметны были лишь тени. Но каждый раз Лина чувствовала, как собственное сердце при этом бьется в истерике от ужаса, и быстро разрывала зрительный контакт.

И вот сейчас, стоя за тридевять земель от дома, ночью, в старом полуразрушенном склепе, она вываливала все это на Стефана, который десятки раз уже пытался выяснить, что происходит, и двух малознакомых людей. Наверное, в глубине души Лина боялась, что они посмеются над ней, может быть, отправят к психиатру. Скажут, что она просто впечатлительная барышня, столкнувшаяся с аномальным и потому немного поехавшая крышей. Потому что вот же Лу, которая тоже была с ней в том зазеркалье, но живет себе нормально, ничего такого не видит.

Однако никто не смеялся. Все смотрели на нее серьезно, даже Дэн не отпустил ни одной глупой шуточки. В глазах Стефана — искреннее сочувствие. У Лу скорее интерес, но тоже не насмешка.

— Почему ты молчала все это время? — спросил Стефан. — Я ведь спрашивал.

Лине нечего было на это ответить. Он действительно спрашивал. Много раз. Но Лина привыкла справляться со своими проблемами самостоятельно, быть поддержкой и опорой, а не наоборот. Правда, в этот раз она скорее бежала от проблем, а вовсе не справлялась с ними.

— А ты бы сказал? — только и спросила она. — Сказал бы о таком кому-то? Ты три года молчал…

Она оборвала себя. Ни Лу, ни Дэн понятия не имели, зачем Стефан ищет все эти артефакты: сначала зеркало, теперь маску. Знали только она и Крис. На лице Стефана не дрогнул ни один мускул, но Лина точно знала: он недоволен ее оговоркой, за которую тут же ухватилась Лу:

— О чем это ты молчал три года, профессор?

— Ни о чем, — оборвал ее Стефан, и прежде, чем Лина успела бы придумать, как исправить свою оплошность, на помощь пришел Дэн:

— Значит, и сейчас ты что-то увидела в отражении телефона?

— Да, — кивнула Лина. И вдруг сделала то, чего сама испугалась: — Дай мне телефон.

Может быть, пришла пора перестать бегать от себя самой? Да, возможно, темный разрушенный склеп — не идеальное место, чтобы проверять собственную смелость, но рядом с ней люди, которые ей верят. Которые не посмеялись над ней. А значит, лучшего места и времени просто не будет.

Лу медленно, будто сомневаясь, протянула ей айфон. Лина взяла его осторожно, мысленно собираясь с силами. Почувствовала, как ее плеча коснулся Стефан, легонько погладил через тонкую кофту. Затем поднесла телефон к лицу и повернула темным экраном к себе. Несколько секунд пришлось осторожно водить телефоном из стороны в сторону, всматриваясь в него. Но, как бы Лина ни была готова, все равно вздрогнула, когда в самом углу экрана наконец увидела тень. Чуть-чуть подправила телефон, чтобы видеть лучше.

Тень стояла позади Стефана. Она не шевелилась, но Лина чувствовала: она живая. Если так, конечно, можно сказать о призраке, или что там это вообще такое. Лица было не разглядеть, как и деталей одежды. Лина знала только, что это что-то темное. Призрак с равным успехом мог быть как мужчиной, так и женщиной. Чем больше Лина разглядывала тень, тем отчетливее понимала: это не так страшно, как она думает. Да, сердце бьется куда сильнее, чем обычно, но у кого не было бы тахикардии, когда он разглядывал бы то, что не видят другие? И все же тень ей не угрожала, а будто… звала куда-то?

Словно поняв, что Лина догадалась о ее желании, тень медленно обошла Стефана и направилась к выходу из склепа.

— Идемте, — скомандовала Лина, внимательно глядя в телефон и стараясь не упустить тень из виду.

Идти было неудобно, поскольку ей все время приходилось заглядывать в телефон боком, и она была рада, когда Стефан взял ее под руку, а Дэн подстраховывал обоих на особо крутых спусках.

Поначалу Лина не понимала, куда именно ведет их призрак, и, лишь когда впереди в лунном свете мелькнула белая крыша беседки, догадалась, что они идут к бывшему дому Циани.

— Оказывается, тут есть другая дорога, — очень тихо произнесла сзади Лу.

И действительно, призрак привел их к дому другой тропинкой. Куда короче, но сложнее. Привел — и исчез за высоким забором, очевидно, приглашая внутрь.

— Он хочет, чтобы мы вошли, — сказала Лина, останавливаясь перед забором.

— Как? — мрачно поинтересовался Стефан, разглядывая высокую стену.

