Портальщик Частная практика

Глава 21

21

В это время началась разгрузка повозок на его корабль. Это было зрелище не менее захватывающее, чем швартовка. К корме «Морского Сокола» подвели широкие, усиленные балками сходни. Повозки по команде Ганса задним ходом, управляемые опытными возчиками, медленно и осторожно спускались по ним прямо на палубу. Там задний борт повозки откидывался, и грубая, тёмно-красная медная руда с глухим грохотом скатывалась в специально подготовленный, огороженный трюм. Затем пустую повозку тяжеловозы вытягивали обратно на пирс, и на её место заезжала следующая. Я наблюдал за этой отлаженной работой вместе с Шахрияром, чувствуя, как в голове крутятся его слова об удвоенной цене и о наглухо закрытых для таких, как я, границах.

Я был так поглощён наблюдением за отлаженным процессом разгрузки и своими мрачными мыслями о границах, что совершенно не заметил, в какой момент к нам присоединился Ганс. Он встал в полушаге позади. Поэтому, когда последняя пустая повозка, громыхая, въехала обратно на пирс и возчик повёл тяжеловозов прочь, я вздрогнул от его спокойного голоса.

— Извините, уважаемый Шахрияр, но нам пора возвращаться, — обратился он к купцу. Затем его взгляд, не допускающий возражений, переключился на меня. — Мастер Андрей, прошу вас пройти на портальную площадь и открыть портал в баронство.

Как бы мне ни хотелось покидать этот шумный город, я согласно кивнул. Обернулся к купцу.

— Было приятно познакомиться, уважаемый Шахрияр. Спасибо за беседу.

— И мне, молодой мастер, — купец снова положил руку на грудь в изящном жесте. — Подумайте о моём предложении. Удачи вам.

Повернулся и зашагал за Гансом обратно к той самой жёлтой линии, выкрашенной на брусчатке портальной площади.

Подойдя к линии, обратился к нитям. Сила пришла послушно, пропустил её через себя и растянул точку разрыва в ровную, стабильную арку среднего портала. Бегло осмотрел портал, убедившись в его соответствии всем параметрам.

Отступив в сторону, я пропустил пустые повозки, которые одна за другой скрывались в проёме портала, возвращаясь домой. Ганс, дождавшись последней, бросил оценивающий взгляд на портал, затем на меня и, не сказав ни слова, шагнул в арку. Я в последний раз окинул взглядом порт и последовал за ним.

Переход был мгновенным. Ганс, стоявший рядом, следил за тем, как повозки выстраиваются в колонну.

— Благодарю за работу, мастер Андрей, — сказал он коротко, деловито кивнул и направился к замку, уводя за собой свой караван.

Оставался ещё торговый караван из Веленира. Собравшись с силами, я снова открыл портал — на этот раз в торговый город. Арка затрепетала, открыв вид на знакомые каменные улочки. Первым, как всегда, в неё шагнул стражник. И почти сразу из портала потянулась вереница людей и телег. Я пропускал их мимо себя, мысленно уже возвращаясь в свою комнату.

И только когда последний человек вышел из портала, а я с облегчением его закрыл, меня осенило. Я забыл заказать у Юргена новые ингредиенты! В суете утра, разговоре с купцом и поездке это совершенно вылетело из головы. Чёрт! Мысленно прикинул запасы: одиннадцать сумок, оставшихся с прошлого заказа. Ну что ж, хоть это. Покорив себя за забывчивость, я направился к замку, утешаясь лишь мыслью о предстоящем обеде.

Подходя к своей комнате, я увидел, как навстречу мне движется знакомая фигура с подносом. Она несла мой обед.

— Мастер Андрей, как раз вовремя, — сказала она, заходя в комнату следом за мной и ставя на стол глубокую миску.

Аромат ударил в нос, заставляя желудок предательски заурчать. Это был тот самый сырный суп, который я уже пробовал: густой, кремовый, с небольшими кусочками разваренного картофеля и плавающими кружочками жареной колбаски, щедро посыпанный зеленью. Невероятно аппетитный. И не менее аппетитный пирог с картошкой и мясом. После такой сытной трапезы и насыщенного дня на меня навалилась странная, непривычная вялость. Не физическая, а какая-то умственная усталость.

