Портальщик Частная практика

Глава 25

25

Проснулся утром в восхитительном настроении. Ещё сквозь пелену сна пробилось осознание: сегодня тот самый день. Сегодня я рассчитаюсь с купцом за драгоценную заготовку.

Сел на кровати и посмотрел на стол. Там, аккуратно сложенные стопкой, лежали девять пространственных сумок — ровно столько, сколько нужно, чтобы покрыть оставшуюся стоимость агата. Семьдесят пять сумок за две с половиной недели. Я сделал это.

Вскочил с кровати, быстро оделся, свернул девять сумок в тугой рулон и кое-как запихнул его в бездонный карман мантии. В этот момент в дверь постучали — служанка с завтраком. Милана, как всегда, помогла мне умыться, подала полотенце, расставила тарелки. Проглотил завтрак, почти не жуя — мыслями я был уже там, на пирсе, в портовом городе.

Накинул мантию и вышел.

На поляне, в сопровождении пятерых стражников, я первым делом подошёл к Гансу. Коротко поздоровались — он, как всегда, был деловит и немногословен. Затем отошёл к каравану селян, где меня уже ждал Юрген.

— Мастер, с добрым утром! — старшина сиял, как начищенный медный таз. — Что заказываете сегодня?

— Доброе утро, Юрген, — я хлопнул его по плечу. — Сегодня всё то же самое.

— Как скажете, мастер.

Открыл портал в Веленир. Арка возникла ровная. Пропустил всех, закрыл портал и вернулся к повозкам барона.

Второй портал — в Сальварию. Тяжёлые, гружёные рудой повозки одна за другой скрывались в арке. За последней повозкой шагнул Ганс, за ним — я.

Портовый город встретил меня привычным шумом, криками чаек и солёным бризом. Я намеренно отстал от Ганса, свернул к пирсу, который манил меня видом моря и той особой, утренней оживлённостью порта.

Встал у самой кромки воды, подставил лицо ветру и стал ждать. Рыбаки разгружали ночной улов, матросы на кораблях драили палубы, где-то вдалеке разгружали прибывший из-за моря товар. Я наслаждался каждым мгновением, но краем глаза следил за портальной площадью.

Шахрияр аль-Джанаби появился, когда я уже начал немного нервничать. Он закончил свои дела, переговорил с кем-то из своих людей и неторопливо, с достоинством, направился к пирсу. Увидев меня, он улыбнулся своей обычной, тёплой улыбкой.

— Мир тебе, молодой мастер, — произнёс он, подходя. — Вижу по твоим глазам, что день сегодня особенный.

— И вам мир, уважаемый Шахрияр, — ответил я, с трудом сдерживая волнение. — Да, день особенный.

Сунул руку в бездонный карман, с трудом извлёк рулон с девятью сумками и, стараясь быть незаметным, передал его купцу. Шахрияр принял свёрток с той же понимающей улыбкой, развернул, быстро проверил количество и удовлетворённо кивнул.

— Семьдесят пять сумок за две с половиной недели, — произнёс он с искренним восхищением. — Ты выполнил наше соглашение в срок и в полном объёме. Прими мою благодарность.

Он спрятал сумки в складках халата и, достав оттуда же небольшой шёлковый мешочек, протянул его мне. Даже сквозь ткань угадывалась идеальная сферическая форма — там, внутри, лежал он. Мой агат. Моя свобода.

Принял мешочек с благоговением, боясь даже заглянуть внутрь. Бережно убрал в бездонный карман.

— Спасибо, уважаемый, — выдохнул я. — Огромное спасибо.

— Не мне, а тебе спасибо, — мягко ответил купец. — Ты честно заработал это.

Помолчал мгновение, собираясь с мыслями, и задал вопрос, который волновал меня больше всего:

— Уважаемый Шахрияр, скажите… когда я изготовлю артефакт и передам вам вторую половинку, сколько времени потребуется, чтобы она оказалась в вашем королевстве?

Купец улыбнулся ещё теплее.

— Капитан моего корабля, Рашид аль-Бахри, — человек надёжный. Он доставит твою половинку в столицу Шамсахара за два дня. Максимум — за три, если погода будет неблагосклонна. Можешь не сомневаться.

— Благодарю вас, уважаемый, — я поклонился.

Попрощался и, стараясь не бежать, но чувствуя, как сердце колотится от возбуждения, направился обратно к портальной площади. Открыл малый портал, шагнул — и вот я уже на поляне у стен замка. Стражники ждали меня. Вместе с ними вернулся в замок.

