Космонавт. Том 5

Глава 5

К тому моменту, когда мы с Власовым добрались до моего дома, он успел утвердиться в мысли, что вечер просто обязан принять не просто культурный, а семейный оборот.

Началось всё ещё по дороге. Сначала он, как обычно, паясничал и говорил, что после серьёзных научных дискуссий организму жизненно необходимо восполнять потерю нервных клеток чем-нибудь пенным и, желательно, холодным.

Потом с той же серьёзностью сообщил, что пиво — напиток, конечно, достойный, но употреблять его в отрыве от нормальной закуски почти преступно. А ещё через пару минут вдруг остановился посреди дорожки, щёлкнул пальцами и посмотрел на нас с Олегом с таким видом, будто только что лично спас советскую космонавтику от неминуемого краха.

— Слушайте, — заявил он, — а чего мы вообще как сироты?

— В каком смысле? — спросил я.

— В самом прямом. Чего мы по углам жаться будем, как будто у нас ни кола ни двора? Айда ко мне.

— А не поздно ли? — переспросил я.

— Вот ещё, — фыркнул Коля. — Между прочим, мы ещё не отпраздновали наше с Маришкой новоселье. А она сегодня с утра у плиты вертелась. Да и давно говорит, чтобы я вас пригласил. А то столько о вас слышит каждый день, что вы ей уже почти как родные. К тому же она сегодня как раз обещала котлет наделать. А знаете, какие у неё котлеты? — Коля зажмурился и цокнул языком. — Закачаешься!

— Ты сейчас нас в гости зовёшь или котлеты рекламируешь? — не удержался я.

— Всё вместе, — не смутился Власов. — Одно другого у меня, к счастью, не исключает. Маринка у меня настоящее сокровище. Заодно жён познакомим друг с другом.

— Ну-у, — протянул я. — Идея в целом неплохая. Всяко лучше, чем на улице сидеть. Тем более, кажется, дождик начинается. Да и женщины наши, поди, заскучали вдали от цивилизации и привычных развлечений. А с нашим графиком в Москву нечасто выбраться можно.

— Вот именно! — обрадовался Власов. — Значит так, Олег, дуй за Галкой. А мы пока с Серёгой за Катей сходим. Встречаемся у меня. Олег в курсе, где я живу. Будем знакомиться семьями. Всё равно давно собирались. Чем не повод? Новоселье опять же.

Он был так доволен своей идеей, что спорить с ним совершенно не хотелось. Да и идея мне нравилась не только потому, что сам отдохну, но и для Кати будет полезно. Она хоть и старается не подавать виду, но я вижу, что ей не хватает общения.

— Ладно, — сказал я. — Но сначала нужно у Кати и Галки спросить, хотят ли они куда-то идти сегодня. А то ты сейчас распланируешь за всех, а они, может, уже спать легли или другие планы имеют.

На том и порешили. Олег вскоре свернул в другую сторону и пошёл к себе домой, ну а мы продолжили идти прямо. До нашего с Катей дома оставалось минуты две ходу.

— Не спит, — проговорил Власов, когда мы подошли к моему дому. — Вон у вас свет в окне горит.

Я поднял голову.

Свет действительно горел. И, как обычно это бывало, в душе всколыхнулось тёплое, нежное чувство. Катя всегда ждала меня, даже если я задерживался допоздна. Это невероятно грело душу. Приятно осознавать, что ты возвращаешься в место, где тебя всегда ждут и где тебе всегда рады.

— Ну, ты чего застыл? — пихнул меня локтём Власов. — Передумал?

— Нет, — ответил я и шагнул к подъезду. — Просто задумался.

— А-а, — протянул он и шагнул следом за мной. — Думать — это хорошо. Думать — это полезно. Только много не надо. От этого, говорят, лысеют. А у тебя вон какая шевелюра. Жалко будет.

— Да иди ты, — хохотнул я и взбежал вверх по ступенькам.

— Что-о? — притворно удивился Власов, еле сдерживая смех. — Ты видел наших умников? Хоть один из них может похвастаться шикарной гривой? Нет. Все как один зайчиков на солнышке пускают своими лысинами.