Вместо того чтобы сразу браться за сумки, я, на себя не похожий, повалился на кровать. Потолок над головой поплыл, и в голове начали проноситься обрывки сегодняшнего дня: стремительный корабль, роскошный наряд Шахрияра, его бархатный голос… Предложение висело в воздухе, соблазнительное и опасное. Продавать мимо барона? Это риск. Но удвоенная цена… это больше золота. А ещё его слова о границах. Запрет для таких, как я. Как же тогда выбраться? Может, через купца? Нет, слишком опасно доверять…

Мысли путались, накладывались друг на друга, как слои тумана. Глаза сами собой закрылись. Вчерашний вечер упорной работы над камнями, эмоции сегодняшней поездки, сытный обед — всё это сговорилось против меня. Я не заметил, как провалился в сон.

И проснулся так же внезапно, с ощущением, что что-то упускаю. Сердце ёкнуло. Одиннадцать сумок! Я планировал сделать их сегодня! Вскочив с кровати, я увидел в окно, что скоро наступит вечер. Почти целый день проспал! Ругая себя за слабость, пододвинул поближе стопку сумок. Времени терять было нельзя.

Я встряхнулся, сгоняя остатки вязкого сна, и принялся за дело. На столе были аккуратно разложены всё необходимое: банка клея, мешочек с серебряным порошком, чистая плошка, кисти разной толщины. Рядом — стопка из одиннадцати кожаных сумок. Расстелил первую, вывернул край. Пододвинул конвертик с мелкими драгоценными камешками — гранатами и аметистами, купленными ещё в прошлый раз для таких целей. Рядом легла нитка с иголкой.

Усевшись поудобнее, я замешал состав. Радовало одно: трактат мне больше не был нужен. Сама вязь и порядок начертания — всё это отпечаталось в памяти. Я помнил всё наизусть.

Взял самую тонкую кисть. Обмакнул. Кончик коснулся плотной ткани у края сумки. И пошла работа. Рука вела серебряную линию уверенно, почти безотрывно. Каждая руна ложилась ровно, каждая связка между ними была выверена. Закончив вязь, я отложил кисть, взял иголку с уже вдетой прочной шёлковой нитью и аккуратно пришил небольшой, тёмно-красный гранат.

Затем — финал. Положил ладонь на готовый узор, закрыл глаза. Пропустил через себя силу, направляя её в магическую вязь. Готово. Я отложил первую сумку в сторону.

Принялся за вторую. Процедура та же: расстелить, нанести вязь, пришить камень, влить силу. Работа шла быстро, уверенно. Я не то чтобы торопился, но, как говорится, поспешал. Закончив с третьей, услышал стук в дверь.

Вошедшая служанка-кормилица молча поставила на свободный край стола ужин — какую-то густую похлёбку с мясом и хлеб. Я кивнул, даже не разглядывая её, и, едва она вышла, проглотил несколько ложек, не обращая внимания ни на вид, ни на вкус, продолжая размешивать новую порцию состава. В голове гудело одно: «Сумки. Сумки. Ещё раз сумки». План был прост и ясен: пять сумок изготовить для барона, а шесть — придержать. Их я передам при следующем посещении порта уважаемому Шахрияру аль-Джанаби, с которым был негласный договор. Удвоенная цена. Моя тайная надежда.

Закончив с ужином, я просто отодвинул посуду и сразу же приступил к четвёртой сумке. Не обратил внимания, как служанка, вернувшись за пустой миской, тихо зажгла свечи в подсвечнике, чтобы я не работал в полутьме.

Четвёртая была закончена. Отложена к трём уже готовым. Пятая пошла труднее — пальцы начали затекать, в глазах от постоянного напряжения вставала рябь. На шестой я почувствовал, как напряжение и усталость начинают брать верх, начертание становится менее точным. Прервал работу, встал, сделал небольшую разминку для кистей и спины. В голове, словно эхо из другого мира, всплыла считалочка из детства: «Мы немного отдохнём и опять писать начнём». Чуть расслабившись, я заставил себя закончить шестую и, стиснув зубы, принялся за седьмую.

Работа в глубокой ночи превратилась в борьбу с самим собой. Каждая следующая сумка давалась всё тяжелее. Сознание мутнело, линии на десятом экземпляре поползли, и мне пришлось потратить время на исправление. Когда десятая, наконец, была готова, я горестно посмотрел на оставшуюся, одиннадцатую сумку. Свечи догорали. Силы кончились. Всё. Не справился с установленным для себя планом.