В комнате я первым делом запер дверь. Потом сел за стол, глубоко вздохнул и только тогда достал шёлковый мешочек. Развязал тесёмки, вытряхнул содержимое на ладонь.

И замер.

Агат был совершенен. Идеальная сфера, нужного размера, отполированная до зеркального блеска. Камень переливался мягкими, медово-золотистыми и дымчато-серыми полосами, которые сходились к полюсам сферы завораживающим узором. Я чувствовал, как внутри него дремлет огромный потенциал.

Бережно положил его на стол. Рядом поставил плошку, банку с клеем, серебряный порошок. Замешал состав — тщательно, до идеальной однородности. Раскрыл трактат старого магистра на нужной странице.

Обмакнул кисть в чистый клей, провёл тончайшую полоску по срезу одной половинки. Соединил. Шар снова стал целым, и линия стыка была почти незаметна.

Теперь — самое главное. Обмакнул кисть в серебряный состав и, затаив дыхание, начал выводить рунную вязь на идеальной поверхности агата. Кисть скользила по камню, серебряная вязь ложилась ровно.

Работал, не дыша, боясь шелохнуться. Время остановилось. Существовали только я, кисть и совершенный камень в моей руке.

Закончив начертание, я отложил кисть и, несмотря на то, что нужно было торопиться, пока клей не схватился, всё же взял трактат и тщательно сверил каждую руну с изображением в книге. Всё было идеально. Ни одной ошибки, ни одного лишнего штриха.

Взял трофейный кинжал, приставил остриё к линии стыка и аккуратно, с величайшей осторожностью, разделил сферу на две половинки. Лезвием снял остатки клея с плоскостей.

Теперь нужно было дать составу высохнуть. Время тянулось невыносимо медленно. Я смотрел на половинки, боясь моргнуть, боясь, что они исчезнут, что это сон. Чтобы отвлечься от томительного ожидания, я начал считать про себя. Раз, два, три, четыре…

Считал медленно, размеренно, успокаивая дыхание и веря, что к концу счёта состав высохнет. Сто пятьдесят, сто пятьдесят один, сто пятьдесят два…

За окном, казалось, время замерло. Не слышал ни звуков замка, ни шагов в коридоре. Только тихий голос внутри меня отсчитывал цифры.

Четыреста восемьдесят семь, четыреста восемьдесят восемь, четыреста восемьдесят девять…

На пятистах я выдохнул и положил ладони на обе половинки. Закрыл глаза. Нашёл внутри себя те нити силы, что пронизывали всё вокруг, и начал вливать её в камень.

И тут произошло нечто неожиданное.

Раньше, когда я вливал силу в любой артефакт — в сумку, в камень возвращения, — я всегда ощущал лёгкое, но отчётливое препятствие. Будто материал нехотя принимал мою магию, будто мне приходилось преодолевать невидимую плотину, проталкивая силу внутрь.

Сейчас всё было иначе.

Агат не просто принимал силу — он всасывал её. Жадно, стремительно, будто тысячелетиями ждал этого момента. Магическая сила хлынула из меня потоком, который я не мог контролировать. Пытался дозировать, пытался остановиться, но камень тянул и тянул, высасывая всё, что я мог дать.

И не только магическую силу.

Почувствовал, как вместе с магией из меня уходит и что-то ещё. Жизненная сила. Та самая, что заставляет сердце биться, а лёгкие дышать. Агат впитывал и её, становясь всё теплее под моими ладонями, наливаясь внутренним свечением.

Я слабел с каждой секундой. Руки задрожали, перед глазами поплыли круги, в ушах зашумело. Понял, что если не остановлюсь сейчас, камень высосет меня досуха.

Собрав последние силы, я рванул руки от половинок. Это было похоже на то, как отдираешь примерзший к металлическому столбу язык — больно, с усилием, с ощущением, что что-то рвётся. Но оторвал.

Половинки лежали на столе, слабо мерцая внутренним светом, а я откинулся на спинку стула, тяжело дыша, чувствуя, как по лицу катится пот, а руки трясутся мелкой дрожью.

До меня медленно дошло осознание: созданный мной артефакт обладал чудовищной ёмкостью. Он впитал в себя не просто магию, но и часть моей жизненной силы. И при этом он даже не был близок к насыщению. Сколько же в нём потенциала? И сколько силы потребуется, чтобы полностью зарядить его?

В этот момент в дверь постучали.