Поднялись мы быстро. Власов по привычке гремел сапогами так, будто шёл не в гости, а штурмовать укреплённый район, но это уже было неисправимо. Я только головой покачал и первым позвонил в дверь.

Катя открыла почти сразу. На ней было простое домашнее платье, волосы кое-как собраны, на лице застыло выражение усталости и сосредоточенности, которые почему-то удивительным образом не мешали друг другу.

Живот уже вполне заметно округлился, и от этого у меня всякий раз внутри происходило что-то странное. Вроде давно знаю, что она беременна. Головой всё принял, жду появления ребёнка и очень этому рад. А всё равно каждый раз, когда вижу её вот такую — домашнюю, чуть уставшую, с этим новым мягким округлым контуром, — меня будто заново догоняет.

При виде меня Катя улыбнулась и перевела взгляд на Власова, слегка приподняв брови.

— Ого, — проговорила она. — Здравствуйте. Не знала, что у нас будут гости. Серёжа, а ты чего не предупредил? Я бы на стол накрыла. В порядок себя привела.

— Гости — это я, — немедленно подтвердил Власов, шагнув вперёд с такой важностью, будто явился как минимум в составе дружественной делегации. — Добрый вечер, Екатерина Георгиевна. Я с официальным предложением.

— Мне уже страшно, Николай, — ахнула Катя, но в глазах у неё мелькнула улыбка. — Вы проходите, проходите. Так и будете на лестнице агитацию проводить?

Она посторонилась, и мы прошли в квартиру.

— И правильно, — согласился Коля, когда я закрыл за нами дверь. — Предложение очень серьёзное. Вы с Серёгой сейчас быстро собираетесь и идёте к нам. Отмечать наше новоселье, знакомиться с Маринкой, есть котлеты и культурно проводить вечер. Олег пошёл за Галкой. Отказ не принимается, потому что я уверен, что Маринка уже наготовила столько, что один я это точно не осилю, а выбрасывать её котлеты — это почти преступление против Родины.

Катя перевела взгляд на меня.

Я пожал плечами.

— Идея родилась спонтанно. Поэтому без предупреждения. Только он особенно напирает на котлеты. Полагаю, это главное, что его по-настоящему волнует.

— Неправда, — возмутился Власов. — Меня волнует ещё и культурный обмен между молодыми семьями нашего славного городка.

— Под котлеты? — уточнила Катя, не сдерживая улыбки.

— Под них особенно хорошо идёт любой культурный обмен, — серьёзно заверил он.

Катя тихо рассмеялась. Негромко, но так, что меня окончательно отпустило внутреннее напряжение, которое оставалось после семинара.

— Вы проходите пока в зал, а я пока переоденусь, — сказала она, отступая в сторону.

Мы разделись, разулись и прошли в зал. На столе в комнате лежали раскрытые книги и Катины конспекты, рядом стояли кружка и тарелка с одиноким бутербродом. Несмотря на своё положение, она продолжала учиться. Сказала, что не хочет выпадать из общего ритма. Я не был против, только старался следить по мере сил и занятости, чтобы не сильно перенапрягалась. Она у меня натура увлечённая. Если погрузится в работу, забудет и про сон, и про еду. В этом мы с ней, как оказалось, сильно похожи.

— Дайте мне пять минут на подготовку, — проговорила Катя, направляясь к нашей спальне. — Я мигом обернусь.

— Екатерина, да хоть десять, — великодушно разрешил Коля.

— Благодарю, Николай, за вашу щедрость, — хихикнула Катя и скрылась в нашей комнате.

Собралась она и правда быстро, уложилась в озвученные пять минут. Коля аж на часы глянул и поражённо цокнул языком, сказав что-то про женщин, сборы и пять минут, которые обычно и не пять минут вовсе.