— Да что мы, не перелезем, что ли? — фыркнула Лу.

— Зачем перелезать, если у нас есть ключ от ворот? — подмигнул Дэн.

— Точно! — обрадовалась Лу. — Ключ же!

— Откуда у вас ключ? — не понял Стефан.

— Так сама хозяйка и дала, — усмехнулся Дэн. — Чтобы мы потом, дескать, через двор прошли, не обходили вокруг. А после велела под камень положить.

Стефан смерил его заинтересованным взглядом, но Дэн лишь развел руками:

— Что? Я умею нравиться женщинам!

— Да если б не мое лишнее присутствие, они, может, и переспали бы сразу, — с иронией заметила Лу.

— Эй-эй! — поднял руку Дэн. — Я тебе не какой-нибудь там…

— Какой? Когда зеркало искали, у тебя дома девица была, даже имени которой ты не знал!

— Единичный случай!

— Не сочиняй!

— Ладно, — оборвал их Стефан. — Давайте об этом потом.

— Давайте об этом никогда? — с невинным видом предложил Дэн.

— Так где ключ?

— Ключ под камнем у главных ворот, как и было велено. Знаете что? Идти всем вокруг не имеет смысла. Ждите здесь. Я обойду двор, заберу ключ и открою вам эту калитку уже изнутри.

Дэн скрылся в темноте, а остальные остались ждать. Лу огляделась и первой уселась на большой камень. Лина последовала ее примеру, Стефан остался стоять.

— Знаете, что самое смешное? — прервала молчание Лу через несколько минут. — Я могу открыть эти ворота безо всяких проблем и ключей.

Лина удивленно посмотрела на нее. Стефан рассказывал ей, что Лу вроде как телекинетик, может двигать предметы взглядом, но никогда раньше Лине не доводилось этого видеть. В тот момент, когда Лу демонстрировала свои способности, Лина была в отключке.

— Зачем тогда мы отправили Дэна за ключом? — поинтересовался Стефан.

— Он меня бесит, — пожала плечами Лу.

В этом Лина была с ней солидарна. Ее Дэн тоже раздражал бесцеремонностью и бесконечными попытками флирта. Не то чтобы Лина не умела с этим справляться, но каждый раз где-то очень глубоко внутри в ней поднимала голову та девочка, которая была уверена, что это не флирт, а грубая насмешка. Что, если она ответит, Дэн будет удивлен: неужели она на самом деле решила, что интересна ему? Боже, как это смешно и нелепо! Она себя в зеркало видела? Разве она может быть кому-то интересна?!

Лина себя в зеркало видела, но ту девочку не смогли переубедить ни ее ухоженная внешность, ни трехлетние отношения с завидным вдовцом Стефаном, по которому вздыхала половина его знакомых. Детские паттерны были слишком сильны. Лину иногда посещали мысли пойти в терапию, но она тут же отбрасывала их, представляя, как придет к психологу и скажет, что не уверена в себе. Психолог увидит перед собой красивую молодую женщину и решит, что она спятила. Потому что такие, как Лина, не могут быть в себе не уверены, ведь перед такими, как она, штабелями падают мужчины. Вот и получался замкнутый круг. Впрочем, Лина предпочитала о нем не думать.

— Войдем сейчас или не будем уязвлять его самолюбие? — подмигнула Лина.

— Зря ты это сказала! — воскликнула Лу, тут же подскакивая с камня.

— Злые вы, девочки, — прокомментировал Стефан.

— Можешь проявить мужскую солидарность и подождать его тут, — предложила Лу.

Естественно, никакую солидарность Стефан проявлять не стал, и к калитке они подошли втроем. Что именно сделала Лу, Лина так и не поняла. Со стороны казалось, что она просто со всех сторон осмотрела замок, затем пошевелила в воздухе пальцами, и калитка открылась.

Они вошли во двор, и почти сразу из-за дома, тихонько насвистывая, вышел Дэн. Увидев их, он остановился.

— Как вы… — затем перевел взгляд на Лу. — Я должен был об этом подумать!

— Ну, не подумал, — пожала плечами Лу. — Очевидно, ты не такой сообразительный, как тебе кажется.

— Надеюсь, ты так не открываешь мужские спальни? — подмигнул Дэн, мгновенно меняя тему разговора на то, в чем он был хорош.

— Только если там интересные экземпляры, — не осталась в долгу Лу. Вот уж кто был в себе уверен на все сто, Лина даже завидовала.

— Тогда я запрусь посильнее, — продолжал Дэн.

Лу осмотрела его с ног до головы, заметила:

— Ты можешь дверь вообще нараспашку оставить.