Вздрогнул, посмотрел на окно и только сейчас заметил, что солнце стоит уже высоко. Прошло несколько часов? Я потерял счёт времени.

— Мастер Андрей, обед, — донёсся голос Миланы.

С трудом поднялся со стула. Ноги были ватными, тело казалось чужим. Пошатываясь, я добрался до двери и впустил служанку.

Милана вошла, быстро оглядела меня, но ничего не сказала. Только поставила на стол поднос, на котором дымилась глубокая миска.

Сел, машинально взял ложку. Суп был густой, наваристый, с крупными кусками мяса, картофелем, морковью и зеленью. Аромат чеснока и лаврового листа щекотал ноздри. Я отправил в рот первую ложку, вторую, третью — и почувствовал, как по телу разливается тепло, как возвращаются силы, как отступает та странная пустота, что оставил во мне агат.

Съел всё до последней капли. Голова прояснилась, руки перестали дрожать, слабость отступила.

— Спасибо, Милана, — сказал я, и голос мой звучал уже твёрже.

Она кивнула, собрала посуду и вышла. Встал, поправил мантию. Пора было работать дальше. Вышел из комнаты и направился к портальной поляне — встречать возвращающиеся караваны.

И вот я снова на портальной поляне. Пятеро стражников наблюдают за мной, но я не обращаю на них внимания — пытаюсь понять свои ощущения после вкусной трапезы и небольшой прогулки. Вроде бы меня отпустило то состояние опустошения, что оставил во мне агат. Силы вернулись, голова ясная.

Обратился к нитям силы, пропустил их через себя… и открыл портал. Скорее даже жалкую пародию на портал — такой, какие я открывал ещё в академии, когда только учился. Мерцающая арка вышла кривой, нестабильной, края её дрожали и грозили схлопнуться в любую секунду.

Напрягся, ухватил ещё один пучок нитей, пропустил через себя, усиливая поток силы, направляя его в портал. Медленно, по миллиметру, растягивал арку до среднего размера. Не буду скрывать, эти действия заставили меня напрячься до скрежета зубов. Кое-как, но я вытянул портальную арку до стандартного размера.

Отошёл, чтобы не попасть под копыта тяжеловозов. Просто стоял в стороне и контролировал портал, не сводя с него глаз. Все пятнадцать повозок одна за другой выходили из портала. Последними вышли Ганс и стражник. С облегчением закрыл портал, кивнул Гансу.

Отошёл на пару шагов, перевёл дух и открыл портал в торговый город Веленир. Этот открылся не так тяжело, как первый, но тоже заставил меня напрячься. Я контролировал его, не отрывая внимания, поэтому и не обратил внимания на вышедший торговый караван селян. Отвлёкся только на голос:

— Мастер Андрей!

Юрген стоял рядом, держа в руках увесистый мешок. Моргнул, поняв — раз он здесь, значит, все перешли. С облегчением закрыл второй портал.

— Старшина, — выдохнул я. — Всё привёз?

— Всё, как вы заказывали, мастер, — Юрген опустил мешок на траву и начал перечислять, загибая пальцы: — Десять заготовок для камней, двадцать сумок, два десятка мелких камешков. Всё лучшего качества.

Сунул руку в бездонный карман, нащупал монеты. Отсчитал полную сумму на завтрашнюю партию. Золото перекочевало в ладонь старшины.

— Здесь на завтрашний заказ, — пояснил я. — Всё то же самое.

— Благодарствую, мастер! — Юрген спрятал деньги и поклонился. — Всё сделаю в лучшем виде.

Он ушёл догонять свой караван, а я, усталый, в сопровождении стражников, поплёлся в замок.

Вернувшись в комнату, я сел за стол. Мысль была — продолжить зарядку драгоценного «камня возвращения». Но пришлось отложить это дело на потом. Если я сейчас займусь артефактом, то у меня не хватит сил на изготовление обычных артефактов. А создавать их было необходимо — по крайней мере, ту часть, что предназначалась для барона.

Выставил на стол ингредиенты: плошку, банку с клеем, мешочек с серебряным порошком. Быстро замешал состав, достал первую заготовку из яшмы, склеил две половинки и приступил к начертанию магической вязи. Рука двигалась уверенно, кисть выводила линию за линией — навык рос, подкрепляясь опытом. Первый камень готов. Второй. Третий.

Изготовление пяти артефактов камней возвращения заняло у меня от силы пару часов. Я отложил их в сторону и принялся за пространственные сумки. До ужина успел сделать четыре штуки. Конечно, мог бы и больше, но я копил силы. Я собирался после посещения барона плотно заняться зарядкой драгоценного артефакта.