По дороге к Коле мы разговорились. В основном Катя спрашивала о Марине и о том, как она привыкает к Звёздному городку. Коля отвечал без лишней рисовки, и мне это нравилось. Было видно, что он по-настоящему дорожит женой. Громких слов он не бросал — не в его характере. Катю особенно подкупило то, что у Коли не было привычки, как у некоторых мужчин, делать вид, будто всё домашнее происходит как-то само собой.

— Освоилась она быстро, — говорил Коля. — Даже быстрее меня. Я ещё думал, куда что поставить и как тут вообще жить, а она уже решила, где что будет лежать, как лучше переставить стол и почему занавески, которые я хотел оставить, годятся только на тряпки.

— Бойкая она у тебя, — заметила Катя.

— Мариша такая, — с улыбкой кивнул Коля. — С ней квартира на квартиру похожа, а не на временный пункт дислокации.

Постепенно разговор сошёл на нет, потому что мы уже подошли к дому Власовых. Жил он на втором этаже, поэтому долго подниматься не пришлось.

Марина встретила нас в коридоре, когда мы уже вошли. Точнее, она выглянула из кухни, услышав звук открывшейся двери. На кухне слышны были голоса. Значит, Олег с Галей уже пришли. О чём и поспешила поведать Марина:

— Ну, наконец-то все в сборе! А мы вот ждём вас тут. Здравствуйте, я Марина.

Она подошла и по-простому стала протягивать нам с Катей руку. Я скосил взгляд на Катю и увидел, что напор Марины её несколько ошарашил. Но не в плохом смысле, просто отвыкла она от таких активных людей.

А Марина и впрямь оказалась очень активным человеком. Она буквально фонтанировала энергией. На вид она была вся как будто мягкая, округлая, сбитая. О таких обычно говорят: кровь с молоком. Вроде Коля упоминал, что она родом из какой-то деревни. Очень домашняя на вид и уютная. Одета она была так же — без заморочек, по-домашнему.

— Очень рада знакомству, — проговорила Марина и поманила нас с Катей на кухню. — А то Коля всё рассказывает о вас, рассказывает, а лично вас не кажет.

Особо располагали к себе её лучистые голубые глаза, которые, казалось, всегда улыбались, даже когда женщина была серьёзной. Правда, мне показалось, что такие моменты случались крайне редко, потому что улыбка не сходила с её лица. Завершала образ толстая русая коса, которую она то и дело перекидывала с одного плеча на другое, и задорные ямочки на щеках.

Мы с Катей переглянулись, и она украдкой показала мне, мол, вот это харизма и напор. Я улыбнулся и пожал плечами. Ну а чего ещё было ожидать от Коли? Он и сам человек-ураган. И жену выбрал себе под стать.

Когда мы вошли на кухню, Олег встал и представил нам свою жену. Вот Галю я совершенно иначе представлял по рассказам Олега. Он говорил о ней как о болтушке-хохотушке, а на деле перед нами сидела весьма чопорная молодая женщина.

Они с Мариной сильно контрастировали. Если жена Коли была простая в общении и поведении, то Галя держалась немного отстранённо, даже, я бы сказал, церемониально. Одета она была по последнему писку моды, причёска уложена волосок к волоску. Движения все выверенные, ни единого лишнего жеста или слова. Ну а на Марину она и вовсе поглядывала с явным недоумением.

За столом мы разговорились. В основном речь шла об обычных бытовых вещах, с которыми сталкиваешься при переезде. Несколько раз речь заходила о последних фильмах, которые только-только вышли в прокат. Об этом говорила в основном Галя. Она вообще хорошо ориентировалась в светской жизни Москвы. Отец у неё то ли режиссёр, то ли оператор — я так и не понял.

Ну а котлеты и правда оказались выше всяких похвал. Здесь Коля не соврал и даже приуменьшил. Я таких не ел вообще нигде. В обеих жизнях.

Не соврал Коля и в количестве приготовленной еды. Если Марина его постоянно так будет кормить, то он ни в один скафандр не влезет.

— Ой, — подскочила Марина, хотя только присела после того, как поставила на стол глубокую тарелку с изумительно выглядящими пельменями. — Я ж сметанку забыла! Она у нас, знаете, какая?