— Что, тебя не впечатляет моя харизма?

— Харизмой ты называешь эту смесь самодовольства и тройного одеколона?

— Поверь мне, харизмой я называю кое-что другое…

— О боже, — выдохнула Лина, отходя в сторону.

Стефан последовал за ней, оставляя играющую в словесный теннис парочку в стороне. Лина вытащила телефон, взглянула в него теперь смелее. Однако призрака нигде не было. Она медленно оборачивалась вокруг своей оси, стараясь не пропустить ни миллиметра за спиной, но видела лишь темный заросший двор, покосившиеся строения и ничего больше.

— Он исчез, — разочарованно сказала она, внутренне удивляясь, что расстроена этим.

Только недавно эти тени в отражении пугали ее до чертиков, а теперь она расстроена, что их нет! Но, раз уж забрались в чужой двор, хотелось бы понимать, зачем именно.

— Посмотри получше, — попросил Стефан. — Если он позвал нас сюда, должен быть где-то здесь.

— Не думаю, что он нам что-то должен… — пробормотала Лина, по-прежнему вглядываясь в темный экран смартфона, и вдруг увидела его.

Увидела, и теперь ясно осознала, что это женщина: верх одежды походил на лиф от платья, темные волосы были распущены по плечам. Призрак стоял за окном первого этажа в доме и будто бы смотрел на них.

— Там, — она указала рукой себе за спину. — В окне.

Стефан обернулся, будто мог разглядеть тень, но, конечно же, ничего не увидел.

— Ты уверена?

Лина кивнула. Стефан повернулся ко все еще препирающейся парочке и сказал громким шепотом:

— Он в доме!

Стефан не хотел говорить громко, хотя едва ли кто-то посторонний мог его услышать. Здесь попросту никого не было, кроме них. Ну, и призрака в окне.

Лу и Дэн тут же подошли к ним.

— Уверены? — повторила Лу вопрос Стефана.

— Я вижу его, — подтвердила Лина. — Точнее, ее. Это женщина.

— От дома ключей у меня нет, так что твой выход, рыжая, — развел руками Дэн.

— Кто бы говорил! — фыркнула Лу.

С входной дверью дома она возилась куда дольше. Коротко чертыхалась, просила Дэна подсветить ей фонарем, кусала губы, но замок наконец поддался, и дверь нехотя распахнулась, будто изнутри кто-то держал ее до последнего. В лицо сразу дохнуло холодом и застоявшейся сыростью, почти как в склепе. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом старой древесины, пыли и чего-то металлического. Не было ни намека на то, что еще несколько часов назад дом проветривали.

Внутри царила та тишина, от которой закладывает уши. Дом, кажется, слушал их шаги затаив дыхание. Половицы стонали под ногами, как будто жаловались на то, что их снова тревожат.

Они прошли в гостиную: обшарпанную, с потускневшими зеркалами, клочьями пыли на столах и чуть мятыми покрывалами на диванах. На стене висели портреты, лица на которых едва угадывались сквозь пыль и трещины лака. Казалось, глаза стариков следили за каждым их движением.

— Днем тут было поприятнее, — поежилась Лу, оглядываясь по сторонам.

Лине потребовалось несколько минут, чтобы снова поймать тень в экране смартфона. Здесь делать это было сложнее: лунный свет в комнату почти не проникал, а фонари были слишком яркими и слепили, поэтому от них Лине пришлось отказаться и просить ребят светить в сторону, а не на нее. Тем не менее скоро в темном экране снова показался призрак, застывший у небольшой арки, ведущей куда-то вглубь дома. Лина шагнула за ним, и вскоре вся компания очутилась у неприметной двери. Та почти сливалась со стеной, и, если бы не призрак, они прошли бы мимо, не заметив. Прежде чем открыть ее, Дэн приложил к ней ухо, прислушался.

— Оттуда тянет холодом, — произнес он, проведя рукой по краю.

— Держу пари, за ней подвал, — догадался Стефан.

— Призрак ведет нас в подвал? — поежилась Лу.

— И мы, конечно же, за ним пойдем! — усмехнулся Дэн.

— Кто испугался, может остаться здесь, — не удержался Стефан.

Желающих не нашлось. В глубине души Лина признавалась себе, что в другой ситуации осталась бы она, но теперь у нее не было такой возможности. Как только Дэн распахнул дверь — на этот раз обошлись без помощи Лу, — Лина собралась шагнуть внутрь, но Стефан оттеснил ее.

— Сначала я, — сказал он, смело шагая в темноту и разрезая ее лучом фонаря.