В дверь постучали. Милана вошла с подносом и расставила ужин. Жаркое из баранины с картофелем по-деревенски — крупные куски мяса, томлёные в густом соусе, картошка, запечённая до румяной корочки, посыпанная зеленью.

Не дожидаясь, пока служанка уберёт посуду, я подхватил четыре сумки под мышку, пять камней возвращения сложил в бездонный карман и поторопился на аудиенцию к барону.

Постучал в дверь кабинета, услышал привычное «Войдите» и шагнул внутрь.

— Господин барон, добрый вечер, — поздоровался я, выкладывая на стол сумки и камни. — Пять камней возвращения, четыре пространственные сумки.

Барон окинул артефакты одобрительным взглядом.

— Отличная работа, Андрей, — похвалил он. — Сколько с меня?

— За камни — десять крон, за сумки — четыре. Итого четырнадцать, господин барон.

Он кивнул, открыл ящик стола, отсчитал четырнадцать золотых монет, затем достал серебряные оболы и, как заядлый посетитель казино, ловко выставил их, словно фишки, в ровный столбик. Пододвинул их ко мне.

— Благодарю вас, господин барон. Всего доброго.

Забрал плату, поклонился и вышел.

Вернувшись в комнату, я увидел на столе подсвечник с зажжёнными свечами. Милана уже побывала здесь. Принял это как должное, снял мантию, повесил на спинку стула. Сел за стол, придвинул к себе обе половинки драгоценного артефакта.

И начал вливать в них магическую силу из нитей, окутавших всё пространство.

Силы уходили быстро. Слишком быстро. Чувствую, что не успеваю вливать столько, сколько агат поглощает. Он всасывал магию, и вместе с ней тянул из меня частичку жизненной энергии.

Я пытался контролировать процесс, дозировать, но камень был ненасытен. С каждой секундой слабость нарастала, руки начинали дрожать, перед глазами плыли круги. Понимал, что если не остановлюсь — упаду прямо здесь, за столом.

С трудом, нечеловеческим усилием воли я оторвал ладони от половинок. Пошатываясь, встал, едва не опрокинув стул. В голове шумело, ноги подкашивались.

Задул свечи и рухнул в кровать, можно сказать — потерял сознание, даже не успев раздеться.

Утро разбудило меня стуком в дверь. С трудом разлепил глаза — тело было тяжёлым, словно налитым свинцом. Служанка вошла с завтраком, помогла мне умыться ледяной водой, от которой по коже побежали мурашки, но толку было мало. Я с трудом проглотил яичницу с колбасками, запил травяным чаем, чувствуя, что даже сон не помог восстановиться окончательно. Усталость сидела в костях, въелась в каждую клеточку.

Но делать было нечего. Накинул мантию и вышел.

На портальной поляне всё шло по заведённой практике. Первым делом я открыл портал в торговый город — караван селян перешёл в Веленир. Закрыв его, я развернулся к повозкам барона. Второй портал распахнулся в портовый город, и тяжёлые, гружёные рудой повозки одна за другой стали въезжать в него.

Не пошёл за ними. Во-первых, мне нечего было предложить заморскому купцу. А во-вторых, мне необходимо было продолжить напитывать силой драгоценный артефакт. Каждая минута промедления отдаляла меня от свободы.

Ганс, входивший в портал за последней повозкой, обернулся. Увидел, что я не иду за ним, на его лице мелькнуло удивление — всего на миг. Но уже в следующую секунду его лицо приняло привычное серьёзное выражение. Он ничего не сказал, лишь кивнул и шагнул в портал. Закрыл арку, развернулся и в сопровождении пятерых стражников пошёл обратно в замок.

В комнате я запер дверь, снял мантию, повесил на спинку стула. Половинки агата лежали на столе там же, где я их оставил вчера. Сел, положил на них ладони и начал вливать силу.

И всё-таки мне удалось продержаться дольше, чем вчера. То ли организм начал привыкать, то ли камень насыщался, и я почувствовал некоторое сопротивление. Агат уже не просто всасывал силу с ненасытной жадностью — я ощущал крохотное, едва заметное напряжение при вливании.

Прервал процедуру, когда понял, что ещё немного — и снова упаду в обморок. Поднялся, шатаясь, и прилёг на кровать, намереваясь немного отдохнуть. Конечно же, я провалился в сон мгновенно.