— Закачаешься? — предположил я и подмигнул Коле. Тот скорчил рожицу мне в ответ и кивнул.

— Именно шо так, — подтвердила Марина и выставила на стол плошку со сметаной, в которой ложка стояла. — Мы её сами делаем, — похвасталась Марина и снова продемонстрировала нам ямочки на щеках. — У родителей свои коровки имеются…

Далее Маринка начала описывать хозяйство, которым обладают родители, а также рассказала несколько историй, с этим связанных. Забавные, простые, житейские истории. Мы в целом посмеялись, потому что Марина оказалась отличной рассказчицей. Чуть ли не в лицах нам всё пересказывала, меняла интонации.

Но не всем из нас эти истории пришлись по душе. В какой-то момент Галя встала, отошла к окну и, щёлкнув зажигалкой, проговорила скучающим тоном:

— Да уж, и правда… Можно вывести из деревни, но деревню…

Она затянулась и выдула плотную струю дыма в форточку. За столом повисла неловкая пауза. Олег покраснел и чуть ли не уткнулся носом в тарелку с теми самыми пельменями. Коля внешне остался невозмутим, и только по его раздувшимся крыльям носа я понял, что он еле сдерживается, чтобы не сказать что-то в ответ. Исключительно из уважения к другу, ну и потому, что Галя всё же женщина.

В целом Галя не обращалась ни к кому конкретно, даже не смотрела в нашу сторону. Но, как по мне, перегнула. Да, Марина немного простовата, лишена городских манер, но она отличный, живой человек.

И одна Марина ничего в действительности не поняла. Правда, при виде наших лиц улыбка её немного померкла, стала более неуверенной. Она даже рот открыла и наверняка хотела спросить что-то типа: «А шо такое?» Но Катя её опередила:

— Вы знаете, Марина, мне очень понравились ваши истории. Мои бабушка с дедушкой тоже в деревне жили. Правда, у них хозяйство поменьше было. В основном куры и кролики. Но я их обожала, особенно цыплят. Они такие милые.

Марина вновь широко улыбнулась и кивнула, мол, да, милые.

— А ещё я искренне убеждена, что именно на таких людях, как ваши родители и мои бабушка с дедушкой, держится наша огромная страна. Это великий труд, достойный уважения. Без них было бы совсем туго.

Олег кашлянул, наконец-то его лицо вернуло себе свой нормальный цвет. Но пара красных пятен всё ещё видна была на шее.

— Согласен с вами, Екатерина, полностью.

Катя посмотрела на него, мягко улыбнулась и благодарно кивнула. Потом она вновь посмотрела на Марину и продолжила:

— Вы говорили, что у вас альбомы есть? Покажете? Только пойдёмте, пожалуйста, в комнату. Думаю, мужчины нас простят. Душно здесь что-то. Да и с недавних пор, — она погладила себя по животу, — у меня острая непереносимость табачного дыма. Вплоть до тошноты.

Сказав это, Катя поднялась и с решительным видом развернулась к двери, задвинув стул перед этим. На Галю она демонстративно не смотрела. Но по тому скрежету, с каким она задвинула стул, я понял, что Катя в ярости.

Когда Галя докурила, Олег виновато посмотрел на Колю и выдавил:

— Ты извини, Коль. Галка, она в целом… Ну… — он замялся, подбирая слова, но получалось у него плохо, потому что он сам не верил в то, что говорит, и это было хорошо видно. — В общем, не со зла она, Коль…

— Да я понимаю, друг, — улыбнулся Коля и хлопнул Олега по плечу. — Но давай в следующий раз ты без неё, лады? Я с дамами воевать не приучен, но Маринку в обиду не дам. А сама она, как ты видишь, слишком хорошего мнения о людях.

Олег понятливо кивнул.

— Тогда мы, пожалуй, пойдём. Поздно уже, а завтра вставать рано. Тренировки.

Коля кивнул, а потом встал и пошёл провожать чету Вороновых.