— У нас есть кандидат переломать ноги! — весело прокомментировал Дэн.

— Вот бы ты себе язык переломал, — тут же отозвалась Лу.

— Разочарую тебя, рыжая: в языке нет костей. Доктор, подтверди!

Лина ничего не ответила. Вместо этого шагнула вслед за Стефаном. Под ногами заскользили каменные ступени, неровные и влажные, будто веками по ним стекала влага со стен и потолка. Воздух становился все гуще, тяжелее и пах не просто сыростью, а какой-то старой, забытой жизнью. В фонарных лучах мелькали пылинки, похожие на крохотных насекомых, застывших в вечности.

Стефан медленно шел впереди, светил вниз, стараясь не оступиться. Перил здесь не было, держаться оказалось не за что, поэтому все были предельно аккуратны.

— Ну и запах, — пробормотала Лу сзади. — Здесь точно хранили не только вино.

— Может, тела, — отозвался Дэн, и Лу шикнула:

— Заткнешься ты сегодня или нет?

Подвал оказался просторнее, чем они ожидали. Сводчатый потолок лежал на каменных стенах, пол был неровным, поэтому приходилось внимательно смотреть себе под ноги. В углу действительно стояли бочки, в которых когда-то могли хранить вино. На полу валялись тряпки, скрюченные, словно кто-то оставил их здесь, а они со временем сами стали частью этого мрака. Пыль на полу еще сохранила чьи-то следы, но они казались такими древними, что едва ли кто-то спускался сюда в последние лет сто.

— Эта мебель не венецианской эпохи, — возразил Стефан, когда Лина озвучила свои мысли. — Середина двадцатого века. — Он указал на что-то, напоминающее сервант, в углу.

— Куда дальше? — шепотом спросила Лу, оглядываясь по сторонам.

— Не знаю. Не вижу его, — призналась Лина. У нее уже начинали болеть глаза от постоянного вглядывания в черный экран, и она боялась, что скоро совсем перестанет что-либо видеть.

Дэн тем временем обошел огромный подвал, который казался куда больше дома, остановился в дальнем углу. Большой сундук почти закрыл его от остальных, и, если бы не свет фонаря, Лина и вовсе не знала бы, куда он подевался.

— Ребят, здесь дверь! — громко позвал Дэн.

Все ринулись к нему. Дверь оказалась практически вмурованной в стену. Спрятанная за тяжелым шифоньером, она была еще более незаметной, чем та, что привела их сюда. Если предыдущую пытались скрыть люди, вписав в интерьер, то эту скрывало само время. И большой шифоньер, который будто поставили сюда нарочно.

— Попробуем? — предложил Дэн, неуверенно взглянув на Стефана.

Тот кивнул, закатал рукава свитера и подошел к шифоньеру. Вдвоем с Дэном они еле-еле отодвинули его от стены на небольшое расстояние, позволявшее подойти к двери. Лу помощь не предлагала. То ли устала, то ли ждала, что мужчины ее попросят, но они решили справиться сами. А вот с дверью ей пришлось помочь. Та была оснащена большим, очень старым врезным замком. Даже если бы в нем торчал ключ, едва ли его удалось бы провернуть. Но ключа не было, а потому Лу пришлось отодвинуть мужчин в сторону и присесть возле замка.

Она возилась не меньше пятнадцати минут. Лина видела, как по вискам Лу стекают капли пота, а по щекам — слезы, но так ничего и не вышло.

— Не могу, — призналась Лу, вставая. — Слишком непонятный механизм, еще и заржавевший.

— Интересно, кому понадобилось запирать дверь подвала на такой замок? — задумчиво проговорил Дэн.

— Может, там те самые сокровища? — предположила Лу. — Если вы мне поможете, откроем ее простой физической силой, без ключа.

С физической силой тоже возникли проблемы. Дверь открывалась наружу, и на ней не было ручки, чтобы за что-то можно было ухватиться. Лу уперлась руками в воздух, будто бы в дверь, и медленно, миллиметр за миллиметром, тянула ее на себя, вырывая петли. И лишь когда та приоткрылась на расстояние, в которое можно было просунуть пальцы, Дэн и Стефан смогли ей помочь. Им это тоже давалось нелегко, Дэн даже скинул свитер, оставшись в одной футболке. Впрочем, Лина не удивилась бы, если бы выяснилось, что он сделал это исключительно для того, чтобы поиграть мускулами.

Наконец между стеной и дверью образовалась щель, в которую мог проникнуть человек. Лу, как самая маленькая и юркая, первая скользнула внутрь, и вскоре послышался ее голос:

— Не то чтобы вы удивитесь, но тут скелет.