Задул свечи, скинул с себя одежду и повалился на кровать. Сон настиг меня мгновенно, тяжёлый и беспробудный.

Утром меня разбудил стук в дверь. В голове, прежде чем я успел открыть глаза, автоматически пронеслась знакомо-раздражающая фраза: «Доброе утро, коллеги». Ах, как же эта стандартная фраза бесила моих подчинённых в офисе! Да и мне самому она казалась самым ненавистным, что я произносил по утрам. И да, к этой фразе я нередко присовокуплял: «Как же я рад вас видеть сегодня» — особенно в понедельник. Вот так же «рад» я был теперь лицезреть служанку. Хотя, честно говоря, ничего плохого она для меня не сделала. Даже наоборот. Но выбранный мною адский темп работы однозначно меня напрягал и выматывал.

Умылся водой, что принесла она, позавтракал на автомате. После того как она вышла, я подошёл к столу. Из десяти готовых сумок я отобрал пять — самые первые, безупречные. Свернул в рулончик и запихнул в бездонный карман мантии — контрабанда для купца. Накинув мантию, я вышел из комнаты, направляясь к поляне.

Выйдя на поляну в сопровождении всё тех же пятерых стражников, я сначала подошёл к Гансу. Поздоровался. Он кивнул в ответ, его приветствие было сухим и деловым. Я отошёл к каравану селян. Тут же ко мне подошёл старшина Юрген.

— Доброго утра, мастер. Всё готово.

— И вам доброго, старшина.

Он немного помолчал, затем, понизив голос, спросил:

— Не желаете ли чего заказать в Веленире на этот раз?

Да, желал. Я для себя твёрдо определил, что мне необходимо резко увеличивать производство. И не только сумок.

— Да, Юрген. Мне нужно десять заготовок для камней возвращения. И… десять кожаных сумок. — Сделал паузу. — И ещё. Будь так добр, поинтересуйся у ювелира: сколько будет стоить драгоценный камень, агат, размером со среднее яблоко. Безупречного качества, для… нового артефакта. Точь-в-точь такой, как я заказываю из яшмы.

Юрген задумался, явно прикидывая вес и стоимость такого «яблока».

— Понял, мастер. Всё узнаю и расскажу по возвращении.

На этом наш разговор закончился. Я развернулся к пустому месту, где обычно открываю порталы. Взялся за невидимый пучок силовых нитей, что пронизывал это место. Пропустил знакомый поток силы через себя и потянул, раздвигая реальность. Воздух затрепетал, и появилась ровная, стабильная арка среднего портала, ведущего на портальную площадь Веленира. Убедившись, что края арки стабильны, отошёл в сторону, пропуская пёстрый торговый караван в мерцающий проём. Люди, телеги, животные — всё это утекало в арку. Последняя телега скрылась. Закрыл портал.

Отошёл на несколько шагов в сторону, к тому месту, где ждали свою очередь повозки барона. Снова нашёл силовые линии, снова принял в себя их энергию. На этот раз прорвал пространство в сторону Сальварии. Арка возникла, дрожа от натяжения, но я быстро стабилизировал её. Я кивнул Гансу, стоявшему у головной повозки. Тот махнул рукой вознице. Первая пара тяжеловозов, фыркнув, двинулась вперёд. Одна за другой повозки переходили на ту сторону. Когда последняя исчезла, я встретился взглядом с Гансом. Он жестом пригласил меня в портал. Я шагнул в арку сразу же за ним и, оказавшись на знакомой портальной площади, закрыл портал за собой.

Я не торопился. Пропуская дальше, вперёд Ганса, который деловитой походкой сразу направился к каравану, организовывая его и направляя к кораблю, принадлежащему Шахрияру аль-Джанаби, я намеренно отстал ещё больше. Мне не нужно было прятаться, но и демонстрировать свою связь с купцом на виду у всех тоже не хотелось. Я просто свернул с портальной площади к пирсу, как человек, желающий насладиться морским видом.

Утреннее море было великолепно. Широкая, серебрящаяся под ещё невысоким солнцем гладь, уходящая в дымчатую даль. Даже вездесущие, крикливые чайки не раздражали, а казались частью этой живой картины. Я наблюдал за лодками рыбаков, которые, вернувшись с ночного лова, торопились доставить на причалы свои уловы в корзинах. Они спешили, пока не наступила дневная жара и рыба не потеряла товарный вид. В стороне, у более длинного пирса, стояла та самая изящная шебека — или её сестра, очень похожая. Её паруса были убраны, а на палубе кипела работа: матросы готовили к погрузке пустые трюмы.