Я глянул на часы и понял, что время и правда близится к полуночи. Поэтому сильно засиживаться мы тоже не стали и вскоре после ухода Олега тоже засобирались.

Правда, неожиданно для нас Марина вызвалась нас провожать. Точнее, она сказала Коле, что они непременно должны уважить гостей и проводить их, то есть нас. Подозреваю, дело было в том, что они с Катей всё никак не могли отлипнуть друг от друга и завершить их беседу.

Из обрывков фраз я понял, что Марина даёт Кате советы по будущему материнству. Сама она пока детьми не обзавелась, но в семье она старшая, а младшеньких у неё трое, и всех она, считай, сама вырастила, пока родители хозяйством заняты были. Поэтому и рассказать ей есть о чём.

В общем, в обратную дорогу мы выдвинулись вчетвером.

Женщины упорхали вперёд, активно болтая, ну а мы с Колей шли позади.

Постепенно разговор наш свернул к нашей непосредственной деятельности. В основном обсуждали слухи, которые ходили вокруг будущей лунной команды, и о запуске беспилотного лунного аппарата, который должен прилуниться на поверхность спутника Земли.

Конкретики ни там, ни там не было. Всё пока было на уровне абстракций. Правда, я Коле всё же рассказал о том, что тоже числюсь в списке кандидатов в лунную команду.

Коля хмыкнул и продолжил идти, как ни в чём не бывало. Я наморщил лоб и непонимающе спросил:

— Тебя это не удивляет?

— Ничуть, — качнул он головой и продолжил спокойно себе шагать. — Понимаешь, Серёга, я хоть и рву жилы, но, положа руку на сердце, признаю тот факт, что, скорее всего, никогда не побываю там, — он ткнул пальцем в тёмное небо. — Ни я, ни Олег всерьёз не верим, что у нас получится. Надеемся, мечтаем, работаем, но не верим. Ты же — другое дело. У тебя столько веры, что ты непременно туда попадёшь, что хватает и на нас. И вообще, ты ведёшь себя так уверенно, будто уже десяток раз побывал в космосе.

Я чуть с шага не сбился. Откуда он узнал? Я не мог спалиться. И, кажется, я не совладал со своей мимикой, потому что Коля заржал и проговорил:

— Видел бы ты своё лицо, Громов.

Он изобразил моё вытянувшееся лицо и снова рассмеялся, когда я попытался изобразить возмущение.

— Шучу я. Хотя в каждой шутке лишь доля шутки. Ты и правда очень уверен в своих силах. Поэтому я верю, что ты там побываешь. Не знаю, на Луне ли, но в космос точно слетаешь разок, а может, даже два.

Откровение Коли здорово меня озадачило. Я и не подозревал, что у парней такие мысли водятся, потому что они всегда выкладывались на сто и один процент. Всегда делали чуть больше, чем от них требовалось. И тут такое…

Вскоре мы дошли до нашего дома, где Катя с Мариной наконец нашли в себе силы завершить их разговор. Правда, они условились встретиться на днях и продолжить. Ну и пусть. Меня радовало то, что они нашли общий язык. Давно я не видел Катю настолько оживлённой и увлечённой беседой. Да и Коля смотрел на Марину с изрядной долей облегчения во взгляде. Видать, не так уж легко ей дался переезд в Звёздный, как он говорил в самом начале.

Ночь прошла спокойно. На разговоры нас с Катей не хватило. За вечер наболтались. Поэтому и с отходом ко сну не стали затягивать. И спал я этой ночью, как младенец.

А утром меня вызвали к начальству.

Сообщение передали по телефону, когда я уже был практически в дверях. Звонивший сообщил мне, чтобы я немедленно прибыл к начальству, как только закончим утреннюю тренировку.

Это меня насторожило, потому что причин для подобного вызова могло быть несколько. Например, вчерашняя перепалка с тем чиновником.

В нашей среде с таких вызовов к начальству очень часто начинались вещи, после которых жизнь менялась ощутимо и сразу.

И почему-то я почти не сомневался, что сегодня со мной как раз случится одна из таких вещей.