Краем уха я уловил мягкие, почти бесшумные шаги по деревянному настилу позади себя. Оборачиваться не стал. И не ошибся.

— Доброе утро, молодой мастер, — раздался знакомый бархатистый голос слева от меня.

Повернул голову и встретился взглядом с улыбающимся Шахрияром. Он был так же великолепен, как вчера, в своём шёлковом халате.

— Доброе утро, уважаемый Шахрияр, — ответил я, и моя собственная улыбка была искренней. Именно на эту встречу я и рассчитывал.

Купец кивнул, его взгляд был дружелюбным. Я украдкой оглянулся через правое плечо, быстро оценив обстановку. Ганс был далеко, у своей колонны повозок, его люди были заняты. За нами никто не наблюдал.

Без суеты сунул руку в бездонный карман мантии, нащупал туго свёрнутый рулон и извлёк его. Протянул свёрток купцу. Тот с той же понимающей, чуть хитрой улыбкой принял его и лёгким, незаметным движением убрал рулончик в складки своего роскошного халата.

— Я рад, что ты принял правильное решение, мастер Андрей, — тихо, одобрительно заметил он.

Потом его рука небрежным, естественным жестом потянулась к поясу, к одному из многочисленных кошельков.

— Сколько? — так же тихо спросил он.

— Пять, — прошептал я в ответ.

Он кивнул сам себе, его пальцы ловко отсчитали внутри кошеля монеты. И, стараясь выглядеть так, будто просто поправляет складки одежды, протянул кулак с зажатыми в нём монетами ко мне, повернувшись немного боком, заслоняя меня от возможных взглядов. Я тут же подставил под его кулак свою раскрытую ладонь.

Десять золотых крон, ещё тёплых от его руки, со звоном высыпались в мою ладонь. Мгновенно сжал кулак и, сделав вид, что поправляю мантию, сунул монеты в бездонный карман.

— Благодарю вас, уважаемый Шахрияр. Удачи в торговле, — сказал я чуть громче, уже отходя.

— Всего наилучшего, мастер Андрей, — ответил он, и в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения. — До завтра?

— До завтра, — кивнул я и, не оглядываясь, направился прочь.

По большому счёту, делать мне в портовом городе больше было нечего. А в комнате — одна сумка, которую надо было переделать в магический артефакт, и ещё было бы неплохо посетить барона Вальтера фон Хольцберга. Сегодня я заказал ингредиентов больше, чем обычно, следовательно, мне потребуется золото. Я поспешил обратно на портальную площадь, к Гансу, который как раз следил за разгрузкой повозок.

— Господин Ганс, — обратился я, подойдя. — Я уже нагулялся. Желаю вернуться в баронство.

Он окинул меня быстрым взглядом, будто проверяя, цел ли я и не приобрёл ли чего лишнего, и коротко кивнул.

— Не вижу препятствий.

Подошёл к жёлтой линии, нарисованной на брусчатке портальной площади. На этот раз мне не нужно было открывать большой портал. Достаточно малого, только для себя. Прямо передо мной возникла небольшая арка, за которой виднелась поляна. Я шагнул в неё.

Переход — и я снова в баронстве. Отметил, что все пять стражников, оставшиеся ждать на этой стороне, тут же окружили меня, и вместе мы вернулись в замок.

Вернувшись в комнату, я первым делом приготовил состав для магической вязи. Совсем немного — только чтобы хватило на одну-единственную сумку. В плошку стекла густая капля клея, щепотка серебряного порошка — и тщательное, почти медитативное перемешивание до состояния однородной, мерцающей массы.

Расстелил на столе последнюю, одиннадцатую сумку, которую не успел доделать прошлой ночью. Вывернул край и начал наносить рунную вязь. Кисть скользила легко — рука уже запомнила каждую линию, каждый завиток. Закончив, я отложил кисть, взял иглу с продетой шёлковой нитью и аккуратно подшил небольшой агат.

Затем я положил ладонь на кожу сумки, пропустив через себя, влил немного силы в серебряные линии. Готово.

Положил законченную сумку рядом с пятью, сделанными прошлым вечером. Поправил на себе мантию, свернул в рулон, сунул подмышку и вышел из комнаты.